Текст книги "Близкая Земля"
![](/books_files/covers/thumbs_240/blizkaya-zemlya-282707.jpg)
Автор книги: Влада Ольховская
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Альда не собиралась пока пробиваться через гул, знала, что это бесполезно. Но думать о возможном восстании не перестала. На Итойе есть отряды охраны, связанные с добывающими предприятиями. Есть парочка военных баз. В небе постоянно кружит Кольцо, подчиненное Земле. Итальтика обо всем этом знают. И все же опасность велика, они готовились много лет, они все учли… У них наверняка есть оружие – о котором шпионы других племен ничего не выяснили.
При любом раскладе Альда наталкивалась на одни противоречия, но опыт предыдущих миссий показывал, что большой беде это обычно не мешает.
Незадолго до начала фестиваля капитан через Альду распространила приказ: на праздник они все должны явиться в парадной форме. Эта версия была одинаковой для всех: металлически-серебристой с тонким золотым узором, никаких отличительных знаков, только символ специального корпуса. Она была такой же крепкой и удобной, как обычная форма, просто выглядела нарядней.
Решение оказалось удачным. Это гражданские считали, что парадную форму спецкорпус разработал для красоты. Во флоте прекрасно знали, что у нее есть куда более важное преимущество: она скрывала, кто какими способностями обладает. Похоже, Лукия решила, что сейчас им лучше сообщать хозяевам праздника как можно меньше.
Отмечать единение собирались по всему городу, ближе к вечеру на улицы высыпали тысячи нарядно одетых людей и увешанных украшениями итальтика. А вот почетных гостей доставили к зданию, которое итальтика гордо именовали Дворцом Единения. Оно тоже было создано из глины по принципу «термитника». Но если небоскребы тянулись вверх, то дворец раскинул широкие рыжеватые крылья на внушительное расстояние. Вокруг него пестрели цветы, на стенах были выложены картины и надписи из живых лиан. Окна в этом здании тоже были огромными, часто – на всю стену. Дворец, пусть и уступавший по высоте небоскребам, располагался на возвышенности, поэтому оттуда открывался великолепный вид на город.
Других представителей спецкорпуса среди гостей не было, это Альда отметила сразу. Да и команду «Северной короны» тут вряд ли ждали, но Вернон умел был настойчивым. Основной же массой гостей со стороны людей оказались представители деловых кругов – компаний, которые вели бизнес на Итойе. Военные тоже присутствовали, но в основном почетные представители и специалисты по связям с общественностью, действующих офицеров Альда не увидела.
Ну и конечно, такое событие не могли оставить без внимания высокопоставленные итальтика. Те из них, что имели отношение к парламенту, носили крупные медальоны с выгравированными символами племен. Ролей других итальтика Альда не знала, но отмечала, что некоторые из них похожи друг на друга – цветом или отдельными чертами, такие предпочитали держаться вместе.
Гостей развлекали, как могли – в центре зала танцевала большая группа итальтика, украшенных цветами, и движения шестиногих существ завораживали. В углу устроился оркестр с местными инструментами. В соседнем помещении был накрыт стол для всех желающих.
Альда для приличия походила между группами, кивнула всем, кто смотрел на нее или поворачивал в ее сторону лишенную глаз морду. Когда к ней привыкли, телепатка снова отошла в сторону, затерялась среди грандиозных букетов с колючими цветами джуни и сосредоточилась на своих способностях.
Гул за прошедшие часы приятней не стал, но теперь Альда не рассеивала внимание по всему городу, а сконцентрировалась только на тех, кто находился во дворце. Из них половину можно было смело отмести – мысли людей ее пока не интересовали. Ей требовалось преодолеть гул мыслей не самой большой группы итальтика, и это наконец-то начало получаться.
Они думали на родном языке – но иначе и быть не могло. Тут Альде как раз помогло обучение Вернона: до начала миссии он заставил ее скопировать код языка из памяти Малук-Ахау, так что теперь она легко понимала итальтика. Альда воспринимала не только настроение и эмоции, она считывала обрывки мыслей… И мысли эти ей не нравились.
