Читать книгу "Притворщики. Игры теней"

Глава 7

Когда я повернулась лицом к двери, ректор меня окликнул.

– Кстати, по поводу моей секретарши: феи и фейри – это одна и та же раса.

– У фей не бывает острых зубов, – парировала я.

– Ты просто не встречала их прежде.

Я улыбнулась, не собираясь выкладывать все карты. Я еще успею огорошить ректора, что его секретарь – мальчик, который зачем–то прячется под личиной девочки. Фей он или фейри, его поведение было подозрительно.

Ректор стоял, сложив руки за спиной, прямой, как палка, и смотрел мне вслед. Я шла к двери, чувствуя его взгляд между лопатками. Акция «Доброе сердце» закончилась. Лорд Эль–Кассаль вновь превратился в холодного бесчувственного эльфа.

В бухгалтерии меня встретила компания молодых красавцев и красавиц. Никаких странных рас здесь не обнаружилось. Под Масками Лицедеев прятались замотанные скучной работой люди разных возрастов.

– Не подскажете, где можно приобрести Маску Лицедея? – спросила я у единственной во всей бухгалтерии натурально хорошенькой девушки.

На ней тоже была маска, но она меняла лишь естественный цвет волос на ярко–рыжий. Хороший способ выглядеть идеально, когда опаздываешь на лекции и не успеваешь привести себя в порядок. Сначала я думала, что меня научат создавать маску на практических занятиях по Маговедению, но потом сообразила, что далеко не все работающие на этом этаже учились в ТАМ, поэтому сделала вывод, что маски находятся в общем доступе.

– В магазине на Центральной площади, – с улыбкой ответила девушка, ставя на студенческий билет печать с профилем основателя академии. – Только берите подороже, если хотите выглядеть гламурно. Не покупайтесь на дешевку, как у нашего курьера.

Она кивнула на мужчину с глубокими залысинами, просвечивающими через парик, сделанный из искусственных и слишком блестящих волос. Словно отнял у куклы.

– В каком городе находится магазин? – уточнила я, задумчиво разглядывая фотографию на студенческом билете. Откуда она у них взялась? Я не помнила, чтобы фотографировалась.

– В Перекрестье, конечно, – удивилась моей непонятливости девушка. – В другой город без разрешения руководства и специального фаидора вам не попасть.

Получив полезную информацию, я быстро намотала на ус, что могу побывать не только в СтарьГраде, но и в приграничных городах других миров. Интересно, а здесь тоже нужно проходить таможню? Или достаточно взять в руки фаидор, и ты уже на центральной улице, к примеру, родины Астрарила?

Путешествовать, конечно, хорошо, но где бедному студенту взять деньги? Тем более, когда оборваны связи с родителями. У меня в сумочке лежала пара тысяч рублей, но ходит ли здесь такая валюта? И на сколько ее хватит? Неужели придется подрабатывать, чтобы позволить себе что–то лишнее, для души, а не для насущных нужд? Вопросы неустанно множились.

Получив «прописку» в общежитии, я побежала со всеми бумагами к коменданту. Полная женщина в очках с толстыми линзами долго изучала мои документы.

– Почему не с начала учебного года? – спросила она строго, словно это была моя вина, что я появилась спустя месяц после начала занятий.

– Еще вчера я не знала, что существует такой город, как Перекрестье, – ответила я, разглядывая ее рябое некрасивое лицо.

Никакой маски на коменданте не было, но все равно я чувствовала, что в ней есть что–то неправильное. Она будто нарочно выставляла все самое неприглядное в себе. И только когда она посмотрела на меня чистыми, словно вода в роднике, глазами, я поняла. Она была молодая. И должно быть даже красивая, но…

– Что с вами случилось? – тихо спросила я, беря комендантшу за руку. По тому, как та дрогнула в моей ладони, я догадалась, что попала в самую точку.

– Ничего. Получите белье и распишитесь.

– А вдруг я могу помочь?

– Умеете порчу снимать? – она посмотрела на меня с иронией. Видела же, что я еще совсем зелена и в магии ничего не понимаю.

– Здесь кругом волшебники, неужели не помогут? – неуверенно спросила я.

– Кому захочется брать на себя колдовскую черноту за бесплатно? А тех денег, что просят, я в глаза не видела, – скривилась она, став еще неприятней.

Я еще ничего не понимала в порче и ворожбе, поэтому не спешила обнадеживать.

– А если купить Маску Лицедея?

Комендантша фыркнула.

– Вы хоть знаете, сколько она стоит? Самая простая?

