Читать книгу "Притворщики. Игры теней"

Глава 3

Лоуренс даже не посмотрел на монету, сыгравшую катастрофическую роль в моей жизни.

– Обычная практика, – пожал он плечами. – Наши люди везде. Зато теперь я знаю, куда два часа назад моталась команда чистильщиков. Наверняка они уже нейтрализовали твою кикимору.

– Как это, нейтрализовали? – у меня засосало под ложечкой от страха.

– Если Тень не уничтожить, она начнет плодиться и обживать то место, к которому присосалась. Даже самый лучший район города станет неблагополучным. В нем появятся банды, запрещенные вещества и прочие прелести теневого мира. Зло распространится на соседние районы, а потом и на весь город. Сильная Тень способна развязать войну между государствами, чего мы стараемся не допустить. Поэтому этих тварей лучше уничтожать сразу. Без сожаления.

– Но Тине, как и мне, было всего девятнадцать. Маленькая, хрупкая девочка. У нее такие прекрасные родители. Я видела их однажды, когда мы случайно встретились в городе…

– Она – Тень и может принимать любой облик. Даже самый невинный, – отрезал Лоуренс.

Я не могла и не хотела принять правду. Если все так, как говорил Лоуренс, то получается, что кровь Тины – кикимора она или нет, лежит на моих руках.

– Неужели Тени такие умные, что способны поступить в университет, пройдя огромный конкурс? Не верю!

– Не хочу тебя пугать, но, думаю, настоящая Тина мертва, – Лоуренс покосился на меня. Я почувствовала, как кровь отлила от моего лица. Все звучало так нереально, словно я попала в страшную сказку.

– Что за нечисть сидела рядом со мной в аудитории? – выдохнула я. – И когда она подменила Тину? Если сразу после поступления, то как тварь смогла отучиться два года? Да, Тина слабо успевала, но без неудов. А если рокировку сделали совсем недавно, то как Тень сумела так быстро адаптироваться, что мы не увидели разницы?

Я не могла вспомнить, когда заметила третье веко у кикиморы.

– Я же говорю, Тени весьма опасные существа. Прежде чем сделать замену, они долго наблюдают, чтобы досконально изучить выбранный объект. Люди их не видят, поэтому Тени чувствуют себя в безопасности.

– А без убийства объекта Тени не могут обойтись?

– Убийство – крайняя мера. Чаще происходит раздвоение. Но раз твоя Тина живет с родителями, то раздвоения не случилось. Поэтому я предположил, что она мертва.

– Что такое раздвоение?

– Когда Тень становится точной копией объекта, но не трогает его. Оригинал живет как прежде и не догадывается, что где–то на свете есть двойник. Копия под его видом и с такими же документами орудует в другом городе или в другой стране. Таких труднее поймать. Они скачут из объекта в объект и творят зло, за которое зачастую наказывают оригинал. Слышала, наверное, о таких судебных делах, где подсудимый уверяет, что не виноват, но находится куча свидетелей и записей с камер, опровергающих его невиновность?

– Если слушать осужденных, в тюрьме каждый второй невиновен, – со скепсисом в голосе ответила я. – Сейчас меня больше волнует, куда делась Тина. Тина – оригинал.

– Не переживай, наши парни разберутся. Опытные притворщики основательно прощупают семью и соседей, чтобы понять, как далеко разрослась Тень, – Лоу произносил страшные слова так легко, словно исчезновение хрупкой девочки, место которой заняла кикимора, была плевым делом. Или это борьба со злом делает душу черствой?

– Кто такие притворщики?

– Если просто, это ловцы Теней. Подробнее узнаешь на лекциях, – Лоуренс потянул меня за руку к лестнице. Я еле шла. Устала физически и морально и до слез хотелось домой, к маме.

– Почему выбрали такое странное слово?

– Мы, как и Тени, умеем притворяться кем–то другим. Чтобы не выделяться из толпы в том мире, где идет охота. Представляешь, что будет, если по твоему городу прогуляется в своем истинном виде Астрарил?

– Миров, что, несколько?! – я остановилась.

– Посмотри на меня и Рила. Мы сильно похожи на людей? Как думаешь, откуда мы взялись?

– Астрарил точно нет, а вот ты… – я скользнула взглядом по фигуре Лоу. Пальцев на руках по пять, голова одна, руки–ноги по две. Красота неземная – это точно, а в остальном человек человеком.

– А так? – Лоуренс улыбнулся, и я отшатнулась. Хорошо, что он поймал меня, иначе покатилась бы вниз по лестнице.

