Читать книгу "Его по контракту"

Глава 7

В душе я стою, кажется, целую вечность. Натираю мочалкой воспалённую кожу, мою голову, стараясь смыть с себя все запахи чужого тела.

Надеваю белый махровый халат и выхожу в спальню.

Слёз у меня больше не осталось. Вместо них – чёрная дыра. На автомате меняю халат на пижаму и забираюсь под одеяло.

Кровать огромная, удобная, приятно пахнет свежестью. Если закрыть глаза, можно подумать, что я в отельном номере. Сейчас ко мне присоединится Богдан, мы займёмся сексом, а потом уснём в обнимку.

Вот только ко мне некому присоединяться.

Богдан сейчас спит в нашей с ним кровати.

Интересно, он думает обо мне? Думает о том, чем я занималась сегодня вечером? Хотя бы немного жалеет о том, что позволил этому произойти?

Переворачиваюсь на бок, устремляя взгляд в окно. Ночная темнота поглощает очертания зданий, а вдалеке мигают огоньки – безразличные к моей боли.

Богдан всегда был очень ревнив. В университете, как только мы впервые поцеловались, сразу же растолковал всем, что я – его девушка, и ко мне лучше клинья не подбивать. Не то чтобы я была писаной красавицей, и желающие выстраивались в очередь, но он полагал, что это так. Я всегда смеялась над этим. У меня до него и парень-то всего один был – ещё в моём родном городишке. Мы вместе учились в школе и встречались. Первый секс у меня был именно с Радиком. Потом я уехала поступать в один город, он – в другой, ну и связь разорвалась.

Как я уже сказала, внешностью я не блистала, поэтому на дискотеках в первом курсе я часто сидела одна или с другими девчонками, которых тоже не звали танцевать. Я привыкла. Для меня это было нормально, тем более что учёба занимала все мои мысли, и задумываться о том, что я одна, у меня не было времени.

А потом появился Богдан. Красивый, спортивный, весёлый. Он всегда был в центре внимания любой компании. Так вышло, что он тоже не отсюда. Мы жили каждый в своём общежитии, пока два года назад он не предложил съехаться.

Квартиру искали недорогую. Он уже совмещал учёбу с работой, я же доучивалась и жила на стипендию. Но мы всё же нашли подходящую – уютную, маленькую, в старом районе. От неё до университета было всего двадцать минут на автобусе.

Мы ездили вместе. Мы вообще всё делали вместе. Он заставил меня поверить в то, что я – самая красивая. Смотрел на меня всегда таким взглядом, что я невольно верила. Сделал меня особенной. Поднял мою уверенность на уровень выше.

А когда мы закончили обучение, настали сложные времена. Стипендия закончилась, на работу меня брать не хотели, Богдан тоже не сразу устроился. Приходилось очень экономить, но и тут мы не падали духом. Наша сплочённость всегда помогала.

Вскоре он нашёл хорошую работу, я тоже, наконец, устроилась. Он сделал мне предложение, и я, конечно же, согласилась, потому что никого другого рядом с собой не видела.

Мы мечтали о свадьбе, о том, как поедем на море. Пусть не за границу, а хотя бы сюда, к нам, но эти мечты давали стимул и цель.

И что теперь?

Теперь я лежу в кровати чужого мужчины, а Богдан об этом знает.

Грудь сжимает тисками так сильно, что я даже не могу вдохнуть.

Вжавшись лицом в подушку, всхлипываю. Внутри меня бьётся в истерике обиженная маленькая девочка, но я, как взрослая её копия, закрываю её на десять замков. Ведь я сама приняла это решение. Что теперь рыдать?

Богдан в безопасности. Ему не грозит тюрьма за то, что он пытался подарить нам с ним лучшую жизнь, ему не переломают ноги и руки. Нужно просто помнить об этом – и тогда будет легче.

Но легче не становится.

Засыпаю я под утро, когда усталость выжимает из меня последние силы.

Просыпаюсь резко, от стука в дверь.

В комнату входит Захар, а я рывком присаживаюсь на кровати.

Первая мысль – опять? Он хочет заняться сексом сейчас?

Вцепившись побелевшими пальцами в одеяло, борюсь с собой, чтобы по-глупому не натянуть его до самой шеи. Выпрямляю спину, вжимаясь лопатками в бархатное изголовье.

