Текст книги "Крылья феникса"
![](/books_files/covers/thumbs_240/krylya-feniksa-73240.jpg)
Автор книги: Светлана Жданова
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 4
Тарин Дастан
И глаз не оторвешь.
Тарин Дастан – «Темная Легенда».
Тяжелая огромная крепость на голой скале. Раскиданные повсюду острые пики, раскрашенные всеми оттенками серого, контрастируют с ярким синим небом, по которому плывут белые облака. Только смотря на весеннее небо, понимаешь, почему цвет воздуха синий. Алый флаг гордо реет на самой вершине.
И драконы.
О небо, как они были прекрасны!
Я стояла на узкой горной дороге и наблюдала за полетами сразу нескольких драконов.
Как это передать? Одним словом – танец. Серо-стальной гигант, золотисто-огненный змей, червонный ящер… Как легки и изящны их движения, как стройны могучие тела, как тонки и чувственны изломы.
Древние боги, почему вы не дали мне крылья?
Сзади меня подтолкнули, и, вздохнув, я продолжила путь к крепости.
Бинки споро перебирала копытами, ловко даже на этой трудной дороге. Ветер обдувал лицо и трепал косу цвета меди. А я улыбалась – вот и сбылась моя детская мечта, побывать в крепости драконов.
Предложение поехать сюда я приняла пару недель назад, и надо было представить мою радость и частоту кивания головой, когда я соглашалась.
Это произошло довольно внезапно. И подтолкнул меня к этому прекраснейший из эльфов и вообще из мужчин, надо признать.
Вообще-то время, проведенное в Светлом Лесу, я не могу назвать сказочным. Поначалу да, это казалось просто волшебным приключением – увидеть воочию великую эльфийскую культуру. Красоты этой страны, скорее даже территории, нельзя передать словами, словарный запас людей слишком мал, а на эльфийском я при въезде в это место умела лишь ругаться.
Но с красотой, даже такой, как эта, сживаешься. А вот непередаваемое своей глубиной занудство высоких (в смысле культуры, по росту они не очень, надо признать) эльфов просто не поддавалось никаким измерениям.
Уже через неделю, проведенную во дворце Верховного эльфа, к которому мы прибыли с поклоном и артефактом, я взвыла волком и, схватив Элестса за грудки, потребовала вывести меня из этого царства чопорности и холода, которым тебя обливают аки помоями. Тот, конечно, расстарался как мог и не мог тоже, уж больно его впечатлил разгром одной из башен, в охранную систему которой я так неразумно сунулась – кто же знал, что она у них такая. В итоге мне отвели отдельный аккуратный домик неподалеку от Главной Библиотеки и вообще культурного центра всего Леса.
Вот там-то я и пропадала большую часть времени. Я имею в виду Библиотеку. Если честно, первую неделю раз в сутки туда приходил Элестс и насильно выталкивал меня из закромов знаний, дабы я имела возможность не угробить свой организм без сна и пищи. Потом как-то само отлегло, и мои интересы перестали распространяться на все книги, попадающие в мои жадные лапки. Я открыла красоту здешнего искусства. Все, что делали эльфы, было по-настоящему прекрасно, но, небо, какие они зануды!
Со временем я начала понимать, что этим качеством обладают в основе своей те, кто никогда не покидал Светлый Лес и замкнулся на величии своей культуры, а таких оказалось большинство. Вот и получается, что в основном я здесь общалась только с Элестсом да некоторыми профессорами и работниками Библиотеки, которые всегда были рады заполнить бреши в моем образовании своими великими знаниями. Они считали это своим долгом, чем порой выводили меня из себя! В результате трое покалеченных студентов эльфийских школ – на них стеллажи упали, когда я соизволила особо возмущаться, отрицая свое абсолютное тупоумие и ограниченность разума, что пытались доказать мне их учителя.
Потом я как-то по глупости ляпнула, что у меня скоро день рождения… Оказалось, что эльфам нужен только повод для празднества огромного размаха. Уж не знаю почему, но отмечал его весь город, даже те, кто меня терпеть не мог. К последним относились особо чванливые эльфийки, амбициям которых и Изиабелис позавидовала бы. Им, видите ли, не нравилось, что вновь принятый в лоно семьи эльфийский принц таскается с человеческой девчонкой, как с писаной королевной. Мы еще долго хихикали по этому поводу.
