Текст книги "Валерия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/valeriya-261355.jpg)
Автор книги: Татьяна Соловьева
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– У тебя что-то произошло? – озабоченно спросил Юра.
– Да, – ответил Олег, – ты уж извини, что я убежал и ничего тебе не объяснил. Поверь, я не мог. А сейчас нам надо о многом поговорить.
– Я так и подумал, – Юра смущенно улыбался, – ничего, что я так вломился к тебе?
– Нормально, – ответил Олег, – садись.
Он чуть ли не силой усадил друга в кресло, и снова попросил секретаршу принести чай.
– От меня только что ушел муж Ольги, – заговорил Олег, – он просит разыскать тебя.
– Меня? Зачем? – искренне изумился Юра.
– Видишь ли, жена рассказала ему, что Валя не его дочь, и он пришел ко мне, чтобы я нашел ее настоящего отца. А я решил сначала посоветоваться с тобой.
– Вот как! А Валя знает?
– Да, знает. Именно она и просила найти родного отца. Ты как? Готов встретиться с ней?
– Думаю, да, – очень серьезно ответил Юра, – это будет непросто, но я готов.
– Отлично, значит, эту проблему мы решили. Но это еще не все. Ольга ушла от мужа к своему любовнику.
– Вот как! Странно! Я думал, что ее устраивает брак с Куприяновым, – задумчиво произнес Юра.
– Я тоже так думал и считал ее меркантильной женщиной. А она полюбила и ушла.
– Что ж, – Юра улыбнулся, – я искренне желаю ей счастья.
– А знаешь, кто ее возлюбленный? – спросил Олег.
– Нет, конечно.
– Прочитай последнюю страницу отчета.
– Не может быть! – внимательно посмотрев на лист бумаги, воскликнул Юра.
– И, тем не менее, это так. Они вместе учились в институте, и он был в нее влюблен. Два года назад они случайно встретились на какой-то выставке, и у них начался роман. Вот такие бывают в жизни совпадения.
– Послушай, Олег, я ведь тоже шел к тебе с новостью. Вот смотри.
Юра протянул другу старую потрепанную книгу.
– Это все, что осталось у Любови Андреевны от отца Даши. Она сначала не хотела мне рассказывать о нем, смущалась, но потом все же решилась. Получилось так, что она месяц или два сдавала комнату одному молодому человеку, и у них возникли отношения. Ну, ты понимаешь. Когда он съехал, то забыл у нее учебник. Внутри был вложен читательский билет. Открой, там фамилия и фотография.
Олег открыл. Интуитивно, он уже знал что там. И оказался прав. С фотографии на него смотрел молодой симпатичный парень, а на обороте были написаны фамилия и имя. И эти фамилия и имя были теми же, что и в отчете о любовнике Ольги Куприяновой – Николай Шабанов.
– Что все это может значить? – произнес Олег, – Мне кажется, будто все мы играем какие-то роли в пьесе, написанной специально для нас
– А может так и есть, – внимательно посмотрев на друга, ответил Юра
– Ты так странно это сказал… У тебя есть какие-то предположения?
– Есть, но они из области паранормальных, я бы даже сказал, мистических, – Юра опять замолчал и задумался.
Он все еще не мог привыкнуть к тому, что Олег и есть тот самый пропавший ребенок Любови Андреевны, которого они так долго искали.
– Я даже не представляю, как расскажу ей об этом, – Юра натянуто улыбнулся, – это такое потрясение для нее.
– Я сам расскажу, и надеюсь, что она обрадуется, – Олег встал и принялся ходить из угла в угол, – я постараюсь стать для нее опорой, что ли. Я скажу ей, что рад.
– Она считает себя виноватой, – сказал Юра.
– Ей не в чем себя винить, – Олег немного успокоился и сел в кресло рядом с Юрой, – ладно, с этим мы разберемся. Давай подумаем о другом. Получается, что все мы, то есть Даша, Валя, Ольга, Николай, мы с тобой и Любовь Андреевна как-то связаны друг с другом. Остается понять, как.
