Читать книгу "Рубикон Брахмы"
Глава 7
Итак, они отбились. Что теперь? Двигатели не работают… Связи нет, но это, в принципе, не проблема. Безопасники с космопорта начнут их искать, прилетит дрон – и всё закончится. Ещё угрозы? Груз цел. Если прямо сейчас не придёт ещё одна группа рейдеров на броне, то они смогут удержать его до прихода поддержки. Так, а эти, как их… Крилл'ане? Они же начнут подтягиваться к месту боя… И хрен с ними. В броневике они смогут отбиваться от них хоть несколько дней. Надо только убрать тела убитых ребят, чтобы твари до них не добрались, и снять с других броневиков аккумуляторы для лазерных пулемётов.
Айрат начал раздавать приказы:
– Новиков, Свенсон! Соберите тела наших во втором броневике – там дверь цела, заприте.
Два здоровяка поднялись, направляясь к выходу.
– Грант, Ким! Снимаете всё питание для бортового оружия с пустых машин, сносите сюда.
Бойцы кивнули.
– Здесь, в головной машине, будем ждать эвакуации, – обратился Айрат ко всем, – и не расслабляться там, оружие – с предохранителя! Это пустыня, мать её, а не лужайка у вас на заднем дворе!
Свенсон хмыкнул и шагнул за товарищем к двери отсека.
Тут в проёме возникла фигура человека с оружием наперевес.
– П-пуф! – хлопнул вышибной заряд подствольного гранатомёта, и Айрат понял, что это конец. И ещё он успел подумать, что он – старая, тупая каракатица. Не проверил периметр. Пропустил врага.
Сейчас граната влетит в боевой модуль и взорвётся внутри, растерзав всех их разом шквалом осколков или пламенем термобара…
Но получилось иначе. Новиков, Евгений Новиков с Земли, из России, не шарахнулся в сторону от летящего навстречу заряда, как сделал бы любой нормальный человек с нормальными инстинктами. Он шагнул ему наперерез.
Айрат знал: их там так с детства воспитывают. Не бросать, прикрывать, защищать. Новобранцы из России очень ценились во всех армиях Галактики. Тренировки делали из мужчины опытного бойца в своей специальности, но те качества, которые русские получали на Земле, у себя на Родине, натренировать было нельзя. Редкое, врождённое свойство.
Граната вонзилась ему в живот, но не успела встать на боевой взвод. Новикова швырнуло в переборку, и, гулко грохнув о железо, он со стоном сполз вниз.
Взрыва не случилось.
Мгновенно вскинутые три ствола ударили в ответ и буквально вынесли гранатомётчика наружу.
– Ким! Свенсон! Досмотр! – взревел в ярости Айрат. – Грант! Прикрытие!
Граната могла рвануть в любой момент. Надо было выгнать парней из замкнутого пространства модуля.
Когда, вскинув автоматы, бойцы скрылись за дверью, Айрат упал на колени перед Новиковым. Боец полусидел у стены и мычал, держа растопыренные дрожащие ладони над торчащей из живота гранатой. Словно оберегая хрупкое сокровище.
Айрат быстро достал медпакет и, сжав в руке перевязочный пакет, принялся разглядывать рану. Штатная граната, термобарическая. С доводчиком. Пробила слои кевлара, но увязла в амортизирующем подкладе. Механизм доводчика словно вколачивал заострённый корпус гранаты вглубь цели, чтобы взрыв происходил внутри, принося максимум разрушения.
Взрыватель взводился через одну-две секунды после выстрела. Видимо, не успел. Но что у него в его электромеханических мозгах?
Применить медпакет снаружи было невозможно.
– Сынок, – негромко позвал Айрат, – нам с тобой надо отключить систему лечения ран, понимаешь?
Боец с урчанием закачал головой.
– Сейчас костюм начнёт лечить твою рану. У тебя там установлен препарат HackBlood. Рана, быстро затягиваясь, может сдвинуть гранату. Тогда вероятно – взрыв.
Новиков наконец поднял на Айрата бледное лицо.
– Взрыв нам не нужен, командир, – он попытался улыбнуться. – Я потерплю.
Из опыта Айрат знал: ранение живота – очень болезненная хрень.