На мужчине чёрные брюки и белая рубашка, пуговицы которой он застёгивает, пока подходит к моей кровати. Ткань натягивается, подчёркивая мощный рельеф мышц. В разрезе виднеется крепкая грудь, покрытая порослью тёмных волос, и шея – массивная, жилистая, с выступающими сухожилиями.

Его фигура словно выточена из камня – широкие плечи, мощные бицепсы, выдающиеся сквозь ткань, и узкая талия, подчёркивающая атлетическое сложение. Брюки сидят безупречно, выделяя сильные бёдра.

Сейчас он выглядит так же, как в те разы, когда я видела его раньше. Просто тогда я не рассматривала его так близко.

Когда он останавливается у края кровати, я чувствую, как воздух в комнате становится плотнее, гуще.

– Доброе утро, – произношу сипло и прокашливаюсь.

– Я уезжаю, – Захар обводит моё лицо взглядом, не посчитав нужным ответить на приветствие. – Вернусь через пару дней. Домой никого не водить. К Богдану на свидания не ездить. Напоминаю, если ты забыла.

– Ты думаешь, что я после секса с тобой сразу же побегу к нему? – не сдерживаюсь и тут же прикусываю язык.

– Мне некогда об этом думать. Посчитал нужным предупредить. Внизу, около входа, – пароль от сигнализации и ключи от дома и ворот. Там же найдёшь номер телефона Влада. Ты его знаешь – один из охранников. Если нужна будет помощь в поездке по магазинам или ещё что-то, набирай его.

Ну уж нет, спасибо. Физиономии любого из его охранников я видеть не хочу.

– И ещё. Ты как-то предохраняешься?

Мгновенно краснею и мотаю головой.

– Нет.

Он берёт мой телефон, лежащий на тумбе, наводит на моё лицо, чтобы разблокировать, и по-хозяйски что-то печатает.

– Кристина Бергман, – демонстрирует мне новый контакт. – Позвонишь ей сегодня, запишешься. Она поставит тебе противозачаточный укол.

– Зачем? – недоумённо смотрю на него.

– Затем, что мне не нужны последствия.

– Об этом надо было думать вчера, – бурчу, краснея ещё сильнее. – Может, я больная была? Или ты…

Доходит до меня только сейчас.

– Ты проверяешься у гинеколога раз в полгода. И ни разу ничем не болела. Я тоже чист. Если нужно, справку предоставлю по приезде.

Боже, он и это узнал.

Страшный человек. Может, он знает ещё и то, сколько раз в неделю у нас с Богданом бывает близость? Или какое бельё я себе покупаю и где?!..

Лучше не знать, в курсе он или нет.

– Хорошо, – отвечаю скорее для того, чтобы не чувствовать себя такой униженной. Раз уж он знает всё обо мне, то я бы не прочь увидеть и его анализы.

Кивнув, Захар возвращает мой мобильный на тумбу и ещё раз обводит меня взглядом. Я так и лежу, выглядывая из-под одеяла и надеясь, что ему не захочется сейчас заняться прощальным сексом.

К моему счастью, он разворачивается и выходит.

Я с облегчением выдыхаю.

Два дня свободы…

Когда за окном раздаётся шум отъезжающих колёс, я встаю и подхожу к окну. К своему удивлению, замечаю, как тянет между ног. Вероятно, это от того, что я была не готова к его проникновению, вот и последствия.

Саднящая боль напоминает о том, что вчера было между мной и Леоновым, вызывая очередной спазм в грудной клетке.

Тряхнув головой, переодеваюсь и спускаюсь вниз. Одна я чувствую себя здесь намного спокойнее.

Решаю немного похозяйничать на чужой кухне и варю себе кофе в новомодной кофе машине. Как с такими обращаться, я знаю, потому что в офисе стоит похожая, разве что чуточку попроще.

Съедаю бутерброд с вяленой колбасой, найденной в холодильнике, и сажусь за работу.

Менеджер подкинула мне один заказ, за который я тут же берусь. Это дизайн квартиры в новом жилом комплексе. Планировка интересная, последний этаж. Прекрасно. То, что я и хотела. Списываюсь с заказчиком, предлагаю созвониться, но он обещает прислать мне все свои пожелания по почте и предлагает встретиться послезавтра в центре для обсуждения деталей.

На том и порешив, я отставляю ноутбук и проверяю мобильный. Ни звонков, ни сообщений. Хотя время уже перевалило за обеденное.

