Текст книги "Костры из лаванды и лжи"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kostry-iz-lavandy-i-lzhi-291946.jpg)
Автор книги: Валерия Шаталова
Жанр: Любовно-фантастические романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
– Так, – кивнула Женя, краснея. – Только ударение на последний слог: Эжени́. И теперь принято даже к девушкам обращаться не мадемуазель, а мадам[7]7
Во Франции с 29 декабря 2012 года введён полный запрет на употребление государственными службами в деловой переписке слова «мадемуазель» путём замены его на «мадам». Аргументация – запрет вторжения в личную жизнь женщины публичной декларацией её семейного положения. В общественных местах также придерживаются этого правила.
[Закрыть]. Нет статусной дискриминации и всё такое. Но это не важно! Я во Франции не была с детства, после того как… – Она осеклась. – Да я даже на самолёте не летала ни разу! В сознательной жизни имею в виду. Не могу я поехать! И вообще, странное какое-то объявление. Наверняка подвох есть. Я вот где-то читала, что так девушек молодых заманивают, а потом воруют и в рабство продают.
Макс остановился и закатил глаза:
– У-у-у, как всё запущено. Где твой дух авантюризма? Где импульсивность? Почему так сложно поверить в реальный шанс? Поверить в себя? Это тебе ведь не «Любовь по предсказанию»! – Он схватил с полки книгу и ткнул пальцем в обложку с одноимённым названием[8]8
Речь о реально существующей книге Дарьи Урбанской «Любовь по предсказанию».
[Закрыть]. – Тут гадать не надо! Есть вакансия, есть соискатель. Всё четко и прозрачно.
Но Женя лишь упрямо поджала губы, покачала головой и поставила книгу на место.
* * *
Настроение по дороге домой было, как обычно, не радужное. Женя мысленно перебрала список потенциальных причин дядиного недовольства, но вроде бы сегодня всё должно быть в порядке. Зайдя по дороге в супермаркет, она закупила продукты по списку, который получила утром, и, перекосившись на одну сторону от тяжести пакета, направилась домой.
Дяди Кости в квартире не оказалось, и Женя вспомнила, что по средам у него йога. Впрочем, насладиться одиночеством ей не удалось – он пришёл почти вслед за ней. Женя успела только разуться и как раз разбирала на кухне пакет с покупками.
Дядя явно пребывал в приподнятом настроении. Йога каждую неделю творила с ним чудеса. То ли и правда выполнение асан благотворно влияло на его энергетические каналы, то ли всему виной инструктор группы, которая на прощание каждый раз нежно обнимала всех своих учеников, о чём дядя часто рассказывал с блаженной улыбкой на лице. Мурлыкая себе под нос незатейливый мотивчик, Константин Игнатьевич приветливо кивнул племяннице и утащил со стола яблоко.
В коридоре зазвенел телефон, и дядя, пробормотав: «Я отвечу», вышел из кухни.
«Воистину йога – лучшее изобретение гималайских лам, дай бог им здоровья и долгих лет жизни!»
– Да, привет, Тома, и я рад тебя слышать! Подожди минутку, я посмотрю расписание…
Дядин голос звучал приглушённо. Судя по всему, он прижал трубку плечом, пока листал свой ежедневник с записями сеансов. Но Женя сразу поняла, кто звонит. Они были так давно знакомы, что, конечно же, дядя Костя не называл свою добрую приятельницу и постоянную клиентку Тамарой Владимировной.
Внутри всё похолодело.
– Во вторник, в пять, у меня есть окно. Записываю?
«Может, обойдётся? Пожалуйста… Пожалуйста…».
Женя бесшумно подошла ближе к двери кухни, вслушиваясь в разговор.
– Да, конечно, Тома. Согласен. А-а, проблемы на работе?
«Нет, нет, нет. Не говорите ему!»
– Нужно посмотреть твои потоки энергии Ци. А ты стол-то переставила? Я же предупреждал, что нельзя располагать рабочее место напротив двери. Понимаю, что так лучше видно сотрудников, но ты должна верно расставлять приоритеты. Для стола лучше выбрать северную часть помещения и…
Женя нервно схватилась за пуговицу на блузке и принялась её крутить. В глубине души ещё теплилась надежда, что Тамара Владимировна удовлетворится инструкцией по перестановке и не станет развивать тему.
