Текст книги "Марионеточник"
![](/books_files/covers/thumbs_240/marionetochnik-293051.jpg)
Автор книги: Татьяна Корсакова
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 6
Ох, как же Стэфу не хотелось брать с собой Феню! Особенно после случившегося и увиденного. Но здравый смысл подсказывал, что девчонку лучше держать в поле зрения, так у неё будет меньше шансов наделать сгоряча глупостей. В Аресе, который с мрачным видом проверял свой рюкзак, Стэф не сомневался. Арес своё дело знал, да и парнем был крепким. Причём и телом, и духом. Значит, есть надежда, что в экстремальной ситуации он не спасует и не подведёт их маленький отряд. В себе Стэф тоже был уверен. Бывали в его жизни ситуации и похуже. Ну, может и не похуже, но уж точно не легче нынешней. Справился тогда, справится и сейчас. Тем более на данном этапе план у них простой и вполне реализуемый. Им всего лишь нужно дойти до болотного домика. А что делать дальше, он решит уже на месте. Богатый опыт и интуиция подсказывали, что именно в болотном домике можно найти ответы на многие вопросы.
Феня собралась быстро. Когда она вышла из своей комнаты, Стэф с удовлетворением констатировал, что глазомер его не подвёл: одежда сидела на ней именно так, как и должна сидеть одежда, предназначенная для дальних походов. И выглядела в экипировке Феня очень симпатично. Почти как Лара Крофт из знаменитого фильма. Только косы не хватало.
– Ну как? – спросила она не то чтобы кокетливо, но не без умысла.
– Очень хорошо, – похвалил Стэф.
Арес ничего не сказал и демонстративно отвернулся к окну.
Из дома они вышли, когда солнечные лучи уже растопили не успевший отползти обратно на болото туман. День обещал быть ярким и жарким, а видимость отличной.
– Не обольщайтесь, – сказала Феня, заметив, как Стэф разглядывает ясное небо. – На болоте всё по-другому. Солнца там никогда не бывает.
– Так уж и никогда? – усомнился Арес.
– Скоро сами убедитесь! За мной, хлопчики! – И она рванула вперёд, вызывающе вихляя тощими бёдрами.
– Выдра, – проворчал Арес себе под нос и решительным шагом двинулся следом.
Феня не обманула. Как успел заметить Стэф, погода над Змеиной заводью отличалась от погоды в том же Марьино, но по сравнению с сырым и мрачным микроклиматом болота Змеиная заводь казалась райским уголком. Стоило только им пересечь невидимую, но физически ощутимую границу, как ясный погожий день сменило нечто серое, влажно-парное, назойливо гудящее миллиардами комаров. Одно хорошо – нападать на них эта крылатая упыриная братия, кажется, не собиралась. Не пригодился купленный накануне репеллент. Заметив удивлённый взгляд Стэфа, Феня пожала плечами и сказала:
– Это первая и, пожалуй, единственная приятная особенность нашего болота. Бабушка брала меня с собой за дикой малиной. Дикий малинник – это то ещё испытание в плане насекомых!
– И не говори, Анфилада, – проворчал Арес, наверное, вспомнил какой-то свой печальный опыт. Может и его бабушка тоже брала его с собой по грибы, по ягоды.
Первые полчаса они шли вполне себе бодрым шагом. Феня даже не особо всматривалась вперёд. Земля под ногами была твёрдой, мох пожелтел и высох. Наверное, из-за необычно высоких температур. Стэф уже начал питать робкие надежды, что такая удача будет сопутствовать им всю дорогу, когда под ногами вдруг запружинило и зачавкало, а мох распушился и позеленел.
– Начинается, – проворчал бредущий за Феней Арес. – Эй, Сусанин, далеко ещё? – Он сломал хворостинку и похлопал ею Феню пониже спины.
– Поговори мне тут ещё, – пригрозила она, не оборачиваясь. – Заведу в трясину и брошу на радость марёвкам.
– Ни секунды не сомневался в твоём гуманизме, Агапия!