Опасно, слишком опасно…
Он сказал или нет?
Они подсунули нам эту девицу, как намек…
Никто не отступит! Слава Итойе!
Все это было очень плохо. Кто-то размышлял о восстании с холодным спокойствием профессионала. Но кто-то срывался в истерику, заглушая страх фанатичным, чуть ли не религиозным рвением – при том, что религии как таковой на Итойе не существовало.
Это могло привести к чему угодно… и точно ни к чему хорошему. Держаться за аргументы о том, что у итальтика нет ресурсов для восстания прямо сейчас, больше не получалось. Что-то уже начало происходить, что-то очень плохое… Альде было плевать на все риски и угрозу собственной репутации, она должна была предупредить о творящемся здесь капитана и Триана. Праздник необходимо прервать, а людей эвакуировать, срочно…
Ей повезло в том, что команда «Северной короны» не разбрелась по залу. Не похоже, что они беспокоились, просто предпочитали держаться вместе. Альде оставалось только добраться до них… А она не успела.
То ли дело было в том, что ее поспешное сближение с командой заметили, то ли просто так совпало – узнать наверняка ей было не суждено. Музыка в зале оборвалась, из колонок, скрытых под потолком, вырвался резкий высокий звук, заставляющий и людей, и многих итальтика болезненно поморщиться.
Реального вреда он никому не причинил, да и не должен был. Его запустили лишь для того, чтобы привлечь всеобщее внимание. Люди, пока не ждавшие подвоха, возмущенно посмотрели на сцену – где уже стоял один из итальтика. От Альды не укрылось ничего: ни то, что он снял символ своего племени, ни отряд вооруженных винтовками солдат, окружавших сцену по периметру.
«Мое имя Хапикерн-Тохил, – невозмутимо объявил в сознании всех собравшихся итальтика на общем языке. – С этого дня и до окончания переговоров я отвечаю за взаимодействие с кабракан».
И одна лишь эта фраза говорила о многом. Альда уже успела выяснить, что слово «кабракан» использовали немногие итальтика, остальные считали его оскорбительным. Потому что оно не просто обозначало инопланетянина, а намекало, что он во многом уступает жителям Итойи и никогда не будет равен им.
– Что здесь происходит? – нахмурился один из торговцев. – Это такое шоу? Крайне неудачное, должен признать!
Прежде, чем ответить, Хапикерн-Тохил повел в воздухе щупальцем, подавая кому-то сигнал, и в зал из служебного помещения поспешили вооруженные итальтика, много, с символами разных племен… Альда чувствовала, что некоторые из них напуганы, некоторые нервничают, многие злятся… Но отступать не собирался никто.
«Нет, это не шутка и не шоу, – ответил итальтика. – Кабракан использовали нашу планету слишком долго, превращая итальтика, пусть и мягко, в своих покорных слуг. Достаточно! С сегодняшнего дня Итойя возвращает себе свободу и разрывает всякие отношения с Землей. Ну а вам всем предстоит остаться заложниками, обеспечивающими спокойное возвращение независимости, – или заплатить, если ваши сородичи там, наверху, попытаются нас остановить».
* * *
Заполыхала разом вся планета.
Ракеты, запущенные без предупреждения, смели с поверхности немногочисленные военные базы, принадлежащие Общему Правительству.
Посольства Земли и других планет были захвачены. Охрану убили на месте, даже тех, кто и не помышлял о сопротивлении. Дипломаты, их супруги и дети, видя изуродованные, окровавленные трупы солдат, не думали ни о спорах, ни о возмущении.
Представительство специального корпуса накрыли ракетным ударом, а потом сожгли руины с помощью дронов-чистильщиков. Выжить не позволили никому. Людей со способностями тут не понимали и опасались.