Я стушевалась. Не хотелось заканчивать разговор на такой печальной ноте.

– Я еще не волшебница, я только учусь, но дружба помогает творить чудеса, – словами пажа из «Золушки» ответила я несчастной девушке и крепко сжала ее руку. Пусть почувствует поддержку. Хотя бы такую. – Вместе мы обязательно найдем выход, Аля.

Ее имя было вышито на кармашке рабочего халата.

Комендантша только печально вздохнула. Я не стала спрашивать, откуда у нее взялись враги. Сначала нужно разобраться со своими возможностями.

Покои, выделенные мне, находились на этаж выше комнаты, где я переночевала. Дверь открывалась с помощью точно такого же амулета, какой мне оставляла Лаура. Я тут же повесила цепочку на шею, боясь потерять «ключи». Окна моих покоев тоже выходили на плац. Сейчас на нем никого не было.

Пока я прыгала по этажам, наступило время обеда. А я еще не завтракала. Да и вчера осталась без еды. Поэтому я не стала тянуть. Забросив в шкаф стопку вещей, которые мне выдала комендантша Аля, я побежала на второй этаж. Там, как мне подсказали в бухгалтерии, находилась столовая.

Аппетитные запахи вызвали обильное слюноотделение. Как у собаки Павлова. Но как специально, когда до двери в столовую осталось каких–то два шага, дорогу преградил Лоуренс.

– Как спалось? – спросил он с наглой улыбкой.

– А тебе? – ответила я, глядя через его плечо на вожделенную дверь.

– За тобой должок, – напомнил он мне, видя, что сегодня я не поддаюсь его чарам. Когда я голодна, меня не заинтересует даже самый красивый на свете мужчина. Я была в этом уверена.

Но Лоуренсу удалось. Он откинул волосы со лба, и я изумилась резкой перемене, произошедшей в его внешности. Глаза Лоу сделались ярче, скулы обрисовались четче, а губы налились темно–вишневым цветом. Мой нос уловил такой чарующий запах, что я вся потянулась на него. И даже встала на цыпочки, чтобы быть ближе к мужчине. Я чувствовала его дыхание.

Испугавшись неожиданного притяжения, я толкнула Лоуренса в грудь и влетела в переполненную столовую. Все с удивлением обернулись на меня. Я перевела дух и поправила волосы. Не знаю, что Лоу сделал, но я почувствовала на себе воздействие магии. Надо держаться от него подальше!

В столовой было шумно. Я, растерявшись, застыла у двери. И если бы меня не толкнули в спину, так и стояла бы на месте. В ТАМ кормили со шведского стола. Длинные ряды еды по периметру огромного зала. Достаточно было взять поднос и столовые приборы, чтобы начать вкусное путешествие.

Не имея возможности посоветоваться, что съедобно для землян, а от чего следует поберечься, я решила действовать интуитивно. Здоровенные орки толпились у котлов с мясом, и я обошла их дугой. Зажаренные до черноты, но кровавые в разрезе куски мяса, просто не поместились бы в мою тарелку, а мне хотелось съесть что–то не настолько экстремальное.

В итоге, я прошла всю правую сторону, но так и не решилась наполнить тарелку незнакомыми агрессивной окраски травами, шевелящимися морскими тварями или дурно–пахнущими зелеными «дрожалками», напоминающими болотную жижу. Увидев самые простые макароны, я обрадовалась, но стоило их подцепить, как они начали извиваться. С плохо скрываемым отвращением я швырнула их обратно.

И в этот момент ко мне пришла помощь.

– Так трудно попросить помочь? – Лоуренс отнял у меня поднос и пошел между столиками к противоположной стене. Я с вилкой в руке побежала за ним. – Запомни, для человекообразных рас еда находится слева от входа. Справа – для орков, ящеров, василисков и им подобных гадов, любящих даже на тарелке устраивать бойню.

– А прямо?

– Для богов.

– Шутишь?

– Конечно нет. Там все для избранных, то есть для преподавателей.

– А, понятно.

Еда слева выглядела обыкновенной. Ничего не шевелилось, не шипело и не плевалось слизью.

– А ты уже ел? – я заглядывала Лоуренсу через плечо, никак не решаясь сказать «стоп». Для меня одной еды на тарелке уже было достаточно.

– Ел. Я просто составлю тебе компанию, – он поставил на поднос стакан с соком и, немного подумав, добавил пирожное с кремовой розочкой.

А меня так и подмывало спросить, брал он для себя еду с левого стола или с правого, но думалось, что подобный вопрос покажется неэтичным. Даже если Лоу ответит, что его обычный стол правый, гадай потом, к какому виду гадов он относится.

