Читать книгу "Операция «Снег». Как мы спровоцировали Перл-Харбор"

Уайт прервал мой монолог вопросом:

– Когда Билл намерен приехать в США?

Я, как было согласовано с Ахмеровым, ответил:

– Билл хочет сделать это как можно скорее, не позже конца года. Он усиленно работает над проблемами американо-японских отношений, и у него вызывает большую тревогу экспансия Японии в Азии. Вот как раз в связи с этим он и просил меня, по возможности, встретиться с вами и, если вы не будете возражать, ознакомить с идеей, которая, по его убеждению, может заинтересовать вас.

Уайт заметил, что встреча с Биллом пару лет тому назад оставила у него хорошее впечатление.

– Это явно человек глубоких мыслей, – сказал мой собеседник и добавил, что готов выслушать меня.

Извинившись за то, что не очень полагаюсь на свои знания английского, я положил перед Уайтом небольшую записку. Прочитав ее, мой визави воскликнул, что его поражает совпадение собственных мыслей с тем, о чем, судя по тезисам, думает и Билл. Он машинально хотел положить листок в карман, но, увидев мою протянутую руку, вернул его мне.

– Я на днях возвращаюсь в Китай, и Билл обязательно пожелает узнать ваше мнение, – сказал я, – ведь он так беспокоился как раз о том, видит ли руководство США японскую угрозу и намерено ли что-то делать для обуздания азиатского агрессора?

Гарри Декстер Уайт

Уайт просил передать Биллу следующее:

– он благодарен за высказанные мысли, которые соответствуют его, Уайту, убеждениям и знанию положения в указанном регионе;

– он уже задумывался сам над тем, что можно и нужно предпринять;

– он полагает, что, получив поддержку хорошо осведомленного специалиста, сможет предпринять необходимые усилия в нужном направлении.

Говорил Уайт нарочито медленно, слова произносил отчетливо, а закончив, спросил, правильно ли я понял его. Чтобы успокоить собеседника, я повторил его устное «послание» для Билла почти слово в слово. Он одобрительно кивал головой и даже похвалил мою память.

Наша трапеза подходила к концу. Уступая просьбе Уайта, я предоставил ему возможность расплатиться за ленч, поскольку он его заказывал.

Я был удовлетворен тем, что главную свою задачу мне удалось выполнить, и с легким сердцем возвратился к месту, где Михаил ждал меня в автомобиле…

В Москве я прежде всего встретился с Ахмеровым. Мы обстоятельно проанализировали, не упуская мельчайших подробностей, ход операции и реакцию Гарри Уайта. Ахмеров пришел к выводу, что он вел себя так, как и следовало ожидать. Можно было быть уверенным, что он принял наш совет и обязательно им воспользуется, теперь оставалось ждать его действий.

Я полностью согласился с выводами Ахмерова и, по договоренности с ним, доложил все начальнику разведки.

Еще из США, как было условлено, я направил лично Фитину шифртелеграмму с одной фразой: «Все в порядке, как планировалось. Клим». Павел Михайлович после моего доклада сказал, что он сразу сообщил Берии содержание депеши, так что идти к нему не потребуется. Да сейчас и не до того, началась война. На этом, подвел итог Фитин, для нас операция «Снег» заканчивается, а Ахмеров и я должны все забыть. Мы так и поступили, пока меня к этим воспоминаниям не вернули американцы. Но это случилось уже в наши дни.

Недавно в мои руки попала книга бывшего конгрессмена Гамильтона Фиша «Мемуары американского патриота», изданная в Вашингтоне в 1992 году. Читая ее, я в полной мере ощутил роль Гарри Уайта в возникновении американо-японской войны. Автор приводит два документа от 6 июня и 17 ноября 1941 года, составленные Уайтом. Их главное содержание вошло в меморандум министра Моргентау для Хэлла и Рузвельта от 18 ноября того же года. На основании последнего документа, пишет Фиш, 26 ноября японскому послу в США адмиралу Номуре был вручен ультиматум с требованием немедленно отозвать все вооруженные силы Японии из Китая, Индонезии и Северной Кореи. Японскому правительству предлагалось выйти из тройственного пакта с Германией и Италией, заключенного в сентябре 1940 года. Документ, который был назван «ультиматум Хэлла», по утверждению автора, спровоцировал войну между Японией и США.

