Читать книгу "Цвет зависти"

– Не морщись, Вадик, – весело заметил он. – Хуже я точно не сделаю.

– Это уж точно, – согласился Куликов. – Тут и так почти клоповник.

– Вот именно, что почти. Этот младший Селиванов, похоже, в очень большой дружбе со стаканом был. Годик-другой, и мебелишку бы свою пропил. И все остальное.

– Вполне возможно. Я так думаю, у него даже ничего не взяли.

– Скорей всего, – кивнул Валера. – Просто потому, что взять нечего. Не диван же на своем горбу тащить. Хотя диванчик вполне нормальный. Немаленьких денежек стоит.

– Или немаленькой очереди.

– Или так. Что думаешь, Вадик?

– Честно? – посмотрел на следователя старший лейтенант. – Сам пока не знаю, что тут думать. Кто-то пришел, застрелил этого пьянчугу и ушел, ничего не взяв. Тут ведь даже следов драки не было. И взлома, кстати, тоже. Хотя если дверь была не заперта, то их и не будет.

– Да, я это заметил. Кстати, застрелен он из охотничьего ружья.

– Угу.

– Думаешь, из того, что пропало из квартиры старшего Селиванова?

– А почему бы и нет? Вполне может быть.

– Так-то да.

– Я, Валера, одного не пойму. Ну ладно, старший, у него хоть что-то взяли. А этот-то кому помешал?

Денисов пожал плечами:

– Как говорили древние мудрецы, ищи, кому выгодно.

– Вот я и ломаю голову, кому же это выгодно, – вздохнул оперативник.

– Да, если бы не ружье, можно было бы предположить, что эти два убийства между собой не связаны.

– Ну, мы пока еще не знаем, то самое это ружье или нет. Коллеги, конечно, дали описание, но пока мы это ружье не найдем, не узнаем.

– В точку. Сомневаюсь, что это какое-нибудь старинное, ручной работы. Старший Селиванов, конечно, многое мог себе позволить, но не такой раритет.

– Но я все же думаю, что то самое.

– Ладно, Вадик, – Валера затушил окурок, – ломать голову будешь потом. Нам с тобой еще дела насущные надо закончить.

Вадим кивнул и вернулся в комнату. И тут он заметил, как у окна что-то блеснуло. Он прошел и увидел выглядывающую из-под дивана серебряную цепочку. Куликов достал ручку и аккуратно подцепил находку. Это был тоненький браслет с цветочком и камушком. Старший лейтенант рассмотрел украшение. Недорогой. Интересно, браслет принадлежал покойному или одной из его случайных подруг? Поднеся браслет к свету, оперативник увидел, что с обратной стороны цветка выгравирована буква А.

– Валера! – позвал он. – Я тут кое-что нашел.

Глава 3

Поход Шумова по соседям Олега Селиванова не дал чего-то значимого. Об этом рассказал сам оперативник по пути в отдел. Куликова это, разумеется, не обрадовало – он рассчитывал на то, что хотя бы кто-то из соседей слышал выстрел. Хоть и ночь была на дворе (а эксперты установили, что мужчину убили именно ночью), хоть и стреляли через диванную подушку, а ружье все же стреляет погромче пистолета. Даже Надежда Юрьевна, живущая в квартире рядом, которая вроде бы слышала, что хлопала дверь, не услышала пальбы. Ну и, разумеется, все, кого Женя застал дома, ничего не видели и не слышали. Потому что спали.

А еще старший лейтенант пытался понять мотив второго убийства. Да, старшего Селиванова хотя бы ограбили. Судя по отзывам коллеги его жены, украденные из квартиры украшения были ценные. Вполне возможно, что взяли и деньги, если таковые имелись, ибо заначки убитых никто не знал. А младший? Может, решили, что раз у старшего было чем поживиться, то и у младшего найдется? Вадим не сомневался, что в обоих случаях действовали одни и те же лица. Только в первый раз использовали нож и молоток, а потом, разжившись ружьем, пустили и его в ход. «Как бы это не перешло в серийные убийства», – мысленно сказал самому себе Куликов и также мысленно трижды сплюнул.