Снаружи раздались несколько очередей.
– Сейчас я введу тебе обезбол, боец, – произнёс осторожно Айрат, наблюдая за тем, как под бронестеклом парень с трудом двигает глазами, управляя интерфейсом системы костюма.
Новиков отключал автоматическую систему лечения.
В модуль заскочил Ким:
– Командир, каньон чист! Ну, от рейдеров чист…
– Кто стрелял?
– Мы с Грантом стреляли! Там эти местные начали подходить. Мы отогнали.
– Как выглядят?
– Да как? Как уродские, многоногие собаки.
– Понял, Ким! Возвращайся к заданию!
– Командир, а как с собаками быть? Их там больше становится…
– Ким, не заставляй меня рассказывать тебе, потомку древних корейцев, что делать с собаками. Ким засопел.
– Собирай батареи к пулемётам, солдат! Сейчас я приду – прикрою.
Ранение Новикова всё меняло. Ему нужна срочная помощь. В броневике её не окажешь. И помощь, отсюда не вызвать! Через сколько часов их найдут? Протянет ли раненый это время? Что придумать? Как не дать парню умереть?
Айрат открыл командирский планшет с картами местности. Нашёл корпоративную трассу. Нашёл каньон. Они тут. А это что? Взгляд упёрся в небольшую область, очерченную жёлтым абрисом недалеко от ленты дороги. Он вызвал описание. Вот оно!
Айрат аккуратно уложил голову Новикова на пол – морфин действовал, боец расслабился и блаженно закатил глаза.
Подбежав к замыкающему броневику, откуда Свенсон и Грант выносили тела, он увидел метрах в ста около десяти шестиногих фигур с выгнутыми спинами. Твари словно приплясывали на месте, изгибаясь, как ужи на сковородках.
– Отряд! – зычно гаркнул он. – Новая вводная! Нашему боевому товарищу нужна скорая медицинская помощь! Поэтому мы отсюда уходим! Ким и Грант! Отбой по сбору батарей! Они нам не понадобятся! Помогайте спрятать тела и готовимся…
– Сэр! – неожиданно перебил его Свенсон, смотрящий на Новикова с брезгливостью, словно на таракана в тарелке с супом, – У меня предложение!
Айрат знал: сейчас наступал критический момент. В ситуации, когда всё идёт не так, некоторые люди начинали терять контроль. Терять себя. Страх, боль, отчаяние заставляли их забывать о чести, о присяге и долге. Бойцы дезертировали, устраивали мятежи, убивали своих командиров.
* * *
Свенсон – сильный боец, он верит в свою силу, но явно боится. Сейчас он, а вероятно, и кто-то ещё из его небольшого отряда спрашивает себя: почему бы им не выкинуть раненого Новикова за ближайший камень? Почему бы не избавиться от гранаты, что вот-вот рванёт, и не занять огневые позиции в надёжном броневике? На хрена им куда-то идти, тащить на себе тяжёлое тело, подставлять жопу под зубы и клыки этих пустынных тварей? На хрена им снова думать каждую секунду: взорвётся в следующий миг грёбаная граната в животе Новикова или нет? На хрена им слушать тупые приказы тупого командира?!
– Свенсон! – голос Айрата стал холоднее и мрачнее обычного. – Я сделаю вид, что ты контужен. Контужен и кое-что подзабыл! Я твой командир, сынок! Я твой командир не потому, что так решили в штабе! Я твой командир, потому что сильнее, быстрее, точнее и умнее тебя! Я выше, мать твою, и красивее! Поэтому напомню: если ты ещё раз позволишь себе перебить командира, перебить меня… я оторву тебе твою тупую башку, не способную думать дольше одного тактического хода. Я могу оторвать тебе башку этой рукой или этой и не испытать при этом ни грамма сомнения или страха! Потому что боец, бросающий товарища ради спасения своей дрожащей жопы, жить не достоин! Не в моём отряде!
Айрат, медленно шагая, приближался к Свенсону. Он заметил, что твари там, за спиной у шведа, у входа в каньон, тоже пришли в движение.