Группы захвата ворвались даже в культурные центры других планет. Где-то им удалось захватить контроль без боя. Где-то они все же натолкнулись на сопротивление – бессмысленное, безнадежное, питавшееся скорее гордостью, чем желанием победить. Из Центра Культуры Холинсу, например, повезли к крематорию двенадцать трупов. Это, конечно же, ничего не изменило.
Неспокойно было и в небесах. Ближайшую станцию общего пользования с ее немногочисленным персоналом захватили без труда. Одни военные корабли взорвались. Другие вернулись к космическому флоту на автопилоте – полностью разоруженные, под завязку набитые трупами солдат.
Заявление стало очевидным до того, как оно прозвучало.
А где-то в бункере, укрытом в недрах планеты, наблюдал за исполнением плана Совет Пяти. Все шло так, как было задумано. Никто не спешил этому радоваться. Сначала в комнате висела тишина, густая, как болотные воды. Потом она была нарушена, но нарушена голосами мрачными, уставшими, звенящими злостью, пронизанными горечью.
– И все-таки слишком рано… Они там с ума сошли?
– Не так уж рано: подготовка была завершена на девяносто процентов.
– Возможно, это нас и погубит!
– Какая уже разница? Победить мы можем только вместе – и мы победим!
Четверо ушли, устав от наблюдения за горящей, истекающей кровью планетой. Осталась только одна женщина, сжавшаяся, спрятавшая лицо в ладонях. Она снова заговорила, хотя и знала, что никто не услышит. Просто иногда слова сами рвутся наружу – они ничего не смогут изменить, но они хотя бы прозвучат.
– Господи, что мы наделали…
Вопрос, прозвучавший в тишине, очень скоро не давал покоя многим – когда стало известно о недавних событиях, и система планет, объединенная Общим Правительством, в шоке пыталась свыкнуться с новой реальностью, где настолько невероятная новость была не поводом для шуток, а разрушительной правдой.
Этой ночью восстал Марс.
Глава 3
В исследованной Вселенной осталось не так много людей, которых не удивила эта ситуация, и Валентин Вернон был одним из них. Не потому, что все предвидел – нет, такого поворота не ожидал даже он. Просто он давно научился относиться к жизни как к игре. Да, порой кровавой, чаще всего несправедливой, и все равно игре, которую не стоит воспринимать всерьез.
Он и сам не понимал, как так получилось. Пожалуй, этого следовало ожидать: когда знаешь о людях так много, остается все меньше святого и важного. Чтобы не сойти с ума, держишься за то, что не дает скучать. Да и потом, любые свои негативные эмоции он научился гасить за долю секунды еще лет десять назад.
Поэтому теперь он был спокоен даже на экстренном совещании Общего Правительства, которое созвали из-за одновременного восстания Марса и Итойи. Пламенные речи о предательстве и подлости он не слушал, они были ему не интересны, равно как и оправдания тех, кто должен был все это предотвратить или хотя бы предупредить Общее Правительство об угрозе. Пока сильные мира сего по очереди занимали место за трибуной, чтобы выпустить пар, Вернон бесцеремонно рылся в их мозгах. Они, вероятнее всего, знали об этом, но старательно делали вид, что не знают. Помешать ему они все равно бы не смогли, а притворное незнание помогало им сохранить остатки самоуважения.
Вернон не испытывал никакой симпатии к восставшим, но вынужден был признать, что действовали они грамотно. Две планеты, очень разные, разделенные грандиозным расстоянием, готовились к военному перевороту много лет – а об этом разве что догадывались. Толковых доказательств не было, и возможные мятежи воспринимали как действия отдельных группировок, которые легко будет погасить.
Вот и дождались… Даже при том, что восстание явно началось раньше срока, пока мятежники добились поразительных успехов.
Марс был захвачен полностью. Совет Пяти, правительство планеты, поддержала армия, которая теперь контролировала крупнейшие города. Марс давно уже был оснащен по последнему слову техники, так что с боевой операцией флот не спешил, она могла обернуться кровопролитной войной, победа в которой наверняка осталась бы за Землей – но ценой серьезных потерь, которыми, возможно, кое-кто попытался бы воспользоваться. Так что Красную Планету пока окружили боевыми кораблями, однако держались они на том расстоянии, которое задали мятежники.