– Я могу рассказать тебе свою версию, если ты готов ее принять, – очень тихо, едва слышно проговорил Юра.
– Да, – ответил Олег, – думаю, что готов. В любом случае, выслушаю.
– Мне представляется, что все мы части чего-то целого, и наше рождение было кем-то запланировано, – быстро, словно опасаясь, что его перебьют, заговорил Юра, – Возможно, что в мы были как-то связаны в прошлой жизни и эти отношения перешли в эту жизнь. Мы могли быть одной семьей или командой, но это должна быть очень сильная связь.
– Да, похоже, ты прав, – задумчиво ответил Олег.
– Значит, тебя это не шокирует? – улыбнулся Юра.
– После того, как ты научил меня видеть ауру и вернул Дашу с Валей в свои тела, меня уже сложно чем-то удивить.
– А если предположить, что мы были частичками какого-то существа? – вдруг произнес Юра, глядя куда-то вдаль, – неземного, не похожего на нас. Возможно, это был какой-то сгусток энергии, который объединял нас всех. Звучит фантастично?
– Да уж, – усмехнувшись, ответил Олег, – не очень-то приятно осознавать, что я или ты являемся единым целом, например, с Николаем Шабановым. Против остальных, я ничего не имею, а с убийцей как-то не хочется объединяться.
– Ты не прав, – задумчиво проговорил Юра, – ведь в мире, также, как и в каждом человеке, все должно быть уравновешено, где есть плюс, обязательно должен быть минус, где есть черное, должно быть белое.
– Без тени нет света, без зла нет добра, – процитировал Олег.
– Да, да, именно так, – обрадовался Юра, – и потом, каждый, даже самый закоренелый преступник должен иметь шанс для изменения.
– Думаешь, он воспользуется этим шансом?
Юра ничего не ответил, лишь пожал плечами, но ему очень хотелось в это верить.
То ли от яркого солнца, нахально заглядывавшего в окно, то ли от громкого пения птиц, Николай проснулся сегодня раньше обычного. День обещал быть жарким. Он вышел во двор, набрал в колодце ведро воды и принялся готовить завтрак. За месяц, который они с Ольгой прожили в деревне, это стало их своеобразным ритуалом. Он готовил завтрак и приносил ей в постель. И она каждый раз радовалась и смеялась, как ребенок. Какое счастье, думал он, что они уехали из ужасающе душного города и поселились здесь, на берегу прохладной журчащей, как котенок, речушки. Какое счастье, что дом его родителей сохранился в очень приличном состоянии и здесь можно довольно комфортно жить, по крайней мере, летом.
Сейчас ему казалось, что в его жизни никогда не было ничего, кроме этого маленького домика, речки, леса и, конечно же, Оли. Ту, другую жизнь он закрыл, словно надоевшую книгу и спрятал далеко на антресоль своей памяти. Он не хотел думать и вспоминать ни о чем, кроме своей любимой Оленьки. Она была его солнышком, его мечтой, его богиней много лет и вот теперь, здесь, в этом удивительном тихом месте, наполненном энергетикой любви и счастья, исполнились его мечты. А все другое, что было в его жизни, все плохое, грязное и ужасное ушло, кануло куда-то в небытие, отступило перед великим чувством безусловной любви, направленным на единственную в его жизни женщину. И что было совершенно удивительным, так это осознание того, что его любовь распространялась не только на нее, что благодаря этому чувству, он любит теперь все вокруг, любит это чернеющий за полями лес, любит речку, любит соседа дядю Васю и его вечно недовольную жену. Он любит весь мир, и он счастлив. Счастлив, впервые в жизни.
Он снова и снова вспоминал свои отношения с Олей. Ему доставляло удовольствие бесконечно перебирать в памяти все, что касалось ее, улыбку, ласковый взгляд, длинные волосы. Он снова вспомнил тот далекий день, когда впервые увидел ее, вспомнил чувство света и радости, до краев наполнившее все его существо. Он снова видел себя молодым парнем, стоявшим перед дверью приемной комиссии. Он пришел тогда к отцу, чтобы попрощаться перед отъездом. И снова, как тогда, у него заколотилось сердце, и кровь ударила в голову. Он и сейчас видел перед собой ту Олю, совсем юную, прозрачную, будто нереальную. А ведь он даже не знал тогда, как ее зовут. Он вынужден был тогда уйти, так и не узнав о ней ничего, не узнав даже ее имени.