Праздник закатили по всем правилам, с гуляньями на три дня без передышки, танцами до упаду, музыкой, фейерверками и кучей разнообразной еды. Конечно, Верховный тут же затеял великий бал в мою честь. Особо я по этому поводу не удивилась, его моя яркая индивидуальность так впечатлила – до сих пор заикается, как вспомнит. Тут пригодилось знание того, что я вообще-то принцесса, хотя и не люблю распространяться по данному поводу. Вот я и решила припомнить все уроки этикета и придворной жизни, чем поразила всех окружающих, так привыкших к моим замашкам плебейки.
По словам Элестса (а он жуткий болтун), в тот вечер он пожалел о решении остаться со мной лишь на дружеской ноге.
Но кульминацией того вечера послужил вовсе не удивительный по своей элегантности танец Верховного эльфа и новорожденной, хотя вышел он, надо признать, на все сто, а приземление в саду дворца дракона, на котором вышеописанная особа повисла словно репей.
– Элвил! – кричала я, обнимая драконью морду. – Как я рада тебя видеть.
– Я тебя тоже, маленькая принцес-с-са.
В общем, это снова были подарки от моих чертяг.
Провозившись с драконом весь следующий день, я только на следующее утро, после того как тот улетел, начала разбирать все подаренное за это время. Потом позвала Элестса, так как одна разгребала бы это еще три дня, а так ржать в одиночку неприлично. Чего там только не было! Все – начиная от вполне невинных заколок для волос, впоследствии оказавшихся ядовитыми кинжалами, заканчивая мощными артефактами от… запора. Кто-то даже статую изловчился мне пихнуть, уж не знаю, куда ее девать. Мы с Элестсом на нее посмотрели и приловчились вешать на протянутую руку каменной дриады свои куртки и плащи. Под вечер, заработав грыжу на надорванном животике и устойчивое косоглазие, я все же позволила себе добраться до подарков асуров.
Там оказались подарки от каждого из четырех демонов плюс еще две коробочки.
В одной из них я обнаружила Звезду. Позже я узнала, что из вольской сокровищницы украли одну из легендарных Звезд Принцессы. Кто бы знал, какими подробностями обросла вся наша история. Вопрошала я по этому поводу Катинку. Та бросила камень в сторону расхлябанности местной стражи, но объяснила все значительным ослаблением защитных систем со времени пребывания в одной из дворцовых башен некой магички-недоучки. Ей, видите ли, на это Заквиэль пожаловался, когда они сокровищницу брали. Теперь уж не знаю, какие свойства в нее вложили мои чертяги, но надевать поосторожничала.
Другой подарок представлял собой простое колечко в форме сплетенных между собой змей – золотой и платиновой. Надо признать, меня так ничего в жизни не трогало, как то кольцо. Было в нем что-то невообразимо нежное, чувственное и теплое. Магии я на нем не почувствовала, зато ее разглядел Элестс. И это было заклинание посильнее любых других. На внутренней стороне оказалась гравировка всего в одно слово – «Любимая», но оно стоило тысячи других. Конечно, я немедленно нацепила его на палец, и, к нашему удивлению, змейки ожили и заворочались, вопросительно глядя на меня. Я снова порыдала на шелковой рубашке эльфа.
Кстати, с чего я начала эту историю… Месяц назад в Светлый Лес пожаловал дядя моего распрекрасного дружка, по коей причине тот пропал из моего поля зрения на несколько дней. Я не очень расстроилась, благо Библиотека всегда была рядом. Только потом, выслушав очередную жалобу на некое неуемное существо, громящее святая святых Храма Знаний, принц решил совместить приятное с зловредным, то есть познакомить своего дядю и меня.
Когда я впервые его увидела, то решила разом разлюбить всех чертей и втрескаться в это нечто. Потом я поняла, что произнесла это вслух и довольно громко, отчего половина присутствующих выпала в осадок, Верховный покраснел как рак, Элестс сел на мягкое место и начал смеяться, а сам объект как-то так с интересом прислушался к моему заявлению.