– Ах, не об этом. Так, а что… а-а-а, поиски нового сотрудника предстоят. Что значит, она уволена?!
Нитка, удерживающая пуговицу, оборвалась под звук грохота, с которым дядя Костя швырнул трубку телефона.
– ЕВГЕНИЯ!!!
Глава 3. Блудница в библиотеке
Чашка с успокоительным сбором № 12, который трясущимися руками заварила Женя, была с гневным криком разбита о стену. И теперь на светло-серых клетчатых обоях расползалась уродливая клякса.
– У меня есть ещё две недели, – в сотый раз повторила Женя, осторожно сметая фарфоровые осколки в совок. – По Трудовому кодексу. Я найду другую работу.
– Найдёшь, как же, держи карман шире, – зло процедил дядя. Он стоял, опираясь кулаками на стол, сведя брови к переносице, и больше смахивал на разъярённую гориллу, чем на светлого мага. – У тебя карты в перевёрнутом положении! Шут – недостаток опыта, слабый профессионализм, а в сочетании с Двойкой жезлов – бесперспективность!
– Но это старый расклад. Быть может… Может, уже поменялось всё. Я в библиотеке почти полгода работаю. И потом, у меня всё же высшее образование.
Константин Игнатьевич качнулся вперёд, затем выпрямился, продолжая буравить её тяжёлым взглядом. Вдруг резко развернулся и вышел из кухни.
Женя выбросила осколки, взяла другую чашку и залила кипятком щепотку ароматных трав. Гладкие фарфоровые бока согревали ладони, заледеневшие от нервного напряжения. Не успела она сделать первый глоток, как из дядиного кабинета донеслось:
– Колесо фортуны перевёрнуто – проблемы, отсутствие прибыли. Так, а здесь у нас… Дьявол!
От резкого выкрика Женя подавилась чаем и закашлялась.
– Это как же я проглядел-то? – причитал дядя. – Вот же оно, вот. Колесо фортуны в сочетании с Дьяволом – позорное увольнение. Вот девка бестолковая! Ведьминское отродье! Высшее образование у неё, как бы не так!
Он вернулся в кухню и ткнул пальцем в направлении Жени:
– Поделом, что мамаша твоя сгорела в адском пламени. Это знак провидения! Наследственность у тебя дурная! Оттого ты и боишься огня, это всё генетическая память ведьминских предков!
Дядя Костя вплотную подошёл к съёжившейся Жене, выхватил из её рук чашку и шумно отхлебнул.
– Я найду… – промямлила она. – Две недели ещё…
* * *
– Отступи на полшага назад, – попросил Максим, – ага, то, что нужно!
Он делал снимок за снимком, то со вспышкой, то без, постоянно менял настройки, выбирал правильные ракурсы. Перед объективом смартфона Женя испытывала робость: смущалась, отводила взгляд в сторону, прятала лицо за стопками книг, что держала в руках. Поначалу она с энтузиазмом восприняла предложение Макса побыть моделью для библиотечных соцсетей. Ради этого он даже отпросил её у Тамары Владимировны, приложив к просьбе коробку с пончиками. Заведующая устоять не смогла.
– Ну когда всё уже? – Женя успела пожалеть о том, что согласилась. Чувствовала себя неловкой деревянной куклой. И от того, что Макс видит её такой, становилось ещё более неприятно.
– Мы только начали вообще-то. После Беляева у нас в списке Уилки Коллинз и Кафка. А перекинь косу вперёд через плечо, а? Вот, супер!
– Какой-то разношёрстный набор и везде буду я?
– Позвать тебе в пару нашу Грымзу?
– Что?
– А мысль забавная. Так и вижу кадр, где вы стоите, растрёпанные, раскрасневшиеся, и тянете каждая на себя последний экземпляр «Превращения», – он улыбнулся. – Ну как на распродажах девчонки хватают одну и ту же шмотку и…
– Это глупо, – оборвала Женя его фантазии. – Не буду я фотографироваться с Тамарой Владимировной.
