![](/books_files/covers/thumbs_240/terakt-vgosdume-ili-kreschenie-istinoy-ili-kreschenie-istinoy-288457.jpg)
Автор книги: Виктор Девера
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Международному капиталу привлекателен только дешевый труд и ресурсы с дискриминационными условиями слабых. Общество обязательно придет к третьей мировой войне, если не найдет мирного решения в экономической войне дешёвого труда и жизни Юга, с дорогими условиями существования на Севере планеты. Именно этот факт, взятый религией Юга, противопоставил христианскую цивилизацию другим.
Ведь терроризм и сепаратизм – это тоже придаток к биржевой войне фашиствующего капитала с оружием эгоистического национального сознания, ради денег и власти. Политика эта нашла в мусульманской религии благодатную почву. Однако политики оппозиции тоже не имеют права предоставлять интересы народа, и вести такую борьбу, если в стране за ними не имеется большинства серьёзных сил социального представительства. И пока вера, или народ не открестятся проклятьем и не отмежуются от такого эгоистического властвования осуждением, они должны нести ответственность за последствия своих деяний перед народом и всем человечеством, хотя таких форм ответственности мир пока не создал. Только статус и значимость нации и народа в мировой культуре и её истории мог бы быть такой формой ответственности. Тогда угроза понижения статуса не позволила бы делать глупостей.
Это позволил бы любые поросли агрессивного насилия остановить, как вирус национально-религиозного фундаментализма, который сросся с рыночным фундаментализмом наживы. Кровавые методы этого постоянного передела только передают власть и дивиденды из одних коварных рук в другие, загоняя мир еще в больший тупик.
Такой алчный мир не может постоянно жить в торговой конторе мещанского благополучия. Это матрица зла. Прогресс, зомбируя деньгами толпу выдрессированных корпоративных посредственностей, создает техническое сознание эрудированного мещанина-мутанта. Но общее развитие цивилизации толкает развитие духовного потенциала людей, который требует свободы творческого выхода без оков денежной протекции. Противоречия рано или поздно приведут мир еще к одному конфликту. Этот конфликт может слиться с этническим конфликтом цивилизаций, так как капитал уже отделился от национальных государств и от самой общественной необходимости жизни людей, став дубинкой для них, диктуя миру свои условия, а ради чего, ради какой жизни, и какой власти?
Думаю, опять русским придется стать теперь уже тем опущенным мостом разума, по которому пройдет цивилизация к вратам будущего, чтобы не попасть в ров вражды, воюя с противоречиями культуры независимого индивидуализма.
Тем более обидно было слышать, за прошлое, нам за наше добро цивилизации, что мы сотворили своим братьям, когда нам на базарах говорили: «Пошел вон отсюда, русский свинья. Уезжай в свою Россию». Вы не видели, с каким наглым удовольствием безнаказанности насиловали русских девушек и сметали маленькие магазинчики, предприятия, где собственниками не были национальные представители.
Нас вытеснили из руководства во всех бывших союзных республиках и лишили права на почетный труд. «Чемодан-вокзал-Россия» стал призывом для нашей нации. Нас вынуждали продавать всё за гроши и уезжать, и эта политика была целью дискредитации и ограбления. А эти ведущие говорят, что русские возвращаются потому, что в России жить стало хорошо. Хорошо стало жить тем, кто захватил рынки с живыми деньгами, а не нам, русским патриотам, которые имеют способности к интеллектуальной работе по поднятии чести страны. Иногда мне кажется, что в России остались одни посредственности, или национальные враги, готовящие почву для будущей волны сепаратизма и распада России, так как право организовать свое дело получили заграничные большие деньги и разнообразные НКО. Элита пятой колонны, нахапавшая денег, организовала даже свои партии и засела в органах и Госдуме. Народ стал в большей части наемниками на их предприятиях, для зарабатывания на нас денег и прятать заграницей.
