Читать книгу "Дневники марионетки. Книга 3. Цена свободы"

Тему моих отношений с Эверио все по известным причинам старались обходить стороной, и только однажды за все эти дни его имя всплыло в одном рассказе Лари.

Было это в одной придорожной гостинице, где мы остановились на ночлег. Арти тогда пропал в неизвестном направлении, сказав лишь, что у него дела. Расспрашивать никто не стал, но после его ухода меня снова накрыла череда сдавленных чувств и размышлений – поводок натянулся. Почему-то в присутствии Артиона сей побочный эффект связи чувствовался не так сильно. Возможно, это связано с тем, что они с Рио, как-никак, родственники. Хотя точно сказать не мог никто.

– Опять грустишь? – мягким голосом спросила Лари, присаживаясь рядом со мной на широкий подоконник гостиничного номера. За окном сквозь низкие облака тускло просвечивали безмолвные звёзды, а туман и чернота души становились почти осязаемыми.

– Нет… Я уже привыкла к этому грузу. Просто иногда становится слишком пусто внутри.

Лари не ответила, но и уходить не спешила.

– Знаешь, давно хотела рассказать тебе кое-что, – вдруг тихо проговорила она, и в её тёмных глазах появился знакомый весёлый блеск. – Это страшная тайна… – её загадочный голос вдруг напомнил какого-то мультяшного героя.

– Вот чего-чего, а страшных тайн мне с головой хватает, – попыталась отмахнутся я.

– Нет, это лично моя страшная тайна. Так сказать, самый жёсткий облом. До сих пор стыдно… Хочешь, расскажу?

Илария всегда знала, как разбудить моё любопытство, и в этот раз ей удалось сделать это даже легче, чем обычно.

– Стыдно? – удивилась я. – Даже не представляю, что должно было произойти, чтобы ты испытала такое совершенно не свойственное тебе чувство, как стыд.

– Интересно? – поддразнивала меня она.

– Выкладывай уже, хватит издеваться! – на моём лице расцвела первая улыбка за эти сутки. Вообще, после того, как вернулась память, я почти перестала улыбаться. Отчего-то даже рассказы Лари вызывали только какой-то странный смех, а чаще всего я ограничивалась кривой усмешкой. Возникло ощущение, что чувство юмора покинуло меня навсегда. Как, впрочем, и все остальные чувства. И всё, что оставалось, – это упиваться чужой радостью, задором или счастьем, не чувствуя при этом абсолютно ничего. Наверное, если б не эмпатия, я б давно с ума сошла от пустоты. Хотя иногда Иларии всё же удавалось выводить меня из этого тупика, жаль, ненадолго.

– Слушай, – она одарила меня очередным загадочным взглядом. – Только пообещай, что никому никогда об этом не расскажешь!

– Как я могу? – притворно оскорбилась я. – Это же «страшная тайна»!

– Я серьёзно.

– Я тоже.

– Ладно, – она вздохнула. – Кучу лет назад, когда я была малолетней дурой, а вместо мозга у меня была одна большая дыра… Нет, не так, – она снова демонстративно набрала в лёгкие воздуха, как будто собиралась нырять на глубину. – В общем, когда-то давно один знакомый нам обоим Эрик вдруг неожиданно для всех ответил согласием на просьбу моего отца стать наставником Афелии. Раньше он никогда не соглашался учить девушек, но в случае с моей сестрой решил сделать исключение. Зная Эрика, могу с уверенностью предположить, что его выгода в этом деле тоже была, ведь его ненаглядный, обожаемый сынок Эверио тоже в то время проходил обучение, правда, до звания мастера ему тогда оставалось каких-то полшага, а то и меньше, и большинство занятий с Фэй проводил именно он. Мне тогда было лет восемнадцать, но по человеческим меркам я с трудом дотягивала до четырнадцати и, естественно, уже считала себя очень взрослой. Как ты понимаешь, до собственного обучения мне было ещё очень далеко, вот я и таскалась повсюду за сестрой, сопровождала её на тренировках и занятиях. И тут случилось непоправимое… Моё хрупкое детское сердце посетила первая любовь! – не сдержавшись, она расхохоталась. – Ума не приложу, чем я тогда думала, но сейчас это уже неважно. В общем, он был красив, силён, популярен… И мне казалось что я могу вечно любоваться серебристыми колодцами его очей… – с нескрываемым пафосом выдала Лари.

