Читать книгу "Непропавшие без вести. Рассказы"

Артист из Буэнос-Айреса

Проживая свою жизнь, вплетаем в неё чужие, иногда туго связывая узлом, иногда слабо, чаще всего только слегка касаясь. Судьбы мелькают перед глазами. Разные судьбы, счастливые и тяжкие, комичные, грустные и совсем простые. Запоминаются – неординарные.

Частный отель на улице Флорида аргентинской столицы стал моим временным пристанищем перед возвращением в Россию из длительного вояжа.

За день до того мы подружились с бразильянкой Розари, решив снять в семейной гостинице один номер на двоих. Нашим соседом оказался некий Себастьяно тридцати семи лет. Познакомились в первый же день заселения. Он разъяснил правила среди жильцов, показал выходы на террасы, при этом используя яркую мимику своего лица и бурно жестикулируя.

Отель в историческом здании занимал целый этаж с холлами, мойками, столовыми и санузлами. Сразу то всего и не запомнить. Его изучать надо.

Молодой человек, зайдя в кухню, вынес и любезно предоставил нам две банки из-под пива с безопасно загнутыми краями, заявив, что дарит стаканы, изготовленные лично им. А затем достал из коробки яблоки и тоже протянул нам, продолжая рассказывать о себе.

Мы держали по банке и по яблоку, наблюдая за его выразительными жестами. Он рассказал, как каждое утро подтягивается на настоящем турнике, прилаженном над входом в его жилище, как выжимает чугунную решётку с дождевого люка и, вообще, как замечательно он живёт в своей комнатке четырёх квадратных метров за 700 песо в месяц. Его татуированные руки эмоционально взлетали пред нашими очами.

В комнате, где кровать упиралась двумя спинками в противоположные стены, громыхала жуткая музыка его личного магнитофона. Огромные колонки мощными тумбами стояли прямо у порога. Пол был устлан хитросплетёнными проводами. Нагромождение металлического хлама имело своё предназначение и важность, а на двери с обеих сторон были приклеены разные дипломы и свидетельства, подтверждавшие его артистическую деятельность.

Именно так. Он был артистом, а мы его зрителями, что молча таращили глаза и ходили вслед по длинному коридору. Аргентинец раз за разом повторял одну и ту же фразу:

– Теперь я здоров, да, я здоров! Я живу!

Жизнь после смерти. Бывший наркоман, прошедший курс реабилитации, переживший тяжёлую операцию на желудке, испытавший клиническую смерть на себе – такова краткая биография аргентинца. На момент той беды от него уже давно отказались близкие, только друзья с весёлого бульвара в часы просветления навещали в больнице.

Люди мутанты, как их здесь называют, которых не принимает общество, презирает и не удостаивает взглядом. Лишь улица Флорида им покровительствует, понимая, выслушивая и давая возможность заработать на существование. Многие музыканты и циркачи не имеют кров и спят где придётся, но имеют холсты, краски, гитары, костюмы и умелые руки. Они играют свои судьбы. Жизнь – театр, расхожая банальная фраза, шекспировская, знаменитая.

Сейчас Себастьяно устроен лучше других и, зная это, помогает друзьям как может. Иногда покупает чашечку горячего кофе, делится одеждой, недавно передал товарищу слегка дырявую палатку. Как-никак, защита от ветра. Он не бежал от себе подобных.

Для собственной персоны приобретает только добротные вещи. Жизнь научила разумной трате денег, ведь пенсия по инвалидности просто мизерна, хотя так не считает. Уверен, что он счастлив.

С приходом каждого нового дня идёт за завтраком, а это две чашки кофе с бутербродом, который на благотворительной основе выдаёт ресторан «Гавана» для всех мастеров с бульвара искусств. Затем к десяти утра отправляется к супермаркету, где на раздачу выставляют просроченные и чуть испортившиеся продукты. Возвращается неизменно с большой картонной коробкой, заполненной хлебом, фруктами и овощами. Мясные деликатесы достаются нечасто, а рыбу он не ест. Посоветовал нам делать то же самое. Мы посмотрели на наши яблоки.

Невеста его проживает в пригороде, приезжает в гости по выходным. К приезду желанной женщины покупает что-нибудь вкусненькое, убирает комнатушку, включает громко музыку и ждёт. Добродушная толстушка Амелия очень располагает к себе, спокойна и рассудительна, во всём согласна с возлюбленным. Радуется, когда радуется он. А любимый в её присутствии становится податливым и тихим, стараясь угодить милой.