Баланс между возможностями общества и потребностями в ней патриотов исчез. Я вот также как-то выступала на заседаниях подобных партий. Говорила о освобождении финансовой системы от иностранного влияния, как сделать так, чтобы иностранные товары не убивали нашу промышленность заниженными ценами, а только качественными показателями и оптимизировать доходы коммерсантов чтобы не было необоснованного расслоения, мне без объяснения вход закрыли. Тоже можно сказать и продвижению новых взглядов. Назревает новый бунт между возможностями общества и способностями государства ликвидировать этот конфликт.
Такие, оказавшись у власти и закона, не рады и русским возвращенцам из бывших союзных республик, а вот другим нациям с легкостью дают российское гражданство и работу, собирая за эту услугу мзду. Надеюсь, что наша страна переживет и эту деградацию в управлении, ведь поднимать их самостийность направляла лучших людей.
Один переезд, говорят у нас на Руси, хуже двух пожаров, а нам пришлось в спешке сделать их несколько в одном поколении. Вы думаете, здесь, в России, нас встретили с распростертыми руками? Отнюдь нет. Нас встретили холодом и безразличием. Даже в других государствах иногда встречали лучше. Наша же страна боится национальной политики – видите ли, опасно, они же, получив гражданство стараются организовать свое дело, заботясь о своем кармане, а защищать страну и умирать за неё торопятся.
В обществе зреет недовольство и равные права надо заслуживать. Почему потомки, предки которых никогда не проливали в боях кровь за эту землю, не умирали от голода, осваивая земли и поднимая экономику страны, сегодня платят такой же подоходный налог и такой же налог с прибыли, как и мы, у которых в каждом потомстве горечь утрат за защиту страны. Приезжие получили равное с нами право селиться на уже обжитых нами землях, не оплачивая даже услуг освоения этих земель, пусть даже дифференцированно, по степени освоения. Более того, могут выбираться в представительные органы власти, сохраняя порой двойное гражданство. Кто и зачем ведет страну к диссимиляции и стирает наше историческое величие, гордость и национальное самосознание?
Мои предки, ложась костями на каждой пяди этой земли, создали это государство, его независимость, культуру и мощь в первую очередь для защиты своих интересов и быть элитой своей страны. Так почему же нации, которые на иностранные деньги играют в «подкидного дурака» сепаратизма, проливая нашу кровь, имеют равный с нами статус государственности? Возможна ли национальная гордость и ответственность за свои деяния? Сейчас они под лозунгами демократии вытесняют нас даже в своей стране из руководства, культуры, и из бизнеса, а ведь только мы являемся его учредителями, гордостью и военной опорой нашей государственности.
Выслушав кипящую на сердце своей собеседницы боль, охранник полностью одобрявший такие взгляды сказал, соглашаясь:
– Этого вам сказать на всю страну не дали бы никогда. В Америке нации упразднены и таких проблем нет, но чернокожее индейское большинство со временем может восстать, если вести политику на их унижение. У нас из-за опаски породить национальную вражду действительно боятся не только проводить обоснованную национальную политику, но даже разговаривать на эту тему. Я бы всем преступникам из них и резервации в Сибири сотворил, и права голоса лишил – общество стало бы чище и спокойнее. Если продолжать молчать, прикрываясь толерантностью, мы обязательно получим эту вражду из-под полы масс, в виде возрождения национализма. Только протекционизм значимости созидания, как вы говорили ранее, может убить национализм.
– Россия не Америка, – возразила девушка, оппонируя к приведенному собеседником примеру из практики другого государства. – В Америке нет национальных корней и культуры отделенной нации. Культура коренных народов там стерта или находится в других странах. Здесь я согласна, что она может еще получить свою порцию этнических конфликтов, и политика национального обезличивания только обострит эти противоречия.
Вы, я думаю, не хотите, чтоб в России культура и интересы коренных народов были тоже стерты? России американский образ жизни неприемлем, она исторически не имеет право развиваться по их сценарию. Это будет поражением её исторической миссии и унижением
Россия не может стать страной обезличенных наций, даже если путем всеобщего унижения в паспортах стереть эту графу, игнорируя национальное самосознание.