Конечно, потом я признала, что это невозможно по ряду не зависящих от меня причин. Потерла нос и вздохнула:
– А было бы неплохо. – Вспомнив о приличиях, я поклонилась (кажется, такого от меня даже Верховный в первый день нашего знакомства не видел, я все как-то по привычке киваю) и представилась: – Лилит. У-у, пойду я голову лечить!
– Зачем? – не понял этот образчик мужской красоты.
Сидящий на полу Элестс хихикнул:
– Просто это ее настоящее имя. А я пока ее не напоил, так этого признания и не добился.
– Давай не будем вспоминать, кто кого напоил, – пнула я развеселившегося эльфа. – А то я сейчас такое вспомню, друг мой лопоухий, – склонилась я к нему, сладко так улыбаясь. Если в этой комнате кто-то и имел что-то против эпитета «лопоухий», то, глядя на мою сияющую от вредности физиономию, предпочли промолчать. Даже Верховный пытался смотреть в это время в другую сторону. Кстати, башню они таки восстановили. – Опять ведь гулять по королевствам придется. Пока Светлый Лес не забудет.
Эльфик поднял руки. Что мне оставалось делать, раз он такой покладистый? Потрепать по блондинистой голове и дернуть за кончик уха.
– Так, значит, вы и есть та самая магиана, о которой мне столько рассказывали?
Я посмотрела на дядюшку. Красивый он, просто загляденье. Никогда таких не видела. Сразу понятно – не одно столетие за плечами, опыт, знания. Лицо прекрасно, белые-белые волосы ниже бедер – переливаются как жемчуг, кожа довольно смуглая и несколько обветренная, что только придает мужественности, глаза… Глаза удивительные, умные, чуткие, нежные, грустные, хрустально-зеленые.
– Ну это смотря кто рассказывал. А то у некоторых тут язык длинноват, – кинула я взгляд в сторону Элестса. – Может, его слегка… того?
– Чего – того? – насторожился эльфик.
– Укоротить. Или попридержать. Выбирай сам. Нечего было трепаться.
– Кто только не рассказывал, какой погром вы тут учинили с моим любимым племянничком. Я, собственно, поэтому и приехал. Элениэль на вас очень жаловалась. Вот мне и захотелось посмотреть, кто же здесь обломал-таки эту…
– Мы поняли… знакомы. У меня без мата тоже не выходит о ней говорить.
Эльф улыбнулся. А я снова засмотрелась, похоже на какое-то время выпав из реальности.
– Извините, забыл представиться. Олеандриэль, дядя вашего друга. – Он осторожно поцеловал мою протянутую руку и довольно проказливо улыбнулся. – Никогда не думал, что такой зазнайка, как Элестс, признает другом человеческую девушку.
– Что вы! Так он и признал! Для начала мне пришлось надрать ему уши. У него они, знаете ли, такие хорошенькие, руки так и тянутся, – продемонстрировала я, но Элестс успел отскочить. – Потом объяснить, почему я не могу быть его Алл’Эвен. А уж когда следы побоев прошли, мы напились так, что не помним, как в одной постели оказались. Потом выяснилось, что мы там просто спали. Элестс такого позора не выдержал, и пришлось принимать меня какая есть. Так, поставь меня на место! Элестс!
– Нет уж, иди ты… в Библиотеку! – завопил эльф и потащил меня на плече к выходу.
– Пока! – помахала я рукой очаровательному Олеандриэлю. – Приятно было познакомиться.
Представляете мое удивление, когда вечером я обнаружила это чудо на своем пороге.
Мы проболтали до самого утра. Олеандр оказался самым умным человеком и нечеловеком, какого я когда-либо встречала. Выяснилось, что он некоторое время преподавал в одной из академий, много путешествовал, объездил все, что можно объездить, и облетел, что нельзя.
Услышав, что я родом из Вольска, очень удивился и сказал, что знал моего предка, скрывать свое происхождение показалось мне в данной ситуации глупо и недальновидно.
Олеандр (он сам просил себя так называть) вообще старался мало говорить о себе, больше слушал. И порой в его глазах появлялась такая странная, почему-то знакомая мне грусть. Я бы вообще назвала его довольно печальным, если бы не его ирония.