Я спросила в упор:

– Почему не женитесь? – ответили, что надо выждать время, чтобы тот порок больше не вернулся.

Только об одном жалеет молодой человек, что родители перед кончиной его не позвали, а он не осмелился попросить у них прощения. И о том, как он сейчас счастлив, рассказывает только на Флориде, да вот и нам немножко. К сожалению настоящее не перечёркивает прошлого.

Возвратившись в свой номер, мы с Розари обессилено упали на кровати, переваривая чужую жизнь. Он нам её раскрыл, как карту командир. Подруга не захотела есть яблоко, а я съела два. К супермаркету мы не ходили, негоже лишать продуктов питания тех артистов и художников, которые всякий раз почти хором нас приветствовали во главе с соседом.

Вскоре бразильянка завершила дела в Буэнос-Айресе и отбыла в Бразилию, а я ещё оставалась.

***

В последний вечер перед отлётом пообещала дружелюбным соседям сюрприз, а они, в свою очередь, хотели показать столь приятные и дорогие их сердцу столичные места. Но позвонила Амелия и сообщила, что задержится. При этом дала разрешение гулять по городу вдвоём, а она позже нас найдёт.

Я испытывала некоторую неловкость. В компании девушки моего соседа было бы гораздо увереннее. Поняла, что просто стесняюсь идти рядом. Сплошь разрисованные запястья, чёрная, раскрашенная собственноручно, футболка, металлическая цепь, свисавшая из кармана брюк, чётко выделяли его среди людского потока. Он преданно служил образу, но этот образ доставлял много хлопот. Отказываться было поздно и мы пошли.

Городские достопримечательности сменяли одна другую. Район Сан Тельмо со старинным рынком, где я прикупила копчёные колбаски на вечер, стал главным местом нашей прогулки. Мастерская струнных музыкальных инструментов по-дружески встретила Себастьяно. Здесь уличные гитаристы постоянные посетители, и к нему тут давно привыкли.

Каким-то мистическим образом мой друг гармонировал с интерьером, сам того не зная. Казалось, что стеллажи с гитарами ожидали именно его. Потом была Школа Искусств, что закончил мой товарищ. Но в силу позднего времени она уже закрывалась, зато пожилой охранник был несказанно рад общению.

У размашистых граффити, где приложил свою кисть попутчик, получились самые эффектные снимки. Вроде он тут всегда и стоял! А кадры с моим участием были просто никудышные. Граффити меня не принимали. Как часто занятие субъекта определяет его внешний облик.

В какой-то момент компаньон исчез на террасе кафе, предложив подождать. Я терпеливо поджидала, будучи уверенной, что он увидел знакомых за одним из столиков. Возвратился бегом. В ладонях держал бутерброды для нас. Он их просто попросил.

В подобной ситуации я оказалась впервые. А как же сюрприз?! Ещё днём я купила внушительную пиццу и кока-колу, собираясь устроить прощальный ужин на троих. И вот, не успела! От бутерброда отказалась, быстро засобиравшись обратно.

На площадке ресторана стройные пары танцевали аргентинское танго. Замануха на ресторанную тусовку действовала на зрителя магически. Трудно мимо пройти. Восхищённые прохожие с восторгом следили за прекрасным танцем, а у меня выпрошенная еда из головы не шла. Плохой я человек, зануда.

Амелия нас ждала на лавочке и ужин состоялся. Мы вынесли стол во дворик, разогрели на импровизированной сковороде пиццу, порезали колбаски и открыли бутылку колы. Ребята нашли что подарить мне. Вручили открытку с изображением Себастьяно, сделанную администрацией учебного заведения в период защиты дипломной работы. После окончания всех бесед договорились, что разбужу их пораньше, чтобы попрощаться.

Будить молодёжь на рассвете не стала, положив под их дверь ещё влажное полотенце, кусок мыла, бритвенный прибор и половину пачки сухого молока, что возила за собой ещё с Чили.

Ушла я по-английски, не простившись. Не люблю прощаний. Одним словом, зануда.

***

На улице моросило, небо затянули тучи. Погода явно портилась. Городской автобус увозил меня в аэропорт за два аргентинских песо. Очень грустно, когда заканчивается очередное путешествие. Я стояла у стеклянной стены аэровокзала, а дождь поливал её слезами. Через несколько часов покину волнующий материк.