Протекционизм созидания и утверждения созидателей во власть, только и может исправить положение. Вот когда в нашей стране каждый прибывший гражданин другой национальности будет стремиться, через свой созидательный труд получить статус представителя титульной нации, получив равные права в великой гордости её государственного и социального созидания – тогда национальные проблемы, возможно, уйдут.
Однако обезличенных свобод и прав, ни для стран, ни для республик и наций, как и для каждого предприятия, либо отдельной личности быть не должно. Нации, которые в составе той или иной страны не имеют своих территориальных образований, должны приобщатся к той или иной национальной принадлежности, приняв культуру, и веру любой существующей нации имеющую территорию в составе государства, если невозможно получение интернационального статуса. Естественно должен существовать единый религиозный совет, занимающийся защитой интересов верующих.
Справедливость равенства прав может восторжествовать только в том случае, если государство мигрантов обеспечит статус своих граждан в другом государстве в соответствии с принимающей значимостью вакантных мест. Данный подход не должен исключать регулирования прав и свобод. При этом процесс любой миграции должен быть оптимизирован, чтобы не угрожать диссимиляцией коренным нациям страны и государственной безопасности.
Политика обезличенного братского интернационализма, как принижения и предательства национальных интересов, уже дала нам свои горькие плоды. Россия без боя потеряла часть своих территорий, даже те, что были законной частью начала её самой. Многое из того, что прикупал царь для казаков у разных племен, и те земли, что были присоединены ещё Ермаком, мы подарили по глупости. Во имя чего? Потеря этого национального состояния – это, практически, потеря статуса не только государства, но и каждого гражданина страны, так, как только национальное, а не частное богатство может отражать первичную значимость каждого гражданина. Кто ответит за это предательство?
Она сама задумалась над своим вопросом и положив на стол недорогие часы, помолчав указала на циферблат, а после молчания продолжила:
– Этим мыслям нужно время осознания, больной стране лекарь, но нет спасительных пилюль истин. Формируются новые границы властей, в нарушение исторических реалий и последующий несанкционированный народами распад Союза. Создался исторический прецедент, в котором новая история кровью будет исправлять ошибки политиков. Россия, как преемник Союза, вправе включать под свою юрисдикцию любую территорию бывшего Союза, если народ этой территории изъявит такое желание. Без решения народа ни одно правительство распоряжаться территорией народа не имеет права. Распад же Союза был сделан против воли народов, а потому и незаконен, как незаконна и, проведенная денационализация, так как была проведена без согласия народа. Нынешняя власть в виде элиты, отделённой от народа – это не царское представительство всеобщего владельца, а всего лишь оперативно управляющая команда представителей управления. Эта власть правом владения достоянием народа не наделена. Продажу и перекройку территорий без согласования с народом надо считать незаконным процессом, а действия подобного рода – предательством интересов, чести и гордости народа со стороны правительства. Ни одна конституция такого права давать не должна.
В некоторых исконно русских территориях русских стало меньше, чем других наций, и там потерян приоритет русского генофонда. Если этот процесс диссимиляции будет продолжаться, Россия потеряет Дальний Восток и даже, может распасться на отдельные государства. Предки восстанут из могил и проклянут нас за нашу дискредитирующую национальные чувства «добродетель» ради мифической демократии. Они создавали это государство не для такого финала потомками. Здесь истина только в том и тогда, когда благо и значимость личности будет в основном зависеть от значимости государства, она потеряна.
– Оно, может быть и так, но слишком мудрёно, – произнес её собеседник и замолчал, а после покачав головой добавил:
– Такая страна, как Россия, да и любая другая страна обязана заниматься протекционизмом наций, которые поддерживают государственную честь и престиж. Международное сообщество тоже должно заниматься протекционизмом тех стран и наций, которые в международную культуру и развитие общей цивилизации вносят наивысший вклад, а не их распад. Поддерживать такой культурный глобализм – значит участвовать в процессе национально-экономического сращивания мира на справедливости. – Терпеливо выслушав собеседницу, он опять задумался и высказал, не совсем уверенно, свое мнение охранник.
