Читать книгу "Дневники марионетки. Книга 3. Цена свободы"

Жаль, конечно, но если вдруг об этом узнает кто-нибудь ещё, обязательно поднимется шум. Не каждый же день кто-то возвращается с того света, причём после такой печальной гибели и пышных похорон. Жуть!

Глава 4. Старые знакомые

От города, где находился институт моей сестрёнки, до дома родителей было чуть больше ста километров, но преодолели мы их довольно быстро. И если Лари, как, впрочем, и обычно, всю дорогу не замолкала, рассказывая все новые истории из своих былых приключений, то нам – мне и Арти – было не до смеха.

Но когда наш автомобиль остановился у ворот дома, притихла даже моя словоохотливая подруга.

Настя ещё вчера вечером позвонила родителям и предупредила, что приедет не одна, а с будущим мужем. Она сказала именно так, дабы у мамы с папой было время переварить информацию до нашего приезда. Про меня она решила сразу не говорить, чтобы не вводить их в состояние шока раньше времени. Но теперь от момента истины нас отделяла всего лишь одна калитка и короткая дорожка к дому, но преодолеть их оказалось слишком сложно.

– Идём! – произнесла Лари, выпихивая меня с заднего сиденья. – Хватит уже оттягивать неизбежное!

Пришлось идти… Медленно. На ватных ногах, но всё же идти.

Первой в дом вошла Настя и, оставив нас в зале, поспешила предупредить родителей.

Когда в дверном проёме появилась мама, я с такой силой сжала кулаки, что от ногтей на ладонях показались кровавые следы. Она замерла на месте, глядя на меня с такой безумной радостью, смешанной с удивлением, что я просто не могла оторвать от неё взгляд. За те месяцы, что меня не было, она сильно похудела и даже немного постарела. Возле глаз появилась сеточка еле заметных морщинок, а кожа казалась гораздо бледнее, чем обычно. Чтобы скрыть дрожь в руках, она то и дело сминала так кстати захваченное с собой кухонное полотенце…

И тут мои нервы сдали.

– Мама… – прошептала я, уже не борясь с выступившими на глазах слезами, и, за долю секунды преодолев разделяющее нас расстояние, обняла её.

Казалось, что она до сих пор не верит, что это на самом деле я… Казалось… Но вдруг её руки сомкнулись вокруг моей спины и тихий всхлип подтвердил: поверила.

– Тианочка, – шептала она сквозь слёзы. – Доченька…

Когда в комнате появился отец, я не заметила, а осознала его присутствие, только когда меня аккуратно оторвали от мамы и обняли тёплые мужские руки.

Родители ничего не спрашивали, а я не хотела говорить… пока. Но этот момент всё равно настанет, пусть не сейчас. Ведь впереди их ждали ещё как минимум две новости. Причём обе выходили за рамки общепринятых норм.

Не знаю, сколько времени мы вот так стояли, но, когда первый шок прошёл, я оглянулась и не нашла рядом ни Насти, ни двух других гостей. А встретившись с укоризненным взглядом папы, поняла, что пришло время сказать правду.

– И где же ты пропадала? – задал он вполне ожидаемый вопрос.

– Голову лечила, – ответила я честно. И с радостью бы поведала им всю историю своего исчезновения, если бы она не пестрила слишком большим количеством секретной информации.

Но тут положение спасла мама.

– Пойдём к остальным, ужин стынет. А всё рассказать ты нам сможешь в другой раз Главное, что ты жива.

***

Длинный стол нашей просторной кухни был под завязку уставлен разными вкусностями: мама потрудилась на славу, ожидая неожиданной встречи с будущим зятем. И когда мы вошли, сам будущий зять всё ещё довольно ощутимо нервничал. Настя отчаянно старалась выглядеть спокойной, а вот Лари, как всегда, было весело.

– Итак, – обратился папа к Арти. – Значит, это ты тот самоубийца, что пожелал жениться на моей дочери?

Хорошее начало знакомства, ничего не скажешь. Но Арти было нелегко смутить… раньше.