Вопросов о моей странной ауре (паучка я сняла, желая быть честной, и тем более сняла магию майя, которою пропитался дом благодаря подаркам демонов) он не задавал. Лишь новое кольцо привлекло его внимание.
– Это подарок?
– Да. На день рождения. Город еще не полностью восстановили после этого праздника.
– Это, должно быть, кто-то очень… близкий.
– Я бы сказала далекий. Такие пропасти и на драконе не перелететь, – разом погрустнела я.
– Такие вещи не дарятся просто так. Ты знаешь, Лилит, сплетенные змеи – очень древний и могущественный символ. Символ слияния. Больше чем любви. Единство душ двух существ. В древности, очень давно даже для меня, такие кольца дарили своим избранницам в знак отданного сердца, в знак нерушимого чувства и родства. Тот, кто дарил его, знал об этом. Или же это дар – заурядная прихоть ветреного поклонника?
– Ветреный поклонник, как звучит, – вслух подумала я. – Думаю, он знает сакральную сущность такого подарка. Ему ведь одного кольца мало. – Подняв руку, я продемонстрировала роспись во всей красе и обручальное кольцо. Оно по какой-то причине в данный момент меня ревновало. – Такими темпами он скоро мне на руки браслеты наденет и цепью их соединит. Эх, ведь знала, что ничего просто так этот… гад хвостатый делать не будет. – Я вздохнула и задала уже ставший для меня риторическим вопрос: – И откуда у некоторых мужчин берется терпение бороться с такими упрямыми дурами, как я?
– Потому что любим, – усмехнулся Олеандр. Горько так усмехнулся. Мне прямо по сердцу как кинжалом.
И вдруг все стало понятно. Я ведь тоже постоянно бегу, постоянно выбираю дорогу.
– Где она?
Эльф посмотрел на меня своими непередаваемо красивыми глазами.
– Умерла. – Мы сидели в тишине, слушая лишь треск дров в камине, не могла я отказать себе и Угольку в такой слабости. Потом он неожиданно вскинул голову и посмотрел на меня. – Знаешь, Лилит, ты на нее очень похожа. Не внешне, внутренне.
– Поэтому вы сегодня и пришли? – сжалась я, обнимая свои коленки.
– Мне приятно на тебя смотреть. Ты улыбаешься, как она. Кто бы мог подумать, что у Олега будет такая праправнучка. Наверное, мир все-таки очень мал. – Олеандр встал и подошел ко мне. Осторожно проведя рукой по моим волосам, он тихо сказал: – Не бойся меня. Да, надо признать, такая похожесть пленила меня. И я посмел надеяться… хоть что-то вернуть. Хоть как-то заглушить свою боль. Но ты и твое сердце давно принадлежите другому. Мне стоило сразу понять это. Просто иногда так хочется надеяться. Мечтать ведь не запрещено?
А я вспомнила…
Разве мечты не похожи на снежинки – такие же хрупкие, непреодолимо прекрасные, сгорающие в руках, как бы желанны ни были.
Чихнув, я подняла голову, позволяя снегу ложиться на начавшее загорать лицо. Улыбнулась.
– Я всегда колдую снег, когда о нем думаю.
Олеандр легко склонился, оценив мою понятливость и то, что я приняла его слова.
– Никогда не расставайся с тем, кого любишь, Лилит. И позволь наконец себя поймать.
– Давайте так, я расскажу все вам, а вы – мне.
– Хорошо, но не сегодня. Солнце восходит. А кому-то надо спать.
– Я не хочу спать.
– А я не тебя имел в виду. Это я просто очень старый, чтобы ночи напролет болтать с юными девами, а днем еще и делами заниматься.
Это вызвало у меня смех. Старый эльф – это надо же такое придумать!
Потом у нас была еще не одна такая ночь, когда мы просто рассказывали друг другу о нашем прошлом и настоящем. Олеандр раскрыл для меня самую древнюю и секретную часть их Библиотеки. И он в конце концов отправил меня к драконам.
Теперь я могу сказать, что у меня был Самый Великий Учитель.