– Только экономика, национальное достояние и национальный вклад культуры в общемировое развитие должен давать больший, или меньший правовой статус и решающее право голоса нации в международном представительстве, и более значимое представительство этих стран в мировом управлении.
Вклад той или иной нации в мировое развитие должен создавать условия, чтобы все другие страны стремились привлекать представителей этих стран к участию в их культуре. Никогда статус дикаря из племени людоедов не может быть равным статусу представителя нации, культура которой первой освоила космос и стала достоянием прогресса человеческой цивилизации. Тем более, нельзя допускать суд дикарей над прогрессивным человечеством, а это табу на допуск к свершению суда и права.
Чем больше государство принимает представителей нации с высоким международным статусом, тем выше может становиться статус принимающего государства. Допускать же в свой состав национальности с низким международным статусом – значит, практически, понижать свой международный статус. Только процессом ассимиляции с предоставлением им статуса своей нации, с приобщение к своей культуре, этот процесс понижения можно приостановить, но этот процесс должен быть оптимизированным, а не стихийным. Однако необходимого статусного механизма отношений личностей, пока, ни в одной стране нет.
– Для этого не нужно никаких статусных отношений, кроме законодательства. Все представители наций других стран, которые юридически не представлены в стране даже автономией, не должны иметь право владения землей этой страны, кроме как на правах оперативного пользования.
– Закон предполагает огульный подход, а тут нужна избирательность, а она возможна только на значимости личности.
Иная ситуация может быть, когда определенные свободы создаются по приглашению и согласию между государствами. Чем больше представителей государства будет в других государствах, тем выше должен быть решающий голос страны в решении международных вопросов. Основой этого решающего голоса все равно должно быть учет социально-экономического положения народа, как масштаб и значимость государства в мировом прогрессе.
– Я полагаю, что интернациональную политику в полной мере может проводить только интернациональное государство, как, например, Ватикан, где представлены интересы большинства. В мировом охвате это влияние может проводить только собор наций мира в равной пропорции от всего населения планеты, или по размеру территорий, которыми они обладают. Любое другое государство должно защищать только свои интересы, – возразил охранник собеседнице и добавил:
– Однако остается вопрос, как здесь решать военный интернационализма вопрос?
– Все оторванные от своей страны нации должны иметь выбор – служить в армии международного сообщества или присягать государству, в котором живут. Другого выхода из этих проблем я пока не вижу.
– В мире идет процесс смещения наций и образование межнациональных семей. Как вы изволите относиться к этому процессу и к этим людям? К какой нации их относить?
– Процесс смещения наций может идти несколькими направлениями. Смешанные семьи могут выбирать для себя ту или иную культуру и – по согласию – религию. Либо воспринимать интернациональную культуру, язык и вероисповедание. К сожалению, мир еще не осознал необходимость развития интернациональной культуры, языка и веры, но глобальный прогресс человечества без этого состояться не может. Только людям и семьям с таким интеллектом и статусом должно быть предоставлено свободное перемещение по миру и соответствующие права в государствах. Однако вряд ли мировое сообщество сейчас готово признать эту мысль здравой. Хотя проблемы с равным представительным правом малых и больших государств в международных организациях сегодня создают обострения, где несколько малых государств могут свести на нет решение ведущих мировых держав. Поэтому я полагаю, что националистические движения во всех странах будут противостоять глобализму, пока эти движения не получат правовые формы на национальной основе. Для решения этой проблемы мировое сообщество должно иметь что-то общее, что их начнет объединять.
В этом мире нет народных банков с единой международной валютой, отражающей международное культурное и экономическое значение каждой страны. Международная валюта на экономике какой-то одной страны – это нонсенс человеческого сознания. Практика показывает, что стихия частной наживы ослабляет национальные основы существования государств перенося значимость на частное представительство.