– Меня зовут Артион, – с гордостью назвал настоящее имя парень, вставая напротив отца своей невесты. – И я прошу у вас руки Анастасии! – папа слегка оторопел от такого заявления, но Арти расценил его оцепенение по-своему. – Извините за то, что всё это происходит столь неожиданно, но обстоятельства складываются таким образом, что нам с Настей придётся в самое ближайшее время уехать, к тому же, достаточно надолго.

– Ох… – только и смогла сказать мама.

– И Тиана тоже уедет с нами, – добавил парень, ненароком впутывая меня в свои проблемы.

– Это ещё почему? – возмутился папа.

Арти судорожно продумывал свой ответ, а я всё так же прикидывала, какую часть правды можно сказать родителям, чтобы их не сильно шокировать.

И тут нам на помощь пришла Настя.

– Арти врач, и его отправляют работать на север в одну недавно открывшуюся клинику. Она находится в военном городке, так что гостей мы принимать не сможем. Но контракт хороший, к тому же там нам, как молодой семье, предоставят жильё…

– А Тиана? – переспросила мама.

– А Тиана же у нас будущий кардиолог, она отправится на практику под началом Арти. Это всего на пару месяцев, потом она вернётся в Лондон и продолжит учёбу, – и когда это моя сестра научилась так замечательно и слаженно врать?

– И ещё… если вы не заметили… – начала было Настя, но запнулась.

– Что? – удивился папа.

– У нас будет ребёнок, – ответил за неё заметно успокоившийся Артион.

Наверное, ни моё чудесное возвращение, ни сообщение о грядущей свадьбе сестры не были способны так потрясти моих родителей, причём, обоих одновременно. Казалось бы, это всего лишь внук, что тут такого? Но будущие бабушка и дедушка выглядели такими изумлёнными, что и не передать.

Я чувствовала, что папа еле сдерживается, борясь с еле сдерживаемым желанием выбить будущему зятю пару зубов, а мама и вовсе вот-вот расплачется, то ли от счастья, то ли от негодования.

– Мальчик, – вдруг встряла в разговор Лари. – УЗИ показало, что развивается хорошо, патологий нет.

– А вы что, тоже врач? – не совсем вежливо спросил папа.

– В какой-то степени, – уклончиво ответила Лари, совершенно не обращая внимания на его тон. – С Тианой учусь.

– Даже так? – настроение нашего отца продолжало стремительно падать.

– Кстати, пап, – попыталась спасти положение Настя. – Помнишь Рому, который жил у нас перед тем, как пропала Тиана?

– Конечно! – ответил родитель, слегка улыбнувшись, а потом добавил, поворачиваясь ко мне: – Он так переживал, когда ты пропала. Я даже не думал, что у него к тебе такие сильные чувства.

Я подавилась соком и закашлялась. Лари же пришлось закрыть себе рот рукой, чтобы не заржать в голос.

Переживал, значит? Чувства у него? А что ж тогда он меня так подставил? Зачем отпустил одну, хотя знал, что за мной следят? Неправильно ты всё понял, папочка. Рио переживал не из-за того, что я пропала, а из-за того, что у него прямо из-под носа увели наживку.

– Так вот, пап, Рома – родной брат Артиона, – поспешила закончить свою мысль Настя.

– Да? Так значит, это он вас познакомил? Ну, я ему всё выскажу, когда он приедет на свадьбу! А он ведь приедет? – голос папы был таким, что лучше бы Рио было приехать. Вижу, они с моим родителем успели основательно подружиться за то время, что этот коварный тип провёл в нашем доме.

Арти посмотрел на меня с такой мольбой, что проигнорировать его взгляд было невозможно. Он просил, нет, он умолял перенести так горячо ожидаемый мной разрыв связи на попозже. Но в этом вопросе я была непоколебима.

– С радостью передам ему приглашение, – вслух сказала я, заслужив тем самым укоризненный взгляд будущего родственника и очередной смешок Иларии.

– И на том спасибо, – сухо процедил Артион.

– А могу я поинтересоваться, когда вы планируете расписаться? – наконец, подала голос мама, а то мне уже начало казаться, что она до сих пор пребывает в состоянии шока.

– Двадцать седьмого декабря, – поспешила ответить Настя.