– Кто ты? – выдохнула я, не в силах избавиться от короткого видения звериного блеска в глазах.

– Однозначно не человек, – Лоу приложил руку к замку, и входная дверь в здание бесшумно распахнулась.

Я огляделась. Мы попали в полутемный холл, свод которого подпирали колонны. Между ними прятались лестницы. И ни души вокруг. Только звучно отсчитывали время огромные часы, установленные по центру. В Перекрестье шел третий час ночи. А ведь на Земле сейчас самый разгар дня!

– А если я вернусь домой тем же порталом и выкину эту чертову золотую монету, мой мир станет прежним? – с надеждой в голосе спросила я.

– Нет. Твой мир уже изменился. Даже если ты вернешься домой, то тебя постигнет разочарование. Там тебя никто не знает и не ждет. Если только повернуть время вспять и попасть в тот отрезок, когда ты еще не взяла в руки фаидор…

– Такой амулет существует?! – у меня затеплился огонек надежды.

– Конечно. Иногда зло можно искоренить, только попав в далекое прошлое. В программе нашей академии есть целый курс по перемещению во времени. Сложно, но очень интересно. Главное, не изменить кардинально историю.

Откровения Лоуренса странным образом успокоили. Я поняла, что есть шанс вернуть прежнюю беззаботную жизнь. Нужно только раздобыть артефакт поворота времени, для чего придется стать студенткой ТАМ.

И если мне удастся воспользоваться «машиной времени», то для начала я перепишу курсовую, убрав оттуда упоминание о живущей среди нас нечисти, чтобы опять не вылететь из родного университета.

Но как тогда быть с кикиморой? Позволить ей творить зло?

Я так устала, что не могла думать еще и о судьбах мира.

– Куда мы идем? – я повертела головой, ища напарника Лоуренса, но Рила и след простыл.

– В общежитие. Администрация уже спит, поэтому переночуешь у меня. Не оставлять же тебя здесь? Раз ты упала мне на голову, я за тебя в ответе.

– А Астрарил за меня не в ответе? – я опять остановилась. Предложение Лоу выглядело подозрительным. Создавалось впечатление, что этот малознакомый мужчина заманивал меня к себе.

– Рил не студент. Он вообще косвенно относится к академии.

– А к чему он относится?

– Он офицер Заставы. Так что выбирай: идешь со мной, или я покажу тебе дорогу в казарму. Там тоже можно переночевать. В дежурке подскажут, где есть свободная койка.

– Я не знаю, какие здесь нравы, но спать в одном помещении с незнакомыми мужчинами – это в любом обществе неприлично и небезопасно.

– Ты что, не умеешь ставить защитный круг? – Лоуренс был удивлен.

– Я из мира, где нет магии, поэтому я слабо представляю, что могу, а что нет.

– Раз распознала кикимору – значит, в твоем роду были маги. Просто так способности притворщика не передаются.

Я закусила губу. Семейные легенды как–то совсем неожиданно становились явью. Я знала, что происхожу из старинного дворянского рода, берущего начало от прародителя по имени Беленица, жившего еще во времена Золотой Орды. Воин, защитник, он оставил после себя память, которую бережно хранили в моей семье. Неужели он тоже был притворщиком? Не поэтому ли попал в плен и был сожжен?

– И все–таки, в твою комнату я не пойду. В казарму тем более, – я упрямо стояла на своем.

– Хорошо, – кивнул Лоуренс. – Иди за мной.

– Куда?

– В женское общежитие, – Лоу не стал ждать моего согласия и направился к дальней лестнице.

Я поспешила за ним. Сразу бы так. Не доверяю я этим красавчикам. Лучше уж спать в холле, спрятавшись за одной из колонн, чем рисковать собственным именем. Зарекомендовать себя плохо я всегда успею.

Мы поднялись на пятый этаж, и я даже успела запыхаться, так быстро шел Лоуренс. Открыв прикосновением ладони двери, ведущие в длинный и плохо освещенный коридор, Лоу замер на пороге. Я вопросительно посмотрела на него.

– Здесь стоит магическая охрана. Чужим вход воспрещен, поэтому придется послать Вестника, – объяснил он, снимая с пальца кольцо.

Я только сейчас обратила внимание, что колец и перстней на его руках несколько, не считая браслетов, выглядывающих из–под рукава рубашки. Поднеся кольцо к губам, Лоуренс поцеловал его и что–то беззвучно прошептал. Наклонившись, бросил его в коридор.