Ссылаясь на американского историка А.Кубика, Г.Фиш пишет далее, что Г.Уайт – не только заместитель, но первое доверенное лицо министра финансов Г.Моргентау, занимавшего одну из ключевых позиций в администрации Рузвельта. Вместе с тем Уайт якобы был скрытым коммунистом и сотрудничал с советской разведкой. В свидетели Фиш призывает предателей и изменников – Бармина, Чэмберса, Бентли, Гузенко66
  Первые трое – провокаторы ФБР. Игорь Гузенко – лейтенант, шифровальщик резидентуры советской военной разведки в Оттаве, изменил Родине в сентябре 1945 года.


[Закрыть]. Все их показания в отношении Уайта тщательно проверяла американская контрразведка, но безрезультатно. Его «нелояльность» расследовала и комиссия конгресса под руководством Дайса. Психологическим террором она смогла добиться только одного: категорически отрицавший все обвинения Уайт не выдержал травли и после очередного допроса в августе 1948 года скоропостижно скончался. Дела на него, которые завели ФБР и комиссия конгресса, были закрыты: им не удалось доказать, что он был агентом советской разведки. Истина восторжествовала, хотя и очень дорогой ценой.

Со своей стороны, я, наверное единственный оставшийся в живых участник операции «Снег», могу засвидетельствовать: Гарри Декстер Уайт никогда не состоял с нами в агентурных отношениях.

Должен сказать и об удивительной нечистоплотности Г.Фиша. Этот потерявший всякую порядочность бывший конгрессмен-неудачник, выбитый из седла законодателя еще в 1945 году, мстит, спустя полвека, ненавистному ему Франклину Делано Рузвельту и всем, кто способствовал успешной деятельности администрации этого выдающегося американского президента. И тщась выдать себя за патриота, льет грязь на истинного сына Соединенных Штатов Гарри Уайта.

Теперь, зная всю подноготную подготовки японской агрессии против США и будучи причастным в известной мере к действиям Уайта в защите американских интересов на Тихом океане, я могу трезво оценить роль нашей внешней разведки в предупреждении японской агрессии против СССР в 1941 году. От одновременного с германской агрессией нападения на Советский Союз Японию удержала прежде всего неуверенность в успехе этой затеи после горького поражения при Халхин-Голе. Вторым фактором, безусловно, была превалирующая заинтересованность Токио в другом, южном направлении японской агрессии.

Состояние умов в японском правительстве еще до Пёрл-Харбора характеризует шифртелеграмма министра иностранных дел, направленная послу Японии в Берлине 22 ноября 1941 года, то есть до вручения «ультиматума Хэлла».

«Повстречайтесь с Гитлером и Риббентропом, – писал министр, – и в секретном порядке объясните им наши отношения с США… Объясните Гитлеру, что основные японские усилия будут сосредоточены на юге, и мы предполагаем воздержаться от преднамеренных действий на севере». Эти данные, полученные советской разведкой, позволили нашему правительству пока не беспокоиться за Дальний Восток.

Конечно же, объективно возможность японского нападения на наш тыл оставалась. Вступление США в войну с Японией устраняло подобную угрозу, поэтому любые действия для достижения такой гарантии были выгодны нам. С этих позиций операция «Снег» была полностью оправданна.

В связи с операцией «Снег» хочу подчеркнуть еще одно важное обстоятельство. Что бы ни говорили «эксперты» по вопросам внешней разведки из числа бежавших на Запад изменников, например О. Гордиевский, об И.А.Ахмерове и его деятельности, им нельзя верить. Они могут питаться только слухами, ибо сам Исхак Абдулович был человеком весьма скрытным и никогда не рассказывал о своей работе, тем более об агентах, с которыми был связан в США. Могу сказать: нет, не мог Ахмеров в своей лекции, как пишет Гордиевский, что-либо говорить о Гарри Гопкинсе77
  Гопкинс Гарри (1890–1946) – американский государственный деятель и дипломат. С 1941 года советник и специальный помощник президента США Ф.Рузвельта. Участвовал в переговорах Рузвельта, Черчилля и Чан Кайши в Каире и был членом делегации США на Тегеранской (1943 год) и Крымской (1945 год) конференциях глав правительств СССР, США и Великобритании.