На Итойе все обстояло не лучше. К местным флот относился с легким пренебрежением, вполне справедливо полагая, что у них не хватит ни опыта, ни технологий для полноценного восстания. Никто ведь не предполагал, что им поможет Марс…
– Они захватили Кольцо, – мрачно вещал главный инженер, которому полагалось следить за уникальной сетью спутников. – Просто перевели управление на себя и все… Похоже, они изменили спутники, когда якобы проводили техобслуживание.
Сказал он только это, но Вернон, покопавшийся в его памяти, знал намного больше. Земляне понятия не имели, какие еще изменения итальтика внесли в Кольцо. Использование марсианских технологий давало огромный потенциал – потому что Земля сделала Марс кластером инноваций.
К тому же на Итойе захватили более пятидесяти тысяч заложников, судьба которых оставалась неизвестной. И это тоже сдерживало флот – так же, как Кольцо и военные технологии Марса.
Так что суетились представители Общего Правительства не напрасно, они понимали, что, если восстание не будет подавлено быстро и легко, начнутся очень нехорошие события в некоторых других колониях.
К счастью, панике поддались не все.
– Наше положение не столь плачевно, как считают многие, – спокойно объявил один из генералов флота, не связанных со специальным корпусом. – Очевидно, что планы мятежников по какой-то причине сбились. На это указывает заметная поспешность их действий, порой граничащая с небрежностью, и то, что они не предъявили нам толковых требований – до сих пор! Получается, они даже не успели согласовать эти требования друг с другом. Если мы узнаем, что заставило их действовать быстрее, причем себе в ущерб, это мы тоже используем для возвращения планет под свой контроль.
Вернон решил, что молчал он достаточно долго, настало время вмешаться. Он, в отличие от остальных, не просил слово у председателя. Ему достаточно было небольшого телепатического усилия, чтобы все взгляды обратились на него.
– А это я, – усмехнулся он. – Я эта причина. Точнее, кое-какие из предпринятых мной действий.
Кому-то другому за нарушение протокола собрания сделали бы замечание. Вернону тоже раньше делали, теперь вот отчаялись. Это хорошо: они хотя бы обучаемы.
– Что вы имеете в виду, господин Вернон? – спросил председатель. – Те сведения, которые вы недавно получили от итальтика?
– Скорее, мою реакцию на них. Я отправил туда команду «Северной короны».
– Насколько мне известно, команду вы отправляли ради разведки, а не стимулирования революции, – сухо отметил генерал.
– Да, план был такой. Но теперь я оцениваю ситуацию уже с учетом всего, что случилось. В команде, как вы знаете, работает и моя биологическая дочь, любезно сконструированная нашим научным отделом. Причем, как выяснилось недавно, ее и других детей, полученных через бридинг-программы, планировали использовать как раз против специального корпуса. Заказчик этих занимательных экспериментов до сих пор оставался неизвестным. Мы предполагали, что за этим стоят частные корпорации, вроде тех, что не так давно пытались забрать себе Феронию. Но теперь я начинаю подозревать, что оружие накапливали как раз наши будущие мятежники – в том числе и живое.
Вернон действительно не ожидал, что так будет, тут он не соврал. Но то, насколько четко выстроились события, намекало, где он допустил ошибку в расчетах. Заговорщики сразу же узнали Альду Мазарин, ведь недавно вокруг ее имени полыхал грандиозный скандал. Им также было известно, что после суда Вернон начал рассматривать ее как один из своих ресурсов.