И где мне их искать? Вот задачку задали – найти в огромной крепости двух незнакомых мне людей, притом что никто на меня и внимания не обращает.
«Последнее, кстати, легче всего решить», – подумала я. И в воздух взлетел мой любимый маячок. Невысоко так, на несколько метров, и раскрылся не шибко сильно, зато как продуктивно. Народ застыл, с раздражением и недоумением глядя на меня, вдруг ставшую такой заметной.
– Мне, может быть, кто-нибудь скажет, гидра вас покусай, где эти Алауэн Ту. Спасибо за внимание!
– Зачем тебе они? – отделилась от стены, которую подпирала, девушка лет двадцати – двадцати трех. То есть ей может быть сколько угодно – магия.
– За надом, – огрызнулась я. – Где мне их найти?
– Идем.
Из полутьмы вышел мужчина и посмотрел на меня какими-то странными глазами.
Хм, что-то мне в них показалось неправильным, чуждым, что ли.
Доверив глаза фениксу, я вновь посмотрела на эту парочку.
И чуть не упала от удивления. У них была аура не человека, а дракона!
– Вы и есть Алауэн Ту, – поняла я.
Мы пришли в небольшую уютную комнату, в которой горел камин. Пол покрывал мягкий ковер, не самый дорогой, но очень хороший. В полыхающих дровах зажглись полные блаженства два черных уголька, и я улыбнулась – за три дня пути через скалы огонь мы не разводили ни разу.
– Что вам надо от нас?
– От вас – ничего. У меня послание для вас.
– Послание? От кого?
– От Олеандриэля.
– Кого? Откуда ты его знаешь?
– Встретились в Светлом Лесу. – Удержаться от улыбки я снова не смогла. Слишком уж удивительными были мои воспоминания о времени, проведенном в этом славном месте, и о старшем принце правящего дома. Да и об одном из младших тоже.
Развязав ленты прикрепленной к бедру сумки, я достала свиток.
– Ерьен эве Алауэн Ту тиль сеа кер’рьен Олеандриэль делэ’Эвьер. Эсьен ту Лилит, пьер те льен’ньи. – И, поклонившись, как требовали того традиции, отдала свиток в руки девушки.
– Ты не боишься, что ошиблась адресатом, посланник? – перевел глаза со свитка парень.
– Не-а. Олеандр сказал, что на месте я сама пойму, кому именно отдать свиток. Значит, это должен быть кто-то особенный. А особенней вас я еще никого здесь не видела.
– И что ты видишь в нас?
Феникс привычно скользнул в мой взгляд, и я увидела их…
Два небольших изящных дракона. Золотисто-красный и золотисто-синий. Желтые глаза с вытянутым зрачком, по два рога на голове и мощный рог на носу у самца. Потрясающе красивые крылатые существа. А Олеандра надо клюнуть в одно место, чтобы впредь предупреждал. Вот ведь сюрприз сделал.
Только тут я поняла, что наш междусобойчик опять вышел на всеобщее услышание.
– Извините. Меня зовут Лилит. – Драконы, как предупреждал Учитель, очень чувствительны ко лжи. – Но я предпочитаю, чтобы меня именовали Таня Лил.
– Станислав, – протянул руку синий дракон в человеческом обличье. Темные волосы, правильные, чуть суровые черты лица, не лишенные красоты, все те же желтые глаза с вертикальными зрачками.
– Станислава, – улыбнулась девушка. Волосы у нее были на полтона светлее, да и черты лица мягче. Но все равно сходство их бросалось в глаза. И не поверишь, что эта довольно посредственная особа – прекрасный крылатый дракон. – Ты извини нас за излишнюю подозрительность, просто мы не ждали послания от Олеандра.
– Ничего. Думаю, это послание он специально выдумал, чтобы отправить меня подальше от Светлого Леса, пока там осталось хоть что-то целое. Я права? – попыталась я заглянуть в руны на свитке, которые читал Стас. В дороге я раз …цать пыталась вскрыть защиту послания, но почтенный эльф не зря занимал место Учителя с большой буквы, даже в Светлом Лесу.
Станислава улыбнулась. Видимо, у нее была телепатическая связь с братом.