– Что? Так это ж через две недели! – чуть ли не хором воскликнули родители.

– Церемония будет скромной, я не хочу, чтобы вообще кто-либо знал о нашей свадьбе. Будут только самые близкие: вы, Тиана, ну, и Рома, – казалось, Насте вообще наплевать, какой будет её свадьба. Сейчас её волновали совсем другие вопросы. К примеру, как жить дальше?

– А как же белое платье? Фата? – от изумления мама даже встала из-за стола.

– Ну, в моём положении это становится не главным… – сухо проговорила будущая невеста.

– Да уж конечно! – громко ответила ей будущая тёща. – Будет у тебя платье, и свадьба у тебя будет нормальная, и мне всё равно, что осталось только две недели! Или такая, или никакой!

В общем, наши будущие молодожёны были вынуждены принять этот ультиматум, и следующие несколько часов прошли в обсуждении всяких важных мелочей вроде подходящего фасона платья, нужного ресторана, голубей, скатертей, фейерверков, тамады, музыки, конкурсов, фотосессий и другой свадебной белиберды. Короче говоря, к концу вечера даже Лари устала говорить. Что, честно говоря, случалось нечасто.

И всё бы так и закончилось, на довольно счастливой ноте, но когда Арти сказал, что с его стороны будет только брат («и то не факт», добавила я про себя), маму, естественно, заинтересовал вопрос о его родителях.

Вот тут Иларии пришлось поспешно брать себя в руки, чтобы не сорваться на весёлую истерику. Да уж, интересно, что было бы, если б Эрик с Русланой всё-таки почтили нас своим присутствием? Как бы мои родители отреагировали на столь молодых предков их будущего родственника?

– К сожалению, они не смогут приехать, – с очень печальным видом произнёс Арти. – Отец занимает один из руководящих постов в управлении моим родным городом и никак не может его покинуть даже ради такого случая. Работа у него очень ответственная. А мама без него никуда.

– И как же нам тогда с ними познакомиться? – расстроилась «почти тёща».

– Думаю, они обязательно приедут… когда-нибудь, – продолжал изворачиваться Арти.

А вот я, наоборот, искренне надеялась, что этого никогда не случится!

***

Когда уже поздним вечером я вошла в свою комнату, меня будто волной накрыло. Нежданные расплывчатые воспоминания полились, как из рога изобилия.

Диван, с настороженного взгляда на который я начинала каждое утро, украдкой надеясь, что Рио там…

Старый добрый компьютер, который он называл доисторической рухлядью и принципиально за него не садился….

Любимый широкий подоконник, где этот несносный грубиян просиживал ночи напролёт… Где я точно так же сидела в его объятиях… Где боялась окончательно потерять себя.

Стоп!

И с чего бы это все воспоминания в моей комнате только об Эверио? Прислушавшись к ощущениям, я поняла, что поводок снова натянулся. Опять! Ещё сильнее… а пустота в душе стала почти осязаемой.

Нет, с этим надо что-то делать, причём как можно быстрее.

– Ты чего зависла? – спросила вошедшая за мной Лари. – Опять, что ли, о любимом мечтаешь?

– Каком любимом? Ты чего? – воскликнула я, поворачиваясь к подруге. Она уже по-хозяйски развалилась на диване и даже не собиралась раскаиваться в своих словах.

– Эверио, конечно! – продолжала насмешничать она, довольная моей реакцией. – Так вы с ним здесь жили да? И спали, небось, вместе?

– Нет! – отрезала я, подходя к окну. – Он спал на диване.

– И что, даже ни разу не попытался попасть с него в твою – такую мягкую – постельку? – голос был настолько ехидным, что я с трудом поборола желание кинуть в неё клавиатурой.

– Лари, отстань. Между нами ничего не было!

– Так уж и ничего? – она не верила ни единому моему слову. – И даже ни одного поцелуя?

– Нет!

– Врёшь!

– Вру! – и так хотелось добавить, что это не её дело, но Илария стала для меня слишком близкой, чтоб вот так грубо её затыкать.