К тому же из общей картины выбивался найденный браслет с гравировкой. Что-то подсказывало, что вряд ли он был хозяйский или принадлежал какой-то его гостье. То, что убийца на него не позарился, подтверждало версию, что это было не ограбление. Так, может, сам преступник его и обронил? Хотя какой смысл брать с собой на такое дело женское украшение? Если только как талисман таскал, усмехнулся милиционер, но это было слишком уж наивной теорией, смахивающей на сюжет для романтических книжек.

Соображения о серийном убийстве высказал и майор Федотов, когда оперативники доложили ему об гибели Олега Селиванова.

– Уж не начали ли они охоту на важных шишек? – невольно спросил начальник.

– Хотелось бы надеяться, что нет, – ответил старший лейтенант.

– Надеяться-то мы можем. Вадим, ты уверен, что там одни и те же лица были? Что у старшего, что у младшего.

– Уверен. Думаю, что младшего Селиванова застрелили из ружья, украденного из квартиры старшего.

– Правда, экспертиза это подтвердит, когда мы его найдем, – уныло произнес Шумов.

– Ищите, – сказал Федотов. – Если ружье похищено не для серии убийств, то, скорее всего, от оружия избавятся. Да, понимаю, что это все равно что искать иголку в стоге сена. Потому что куда угодно могут деть.

Здесь майор был прав. Вадим уже мысленно прикидывал дальнейшие шаги: опросить тех соседей, кого напарник дома не застал, дождаться результатов экспертизы, поднять связи младшего Селиванова. Хотя поди установи, с кем он пьянствовал последние дни. Это могли быть и вообще какие-нибудь случайные знакомые, которых ищи-свищи, как ветра в поле. А вот постоянных собутыльников можно разыскать. Придется еще раз наведаться на завод «Молот». Может, там что-то интересное окажется. Этим Куликов решил заняться уже после дежурства, то есть на следующий день.

На заводе уже знали о произошедшем. Об этом старший лейтенант догадался по висящему на проходной некрологу, сообщающему о скоропостижной смерти начальника отдела метрологии Олега Владимировича Селиванова. Правда, без даты прощания. «Интересно, придет к нему кто-то на похороны?» – невольно подумал оперативник. Шумов, побывавший на прощании со старшим братом, которое произошло накануне, рассказывал, что с завода пришло довольно много людей. В том числе и лично директор. Что неудивительно. Но там – главный инженер завода, а тут – начальник отдела. Хотя кто знает…

Вадима провели непосредственно в кабинет ныне покойного Олега Селиванова. Хотя кабинетом это помещение можно было назвать с натяжкой – комнатушка со стеклянными непрозрачными стенами, где сидели сам начальник и его заместитель, молодой мужчина чуть постарше самого Куликова. Он представился Виктором.

– Скажите, Витя, а когда ваш начальник последний раз был на работе?

Зам призадумался:

– Накануне смерти его брата, главного инженера завода.

– Вы его знали? – уточнил оперативник. – Старшего брата, я имею в виду.

– Знал, но не очень хорошо. Так, по работе приходилось общаться, но мало. Суровый товарищ был.

Старший лейтенант усмехнулся.

– И после этого ваш начальник больше не появлялся?

– Нет. Да он, знаете ли… – Виктор замялся.

– В запой ушел, – подсказал Вадим.

– Ну да.

– Витя, да вы не стесняйтесь. Во-первых, мне уже это много кто рассказал, а во-вторых, покойному это точно репутацию уже не испортит.

Собеседник кивнул.

– Вы не помните, в тот день Селиванов был трезвый?

– Вы знаете, да. Даже не с похмелья. И вроде в хорошем настроении был. Как обычно, куда-то ходил, что-то делал.

Куликов покосился на рабочий стол убитого. У старшего брата, как он помнил, стол был завален бумагами. Здесь же лежали парочка исписанных листов, тоненькая папка, ручка, карандаш, перекидной календарь. Как раз на той дате, когда Олег Селиванов последний раз в жизни почтил завод своим присутствием. На листе корявым почерком было записано: «11:00 – совещ.». На совещание, наверное, ходил. Оперативник пролистал календарь. Тот не изобиловал записями. Так, периодически встречались коротенькие заметки про те же совещания да планерки.