К столу поднос притащил тоже сам. Только повернувшись лицом к трапезничающим студентам, я заметила, какая тишина стояла в зале. Ни стука ложек, ни разговоров, ни смеха. Все это громыхало и шумело, когда я вошла в столовую, а теперь прекратилось. На лицах читались разные чувства: от изумления до откровенной зависти. Я не ожидала такого, поэтому, растерявшись, остановилась.

И почувствовала, как меня обожгла волна ненависти, идущая от дальнего стола. Я приложила ладони к щекам и могла поклясться, что левая была гораздо горячее правой. Там, в центре сплоченной компании, как пестик среди прелестных лепестков цветка, сидела знакомая мне Лаура. Ее ухоженное лицо скривилось, и даже Маска Лицедея, которую я теперь угадывала на раз, не в силах была скрыть, как сильно покраснела любовница Лоуренса.

– В ТАМ практикуются проклятия? – тихо спросила я, садясь за стол, который выбрал Лоу. Он деловито выставлял тарелки с подноса.

– Что? Уже почувствовала на себе всеобщее обожание? – с улыбкой спросил он.

– Почему они так?

– Тебе выпала удача, милая. Тебе достался лучший парень в ТАМ. Правда, не в единственном экземпляре. Астрарил тоже изъявил желание взять над тобой кураторство. Ректор одобрил.

– Вот спасибо, – растеряно произнесла я. – Но ты не ответил, проклятиями можно швыряться?

– Только в тварь и то за пределами крепости. Иначе исключат с лишением дара. Так что можешь выдохнуть.

– А если за пределами академии нечаянно попасть в студента?

– Во время боя всякое случается. Зазеваешься и получишь вместо твари бодрый заряд магии. Поэтому в город лучше выходить с теми, кто всегда прикроет спину.

– И на кого из них я могу рассчитывать? – я оглядела зал. Студенты уже потеряли интерес к нашей парочке и вернулись к разговорам. Высоко задрав голову, из столовой вышла Лаура. За ней стайкой потянулись другие старшекурсницы.

– Только на меня и Рила. Теперь ты в нашей тройке.

– С чего такая честь? – уже немного успокоившись, я пододвинула к себе горшочек с вкусно пахнущей похлебкой.

– Ты, как оказалось, весьма ценный экземпляр, – Лоу сел рядом. – Считай нас своими телохранителями.

Я нахмурилась, не понимая.

– Ешь. Я потом объясню, – он протянул мне ложку.

Глава 8

Когда я расправилась почти со всем, что набрал Лоуренс, и смотрела на пирожное, решая, полезет оно в меня или нет, в зале неожиданно стало шумно. Кто–то из девушек истерично вскрикнул, упала со стола и разбилась тарелка, грохнула в медный таз работница кухни, в сердцах швырнув в него горсть ложек.

Я испуганно огляделась и поразилась тому, как быстро опустели столы. Студенты, толкаясь, кинулись к двери.

– Землетрясение? – спросила я у Лоуренса, пытаясь понять, подпрыгивает подо мной скамья или ее задевают лезущие чуть ли не через голову студенты.

– Нет. Что–то произошло на улице.

Лоуренс поймал за руку одного из парней. Тот посмотрел на него безумными глазами.

– Что там? – коротко спросил Лоу.

– Трехглавого змея привезли, – выдохнул парень и, получив свободу, выбежал следом за остальными.

– Что за трехглавый змей? – я приложила руку к груди. Испуг не прошел даром. Сердце стучало, словно молот по наковальне.

– У вас он известен, как Змей Горыныч. Пойдем, тоже посмотрим, – Лоуренс поднялся и протянул мне руку. – Он стоит того. Наши за ним чуть ли не сотню лет охотились.

Я покосилась на пирожное. Я бы все–таки засунула его в себя, но поглазеть на Тень, целый век успешно скрывавшуюся среди людей, было интересней.

Мы так и вышли из здания, держась за руки. И это было хорошо, иначе я просто затерялась бы в бегущей толпе. Только сейчас я оценила, как много студентов и преподавателей в академии.

Впервые у меня появилась возможность рассмотреть обустройство огромной, судя по масштабам строений, крепости. Во всяком случае, той ее части, что была мне видна.

Восьмигранная крепостная стена щерилась несколькими разновеликими башнями. Высокие, достающие до неба и, судя по форме, оборудованные винтовыми лестницами, располагались по углам, а квадратные и широкие, с узкими окнами на коротком теле и бойницами на плоской крыше – у ворот.