– А я знала! – рассмеялась она, довольная моим ответом. – Чувствовала, что связь оказалась сильнее! И ты реально думаешь, что сможешь её разорвать? – её взгляд неожиданно стал серьёзным. – Брось, Тиа. Да я более чем уверена, что, как только ты приблизишься к нашему красавчику… как только коснёшься его бархатной ручки… Просто не сможешь отказаться от этого искушения.

– Ты говоришь о нём, как о каком-то наркотике.

– А это и есть самый настоящий наркотик. Сильный и до жути кайфовый! От него так накрывает, что отказаться невозможно… – но тут выражение её лица снова изменилось на какое-то нагло-надменное, и она добавила голосом матёрого гангстера из какого-то старого фильма: – Это любовь, детка…

– Какая, на фиг, любовь, Лари? Это поводок! Это энергетические путы, которыми меня связали насильно! Я не хочу так! Мне не нужен этот наркотик! Ведь это всё фальшь… А мне нужны настоящие чувства!

– Какие мы, оказывается, сентиментальные, – притворно обиделась она. Но тут же снова стала собой: – В общем, давай спать. День завтра – ох, какой сложный…

***

Весь день мы с Лари снова провели в дороге. И так как Арти слёзно просил оставить ему машину, нам пришлось тащиться в Дом Солнца на моём мотоцикле. Благо декабрь в этом году выдался теплее, чем обычно, да и небо сегодня радовало полным отсутствием осадков.

Да только выехали мы гораздо позже, чем планировали. А всё потому, что мне пришлось довольно долго объяснять родителям причины, по которым они ни в коем случае не должны кому бы то ни было рассказывать о моём чудесном возвращении с «того света». Я была вынуждена сказать, что мои неудавшиеся убийцы разгуливают на свободе, и если они узнают о моём воскрешении, то приложат все силы, чтобы это исправить. Правда, отец сразу же высказал желание заявить обо всём в полицию, и мне пришлось сказать, что это ничего не изменит, ведь посадить тех, кто на меня напал, не под силу ни одному суду. Намёк папа понял по-своему (что оказалось очень кстати) и был вынужден пообещать держать моё возвращение в тайне.

Весь путь до вторых ворот мы преодолели довольно легко, и я уже начала думать, что всё и дальше пройдёт гладко, но не тут-то было. И началось всё с Мэй, которая чуть ли не грудью закрывала от нас проезд к Дому Солнца. Пришлось долго объяснять этой чудной женщине, что «мы пришли с миром», что нас там ждут.

В итоге она была вынуждена смириться и даже предоставила нам осёдланных лошадей, но при этом проводила меня таким укоризненным взглядом, что мурашки прошли у меня по спине организованным маршем. Отчего-то хранительница ворот была уверена, что Илария не сможет преодолеть мост, и даже вызвалась сопроводить нас до этого сооружения. Велико же было её удивление, когда моя подруга не только разглядела гору, но и довольно уверенно прошла по шаткой на вид переправе.

– Ну, коль так… – сказала тогда Мэй, – идите. Но передай Тамиру, чтобы впредь предупреждал меня о гостях.

С этими словами она демонстративно развернула своего коня и помчалась прочь.

– Слушай, – спросила я, нагнав Лари на другом краю широкой пропасти перед самым въездом в город, – тебя что, совсем не напугала эта развалина? Я в своё время долго решалась ступить на неё.

– Напугала, ещё как, – честно призналась девушка. – Но я знала, что это всего лишь иллюзия.

– И откуда же?

– Арти сказал, – пожав плечами, ответила она. – Когда стало понятно, что в Дом Солнца мы едем вместе, я устроила Артиону форменный допрос, заставив рассказать обо всех особенностях этого места. И, как видишь, полученная информация оказалась очень ценной.

– И что же он тебе ещё рассказывал? – поинтересовалась я.

– Да обо всём понемногу. Но это сейчас не столь важно, меня куда больше интересует будущий радушный приём… – в её голосе слышались мрачные нотки, и уже это должно было навести меня на мысль о грядущей катастрофе. Но, к сожалению, не навело…

А когда город остался позади, а взору открылись знакомые стены, отделанные белым мрамором, я радостно улыбнулась и пришпорила коня, не сразу заметив, как сильно нервничает моя подруга.