Монопольный капитализм либо должен принять условия содействия национальному возрождению, и оценки вклада капитала по социальной значимости в мировом развитии, либо его лишат мирового господства. Без этого справедливое объединение мира под единым управлением невозможно.
Она хотела еще сказать, что этому процессу нужен и социально-общественный контроль, и социально-плановый оборот, но задумалась, как бы это попроще выразить, и эту паузу он прервал своим следующим вопросом:
– Что делать, если наши, русские, перестали стремиться и к власти, и к бизнесу, а больше пристрастились к независимому творчеству и спокойной, обеспеченной жизни. Да и кто такие мы, русские?
Она усмехнулась:
– Вы думаете, поставили меня в тупик? На этот счет у меня собственное мнение, но расскажу все по порядку:
Во-первых, русские, как я и утверждала – это учредители нашего государства, его культуры и они не стали ни частью Золотой Орды, ни частью Германии, ни Франции, и т д. Они, наоборот, многим государствам, которые сами не были способны к этому, подарили независимость и государственность. Нам неоднократно покорялась Европа, хотя всегда она хотела это сделать с нами.
Наш интеллект народа, хоть и вырезался постоянными войнами и репрессиями, но стал одним из прогрессивных в мире. Мы возрождали самые прогрессивные идеи человечества. Осваивали самые тяжелые земли для жизни на планете и создали самое большое по территории государство на ней. Мы первыми освоили вселенную, и вышли победителями в самых тяжёлых войнах мировой цивилизации. Ни одна нация не может похвастаться такими заслугами. Ни один народ не перенес столько страданий ради торжества мировых идеалов, как наш. Недостойная оценка роли и борьбы русского народа в мировой культуре и истории, а также и в своей стране может заставить спиться любую нацию, если к этому её еще и подталкивать, но мы справимся и с этим, поднимая постоянно его самосознание великой его миссией.
Правительство должно поддержать роль народа в мировой культуре, и вселять эту веру, развивая любую одаренность для создания новых идеалов поклонения. С такой поддержкой он воспрянет и пойдет за ним с энтузиазмом. Покорив их, он снова станет идеалом борьбы для многих народов мира. Статус русской нации и культуры – один из самых высоких в мировом сообществе наций. Мы помогали и помогаем сейчас всем прогрессивным начинаниям и странам, стремящимся к прогрессу.
Интеллект нашей государственности стал прообразом государственной структуры многих государств, которые никакой государственной структуры до нас не имели. Для некоторых мы создали даже письменность. Мы вели за собой половину мира. Многие народы не имели коллективного государственного самосознания и жили личными интересами с осознанием себя и роли в обществе на уровне тейповой стадности – иерархия родовых кланов и общин. Этот образ жизни стал их национальным сознанием. Клановое сознание всегда находится в противоречии с правильным государственным строительством. Находясь у власти они протекционируют и эгоистические клановые связи, вопреки здоровой протекции созидательного отбора управленцев.
Создание прогрессивных отношений государственности было нашей насильственной «прививкой». Если к этому они пришли бы сами, они легче расстались бы с сознанием национально-клановой стадности.
Диктатура такого сознания, зомбированная религией кланово-национальной подчиненности, консервирует прогресс наций. Они, по сути, стали рабами национального сознания, противостоящего прогрессу, и заложниками слабости страны. Условия демократии чужды не только укладу их жизни и религии, но эти религии своим диктатом противодействуют интеграции государств в мировое сообщество. Многие из бывших братских стран не прошли промышленной стадии капитализма и не сформировали сознание высококвалифицированного трудового профессионализма, как и не смогли оформить идею общественно-ответственной интеллигенции, чуждой собственному эгоизму.