– Грант! Ким! Твари с западного входа! Сдерживающий огонь! Беречь боеприпасы! – голос его прозвучал так мощно и уверенно, что, если у кого-то и были сомнения, заявить о них никто не решился. Водитель и кореец, кивнув, пробежали немного за замыкающий броневик и, встав на колено, принялись бить одиночными по «кривокостам».
– В моём отряде, Свенсон, – продолжил Айрат, подходя к шведу, – уважают боевое братство! В моём отряде не бросают своих! В моём отряде парень, который закрывает всех от гранаты, достоин того, чтобы о нём позаботились!
Он остановился перед огромной фигурой шведа и тяжело посмотрел тому прямо в глаза.
– Ты в моём отряде, боец?
Айрат видел: швед сейчас решает для себя что-то важное и непростое. Он смотрел на Айрата с тревогой и нерешительностью. И вот чаша весов качнулась:
– Конечно, сэр! Я в вашем отряде!
Айрат немного склонил голову набок, не спуская со Свенсона глаз.
– Какое у тебя было предложение, солдат?
– Я… э-э… – швед на секунду замялся, – я хотел предложить сделать носилки из сети для закрепления груза! Я видел сеть в третьем броневике!
Айрат удовлетворённо кивнул:
– Отличная мысль, солдат! Займись этим, когда перенесёшь тела!
Грант, который очень неплохо для водителя стрелял, всаживая пули в самых дерзких тварей, неожиданно бодро выкрикнул, не поворачивая головы:
– Командир! Сэр! Так какой у нас план?! Куда мы уходим?!
– Прекрасный вопрос, Грант! – ответил Айрат, убавив грозы в голосе. – Там, за северной грядой, всего в двух километрах – компрессорная станция. Это значит, там есть люди, защитный купол и медицинский модуль!
* * *
– Секция А–3 на месте. Рекомендация: необходима герметизация стыков, – отрапортовал один из дронов-укладчиков.
– Спасибо тебе большое, родной, – сердито пробормотал Брахма, – где бы я был и как бы я тут со всем этим справился… Со своим-то жалким академическим образованием… Без твоих-то бесценных советов…
Основу станции составляли модульные секции, доставленные грузовыми челноками с орбиты. Каждый блок – это предварительно собранный узел из сверхлёгкого графенового сплава «гиперион», способного выдержать и перепады температур, и мощные вибрации частых здешних землетрясений.
Харви, управляя погрузчиком, опускал узлы в подготовленные углубления, где дроны-укладчики стыковали их с хирургической точностью.
Последние обновления программного обеспечения, которые проводили производители, заставляли роботов любезно напоминать своим операторам о том, что нужно делать дальше. Обычно это были азбучные истины, которые знал, как считал Брахма, любой оболдуй-второкурсник.
– Амен-анх, запусти «малышей» в третью секцию!
По швам поползли ремонтные микророботы, напыляя самозатягивающийся герметик. Через минуту соединение было готово к испытаниям.
– Босс, есть минута? – к Брахме подошёл Денис. – Готов отчитаться по исследованию восточного сектора!
– Да, давай, конечно! – ответил тот, расширяя фрейм виртуальной карты на своём планшете.
– Вот тут два больших вытянутых кармана, – указал он на участки территории, прилегающие к восточной окраине стройки, – а тут три маленьких.
– Угу, – вгляделся Брахма в контуры рельефа карты, – спасибо, Денис. Нанеси потом на карту точные границы и подгрузи в общую базу.
Когда три недели назад, после выздоровления начальника, команда активно приступила к стройке, Денис нечаянно подкинул Брахме смелую идею.
Перед тем как Амен-анху приступить к рытью десятиметрового квадратного приямка под установку секций станции, Денису надлежало сперва исследовать грунт. Среди прибывшей в злополучный день техники была автономная буровая платформа на магнитных подушках. На буровой, кроме установок плазменного бурения, находился комплекс ультразвуковых устройств. Вся эта хитромудрая электроника позволяла увидеть, из чего состоит грунт планеты на глубине до пятнадцати метров.
– Грунт стабильный, но есть карманы с криогелиевым льдом, – доложил Денис тогда, в первый же день исследований. – Глубина – три метра. Придётся выжигать перед заливкой фундамента.