– Лари? Ты в порядке? – спросила я уже у конюшни.

– Да, – непривычно серьёзно ответила она. – Не обращай внимания, просто давно мне не приходилось ездить верхом.

Сегодня в доме Тамира было слишком тихо. Мягкие лучи вечернего солнца освещали тёплым светом огромный холл, на большом синем диване валялись какие-то книги, а с кухни доносилось еле слышное позвякивание тарелок.

Лари остановилась, заворожено уставившись на огромную картину над камином. Наверное, тогда, в мой первый визит в этот дом, я точно так же смотрела на изображённых на ней молодых парней… И даже не подозревала, что совсем скоро эти двое так капитально перевернут мою жизнь.

Эверио… Как же он был похож здесь на себя настоящего. Хотя… какой он, настоящий Рио? Без игр, ужимок и прикрас? Без своей вечной маски властной отрешённости и надменно-снисходительной улыбки? Какой он, когда играет самого себя?

– Тиана? – послышался за спиной удивлённый голос Тарши.

Я обернулась.

Один из самых мирных кошмариков моего прошлого стоял в дверях кухни со скалкой наготове и с явным недоверием смотрел в мою сторону. Но, по мере узнавания, её напряжённое лицо постепенно оттаивало, и на нём медленно расцветала уже знакомая мне коварная улыбка.

– Только не надо кидать в меня скалкой, – сказала я, улыбнувшись в ответ. – И если вдруг твой ненаглядный дядюшка в очередной раз тебя не предупредил, то, поверь мне, пожалуйста, на слово, я не привидение.

– Да, Тарша, она не привидение, – подсказал неожиданно появившийся за её спиной мой «кошмар №1» в лице Литсери. – Привидением она была раньше, до того, как к ней вернулся этот колючий взгляд и обострённое чувство юмора, – он окинул меня каким-то донельзя довольным взглядом и привычно усмехнулся. – Вижу, Золушка, ты снова нашла общий язык со своими воспоминаниями?

От звучания этого старого прозвища меня буквально передёрнуло.

– Слушай, да пошёл ты, принц недоделанный! – ответила я ему с ядовитой улыбкой: нарываться, так по-крупному. Честно говоря, после всего произошедшего гнев Литсери пугал меня меньше всего. – Нашёл, что вспомнить! Я б на твоём месте забыла те события, как страшный сон, и внушала бы всем, кто при них присутствовал, что это была всего лишь коллективная галлюцинация.

– А что, хорошая идея! – неожиданно согласился он и, повернувшись к любимой, вдруг произнёс с совершенно невинным видом: – Тарша, а ведь тогда ничего не было, тебе показалось.

В ответ на его выходку она мило и очень доверчиво улыбнулась и довольно сильно двинула ему скалкой в район рёбер.

– Правильно! Так ему и надо! – хихикнула Лари за моей спиной.

Ох, лучше б она и дальше молчала… Не знаю, как ей до сих пор удавалось оставаться незамеченной, но теперь и Лит, и Тарша уж точно узрели её нахальную ухмылку.

– Иля? – поражённо воскликнул Лит, и я могу с уверенностью сказать, что впервые видела его настолько удивлённым.

– Приспешничек, ну я же просила меня так не называть! – притворно обиделась девушка.

– Илария? – воскликнула племянница Тамира, а её оружие угрожающе легло в её свободную руку.

– Тарша, – Лари очень вежливо поклонилась. – Давно не виделись. Ты скучала?

Ответом была запущенная в мою разговорчивую подругу скалка. Причём летело это страшное оружие с нереальной скоростью. Как Лари успела увернуться, было совершенно не понятно, но ещё больше меня поразило то, как чётко этот метательный снаряд влетел в картину на стене, воткнувшись ровно между нарисованными Рио и Тамиром.

Но моя неугомонная подруга лишь рассмеялась. Да, видимо, всё-таки стоило зашить ей рот, хотя бы на первое время.

– Интересный у тебя подход к искусству… – заметила она, на всякий случай отходя за спинку дивана. – Зато теперь мне понятна причина очередного раздора этих двоих, – она легонько кивнула в сторону испорченной картины. – Видать, кухонный инвентарь не поделили.