[Закрыть] или Олджере Хиссе88
  Хисс Олджер – американский дипломат, в 1939–1944 годах помощник советника по политическим вопросам в управлении Дальнего Востока госдепартамента. Был членом делегации США на Крымской конференции и временным генеральным секретарем организационной конференции ООН в Сан-Франциско. В начале 1947 года стал президентом фонда Карнеги. Через три года приговорен к пятилетнему тюремному заключению за лжесвидетельство.


[Закрыть], которые не были нашими агентами (он, Ахмеров, никогда с ними не встречался). Все это чистый вымысел изменника, который лично с Ахмеровым не был знаком.

Как и вся наша внешняя разведка, Ахмеров отнюдь не стремился к тому, чтобы привлекать к сотрудничеству «высших государственных деятелей», хотя среди десятка наиболее ценных его агентов двоих можно было отнести к такой категории.

Наша разведка считала (думаю, считает и сейчас), что умный и способный помощник или секретарь крупного руководящего деятеля может добывать не меньшую (если не большую) информацию, чем его шеф.

Если говорить о втором периоде разведывательной деятельности И.А.Ахмерова в США (1941–1945 годы), то вся информация, которую добывала резидентура, была прежде всего «антигерманской» и «антияпонской» и отнюдь не использовалась против США. Наши источники – американцы, согласившиеся на сотрудничество с внешней разведкой на антифашистской основе, не причиняли какого-либо вреда своей родине. Скорее они помогали американской армии успешно сражаться против немецких фашистов и японских милитаристов.

Естественно, читателей может интересовать дальнейшая судьба тех агентов Ахмерова, которые служили в разведывательной организации Вашингтона военного времени – Управлении стратегических служб, предтечи ЦРУ. В американской печати в последние годы не раз появлялись сообщения, основанные на будто бы расшифрованной переписке нью-йоркской резидентуры нашей внешней разведки с Центром в период войны. В них утверждалось, что секретная служба Кремля имела в УСС семь агентов. Думаю, что в этих сообщениях верно только одно: да, мы располагали агентурой в разведке Вашингтона. Но, во-первых, агентов было не семь, а значительно больше (читатели должны понять, что даже сейчас точную цифру я не могу рассекречивать по своему желанию). Во-вторых, что касается «расшифровки переписки» наших разведывательных структур, я весьма сомневаюсь, что американцам удалось узнать хотя бы об одном из наших агентов в УСС. Более того, скажу следующее: некоторым нашим источникам, работавшим во время войны в разведке Вашингтона, удалось в 1947 году, когда было создано ЦРУ, перейти в эту организацию.

Конечно, обо всем этом я не могу рассказать более подробно: время еще не пришло.

Костер Джон
«Операция «Снег»: как советский «крот» в Белом доме Рузвельта спровоцировал Перл-Харбор»99
  Перевод фрагмента книги Koster, John P. «Operation Snow: how a Soviet mole in FDR’s White House triggered Pearl Harbor» – New York: MJF Books., 2012


[Закрыть]

Глава 5. Майский меморандум

После встречи с Виталием Павловым, в мае 1941 года Гарри Декстер Уайт сел за пишущую машинку, чтобы изменить ход истории. Его задачей было развязать войну с Японией, не будучи при этом разоблаченным в качестве агента советской разведки. Он знал, что большинство американцев мечтало остаться в стороне от войны в Европе, если только Соединенные Штаты не подвергнутся нападению.

Одна из причин победы Рузвельта на президентских выборах 1940 года – обещание не допустить участие Америки во Второй мировой войне. Но Уайт также знал, что руководитель США был озабочен спасением Британии от Гитлера и что большинство американцев сочувствовали лондонцам, подвергшимся немецким бомбардировкам. В сентябре 1940 года Рузвельт отправил британцам пятьдесят устаревших эсминцев времен Первой мировой войны в обмен на аренду несколько баз в Ньюфаундленде и Бермудские острова. Затем, в марте 1941 года, он подписал Закон о ленд-лизе, предоставив Британии кредиты и военную технику и вызвав возмущение изоляционистов, в том числе членов его собственной партии.