– Эй, ну нельзя быть такой серьёзной, Жень. Я ж пошутил.
Она насупилась и принялась расставлять книги по местам.
– Так, понятно, – Максим убрал телефон в карман. – Нам нужно сменить обстановку. Идём.
Он быстро растолкал Беляева по полкам. Женя хотела было возмутиться, что не в том порядке, но потом вспомнила, что ей осталось провести в библиотеке всего-то две недели, а за это время вероятность того, что заведующая углядит оплошность, стремилась к нулю.
«Хотя с моим-то везением…»
Однако Максим уже развернул её лицом к выходу из этой секции и положил руку меж лопаток, несильно подталкивая вперёд. Его уверенное прикосновение отдалось в душе такой нежностью, что хотелось идти с ним куда угодно, лишь бы не разрывать контакта.
– Ну как тебе здесь? – загадочно спросил Макс, когда они наконец остановились.
– Эм-м… – Женя недоумённо огляделась. Стеллажи с книгами были точно такими же, как и во всей библиотеке. Ряды цветных корешков убегали вперёд вдоль прохода.
– Это же самое романтичное место во всей библиотеке, – сообщил он, понизив голос, и картинно подвигал бровями.
Если Макс считал это место особенным, то и она согласна. Главное, что он был рядом, спина ещё помнила тепло его руки, запах его парфюма приятно обволакивал грейпфрутовой горчинкой и свежестью. Женя ощутила, как зарделись щёки, а потому поспешно опустила голову и уставилась на его синие кеды.
– Эй, ты не туда смотришь. – Он пощёлкал пальцами, вынуждая её поднять взгляд выше. А затем постучал по корешкам книг.
– «Романтическая проза», – прочитала она табличку на стеллаже. – А-а-а…
– Ага, – кивнул он.
И они оба рассмеялись.
– Вот такой ты мне нравишься больше. У тебя красивая улыбка, Жень. И не смей больше её прятать, прикрываясь книгами. Хорошо?
– Хорошо, – снова улыбнулась она.
– Вот и супер. А теперь помоги мне, ладно?
– Эм-м… – Женя вновь озадачилась.
– Мне не для библиотеки, а для моего книжного блога. Хочу марафон ромфанта объявить. А у меня вся лента забита моей патлатой башкой. Надо разбавить девушкой с романтической книгой в руках, и ты для этого идеально подходишь. Рыжая и красивая. И антураж здесь что надо.
Женя вспыхнула от комплимента и закрыла лицо руками.
– Так, я что тебе говорил? Улыбку не прячем, подбородок выше. Сейчас, где-то здесь была… – Он провёл пальцами по корешкам книг. – Ага, вот. Дилогия «Ампелос»[9]9
Речь о реально существующей дилогии «Ампелос» Валерии Шаталовой, в которую входят книги «Венские вафли. Спецзаказ мага земли» и «Золотые нити. Огонь, земля и клочок шерсти».
[Закрыть], то, что нужно. Ты читала?
– Нет.
– Ну и зря. Там как раз про библиотеку. – Максим выудил из кармана телефон. – Итак, акт второй, действие первое. Жень, плечи-то расправь. Во-о-от.
Он сделал несколько кадров.
– Свободнее. Голову чуть вправо. Ага. Так, не закрывайся. Просто расслабься.
Внезапно Макс перестал фотографировать и оценивающе посмотрел на неё.
– Слушай, так не пойдёт… – Он подошёл почти вплотную и серьёзно произнёс: – Нужно добавить больше страсти, это же ромфант, а не «Война и мир», понимаешь? Не возражаешь, если я?..
Макс протянул руки, осторожно, словно боясь спугнуть, и медленно расстегнул пуговицу на Жениной блузке под самым горлом. А затем ещё одну. И ещё. Женю просто парализовало потоком нахлынувших эмоций. Всё, что она могла делать, это хлопать глазами и беззвучно раскрывать рот. А парень тем временем как ни в чём не бывало проговорил:
– А хочешь расскажу, чем в библиотеке герои этой книги занимались?
– Вот и мне интересно, – раздался позади Макса строгий голос Тамары Владимировны. – Чем это вы тут занимаетесь?