– Витя, а расскажите мне про Олега Владимировича. Какой он был? Как человек, как начальник…

Мужчина вздохнул:

– Как вам сказать…

– Говорите как есть. Я еще раз повторю: убитому вы точно не навредите, а уж его репутации – тем более.

– Ладно, – собеседник вздохнул. – Если честно, как начальник Селиванов был не очень. Я у него в замах не так давно, до этого здесь, в отделе, трудился. Ну, как обычный метролог. Хотя, не буду врать, Олег Владимирович меня сам своим замом сделал. На это место, правда, другой человек претендовал, Вова Жилин. Но ему в другом отделе предложили такую же должность, он и ушел. Он сначала обиделся, но потом сам мне сказал, мол, слава богу, что мое нынешнее место не занял.

– Неужели все так плохо было? – удивился Вадим.

– Да не сказать чтоб совсем. – Виктор невольно поморщился. – Дураком был Селиванов. Дураком и пьяницей. Нет, я и сам не святой, тоже выпиваю. Но последнее время он частенько подшофе был. Хотя вроде и человек не сказать чтобы плохой. Как бы вам объяснить…

– Место его испортило, – предположил Куликов.

– Да что-то вроде того.

– А давно Селиванов у вас в отделе начальником стал?

– Не очень. Лет пять, наверно, или шесть.

– А до этого кем был?

– В «механичке» мастером. То есть в механическом цеху.

– Дайте угадаю, вашим начальником его сделал брат.

– Угадали. Игорь Владимирович давно в главных инженерах ходит. Я сюда пришел после армии, до армии училище окончил, потом сюда, практику в свое время здесь проходил. Вот сколько помню, Селиванов был главным инженером завода. Он, кстати, мне больше нравился, чем его брат. Хоть и строгий, но не самодур.

– И уж точно не дурак, – добавил оперативник.

– Вот именно, – согласился зам.

– Витя, а у вашего начальника здесь были друзья, приятели?

Мужчина усмехнулся.

– Ладно, уж будем честными – собутыльники.

– Были. Он частенько выпивал с бывшими коллегами. Ну как с бывшими… Из «механички». Иногда рюмочку пропускал с дядей Сашей, это наш старший метролог. Тот тоже нет-нет да и… – Собеседник щелкнул пальцами по шее. – Но он опытный и грамотный специалист, так что на это закрывают глаза. Да он и не злоупотребляет – меру знает.

Да, с таким старший лейтенант сталкивался, и не раз. Даже на собственной службе. Чего уж говорить про предприятие, где, наверное, в каждом цехе или отделе такой специалист имеется.

– Витя, я слышал, что у Селиванова со старшим братом были конфликты из-за пьянства.

– Были, – не стал отрицать Виктор. – Я даже пару раз был свидетелем. Игорь Владимирович не раз выговаривал Олегу Владимировичу. Не матом, конечно, он никогда не выражался, но говорил довольно жестко. Как раз за это дело. – Он щелкнул себя пальцами по шее.

– А по другим поводам ссоры бывали?

– Ну… – мужчина задумался.

– Бывали или нет?

– Бывали. Я как-то тоже видел, как главный инженер ругал Селиванова за то, что он ему какие-то сроки чуть не сорвал. Я, правда, еще замом тогда не был, я им стал где-то год назад, а это было до того. Я поэтому как-то и не придал значения, мол, начальственные заморочки какие-нибудь.

– А до вас кто замом был?

– Сергей Сергеевич. Терещенко. Он уволился. Ну, он старенький уже, давно на пенсии. Устал, говорит, поэтому и ушел. Хотя, – зам усмехнулся, – по-моему, ему просто надоело все, особенно с этим дураком работать.

– А с остальными сотрудниками у Селиванова какие отношения были?

Собеседник неопределенно пожал плечами:

– Так-сяк. Вроде бы и ничего, но авторитетом он среди них не пользовался. Хотя сказать, что тут бардак был, не могу. Но у нас еще коллектив такой хороший сложился, не проблемный.

– Так это, наверно, ваша заслуга, – предположил Вадим и улыбнулся.

– Какое там… – махнув рукой, смущенно сказал Виктор, хотя было видно, что комплиментом парень доволен. – Я ведь всего лишь зам.

– Но сейчас ведь вы исполняете обязанности?