Сам Уайт не симпатизировал Британии. Линия американской компартии, начиная с подписания пакта Молотова-Риббентропа, заключалась в том, что британцы сами навлекли на себя свои беды и что Британия и Франция были капиталистическими и колониальными державами, которых не стоило спасать. Лидер американской компартии Уильям Фостер писал: “Это была не Германия, напавшая на Францию и Англию, а Франция и Англия, которые напали на Германию, взяв на себя ответственность за нынешнюю войну”. СССР, в надежде, что США останется в стороне от войны и позволит Великобритании и Франции погибнуть, Москва выступила против планов Рузвельта по мобилизация Соединенных Штатов – пока не увидела в Гитлере потенциальную угроза в дни, непосредственно предшествовавшие 22 июня 1941 года.

Проблема Уайта заключалась в том, что Рузвельт был англофилом, а не коммунистом, и он, вероятно, думал, что война против Японии отвлечет его от спасения Британии. В июне 1940 года, когда японцы воспользовались падением Франции, вторглись в северный Индокитай – французскую колонию, где большинство людей не любили французов так же сильно, как корейцы не любили японцев, Рузвельт ввел эмбарго на продажу стали и металлолома в Японию. Однако он избежал прекращения поставок нефти, что могло бы спровоцировать войну с Японией, у которой почти не было собственных нефтяных ресурсов.

Однако Уайт знал, что в апреле Рузвельт тайно разрешил пилотам армии, флота и морской пехоты США тихо уйти в отставку и воевать в Китае на американских истребителях Р-40 в армии Чан Кайши против японцев. Если последние обнаружат, что американские наемники, получающие жалованье от Китая, убивают японских авиаторов, война могла бы начаться и без помощи Уайта.

Начальник Уайта, Генри Моргентау-младший1010
  Министр финансов США в период с 1934 по 1945 год. Политический и экономический советник президента США Ф. Рузвельта – прим. ред..


[Закрыть], был возмущен преследованием евреев в нацистской Германией, но Моргентау, конечно, не был коммунистом. Он был верен Америке и своим собратьям-евреям, но совсем не был верен Сталину. Но ни Рузвельт, ни Моргентау не выступили бы за войну, которая отвечала бы его собственным интересам. Рузвельт хотел прискакать на своем белом коне и спасти Англию, а Моргентау хотел спасти евреев и наказать немцев.

Настоящим препятствием был государственный секретарь Корделл Халл1111
  Американский государственный деятель. Занимал пост государственного секретаря 11 лет (1933–1944), дольше чем кто-либо другой. Лауреат Нобелевской премии мира – прим. ред..


[Закрыть]. Рассказывали, что он родился в бревенчатой хижине в Теннесси, как и Абрахам Линкольна – юрист-самоучка, он служил пехотным офицером на Кубе во время испано-американской войны. Халла было бы труднее убедить, чем Рузвельта. Автор федеральных законов о подоходном налоге 1913 и 1916 годов и закона о налоге на наследство 1916 года, Халл был популистом и другом простых людей. Он знал, что на войне убивают или калечат обычных людей.

Корделл Халл

Между Халлом и Моргентау уже был конфликт. К 1938 году преследование евреев на большей части Европы вызвало кризис с беженцами. Вскоре после немецкой аннексии Австрии, в результате которой еще двести тысяч евреев остались без гражданства, Рузвельт созвал конференцию в Эвиан-ле-Бен во Франции1212
  Эвианская конференция – международная конференция с участием представителей 32 стран, на которой решались вопросы помощи еврейским беженцам от режима Гитлера в Германии, Австрии и Чехословакии. Конференция была созвана после аншлюса Австрии в марте 1938 года по инициативе президента Соединённых Штатов Америки Ф. Д. Рузвельта и получила название по городу Эвьян-ле-Бен (Франция), где она проходила в «Hotel Royal» с 5 по 16 июля 1938 года – прим. ред.