Глава 8

До самого вечера я занимаю себя работой. Изучаю пожелания, которые прислал заказчик Владимир, присматриваю, какие варианты уже смогу ему предложить на запланированной встрече, а когда понимаю, что глаза от экрана уже начинают болеть, отставляю ноутбук.

Ещё раз заглянув в мобильный, встаю, чтобы исследовать дом. Мне здесь, как-никак, жить целый месяц. Нужно хотя бы знать, что где находится.

В процессе разведки узнаю, что на нулевом этаже расположен бассейн – просторный, с мозаичным дном, которое переливается оттенками бирюзы под мягким светом точечных ламп. Вдоль одной из стен – лежаки, обтянутые дорогой белоснежной тканью, а рядом небольшой бар с мини-холодильником. Вероятно, здесь Леонов проводит вечеринки. Бар обычно ставят именно для этого.

Рядом с бассейном – сауна.

Заглядываю внутрь и не могу сдержать восторга. Помещение обшито дорогим кедром. Воздух внутри пахнет древесной смолой. Зажмуриваюсь, втягивая его глубже в легкие. У нас дома тоже была самодельная сауна. Отец соорудил её сам. Конечно, гораздо проще, чем эта, не такая роскошная, но запах…Он возвращает меня в детство, когда мы с родителями парились, а потом бежали и обтирались снегом.

Улыбаясь тёплым воспоминаниям, иду дальше.

А дальше расположен бильярдный зал с двумя столами – один для русского бильярда, другой для американского. Пол здесь устлан мягким ковром цвета спелой вишни, а стены украшены картинами в тяжёлых позолоченных рамах. Над каждым столом висят массивные светильники с зелёными абажурами, бросающие мягкий свет на сукно.

Надо признать, у Леонова безупречный вкус. Всё выглядит лаконично, стильно, и без лишних деталей, удешевляющий интерьер.

Ну и последним на этаже расположен спортивный зал. Просторный, с высокими потолками и зеркальной стеной, визуально удваивающей пространство. Вхожу внутрь и с интересом осматриваю массивные спортивные тренажёры с электронными табло и функцией программирования нагрузок. Вдоль одной из стен расположена шведская стенка, а с потолка свисает груша для бокса. Рядом – стеллаж с аккуратно сложенными гантелями, от лёгких до профессиональных. Беру одну в руку и сжав, поднимаю над головой.

Нужно будет воспользоваться возможностью и позаниматься. Мы с Богданом только бегаем бывает по утрам или вечерам, когда он не сильно уставший приходит с работы. А здесь прямо глаза разбегаются от изобилия спортивных принадлежностей.

Поднявшись наверх, решаюсь пройти еще и по второму этажу. Может, это конечно, некрасиво, но назвать красивым моё нахождение здесь в принципе нельзя. Поэтому потоптавшись на месте, я все же открываю по очереди двери спален.

Как я и думала, несколько комнат здесь гостевые. Они обставлены примерно одинаково, роскошно и безлико. Ну точно номера отелей. Разве что очень дорогих отелей, где позволит себе номер не каждый постоялец.

Пока открываю дверь за дверью ловлю себя на мысли, что я ищу одну конкретную. И когда я, в конце концов, попадаю в неё, опасливо оглядываюсь. Как будто хозяин может застукать меня за рысканьем в его спальне.

Вот она точно не безликая.

Эта комната словно отражение самого Леонова – сдержанная, но пропитанная дорогой, почти хищной элегантностью.

Я бы хотела создать нечто похожее для кого-то из клиентов, потому что здесь есть на чём залипнуть.

Словно до конца не решившись, медленно ступаю внутрь.

В центре большой комнаты огромная кровать с высоким, обтянутым тёмно-серым бархатом изголовьем. Такого же цвета плед накрывает постельное белье.

Стены покрыты декоративной штукатуркой глубокого графитового оттенка.

В углу расположено массивное кожаное кресло цвета горького шоколада с небольшим столиком из чёрного мрамора. На столике – дорогой хьюмидор для сигар и стеклянный графин с янтарной жидкостью. Рядом стоит напольная лампа с тканевым абажуром, дающая мягкий приглушённый свет.

Зачем-то подхожу и сажусь в него. Ощущение, будто меня охватывает кокон в свои теплые объятия.

Удобно…

Верчу головой, обнаруживая слева встроенный шкаф с зеркальными дверцами, а в дальнем углу замечаю дверь, ведущую, скорее всего, в ванную комнату.