Так что ее появление на Итойе восприняли как боевую, а не разведывательную операцию. Сначала утечка сведений племени Малук-Ахау, потом дочь номера 1 среди телепатов… У кого-то из заговорщиков сдали нервы, ну а все остальные были вынуждены подстраиваться. И Марс, и Итойя прекрасно понимают, что победить смогут только вместе. Они решили пренебречь финальными этапами подготовки, чтобы сохранить за собой эффект неожиданности.
Это Вернон и собирался использовать.
– Если мы начнем прямую атаку, мы все равно победим, но это будет битва на их условиях, – сказал он. – При таком столкновении все упущенные при подготовке моменты будут не так уж важны. Нам нужно действовать точечно. Своей панической атакой они открыли сразу две уязвимости.
– Одна из них – детали, пропущенные из-за поспешности, – кивнул генерал. – А какую вы считаете второй?
– То, что они там наверняка перецапались. Поверьте мне, я знаю человеческую природу лучше, чем хотел бы – а природа итальтика мало чем от нее отличается. При переговорах с нами эти новые хозяева жизни презрительно усмехаются и распускают перья. Но на планетах наверняка уже звучат вопли в стиле «Я же говорил, что нужно подождать! Это была твоя идея!» Недостаток единства губит быстрее, чем прямое попадание ракеты.
Никаких решений Вернон предлагать не стал, он прекрасно знал, что очень многие во флоте этого не любят. Он сделал вид, что смиренно отступил, сыграв свою роль, и продолжил наблюдать. Он уже видел, что ни у кого нет мыслей о прямом столкновении, и это радовало.
Вернон ожидал, что решение предложит тот самый генерал, очень уж хорошо он держался. Однако первым слово неожиданно взял Легион.
– Мы готовы взять на себя проблему на Марсе. Господин Вернон прав в том, что решение должно быть точечным, осторожным. Заложников на Марсе не так много, как на Итойе, но не хотелось бы терять даже их. Мы постараемся решить проблему быстро и тихо.
Что ж, это был неплохой вариант. Легион и правда был хорош в своем фирменном «быстро и тихо». Они ведь не сказали, что будут милосердны, и это тоже было честно.
– Принято, – после недолгого совещания объявил председатель. – Ответственность за военную операцию на Марсе передана Легиону. Мне также поступило предложение от специального корпуса, который берется решить вопрос на Итойе.
Прошение это подал не Вернон, но он знал, что он отправлено. Собственно, он лично вложил в память представителя спецкорпуса правильное написание слова «приоритет», потому что первоначальный вариант получился удручающим.
– Как всегда, поражен мудростью нашего совета, – бодро объявил Вернон. – Думаю, я смогу предоставить план использования команды, оставшейся на Итойе, уже к сегодняшнему вечеру…
– Это не будет сводиться к вашему плану, – отрезал председатель. – Точнее, не только к нему. За вами оставят свободу действия, господин Вернон, но все понимают, что одной команды для решения такой глобальной проблемы недостаточно.
Да, определенно прокол… Вернон был настолько уверен, что его идею поддержат все, что не проверил разум председателя. А жаль: изначально еще можно было внушить этому увальню нужные мысли, но теперь, когда председатель выразил несогласие вслух, внезапная смена его настроения стала бы слишком подозрительной.
Так что пока Вернону предстояло затаиться и плыть по течению, он лишь спросил:
– Как же тогда будет решена эта глобальная проблема? С учетом того, что моя команда останется вспомогательным ресурсом.
– Возможно, этот ресурс нам и вовсе не понадобится. Мы направляем к Итойе Черную Армаду.
* * *
Тварь наблюдала за ними долго, пялилась единственным глазом сквозь толщу воды. Она никак не могла понять, с кем имеет дело. Если бы посреди океана оказались только люди, она бы давно уже сожрала их – она делала такое раньше. Ее смущал размер корабля, превосходящий ее собственный. Если бы она была сытой, она бы точно уплыла, не рискнула нападать. Но она осталась здесь, и можно было не сомневаться: голод рано или поздно заставит ее начать охоту.