Так они и шли, вяло переругиваясь, внимательно вглядываясь себе под ноги и в окружающие заросли. Феня была уверена, что угарников они не встретят, а с марёвками она как-нибудь сумеет договориться, но оставались ещё болотные псы, поэтому им следовало держать ухо востро. На этот случай Стэф прихватил с собой карабин. Второй точно такой же он вручил на выходе ошалевшему от радости Аресу. Из личного дела, собранного на Ареса службой безопасности, Стэф знал, что обращаться с оружием парень умеет, потому что за плечами у него два года почти регулярных походов в стрелковый тир. Конечно, после рассказа Командора о том, что псов Мари не берут пули, оптимизм Стэфа немного поугас, но помимо псов на болоте могли водиться и другие, не менее опасные твари, и хороший карабин в подобном месте никогда не будет лишним.
Окружающий ландшафт постепенно менялся. Растительность становилась всё более низкой, чахлой и скудной. Влажность повысилась почти до стопроцентной. Земля под ногами теперь постоянно ходила ходуном. Делая каждый новый шаг, Стэф мысленно уповал на то, что Феня не просто хвастается, а реально знает, куда идти.
Пока у них получалось. Как сказал Арес, по воде они шли аки посуху. А Феня прокомментировала его сдержанный восторг короткой лекцией о том, что под ногами у них сейчас старая гать. А гать на болоте – это всё равно, что торный тракт на суше. И идти им так ещё около, она задумалась, словно прислушиваясь к внутреннему голосу, около километра. Выглядела она при этом бодро, собрано и решительно. Это внушало им с Аресом некоторый оптимизм. Оптимизм был бы значительно крепче, если бы лёгкий, едва заметный ветерок не доносил до них отчётливый запах гари.
– Торфяники близко? – спросил Арес, побледнев и поморщившись. Наверное, в этот момент он, как и Стэф, вспомнил жуткую трансформацию Анюты и Василия.
– Не особо. – Феня, не оборачиваясь и не останавливаясь, мотнула головой. – Километров семь в сторону. Сегодня мы туда не пойдём, Павлуш. Так что расслабься.
Арес ничего не ответил, лишь полным страдания взглядом посмотрел на Стэфа. Стэф ответил ему ободряющей, всё понимающей усмешкой.
– Скоро будет красиво, – оповестила их Феня.
– Что тут может быть красивого? – проворчал Арес.
Вместо хворостинки он срубил себе крепкую осинку, которую на ходу модернизировал в посох. Стэф подумал, что осинку Арес выбрал не просто так, а на всякий случай. Мало ли какие ещё твари водятся в этом странном месте! Себе Стэф тоже соорудил импровизированный посох, а Феня топала по болоту с наследием Серафима наперевес. Наверное, именно для этих целей посох с пёсьей головой и был сделан почти сто лет назад.
Красивое случилось минут через пятнадцать. Болото вдруг превратилось в бескрайнее море с плавучими зелёными островами. Некоторые из этих островов были довольно крупные, на них даже росли деревья. Но Стэф был готов поклясться, что все эти острова не стационарные, а плавучие.
– Вот! – сказала Феня таким тоном, словно была демиургом этого удивительного мира. – Вот это она!
– Кто? – спросил Арес, сбрасывая на землю рюкзак и разминая поясницу.
– Марь! Вот это всё – Марь!
– Если это Марь, то выглядит она весьма симпатично, – сказал Арес. – Почти Мальдивы. И куда нам плыть дальше?
– Нам не надо плыть. – Феня приложила ладонь козырьком ко лбу и всмотрелась вдаль, как капитан дальнего плавания. – Мы сейчас свернём налево и минут через пятнадцать будем на месте.
– Хорошо, что нам не надо никуда плыть, – сказал Арес, и в голосе его Стэфу почудилась тревога.
– Что такое?
– Боишься воды?
Они с Феней задали вопросы почти одновременно.
– Воды не боюсь, боюсь того, что в воде, – пробормотал Арес. – Скажите, что мне это кажется. Хватит с меня на сегодня монстров.
– Куда смотреть? – Стэф проследил за его взглядом и присвистнул.
Если бы на болоте был ветер, увиденное можно было бы списать на оптический обман из-за ряби на воде. Но ни ветра, ни ряби не было. А под водой, метрах в десяти от них, близко-близко к поверхности скользила рыба. Или не рыба, если судить по вытянутому, по-змеиному извивающемуся телу. Или всё-таки рыба, потому что Стэф вроде как разглядел по-акульи острый плавник.
– Что это за хрень? – спросил Арес шёпотом.
– Спроси у своего криптозоолога, – хмыкнула Феня.
– Стэф, это ж какой-то чёртов мегалодон! Если судить по размерам, конечно. Могли мегалодоны жить в пресной воде?