Это была нормальная практика. Платформа заходила на поверхность над карманом, раскалённые иглы плазменных буров легко входили в мерзлоту, испаряя лёд и уплотняя грунт. Одновременно микророботы-стабилизаторы впрыскивали в породу полимерный состав, который, расширяясь, создавал уплотнённую основу.
Но Брахме припомнились некоторые опасные свойства криогелия, и он ухватился за возникшую в голове не менее опасную мысль.
Штука была в том, что криогелий–9 при быстром подогреве взрывался с мощным бризантным эффектом. По сути, это была адская мина, заложенная в грунт самой природой. В замороженном состоянии газ лежал в грунте и никого не трогал, но…
– Если разогреть его с помощью термовихревой установки, – подтвердил догадку Брахмы на вечернем совещании Эстебан, – тогда рванёт.
– А ещё лучше – ионным детонатором, – с азартом подключился Войтек. – Сделать проще, и сработает быстрее.
– Эй, эй, эй! – вскочила Герда, отодвинув кофе. – Вы чего удумали, маньяки-пиротехники?! Всё тут взорвать к чёртовой матери?! Мы же ещё не достроили!
Брахма тогда рассмеялся:
– Ты права, Герда! Какой, на хрен, интерес что-то взрывать, если это что-то ещё не построено!
На следующий день он вызвал Дениса:
– Когда удалишь весь газ здесь, в местах строительства, начинай поиск других карманов по всей прилегающей территории. Нужны неглубокие залегания, до пяти метров. Ширина поиска – сто метров.
Вспоминая день, когда отрубился щит, Брахма снова и снова переживал множество эмоций, кипевших в нём тогда.
Самой сильной была – страх. Страх потерять людей – тех, которые, доверившись ему, отправились в это гиблое место. Второй по силе была злоба на корпорацию. Для аристократов жизни строителей – их жизни – измерялись по шкале ценностей наравне с остальными накладными затратами: газом, металлом, композитами, техникой, рудой. Просто строчка в списке расходных статей.
Потому, проведя пару дней в размышлениях, он придумал план, как защитить себя и своих людей. Причём за деньги этих жадных ублюдков.
Глава 8
Спустя три недели наступил важный день. Сегодня Брахма запланировал пробный запуск турбин перекачки. Это был последний этап работ. Его успешное прохождение означало окончание стройки. Турбины аккуратно опустили на подготовленные посадочные площадки, где магнитные захваты зафиксировали их в рабочем положении.
– Подключаем охлаждение, – объявил Эстебан, наблюдая, как гибкие трубопроводы с жидким азотом автоматически присоединяются к корпусу.
Через два часа станция была готова.
В главный зал центра управления вбежали Амен, Денис и Харви. На пороге они замедлились и, будто в храм, уважительно вступили в просторное помещение. Присоединившись к Брахме и Войтеку, они замерли за спиной Эстебана. Инженер колдовал за пультом.
– Подаём пробное давление, – Эстебан проверил показатели на панели. В его голосе звучало волнение.
Газ из магистрали рванул в систему, искусственный интеллект центра контроля мгновенно отрегулировал потоки. Турбины взревели, набирая обороты, но их гул тут же погасили акустические демпферы.
– КПД – 98,7%! Утечек нет! Станция готова к работе! – уже не сдерживая радости, воскликнул инженер.
Помещение главного зала центра управления наполнилось радостными криками всех членов команды.
Эстебан вскочил, развернулся к своим и тут же оказался в объятиях здоровяка Харви. Споткнувшись о чью-то ногу, они, хохоча, повалились на пол, а сверху стали сыпаться остальные, создавая счастливо орущую кучу.
– Сегодня все бухаем! – с торжественностью церемониймейстера объявил Брахма.
* * *
Сдачу объекта дрону-приёмщику он планировал провести сегодня же. После этого – получение бонуса, и можно будет свалить!
Вечером главный зал центра управления превратился в бар. Герда с хохотом швырнула пустые канистры из-под топлива в угол, освобождая место для импровизированного бара, пока Денис на полной громкости гнал через динамики аварийной связи похабный техно-рейв, заглушая ворчание Брахмы. Харви и Войтек, не говоря ни слова, сдвинули два массивных терминала, устроив танцпол из стальных плит, по которым теперь звонко стучали их тяжёлые ботинки. Амен-анх, обычно молчаливый, отпускал комплименты Герде, разливая по стаканам самогон, сваренный Эстебаном из технического спирта: напиток, от которого, как они знали, завтра будет болеть даже душа.