Ожидание не изматывало Одхана Роша – оно вполне устраивало номер 4 Легиона. Если бы он отличался трудоголизмом или очень хотел какую-нибудь награду, он бы напал первым. Однако ему просто сказали поубивать этих китоподобных уродцев на Зиррацине, никто не говорил ему, скольких нужно убить и как быстро. Поэтому Одхан не спешил, он растянулся на палубе, наслаждаясь жарким солнцем чужой планеты.
Ему некуда было спешить. Если уж называть вещи своими именами, задание на Зиррацине было слишком простым для их команды, тут и горстка новичков справилась бы. Но это направление они получили как раз стараниями Одхана: прошлая миссия его потрепала, писать заявление на отпуск номеру 4 было банально лень, поэтому он выбрал задание, которое подходило под его определение рыбалки на тропическом курорте.
Наконец хищник устал выжидать, он рванулся вперед. Длинное скользкое тело вылетело из воды, взвилось в воздух, и его тень накрыла всю палубу, обдавая Одхана прохладными брызгами.
Подниматься с лежака легионер все равно не собирался. Он лениво метнул в хищника нож, уже покрытый кровью. Оружие казалось просто смешным, никак не способным причинить вред такой грандиозной туше… А оно справилось. Точнее, справилась кровь, нож просто пролетел через пространство с достаточной силой, чтобы впиться между крупными чешуйками на брюхе существа.
Сам удар оно, конечно же, не заметило, оно тяжело рухнуло на палубу, грандиозные челюсти щелкнули в паре сантиметров от лежащего легионера… И на этом битва была закончена. Существо странно выгнулось, взвыло и ловко, по-змеиному, метнулось к борту. Очень скоро оно было в воде, ожидая, очевидно, что это его спасет. Оно ведь прежде с таким не сталкивалось, все его предыдущие жертвы умирали быстро.
Одхан позволил твари отплыть чуть дальше – ему не хотелось портить воду возле корабля, он еще планировал сегодня искупаться. Но контроль он не упускал ни на миг, и когда расстояние показалось ему достаточным, он просто вспорол хищнику брюхо изнутри, превращая недавнего охотника в желанную добычу для донных падальщиков.
– И еще плюс один, – с довольным видом объявил Одхан, хотя слушать его было некому.
Миссия на Зиррацине определенно была его лучшей идеей за последний год. Одхан не хотел спешить сам и собирался запретить это другим, чтобы океаном можно было насладиться чуть дольше.
Однако уже через пару часов выяснилось, что маленький тропический рай придется покинуть. Плохие новости, как это чаще всего бывало, прилетели по секретному каналу Легиона. Одхану надлежало срочно явиться на станцию для выполнения индивидуального задания. То, что его команде предстояло остаться на Зиррацине, намекало, что миссия будет та еще… Из тех, на которых точно нет места плетеным лежакам и пляжным коктейлям.
Возражать Одхан не собирался, потому что Легиону возражать – себе дороже. Долгие сборы ему не требовались, и очень скоро он уже стоял на дальней палубе в ожидании скоростного челнока, на котором ему предстояло покинуть планету.
Он никого не звал. В команде знали, что его перевели на другую миссию, но особого значения этому не придавали. Они не сближались с легионером, он – с ними, и всех всё устраивало. Хотя было, конечно, и исключение…
– Шел бы ты отсюда, пацан, – бросил Одхан, не отрывая взгляда от ярко-голубого неба. – Делать больше нечего?
Иарлайт, конечно же, не послушался. Когда все шло своим чередом, киборг не навязывался, он по-прежнему держался с легионером на равных. Однако Одхан прекрасно знал, что парнишка за каким-то чертом назначил его чуть ли не на роль наставника. Лучше никого не нашел… Одхан не раз говорил ему прямым текстом, что ориентироваться на легионеров нужно, только если жить надоело, а совершать самоубийство неохота. Иарлайт на это заявлял, что он лучше булыжник своим духовным лидером признает, и то больше толку будет. Но в нужные моменты он всегда оказывался рядом.