[Закрыть], чтобы постарайтесь ускорить бегство немецких и австрийских евреев. Проблема заключалась в том, что, хотя англоязычные страны и Франция испытывали жалость к евреям, они не хотели принимать их у себя. Британцы впустили лишь небольшое количество беженцев, Швейцария и Франция тех, у кого было много денег, а Канада и Австралия почти никого пустили на свою территорию. Доминиканская Республика и Мексика продолжали принимать большое количество евреев. Так же поступили и японцы, но когда беженцы узнали, что им рады в Шанхае и Маньчжурии, но не в самой Японии, многие отложили бегство из Европы в надежде, что англичане и американцы сменят свою политику по отношению к евреям. Гитлер находил забавным, что, хотя все сожалели о жестоком обращении немцев с евреями, казалось, никто их не хотел их принимать. Соединенные Штаты спокойно принимали около 27 тысяч беженцев в год, в основном по квоте, установленной для немцев в 1924 году. Акцент следует сделать на слове “тихо”, поскольку никто не должен был упоминать, что беженцы были (в основном) евреями. Значительная часть городских и южных избирательных округов Рузвельта была откровенно антисемитской, и он опасался их обидеть.

В июне 1939 года Корделл Халл отказался разрешить немецкому судну “Сент-Луис”1313
  После событий Хрустальной ночи (начало ноября 1938 года) немецким евреям стало очевидно, что из Германии необходимо уезжать как можно быстрее. В мае 1939 года около девятисот немецких евреев приобрели билеты на корабль «Сент-Луис», следующий рейсом на Кубу, вместе с разрешением на временное проживание, рассчитывая уже в безопасности на Кубе дождаться своей очереди на получение американской визы. Во время плаванья кубинский президент Федерико Ларедо Брю аннулирровал выданные пассажирам лайнера визы. 27 мая 1939 года «Сент-Луис» бросил якорь на гаванском рейде. Ни один из пассажиров не получил разрешения сойти на берег. 1 июня 1939 года капитан «Сент-Луиса» получил приказ покинуть территориальные воды Кубы, в противном случае корабль был бы атакован силами кубинского военного флота. Вплоть до 6 июня «Сент-Луис» кружил вблизи кубинских берегов, надеясь на отмену решения кубинского президента. Но этого не произошло. Соединённые Штаты между тем сообщили, что не превысят иммиграционную квоту. Капитан принял решение направить корабль обратно в Гамбург. – прим. ред.


[Закрыть], с 936 еврейскими беженцами из оккупированной нацистами Европы, причалить в Соединенных Штатах, несмотря на настоятельные просьбы Моргентау и его заверения, что «в газетах ничего не будет». Халл победил Моргентау, человека, известного как “второй государственный секретарь”. И Моргентау ненавидел Холла за это. Беженцы вернулись в Европу, и около половины из них позже были убиты на войне или во время Холокоста. Халл не был антисемитом по убеждениям. Его жена была еврейкой по происхождению со стороны отца, хотя она была воспитана как католичка. Он просто хотел избежать возмущения своего собственного электората, консервативных американцев, которые иногда проявляли антисемитизм и, подобно Халлу, хотели держаться подальше от проблем Европы. Зная, что Рузвельт хотел помочь Великобритании и что Моргентау поддержал бы войну против Германии – возможно, не против Японии, где еврейские банковские интересы были соблюдены, а еврейские беженцы получили убежище – Уайт решил нанести нокаутирующий удар по Корделлу Халлу – квазиизоляционисту1414
  В США изоляционизм долгое время понимался как стремление избегать вмешательства в конфликты вне американского континента. Такой внешнеполитический курс был рекомендован американскому народу Джорджем Вашингтоном в его прощальном послании. Соединённые Штаты придерживались изоляционизма первые полтора столетия своего существования, однако после Второй мировой войны эта внешнеполитическая концепция утратила популярность. – прим. ред.


[Закрыть].

«Х. Д. Уайт

Май 1941 года

A.

Франко-британский стиль дипломатии, которому подражал наш собственный Госдепартамент, похоже, с треском провалился. Из-за полумер, просчетов, робости, махинаций или некомпетентности Государственного департамента США и Министерств иностранных дел Англии и Франции, мы находимся в изоляции и быстро приближаемся к войне, которую мы можем выиграть в нынешних обстоятельствах только после дорогостоящих и ожесточенных усилий и только с чудовищно большим количеством жертв и других опасные последствия.

Учитывая необходимость с оптимизмом смотреть на исход войны, в которой через много лет мы одни, возможно, будем сражаться с победоносной Германией, а так же с ее союзниками – Японией и Италией и поставщиком ресурсов – Европой. Было бы фатально позволить такому оптимизму затуманить сложность стоящие перед нами задачи и помешать нам предпринять решительные шаги по укреплению наших позиций – пока еще есть время».