Над каждой башней бил полотнищем огромный флаг с изображением профиля эльфа, основавшего академию. Под воздействием ветра, волнующего стяг, его лицо менялось точно так же, как на монете, и от этого было немного жутковато. Казалось, что могущественный эльф не спускает с меня взгляда, на какую бы башню я не посмотрела. Стяги были до того огромными, что парочка их вполне могла накрыть теннисное поле.

С севера мощеную площадь замыкали полукругом каменные строения. Самые высокие прижимались к центральному корпусу академии. Следом шли здания пониже, словно их специально выстроили по росту, чтобы показать значимость ТАМ. Все они были соединены арочными проходами, которые уводили на задние дворы. Я уже знала, что в правой части крепости находятся казармы Заставы и связанные с ней службы.

«Кстати, а почему вчера Астрарил поднялся в здание академии, а не нырнул под арку, ведущую к Заставе? – подумалось мне. – Неужели и его ждала зазноба?»

Мы с Лоуренсом не пошли вниз, а остались стоять на самом верху лестницы, откуда было совсем не близко до крепостной стены, но вполне хватало зрения, чтобы разглядеть, что происходит у ворот. Мне не хотелось толкаться на площади. Даже если бы я встала на цыпочки, все равно ничего не увидела бы. Некоторые парни сажали девушек себе на шею, но это был не мой вариант.

Толпа волновалась. Ворота все еще были закрыты, но на крепостной стене вовсю велась подготовка. Количество стражников удвоилось. Доносились резкие команды офицеров.

– Ого! – воскликнула я. – Мне стоит начать бояться этого змея?

– Обычная предосторожность на случай сопротивления или побега, – «успокоил» меня Лоуренс, видя, как меня потряхивает.

Я, конечно же, разволновалась еще больше.

– И такое случается? – пискнула я. – Если это опасно, почему же тогда не уберут людей с площади?

– Когда еще студентам удастся увидеть трехглавого змея? Ему больше двух тысяч лет. Возможно, он последний из высшей нечисти отряда Железнокрылых гадов.

– И что с ним будет?

Лоуренс пожал плечами.

– Следствие, суд, забвение. Он по горло в крови.

Я не стала расспрашивать, что такое забвение. Впереди целых пять лет, когда мне расскажут о высшей и низшей нечисти, и о способах борьбы с ней.

На площади появились вооруженные люди в черной форменной одежде. Застава. Я сразу узнала Астрарила. Даже среди своих он отличался ростом, белизной волос и кожей цвета сажи. По его команде воины разделились. Оттеснив любопытных, они выстроились в две шеренги, организовав широкий проход.

Я покосилась, услышав голос ректора. Он стоял за нами. К нему присоединился кто–то из руководства Заставы. На черном мундире седовласого военного поблескивали награды и знаки отличия. Видимо, поимка трехглавого змея являлась выдающимся событием, раз заставила этих двоих покинуть свои кабинеты.

Обернувшись на ректора, я подняла глаза выше. Я находилась в академии почти сутки, но ни разу не выходила за ее пределы. Сейчас, при дневном свете, я могла оценить всю грандиозность готического замка. Он всеми частями устремлялся в небо. Конические крыши, узкие пролеты окон, блеск стеклянной цветной мозаики.

Замок был построен из темного камня, похожего на гранит. На парапетах, арках и карнизах застыли горгульи, мантикоры и прочие мифические монстры. Богатая фантазия скульпторов поражала. Ни одной повторяющейся фигуры. Если прототипы скульптур и барельефов существовали в реальности, то я ни за что не хотела бы с ними встретиться. Мне одной кикиморы за глаза хватило.

Лоуренс толкнул меня плечом, чтобы я не отвлекалась.

– Начинается.

Я перевела взгляд на ворота. Они уже были распахнуты. Долго ждать не пришлось. Раздался рев труб, и появилась неспешно идущая процессия. Я надеялась увидеть нечто вроде трехглавой виверны в цепях, шагающей на двух лапах и подгоняемой воинами с пиками, но была сильно разочарована.

В окружении вооруженных людей семенил невысокий мужчина в куцем пиджачке и в старомодной шляпе. Ему бы еще нарукавники и его смело можно принять за бухгалтера из шестидесятых. Тогда еще писали перьевыми ручками, пачкались чернилами и не знали, что такое калькулятор. Все расчеты велись на деревянных счетах, носящих арабское название абак. Смущаясь многочисленных взглядов, «бухгалтер» нервно достал из кармана носовой платок и, сняв шляпу, вытер вспотевшую лысину.