После этого ей срочно пришлось прятаться за диваном, так как в ход пошло всё, что плохо лежало, или висело… или стояло… В общем, Тарша швыряла в Иларию всем, чем только могла, а когда подручные предметы закончились, метнулась на кухню и вернулась оттуда с набором ножей.

Лари как раз высунулась из своего укрытия, чтобы проверить обстановку, и уже в следующую секунду шапку с её головы сорвало большим кухонным тесаком.

– Ты в своём уме? – заорала она, снова прячась за диваном. – Тарша, а вдруг я пришла к тебе прощения просить?

– Ты? – воскликнула разъярённая метательница ножей. – Я что, похожа на дуру?

– Если честно, есть немного, – продолжала злить её Илария.

– Ах ты… – с рук сорвались целых два ножа и с лихим свистом воткнулись в спинку дивана. – Лит! Помоги мне!

– Нет уж, любимая, это ваши разборки, а я даже не знаю, чем она могла тебя настолько разозлить… – усмехнулся Литсери. Судя по всему, всё происходящее его сильно забавляло. Хотя мне было не до шуток.

Я растерянно хлопала глазами, пытаясь придумать хоть один способ утихомирить Таршу и заткнуть Лари. Но пока не могла сделать абсолютно ничего. Мозг категорически отказывался подкидывать подходящие варианты, находясь в изумлении от «тёплой встречи давних знакомых».

– Да, Тарша, нельзя убивать старую подругу только за то, что она когда-то не совсем удачно пошутила, – добавил голос из-за дивана: высовывать оттуда голову Лари больше не рисковала.

– Пошутила? – изумлённо воскликнула метательница ножей. – По-твоему, это было смешно?

– А разве нет? – насмешливо удивилась пленница дивана. – Вся база тогда ещё неделю ржала…

Тарша покраснела, и мне показалось, что ещё пару секунд, и она просто сровняет с землёй этот дом, а может, и весь город. Но, к моей великой радости, она предпочла ограничиться диваном.

И уже в следующий момент эта синяя громадина, щедро утыканная ножами, осколками посуды, керамическими вазами и другими снарядами, резко развернулась и укатила на другую сторону комнаты, оставив растерянную Лари без прикрытия.

– Так нечестно! – воскликнула она.

– А опозорить меня перед целой горнолыжной базой, по-твоему, было честно? – парировала Тарша, прокручивая пальцами очередной нож.

– Не я ту игру начала! – ответила Илария, украдкой оглядываясь и ища новое место для укрытия. – И довольно долго терпела твои выходки, перед тем, как решиться на ответные действия!

– Да все мои продуманные пакости, по сравнению с одной твоей, любому покажутся детским лепетом! – снова разозлилась Тарша.

– Спасибо, приятно слышать. Из твоих уст это звучит, как настоящий комплимент, – Лари деликатно поклонилась, чем вызвала новую волну ярости своей противницы.

Я даже не заметила, в какой момент очередной нож сорвался с рук Тарши… Да и сама она не до конца поняла, что делает. Но…

С диким свистом он пересекал комнату, направляясь к выбранной цели, и в этот раз прикрыться его жертве было нечем. Он нёсся, разрезая воздух, рассекая пространство… Он летел с такой скоростью, что увидеть его было нереально… И я поняла, что это конец.

– Лари! – закричала я, понимая, что, даже если она услышит, даже если успеет понять, увернуться от такого удара будет нереально.

Казалось, мир застыл, а время остановилось. Словно кто-то незримый специально притормозил этот момент, чтобы мы все успели лишиться огромного количества нервных клеток, пока летит нож…

Миг…

Мгновение…

Какая-то доля секунды…

Ошеломлённый взгляд Тарши…

Испуг в глазах Иларии…

Один удар моего сердца…

– Стоп! – в повисшей тишине голос Тамира показался мне ударом огромного колокола над ухом. – Тарша! Что ты творишь?!