Уайт на пяти страницах излишне подробно рассуждал на тему важности дипломатии, а затем предложил направить меморандум в Японию.

«II

Соединенные Штаты и Япония

A.

Принимая во внимание, что война между Соединенными Штатами и Японии стоила бы тысяч жизней, миллиардов долларов, она покинула бы побежденную страну ожесточенный и жаждущий мести, способствовала бы социальному разрушению и не обеспечила бы мира в течение жизни наших детей, а также не разрешила бы навсегда неприятные проблемы, которые сейчас стоят между двумя странами, и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты стремятся избежать войны и готовы пойти более чем на половину пути для мирного урегулирования вопросов, мешаю более дружественным отношениям между двумя странами, и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты признают, что Япония, в силу особого характера своей экономики, остро нуждается в возможностях для расширения внешней торговли и в капитале для устранить разрушительные последствия четырехлетней войны и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты признают, что наши иммиграционные законы несправедливы по отношению к японскому народу и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты считают, что в долгосрочной перспективе интересам как японского, так и американского народа наилучшим образом может служить установление справедливых и мирных условий, при которых Япония и ее соседи могут процветать, и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты, в силу многочисленных обстоятельств, достаточно могущественны, чтобы уничтожить Японию, если Соединенные Штаты будут вынуждены против ее воли поднять оружие против Японии, и

Принимая во внимание, что Соединенные Штаты достаточно богаты средствами, сырьем, оборудованием и техническими навыками, чтобы создать, при необходимости, военно-морской флот и военно-воздушные силы, в десять раз превосходящие те, которые может создать Япония, и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты так сильно желают избежать ненужного кровопролития и разрушений, что они хорошо заплатят за то, чтобы помочь экономике Японии вернуться на мирную и здоровую основу, и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты желают помочь Китай сохранит свою независимость и достигнет мира, чтобы он мог продолжать свое политическое и экономическое развитие, к сожалению, прерванное в 1937 году, и

Принимая во внимание: Соединенные Штаты считают, что нет никаких основных препятствий для постоянных и более дружественных отношений между Соединенными Штатами и Японией, и считают, что японский народ будет приветствовать возможность восстановить мир, реконструировать японскую промышленность и торговлю, а также развивать дружественные отношения со своими соседями на основе, справедливой как для Японии, так и для других стран потребности Японии и потребности ее соседей и, наконец, что имеет самое непосредственное значение —

Принимая во внимание: Соединенные Штаты желают как можно скорее сосредоточить свои военно-морские силы в Атлантике, чтобы быть готовыми к любым чрезвычайная ситуация против потенциального врага, с которым в настоящее время нет оснований для дружбы.

Соединенные Штаты предлагают заключить соглашение немедленное соглашение с Японией, в соответствии с которым Соединенные Штаты и Япония согласятся делать определенные вещи, а именно::

B.

Со своей стороны, правительство Соединенных Штатов предлагает сделать следующее:

Вывести основную часть американских военно-морских сил из Тихого океана.

Подписать 20-летний пакт о ненападении с Японией.

Признать Маньчжурию частью Японской империи.

Поставить Индокитай под совместное управление Великобритании, Франции, Японии и Америки. Комиссия, которая обеспечит режим наибольшего благоприятствования для этих четырех стран до окончания войны в Европе, и которая будет управлять страной, в первую очередь, в интересах индокитайского народа.

Отказаться от всех экстерриториальных прав в Китае и получить согласие Англии отказаться от своих экстерриториальных прав в Китае и уступить Гонконг возвращается в Китай.

Представить Конгрессу и протолкнуть к принятию законопроект об отмене Закона об иммиграции от 1917 года, который запрещает иммиграцию в Соединенные Штаты говорящих на японском языке и возможность въезда в США японцев и китайцы на той же основе, что и представителей другие народы.

Провести переговоры о торговом соглашении с Японией, предоставив ей (а) режим наибольшего благоприятствования и (б) такие льготы по импорту, которые могут быть взаимно удовлетворены, включая соглашение о сохранении шелка-сырца в списке беспошлинных товаров в течение 20 лет.