Демократические свободы национального безумия, образовавшиеся сегодня, во многих странах создают слабость единого национально-государственного влияния, полагая в основу неформальную кланово-стадную диктатуру различных наций и партий. Противодействуя образованию государств с оптимизированной структурой экономики, они противодействуют сращиванию мира в единое мировое сообщество. В результате мы получаем ослабление политики единения и эффективности управления любого государства, и мира в целом. В случае военных действий демократические противоречия кланового характера могут обернуться изменой государственности в пользу клановых и классовых интересов с распадом мира и государств, в угоду частных интересов предводителей этих движений.
Русские не имеют чувства национальной стадности, у них превалирует сознание государственности. Они его на протяжении всей истории защищали и, естественно, надеялись всегда на защиту государства. Сталин недаром поднимал тост: «За великий русский народ»! Он верил в интеллект россиян, их сознание, поэтому и победил в самой страшной войне. Эта победа – гордость человечества.
Если сравнивать Запад – Восток и Россию, то можно с уверенностью сказать следующее: Русские, как очень эмоциональная нация с храмовым менталитетом, всегда старались идти к святому и к Богу через познание истины. Ради этого восприятия правды имели честь умирать.
Например, В. Шуберт говорил: «Англичанин хочет превратить мир в фабрику, француз – в салон, немец – в казарму, русский – в церковь. Англичанин хочет добычи, француз – славы, немец – власти, русский – святой жертвы. Русский человек, есть носитель нового солидаризма. Наступает эпоха «Ивановского человека – человека любви и свободы». Русские никогда не истребляли национальную самобытность ни одного входящий в его государство народа, а, наоборот, пытались возродить их национальную культуру. История землян не знает подобной оберегающей политики других наций. Скажем так: немецкая цивилизация – ассимилирующая, американская – поглощающая, китайская – растворяющая.
Запад сейчас, в своей основной массе, стремится к Богу и сверхчеловеку, через техницизм и капитал. Человек этой культуры готов почувствовать себя Богом, если будет обладать техническим совершенством и капиталом, но прежде чем умирать, поразмыслит и будет удовольствоваться отнюдь не трофеями с поля битвы, а возможностями обладания обожествленного им капитала.
Восточный менталитет слепо преклоняется торговому капиталу, обожествляя своих вождей, и ради своего верховенства готов стать богом, отдав добровольно свою жизнь ради вождя, бога и своей нации.
Последнее время у русских иноагенты выбили из-под ног истину, украв честь, и даже размыли его гордость – могучее государство, которое они создавали столетиями. Наши правители забыли о национальной гордости великороссов, стремясь сделать их терпящим быдлом. От этого государство становилось слабым, русские почувствовали незащищенность от ползучей миграции со всех сторон и дискомфорт от национальной слабости своей родины. Это пройдет, и я верю в это.
Многие государства тянет в прошлое груз чрезмерной национальной самостоятельности. Следуя политике национализма, они вытеснили весь интеллект из государства, а развитая промышленность может держаться только на интеллекте.
Наше государство чрезмерной открытостью, наоборот, разбазаривает свой высокий интеллект, а принимает посредственный, давая ему равные с русскими права и стартовые возможности на выбор и места жительства, и род занятий. Поэтому мы движемся к своей диссимиляции. Тем самым усугубляется проблема национального прироста.
Такую политику проводить нельзя, иначе русский народ поднимет старый лозунг: «Бей чужих, спасай Россию!» Это, конечно, будет выгодно тем силам, которые и дальше будут стремиться разделять Российское общество, дробя его на мелкое зависимые от других государства. Хотя, под чужими предполагалась не конкретная нация, а некая прослойка жадных и алчных людей у власти, которых, кроме взяток и процентов с оборота, больше ничего не интересовало. Они не болели государством и народом, среди которого жили, да и которому были обязаны своим благополучием. Прорвавшись к власти, ради своих корыстных интересов, они создавали поддерживающие их кланы и условия, для ограбления и унижения народа. Таким образом, делали своё государство ещё более слабым, парализуя волю и веру народа во власть.