– Ты что, про Рио говоришь? – мои глаза удивлённо округлились. А когда эта бестия, виновато глядя на меня, судорожно закивала, я больше не могла сдерживать эмоции. Неудержимый хохот разбил тишину номера, но мы уже знали, что он через пару секунд отступит, уступив место ставшей уже привычной для меня душевной пустоте.

– И как тебе не стыдно потешаться над убогими? – взывала к моей совести Илария, но тут же улыбнулась и, махнув на меня рукой, продолжила. – Думаю, ты догадываешься, что взаимностью мне отвечать никто не спешил. Мои письма он даже не читал, подарки не трогал, а меня саму в упор не видел. Так продолжалось почти год, и, когда мой идиотизм достиг-таки своего апогея, я решилась на крайние меры! Стоит ли говорить, что идея с самого начала не блистала оригинальностью, но в тот момент показалась мне единственно правильной. И вот, в одну прекрасную лунную ночь, прихватив с собой бутылку вина из любимой папиной коллекции и неизвестно откуда взявшуюся корзину с фруктами, я влезла в окно комнаты Эверио. Его, естественно, не было, и тогда я разлила виноградный напиток по бокалам, раскидала по комнате припасённые лепестки роз и стала ждать. Вдруг мне показалось, что всего этого недостаточно, тогда я быстро разделась, непонятно, зачем спрятала всю свою одежду и в эротичной позе легла на кровать.

– Вот это ты устроила! – воскликнула я, с трудом борясь с новой волной смеха.

– Это ещё не всё, – возразила Лари. – Ждать мне пришлось недолго. Рио пришёл, да только не один, а с Эриком. Они о чём-то громко спорили, но, увидев меня, распластанную на кровати в костюме Евы, сразу замолчали. Эрик переводил ошарашенный взгляд с меня на Эверио, а потом выдал самую гениальную фразу на моей памяти. Он сказал, обращаясь к шокированному сыну: «Что бы тут ни происходило, я не хочу об этом знать! Надеюсь, у тебя всё-таки есть хоть капля мозга!», после чего удалился, закрыв за собой дверь. В тот момент, когда они вошли, я очень быстро натянула на себя одеяло, делая это скорее на автомате, чем осознанно. Честно говоря, мне никогда не было так стыдно, я в глаза Эрику потом ещё лет пять смотреть спокойно не могла. Но даже не это главное. Как думаешь, что сделал Эверио?

– Ну, наверное, выгнал тебя… Или сам ушёл? – предположила я.

– А вот и нет. Это было бы для него слишком просто, – усмехнулась Илария. – Как сейчас помню, каким хищным азартом горели в тот вечер так любимые мной серебристые глаза… Как он медленно прошёл по комнате с бокалом вина… Как резко сдёрнул с меня одеяло и с каким любопытством смотрел на обнажённое тело под ним. Нет, в его глазах не было ни капли желания или хотя бы симпатии. Один лишь холодный азарт. «Значит, готова вот так отдать мне свою невинность? Да, Иля? – сказал он, а в его голосе сквозило такое презрение, что мне стало страшно. А потом добавил: – Даже зная, что я тебя ни капли не люблю… и что завтра забуду и о тебе, и об этой ночи?» Его слова били больнее любых кнутов, а под этим немигающим взглядом мгновенно гасла любая искра надежды на счастливое будущее. Вдруг он присел рядом и коснулся мягкими пальцами моей руки, провёл по плечу и волосам… В его жестах была такая нежность, с которой совсем никак не вязался ледяной взгляд и злобная усмешка. «Всё ещё хочешь стать девочкой на одну ночь? А, радость моя? – продолжал насмехаться он, а я замотала головой, только сейчас осознавая, какую глупость чуть не совершила. – Не хочешь? А если я не позволю тебе уйти? Заметь, ты в моей кровати, такая маленькая и нетронутая… Вокруг сплошная романтика… И мне всего лишь нужно согласиться…» Я сжалась в комок, а его прикосновения перестали казаться нежными. Теперь они меня пугали, как и сам Эверио. Заметив это, он лишь усмехнулся и, приподняв мой подбородок, заставил посмотреть в его глаза. «Запомни этот урок, Иля, и больше никогда не повторяй подобных ошибок!» – с этими словами он встал и направился к двери, и уже перед тем, как покинуть комнату, как бы между прочим посоветовал мне поскорее отсюда убраться. Стоит ли говорить, что оделась я за пару секунд, и уже через минуту неслась по ночному городу домой, размазывая по лицу непрошенные слёзы.