Предоставить кредит в размере 3 миллиардов долларов США сроком на 30 лет под 2 процента годовых, который будет привлекаться по ставке, не превышающей 200 миллионов долларов в год, за исключением случаев одобрения президентом Соединенных Штатов. Половина средств будет направлена на закупку продукции Соединенных Штатов, а остальная часть – на закупку товаров из стран Латинской Америки.

Создать стабилизационный фонд в размере 500 миллионов долларов, половину которого предоставит Япония, а половину – Соединенные Штаты для стабилизации курса доллара к иене.

C.

Со своей стороны, правительству Японии предлагаем сделать следующее:

Вывести все военные, военно-морские и военно-воздушно-полицейские силы из Китая (границы по состоянию на 1931 год) из Индокитая и Таиланда.

Прекратить всякую поддержку – военную, политическую или экономическую – со стороны любого правительства Китая, кроме национального.

Заменить валюту иеной по согласованному курсу среди казначейств Китая, Японии, Англии и Соединенных Штатов все военные облигации, иены и марионеточные банкноты, циркулирующие в Китае.

Отказаться от всех экстерриториальных прав в Китае.

Предоставить Китаю кредит в миллиард иен под 2 процента для оказания помощи в восстановлении Китая (из расчета 100 миллионов иен в год).

Немедленно сдать в аренду правительству США на 3 года такие военно-морские суда и самолеты, какие выберут Соединенные Штаты, до 50 процентов военно-морских и военно-воздушных сил Японии. Арендная плата должна составлять 50 % от первоначальной себестоимости в год.

Продавать в Соединенные Штаты до половины текущего объема производство военной техники, включая военно-морские, воздушные силы, боеприпасы и коммерческие суда, с учетом затрат плюс 20 % по выбору Соединенных Штатов.

Предоставить Соединенным Штатам и Китаю режим наибольшего благоприятствования на всей территории Японской империи.

Заключить 10-летний пакт о ненападении с Соединенные Штаты, Китай, Британская империя, Голландия Индия (и Филиппины).

D.

Поскольку Соединенные Штаты не могут допустить нынешнего неопределенного статуса между Соединенными Штатами Штаты и Япония продолжат с учетом мировой событий и считает, что сейчас необходимы решительные действия, Соединенные Штаты продлевают вышеупомянутое предложение о справедливом и мирном решении трудностей между двумя странами всего на 30 дней. Если японское правительство не заявит о своем согласии с предложенным соглашением до истечения этого срока, это может означать только то, что нынешнее японское Правительство предпочитает другие, менее мирные способы решения этих трудностей и, возможно, ожидает благоприятного момента для дальнейшего осуществления плана завоевания.

В случае, если Япония решит отклонить предложение о мирном урегулировании на указанных здесь условиях, Соединенным Штатам придется сформировать соответственно, ее собственная политика. Первым шагом в такой политике стало бы полное эмбарго на импорт из Японии».

Предложенная Уайтом экономическая помощь и требование, чтобы Япония сдала в аренду половины своих военно-морских и военно-воздушных сил Соединенным Штатам, если бы эти предложения были бы обнародованы, то спровоцировали беспорядки в Токио и восстания в Корее. Он составил проект фактического объявления войны. Но он переступил через себя. Далее в разделе III меморандума он попытался отколоть Советский Союз от пакта Молотова-Риббентропа. Несмотря на «союз» (напомню документ был написан в мае 1941 года и отражает исключительно точку зрения американцев – прим. ред.) Сталина с Гитлером и участие первого в расчленении Польши, после печально известного нападения на Финляндию (речь идет о советско-финской войне, снова это точка зрения американцев – прим. ред.), Уайт предложил Соединенным Штатам предоставить Советскому Союзу десятилетний кредит в размере 500 миллионов долларов, принять до пяти тысяч “технических работников в Соединенных Штатах в качестве студентов или экспертов в нашей промышленности” и пригласить пятьдесят советских армейских и военно-морских атташе для участия в военных мероприятиях США – учениях. Он также призвал ввести эмбарго против любой страны, находящейся в состоянии войны с Россией и хотел потребовать, чтобы Россия ввела эмбарго в отношении Германии и стран, которые немцы захватили годом ранее. Россия тогда продавала Германия – нефть, которая обеспечивала бомбардировки Лондона люфтваффе и подводные лодки, которые топили британские и нейтральные корабли.