Я вспомнила, как запросто Лоу сжег Тень, но то швыряние огнем огня мало напоминало магический жест. Было похоже, что Лоуренс просто кинул в полупрозрачную тварь коктейль Молотова. Здесь же я стала свидетелем настоящего волшебства. Кольцо докатилось до нужной двери и выросло в полупрозрачную фигуру, похожую на хозяина кольца. Фантом постучался в дверь, и когда на пороге появилась заспанная блондинка, голосом моего спутника игриво произнес:

– Я пришел к тебе с приветом.

Девушка посмотрела в нашу сторону и радостно помахала, но, заметив меня, скривилась в лице. Сделав свое дело, Вестник растворился в воздухе. Кольцо беззвучно покатилось назад.

– Теперь ждем, – вернув на палец Вестника, Лоу сложил руки на груди и оперся плечом о косяк. Почему–то он старался на меня не смотреть.

– Что не так? – спросила я, чувствуя подвох.

– Однажды ты поймешь, на какую жертву я пошел ради тебя.

Ждать долго не пришлось. Вскоре появилась она. В летящем платье, где под тонкой тканью угадывалась высокая грудь без бюстгальтера, и с лежащими на плечах золотыми локонами, которые красиво дополняли картину совершенства, сотворенного за каких–то пару минут. Наверняка не обошлось без магии. На лице макияж невинности – едва подкрашенные глаза, нежный румянец стыда и манящие влажным блеском губы.

Блондинка была всем хороша: высокая, фигуристая, божественно пахнущая. Стрельнув голубыми глазками в меня, она тут же повисла на шее Лоуренса.

– Ты пришел, мой Пупсик! Уже перестал дуться?

Я отвела взгляд. Лоуренс не Удав. Он Пупсик. Как же эти мужчины любят преувеличивать свои достоинства!

– А это кто? – спросила блондинка, разворачиваясь ко мне после долгого поцелуя. Теперь и у Лоуренса блестели губы.

– Это… – замялся Пупсик, то ли забыв мое имя, то ли очумев от страстного поцелуя, инициатором которого выступал вовсе не он. Пришлось подсказать.

– Алиса Беленицына, – я протянула руку, но она так и осталась висеть в воздухе. Со мной не торопились знакомиться.

– Наша новая студентка. Будущая притворщица, – пояснил Лоу со скучающим видом. Было заметно, что он не хотел возбуждать в подружке интерес ко мне. Такие ведь замучают вопросами, а позже и приступами ревности.

Глава 4

Блондинка скривила губы и смерила меня взглядом.

– М, понятно, – протянула она и, уже обращаясь ко мне, поинтересовалась: – А без Маски Лицедея на тебя посмотреть можно?

– На ней нет Маски. Еще не научилась притворству, – пришел мне на помощь Лоуренс, заметив, что я растерялась. Что еще за Маска Лицедея?

– М–да? И зачем вы заявились ко мне посреди ночи?

– Алисе нужно где–то переночевать. Ее только завтра оформят. Пустишь к себе?

– А где я буду спать? Кровать узкая, да и не привыкла я делить ее с женщиной, – на лице блондинки появилась загадочная улыбка. Она тут же потеряла интерес ко мне.

– А где бы ты хотела спать, Лаура? – вкрадчиво поинтересовался Лоу.

Я смотрела на свои руки. Крутила колечко, которое папа подарил на восемнадцатилетие. Мне было неловко слушать воркование голубков. Несложно понять, что будет происходить ночью в комнате Лоуренса. В академии явно не заморачивались с целомудрием.

– Свежее белье найдешь в шкафу. И чтобы в семь утра тебя не было, – обратилась ко мне блондинка, снимая с цепочки серебристый кулон. – Приложишь к замку, чтобы дверь открылась. Не потеряй, иначе будешь ночевать на лестнице. Туалет и умывальня в конце коридора.

Она не стала слушать слова благодарности и вновь повисла на Лоуренсе. Я же кинулась в коридор, лишь бы не видеть, как эти двое целуются. Такая не даст Пупсику спать до утра. Теперь я понимала, на какие «жертвы» пошел ради меня Лоу.

Больше никаких неожиданностей со мной не случилось. Дверь распахнулась легко, шкаф искать не пришлось – он был огромным и под завязку набит нарядами. Лаура определенно была модницей. Кровать, вопреки ее словам, оказалась широкой. Свет, бьющий в окно, позволил все разглядеть. А я успела попереживать, что останусь в темноте, так как понятия не имела, как здесь устроено освещение.

Умывальня оказалась допотопной. Раковины в ряд, крюки для полотенец, скамья вдоль стены. По куску мыла в мыльницах. За невысокой перегородкой душевые отсеки. Стоило войти, загорелся свет, хотя никаких ламп я не видела.