– Ничего себе! – произнесла я, потрясённая рассказом подруги.

– Вот так рухнула и вдребезги разбилась моя первая и последняя любовь, – с сардонической улыбкой проговорила Лари. – После этого меня совершенно перестало тянуть на отношения. Парни появлялись, но так же быстро исчезали. Я попросту теряла к ним интерес. А экстремальный спорт и авантюры с лихвой заменили отсутствие чужой душевной теплоты.

– Печально…

– Ничего печального! – отозвалась Лари, а на её губах появилась уже знакомая мне довольная улыбка. – Такая уж у меня жизнь. Свободная, яркая, интересная… И, заметь, я сама её такой сделала.

– Лари, а сколько тебе лет? – как-то раньше этот вопрос меня не особо тревожил, а вот сейчас стало ясно: с Рио они не так уж и далеко друг от друга ушли.

– Да до фига мне лет! Сама иногда пугаюсь! – отмахнулась она. – Кстати, после той ночи я впервые встретилась с Эверио только месяц назад, когда он заявился к нам домой в поисках тебя. Странно, не правда ли? Интересно, а он хотя бы подозревает, как та его выходка отразилась на моей судьбе? Хотя это ведь была моя выходка…

Она рассмеялась.

– Вот видишь, Тиа, не одна ты любишь гулять по граблям! А на грабли по имени Эверио мы с тобой умудрились наступить вдвоём, – усмехнулась она.

– Ага, только мне ещё попадались грабли по имени Тамир, Литсери, Макс, Арти и так далее… У меня этих граблей – целая коллекция. Вот как обзаведусь собственным домом, обязательно отведу отдельную комнатку и назову её «Галерея ошибок». Внутри поставлю круглый диван, а по периметру развешу грабли с фотографиями. Может, хоть это меня чему-нибудь научит?

– Забавные у тебя фантазии… – снова расхохоталась Илария. – Ну, да ладно. Главное в этом всём, как я понимаю, совсем не грабли и не оригинальный интерьер. Важно помнить об ошибках и не допускать их снова. Усвоить урок с первого раза, тогда и шишек на лбу меньше станет, и граблей на дороге немного поубавится.

Глава 3. Сестрёнка?

Ещё в пути я пыталась связаться с Настей, но, к сожалению, безуспешно. Дозвониться до неё не получилось (Арти предположил, что в связи с его частыми звонками она сменила номер), но по всем подсчётам, как раз сейчас у неё должна была идти сессия. И единственным способом связаться с моей сестрёнкой оказалось прийти в её институт.

По понятным причинам сама я там появиться не могла – многие из её подруг знали меня в лицо и вряд ли бы обрадовались встрече с «призраком». Визит Арти тоже не принёс бы результатов, потому что Настя наверняка не поверила бы ни единому его слову. Поэтому и пришлось отправить на это «задание» Иларию. Понимая всю глупость положения, она даже отмазываться не стала, просто оделась и ушла, прихватив при этом телефон Арти с фотками нужного нам «объекта». А мы остались ждать результатов…

Ожидание было хуже всего. Я, подобно разъяренному тигру, металась по большой гостиной, то и дело поглядывая на часы. Арти наблюдал за моими движениями из-за экрана своего ноутбука, но комментарии выдавать не спешил. Тоже нервничал.

Ещё бы! Да его нервы были натянуты гораздо сильнее моих собственных, что только усиливало и без того напряжённую обстановку.