Я встаю и крадучись подхожу, чтобы заглянуть внутрь.

Ну конечно. Ожидаемо. Она вся чёрная. Если в моей ванной преобладает свет, то здесь – кромешная тьма. Пол – из чёрного мрамора с золотыми прожилками, стены – тёмный керамогранит. В центре – отдельно стоящая ванна овальной формы. А рядом с ней – просторная душевая с сенсорной панелью управления.

На полочке замечаю туалетную воду. Я очень хорошо помню запах, которым пропитан Леонов, поэтому машинально обхватываю себя руками, словно он здесь и сейчас двинется на меня, чтобы продолжить вчерашнее.

Эта мысль быстро возвращает к реальности.

Я разворачиваюсь и покидаю владения Дьявола. Когда закрываю за собой дверь, понимаю, что не заглянула в последнюю комнату, расположенную прямо напротив его спальни.

Подхожу ближе, опускаю ручку, но дверь не поддаётся.

Дёрнув ещё раз, толкаю сильнее. Безуспешно. Она оказывается заперта.

Нахмурившись, отступаю подальше.

Надеюсь, там не какая-нибудь версия той самой комнаты со всякими БДСМ-приспособлениями.

Не хочу, чтобы меня привязывали и причиняли боль. Роль сабмиссива точно не моё. От боли я умею только плакать, но никак не получать удовольствие.

По спине пробегает ледяная дрожь, и я в ужасе спешу отсюда сбежать.

Залетев в свою комнату, захлопываю дверь и падаю на кровать. Мягкий матрас поддаётся под моим весом, но облегчения не приносит. Всё внутри скручено в тугой узел.

Мысли разного рода снова разрывают сознание, как звери, которые хотят меня сожрать.

Застонав, сажусь и беру телефон в руки. Он жжёт ладони, но я всё же делаю то, что весь день не даёт покоя.

Нахожу контакт Богдана и нажимаю кнопку «Позвонить».

Сердце трепыхается в грудной клетке, пока раздаются гудки. Один. Второй. Третий.

Кажется, я не дышу, пока Богдан, наконец, отвечает:

– Сонь… – голос глухой, как будто он только проснулся или, наоборот, совсем не спал.

– Привет… – мямлю еле слышно.

– Привет. Я не знал, как позвонить тебе…

Прикрываю глаза, судорожно вдыхая, потому что не знаю, как себя вести. Вот как теперь?

– Ты обещал не поднимать эту тему.

Богдан молчит, а я будто умираю снова и снова. С каждой секундой этой тишины всё сильнее хочется повесить трубку, стереть номер, стереть эти дни из памяти. И стать прежней собой, не знающей всей этой грязи.

– Прости, – наконец произносит он сдавленно. – Я вот картошку жарю. Собираюсь поесть, – слышу, как старается бодриться. – А ты что делаешь?

Проморгав успевшие собраться слёзы, откидываюсь на спинку кровати.

– Валяюсь. Тоже скоро пойду ужинать.

– С ним? – выпаливает чуть резче, чем обычно.

– Бодь… – осекаю его.

– Извини… Прости, я не должен спрашивать.

– Не с ним, – выдыхаю, потому что понимаю, что ему тоже тяжело. – Леонов уехал на пару дней.

– Да? – тут же оживает он. – Так ты одна? Может, я приеду?

– Не надо, – тут же останавливаю его необдуманный порыв. – Представим, что я уехала в командировку.

Богдан снова замолкает. В тишине слышу, как в раковину с грохотом падает то ли ложка, то ли нож.

– Ладно. Ты скучай там по мне. В командировке, – говорит вяло, без прежней задорной интонации.

– А ты по мне. Дома…

Сбрасываю звонок, прикрываю рот рукой и всхлипываю. Грудь сотрясают немые рыдания.

Всё будет хорошо.

Всё обязательно будет хорошо.

Я повторяю, как мантру, потому что другого выхода, кроме как, внушать себе это, у меня не остаётся.

Глава 9

Утро встречает меня тишиной. Не той уютной, домашней, к которой я привыкла, а глубокой, гулкой, будто сам дом затаился и наблюдает за мной. Я просыпаюсь рано, ещё до того, как солнце поднимается достаточно высоко, чтобы заглянуть в окна. Лежу несколько минут, прислушиваясь к себе, к телу, которое всё ещё напряжено, словно даже вторая ночь не дала ему по-настоящему отдохнуть. Мысли вяло ворочаются где-то на дне сознания, но я не даю им всплыть.