– В этой воде вообще ничего не может жить, – пробормотал Стэф, наблюдая, как Феня, чертыхаясь и выискивая наилучшую позицию, пытается сфотографировать подводного монстра.
– А может, это что-то типа динозавра? – Выдвинул Арес ещё одну теорию. – Ну почему нет? Веками, если не тысячелетиями, изолированная экосистема. Мало ли что в ней могло вырасти!
А в закрытой экосистеме выросла то ли огромная рыба, то ли гигантская змея, то ли удивительная помесь первого и второго. Одним словом, выросла тут какая-то страшная и вполне вероятно смертельно-опасная хрень.
– Главное, чтобы это… – Стэф задумался, подбирая правильное определение, – чтобы это существо было исключительно водоплавающее и не пыталось выбраться на сушу.
А существо тем временем медленно, но верно двигалось в их сторону. Проверять, возьмут ли реликтовую тварь пули и может ли она перемещаться на суше, Стэфу совершенно не хотелось.
– Уходим, – сказал он, понизив голос до шёпота, и потянул Феню за руку. – Феня, веди нас к болотному домику.
– Погоди, вдруг получится снять видео. – Она упиралась и сосредоточенно пялилась в свой телефон.
Стэф многозначительно посмотрел на Ареса. Тот молча кивнул, так же молча перехватил Феню за талию и перекинул через плечо.
– Извини, что отвлекаю. Просто очень хочется ещё немного пожить.
Феня дёрнулась, чертыхнулась, едва не выронила телефон и на какое-то время затихла, а потом вполне спокойно сказала:
– Павлик, поставь меня на место. Сама пойду.
– Слава тебе, Господи! – Арес бережно опустил её на землю. – Ты, Африкана, хоть и тощая, но какая-то подозрительно тяжёлая. Иди лучше сама.
От края болотного моря они отходили, то и дело оборачиваясь, а расслабились, лишь оказавшись на относительно безопасном расстоянии. Правда, расслаблялись они недолго. Первой неладное заметила Феня.
– Ого, – сказала она с каким-то детским восторгом. – Это что за штука?!
«Штука» едва виднелась в зарослях какой-то сочной болотной травы. Если бы не Феня, они бы запросто прошли мимо.
– Это не штука, – мрачно сказал Арес, – а наша украденная черепушка!
Это и в самом деле оказался череп. И череп этот был очень похож на тот, который десятилетиями пылился на полке в кладовке старого дома.
– Очень надеюсь, что это не она. – Стэф присел на корточки перед черепом.
– Почему? – Феня присела рядом.
– Потому что это значит, что Командор не уехал домой, а за каким-то лешим отправился на болото. Мало того, он сумел добраться до этого места.
– Ну, добрался и добрался. – Феня легкомысленно махнула рукой.
Стеф покачал головой и сказал:
– Плохо.
– Командор ни за что не выпустил бы добычу из своих лап, – подкрепил его опасения Арес. – Чтобы это случилось, – он поддел черепушку носком сапога, – должно было произойти что-то из ряда вон выходящее. И это в самом деле очень плохо.
– Что-то из ряда вон точно произошло. – Стэф выпрямился и посмотрел в сторону ещё более густых зарослей, в которых застрял рюкзак Командора. – Я так понимаю, своё барахло он бы тоже просто так тут не бросил?
– Ни за что. – Арес подошёл к рюкзаку, так же как до этого черепушку, пнул его носком сапога и мрачно сказал: – Приплыли, ребята!
– Предлагаю пойти дальше! Тут уже недалеко! Вдруг что-то узнаем. – Голос Фени звучал неестественно бодро, но остатки румянца сошли с её лица.
Дальше стало хуже. Дальше обнаружилось тело. Слава богу, не Командорово, но от этого было не легче.
Человек сидел по пояс в болотной воде. И сидел он так уже лет эдак восемьдесят, если судить по знакам отличия на его военной форме.
– Судя по нашивке, это шарфюрер СС, – сказал Арес, присев на корточки перед телом. – Если это не неудачный косплей, конечно. Что у него с лицом?
– Он мёртв уже почти сто лет! Вот что у него с лицом! – просипела Феня. Теперь с её лица сошёл не только румянец, но, кажется, и загар.
– Выглядит он как-то странно. Стэф, посмотри на выражение его лица.