Когда мы вчера вечером въехали в этот номер на десятом этаже местной гостиницы, он показался мне настоящим раем. Из огромного холла имелся выход в три спальни, а сам интерьер только подчёркивал его воздушность и простор. Но сейчас стены как будто начали давить, никак не давая настроиться на позитив и привести разбушевавшиеся нервы в порядок.

Раздался стук, условный, как и договаривались, и Артиона как ветром сдуло из комнаты. Понятно, что Насте сейчас будет не до него, да и сам он не спешил попадаться ей на глаза.

Никогда бы не подумала, что Арти такой трус, хотя и у самой сейчас коленки подгибались от избытка чувств. Пришлось сесть в кресло, чтоб не рухнуть в неподходящий момент, поэтому сестру я встречала уже сидя.

– Тиа… – прошептала она, глядя на меня потрясённым взглядом. Но я даже сказать ничего не успела, потому что уже в следующий миг моя сестрёнка закатила глазки, пошатнулась и хлопнулась в обморок.

Благо Лари стояла рядом и успела её подхватить, но такой реакции Насти я уж точно не ожидала. Она выглядела какой-то слишком бледной и похудевшей, а руки показались мне как никогда холодными.

Тут из своей комнаты выбежал изрядно напуганный Арти и, схватив мою сестру на руки, уложил её на ближайший диван. Но даже сейчас он не стремился отпускать её, продолжая держать, как самое своё большое сокровище.

– Иля, принеси воды и нашатырь из аптечки! – скомандовал парень, одарив нас обеспокоенным взглядом. – И быстрее!

– Да бегу я, бегу! – воскликнула в ответ Илария, судорожно разыскивая по шкафам аптечку. Но потом вдруг резко остановилась и, вернувшись к лежащей без сознания Насте, быстро присела рядом. – Что вы меня с толку сбиваете? – лёгким жестом она положила ей на лоб ладонь, и в следующую секунду моя сестра открыла глаза.

Она медленно обвела потерянным взглядом комнату и, остановившись на моём лице, несколько раз зажмурилась, всё ещё не веря, что это не глюк.

– Тиа? Это правда ты? – бесцветным голосом спросила Настя, глядя на меня, как на привидение.

– Правда, – легонько улыбнувшись, ответила я. – Живая, здоровая, пусть и немного потрёпанная. Но это уже неважно.

– Тиана!!!! – закричала вдруг сестрёнка и тут же повисла на моей шее. Я обняла её в ответ. – Живая! А я не верила! Ни на минуту не верила, что ты могла умереть! Сволочь ты! Где ты была так долго?

– Э… в общем, это длинная история. Но если по максимуму коротко, у меня была капитальная амнезия.

– Главное, что сейчас ты здесь… – на её глаза вдруг навернулись слёзы.

– Настя, что ты такая слабонервная стала? – попыталась ободрить её я. – Сначала обморок, теперь слёзы…

– Боюсь, Тиана, ответ тебе не понравится, – каким-то надорванным голосом отозвалась Лари. А у меня в голове промелькнула первая догадка, и, пристальней взглянув в глаза сестре, я попыталась понять, возможно ли это. Оказалось, что возможно.

– Здесь жарко, Насть, снимай куртку.

Мне показалось, что это предложение заставило её врасплох, но спустя пару секунд раздумий она глубоко вздохнула, слегка покосилась на оторопевшего Арти и стянула с себя пуховик.

Да уж, Лари была права, говоря, что ответ мне не понравится. Ох, как она угадала мою реакцию.

– Арти! – прошипела я, поворачиваясь к этому негодяю. Всё же нужно было его ещё на пирсе прикончить, тогда бы таких последствий точно не было бы.

Но ему, казалось, было совершенно наплевать и на мой вопль, и на весь окружающий мир. Сейчас он был больше похож на статую, такой весь удивлённый и неподвижный. Но по мере того, как смысл происходящего начал до него доходить, в глазах разгорался счастливый огонёк, а на губах расцветала очаровательная улыбка.

– Настя… – прошептал он, осторожно кладя руки на её заметно округлившийся живот.

Отчего-то он был уверен, кто является виновником произошедшего, и мало того, оказался этому несказанно рад. Чего не скажешь обо мне.