– Олеандр просит, чтобы мы открыли для тебя доступ к Знаниям Драконов. Это очень серьезно. Но отказать дяде мы не можем. Зато начальник крепости вполне. Поэтому идем к нему.
Следующий час я изображала из себя предмет мебели в огромном кабинете. Мне сесть не предложили, но я только этому радовалась, не дай бог, зацепить новые черные брючки каким-нибудь гвоздем на этих пыточных устройствах. Одевал меня, кстати, Элестс. Просто перед отъездом взял за руку и отвел к лучшему портному. А после обморока маэстро в связи с моей истерикой по поводу дикой фантазии кутюрье – перетащил к более демократичному. Там я заказала себе целый набор дорожной одежды – из самой нервущейся ткани, а заодно легкой и очень красивой.
– Как тебя зовут? – пренебрежительно кинул мне глава крепости.
– Таня Лил, господин.
– Зачем ты пришла к нам?
– Я принесла послание. А теперь не могу противиться воле Учителя, пожелавшего, чтобы я изучила нужный материал.
– Нужный материал, – хмыкнул седовласый мужчина. – Ты хотя бы знаешь, что такое Знания Драконов.
– Нет, господин. Не имею понятия.
– Странная ты. Не нравишься мне.
– Вы предпочитаете блондинок? – само собой вырвалось у меня.
– Идем, – просверлив меня взглядом, решил он. – Познакомим тебя с Тиамат.
Брат с сестрой распахнули и без того огромные глаза.
– Зачем?
– Есть в этой девчонке… что-то неправильное. Как в вас. Если бы я не знал доподлинно, решил бы – ваша сестренка. Я хочу знать, кто вошел в мою крепость.
А я улыбнулась драконам, идущим по обе стороны от меня.
– Тогда вас ждет большой сюрприз! – подмигнула я им, снимая паучка.
Те оценили обстановочку и куда более весело продолжали путь, наверняка предвкушая неплохое развлечение.
Спускались мы долго, пока наконец не пришли в огромный подземный грот. Здесь пахло мускусом и почему-то ветром. А ветер всегда ассоциировался у меня с осенью. Вот и пойми, что из чего вытекает. А если еще припомнить влияние на мою психику одного синеглазого красавчика…
Э-э… Кто это?!
На площадке, сплошь заваленной каким-то мусором, возлежала туша дракона. Именно так, по-другому и не назовешь – такой необъятной она была. Темная шкура дракона давно окостенела и потеряла свой магический блеск. Когти внушали доверие даже самому предвзятому, а каждый из красных глаз оказался с мою голову. И это была драконица.
– Извини, что потревожили, госпожа Тиамат, – любезно обратился к ней седовласый.
– Я давно жду вас, – лениво ответила она скрипучим, преисполненным иронии голосом. – Пусть девочка подойдет.
Упираться я не стала. Конечно, поначалу перепугалась, но вряд ли такое огромное древнее существо позарится на тощую человеческую девчонку.
– Как твое имя, дитя?
– Приветствую вас, милостивая госпожа, – встала я на одно колено. Все-таки что-то в мою головушку Олеандру, знатоку драконов, вложить удалось. – В миру меня зовут Таня Лил.
Тиамат слегка прищурилась, давая понять, что оценила мою однобокую правду.
– А в войне?
– В смерти, – поправила я с улыбкой и склонилась в самом церемониальном из своих поклонов. – Лилитана Эрнест Эл’лил, принцесса Вольская, всегда к вашим услугам, госпожа.
Драконица усмехнулась.
– Но это лишь половина твоего нынешнего титула, позволяющего говорить мне «госпожа». Если ты не произнесла вторую его часть из жалости ко мне, считая, что такая старая развалина не сможет даже на ноги подняться, то ты сильно ошибаешься, принцесса.
Все это было сказано с такой насмешкой и искрой в смеющихся глазах, что я и не подумала обижаться. Зато начальник, кажется, слегка обалдел. Еще сильней он растерялся, когда драконица встала одним непередаваемо плавным движением и склонилась ко мне на передних лапах так, что голова ее коснулась земли. Поклон равной!
– Приветствую тебя, Принцесса Царства Варуны.