Он снова встретил ее лишь осенью, когда начался новый учебный год, и мгновенно почувствовал состояние невозможного счастья, снова накрывшего его теплой ласковой волной. Она чуть изменилась, стала серьезнее, немного похудела, да и одета была в темную юбку и безликую полосатую кофточку. Лишь роскошные, светлые волосы с пепельным отливом остались теми же. Хоть она и убрала их в пучок, но спрятать такую красоту оказалось невозможно. Он стоял в стороне и просто смотрел на нее. Ему было достаточно знать, что это неземное создание существует на свете и даже учится с ним в одном институте. В начале второго семестра он осмелился заговорить с ней. К его изумлению, она оказалась простой и доброжелательной в общении. Через несколько дней он пригласил Олю в кино. И снова, о чудо, она согласилась.
Но дальше отношения почему-то не шли. Он не решался говорить о своих чувствах, боясь спугнуть ее только-только появляющееся доверие к нему. Ах, какие же они были тогда молодые и глупые. Через некоторое время он все же решил сделать ей предложение, чтобы не жалеть потом о том, что он, возможно, упустил свой шанс. Но она отказала. Отказала сразу, не ломаясь и не кокетничая. Как знать, – много раз думал он потом, – может быть, если бы он не поторопился со своим предложением руки и сердца, их отношения из зарождающейся дружбы переросли бы в нечто большее.
Потом он редко, но все же встречал ее в институте, и каждый раз после этих встреч сердце летело куда-то вниз, подобно подбитой птице, и он переставал дышать от осознания своих несбывшихся надежд.
Потом он потерял ее из виду, потерял на много лет. И много было в его жизни горестей и обид. Он все искал чего-то, хотел иметь семью, хотел быть кому—то нужным. И не понимал, что все бессмысленно, что никогда он не будет счастлив, пытаясь пристать к чужому берегу. И много ужасных вещей натворил он тогда. Но все они исчезли, растаяли где-то и теперь воспоминания о тех годах больше не беспокоили его. Все плохое в его жизни закончилось в ту минуту, когда он увидел ее, поднимающуюся по лестнице полуразвалившегося здания, где располагалась книжная ярмарка. Ее красота, ее неземное сияние мгновенно заслонили все, и грязную заставленную ободранной мебелью лестницу и бородатых небрежно одетых продавцов. Все это закружилось в ярком водовороте и исчезло. Сама судьба привела его к ней, и теперь на душе у него было спокойно. Теперь он точно знал, что она – его единственная любовь на всю жизнь и на этот раз он ее не упустит.
С тех пор прошло два с половиной года, которые они провели вместе. Конечно, не совсем вместе, ведь ей приходилось возвращаться к себе домой, к мужу и детям, но он верил, что обязательно настанет день, когда она придет к нему насовсем. Он терпеливо ждал этого, не сердился и не торопил ее. Раз она не уходит, значит, еще не пришло время. И он не ошибся.
И теперь, здесь в деревне, в глухой тишине полей и лесов, он счастлив. Он счастлив, когда встает рано утром, чтобы набрать воды, счастлив, когда готовит для нее завтрак или смотрит, как она расчесывает волосы. И единственная его мечта, чтобы это никогда не кончалось. И она тоже хочет этого. Она вчера сказала ему, что здесь хорошо, и что ей хочется остаться здесь жить навсегда. Что ж, он все сделает для этого. Он подлатает их домик, заготовит на зиму дров, и они останутся жить здесь, в деревне. Они будут сами носить воду, стирать одежду, мыть полы, выращивать укроп и картошку. Поначалу это будет непросто, но зато смогут гулять по лугу, усыпанному колокольчиками, любоваться на глубокое лесное озеро, слушать пение птиц в сосновом лесу.