Настя не стала убирать его руку, не стала противиться прикосновениям… Она просто наслаждалась его близостью, его теплом.

– Видимо, в нашем мире скоро будет на одного полукровку больше, – усмехнувшись, проговорила Лари. – Кстати, это мальчик, срок около пяти месяцев, развивается нормально. Вероятность спонтанных выбросов минимальна. Организм Насти понял, что ребёнок не совсем обычный, и вовремя мобилизовал резервы на укрепление энергетической защиты. Оттого и обмороки, и бледность, и пониженное давление. А блок ведь до сих пор никто не снял! – она укоризненно посмотрела на Артиона. – Кстати, зрачки у него буду вертикальные.

– Что? – воскликнула Настя, немедленно приходя в себя. Но Арти быстро уложил её на диван и, осторожно взяв за руку, попытался успокоить.

– Настён, это ведь совсем не плохо… – мягким голосом говорил он. – Любимая моя, я так рад!

И тут она вспомнила, что всё-таки обижена на Артиона, и, высвободив свою руку, поспешила сесть.

– А с чего ты взял, что это твой ребёнок? – капризным голоском проговорила она, чем ввела Арти в полное замешательство, а Лари заставила неудержимо расхохотаться.

– А… чей же ещё? – ничего не понимая, спросил предполагаемый отец.

– Ну… Вокруг меня много ваших в то время крутилось.

– Кто, например? – он тут же помрачнел, видимо, прикидывая возможные варианты.

– Да тот же Рио!

– Глупости!

– Лит!

– Не может такого быть!

– Я не помню, как его звали, – испробовала последний вариант Настя.

– Я что, настолько тебе противен, что ты любыми способами стараешься от меня избавиться? – наконец, произнёс Арти. – Насть, разве я хуже всех тех, кого ты перечислила?

Он встал с дивана и нервно прошёл по комнате.

Мы с огромным любопытством наблюдали за развитием событий, и я даже решила отложить до более подходящих времён план по избавлению моей сестры от Артиона.

Настя молчала, уставившись на меня, но в этой ситуации вмешательство третьей стороны было бы крайне неуместным.

– К твоему сведению, если бы этот ребёнок был не моим, при первой же попытке прикоснуться к животу меня бы довольно ощутимо двинуло энергетической волной, – опечаленным голосом сказал будущий отец. – Но теперь у меня есть все основания забрать тебя с собой. А если ты настолько меня не выносишь, что ж… придётся потерпеть! – Он буквально выплёвывал каждую фразу. – Достаточно того, что я тебя люблю, тебя и сына, – тут он резко повернулся. – Прости, Насть. Но теперь оставить тебя одну я не смогу, как бы ты этого ни хотела.

С этими словами он покинул номер.

Настя с совершенно растерянным видом смотрела ему вслед.

– Как думаешь, Эрик будет счастлив, когда узнает, что скоро станет дедушкой? – вдруг ехидным голосом спросила Лари и тут же расхохоталась. Да так задорно, что мы с Настей тоже невольно улыбнулись. – Прикинь, Наш Мальчик станет папочкой! Уму непостижимо!

– Да уж… – только и смогла сказать я. Это неожиданное известие перевернуло с ног на голову не только все мои планы относительно сестры, но и вообще все мои планы.

– И как отреагировали родители на известие о твоей беременности? – спросила я у Насти.

– Никак, – ответила она, поднимая на меня виноватый взгляд. – Я им не говорила.

– Что? – удивлённо воскликнула я. – А по-твоему, они слепые и сами бы не заметили?

– А я стараюсь не попадаться им на глаза. Не ездила домой уже два месяца, – проговорила сестрёнка. – Они считают, что мне сложно находиться в месте, где всё напоминает о тебе. Надеюсь, ты уже сообщила им, что с тобой всё в порядке?

Теперь настала моя очередь выглядеть виноватой.

– Нет, и думаю, что, пока я не разберусь с одной немаловажной проблемой, делать этого не стоит. Не хотелось бы, чтобы им пришлось хоронить меня во второй раз.

– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Настя.

Я не спешила отвечать, всё ещё раздумывая, стоит ли говорить ей правду, но Лари, видимо, решила всё за меня.