– Пока что да. Собственно, как и всегда в отсутствие Селиванова. А там не знаю, кого назначат. Да и меня пока официально «и. о.» не назначили. Приказа не было.

Похоже, что впечатление Куликова не обмануло. Младший Селиванов и впрямь как начальник был слабоват. И старшему брату в подметки не годился. Интересно, какие же сроки он главному инженеру сорвал? Оперативник почему-то зацепился за эти слова. Он пока и сам не знал почему, но своим сыщицким нутром чуял – не напрасно.

– Витя, а можете показать мне, где тот цех, в котором раньше работал Селиванов? Хочу поговорить с его, выражаясь по-простому, самыми частыми собутыльниками.

– Без проблем, – с готовностью откликнулся зам. – Идите за мной.

Мужчина повел Вадима за собой, и старший лейтенант мысленно порадовался, что идет не один. Он еще во время своего предыдущего визита на «Молот» обратил внимание, что в заводском корпусе (который, к слову, был немаленьким) куча лестниц и коридоров, как длинных, так и коротких. Некоторые отделы и подразделения могли располагаться одновременно на нескольких этажах, и человеку, который попал сюда в первый раз, заблудиться было проще простого.

Когда они оказались на месте, Виктор познакомил Вадима с нужными для беседы людьми и удалился. Бывших коллег оказалось всего трое: фрезеровщик лет около сорока по имени Миша, токарь Саша, чуть помоложе, и его ровесница, кладовщица Галя. Все они, судя по исходящему от них запаху, уже успели помянуть усопшего товарища по застольям, возможно, даже коллективно. Но на неожиданного гостя смотрели без всякой враждебности.

– Значит, вы уже в курсе, – посмотрел на заводчан Куликов.

Их беседа проходила в кладовке. Там не отвлекал шум производства и не было посторонних.

– А то, – вздохнул Саша. – Все в курсе. Жалко Олежку, неплохой мужик был.

– И веселый, – с грустью поддакнула Галя. – Таких мало.

– А у него в последнее время никаких проблем не было?

– Да нет, какие проблемы… – Миша закурил, потом протянул руку и взял стоящую рядом с кладовщицей пепельницу.

– Братец ему мозги клепал, – сообщила женщина.

– Ну, это я знаю, – улыбнулся старший лейтенант и щелкнул себя пальцами по воротнику рубашки. – Вот за это дело.

– За это, – кивнул токарь.

– Хотя какой смысл? – хмыкнула Галя. – Чай, Олежка не ребенок маленький, чтобы его воспитывать.

– И часто он ему так пистоны вставлял?

– Случалось, – ответил Саша. – Не сказать чтобы часто…

– Периодически, – подсказал оперативник.

– Да, – согласился тот.

– А конфликтов, скандалов еще с кем-то у Олега не было?

– Не было, – заверил фрезеровщик и смачно затянулся. – Мы бы знали.

– Вы дружили? Втроем, точнее вчетвером.

– Можно и так сказать, – кивнула кладовщица. – Кто ж Олежку-то так?

– Выясняем, – уклончиво ответил Вадим. – Вполне возможно, что его ограбить хотели.

– Олежку-то? – Женщина тоже достала сигареты. – Да что у него брать? Разве что коньячок марочный. Был у него дома. Мы как-то к нему заходили, он нас угощал. Помните, ребята?

– О да, – Миша улыбнулся. – Хороший, кстати, коньяк. Такой даже из-под полы не достанешь. Но брат его где-то разжился и подогнал пузырек. Или два.

– Да не было у Олежки дома ничего ценного, – пояснил токарь.

– Может, деньги, заначки какие-то?

– Какие заначки? – скривилась Галя и махнула рукой, отгоняя сигаретный дым. – Олежка все спускал, что зарабатывал. На выпивку да на девок.

– И много девок у него было?

– Галя, скажешь тоже, – усмехнулся фрезеровщик. – Нет, бывали у него подружки, но он больше где-то в компаниях время проводил. Знаете, товарищ милиционер, Олег – человек компанейский.

– Был, – поправил Куликов.

– Ну да, был. Да, мог где-то с женщиной время провести вдвоем, но предпочитал бывать в компаниях.

– Собственно, и женщин поэтому у него не было, – вставил свои пять копеек Саша.