И лишь здесь, а не в каменном, изнывающем от жары, городе, лишь в этом прекрасном тихом местечке, далеком от суеты и злословия, их с Ольгой души смогут соприкоснуться друг с другом очень близко, так близко, чтобы слиться в единое целое и никогда не расставаться. И то тяжелое для него время, несчастное и одинокое, забудется навсегда. И никто никогда не узнает, о том, что он сделал в той своей пустой и бессмысленной жизни. И отвечать ему придется только перед Богом, если, конечно, он есть, где то там, наверху.
Эй, вы, там, наверху!!!
Экран погас. Еще какое-то время Юстас и Юнона молча сидели в зрительном зале, словно давая себе немного времени для возвращения в реальный мир. Затем Юстас встал, и, медленно пройдя через коридоры бесконечной библиотеки, вышел на улицу. Юнона молча последовала за ним. Давно стемнело. У них над головами, словно перемигиваясь и перелетая с места на место, ярко сияли звезды. Ночь была ясной и прохладной. С удовольствием вдыхая свежий, пахнущий ароматами опавшей листвы воздух, Юстас и Юнона, не сговариваясь, направился в сторону от центра, к лесной полянке, туда, где, искрясь в лунном свете, протекала небольшая, похожая на ручеек, речка. Это было их любимое место. Раньше Юстас часто приходил сюда, когда ему хотелось остаться одному или подумать о чем-то. А после сегодняшнего просмотра ему было просто необходимо о многом поразмышлять.
Во-первых, подтвердилась его догадка о том, что Олег и есть тот самый, потерянный ребенок Любы. А во-вторых, оказалось, что вообще все эти семь человек очень тесно переплетены между собой, как и предполагал господин Ра.
Но самой удивительной оказалось судьба Николая и Ольги, людей, которых Юстас в самом начале этой истории записал в злодеи. Ах, как же прав оказался его наставник, много раз повторявший ему, что именно люди с невысоким уровнем развития больше других нуждаются в помощи и понимании. И теперь он, в который раз убедился, что любовь творит чудеса, превращая расчетливого убийцу в человека, способного к проявлению таких чувств, как нежность, забота и доброта. Да и Ольга, встретив любовь, перестала быть меркантильной женщиной, ждущей от мужчины лишь обеспечения комфортных условий и материальных благ. Она живет с любимым в глухой деревне, носит воду из колодца, ходит на речку полоскать белье и при этом абсолютно счастлива.
Вроде бы, все участники эксперимента нашли свое место в жизни и продвигаются дальше, совершенствуясь и наполняясь частичками разноцветной энергии. Но присматривать за ними все равно нужно, и для этого ему просто необходима Юнона. Ведь именно она является тем человеком, на которого он, Юстас, может положиться, как на самого себя.
– Расскажи о своем впечатлении, – после долгого молчания произнес он.
– Даже не знаю, что тебе сказать, – задумчиво ответила Юнона, – все так необычно. Я лишь сейчас смогла избавиться от чувства, что все увиденное происходило в другой реальности. Мне все время казалось, что я нахожусь там, рядом с ними. Так непривычно было снова оказаться на земле. Там все по-другому, не так как у нас. У них другие, непонятные нам, переживания, и странные поступки. К этому надо привыкнуть. Жаль, что я не видела предыдущих просмотров.
– Это можно устроить. Я договорюсь в бесконечной библиотеке, чтобы тебе предоставили все материалы, которые ты захочешь посмотреть.
– Отлично! – воскликнула Юнона, – так мне будет проще представить полную картину. А что еще мне нужно будет делать?
– Тебе нужно будет ходить на просмотры как можно чаще и рассказывать мне о том, что у них там происходит. Вот и все.
– А как долго будет продолжаться эксперимент? – спросила Юнона.
– Этого я не знаю, – вздохнув, ответил Юстас, – знаю лишь, что комитет по развитию предупредит нас за несколько дней. Чтобы мы успели подготовиться к приему гостей с земли.
– Ты сам будешь их принимать и разговаривать с ними?
– Да, конечно.