– Она хочет разорвать связь с Эверио!

– И что, есть вероятность, что он тебя за это прикончит? – уточнила сестрёнка.

– Нет, вряд ли… – задумавшись на мгновение, ответила Лари. – Дело в другом. После разрыва связи неминуемо последует откат, сильнейший энергетический шквал, который сначала наполнит все резервы, а потом резко их опустошит. А после такой встряски можно уже не выкарабкаться. Но твою упёртую сестру сей факт, видимо, ни капли не тревожит, и она готова рискнуть жизнью только ради того, чтобы вычеркнуть из неё твоего будущего родственника.

– Точно, родственника. Блин! Вот, всю жизнь мечтала породниться с этим самоуверенным пижоном. Но… Тиана! О чём ты думаешь? Я категорически против того, чтобы ты опять рисковала собой! К тому же, вряд ли Арти обрадуется, если таким изощрённым способом ты прикончишь и его братца.

– А Рио ничего не грозит, – снова ответила за меня Илария. – Страдает лишь тот, кто рвёт связь, а значит, только наша упёртая дурочка.

– Лари! – возмутилась я.

– Что? Разве я в чём-то неправа?

Ответить на это было нечего. И почему всех вокруг так и тянет влезть в мою жизнь?

– Хватит об этом, – отмахнулась я, переводя тему. – Насть, когда ты планируешь сказать родителям о том, что совсем скоро у них появится внук, причём не совсем обычный? Я уж не говорю обо всех новых родственниках, – я мысленно ухмыльнулась, представив всю новую родню. – Кстати, свекровь у тебя будет замечательная, вы с ней обязательно подружитесь, а вот свёкр… В общем, Эрик тоже в конце концов смирится. По крайней мере, я на это надеюсь. А вот что делать с Арти?

– А что с ним не так? – удивилась Илария. – Мальчик влюблён, счастлив, у него скоро родится сын. А гнев своего папочки он уж как-нибудь переживёт. В крайнем случае, Эверио прикроет. Ему всё равно в отношениях с отцом уже терять не чего.

– Кстати, Лари, откуда такие способности к медицине? – уточнила я.

– Да это у нас семейное, – спокойно ответила блондинка. – Но если Афелия решила идти по стопам родителей и развивать в себе таланты к целительству, то я пошла в другом направлении. Но кое-что тоже могу. Хотя по сравнению с умениями Фэй я полный дилетант.

Так мы просидели довольно долго. Настя вынудила рассказать ей обо всём, что со мной произошло, и, дабы не сильно травмировать её хрупкую психику, пришлось лавировать между «острых камней». Незачем ей знать все подробности. Сестрёнка же, смахивая непрошенные слёзы, поведала мне о том, какой кошмар творился после моего исчезновения. Здесь подробностей уже не захотела знать я. Коротких рассказов Арти и Лита было более чем достаточно.

Когда же за окном начали медленно опускаться сумерки, Настя вдруг неожиданно поднялась.

– Мне пора, – сказала она. – Завтра контрольная, а я совершенно не готова.

И я уже было открыла рот, чтобы сказать, что никуда она не пойдёт, но меня опередили.

Дверь номера распахнулась, и один за другим стали заходить какие-то ребята из службы отеля. Каждый был нагружен сумками и пакетами. Они быстро проходили мимо нас и заносили всю эту груду скарба прямиком в комнату Арти.

– Эй, это же мои вещи! – подпрыгнув на месте, воскликнула Анастасия, углядев в одном из свёртков собственную ярко-красную подушку в виде большого сердечка, которую дарила ей бабушка, точнее, Елизавета Сергеевна, по случаю переезда от родителей, пусть и на время учёбы. – Куда вы их несёте?

– Куда надо, туда и несут, – послышался спокойный голос Артиона от входной двери. – Надеюсь, я забрал всё из той дыры, где ты жила. Поражаюсь, как в подобных местах вообще получается учиться?

– Обычная общага, ничего особенного! – злобно парировала Настя, недовольная самоуправством Артиона. – И как ты вообще узнал, где я живу, как вошёл? Как, скажи, тебе позволили всё это вынести?