– Был он женат, – сказала кладовщица. – Но давно, в юности. Год, что ли, пожили, да разбежались. Олежка и сам не знал, где сейчас его бывшая жена. Да и не интересовался даже.

– А с собутыльниками этими, из компаний, Олег не ссорился, не ругался?

Собеседники помолчали и как-то синхронно пожали плечами.

– Все, как говорится, в пределах допуска, – ответил токарь. – Ну, бывало, что приходил с синяком под глазом или разбитой губой.

– Но редко, – добавил Миша.

Дальнейший разговор также ничего интересного и толкового не дал. С бывшими коллегами по цеху Селиванов выпивал в основном в рабочее время. За редкими исключениями, которые, впрочем, бывали хорошо если раз в квартал. И не потому, что Олег не приглашал бывших коллег. Как раз наоборот, приглашал он их довольно часто, но последние не всегда имели возможность прийти. Да и не сказать, чтобы эти Миша, Саша и Галя были такими уж завзятыми пьяницами. Так, выпивохи. И за воротник каждый день они тоже не закладывали. Сегодня – понятное дело, а так чтобы периодически – нет. И уж тем более они не знали тех, с кем младший Селиванов пьянствовал в нерабочее время. Так, пару-тройку человек видели, но толком даже и не запомнили.

Поняв, что больше ловить здесь нечего, старший лейтенант задал дежурные вопросы вроде «где вы были?» и «когда видели последний раз?», выслушал ответы, поблагодарил за беседу и поспешил откланяться. Галя, естественно, предложила ему рюмочку за помин души убитого, но оперативник вежливо отказался, сославшись на службу.

Когда он вышел из цеха, то столкнулся нос к носу с замом Селиванова, Виктором. Тот, увидев Вадима, обрадовался.

– Ой, товарищ старший лейтенант, хорошо, что вы не ушли, – сказал мужчина.

– Что-то случилось? – насторожился Куликов.

Зам помялся и на секунду отвел взгляд.

– Я… – Он сделал паузу. – Я вам хотел кое-что сказать. Просто подумал сначала, говорить или нет… Потом решил, что все же будет лучше, если скажу.

– Что именно?

– Давайте отойдем.

Они отошли в коридорчик, где не было людей.

– Что вы мне хотели сказать, Витя? – осведомился оперативник.

Собеседник вздохнул:

– Знаете, я до конца, конечно, не уверен. Может, это все мне кажется, а на самом деле ничего и нет…

– Витя, вы скажите как есть. А там будет видно, правда это или нет.

– Хорошо, – кивнул Виктор. – Вы знаете, похоже, что Селиванов калымил.

– Калымил? – переспросил старший лейтенант. – «Левак» делал?

– Да.

Вот это уже было интересно. Причем не только для уголовного розыска.

– И что за «левак» был? У вас, насколько я понял, работа с инструментами и приборами, а не механический цех.

– Да, я поэтому и сказал, что не уверен до конца. Просто у нас были случаи, когда списывали рабочие инструменты. Ладно если неисправные, которые уже не отремонтируешь… Но они были рабочие. Мне дядя Саша сам говорил, что их запросто можно подлатать и вернуть в строй. Но их списывали, и они исчезали. А еще я как-то видел… Это было зимой, кажется. Селиванов что-то паял у себя в кабинете. Хотя обычно, если ему что-то было нужно, – мужчина понизил голос, – ну, не по работе, он обращался или к нам, или к бывшим своим в цех. А это он работал сам. Он ведь тоже когда-то с цеха начинал рабочую деятельность.

«Да уж, – сказал самому себе старший лейтенант. В рассказанном собеседником ничего такого уж сильно страшного не было. Про пайку – тем более. – Мало ли, что там Селиванов решил запаять, тем более если умел. Пропавшие инструменты – да, еще худо-бедно годится как повод для проверки. Может, зам и прав – ничего такого уж особо криминального? Но это надо проверять». И почему-то в памяти опять всплыла фраза с сорванными сроками.

– Я поначалу этому значения не придал, – продолжал Виктор. – А как мы с вами поговорили, так сразу и вспомнил.

– Ясно, – Куликов неопределенно качнул головой. – А вы вообще были в курсе дел вашего ныне покойного начальника?