Женя от неожиданности дёрнулась всем телом и врезалась плечом в стеллаж, от чего тот ощутимо зашатался. Макс кинулся придержать книги, готовые посыпаться с полок, и открыл заведующей вид девушки с полыхающими щеками и бесстыже расстёгнутой блузкой. Тамара Владимировна картинно схватилась за сердце и воскликнула:
– Это что ещё за выкрутасы? И суток не прошло, как я тебя уволила, и ты решила, что можно распутством заниматься прямо в стенах библиотеки?!
– Вы всё неправильно по… – начал Макс, но заведующая даже не взглянула в его сторону.
– Какой позор! Какое бесстыдство! – с каждой фразой её голос набирал обороты. – Тридцать семь лет я работаю в библиотеке! И никогда! Слышишь, ты?! Никогда ещё никто не додумался устроить тут бордель…
Сама Тамара Владимировна от негодования тяжело дышала и цветом одутловатого лица походила на помидор. Казалось, ещё немного, и её хватит удар. Женя в ужасе отвернулась и трясущимися руками пыталась застегнуть проклятые пуговицы. Макс растерянно переводил взгляд с одной на другую, совершенно не понимая, в чём причина столь бурной реакции.
– Вон! – наконец взвизгнула Тамара Владимировна. – Чтобы я тебя здесь больше не видела! Путана! И никаких двух недель отработок, завтра же заберёшь трудовую у бухгалтера! Блудница!
Она развернулась и пошла прочь, бормоча себе под нос:
– Господи Иисусе, какой скандал! Какой скандал…
Когда голос заведующей стал неразличим, Женя попыталась боком проскользнуть мимо Макса. Она вжалась спиной в стеллаж, лишь бы лишний раз не соприкоснуться с парнем.
– Эй, ты куда это собралась? – он схватил её за плечо, разгадав манёвр.
– Ты же всё прекрасно слышал, – бесцветно прошептала она, глядя в пол. – Пойду собирать вещи.
– Ну не глупи, Жень… – Максим неодобрительно покачал головой. – Не знаю, чего Грымзу так переклинило. По закону она не имеет права.
– Как я тут останусь после такого позора?!
– Да о чём речь вообще? Мы же не в Средневековье живём! Так, я всё улажу. Это же в конце концов моя вина. Ты, главное, никуда не сбегай. Дождись моего возвращения. Ладно?
– Ладно, – послушно кивнула она, но стоило ему уйти, немедленно направилась к своему столу и принялась складывать в сумку то немногое, что принадлежало лично ей.
* * *
Женя присела на скамейку в сквере неподалёку от библиотеки и спрятала заплаканное лицо в ладонях.
– Ну вот и всё.
«Что бы Макс там ни говорил, сколько бы сладостей ни принёс Тамаре Владимировне, своего решения она не изменит, это очевидно. Будет чудом, если он сможет уговорить её хотя бы не сообщать о произошедшем дяде Косте. Как же глупо вышло! Зачем он только полез? И пуговицы эти проклятые!»
Женя грустила, занималась самоедством, утирала рукавом подступающие слёзы. Злилась то на Макса, то на себя, то снова на него. Время шло, и с каждой минутой ругать себя становилось всё более бессмысленно. Тогда она просто зажмурилась, откинулась на спинку скамьи, подставляя лицо полуденному солнцу. Тёплые, ласковые лучи приятно согревали кожу.
«Как может такой прекрасный летний день быть таким ужасным?»
В сумке завибрировал телефон, на экране высветилось изображение Макса. Жене очень нравилась эта фотография – располагающая улыбка; взгляд хитрый, чуть с прищуром; в руке зажат стаканчик кофе, а за спиной виднеется гриф гитары. В этом и был весь он – лёгкий, позитивный, со щепоткой отвязности, которой было ровно столько, чтобы не перейти черту и не встать в один ряд с плохими парнями из книг раздела «Современные любовные романы».
– Жень, сбежала всё-таки! – раздался в трубке его укоризненный голос. – Ты где сейчас? Далеко уехала?
– Да не особо. В сквере я.
– В нашем?
– Угу.
– Отлично! Дуй обратно.