– Успокойся, – он подошёл к ней и, положив руку на плечо, усадил на диван. – Где ты жила, я давно знал, твои подруги тоже довольно быстро сообразили, что я не вор, а вот с вахтёршей пришлось договариваться. Но за энную сумму она предпочла временно прикинуться слепоглухонемым манекеном.

– Зачем, Арти? – непонимающим голосом прошептала изумлённая девушка, глядя в его довольные глаза.

– Я же сказал, что больше не оставлю тебя, а жить в той… хм… комнатке мне совсем не хочется.

Настя молчала, пытаясь утихомирить тот неукротимый вихрь, в который превратились сейчас все её мысли. Арти же продолжал довольно улыбаться, украдкой поглядывая на ту, кого держал в объятиях. И всё бы ничего, но вот лично мне было совершенно непонятно, что будет дальше.

– И где мне теперь жить? – спросила моя сестрёнка, немного придя в себя.

– Ну… – загадочным голосом проговорил Арти, – рожать тебе определённо придётся в одном из наших городов. И правильней было бы сразу увезти тебя в Северный Дом, но…

– Может, вы пока поживёте в Доме Солнца? – предложила я, гладя на Артиона. – Тамир, всё ж, как-никак родственник. Поселитесь в доме Рио, чтоб вам никто не мешал.

– А институт? – воскликнула будущая мать.

– Какой институт? Забудь! – ответил будущий отец. – Если ты захочешь, будет тебе любой университет мира, но только потом, после того, как малыш подрастёт.

– Значит так, да? Всё за меня решил? А если я откажусь с тобой ехать? – вырвавшись из его объятий, воскликнула Настя.

Арти обречённо вздохнул, чем вызвал очередной смешок Иларии. И, видимо, решив продолжить дальнейший разговор с капризной девушкой без свидетелей, аккуратно подхватил её брыкающееся тело на руки и унёс в свою спальню.

Давно бы так.

Из-за закрытой двери ещё долго раздавались громкие голоса: будущие родители явно спорили, но довольно скоро всё стихло.

– Не могу поверить, что моя маленькая сестрёнка – беременна, – ошарашенно проговорила я, поднимая на Лари растерянный взгляд. – Ей всего двадцать… А про Арти я вообще молчу.

– Да не парься ты, – улыбнулась Илария. – Ведь жизнь на этом не кончается. А твоей сестре ещё только предстоит начать свой путь, пройти обучение, воспитать сына, с Эриком повоевать… Она справится, будь уверена. Для своих лет она на удивление смышлёная и серьёзная. Да и Арти её в обиду не даст. Так что на твоём месте я бы давно успокоилась.

– Легко сказать…

***

В общем, встреча с сестрой вышла довольно колоритной и насыщенной, причём впечатлений хватило всем. А тот факт, что довольно скоро у нас с Рио будет общий племянник, одновременно и радовал, и огорчал. Да уж, повезёт же мальчику с дядей, да и будущий дедушка тот ещё оригинал.

И это, конечно, хорошо и замечательно, но как теперь объяснить всё моим обычным человеческим родителям?

На этот вопрос ответа не было…

В связи с новыми неожиданными обстоятельствами, все мои наполеоновские планы пришлось перекраивать. Ведь дальше скрывать от родителей беременность Насти было бы глупо, да и Арти настаивал на скорейшем официальном знакомстве с ними. Видите ли, для него, как для большого ценителя традиций, было крайне важно получить благословение отца своей будущей супруги. А тот факт, что беременность невесты до свадьбы, вообще-то, противоречит любым традициям, его как-то не особо волновал.

Услышав слова «супруга» и «благословление» Настя пришла в такой шок, что стало ясно: ей Арти о своих планах рассказать забыл.

– А может, ты сначала меня спросишь? Хочу я или нет? – воскликнула она, резко поднимаясь из-за стола и зацепив при этом стакан с соком. С грохотом он рухнул на пол, разлетевшись на мелкие кусочки.

Казалось, Арти вообще перестал понимать и происходящее, и женщин… и весь мир. Он ошарашено смотрел на неё, то и дело судорожно вздыхая. Видимо, только сейчас до него начало доходить, что характер у его избранницы явно не сахарный, а беременность и вовсе превратила её в настоящую фурию.