Не плачь по мне, Америка! Быть может эта встреча не последняя.

Модистка

Это были её мечты, воплощённые в жизни. Каким-то непостижимым, но планомерным образом они сбывались., чтобы иссякнуть в одно мгновение.

На швейной фабрике Levi’s в Манагуа посчастливилось познакомиться с замечательной русской девушкой. Она приехала в Никарагуа из Киева. Возрастом постарше была, а значит, мудрее. Людмила закончила в Украине Высшие Республиканские курсы дизайнера женской одежды. Имела красный диплом отличницы. Одно время трудилась в Доме Моды, иногда дефилировала по подиуму в своих нарядах.

Будучи уверенной, что после всех политических встрясок в наших государствах, никто не посмеет осудить мою добрую знакомую. Осмелюсь о ней рассказать.

Отец героини принадлежал еврейской национальности. В советский период восьмидесятых был осужден за экономическое преступление. Сгинул в тюрьме. Дочка считала виновным тот режим, который лишил её родителя. Она задалась целью выехать из страны. Куда? Куда угодно.

В один из дней в киевском метро ухоженная стройная блондинка встретила двоих «непонятных иностранцев» и пристала к ним с вопросами – кто, да откуда? Ребята испуганно пятились от красавицы, обладая излишней скромностью. Но красотка заставила себя слушать. Ей был позарез необходим любой иностранный студент, который в ближайшие месяцы отбывает к себе на родину. Она готова была уплатить за пригласительный документ, или же вступить с ним в брак, чтобы сообща покинуть Украину. Двое «непонятных» пообещали подумать. Тогда она написала им свой номер телефона.

Через пару суток парни позвонили и сообщили, что есть на примете бедный никарагуанец, который скоро уезжает домой. В этот же день встретились. Люда приготовила угощение, а гости пришли с цветами. Увидев Карлоса, она поняла, что пропала.

Высокий черноусый красавец слегка моложе хозяйки стоял у порога с букетом. О чём разговаривали – почти не запомнила, но, видимо, договорились обо всём, так как на следующий день он явился уже с паспортом.

Расписались, она заплатила обещанную денежную сумму и принялась оформлять бумаги для выезда. Карлос, как звали внезапно появившегося супруга, тоже влюбился, но взятые деньги не позволяли нарушать деловой договор. Проживать по-настоящему вместе начали по прилёте в Никарагуа, когда родственники, ничего не подозревая про фиктивные отношения мужчины и дамы, положили их спать в одной комнате.

Одновременно с ними прибыла девятилетняя дочь Леночка от первого брачного союза Людмилы. Невероятно красивая девочка с бездонными голубыми глазами привлекала всеобщее внимание. Она быстро освоила язык и пошла учиться в школу. А маме было о чём призадуматься, где приложить свои знания с мастерством, как заявить о себе.

Нас сблизила фабрика джинсовой продукции, куда меня приняли швеёй-мотористкой. К тому сроку киевлянка уже полгода находилась там на привилегированном положении у доньи Элизабет – владелицы заведения. Стилистка из тогдашнего СССР наряжала хозяйскую фамилию в вечерние платья и мужские смокинги.

Некоторое время она наблюдала за мной в деле, а потом предложила уйти с конвейера и открыть совместный бизнес. Этот шаг напоминал дезертирство в отношении добрейшей начальницы, но мы искренне рассчитывали на её понимание.

Наша богиня, как называли её за спиной, действительно была обижена, но впоследствии контакт восстановился по случаю неимения лучшей замены киевлянке. Ведь талантливой мастерице не было равных в дизайнерском искусстве.

Мы арендовали для пробы неплохой гараж, больше походивший на беседку, приобрели стол закройщика, отпариватель, две швейные и оверловочную машину и приступили к обживанию своего цеха. Моя подруга владела приличным списком клиентуры. Если бы вы видели её в действии! Это был пожар! Будто не чувствовала усталости. Любила свою профессию и отдавалась ей полностью. Никогда не встречала таких умелых рук.

Я старалась соответствовать во всём своей наставнице, ни разу её не подвела. Благодаря своей профессиональной фантазии, она создавала шедевры. Я же была только исполнителем. Карлосу отводилась роль гладильщика. Его статус считался ниже моего, над чем мы подшучивали. А не надо было. Позже всё сказалось на их любви.