– Привыкай к магии, Алиска, – прошептала я, открывая кран.

Или я чего–то не понимала, или о горячей воде здесь не слышали. Может, надо было пошептать, чтобы вода сделалась хоть чуточку теплее, но я не знала волшебных слов. Заперев дверь, я быстро разделась и ополоснулась. Завернувшись в полотенце, прихваченное в том же шкафу, постирала трусики. Когда вернулась в комнату, пристроила их на спинке кровати.

Остальные вещи: джинсы, ветровку, рубашку и лифчик, я развесила на стуле. Оставшись в одной нижней майке с тонки бретелями, перестелила белье на кровати и забралась в нее. Страшно хотелось есть.

Как–то непродуманно все в ТАМ. Заманили, не встретили, заставили трястись от страха в компании двух нечеловеческого вида мужчин, не покормили, места для ночлега не предоставили. Неужели всех студентов так встречают или мне одной повезло?

Вспомнив слова Лоуренса, что они с Рилом наткнулись на меня случайно, я с ужасом представила, как мечусь по незнакомому городу, на улицах которого нет ни одного фонаря. Какая церковь, если я понятия не имела, что могу встретиться с Тенью? Я не догадалась бы об опасности, пока меня не съела бы полупрозрачная медуза.

А ведь ректор знал, что со мной произойдет. И главный бухгалтер знала, когда вручала фаидор. Собственными руками толкнули в Перекрестье, даже не дав попрощаться с родителями. Подумав о маме с папой, я вдруг осознала, что они обо мне не беспокоятся и не ищут. Они просто забыли, что у них есть дочь. Отныне я – сирота без рода и племени. Как и все в ТАМ. Тут я не выдержала и разрыдалась.

Выплакавшись, я достала из сумки бесполезный смартфон. Убедившись, что антенны нет, но заряд остался, поставила будильник. Приблизительно высчитав время до семи, я положила телефон рядом с подушкой. Через три часа он зазвонит, чтобы я убралась из комнаты подружки Лоу.

Засыпая, я четко знала одно: я буду учиться в ТАМ и стану лучшей студенткой, лишь бы мне доверили машину времени. И тогда я воспользуюсь ею, чтобы вернуться домой.

Проснулась я еще до мелодии будильника. Услышав голоса за окном, потянулась за трусиками. Занавеску шевелил ветер. Я ее задвинула еще ночью, чтобы в лицо не бил яркий свет, защищающий крепость от Теней.

Позевывая и почесываясь, я подошла к окну. Внизу на плацу шла тренировка. Чуть дальше виднелись стройные ряды казарм. Полуголые парни бегали, прыгали, отжимались. И всем этим руководил Астрарил. Мощный телом, в трикотажных штанах, обтягивающих накаченные ноги и красивый зад, с собранными в хвост белоснежными волосами, он был великолепен. Гибкий и быстрый, даже при своих крупных габаритах он походил на черную пантеру. Но и опасен наверняка был, как клыкастый хищник.

– Разминочный бой, – объявил Астрарил, и босые парни в тренировочных штанах разбились по парам. Рил тоже не остался в стороне, выбрав в спарринг крепкого парня.

Боже, я попала в девчоночий рай! Столько красивых мужчин, собранных в одном месте, я никогда не видела. Не знаю, к каким расам они относились, но единственное видимое различие, кроме цвета кожи и волос, были формы ушных раковин. Ни рогов, ни хвостов, ни прочих признаков инородности.

Увлеченная движением мускулистых тел, ведущих рукопашный бой, я не заметила, что высунулась из окна по пояс. Я спала в топе на тонких бретелях и еще не успела расчесаться, поэтому меня ввел в краску внезапно прозвучавший вопрос Астрарила, заметившего мое присутствие.

– Подглядываешь? – Рил улыбался во весь рот.

– Ой, – пискнула я и прикрылась занавеской.

– Как спалось, милая? – он не думал возвращаться к прежнему занятию. Мне тоже было неудобно не отвечать на вежливое обращение.

– Спасибо, хорошо, – я ощущала на себе десятки любопытных глаз – остальные тоже прекратили тренировку и беззастенчиво пялились на меня.

– Парни, это наша новая притворщица. Она ночью с ходу засекла Тень.

Раздались одобрительные возгласы. Мое лицо сделалось пунцовым.

– Приятного дня! – пожелала я всем и задернула занавеску.

Пришла пора одеваться. Вот–вот должна была вернуться Лаура.