– Думаю, вы немного спешите, госпожа Тиамат.
– Быть может, ты задержалась в дороге?
Я очень не по-царски захихикала.
– Немного. Потому что решила выбирать ее сама.
– Но ты ведь знаешь, что, как бы ни шла, конечный пункт неизменен.
– Да уж. Чувствую, Серебряного града мне не обойти.
– А зачем его обходить, когда можно распахнуть его ворота пинком.
– Чтобы они мне обраткой дали в лоб? – припомнила я Вадика.
Наверное, древняя драконица была хорошей телепаткой, потому как засмеялась, явно просмотрев радушно выданное мной воспоминание.
– Ты даже не знаешь, какой дар тебе преподнесли, принцесса, вполне возможно, незаслуженный.
– Так я не напрашивалась.
– У человеческих женщин всегда так, сначала обаяют мужчину, а потом невинно хлопают глазами, удивляясь: «И с чего бы это?»
– У драконов как-то по-другому?
– Конечно. Если нам кто-то нравится, мы четко даем это понять. Остальные же не заподозрят даже намека. В драконах нет того, что вы называете кокетством. К тому же у нас только один партнер на всю жизнь.
– Кхм, – напомнил нам Станислав.
– Он прав, – вздохнула драконица, выпуская облачка пара. – У нас еще будет время поговорить. Она остается здесь, Дукос, в Тарин Дастан. Я лично открою ей Знания. Стас, Стася, присмотрите за нашей гостьей.
Я прожила в крепости уже неделю, когда Тиамат вспомнила обо мне и пригласила к себе. Торопить ее или напоминать никто не осмелился, драконица была очень древней, умной и опасной. В принципе она-то и правила крепостью, разумеется, через человеческих наместников, среди которых никогда не было магов. Те могли различить странные голоса внутри себя. Это как феникс – вроде внутренний голос, но не всегда твой.
Занятия, если это можно было так назвать, мы проводили все в той же пещере. Драконица дала мне множество книг, но по малейшему вопросу и затруднению давала самый развернутый комментарий. Это было удобно. Знания я постигала с большим удовольствием. Консуэла сейчас бы сильно удивилась этому факту. Просто теперь я знала, что ищу, чего хочу и за что борюсь.
– Наш мир зародился слишком давно даже для меня, – рассказывала мне Тиамат. – Сначала в него пришли боги, потом появились первые волшебные создания – драконы и единороги. Затем были созданы арьен’Эде, эта раса уже почти вымерла. Точно так же, как и титаны. И только тогда боги создали асуров и дэвов. Первоначально они были одним народом, но, как и эльфы, однажды выбрали каждый свой путь. Асуры овладели магией майя, а дэвы – умением создавать себе аватар, воплощение своих душ. Через какое-то время пришли первые эльфы. В нашем мире их изначально не было, и, помня об этом, они никогда и не претендовали на власть, все же честь для них очень важна. Лишь венцом боги создали людей – свои любимые игруши. Всеми остальными им трудно играть, а люди податливы, их жизни коротки, но так ярки. Потом случилась вся эта кутерьма с разлитым бессмертием, дэвы изящно подставили асуров, навсегда лишив их души права на перерождение. Они рождаются со своей душой и умирают с ней же.
Драконица замолчала. Долго так молчала, пока я не выдержала и не спросила:
– И что боги? Как они на это отреагировали?
– А что боги? Их всегда раздражали асуры. Это как нелюбимые дети, на все их горести и промашки говоришь лишь: «Я так и знала, что из тебя ничего не выйдет путного». В то время они были слишком увлечены людьми, чтобы разбираться. А потом дэвы смогли доказать отвратность таких существ, как асуры, на примере их способа выживания – они ведь пьют чужую душу. Это ты хотя бы знаешь? – делано вздохнула Тиамат. – Но ты не думай, что асуры все такие белые и пушистые. Их было за что бояться. Асуры – великолепные воины, сильные маги. – Положив свою голову рядом со мной, древняя драконица сказала: – Все совершают ошибки, даже боги. Тебе ли это не знать, Эзиан.