Тенденция политики последних лет показывает, что собственности на промышленные средства народ уже лишился, готовится проект лишения владением основного населения страны земляными ресурсами. В таком государстве может случиться так, что, коренной нации не будет принадлежать ничего, нация исчезает, так как исчезает её экономическая основа. Кто же будет защищать это государство? Народ нельзя лишать функции владения и, в первую очередь, землей, за которую поколениями проливали кровь. Однако, как раздать все в частную собственность богатым, не лишив народ права владения страной, власть не знает, или не хочет знать. Есть вариант передачи всей собственности в право оперативного управления, но тогда оно должно воспроизводится долей вклада в народное достояние, а это проблема и политической воли, и народной капитализации с персонифицированной значимостью в нем каждого гражданина.
– У вас оригинальное мышление, – удивляясь логике собеседницы, сказал он.
– Исходя из ваших глобальных рассуждений, можно предположить, что вы и интернационалистка, и националистка в одно и то же время. Но как же нам, со всеми нациями, жить по совести, вместе, и не ссориться? Какие бы предложения вы дали нашему руководству?
– Я и так вам дала целое интервью по своей работе, но повторюсь. На месте нашего руководства, ввела бы статусные по социальной значимости личности отношения и в соответствии с значимостью предлагала бы льготы и имения прав с поселениями только там, где государство посчитало нужным или возможным их проживание. При этом право передвижение, посещение и приобретение тоже было бы регламентировано согласно статусной значимости каждой личности.
– А не будет ли это жестоко?
– Это будет правовый мир и общество не безумного потребления материальных благ, а потреблением оптимизированных правовых возможностей, по социальному вкладу в общественное благо. Люди должны работать и жить на повышение своей значимости и славы страны. Для всех приезжающих из других стран их личные интересы (как и доходы), потребовала бы поставить в зависимость от доли вклада в фонды социально – общественного развития, для единения этим с окружающим миром в коллективной матрице бытия. Для повышения значимости первоначально каждому давала бы даже кредиты для вклада в социальные фонды. Наличие социальной значимости определяло бы социальные права и льготы и их забрать в другую страну было бы невозможно. Процесс же лишения статуса с соответствующим льгот, может идти через соответствующие моральные суды, а для некоторых случаев и по решению общественных собраний.
Однако согласно статусной значимости, каждый мог бы перечислять определенные деньги в свои страны или это делали бы специальная организация. Зарабатывать как ныне на обманах, эксплуатациях, махинациях и отправлять в другие страны было бы тоже невозможно, так как так такая деятельность равнялась если не диверсиям, то должна была бы снижать значимость личности со всеми последствиями.
– Я бы наверно не хотел жить в вашем мире.
– А зря. Это был бы мир созидания, а не мир личного и безумного потребления, который планета скоро не сможет прокормить.
По-моему, в Китае, что-то подобное уже есть в виде своеобразного определения значимости личности через их рейтинги порядка. Если это еще будет приносить некие блага, то может стать и смыслом жизни. Там, если предприниматель не в правящей партии, он заниматься бизнесом не имеет право. Если человек обманул или предал национальные интересы, выгоняют из партии, и такой бизнесмен уже не имеет права заниматься коммерцией. За его честность и национальную ориентацию отвечает партия, – а у нас же дед «Никто». По-моему, социальное развитие должно быть единственным показателем права на то или другое, как единственный показатель значимости личности и народной любви.
Я не говорю, что это надо делать и у нас, но за некоторые поступки можно лишать капитала, либо статуса и право не только на предпринимательство. При соответствующей матрице отношениях, такой статус может содействовать льготному приобретению акций на право оперативного управления или ещё чего. Однако такое возможно лишь при раздельной капитализации основных фондов акциями владения и права управления.
Мудрецы, цари и герои – это люди касты с значимостью святых. Если я была бы таковой по власти и уму, то создавала бы малые предприятия и через бизнес-инкубаторы отдавала их в право оперативного управления лучшим представителям нации, как царь отдавал деревни своим офицерам и героям.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?