Под ритмичный бит из колонок лилось сипение Дениса:
«…Кто сказал, что тут гребаный ад?
Мы – семья, а не просто бригада!
Мы дерём корпорацию в зад
И мы эту возьмём высоту…
Потому что нам Брахма сказал, что так надо…»
Под грохот чокающихся кружек команда дружным ором поддержала последние строки.
«…Герда, штопая нас, как мегера орёт,
Она – ангел в обличье химеры.
В преисподнюю бульдозер свой Харви с улыбкой ведёт,
В нём нет мозга, там только гормоны без меры…»
Герда с воинственным воем соскочила с «танцпола»:
– Химера?! Ах ты, гнусный засранец! Я вытаскивала из твоей жопы кусок арматуры! Убью!
Хохочущий Харви мягко сграбастал её в объятия, не дав добежать до горе-рэпера:
– Ещё там есть слово «семья», сестрёнка!
Держа немку на руках, как ребёнка, он влез на поваленный приборный шкаф и провозгласил: – За придурков, которые спасают других придурков!
Брахма смотрел на эти, ставшие ему очень близкими, лица. За эти три месяца они действительно не раз спасали друг друга.
Восемь недель назад магистраль за периметром купола дала течь. Не просто трещину – разрыв, и если не залатать его до рассвета, давление разорвало бы трубу на километры вокруг. Кислотный дождь начался внезапно, разъедая металл за минуты. Брахма валялся в медкапсуле, Герда безрезультатно запрашивала помощь и у завода, и у космопорта, а Войтек – чех, худой, с вороньими волосами и быстрыми пальцами, – уже тащил сварочный аппарат.
– Ты с ума сошёл? Там же жопа! – орал Харви, хватая его за плечо.
– Если не залатаем – завтра станция останется без энергии, без кислорода и без тепла. Иди, прикрой меня!
И они пошли.
Денис запустил дронов с экранирующими щитами, Герда мониторила их показатели, крича в рацию:
– Ещё пять минут – и ваши скафандры потекут!
Амен-анх с лицом фараона и спокойствием пустыни. Эстебан, его округлая физиономия с вечной пятидневной щетиной напоминала доброго монаха, если бы не острый взгляд. Вдвоём они вручную держали плазменную мембрану, пока Войтек варил шов в ослепляющих искрах.
Месяц назад грунт под Харви внезапно поплыл. Он даже не успел выругаться: его бульдозер уже кренился в разлом, и американца зажало стойкой кабины, и если бы не Амен-анх, резко вогнавший свой экскаватор в режим якоря… Но даже этого было мало.
Денис запустил дронов с тросами, Герда подогнала к ним манипулятор, а Эстебан влез на проваливающийся экскаватор и вручную перегрузил энергосистему, чтобы хватило мощности на задний ход.
– Тяни, сука! – орал стиснутый Харви, уже наполовину в пропасти.
Когда его вытащили, Войтек сразу полез проверять двигатель.
– Ну что, ковбой, опять везёт?
– Не везёт – у меня есть вы, кретины…
Пространство зала управления напиталось запахом перегара, дешёвым синтетическим виски и жареным мясом маленьких съедобных скорпионоподобных тварей, которых Денис убивал за периметром разрядами дронов-сварщиков.
– Иди, я обниму тебя, мелкий! – кричал Харви Денису. – Когда-то я чуть не грохнул тебя!
– Благодарение небесам, верзила! Я тоже рад, что тогда не укокошил тебя на месте!
Денис, молодой, с хищной ухмылкой и татуировкой «Born to Fly» на шее, весил раза в два меньше Харви. Как-то они чуть не подрались из-за того, чей дрон врезался в бульдозер.
– Это был глюк навигации! – кричал Денис.
– Глюк – это твоя башка! – орал в ответ Харви, широкий, как его бульдозер, с тату «Semper Fi» на бицепсе. Брахма тогда просто встал между ними и сказал:
– Если убьёте друг друга, я велю Герде вас оживить и заставлю работать в одном скафандре!