Они еще немного погуляли и вернулись домой. На следующее утро Юстас, занявшись другими делами, выбросил из головы эксперимент и все события, связанные с ним, предоставив все это в полное распоряжение Юноны.
Департамент уже начал работать по разработанной им схеме. Теперь у Юстаса был секретарь, который занимался тем, чем раньше занимался он. Но парень был молодым и неопытным и частенько путал уровни развития. Поэтому Юстас по-прежнему каждое утро сам обходил распределительные комнаты, в которых находились поступающие, и лично разглядывал цвета аур. Если видел голубую или синюю, тут же направлял гостя в соответствующий кабинет, предоставляя возможность секретарю разбираться с остальными.
Иногда секретарь тихонько стучал в его дверь и, смущаясь, просил о помощи. Юстас никогда не ругал парня, слишком хорошо он помнил, что еще совсем недавно сам был таким же неопытным и робким сотрудником.
Информация о том, что через два дня в департамент начнут прибывать люди, задействованные в эксперименте, Юстас получил в самом конце рабочего дня, спустя всего три недели, после того, как подключил к наблюдению Юнону. Все это время она добросовестно ходила на просмотры и вечерами рассказывала Юстасу о том, что происходит на земле. Но, по его мнению, ничего важного или непредвиденного там не случалось, поэтому он не придавал большого значения отчетам своей подруги. Поэтому сейчас он растерялся. Неужели все закончилось, те люди состарились, и настал конец их земной жизни?
Он срочно вызвал Юнону и невольно залюбовался ею, когда запыхавшаяся и разрумянившаяся девушка вбежала в его кабинет.
– Только что вернулась, – проговорила она, – с утра замещала подругу в комитете по крысам. Молодой человек, который за ней ухаживает, пригласит ее в зимний сектор кататься на лыжах. Сказал, что в последнем воплощении был горнолыжником.
– Отличная идея, как провести следующие выходные! – воскликнул Юстас, – ты не против?
– Нисколько, – ее глаза еще несколько секунд улыбались, но через мгновение уже стали серьезными, – ну, что произошло?
– Поступила информация, что эксперимент подходит к концу. Расскажи, что у них сейчас происходит.
Юнона задумалась.
– Последний раз я ходила на просмотр позавчера, – медленно, будто вспоминая свои ощущения, говорила Юнона, – но у меня не сложилось впечатления, что они скоро уйдут из земной жизни.
– Расскажи о них поподробнее, – попросил Юстас.
– У Юры с Дашей двое детей, Юра занимается научной работой, он доктор философских наук, написал несколько книг и множество статей. Сейчас работает над какой-то, как он выражается, очень важной для него книгой, где собраны все его наблюдения. Даша нигде не работала, занималась домом и детьми, когда дети выросли, стала много внимания уделять живописи и даже участвовала в какой-то выставке.
– Отлично! – воскликнул Юстас, – они счастливы вместе, как тебе показалось?
– Безусловно, – с улыбкой ответила Юнона, – Ты будешь удивлен, но мама Даши, Любовь Андреевна, уже после свадьбы дочери, вышла замуж за соседа по даче и тоже очень счастлива. Говорила зятю, что хоть и поздно, но поняла, что значит быть любимой.
– Надо же! – обрадовался Юстас, – я очень рад за нее.
– Она очень изменилась, – продолжала Юнона, – стала следить за своей внешностью, посещать парикмахера и косметолога. К тому же после того, как умерла приемная мать Олега, их семьи стали очень много времени проводить вместе. Любовь Андреевна, как общая бабушка, участвовала в воспитании детей Олега и Даши. Кстати, с Олегом у нее сложились очень теплые отношения, он искренне любит Любовь Андреевну и называет ее мамой.
– А как дела у Ольги? Она по-прежнему живет с Николаем?