Несколько раз моргнув, я замерла и в полном шоке уставилась на открывшуюся перед глазами картину. Длинный кухонный нож, угрожающе сверкая лезвием, довольно красноречиво застыл в воздухе буквально в двух сантиметрах от переносицы Иларии. Она уставилась на него до жути испуганным взглядом, боясь пошевелиться. Мне даже показалось, что она не дышит. Но уже в следующую секунду орудие убийства с громким звоном рухнуло на пол.

– Пипец… – шёпотом проговорила белая, как полотно, Лари. – Это было страшно.

Страшно, честно говоря, она сама сейчас выглядела. Мне никогда ещё не приходилось видеть свою весёлую, говорливую подругу такой напуганной. Растерянной, даже беспомощной.

Все молчали.

Да и что тут скажешь – доигрались девочки.

Но вдруг нож довольно быстро сорвался со своего места на ковре и, пролетев через всю комнату, послушно лёг в руку застывшего на верхней ступеньке лестницы хозяина дома. Внимательно оглядев лезвие, Тамир снова взглянул на племянницу и, холодно улыбнувшись, начал медленно спускаться.

Было в том, как он это делал, что-то такое, что вызывало огромное желание сжаться в комок и спрятаться под ближайшим кустом. Но все стояли неподвижно.

– Мне всё равно, чем обоснован твой поступок, – спокойно сказал он, глядя в глаза Тарше. – Ещё меньше меня волнует, чем не угодила тебе Илария… – голос его был настолько пугающе мягким, что мурашки расползлись со спины по всему телу.

– Тамир, я… – попыталась ответить она, но голос её не слушался. Всё же Тарша лучше кого-либо другого знала, на что способен её добрый дядюшка.

– Не оправдывайся. Нет смысла, – в его зелёных глазах появился какой-то угрожающий блеск. – Я прекрасно знаю всё, что ты можешь сейчас сказать. Но… это ничего не изменит.

Нож неожиданно выплыл из его руки и медленно двинулся в сторону неподвижно замершей Тарши. По мере того, как расстояние между ними сокращалось, мои руки тряслись всё сильнее, а сердце начинало биться так быстро и сильно, что не передать. В горле образовался настоящий ком, а ледяной страх полностью закрыл сознание.

Неужели он способен лишить жизни собственную племянницу?

Медленно преодолев по воздуху намеченный путь, нож замер в паре миллиметров от горла девушки.

Она не двигалась, как, впрочем, и Лит. Не знаю, почему не вмешивался он, но по глазам было видно, что происходящее тревожит его чуть ли не сильнее всех присутствующих.

– Ты открыто напала на гостя нашего дома, – Тамир уже спустился и теперь застыл напротив перепуганной Тарши. – Думаю, не стоит напоминать, какое наказание за это следует?

– Тамир! – воскликнула Илария у него за спиной, а потом затараторила быстро-быстро. Может, она боялась, что он просто не станет её слушать и приведёт приговор в исполнение, как ярый почитатель древних традиций. А может, так сказался на ней шок – не знаю. Но такой напуганной, как сейчас, подругу я видела впервые. – Не надо! Давай сделаем вид, что ничего не было. Я сама виновата во всём! А Тарша… Она имела полное право меня прикончить за ту выходку! Мы обе виноваты. Пожалуйста… Хочешь, я уйду?

– Расскажешь? – коварным голосом спросил её хозяин дома, не отрывая взгляда от племянницы.

– Что? – не поняла Лари. – О той выходке? Конечно, расскажу, только не трогай Таршу, – голос дрогнул, а последнее слово и вовсе поразило меня в самое сердце. Оно было сказано с такой мольбой, что отказать ей было просто нереально: – Пожалуйста…

– А что мне за это будет? – лицо Тамира оставалось таким же бесстрастным, хотя в глазах уже появился знакомый мне хитрый огонёк.

– Всё, что хочешь! – не думая о последствиях, поспешила ответить она. – Только, прошу, не наказывай её. Это я виновата, не она.

– Хорошо, – неожиданно ответил он, разворачиваясь к Иларии. Нож, как послушный птенец, тут же оставил шею девушки и поспешил вернуться в руку хозяина. – Коль ты настаиваешь… вы разделите наказание вдвоём.