– Ну, вообще, да. Я же сколько раз его замещал, когда он в отпуск уходил или…

– Я понял. Насчет «левака» мы проверим. Да, и вот еще что. – Оперативник вырвал лист из блокнота и написал на нем свой номер телефона. – Если вдруг что-то вспомните, позвоните.

– Да, хорошо.

– Тогда у меня всё.

Старший лейтенант попрощался с замом и отправился обратно в отдел.

* * *

Шумова на месте не оказалось. Оперативник уже второй день подряд устанавливал всех собутыльников младшего Селиванова. «Не шибко большое удовольствие, – подумал Вадим, – да и дело муторное и долгое». Хотя, если посудить, сегодня он занимался примерно тем же самым, только в меньших масштабах.

Едва Куликов присел за стол, как зазвонил телефон. Оперативник снял трубку.

– Куликов, – ответил он.

– Привет нашей доблестной милиции, – раздался в трубке веселый голос.

– И тебе привет, Валера, – невольно улыбнулся старший лейтенант.

– Что-то ваше милицейское высочество нас своими визитами не жалует, – с деланой укоризной пожурил Денисов. – Не иначе как дорогу в городскую прокуратуру забыли.

– Наше милицейское высочество постоянно другие дороги уводят, – парировал Вадим. – Вон только сейчас с «Молота» вернулся.

– Понял. Вадик, ну, ты все-таки мимо нас пройди как-нибудь.

– Желательно сегодня?

– Если сможешь.

Куликов взглянул на часы.

– После обеда будешь на месте? – спросил он.

– Буду. Я сегодня не дежурю. Кстати, ты не заметил, что как ты вышел из отпуска, так у нас дежурства совпадать стали?

– Ага, еще скажи, что в эти же дни начали кровавые убийства происходить.

– Ох, вот надо тебе все опошлить, – усмехнулся следователь. – Не без этого, а куда деваться? Издержки производства, так сказать.

– Ладно, производственник. Зайду.

– Точно?

– Обещал же.

– Смотри, а то сам к тебе приду.

– Я раньше успею.

Старший лейтенант положил трубку и невольно издал смешок. Валера, похоже, в очень хорошем настроении, если без перерыва остротами и шуточками сыпет. И заехать к нему надо. Видать, Денисов хочет поделиться чем-то важным.

После обеда Женя так и не появился. Оперативник мысленно посочувствовал коллеге и отправился в прокуратуру. И первым, кого он встретил у входа, неожиданно оказался следователь Смоляков. Он стоял около высокого крыльца и курил. Это удивило Вадима, так как он ни разу не видел Гришу с сигаретой. Впрочем, тот и выглядел каким-то то ли уставшим, то ли замотанным, что в свете событий недавних дней удивления не вызывало.

– Привет, Гриша, – сказал Куликов.

– Привет, – кивнул Смоляков.

– Не знал, что ты куришь.

Следователь как-то горько усмехнулся.

– Баловался в юности, – пояснил он. – А тут вот… – Он не договорил, но собеседник понял.

– Я слышал, – не стал дожидаться его объяснений старший лейтенант. – Все так плохо?

– Не знаю. Посмотрим. Затаскали. Только недавно отстали.

– Гриша, бог не выдаст – свинья не съест, – ободряюще сказал оперативник. – Поверь, у людей бывают ситуации в сто раз хуже твоей.

– Вот мне и Ида так же сказала. Возможно, вы оба правы.

Гриша явно сейчас не горел желанием беседовать, хотя человеком был общительным. Поэтому Вадим не стал больше ему докучать.

– Ладно, Гриша, удачи. Держитесь.

– Спасибо, – бросил Смоляков и затушил окурок.

Денисов, как и обещал, был на месте.

– Что хорошего скажешь? – поинтересовался Куликов, усаживаясь на стул.

– Ну, уж не знаю, хорошее или нет… – Валера напустил на себя загадочный вид. – Ладно, не буду тянуть резину. В общем, виделся я сегодня со своим старым товарищем, который в ОБХСС работает. Так вот, он мне сказал, что младший Селиванов уже разочек у них засветился.

– О как… – покачал головой старший лейтенант. – А в связи с чем?