– Да, они постоянно живут в деревне и почти никуда не выезжают. Николай внешне напоминает крестьянина позапрошлого века, он отпустил бороду и стал совсем не похож на себя. Ольга же расцвела. Этакая русская красавица с косой до пояса, в ярком платке на голове. По дому они все делают сами. Ольга и воду носит, и огород полет, но все это спокойно, без надрыва. Похоже, что удовольствие получает от этого. У них куры, кролики, коровы нет, но есть козы. С детьми Ольга не общается, говорила Николаю, что считает ту жизнь искусственной и что настоящей жизнью стала жить лишь с ним, в деревне.
– Странно, ведь трое детей. Младшие были совсем маленькими, когда она уходила от Сергея, – задумчиво проговорил Юстас.
– Детьми занимались родители Сергея и Ольги. Кстати, Сергей очень быстро женился снова, как и пророчила Валя, на ее учительнице, и у них родилось еще двое детей.
– А как живет Валя?
– Валя после развода родителей и женитьбы отца переехала к бабушке и дедушке со стороны Ольги, – с лукавой улыбкой произнесла Юнона, – Кстати, ни Сергей, ни Валя никому не сказали, что Валя не родная дочь Сергея. Сейчас она живет одна, мужа и детей у нее нет.
– А с Юрой она поддерживает отношения?
– Да, они очень близки. Но Валя человек очень самостоятельный, она не любит большие компании, предпочитает одиночество. Она долго не могла найти себе дело по душе, часто меняла работу, а несколько лет назад какое-то малоизвестное издательство напечатало сборник ее стихов и это дало ей некий толчок к дальнейшему творчеству. Она написала два романа, что-то вроде эссе и философских рассуждений и даже нашла спонсоров для издания. Сейчас она пишет роман, в совершенно иной манере, это приключения, детектив, мистика и любовная история.
– Понятно, – улыбаясь, проговорил Юстас, – усиленно развивает горловую чакру – чакру творчества.
– Ты считаешь, что раз они возвращаются, значит, их миссия выполнена, и все они достигли необходимого развития своих уровней? – спросила Юнона.
– Думаю, да, и последней, скорее всего, была Валя, – сказал Юстас, – она самая молодая, и ей нужно было больше времени, чтобы раскрыть свой талант. Представляешь, какой шок она пережила, когда разошлись родители, и выяснилось, что у нее другой отец?
– Еще бы, – отозвалась Юнона, – общение c родным отцом, безусловно, пошло ей на пользу, но, похоже, она разочаровалась в любви и перестала верить в порядочность людей. Она так и не вышла замуж, хотя очень привлекательна внешне.
– Ну что ж, – проговорил Юстас – буду готовиться к встрече с ними. Но, честно говоря, не знаю, как.
Незаметно пролетели те два дня, в течении которых должен был закончиться эксперимент. Наступил третий день. Но ничего нового не происходило. Юстас несколько раз связывался с департаментом по развитию, но там отвечали одно и тоже.
– Эксперимент подходит к концу, будьте готовы встретить людей, – говорил Юстасу механический голос автоответчика.
Он понятия не имел, каким образом будет происходить возвращение, не представлял, как именно будут появляться эти люди, то ли в виде лепестков, то ли по обычной схеме. Он сердился, что ему никто не удосужился дать четкие инструкции и переживал, что не сумеет правильно выполнить поставленную задачу. Не доверяя секретарю, он каждые пятнадцать минут выбегал из кабинета и заглядывал в комнаты для приема гостей. Юстас завел новую систему приема совсем недавно. Теперь посетители не толпились в коридоре, а направлялись в комфортабельные комнаты, где им было предоставлено все необходимое для полноценного отдыха. Но сегодня его собственное нововведение очень мешало. Раньше было достаточно выглянуть в коридор, чтобы заметить зеленый или голубой цвет ауры, а теперь это стало невозможным.
Не в силах больше бездействовать, он позвонил Юноне и попросил ее приехать в департамент. Она примчалась и по просьбе Юстаса осталась дежурить в кабинете на случай, если кто-то из участников эксперимента появиться у них обычным способом. Он же побежал вниз, в подвальный этаж, где располагался постоянно открытый портал, возле которого дежурили сотрудники отдела прибытия. Они первыми встречали поступающих людей, собирали их в группы и с сопровождающим поднимали на лифте на этаж, где находился департамент Юстаса. Сопровождающий выгружал людей, и на этом его миссия заканчивалась, он возвращался назад за новой группой. Посетители, попадали в тот самый коридор, из которого, еще совсем недавно, Юстас приглашал их в свою приемную. Теперь же, каждую вновь прибывшую группу встречал сотрудник Юстаса и размещал их в свободной комнате.