Вот и теперь он неспешно подошел к Одхану и тоже посмотрел на небо.
– Зачем тебя вызывают? – спросил он.
– Соскучились, наверно.
– А как самом деле?
– Посмотри в учебнике, в разделе «Не твое механическое дело». Я откуда знаю, что им понадобилось? Может, война где случилась. Может, грохнуть кого-то надо. Меня для демонстрации кружевных трусиков не зовут.
– Звучит так, будто ты сожалеешь об этом…
– Поговори мне тут – и проверим, какой из тебя поплавок!
В небе появилась черная точка, пока еще далекая, но уже заметная. Вовремя… Видимо, кого-то в Легионе знатно припекло, раз он организовал доставку номера 4 с отдаленной планеты так быстро.
Иарлайт челнок тоже заметил, он прекрасно знал, что на беседу у них осталось от силы минут тридцать, и медлить не стал.
– Я тебе кое-что принес.
Одхан наконец перевел взгляд на него и обнаружил, что киборг протягивает ему металлический чехол, совсем небольшой, но из тех, в которых обычно перевозили или драгоценности, или карты памяти, или оружие.
– Что это? Ты знаешь, что я сувениры с собой не таскаю, – напомнил Одхан. – Больше шмоток – скучнее жизнь.
– Это не сувенир. Открой, а потом выпендривайся, если настроение будет.
Хотелось послать пацана подальше, но любопытство все-таки победило. Одхан забрал у киборга чехол, без сомнений открыл и обнаружил внутри черную сферу с несколькими скрытыми кнопками.
– Я смотрю, тебя от воды коротить начало, – покачал головой Одхан. – На кой мне термограната? Да я одним ударом могу нанести больше вреда, чем она – взрывом!
– Похвально, но это не термограната. Это корпус от термогранаты.
О том, что киборг увлекся усовершенствованием оружия, Одхан знал уже давно. Ничего странного он в этом не видел: когда твое тело отчасти состоит из боевых машин и зависит от них, логично разобраться, как что работает.
Теперь вот выяснилось, что мальчишка этот и изобретать что-то начал. Может, даже неплохо, он не дурак. Но Одхан все равно не был впечатлен.
– Ну, корпус. Мне все равно, что внутри – хоть термоядерный реактор, хоть бабушкины пирожки. Я эту хрень с собой не потащу.
– Что, надорваться боишься? – хмыкнул Иарлайт. – А тащить все равно придется! Это граната с антиматерией!
– Чего? Какой еще антиматерией, что ты несешь?
– Ладно, не с антиматерией как таковой, но звучало же круто! Я эту гранату сам изобрел. Если нажать вот эту кнопку, – киборг показал нужную кнопку на корпусе, – появится игла. Через нее необходимо получить генетический образец того, кого тебе нужно уничтожить. Тогда из корпуса вылезут наноботы, которые доставят растворяющий реагент только в тело нужной жертвы. Для реагента я выклянчил токсин у хилера, так что сто процентов сработает! И будет реально эффект антиматерии, твой враг просто растворится! Ну, что ты теперь скажешь?
Одхан изобразил лучшее подобие доброй отеческой улыбки, на какое был способен, сделал шаг к Иарлайту, явно довольному собой, и отвесил киборгу щедрый подзатыльник. Пацан, наверняка ожидавший не такого, изумленно уставился на легионера, пытаясь сообразить, может ли так выражаться похвала.
– Теперь я скажу, что ты слишком сообразительный мелкий паскудник, – процедил сквозь сжатые зубы Одхан.
– Эй! За что?!
– Ты меня совсем за дебила держишь? Да это же идеальное оружие против легионеров! Изобрел он, естествопытатель хренов!
Одхан и так сразу понял, с чем имеет дело. Но даже если бы он сомневался, смущенно отведенный взгляд киборга стал бы лучшим подтверждением его догадок.
– Ну, допустим, – пробормотал Иарлайт.