Стэф кивнул. У него были те же вопросы, что и у Ареса. Причина отличной сохранности тела была более или менее понятна. Судя по тому, что даже верхняя часть формы бывшего шарфюрера была мокрой, все эти годы тело лежало в воде. Наверное, в местной экосистеме имелись все условия для консервации мёртвых тел. Или для этого имелись какие-то другие, пока неизвестные им условия. Но очевидно, что кто-то – скорее всего, Командор! – вытащил тело на поверхность и придал ему полусидячее положение. Зачем? Чтобы было сподручнее рыться в карманах и наплечной сумке или чтобы лучше разглядеть лицо покойника?
Тлен и разложение почти не коснулись лица, поэтому выражение блаженной отстранённости считывалось с него безошибочно. Такие лица можно встретить на старинных иконах или в психиатрической лечебнице. Превозмогая лёгкое отвращение, Стэф потянул вниз ворот гимнастёрки мертвеца. Ткань, в отличие от плоти, оказалась не такой надёжной и расползлась прямо в руках, обнажая побуревшую в результате мумификации грудь, на которой имелся отчётливый круглый рубец в районе сердца.
– Марёвки, – прошептала стоящая за спиной Стэфа Феня. – До него добрались марёвки. Кажется, меня сейчас стошнит…
Глава 7
День едва начался, а уже перестал быть томным. Сначала угарники со своим сомнительным посланием. Потом реликтовая то ли рыба, то ли змея. Рюкзак Командора. А теперь вот и сто лет как мёртвый эсэсовец. И это ещё даже не обед!
– Может быть, Гимли испугался трупа и убежал? – смертельно бледная Аграфена предпочла думать о живых, а не о мёртвых.
– Ага, вытащил этот труп из воды, обшарил его карманы, а потом как испугался, как побежал… – проворчал Арес. – Не думаю, что Командора можно напугать такой ерундой, как столетняя мумия. Далеко ещё до твоего домика? – спросил он, выпрямившись и отойдя от тела.
– Уже пришли. – Она махнула рукой в сторону.
Арес проследил за её жестом и сначала увидел несколько раз перекрученную вокруг своей оси ель, а уже потом заметил замшелую, местами сгнившую и провалившуюся крышу. Похоже, в этом месте консервация срабатывала только с биологическими объектами.
– Кажется, тут было настоящее побоище. – Голос Стэфа доносился до них из-за высокого кустарника. – Или избиение «младенцев», – добавил он мрачно. – Арес, иди сюда! Феня, побудь там!
Конечно, она не послушалась! Конечно, попёрлась следом за ним. Впрочем, Аресу так было даже спокойнее. Пока они не выяснят, что случилось с Командором, им стоит держаться вместе. И вообще, на этом чёртовом болоте им лучше не разделяться!
Стэф стоял посреди небольшого, относительно свободного пятачка суши. На этом пятачке не было мумий. Зато были кости. Много человеческих костей. Некоторые со следами огня, а некоторые со следами зубов. Огромных звериных зубов. Арес запросто представил себе зверюшек, которые грызли эти кости. И запросто представил тех, кто мог спалить обладателей этих костей до углей. Определённо, день переставал быть томным.
– И побоище это устроили явно не партизаны, – сказал он, пытаясь хотя бы по черепам представить число погибших.
С мумией получалось семь человек. И, скорее всего, это ещё далеко не всё.
– Наверное, сюда добрались псы и угарники, – сказала Аграфена растерянно, а потом добавила уже решительнее: – И это странно!
– Что тут странного? – спросил Стэф.
– Странно, что угарники смогли зайти так далеко на болото. Они обитают около торфяников и, если верить рассказам деда Феликса, не любят воду. Особенно болотную.
– Почему?
Слушая Аграфену, Арес не переставал оглядываться. Местность здесь такая, что подвоха можно было ждать с любой стороны: хоть из полуразрушенного домика, хоть из поблёскивавшей за ним воды, хоть из чересчур буйной растительности.
– Я не знаю. Может, он не объяснял. А может, я просто упустила. Но мне кажется логичным тот факт, что существа, порождённые огнём, не любят воду. Есть в этом что-то правильное.
– А псы могут сюда заходить?
– Псы – запросто. Они ж недаром болотные.
– А марёвки?
– И марёвки.
– А как они вообще ладят между собой?
– Кто?
– Вся эта корпорация монстров: псы, угарники, марёвки…
– Я не знаю. – Аграфена выглядела растерянной. – Они мне не докладывали.