Дежурить у лифта и ожидать новую партию, Юстас не хотел. Он решил, что быстрее найдет тех, кого он ждет, прямо у выхода из портала. Встречающие больше походили на охранников или телохранителей. Пятеро крепких, высоких мужчин, очень суровых с виду, по мнению Юстаса, должны были внушать ужас посетителям. Но, немного понаблюдав за происходящим, он понял, что был не прав. Люди вели себя по-разному. Некоторые шли, понуро опустив головы, и спокойно следовали туда, куда им указывали. Однако, многие находились в беспокойном состоянии, что-то кричали, кидались на стены или пытались вернуться назад. Вот тогда и приходилось действовать пятерым крепким ребятам. Они бережно, но твердо брали скандалиста под руки и заставляли зайти в лифт.
«А наверху их состояние становится уже моей проблемой», – неприязненно подумал Юстас.
Он простоял в подвале около получаса, но не заметил ничего необычного.
– Можно мне подняться наверх со следующей группой? – обратился он к одному из встречающих?
– Конечно, господин Юстас, – вежливо ответил здоровенный лысый парень, – тогда Леша не будет с ними подниматься.
– Хорошо, – сказал Юстас, и вошел в пустой лифт.
Через пару минут начали заходить первые посетители. Двое неопрятных мужчин, совсем старая женщина с совершенно белыми волосами, молодой парень с замутненным взглядом. Все они имели красную ауру. Потом зашла еще одна пожилая женщина. Над ее головой он увидел явно выраженное желтое свечение. Юстас с интересом стал разглядывать эту женщину. Ее аура была не такой, как у других, форма ауры была не гладкой и ровной, как обычно, а тонкой, и чуть заостренной.
«Похожа на лепесток», – подумал он.
В это время в лифт зашла большая группа людей, двери закрылись и они поехали наверх. Люди переговаривались между собой, обсуждая, очевидно, куда их везут, лишь женщина с желтым свечением стояла неподвижно, прислонившись к стене. Лицо ее было умиротворенным и спокойным. Когда двери распахнулись и все вышли в коридор, он подошел к этой женщине.
– Любовь Андреевна? – тихо произнес он.
Она подняла на него глаза и испуганно кивнула. Однако, всего через пять минут гостья уже сидела в его кабинете и тихо плакала. Разговаривать с ней было трудно, но все же ему удалось успокоить ее и вызвать на откровенность.
– А знаете, – сказала она, внимательно выслушав Юстаса, – наверное, вы правы, я действительно стала чувствовать себя счастливой в достаточно зрелом возрасте. После того, как моя дочь вышла замуж и нашелся мой потерянный сын, у меня словно кусочек сердца вернулся на место. Я поверила, что все в жизни может быть хорошо, что можно позволить себе расслабиться и просто наслаждаться жизнью. И это удивительное чувство знать, что рядом с тобой есть любимые люди, которые всегда помогут.
Юстас не стал рассказывать ей об эксперименте. Просто сказал, что она некоторое время поживет здесь, и скоро встретится со своими близкими.
– Я скучаю по ним, – обрадовалась она.
Он попросил Юнону проводить Любовь Андреевну в комнату, приготовленную специально для участников эксперимента, и побыть с ней.
«Кто же следующий»? – думал он, то и дело поглядывая на дверь.
Наступало время обеда, но больше никто не появлялся.
Дверь открылась и к нему заглянула обеспокоенная Юнона.
– Любовь Андреева уснула, – тихо сказала она, – я попросила девушку из отдела обслуги присматривать за ней. Давай сходим пообедать.
– Давай, – ответил Юстас, накинул пиджак и они вышли в коридор.