– Отлично! Я его драться учу, подстраховываю, а он тихонько, под одеялком, оружие против меня готовит!
Вот теперь киборг снова взглянул на него – с таким искренним гневом, на который, пожалуй, только юность и способна.
– Не против тебя! И никогда не было против тебя!
– Ага, конечно! С ним в команде работает легионер, он, высунув язык, лепит оружие против легионеров, но ко мне это не имеет отношения!
– Это имеет к тебе отношение – потому что я хотел тебе помочь!
– Это еще что должно означать? – нахмурился Одхан.
– Да я слишком много этого вашего Легиона видел! На Адране, потом на Феронии… Вы же друг с другом сцепиться в любой момент можете! И погибнуть… Я еще на Феронии подумал: если бы на тебя напали, что бы я сделал? Да ничего! Стоял бы рядом и ждал, пока меня добьют, если не побрезгуют, конечно! Я так не хочу. Я тебе не ученик, ты мне не нянька. То, что ты номер 4, изначально намекало, что мы еще можем пересечься с Легионом. И я хотел держаться с ними на равных, если это все-таки случится.
Идея все равно была тупая. Одхан сильно сомневался, что эта дурацкая поделка вообще работает – и что она способна повлиять на того, с кем не справится номер 4. Не рассмеялся легионер лишь по одной причине: он видел, что мальчишка искренне верит каждому своему слову. И это наивное желание защитить оставляло какое-то странное ощущение внутри…
– Ты ведь не собирался говорить мне про эту игрушку? – уже спокойней спросил Одхан.
– Нет… Я собирался взять ее с собой, если бы мне позволили сопровождать тебя. Я, кстати, просил капитана о переводе… Но он сказал, что на этот раз нельзя, и я решил, что уж лучше я отдам гранату тебе, чем буду хранить ее непонятно зачем.
– Мда, учить тебя еще и учить, прежде чем ты в полезный предмет превратишься… Понятно, что никто тебя со мной не отпустит. Там явно какая-то грандиозная вечеринка Легиона намечается, посторонним вход воспрещен. Но твою цацку я, так и быть, возьму.
Иарлайт не обиделся даже теперь, он просто улыбнулся, протягивая легионеру руку:
– Не понадобится – отдашь мне, я ей применение найду. Так что потрудись вернуться, понял?
– Естественно. Без меня так и продолжишь приносить меньше пользы, чем сервисный дрон!
На этом время для разговоров закончилось. Челнок наконец добрался до корабля, кое-как приводнился, давая Одхану возможность подняться на борт. Иарлайт, конечно, не собирался изображать тоскующую барышню, он ушел раньше, так что отлет получился быстрым.
Никаких инструкций или пояснений Одхану не передавали. В пути его сопровождали только рядовые сотрудники Легиона, чуть ли не обслуживающий персонал, они сами ничего толком не знали. Но когда он добрался до Общей Сети и увидел главные новости этих дней, не так уж сложно было соотнести одно с другим.
Какие-то недоумки умудрились захватить аж две планеты федерации… а другие недоумки им позволили. Одхан понятия не имел, как именно это произошло, но недооценивать ситуацию не собирался. Дело дрянь, конечно… И то, что Легион собирает лучшие свои силы, вполне логичное продолжение этих событий.
Встрече предстояло пройти на станции Легиона, солдат специального корпуса там не было. Но чего-то подобного Одхан и ожидал, Иарлайту не зря запретили сопровождать его. Номер 4 прибыл одним из последних, времени на отдых у него не было, но он в отдыхе и не нуждался. Одхан сразу же направился в зал собраний.
Там он обнаружил тех, кого и ожидал увидеть: представителей первой десятки. Легион действует по привычной схеме. Не хватало пока только номера 7, но он, должно быть, находился дальше всех от станции на момент вызова. Остальные уже собрались, и взволнованными они не выглядели. Да и чего волноваться? Пока Одхан не обнаружил в новостях ничего такого, что могло стать настоящей угрозой.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?