– Плохо. В следующий раз непременно уточни этот момент у чудо-малышей.
– Обязательно.
Арес посмотрел на неё сверху вниз, но не из-за ощущения превосходства, а из-за роста, а потом сказал:
– Ты молодец. Хорошо держишься.
– Хорошо, как для девчонки? – Она слабо улыбнулась.
– Хорошо, как для мужика! – Он улыбнулся в ответ. На душе, несмотря на окружающий их ужас, полегчало. – Ну что, заглянем в домик?
К домику уже направлялся Стэф. Среди прибрежных зарослей маячила его широкая спина. Арес взял Аграфену за руку. Не из-за каких-то там глупых сантиментов, а ради собственного спокойствия. В этом чёртовом месте нужно держаться как можно ближе друг к другу. Удивительное дело, Аграфена даже не пыталась вырваться. Ладонь её была такой маленькой, что Арес ослабил хватку, боясь ненароком сделать ей больно.
Дверь домика кособоко висела на одной проржавевшей петле. Стекло в окошке отсутствовало. Внутри, вопреки ожиданиям, было сухо и ничем не воняло. Даже скудная мебель осталась в целости и сохранности. На сбитом из досок столе стояла алюминиевая армейская чашка, а на топчане в дальнем углу лежал ворох тряпья. Стэф стоял у стола спиной к остальным. В руке он держал пожелтевший клочок то ли газеты, то ли листовки.
– Это что? – Аграфена дёрнула рукой, и Арес отпустил её.
– Это? – рассеянно переспросил Стэф. – Это записка.
– Записка? – Аграфена попыталась заглянуть ему через плечо. Разумеется, у неё ничего не вышло. Пришлось обойти Стэфа. – От кого?
– От Стеши, – в голосе Стэфа слышалась растерянность.
– Опять? – Арес обошёл его с другой стороны, взглянул на клочок бумаги, прочёл нацарапанный карандашом текст.
«Стёпа, бабушка, не волнуйтесь, со мной всё хоро…»
Слово «хорошо» обрывалось на середине, словно у Стеши сломался карандаш. Но смысл написанного всё равно был понятен.
– Получается, она как-то сумела выбраться живой из устроенной тут угарниками и марёвками заварушки? – спросил Арес. – Не могла же она написать эту записку ещё до побоища. Кто бы ей позволил?
– А если она писала её тайком? – предположила Аграфена. – Потому записка написана не на бумаге, а на листовке. Потому и не дописана…
Она присела на корточки, заглянула под стол.
– Что ты там ищешь? – спросил Арес и тоже нырнул под стол.
– Карандаш. Она же чем-то написала эту записку. Наверное, карандаш завалился под стол.
Аграфена включила фонарик на телефоне и обвела ярким лучом земляной пол. Пусто.
– И всё равно я не представляю себе ситуацию, при которой у неё была бы возможность писать записки, – сказал Арес, выпрямляясь. – Зато ясно одно: когда она привела фрицев к болотному домику, твоего деда здесь уже не было. – Он посмотрел на Стэфа. Тот молча кивнул соглашаясь. – Серафим успел вывести его до появления карателей. А раз Стеша всё-таки написала эту записку, то и ей удалось спастись.
– Если бы ей удалось спастись, она бы выбралась из болота! – Аграфена тоже выползла из-под стола. – Она бы точно выбралась. Я в этом уверена!
– Почему? – спросил Стэф.
– Потому что она была особенная. Не важно, жила она раньше на болоте или нет, она должна была чувствовать это место примерно как я. Или даже лучше.
– Почему? – снова спросил Стэф.
– Потому что она была… только не смейтесь! – Аграфена предупреждающе вскинула вверх руки. – Она была ведьмой.
– И что тут смешного? – тут же откликнулся Арес. – Мы с одной такой уже который день общаемся.
– Хотелось бы мне быть, как она, – сказала Аграфена неожиданно мечтательно. – Но, увы. Я самая обыкновенная. Просто слегка… со странностями.
– Точно слегка? – уточнил Арес и тут же пожалел об этом, потому что Аграфена нахмурилась.
– На твоё счастье, да, – ответила она мрачно. – Была бы я ведьмой, ты бы уже давно козлёночком стал.
– Выходит, мне повезло! – Ссориться с ней не хотелось, и Арес предпочёл отступить.