– Мутная история. Как, собственно, и все их дела. У них инструменты ценные пропали с завода. Как раз из отдела метрологии, в котором был начальником покойный Олег Владимирович. Но ему удалось выкрутиться. И даже не потому, что стоял в отказе. Там виновника вроде бы как нашли, и он признался, но…

– Но им оказался зиц-председатель, – подхватил оперативник.

История, рассказанная сегодня замом убитого, обретала больший смысл. Все же не зря Виктор это заподозрил. Правда, про дело почему-то умолчал, но тут уж Вадим не мог ему предъявить за это претензии.

– В корень зришь, – кивнул следователь. – Как мне Юрка пояснил, свалили все на какого-то нечистого на руку типа, и всего делов.

– А виноват, скорее всего, был сам Селиванов.

– Я тоже так подумал. Либо сам это дело провернул, либо братец старший помог, прикрыл ему тылы.

– Так-так. – Куликов потер подбородок. – А я, кстати, про эти инструменты сегодня краем уха уже слышал.

– Да ну? – неподдельно удивился Денисов. – И что слышал?

Старший лейтенант рассказал о сегодняшней встрече с замом и рассказанной им истории.

– Вот оно, значит, как, – сказал следователь. – «Левачком», значит, баловался Селиванов.

– И, возможно, не раз, – согласился оперативник.

– Скорее всего. Я тебе, Вадик, даже больше скажу: «левак» у нас на всех заводах и фабриках идет. Просто не всех ловят за руку.

– Про это я тоже знаю. Получается, что младший Селиванов делал свои нехорошие делишки, надеясь, что старший его прикроет. По-родственному, так сказать.

– Наверно, так и было. Раз уж он сам не побоялся припоем белы рученьки запачкать… И, наверно, там не только инструменты были. А возможно, еще что-то.

– Слушай, Валера, а может, оттуда ноги растут? У обоих убийств.

– Хм. Хорошая версия. Но каким боком тогда там старший Селиванов? Тоже в деле был?

– Почему бы и нет? Ты же сам сказал, что не всех ловят. Ладно, младший – начальник отдела. А старший – главный инженер завода: тут и возможностей больше, в том числе и для того, чтобы выйти сухим из воды. А заодно и родственничка прикрыть.

– Так-то да, Вадик, но вопрос в другом: зачем убили?

– Ну, это мы сможем выяснить, только когда узнаем, что эти два брата-акробата там творили. Кто знает, кому они могли дорожку перейти со своими махинациями.

– Да, можно покопать в этом направлении, – кивнул Денисов. – Придется трясти весь их чертов «Молот». А там работает не пять человек, производство-то огромное.

– Ну, я не думаю, что прямо так уж весь завод об этом знал. Там, конечно, как в деревне, все у всех на виду, но… Зам-то селивановский, у младшего который, толком не знал. Случайно увидел.

– Так уж ли случайно? – прищурился следователь.

– Тоже вариант. – Вадим посмотрел на него. – Значит, будем работать с заводскими. Женя сейчас ищет всех собутыльников младшего.

– Думаешь, кому-то по пьяни мог сболтнуть?

– Да запросто. Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке. Мог без всякой задней мысли взять да и прихвастнуть: вот, мол, мы у себя на «Молоте» копейку золотую зашибаем. А кто-то нет-нет да и запомнил.

– Ну, это было бы неплохо. Пусть даже и не для протокола, черт с ним. Главное – информация. Вот только единственное, что сюда не вписывается, – это браслетик найденный.

– Это да. Но думаю, что его обронила какая-нибудь из случайных подружек Олега. Браслет-то дешевенький, хоть и серебряный.

– Вполне возможно, но что-то мне подсказывает, что не случайно он там валялся.

– Все может быть. Я его на экспертизу отправил, но ответа по отпечаткам пока не было.

– Ты, кстати, когда сюда шел, Смолякова не встретил? – спросил Валера.

– Встретил. Как раз возле крыльца. Он аж курить начал.

– Ну, а что ты хотел? Я тебе рассказывал, какая у него сейчас дерьмовая ситуация. И не только у него.

– И что, его опять вызывали, чтобы на мозги накапать? Или сразу волчий билет выдать?

– Первое. Мне тут Лешка Казаков. Знаешь ты его? Ограбление универсама в центре расследовал. Шепнул на ушко, что не все там так плохо.