Лари судорожно сглотнула, а когда Тамир оказался совсем близко, я окончательно перестала узнавать свою подругу. Сжатая, напряжённая, она напоминала до предела натянутую струну, но, несмотря на всё это, стойко встретила его взгляд.

– Я согласна на всё, – хриплым голосом ответила она.

– Интересно, – он усмехнулся, касаясь пальцами царапины на щеке девушки (разбитая хрустальная ваза всё-таки достигла своей цели). От этого прикосновения Лари вздрогнула, как от ожога. И я вдруг подумала: неужели она настолько боится Тамира? Илария? Которой глубоко пофиг на всех и вся? – А ведь ты даже не знаешь, насколько коварной может быть моя фантазия, особенно, в том, что касается придумывания наказаний.

– Главное, что ты сохранишь ей жизнь, – она украдкой взглянула в сторону Тарши. Та стояла неподвижно и, не веря собственным глазам, наблюдала за представшей перед глазами сценой.

– Не ожидал от тебя такого благородства, – улыбнулся хозяин дома.

– Да ты многого обо мне не знаешь, – бледные губы Лари растянулись в жалкое подобие улыбки. Видимо, она всё-таки начала оттаивать. – Я, вообще, девочка хорошая, с глубокими моральными принципами.

Язвить начала, значит, приходит в себя.

Тамир рассмеялся.

– Отмерла, наконец! – проговорил он. – А я уже начал прикидывать варианты, как вытаскивать тебя из этого состояния ступора.

– Сама вылезу! – парировала Лари, окончательно возвращаясь в норму. Теперь, когда в её глазах снова появились озорные колючки, я, наконец, смогла вздохнуть с облегчением.

Она улыбнулась, глядя в глаза Тамиру, он улыбнулся в ответ.

– В общем, так, – проговорил он, не отрывая взгляда от Иларии. О чём она вообще думала, когда решила с вызовом взглянуть в глаза эмпату? Тамиру! Она что, не знает, что за этим последует? – Ты останешься здесь до июля, и всё это время вы с Таршей будете проводить вместе. Думаю, это научит вас обеих сдержанности, но если хоть раз, хотя бы одна ваша перепалка перейдёт от слов к действиям…

– Можешь не продолжать, – перебила его Лари. – И так понятно, что кончится всё плохо. И если Тарша пострадает от твоей руки, о Справедливейший-Из-Живущих, то мне, скорее всего, достанется гнев Эрика, – мрачно закончила она.

Тамир снова рассмеялся. Видимо, ему и в самом деле нравились остроты Иларии. Можно даже сказать, что он получал от них настоящее удовольствие. Хоть это и удивительно.

– Пошли, острячка, покажу твою комнату, – сказал Тамир, направляясь к лестнице.

– Эй, надеюсь, спать я буду отдельно от неё? А то, думаю, Присп… хм… Литсери не очень понравится ночной комментатор в моём лице.

Лит хмыкнул, сдерживая смех, а у Тарши было такое ошеломлённое выражение лица, что при виде его вся моя нервная дрожь отступила.

– Ладно, так уж и быть, – согласился Тамир с озорной улыбкой. – Наказание будет распространяться только на дни. Ночи же можете проводить, как вам нравится.

Когда Тамир с Иларией скрылись на втором этаже, и стало окончательно понятно, что никто никого сегодня наказывать не собирается, я, наконец, смогла расслабиться и, тяжело вздохнув, села прямо на пол.

Вот вам и тёплый приём, ничего не скажешь. Хотя, зная Лари, могу с уверенностью сказать, что Тарша имела полное право на подобное поведение. Пожалуй, Илария и дерево способна вывести из себя одними лишь словами, а если уж снизойдёт до поступков…

Но я совсем не ожидала, что она будет согласна на всё, только чтобы Тарша осталась невредима. А кому, как не мне, знать, что полгода добровольного заточения для неё хуже любой каторги. Хотя, может, это научит её думать о последствиях своих поступков? Всё же Дом Солнца не самый плохой вариант для исправительных работ. Ведь могло быть и хуже…

Неожиданно мне на плечо опустилась чья-то рука.