Женя вскочила со скамейки:
– Что? Что она сказала? Меня оставят?
– Не-а, упёрлась насмерть, коза старая. Я только и смог уговорить, чтоб домой тебе не звонила…
Женя поникла и вновь села на скамью, а Макс продолжил уговаривать:
– Да и плевать. На кой тебе эта библиотека сдалась. Но ты всё равно возвращайся! У меня просто бомбические новости!
– Я туда больше не пойду, Макс. Хватит с меня позора.
– Да чего ты как…
– Как кто? Блудница?! – нервно выкрикнула Женя и тут же отвернулась, пристыженная любопытным взглядом проходящего мимо мужчины.
– О-о-о, – протяжно раздалось в телефоне. Макс наверняка ещё и глаза закатил. – Жаргон времён динозавров. Жень, давай уже, соберись! Не хочешь приходить, ладно. Тогда я тебе сейчас ссылку на анкету перешлю на почту. Она на французском, а я ни фига не шарю. Меня хватило только ответ с помощью онлайн-переводчика накатать.
– Ты о чём сейчас? – она нахмурилась.
– Так об объявлении том, французском. Я от твоего имени откликнулся.
– Максим! – Женя вновь вскочила и стала расхаживать из стороны в сторону. – Ну зачем? Ты не мог…
– Да мог, мог. Вчера написал им. А сегодня они ответ прислали, что готовы рассмотреть твою кандидатуру, но надо чего-то там заполнить. Офигенно же! Только я не понял толком, что там заполнить надо. Куча бланков каких-то. Так что давай уж сама, а то за мой французский тебе потом придётся долго извиняться.
Женя отнекивалась, вздыхала, но в конце концов сделала вид, что согласилась. Через пару минут телефон звякнул, и на экране появилось уведомление о новом непрочитанном письме в почте. Она не глядя смахнула значок и вместо этого открыла сайт с вакансиями. На самом деле энтузиазма Максима Женя абсолютно не разделяла и уезжать из страны не собиралась. Но этот звонок её немного встряхнул. Выбрав несколько подходящих вакансий, она остаток рабочего дня потратила на посещение книжных магазинов.
Спустя несколько часов Женя подошла к дому измотанная и совсем поникшая. Всё же четыре отказа из четырёх. Сама не понимала, почему, заходя в кабинеты к потенциальным работодателям, начинала дико нервничать, запинаться, а в голову лезли лишь нелепые ответы на каверзные вопросы:
– Почему вы ушли с предыдущего места работы?
«Макс расстегнул пуговички…»
– Как справляетесь со стрессом на работе?
«Макс приносит булочки…»
– Каким был ваш самый большой успех на прошлой работе?
«С Максом познакомилась».
– А самая большая проблема?
«Пирофобия!!!»
Сомнительно, что именно это ожидали услышать менеджеры по подбору кадров, поэтому вслух Женя мямлила банальные фразы, щедро приправленные растянутыми «э-э-м» и «х-м-м».
Завтра она, конечно, продолжит поиски работы, но в голове уже привычно зудела мысль, что она действительно никчёмная и бесполезная.
Как только она открыла дверь в квартиру, в нос ей ударил сладкий цветочный запах. Женя вспомнила ярко-жёлтую этикетку эфирного масла: «Иланг-иланг – лучший помощник во всех случаях, связанных с тревожностью. Ему по плечу любая нервозность и раздражительность». Вот только чересчур удушливый запах успокоению никак не способствовал. То ли дядя снова перепутал пропорции и накапал в аромадиффузор слишком много масла, то ли Женя уже переступила черту безнадёжности. Единственным её желанием было не лечь и расслабиться, а открыть все окна и как следует проветрить квартиру.
Прошмыгнув мимо дядиного кабинета, откуда доносились приглушённые голоса, Женя вошла в кухню и открыла форточку. Деревянная рама с громким щелчком распахнулась, впуская летний ветерок. Дышать стало чуть легче.
– Евгения! Ты пришла? Зайди ко мне, – крикнул дядя Костя.