Хорошо, что в моей сумке хранилась всякая мелочь. Я провела ревизию и с удовольствием отметила, что у меня с собой было все, что могло пригодиться вдали от дома: расческа, косметичка, крем для сухой кожи и новый блок жевательной резинки. Это была хоть какая–то замена зубной щетки. Умывшись, я быстро оделась и собрала постельное белье. Не зная, куда его деть, сложила стопкой на стуле.

Когда уходила, растерялась, не зная, как отдать хозяйке серебристый кулон, с помощью которого я открывала дверь. Оставить в комнате и захлопнуть дверь или взять его с собой? Подсказала появившаяся в коридоре студентка.

– Повесь на ручку двери. Никто не тронет, – произнесла она неожиданно мелодичным голосом, нисколько не обращая внимание на мой ступор. Впервые в жизни я видела наяву зеленого орка. Пришло время открытий. Кого еще из книг фэнтези я здесь встречу? Драконов? Оборотней? Вампиров?

Несмотря на мускулистую фигуру, лицо с крупными чертами, развесистые уши и огромные клыки, нисколько не мешающие выговаривать все звуки, орчанка оказалась приветливой и словоохотливой девушкой. Поняв, что я новенькая, она подробно объяснила мне, как попасть на административный этаж.

На слова благодарности она кинула короткое «обращайся» и скрылась за дверью своей комнаты. А я поспешила в холл, где мне следовало найти лестницу под номером три. Часы показывали 6:45. Холл по–прежнему оставался пустынен, но сейчас я хотя бы рассмотрела его: монументальные колонны из черного мрамора подпирали высокий свод, украшенный мозаичными розетками из стекла.

Солнечные лучи, проникая через них, тоже окрашивались в разный цвет, отчего на полу и на стенах разливались красные, синие, зеленые и желтые пятна. Несмотря на мрачность мрамора, световой фейерверк делал помещение волшебным. И только огромные часы оставались нетронутыми этой красотой и громко продолжали отсчитывать время.

Лестницы, в зависимости от того, на какой этаж вели, отличались длиной, но все они были оформлены в едином стиле. Черный мрамор ступеней и балюстрад освещали те же цветные лучи. Преломленные странным образом, они полностью окрашивали лестницу в свой цвет.

Если покидала я этаж женского общежития по лестнице, освещенной золотисто–желтым цветом, то сейчас поднималась на третий по кроваво–красным ступеням. Не знаю, для чего такой тревожный цвет был выбран для администрации, но походило, что я направляюсь прямиком в Ад. Может потому красный, чтобы докучливые студенты подумали пять раз, прежде чем тревожить преподавателей?

На административном этаже меня встретила тишина. Было слишком рано для начала рабочего дня. Длинный коридор с двумя рядами дверей и искусственным освещением, так как здесь не было ни одного окна, вызывал гнетущие мысли. От людей, работающих здесь, зависела моя жизнь. Как встретят? Станет ли академия, лишившая меня родных, надежным убежищем?

Я села на стул и приготовилась ждать, скользя взглядом по табличкам на дверях. В самом торце коридора размещался ректорат. По левую сторону шли деканаты с говорящими названиями факультетов. Как оказалось, ТАМ выпускал на борьбу со злом чистильщиков, притворщиков, портальщиков и артефакторов.

По правую сторону располагались кафедры. Чтобы прочесть названия, мне пришлось подняться и пройти вдоль ряда дверей. Таблицы на некоторых ввергали меня в ужас: неужели все это придется освоить? Маговедение, История, нравы и обычаи миров, Лицедейство, Мимикрия, Твареведение, Боевые искусства, Алхимия и артефакторика, Народные заговоры и проклятия, Знахарство, Перемещение во времени.

Не успела я пройти и половины кафедр, как меня отвлекла скрипнувшая входная дверь. Первой на рабочем месте появилась феечка. Самая настоящая – хорошенькая, с копной золотистых волос, собранных в высокий хвост, со стрекозиными крылышками и с волшебной палочкой в руке. Эдакая Динь – подружка Питера Пена, только ростом с меня.

Фея пролетела мимо, обдав волной волшебного аромата. Она не удосужилась даже взглянуть на меня. Дотронувшись звездой на конце палочки до замка кабинета с табличкой «Ректорат», она впорхнула в помещение.

Я направилась следом, чтобы узнать, к кому мне следует обратиться за оформлением. Когда я заглянула в приоткрытую дверь, фея сидела за столом и с помощью волшебной палочки меняла цвет лака на ногтях. Секретарши везде одинаковые. Как в нашем университете, так и здесь, в Перекрестье.