Мне нужен спортзал. Движение. Контроль. Чтобы хоть как-то отвлечься и снова не возвращаться к воспоминаниям.

Я переодеваюсь, собирая волосы в высокий хвост, и спускаюсь вниз. Пространство зала встречает меня прохладой и зеркалами. Здесь легко дышится, и это сразу немного успокаивает. Начав с беговой дорожки, выставляю средний темп и иду, постепенно ускоряясь. Сначала шаги даются тяжело, мышцы будто сопротивляются, но через несколько минут тело вспоминает ритм. Дыхание выравнивается, в ушах появляется глухой шум крови, и вместе с ним приходит странное облегчение.

Я бегу и смотрю на своё отражение. Лицо сосредоточенное, даже жёсткое, губы плотно сжаты. Сейчас мне нравится эта версия себя. Та, которая не размазывается по эмоциям, не позволяет себе слабость. Я – будто закрытая оболочка не только внутри, но и снаружи. Пот выступает на лбу, скользит по вискам, спине, и с каждой каплей будто выходит лишнее напряжение. Я увеличиваю скорость, заставляя сердце работать быстрее, будто хочу перегнать собственные мысли.

Потом приступаю к силовым. Беру гантели, которые оказываются для меня слишком тяжелыми, пытаюсь сделать выпады, но почти сразу выдыхаюсь. Мое тело более привычно к кардио тренировкам, поэтому силовые даются с трудом. Решив, что не буду себя ими мучить, оглядываюсь в поисках еще чего-то, с чем раньше не имела дела. Глаза сканируют пространство и натыкаются на грушу.

А вот это уже интересно. Я не раз видела, как в фильмах мужчины месят ее с легкостью и энергией. Поэтому, когда мой кулак впечатывается в резину даже не ожидаю, что она окажется настолько тяжелой.

По кисти проходит электрический ток, я шиплю от неожиданности.

С ума сойти. Оказывается, это не так просто, как кажется с первого взгляда. Предпринимаю еще пару попыток ударить по ней, но осознав, что это совсем не моё, поднимаюсь наверх. Тело приятно ноет, а голова становится удивительно ясной. Я принимаю душ, долго стою под струями воды, позволяя теплу расслабить мышцы. В отражении зеркала вижу румянец на щеках и живые глаза. Действительно живые в отличии от тех, которые глядели на меня из отражения вчера.

Так мне нравится гораздо больше. Нужно запечатать в себе это состояние и стараться его придерживаться, чтобы совсем не съехать с катушек.

Пока готовлю себе на завтрак омлет с овощами, на телефон приходит сообщение от Богдана.

«Доброе утро, любимая»

Отложив нож, беру телефон. Сердце гулко ударяется о ребра, но я глушу прорывающиеся эмоции и печатаю в ответ:

«Доброе. Чем занимаешься?»

Отправив, откладываю гаджет и нарезаю по очереди помидоры, болгарский перец и немного зелени. Сковорода тихо шипит, кухня наполняется запахом свежей еды. Я открываю окно, впуская утренний воздух, и на несколько минут ловлю себя на ощущении почти нормальной жизни. Как будто я не в чужом доме, не в странной паузе между прошлым и чем-то неизвестным.

Звук входящего сообщения заставляет обернуться.

«Позавтракал. Планирую искать работу» – присылает Богдан.

«Это правильно», – отправляю, не зная, что еще сказать такого, чтобы не выйти на шаткую тропинку.

«Ты чем занимаешься?» – продолжает диалог Богдан.

«Позанималась в зале, сейчас тоже буду завтракать».

«Там есть зал? Нихуя себе буржуи живут»

Понятия не имею, что ответить на это сообщение. Его помешательство на деньгах в который раз вызывает неприятный холодок по спине. Яйца начинают неистово шипеть, знаменуя и том, что еще совсем немного и сгорят, поэтому я откладываю телефон и тороплюсь выключить конфорку, так и оставив его реплику без ответа.

После завтрака решаю выйти на улицу, осмотреться.

А осмотреть здесь есть что.

Территория вокруг ухоженная, продуманная до мелочей. Дорожки выложены камнем, и почищены от снега. Высокие деревья создают тень, и солнце пробивается сквозь пустые ветки мягкими пятнами.