Но выдержка у парня оказалась поистине железной, я бы даже сказала, титановой. И он стойко переносил все её выходки, и даже эту тираду воспринял довольно спокойно. Правда, говорить пока не мог. Скорее всего, боялся в порыве чувств сказать что-нибудь не то. Спустя одну долгую минуту Арти решительно встал и, подойдя к разгневанной девушке, попытался объяснить:

– Насть, – начал он вкрадчиво. – У нас вообще не принято, чтобы, имея общего ребёнка, его родители просто жили вместе. Если я сказал, что заберу тебя с собой, то только в качестве своей супруги.

– Но почему ты мне не сказал? – она подняла на него удивлённые глаза с застывшими в них слезами: всё ж беременность делает девушек чересчур эмоциональными.

– Прости, я думал, что ты знаешь… Но коль всё так… запущенно, объясню.

– Да, да. И мне тоже, если можно, – встряла в их разговор я. А то уже начало казаться, что я вообще ничего не знаю, а Арти всё решил не только за мою сестру, но и за всех остальных. – И просвети всех, пожалуйста, о своих планах.

Он с надеждой посмотрел на нас с необычно молчаливой Лари, но, не найдя поддержки, обречённо вздохнул.

– А что тут объяснять? Сначала нужно рассказать обо всём родителям Насти, потом заключить брак по местным законам, для успокоения их нервов, а потом уже провести обряд по нашим.

– А если Совет не даст разрешения? – голос Иларии был на удивление серьёзным.

– Тогда мы уйдём, – с грустью сказал он.

– Куда? – ошарашенно воскликнула я. – Ты что, всерьёз думаешь, что вас не примут ни в одном из городов?

– Ты же знаешь, что браки с людьми запрещены, – бесцветным голосом проговорил Артион.

– Знаю, но Настя не совсем человек.

– Нет, для наших она в первую очередь человек. И вероятность того, что Совет хотя бы одного из городов даст согласие на проведение свадебного обряда, близка к нулю.

Вот, значит, как…

Неужели Арти действительно готов ради моей сестры пожертвовать всем, что имеет? Бросить свой дом, родителей, привычный жизненный уклад… Пойти против своего народа и добровольно приписать себя к изгоям? К изгнанникам. К тем, кому нет места среди своих.

Судя по всему, готов. Хотя ему ничего не мешало бы поступить, как делают другие. Купить для Насти дом где-нибудь в тихом живописном месте, исправно снабжать её деньгами, а самому жить своей жизнью. Но нет. Видимо, он и в самом деле её любит, раз готов пойти на такие жертвы.

– Ладно, – я поспешила прервать поток своих размышлений. – В таком случае, предлагаю следующее. Завтра мы все вместе поедем к родителям – надеюсь, они стойко перенесут новости о воскрешении одной дочери и скорой свадьбе другой. Затем отправимся к Тамиру.

– Знаешь, я думаю, сначала нужно всё ему объяснить. Вынести вопрос о нашем проживании на Совет… – уклончиво проговорил Артион, и я поняла, что он совсем не уверен в том, что им позволят остаться в городе. Всё-таки Дом Солнца был не настолько терпим к полукровкам, как родной город Арти. А роль парламентёра, по-видимому, выпадала мне, хотя Лари, в любом случае, будет меня сопровождать.

Ну вот почему так всегда? Строишь планы, продумываешь ходы, тщательно выстраиваешь последовательность действий, и тут «бах»! И всё летит в пропасть! Как же глупо, но одно, всего одно маленькое обстоятельство способно полностью перевернуть всю с такой тщательностью выстроенную цепочку ходов. И что со всем этим делать?

В итоге, взвесив все за и против, я решила рассказать родителям правду. Хватит с нас лжи, а они всё-таки должны узнать, куда вляпались их драгоценные дочурки. И пусть то, что я собиралась сделать, противоречило здравому смыслу, но по-другому было нельзя. Ведь и мама, и папа имели полное право знать, что у них не совсем обычные дети, и совсем необычный будущий внук. К тому же только так будет возможно уговорить их не распространяться о том, что я жива.