Постепенно светское общество столицы зачастило к нам на примерки. Послы, консулы разных стран, «Мисс Пасифико» и «Мисс Никарагуа» числились клиентами. Владельцы заводов и пароходов шили у нас костюмы. Никого не смущало обетованное местечко далеко на окраине.

Людмиле этого было мало. Она рвалась в Соединённые Штаты, ей хотелось показать себя там. Да и было чем удивить. А пока только так.

Прекрасная богиня простила наше «преступление» и сняла опалу. Снова заказывала вещи на всю семейную братию. Впоследствии она, хвастаюсь, пригласила меня в офис и вручила чек на достойную премию.

Деньги потекли рекой, мы вырабатывались на износ, заказы сыпались как из рога изобилия, пришлось расширить состав и взять ещё две портнихи из местных.

Я не отдыхала, да и подружка тоже. В этот напряжённый рабочий период арендодатель помещения подарила ей в День Рождения лотерейный билет, по которому был выигран огромный холодильник. С того праздника судьба от нас отвернулась. Проблемы из-за выигрыша принудили искать другое размещение и съехать из мастерской.

Карлос потихоньку вредничал, завидуя собственной жене. В семье начался разлад.

Тут я заболела невесть чем и попала в военный госпиталь. Дорогое лечение не вдохновляло. А пока суд да дело, решила съездить навестить родню, заодно и полечиться. Я от чистого сердца доверяла надёжной и бесплатной российской медицине.

Возвратиться в Манагуа смогла только через год, да и то затем, чтобы продать землю под застройку и стройматериалы, которые охраняли члены моей никарагуанской семьи. (книга «Чужбина») По состоянию здоровья больше не могла пребывать в центральноамериканском государстве. Погостила месяц, как и планировала. У Люды уже открылось новое производство, набралось одиннадцать работников. Ютилась она всё ещё на квартире и мечтала о Соединённых Штатах. Я же вернулась в Россию.

Лишь через двенадцать лет получилось вновь посетить Центральную Америку, чтобы повидаться с теми, кто меня всё ещё помнил. Это была гостевая поездка для удовольствия.

Мне не терпелось увидеться с давней приятельницей. К счастью, швейное ателье под вывеской «Украина» оставалась на прежнем месте, но владелицы в тот час на работе не оказалось. Сотрудники подсказали, как найти её особняк и я нашла.

При входе за решётчатые кованые ворота сада мне навстречу с жутким лаем выскочила огненно-рыжая дворняжка. Я отпрянула, едва успев закрыть перед собой массивную створку в ожидании кого-либо из обитателей дома.

Тут показалась Людмила. Неожиданная встреча захватила нас неудержимым эмоциональным вихрем. Душили слёзы радости. Мы обнимались и кричали будто дети.

Свою шикарную усадьбу она перекупила у спешно съезжавшей посольской четы в связи с закрытием нашего посольства. Подруга выглядела элегантно, сделала лёгкую пластику лица и превратилась в королеву стиля. У неё появилась ещё одна доченька Карлита, ей было уже восемь лет. Семейство пользовалось постоянными американскими визами, и женщина каждые выходные летала к мужу за рубеж, пока не надоело. Она стремилась только вверх, чтобы не вниз.

Что произошло с Карлосом? Он поселился в Майями. Уехал от своей знаменитой жёнушки на самостоятельные харчи.

Я спросила красавицу:

– Почему ты всё ещё живёшь в Никарагуа?

На что она ответила:

– Знаешь, в Центральной Америке я одна, только ко мне едут состоятельные заказчики, а в США своих модельеров хватает.

За пятнадцать лет деятельности подруга завоевала авторитет и в соседних странах, полным достатком обеспечила своих детей. Много это или мало? Одно надо сказать – трудно.

Ею была куплена вилла на берегу Тихого океана, имелся счёт в банке США, апартаменты для отдыха рядом с Диснейлендом в Майами, старшая дочь Лена вышла замуж в «большие деньги», родилась внучка. На телевидении эта хрупкая женщина вела свою программу, в Национальном театре им. Рубен Дарио ежемесячно устраивала показ мод. Много чего полезного создала. Казалось бы, жизнь удалась.

Мы провели вместе целые сутки: сначала поехали в клинику к пластическому хирургу, потом на фабрику, а затем к Людмиле домой. Мы абстрагировались ото всего и говорили без умолку под холодные напитки, качаясь в садовых креслах-качалках. Нас связывала не просто дружба, нас связывало нечто более ценное, поделенное на двоих. Выживание на чужбине сделало нас родными людьми.