Я посмотрела на лица людей вокруг себя. По всему выходило, что не я одна была разочарована. Я толкнула локтем Лоуренса.

– И это трехглавый змей?! – прошептала я, придав голосу соответствующую эмоциональную окраску.

– Представь, как хорошо нужно было спрятаться, чтобы тебя не моги вычислить долгие годы? За ним тысячи смертей, а с виду самый обыкновенный пенсионер.

«Пенсионер» не дошел еще и до середины площади, как в воротах появилась новая группа вооруженных людей.

– А это еще кто? – спросила я, разглядывая высокого парня в круглых очках, расслабленно шествующего по площади. Длинные сальные волосы, рубашка в цветочек, оранжевые брюки клеш, на лице блаженная улыбка. Издалека он был похож на Джона Леннона в пору его увлечения течением хиппи. Он словно не замечал, что сопровождающие его люди вооружены.

– Сам не понимаю, – Лоуренс нахмурился. В его глазах появилась тревога. По тому, как волновалась толпа, было понятно, что происходит нечто странное. Не успели мы разглядеть «Леннона», как на площадь ступила еще одна вооруженная группа. На этот раз в центре шла, покачивая бедрами яркая девица. Рыжие волосы, красное платье с высоким разрезом на бедре, цокающие по камням каблучки. Ожившая копия Джессики Рэббит из фильма «Кто подставил кролика Роджера» широко улыбалась, являя жемчужные зубы. Она явно развлекалась.

Ворота с грохотом закрылись за спиной рыжеволосой девицы, но она даже не обернулась. Продолжала наслаждаться вниманием.

– Ну все, – произнес командир Заставы, обращаясь к ректору. – Теперь трехглавый змей в полном составе.

– Надо же, до чего хитрая тварь, – ответил вполголоса ректор. – Генерал, а как вы догадались, что он разделил головы?

Я открыла и закрыла рот. Вот настоящая нечисть, а не та медузообразная тварь, что пыталась напасть на нас в ночь моего прибытия в Перекрестье. Хитрая, умная, способная на нетрадиционные решения.

– Есть в нашем аналитическом отделе умники, – не без гордости ответил седовласый генерал. – Заметили нечто общее, хотя до того никак не могли понять, что связывает этих троих, кроме обитания в одном районе и участия в преступном мире. Они жили недалеко друг от друга, хотя никогда не собирались вместе.

– И как Змей прокололся?

– Когда средняя голова, – он кивнул в сторону хиппи в оранжевых штанах, – курила травку, кашляли все трое. Сопоставили время выброса дыма из ноздрей и пришли к правильному выводу.

– Молодцы, – похвалил ректор. Военный позволил себе улыбнуться.

Я вновь перевела взгляд на пересекающие площадь группы. Не знаю, одна я это видела или заметил кто–то еще, но я обратила внимание, что все трое – бухгалтер, хиппи и девица, стали действовать одинаково. Словно им отдавали команду.

Раз, два, левой…

Если до того походки у них отличались – бухгалтер шаркал ногами, хиппи шел расслабленно, а Джессика Рэббит виляла бедрами, то теперь они подсобрались и начали идти в ногу. Когда бухгалтер вновь полез за платком, похожее движение сделали хиппи и рыжая красотка, хотя фасон ее платья не предполагал карманов, и, соответственно, платку, чтобы вытереть лоб, взяться было неоткуда.

Я в волнении схватила Лоуренса за руку.

– Ты это видишь?

– Что? – не понял он.

– Они синхронизировались. Сейчас они действуют, как единое целое. Смотри! Раз, два, левой…

Лоуренс обернулся на ректора. Тот тоже что–то почувствовал. Хищно сузил глаза, весь вытянулся вперед, словно собрался взлететь. Его ноздри нервно раздувались.

Генерал торопливо снимал белые перчатки. Его лицо шло красными пятнами. Щелкнули костяшки пальцев, будто он разминал их.

Вернув взгляд на площадь, я нервно сглотнула. Я ясно различала, что между всеми тремя пленными, несмотря на расстояние в двадцать метров, протянулись алые нити.

Тут я не выдержала и развернулась к ректору. Он заметил мой маневр и опустил на меня глаза. Я отшатнулась, до того они стали ужасны: зрачки превратились в черные точки.

– Что ты видишь, Беленица? – тихо спросил эльф. Лед его голоса обжег кожу.

– Красные нити. Как вены, которые тянутся по воздуху от одного к другому!

– Не может быть, – выдохнул прислушивающийся к нам генерал.