За домом оказывается ещё одно строение, которое я уже видела из окно. Оно меньше основного, аккуратное, с большими окнами. Подчиняясь любопытству, я подхожу к панорамному окну. Внутри оказывается пусто. Одни лишь голые стены и строительные леса, укрытые плёнкой поверхности. Как я и думала, это гостевой дом, и в нём идёт ремонт. Возможно, именно здесь и стоит та самая дешевая плитка с сантехникой, которая стоила мне непомерную цену.

Настроение стремительно несется вниз, и я возвращаюсь в дом. Чтобы отвлечь себя снова сажусь за работу. Открываю ноутбук, просматриваю правки, которые сделала накануне, ещё раз проверяю презентацию. Пишу Владимиру, подтверждая встречу, и получаю быстрый ответ. Вечером. Ресторан в центре.

К встрече я готовлюсь тщательнее, чем обычно. Выбираю сдержанное платье, собираю волосы, наношу минимум макияжа. Не хочу выглядеть слишком просто, но и вульгарной показаться тоже нет желания. Мне необходимо дать о себе представление, как о хорошем профессионале. Ведь такой клиент, как Владимир у меня впервые.

Нужно не подвести его ожиданий, и во что бы то ни стало, закрепить этот заказ за собой.

Ресторан оказывается спокойным, с приглушённым светом и ненавязчивой музыкой. Владимир уже ждёт меня за столиком. Мужчина поднимается мне навстречу, пожимает руку. На вид, ему около сорока лет. С виду презентабельный, не отталкивающий. Это уже хорошо.

– Добрый вечер, София. Рад знакомству.

– Я тоже, – улыбаюсь, встречая его теплый взгляд.

Мы заказываем ужин и вино, и почти сразу переходим к делу. Я открываю ноутбук, показываю варианты, объясняю концепции, говорю о цветах, фактурах, логике пространства. Он слушает, иногда задаёт вопросы, иногда кивает, делая пометки в телефоне.

– Мне важно, чтобы пространство работало на меня, – говорит он, когда я заканчиваю. – Чтобы там хотелось находиться, а не просто ночевать. Я планирую завести семью, и для этого все должно быть максимально открыто. Но при этом комфортно и со всеми удобствами.

– Именно поэтому я предлагаю этот вариант, – отвечаю спокойно. – Здесь есть баланс между статусом и комфортом. Это не давит, но подчёркивает уровень.

Мы обсуждаем детали, сроки, бюджет. Я безумно рада, что Владимир оказывается приятным человеком. В его речи не сквозят намеки на флирт, но при этом он шутит, давая мне возможность расслабиться и не чувствовать себя как на иголках. Вино приятно согревает, еда оказывается вкусной, и обсуждения его пожеланий дается очень легко. Я подхватываю волну клиента, а он в свою очередь – мою. Сейчас, в данный момент я чувствую себя действительно на своём месте.

Боже. Это так восхитительно. Если бы кто только знал.

Когда мы выходим из ресторана, вечерний воздух кажется плотным и насыщенным. На дворе давно темно. Время перевалило за девять часов.

Я прощаюсь с Владимиром, и он уходит к своей машине. На улице моросит мелкий дождь, поэтому я остаюсь стоять под козырьком и достаю из сумки мобильный, чтобы вызвать такси.

– София?

Внезапно раздается в тишине знакомым голосом. Я машинально сжимаюсь в ком и вскидываю голову, потому что голос этот узнаю с ходу. Высокий мужчина, в тёмной куртке отталкивается от автомобиля и подходит ко мне.

– Садитесь. Я отвезу вас домой, – говорит спокойно тот самый лысый громила, к которому у меня жуткая антипатия.

Внутри поднимается настороженность.

– Откуда вы знали где меня найти? – спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он смотрит прямо и дергает бровью, словно я задала глупый детский вопрос.

– Это моя работа.

Понятно. То есть за мной установлена слежка?

Бросив телефон в сумку, забираюсь в машину.

Сегодня он один. Без сопровождающих, что позволяет дышать чуточку легче.

Пока едем я пытаюсь не думать о том, что нахожусь под микроскопом, но у меня не получается. Поёрзав на сидении, таки решаюсь на еще один вопрос:

– А Захар тоже знает, что я отсутствовала?

Взгляд охранника находит меня в зеркале, и я уже читаю в нем ответ:

– Конечно.