Странно, ведь он никогда прежде не вызывал её во время работы с клиентами. С дурным предчувствием Женя толкнула дверь кабинета. Привычный полумрак давил концентрированным запахом благовоний и тяжёлым присутствием Константина Игнатьевича. А вот субтильный мужчина в светлой рубашке с коротким рукавом, напротив, с интересом осмотрел Женю сверху донизу и радушно улыбнулся. Но улыбка вышла какая-то масляная.
– Подходит, – кивнул он, вместо приветствия, – беру.
– Вот и чудно, – дядя Костя пожал руку клиенту. – Евгения заканчивает работу в библиотеке через две недели.
– Но уборщица мне нужна уже сейчас, – возразил мужчина. – Я не могу столько ждать.
«Уборщица?!»
Внутри вспыхнуло негодование.
– Дядя Костя… – начала было Женя, но тут же была остановлена взмахом руки.
– Хорошо-хорошо, – поспешно закивал он посетителю. – Я улажу этот вопрос.
– Но дядя Кос…
– Сейчас я сделаю один звонок. А вы пообщайтесь пока.
Он шаркнул стулом, поднимаясь из-за стола. Проходя мимо Жени, ощутимо подтолкнул её в сторону клиента. Затем в коридоре заскрежетал диском стационарного телефона.
«Он что, Тамаре Владимировне звонит? О нет! Только не это!»
– Я Леонид, – представился подошедший ближе мужчина, протягивая ладонь для рукопожатия.
Женя робко вложила свою руку, но всё её внимание было приковано к разговору дяди и заведующей.
– Ой, что сейчас будет, – случайно прошептала она вслух.
– Не сейчас. Ты мне в субботу нужна. В моём клубе планируется грандиозная вечеринка. Я называю это «ночь пик». Танцы до утра, разбитая посуда, разлитые напитки, ну ты понимаешь, что такое отвязная тусовка. Персонал нужен в полном составе. И надень что-нибудь не такое старушечье.
– Что, простите?
Женя поняла, что мужчина до сих пор сжимает её руку, и деликатно отстранилась.
– В скафандре, говорю, не жарко тебе? Застегнулась наглухо.
Она невольно прикрыла ладонью ворот блузки – вдруг и этому приспичит на ней пуговку расстегнуть.
– Константин, значит, твой дядя, да?
– Угу. – Женя вновь посмотрела на дверь, но как проходит беседа с Тамарой Владимировной, было непонятно.
– А скажи: дядя Лео.
– Дядя Лео, – произнесла она машинально, а потом одумалась: – Что, извините?
– Повтори ещё, – попросил он, поправив ремень на брюках и покачнувшись на пятках.
– Да что… – подозрительно начала Женя, одновременно делая шаг в сторону двери.
– Я всё уладил, – на пороге кабинета возник довольный собой дядя Костя. – Завтра в пять заберёшь трудовую в бухгалтерии. Я, правда, не понял, отчего так поздно. Тома сегодня что-то не в духе.
А вот Женя как раз поняла. По пятницам заведующая работала до четырёх. Видимо, ей настолько не хотелось пересекаться с Женей, что она назначила столь позднее время. Но, по крайней мере, она не рассказала про сегодняшний инцидент, как Максим и обещал, – дядя Костя выглядел хмурым, но это его привычное состояние, злости в нём не чувствовалось.
После ухода Леонида других клиентов больше не было, так что вечер прошёл относительно спокойно. За ужином дядя привычно ворчал и занудствовал, а потом закрылся в своей спальне-кабинете и больше оттуда не показывался. Применив все возможные меры предосторожности, Женя аккуратно вытащила из дыры в подкладке сумки смартфон, который сегодня контрабандой пронесла домой, заранее отключив на нём звук. На всякий случай максимально убавив яркость экрана, она допоздна просматривала сайты с вакансиями и рассылала резюме на любые, хоть немного подходящие вакансии.
– Это же надо! Уборщицей меня устроил, хрен луговой![10]10
Хрен луговой, или хрен гулявниковый (лат. Armoracia sisymbrioides) – многолетнее травянистое растение, вид рода Хрен (Armoracia) семейства Капустные (Brassicaceae). Крупный многолетник с длинными мясистыми корнями толщиной более 1 см.