– В каком смысле? – уточнил Куликов. – Что Гришу не выгонят из прокуратуры, а так, нервы помотают?

– Лешка рассказал, что у Иды там какие-то связи остались, сомнительные, правда. И она вроде бы как их задействовала, чтобы ее любимого не трогали и уж тем более с позором не выгоняли.

– Молодец эта Ида, – одобрительно заметил старший лейтенант.

– А я тебе говорил, что любовь у них, притом взаимная. Вон как друг за дружку горой. Но я чего Гришку-то вспомнил. Он ведь в курсе убийства Селивановых. И сегодня, ко мне когда зашел, свою версию озвучил.

– Да? И какую же?

– Мол, это семейные дрязги.

Оперативник невольно усмехнулся:

– Ну, прямо Шерлок Холмс. Методом логики и дедукции, не выходя из комнаты, взял и распутал сложное преступление. Да, сомнительно это, Валера. Какие семейные дрязги? Кому обоих братьев надо было убивать? Уж точно не бывшей жене. Она могла точить зуб на старшего, но младший-то ей чем помешал? Да и проверили мы ее. Не при делах она. А дочка-студентка и подавно. Тем более что у последней алиби есть.

– Вот я тоже засомневался, – признался Денисов. – Может, мы с тобой, конечно, чего-то пока и не знаем.

– Да мы вроде проверили всю родню. Там остались только эта дочка да сын, который сейчас в больнице в тяжелом состоянии… Кстати, как он там?

– Врачи говорят, пока не очнулся. Но с такой травмой – неудивительно.

– Мне врач вообще сказала, что чудо будет, если в своем уме останется.

– И такое может быть. По голове ведь мальчонку тюкнули, и не газетой.

– Значит, пока будем отрабатывать заводскую версию. Валера, а как бы мне с этим твоим товарищем встретиться, из ОБХСС? Потолковать о деле, по которому проходил младший Селиванов. Раньше-то у меня там был знакомый, но он давно перевелся в другое место.

– Это я могу устроить, – кивнул следователь. – Хотя чувствую, Вадик, разворошим мы там с тобой цельный гадючник.

– А куда деваться? – вздохнул Вадим. – Убийцу обоих братьев найти надо. Иначе нам с тобой устроят цирк с конями. А насчет гадючника… Так не первый раз ведь.

– И не говори. Тогда насчет Селиванова я тебе позвоню, скажу, к кому и куда подойти.

– Заметано. Будем работать. Если что – на связи.

– Да, ты тоже звони.

Вернувшись к себе, Куликов решил составить план действий. Версия, что причина убийств братьев Селивановых кроется в их мутных делишках на заводе, обретала смысл. Кстати, а что же они там такого творили? Старший лейтенант потер подбородок. Вряд ли все ограничилось одними списанными инструментами, будь они хоть трижды ценными. И сомнительно, что это было поставлено на производственный поток, – частые пропажи заметили бы даже при очень хорошем покрывательстве, это к гадалке не ходи. Нет, там было еще что-то. Оперативник призадумался. Какие самые частые преступления бывали на производствах? В основном это, конечно, были кражи. Ну, еще, может, левая бухгалтерия, но это, скорее всего, не тот случай. С завода чаще всего крали производственные материалы, ну, и те же инструменты. Надо бы проверить, с чем работали на «Молоте». Цветмет там однозначно был. Те же медь и бронза. А некоторые, как слышал Вадим, работали и с драгметаллами типа серебра, золота, платины. Куликов вздохнул. У него возникло предчувствие, что на этом заводе он увязнет, как заблудившийся путник в трясине.

Под конец дня объявился Шумов. Вид у него был усталый и замотанный. Он тяжело плюхнулся на стул и выругался:

– Черт!

– Что, совсем? – посмотрел на него старший лейтенант.

– Ну, может, не совсем, но близко. – Женя выдохнул и достал с полки кипятильник. – У этого младшего Селиванова собутыльников было – как грязи на дороге по весне.

– И установил ты не всех.

– Да мы с тобой вдвоем их и до нового года не установим. Он чуть ли не с половиной города пил. С кем-то периодически, с кем-то часто, а с кем-то разок. Притом по всем районам.