– Даже если Стеша выжила, – Аграфена демонстративно смотрела только на Стэфа, – она не выбралась из болота. Это факт!
Стэф ничего не ответил, словно и не слышал сказанное. Клочок листовки он бережно сложил и сунул в карман куртки, а потом принялся внимательно осматриваться в болотном домике. Арес присоединился к нему.
Сказать по правде, это место было настоящим Клондайком для таких, как он и Командор. Накопать тут можно было много чего интересного. Причём даже копать не пришлось бы. Мысль о Командоре тут же погасила его запал.
– Что будем делать с Командором? – спросил он, рассматривая пыльную керосиновую лампу. Удивительное дело, на дне всё ещё плескалась жидкость.
– Он знал, на что шёл. – Стэф пожал плечами.
– То есть искать его мы не будем?
– Как? – Стэф обернулся, в его взгляде было сомнение. – Скорее всего, он пришёл сюда той же дорогой, что и мы. Наверняка воспользовался своей картой. По пути мы его не встретили. Тут его тоже нет. Вещи брошены.
– Думаешь, он утонул? – спросил Арес, ощущая ползущий по позвоночнику холодок. Командор оказался не самым приятным типом и к тому же спёр черепушку, но такой смерти Арес ему не желал. Чёрт, да он вообще не желал ему смерти!
– Здесь невозможно утонуть. – Стэф притопнул ногой по земляному полу. – Это, пожалуй, единственное место, где под ногами нормальная твердь. Командора что-то напугало. Напугало до такой степени, что он бросил череп и рюкзак. Для чего сбрасывают балласт?
– Чтобы было легче сваливать. Понять бы ещё, от кого.
– Понять бы куда. Потому что бежать тут особо некуда. Тропинка к дому всего одна, а вокруг вода.
– Может, это она… реликтовая змеерыба? – сказал Арес и поёжился. – Выползла на берег и того… утащила его в болото? Ты же сам сказал, что вокруг вода. А где Аграфена? – Он обернулся к двери, и в тот же миг снаружи раздался крик.
На ходу сдёргивая с плеч карабины, они выбежали из домика. Несколько бесценных мгновений их глаза привыкали к свету. А после этого Стэф и Арес увидели болотных псов… Назвать этих тварей волками не поворачивался язык. Они были значительно крупнее обычных волков. Лапы их были тоньше и длиннее, уши острее, а шерсть отливала зеленцой. Арес насчитал шесть особей. Они стояли клыкастым заградотрядом между домиком и застывшей у кромки воды Аграфеной. Морды их были обращены в сторону Стэфа и Ареса. С огромных клыков на моховую подстилку капала слюна. Эти капли, словно серная кислота, заставляли мох чернеть и рассыпаться трухой.
– Феня… – прохрипел Арес, боявшийся резким звуком спровоцировать болотных монстров. – Феня, ты как?..
В окутывающей это место тишине каждый звук разносился очень далеко. Аресу казалось, что он слышит тяжёлое и испуганное дыхание Аграфены.
– Я хорошо, – прошептала она в ответ. – А вы как?
В такой ситуации она ещё умудрялась думать о них.
Один из псов оскалился и зарычал. Наверное, ему не понравились эти переговоры. А Аресу не понравились его глаза. Глаза были не волчьи. И даже не из-за оранжево-красного цвета радужки. У пса были вертикальные зрачки. Как у кошки. Или как у змеи…
– Только не стреляйте… – прошептала Аграфена, когда Стэф навёл карабин на пса. – Я попробую как-нибудь сама.
Что она могла сама? Арес мысленно застонал, прикидывая, успеют ли они со Стэфом положить всех шестерых псов, прежде чем хоть один из них доберётся до Аграфены.
– Что делать будем? – просипел он, ловя в прицел одного из псов.
– Три левых – мои, – просипел в ответ Стэф, – а три правых – твои. Без команды не стреляй.
– Чего они хотят?
Вопрос был риторический. Вполне вероятно, что они хотят кушать, а Аграфена самая вкусная из них. Вот только непонятно, почему смотрят эти твари не на Аграфену, а на них со Стэфом. Понимают, что они опаснее? Знают, как выглядит оружие? А Феликс Фишер рассказывал, что псов Мари не берут обычные пули, что они покрыты броней. Эти вроде ничем не покрыты. И не нападают, просто стоят и смотрят. Если бы Аграфена была по эту сторону, можно было бы попробовать отступить. Может быть, у них даже получилось бы. Но Аграфена стояла у самой кромки болота. Ноги её уже были по щиколотки в воде. Ещё пару шагов – и эта вода хлынет за голенища её сапог. А в сторонке, на волнах, которых в принципе не должно быть на болоте, покачивалась лодка. С виду крепкая, совсем не хлипкая.