[Закрыть] – еле слышно возмущалась она себе под нос. – Ну просто ни в какие ворота!
Но она понимала, что если за завтрашний день у неё не появится реальных альтернатив, то придётся ехать по адресу, который перед уходом оставил этот странный, до жути неприятный Леонид.
Наутро Женя как ни в чём не бывало положила себе в контейнер обед и вышла из дома, делая вид, что едет на работу в библиотеку. Вместо этого она отправилась в любимую кофейню и, оккупировав столик в самом дальнем углу, с надеждой открыла почту на смартфоне. Увы, её ждало разочарование – на некоторые запросы уже пришли ответы, но без какой-либо конкретики: «Благодарим за ваше резюме, мы свяжемся с вами позднее».
– Когда позднее-то? Мне сейчас нужно!
Вздохнув, она достала ручку, блокнот и стала составлять перечень библиотек, которые она планировала сегодня обзвонить, а кое-куда и успеть съездить до часа икс – пяти вечера, когда ей нужно было забрать трудовую.
К концу дня она обзавелась внушительным списком обещаний перезвонить и тремя скудными перспективами: менеджер по холодным звонкам, кассир в книжном магазине и книжный агент. Последнее вроде звучало неплохо, а на деле – ходить по офисам с авоськой детской литературы и пытаться продать людям книги даже Жене показалось архаичным. А уж Максим так и вовсе обозвал пережитком девяностых и, конечно, вновь и вновь забрасывал её сообщениями, агитируя за Францию.
«Вот же далась она ему!»
Рассердившись, Женя перестала заглядывать в чат и даже не предупредила, что заскочит сегодня на теперь уже бывшую работу. Выслушивать мотивационные речи о переезде просто не было сил. А Макс на этом будто зациклился.
«Надо просто немного подождать. Поиск работы – процесс не быстрый. Похожу ещё по собеседованиям, разошлю резюме везде, где только можно. Если с книгами не сложится – что ж, придётся искать в другой сфере. Что-то да подвернётся, – рассуждала она, подходя к зданию, что полгода служило её вторым домом. – Что-то получше уборщицы! И вопрос о заграничных далях отпадёт сам собой».
Правда тут же в голове зазвучал потенциальный упрёк Макса из будущего:
«Устала? Тяжело? Денег мало? А я говорил, надо было во Францию ехать».
Порой он действительно ворчал похлеще Тамары Владимировны. Зато пел красиво, проникая лирическим баритоном в самые потаённые уголки души, вызывая мурашки по всему телу. Жене вдруг нестерпимо захотелось снова погулять с ним по парку, послушать его голос, посмотреть, как длинные пальцы перебирают гитарные струны.
«Может, завтра? Он ведь не откажется прогуляться? – Женя вздохнула. – До работы в клубе. А лучше вместо… Точно! Ну не идти же к этому «дяде Лео» на самом деле! Дома, конечно, будет жуткий скандал… – она тряхнула головой. – Отвлечься бы от всего! Скажу Максу, что мне очень нужна поддержка, что не хочу про работу, хочу песен. – Она вывернула из-за угла по направлению к главному входу в библиотеку. – И ещё скажу про пуговички. Что я не сержусь больше. Ну, что я не против. Наверное. То есть мы могли бы…»
Внезапно она подняла взгляд, выныривая из своих романтических планов, и поражённо замерла. Женю словно под дых ударили, выбив все мысли, оставив внутри холодную пустоту. Тысячи крючковатых игл вонзились в сердце и стали медленно вырывать один клочок души за другим. Но Максим этого не видел. Он стоял спиной, опираясь ладонью о колонну, а второй рукой прижимал к себе стройную блондинку. Летний ветерок игриво трепал русые волосы Макса, полы его рубашки и оранжево-красную длинную юбку неизвестной девушки. Женя схватилась за стену, потому что земля под ногами покачнулась. Она снова и снова пыталась вдохнуть, но воздух вокруг исчез. Пламенный поцелуй Макса и незнакомки всё никак не заканчивался, и даже закрыв глаза, Женя видела его. Видела их. А потом струящаяся юбка незнакомки полыхнула, затрещала зловещими искрами, выжигая остатки реальности.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?