Больше в тот день она мне и слова не сказала, погрузившись в какие-то свои мысли. В следующий же раз позвала только через три дня. Чему я обрадовалась неимоверно, ведь там, в библиотеке старой перечницы, хранятся великие книги прошлого.
Сейчас меня интересовало одно заклинание, намек на которое я нашла в древней книге Тайной Библиотеки Светлого Леса, а напрямую спрашивать об этом Тиамат не решалась. За такое она проглотит меня не поморщившись.
ЗАПРЕЩЕНО!!!
А умирать не запрещено? Убивать не запрещено? Так почему я, однажды выбравшая, не могу обставить все… более цивилизованно, что ли. И я ведь не собираюсь специально, только в крайнем случае. Ну что за глупые правила, грудь себе разорвать можно, жить вечно в виде духа можно, убить лишь желанием можно, а это нельзя. Брр, правила. А они существуют, чтобы их нарушать.
– Тиамат, что ты знаешь о заклинании Джахим?
К моему удивлению она осталась неподвижна, лишь приоткрыла один красный глаз.
– А я все жду – когда ты спросишь.
– Так ты знала, что я им интересуюсь?
– Малышка, ты с этим вопросом и пришла в Тарин Дастан. Бедный Олеандриэль, как тяжело ему, наверное, было знать о твоих намерениях. Он ведь так и не смог дать его тебе, собственными руками погубить дорогое ему существо, прислал сюда, на мой суд. И он был прав, рано тебе еще играть с такими силами.
– Мне был двадцать один год, когда я начала с ними играть, а ты говоришь рано? – Я медленно встала. Слезы жгли глаза, но слова вылетали независимо от слабости, точившей тело. – Не хочу выходить против врага неподготовленной. Ну неужели ты со своими способностями не видишь, зачем мне заклинание. Если я выживу, то выживу. Если умру, так с музыкой, с этой тварью Хананелем и с его войском. Я хочу мести, но и жить тоже хочу. Мне есть ради кого продолжать бороться. Просто… я не позволю убивать тех, кого я люблю.
– Думаешь, принц простит тебе такое?
– Это не его дело.
– Рано! – вздохнула она и закрыла глаза.
Стася нашла меня на стене, с красными от слез глазами.
– Что случилось? Тиамат тебя обижает?
Я покачала головой.
– Тогда чего ревешь? Посмотри, какие глазки красные. Разве можно стоять здесь и плакать. Лицо обветрится, некрасивой будешь.
– Плевать, ни к чему она, красота эта. Уж лучше я здесь постою. Посмотрю на все это, вот где красиво. Всегда любила небо.
– Хочешь полетать?
Меня вообще-то на такие действия не надо два раза упрашивать.
На спине золотисто-красной драконицы летать было очень удобно. Ее широкие крылья имели огромный размах, а грация, с какой двигалось это большое существо, логике не поддавалась. Только магии.
Когда мы опустились на площадку крепости, я вдруг поняла, что мы пролетали довольно долго, так успели скрючиться и затечь мои пальцы. К нам тут же бросились какие-то люди и начали отчитывать за глупость, ведь я не была обученной наездницей. Склонив голову к плечу, я с минуту подумала, а затем улыбнулась:
– Это вы просто на единорогах никогда не ездили. Не упадешь, пока лошадка сама этого не захочет.
Драконья ипостась Стаси улыбнулась и превратилась в человека.
– А ты смелая. Я думала, испугаешься, а от тебя такая эманация счастья шла. Только ты в следующий раз поосторожней. У тебя есть щит?
– Да. Просто я его сейчас не ношу. Подожди секунду.
На мое ушко вновь уселся паук, а Стася довольно улыбнулась.
С тех пор мы нередко летали с драконом Алауэн Ту. Кстати, Алауэн – единственный клан драконов, имеющих возможность человеческой ипостаси от рождения. Сейчас, конечно, появляются и другие возможности оборотничества, но эти первые, кому в голову просто пришло такое. Приставкой Ту в их роду помечаются двойняшки, как и в этом случае. Такие драконы практически неразлучны и связаны мощной телепатической связью. А еще они очень сильны. Это связано с тем, что все они природные маги. Конечно, не считая врожденной магии драконов.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?