– Не стреляйте, – снова прошептала Аграфена и сделала осторожный шажок к лодке.
Арес понимал её манёвр, но не видел в нём смысла. Псы не кошки, они отлично плавают. А эти твари не простые псы, а болотные.
– Феня, мы лучше шмальнём, – прошептал он, от всей души надеясь, что псы не понимают человеческую речь.
– Феня, я начну считать, – сказал Стэф очень спокойно, почти буднично. – Когда досчитаю до трёх, падай. Ты на линии огня.
– Может, мне сразу упасть? – спросила она, делая ещё один шаг к лодке.
– Сразу не надо, это может привлечь их внимание раньше времени. Арес, мои левые, твои правые. Феня, ничего не бойся. Один…
Наверное, эти твари всё-таки понимали человеческую речь, потому что, как только Стэф начал отсчёт, они зарычали. Шерсть на их загривках ощетинилась, на глазах слипаясь в острые чёрные иглы. Но иглы ведь всё равно не броня…
– Два…
Наблюдая за псами из заградотряда, они упустили появление седьмого. Этот был другой. Совсем другой! Крупнее, матёрее, опаснее! Этот медленно крался по воде прямо к Аграфене. Оранжевые глазюки его пылали недобрым огнём.
– Видишь? – Во рту пересохло так, что голос почти пропал.
– Стреляем в вожака, – велел Стэф прицеливаясь.
Их выстрелы прозвучали одновременно. Они оба не промахнулись. Промахнуться с такого расстояния просто невозможно! Аресу даже показалось, что он видел, как пули вонзились в бок твари. Нет, не вонзились, а ударились и срикошетили. Потому что тварь была покрыта не шерстью… Тварь была покрыта чешуйчатой бронёй!
Пёс обернулся. Оранжевые глаза полыхнули яростью. А от его рыка заложило уши.
– Сейчас начнётся, – прошептал Арес, а потом заорал во все горло: – Феня, в лодку!
Потому что некуда ей больше бежать. Потому что лодка к ней ближе всего! Потому что ей нужно как можно быстрее уйти с линии огня.
Аграфена была умная! Умная и быстрая! Она запрыгнула в лодку с кошачьим проворством. Как раз в тот момент, когда Арес со Стэфом открыли пальбу.
– Отплывай! – гаркнул Стэф, пытаясь переорать грохот выстрелов. – Подальше от берега! Жди там!
А дальше они уже не орали, не слышали и почти ничего не видели в этой дикой круговерти из звериных тел, дыма, водных брызг и откуда-то взявшегося чёртова тумана. Туман изменил всё: и видимость, и расстановку сил, и планы. Словно у Мари, у этого чёртова болота, были собственные планы, которым они мешали.
Стрелять вслепую было не просто бессмысленно, но и опасно. В тумане они могли попасть в Аграфену.
– К дому! – Донёсся до Ареса голос Стэфа. Самого Стэфа он больше не видел. Впрочем, как и дома.
Арес отступал задом, крутясь волчком, в любой момент ожидая нападения.
Никто не напал. Им дали укрыться в доме. Никто не сунулся следом. В наступившей вдруг могильной тишине они слышали лишь собственное тяжёлое дыхание. Снаружи не доносилось ни звука.
– Куда они делись? – спросил Арес, прижимаясь спиной к бревенчатой стене с одной стороны от двери.
– Не знаю. – Ответил Стэф, стоящий с другой стороны. – Но если бы они хотели нас убить, нас уже не было бы в живых.
– А что они хотели?
Вопрос был правильный. Пожалуй, самый правильный из всех вопросов, которые когда-либо задавал Арес. Пожалуй, от ответа на этот вопрос зависела вся его дальнейшая жизнь.
Стэф ничего не ответил. Он сосредоточенно вслушивался в тишину. А Арес больше не мог ни вслушиваться, ни вглядываться. Его не задели, не куснули и не поцарапали, но в груди вдруг заныло так сильно, что стало больно дышать.
– Я выхожу, – сказал он и, не дожидаясь, пока Стэф попытается его остановить, нырнул в туман.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?