***

Вскоре я уехала.

Последующий визит в Никарагуа через шесть лет стал потрясением. Известие о смерти Людмилы меня ошеломило. Я не могу поверить в это до сих пор. Она умерла от сердечного приступа за два года до моего приезда. Что послужило причиной – не знаю. Нельзя было так много работать.

О кончине моей подруги писали все газеты. Хоронили её из Народного театра Рубен Дарио. Процессия шла по столичным улицам. Движение транспорта было остановлено. Похоронили достойно, с почестями. Да кому это теперь нужно!

Как мне сейчас хочется плакать!

Ателье «Украина» продолжает своё обслуживание. За главную осталась первая дочь. Верю, она справится. Что наживалось таким трудом, не должно пойти прахом. Дай ей бог ума сохранить и приумножить приобретённое признание, чтобы мать радовалась, глядя с небес.

У каждого времени свои герои и свои победители.

Особенное совпадение

У Судьбы не бывает случайностей. «Сбыча мечт», это тоже Судьба.

Признаться честно, хотя может показаться нескромно, в период жизни в Никарагуа мне сопутствовала удача. Но это не потому, что я какая-то особая, а потому что бог на чужбине помогает.

Однажды перед Рождеством меня пригласил погостить товарищ по имени Фернандо.

Купив подарки для его домочадцев, я собралась в Гранаду, солидный административный центр в стране. Ехать предстояло автостопом, в рождественскую неделю междугородний транспорт оказался на приколе. Это сейчас маршрутные такси идут нескончаемым потоком во все концы.

Долго стояла у обочины без малейшей перспективы на отъезд. Уж совсем надежду потеряла, и вдруг, машина! За рулём молодой человек удивлённо спросил:

– Куда это ты выдвинулась в выходные? Весь народ по-семейному празднует, ром с колой пьёт под жареного гуся.

– Так и я отдыхаю, с визитом направляюсь к моему давнему другу, – и попросила подвезти хотя бы до ближайшей деревни Масатепе. Моя боязливая смелость подсказывала, что этому мужчине можно доверять.

Гранада от моего городка Сан Маркос в пятидесяти километрах. Один шанс из ста, что кто-то поедет туда в праздничные дни. Поэтому надумала передвигаться отрезками пути.

Подъезжая к озвученному поселению, шофёр проговорил:

– Куда конкретно тебе надо?

Смело ответила:

– В Гранаду.

Молодой человек заявил, что едет туда же.

– Отлично! – я от неожиданности даже подпрыгнула на мягком сиденье.

Вскоре доехали до центральной площади колониального города белых дворцов с портиками. Тут мужчина поинтересовался где удобней остановить автомобиль, я назвала улицу. Удивившись, он заметил, что это его район. Но когда я произнесла имя и фамилию приятеля, на водителя напал гомерический хохот. Он жил по соседству и привёз меня прямо к дому!

Друг ожидал у ворот. Он смотрел на нас, как на обманчивое видение и не понимал, каким образом мы оказались вместе. Когда рассказали ему подробности встречи у дороги в Сан Маркосе, он только недоверчиво покачал головой.

Рождество тогда удалось на славу! Фернандо на два дня обеспечил нам с его супругой Аделаидой комфортный праздник. Но вскоре нужно возвращаться.

По городу курсировали кареты, запряженные тощими лошадьми. Вот в такой экипаж с чувством выполненного долга меня посадили супруги, чтобы подъехала до автовокзала, а оттуда взяла нужный автобус.

Наконец-то лошадки доплелись до окраины. Всеобщее гулянье продолжалось, а кроме тарантасов по городским мостовым ничего и не ездило. Какой там транспорт? В какой Сан Маркос? Снова пришлось ждать попутку.

Представьте искреннее недоумение, когда передо мной затормозило то же авто соседа. Подумала, что он подстроил всё специально, а драйвер решил, что это я умышленно встала у дороги, как хитрая аферистка.

Мужчина следовал по важным делам опять же через мой городок. Столь странные обстоятельства побудили нас заехать в супермаркет, где я была поздравлена с праздником, награждена пластиковой упаковкой пива и огромным пакетом сладостей. Так и заявилась домой, увешанная трофеями.

Как говорится, от Судьбы не уйдёшь!