– Смотри, – дернула его за рукав Юнона, – те двое.
– Где? – обернулся Юстас.
– Выходят из лифта, – одними губами прошептала она, и, улыбнувшись, добавила значительно громче, – похоже, обед откладывается.
Двое людей, замеченных Юноной, оказались Ольгой и Николаем. Она сразу узнала их, поскольку, по ее мнению, они мало изменились с того момента, когда она видела их последний раз. Николай Шабанов, в прошлом неуравновешенный убийца, выглядел теперь основательным, спокойным и уверенным в себе человеком. Он, действительно, был похож на средневекового крестьянина. Невысокий, полный с густой темной бородой и седыми волосами, он медленно шел по коридору в направлении Юстаса и Юноны.
– Проходите, пожалуйста, в комнату, – сказал Юстас, когда Николай поравнялся с ним.
– Спасибо, – оставаясь совершенно безучастным ко всему происходящему, вежливо ответил он.
Следом за ним в комнату зашла его спутница. Немного полноватая, но все еще очень красивая, с длинными, заплетенными в две косы, волосами, Ольга села на диван, стоявший у окна и, не произнеся ни слова, прикрыла глаза.
Николай тоже сел и вопросительно взглянул на Юстаса.
– Я ничего не понял. Мы легли спать, а потом оказались здесь, – мрачно проговорил он.
– Как вы себя чувствуете? – осведомилась Юнона.
– Неважно, – отрывисто ответил Николай, – голова болит и в сон клонит.
При этих словах Ольга неожиданно открыла глаза.
– Коля, – она потянула мужа за рукав, – а ты задвижку на печке когда закрыл? Мне кажется, что я угорела. Подташнивает и голова кружится.
У нее был приятный мелодичный голос, разговаривая, на немного растягивала слова, что делало ее речь похожей на старинную народную песню. Юстас невольно залюбовался ею.
– Дело в том, – видя, что Юстас, разглядывая красивую женщину, забыл обо всех своих обязанностях, проговорила Юнона, – что вы находитесь в несколько необычном месте.
– Мы что, в районной больнице? – теперь уже с интересом оглядываясь по сторонам, – спросил Николай.
– Вам сейчас станет лучше, – стряхнув с себя наваждение, включился в беседу Юстас, – тошнота и головная боль скоро пройдут. Вы не в больнице, но здесь вам окажут помощь.
– Мне гораздо лучше, – сказала Ольга, – может быть, вы все же объясните нам, что все это значит? Мы хотим вернуться домой.
– Погоди, Олюшка, – прервал ее Николай, – похоже, тут не все так просто. Мы что, умерли?
Ольга вскрикнула и схватила Николая за руку.
– Нет, вы не умерли, – спокойно ответил Юстас, – вы же разговариваете и двигаетесь. Вы не можете умереть, ваши души бессмертны. Вы просто переместились на другую сторону жизни.
– Значит, умерли, – жестко сказал Николай, – ну что ж, хорошо хоть, что вместе. А то, как бы я жил без тебя.
Он обнял Ольгу и прижал ее голову к своему плечу.
– Как ты себя чувствуешь? – глухо произнес он.
– Хорошо, – дрожащим голосом, в котором Юстасу послышался звук колокольчиков, произнесла она, – не беспокойся обо мне.
– А где у вас тут страшный суд? – уставившись в пол, спросил Николай.
«Так вот, почему он нервничает, – понял Юстас, – вспомнил свои грехи».
– Никакого страшного суда у нас нет, – ответил он, – вы сейчас отдохните, а потом мы с вами еще побеседуем.
Ни Николай, ни Ольга не обратили никакого внимания, на худенькую старушку, дремавшую в огромном кресле возле окна.
Любовь Андреевна умерла во сне от остановки сердца, и еще не адаптировалась в другом, непривычном для нее мире.
Юстас понял это лишь сейчас, и пожалел, что сразу же начал одолевать ее вопросами о смысле жизни.
– Им всем надо дать немного времени, чтобы привыкнуть к нашему миру, – тихо сказал он Юноне, закрывая дверь комнаты.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?