Где-то с треском полетел предохранитель, и комната погрузилась в полумрак, озаряемый теперь только миганием экранов и синим огнём плазменной горелки, которую Войтек, как факел, воткнул в потолочный крепёж. Брахма, наконец, тоже сдался всеобщему безумию. Потягивая варево Эстебана, он слушал неразборчивые истории про «лучшую в галактике команду ублюдков», пока Герда и Харви, спотыкаясь, пытались отплясывать что-то среднее между вальсом и рукопашным боем.
Войтек поднялся из-за стола и протянул руку с кружкой, указывая на Брахму:
– За нашего гуру!
Один за другим все начали вставать, присоединяясь к тосту:
– За Брахму, который за нами приглядывает!
– За босса, который всех нас спас!
– За тебя, Брахма, победивший смерть и яд!
Брахма улыбался. Работа была закончена. Но он знал: если снова позовёт – они придут. Потому что так делается работа. Потому что так живут люди.
* * *
Герда проснулась от навязчивого повторения дроном-наблюдателем тревожной фразы:
– Посторонние у границы защитного купола. Посторонние у границы защитного купола.
На часах было одиннадцать часов.
Монитор планшета показал пятерых человек, стоящих возле гудящего плазменного марева щита. – Что за на хрен? – пробормотала немка, накручивая зум, и побежала будить Брахму.
– Всем внимание! Тревога! – скомандовал Брахма, выслушав её короткий доклад. Он тяжело приходил в себя – самогон инженера был беспощаден к возрасту.
Герда выжидающе смотрела на шефа, пока тот напряженно разглядывал в мониторе стоящих перед куполом людей.
– Снимай щит, – сказал наконец Брахма неожиданно охрипшим голосом.
– Уверен, что нам это надо? – недоверчиво спросила немка.
– Нет. Но это люди. Они в беде.
Когда щит упал, вся команда была в сборе и встретила на границе пятерых военных в полной боевой выкладке. Двое из них несли самодельные носилки с раненым.
– Вы чего там, строители херовы?! Уснули, что ли?! – гневно выпалил с ходу самый здоровенный из них.
Он шёл первым в паре, нёсшей раненого.
– Ни хера себе… – тут же завёлся в ответ Харви. – А ты чё, мужик, к себе домой пришёл? Или в мотель при дороге? Давай-ка повежливее!
– Сейчас-сейчас, сраный бетонщик, – свирепел солдат, – сейчас я нашего опущу и устрою тебе урок вежливости!
– А давай! – Харви дерзко шагнул вперёд.
Один из бойцов вскинул ему навстречу ствол автомата.
– Свенсон! Ким! Грант! Отставить! – громко произнёс пятый боец властным голосом. Его броня отличалась от остальных.
Автомат тут же опустился, а командир обратился к набычившимся строителям:
– Гражданские! Мы бойцы конвоя дома Вальграйвов, вам ничего не грозит, если не будете глупить. Кто у вас старший?
Брахма шагнул навстречу:
– Старший здесь я, майор! Что у вас стряслось?
– Представьтесь, гражданский! – потребовал человек в имперской броне.
– Ого… Майор, – Брахма успокоительно поднял вверх руки, – зачем же так? Мы не на плацу, не у вас на службе. Я вижу, вам нужна помощь. Мы готовы помочь, но не стоит с порога грозить моим людям и диктовать свои порядки.
– Не стоит трепать нам нервы, – снова влез в разговор Сведсон, – не то пожалеете…
– Гражданский, – в голосе командира звучал металл, – у меня важное задание, и вы поможете мне его выполнить, нравится вам мой тон или нет.
В недолгой тишине стал слышен вой ветра за куполом.
– Меня зовут Брахма, – начальник стройки не проявлял ни капли волнения, – я повторю: мы готовы помочь. Я вижу, вы на нервах и вы опытные бойцы. Однако… на крыше здания за моей спиной два опытных снайпера с винтовками калибра 12,7 миллиметра. Если начнётся драка, мы все тут поляжем. Он чуть повернул голову в сторону здания центра управления:
– Герда, скажи-ка, ты видишь нашивку на броне офицера?
– Вижу, босс, – недобро отозвалась немка в эфире, – «Седьмой ударный». Он мне не нравится. Затем в эфире всплыл голос Дениса:
– А я вижу имена всех других солдатиков.
Брахма развёл руками:
– Возможно, вы, майор, с помощью ускорителей вашего бронекостюма и уйдёте от их огня, но ваши люди… вряд ли.
Брахма покачал головой и, воспользовавшись повисшей паузой, миролюбиво предложил: – Может, начнём сначала?
Командир военных шагнул вперёд и несколько секунд вглядывался в невозмутимое лицо начальника стройки.
– Слушайте, Брахма… Я командир конвоя, моё имя Айрат Кейн. Мой боец нуждается в срочной медпомощи. Это первое. Затем нам понадобится связь.
Было видно, что слова без приказного тона даются Кейну с трудом.
– Конечно, майор. Прошу Ваших людей оставить здесь оружие, и мы проводим вас в медбокс.
– Наши переговоры сейчас зайдут в тупик, гражданский, – мрачно проговорил Кейн.
– Майор, это корпоративный объект, за который мы отвечаем. Вы пришли из пустыни без сопроводительной информации… Как бы вы поступили на моём месте, увидев незнакомцев с оружием у себя на пороге?
В эфире слышалось яростное сопение Кейна.
– Впрочем, – продолжил Брахма, – я верю вашему офицерскому слову. Я не буду против, если Ваше оружие останется при вас.
Бойцы конвоя выжидательно смотрели на командира. Кейн бегло взглянул на бледного Новикова и наконец выдавил:
– Грант, собери у всех оружие. Передай вон тому, – он кивнул на Харви.
Пока солдат собирал стволы, Брахма поинтересовался:
– Что за ранение?
Айрат медлил с ответом, что-то решая для себя. Словно прочитав его мысли, Брахма вставил:
– Вы не сможете воспользоваться капсулой без нас, майор. Не стоит думать о… нехорошем.
Кейна медленно сжал и расжал кулаки.
– В нём неразорвавшаяся граната из подствольника.
Брахма присвистнул.
– Вы хотите, чтобы я внёс в здание центра управления человека, в котором торчит граната? Граната, которая, взорвавшись, разнесёт нам весь центр?
После этих слов Харви, Амен-анх, Войтек с Эстебаном попятились от солдат на несколько шагов.
– Что, каменщики сраные, зассали?! – зло улыбнулся Свенсон.
Айрат молча сверлил глазами Брахму, а тот стоял, опустив голову, как будто потерял интерес к беседе. Спустя несколько секунд, словно очнувшись, он произнёс:
– Эстебан, забирай всех и уводи в помещение жилого модуля. Воды и еды – солдатам.
Пока строители непонимающе смотрели на военных, Брахма шагнул к Новикову и, опустившись на колено, внимательно осмотрел донную часть гранаты, почти скрытую краями пробитой брони. Затем, что-то бесшумно пробормотав, он обратился к Кейну:
– В медблоке мне понадобится только ваша помощь, майор. Прошу вас приказать вашим людям следовать за Эстебаном. А мы с вами прямо сейчас возьмём вашего бойца и пройдём в медблок. Снова повисла пауза, после которой в эфир посыпались гневные реплики:
– Босс, ты чего там удумал?!
– Плохая идея, Брахма, очень плохая!
– Эй, эй, эй! Не надо тащить ЭТО в наш центр!
Распрямившись в полный рост, Брахма рявкнул неожиданно сильно и зло:
– Всем успокоиться! Делать, что я сказал! Всё! Будет! Хорошо!
И добавил, сменив тон:
– Герда, подготовь капсулу к реанимации. Двойной запас Omni-Gel заряди. Потом уходи. Я справлюсь сам. Тут мне всё ясно. Задача специфическая, но решаемая.
При последних словах Брахмы Кейн немного дёрнул плечом, словно через него пропустили слабый разряд тока. Эфир стих. Айрат, не говоря ни слова, сделал знак рукой, отпуская солдат. Опустив носилки, те, ничего не понимая и постоянно оглядываясь, всё же пошли с остальными к зданию центра. Подождав, пока люди скроются в здании, Брахма взялся за края носилок. Айрат последовал его примеру.
