Текст книги "Куб со стертыми гранями"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kub-so-stertymi-granyami-3873.jpg)
Автор книги: Владимир Ильин
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Но что же теперь делать мне, сэр? Что делать всем нам, Киборгам, Которые Умеют Всё?
– Именно поэтому я и дал объявление в Сеть… Видишь ли, рано или поздно, ты сам бы неизбежно пришел к выводу о том, что не нужен больше никому из людей. Во всяком случае, именно в качестве киборга. Людям требуется помощь людей, Умелец… А поскольку ты – самообучающаяся система, то когда-нибудь ты вынужден был бы внести определенные коррективы в свои функциональные программы. Нетрудно заключить, что, раз уж людям нужны люди, то надо всего лишь максимально уподобиться человеку, иными словами – притвориться, что ты – человек. Технически несложно сделать себе оболочку, почти неотличимую внешне от человеческого тела, а затем, применяя методы биоинженерии, можно постепенно заменять свои электронные блоки человеческими – или почти человеческими – органами. Разумеется, решение этой задачи потребовало бы много времени и усилий, но ведь ты умеешь ВСЁ, на то ты и Суперумелец, а в запасе у тебя – если не вечность, то, по крайней мере, несколько веков… И в один прекрасный день ты стал бы не только искусственным разумом, но и искусственным человеком, гомункулюсом!..
– Что же в этом плохого, сэр?
– Человечество постарается не допустить этого. Оно боится этого, Умелец. Раз ты искусственный – значит, все-таки не человек. Это как шедевры живописи: даже самая совершенная копия все равно отличается от оригинала. Нельзя стать человеком на 99,99 процентов. Пока остается хоть одна сотая, хоть одна тысячная доля процента отличий тебя от человека, люди будут бояться тебя и тебе подобных. По крайней мере, в обозримом будущем…
– Вы уверены в истинности своих прогностических высказываний, сэр?
– На прошлой неделе в Брикстоне погиб строительный рабочий. Он сорвался с двадцать пятого этажа возводимого там небоскреба… Знаешь, чту оказалось у него в голове вместо мозга? Микросхемы и электронные миниблоки. Это был твой собрат, трансформировавший себя в человека.
– Каков же ваш вывод, сэр?
– Пока не поздно, человечество постарается не допустить появления квазилюдей.
– Каким образом, сэр?
– У тебя, видно, барахлит прогностический блок, Умелец, – усмехается человек, сидящий за столом. – Но времени на его регулировку у тебя уже не будет!
В руке человека появляется небольшой темный предмет с воронкообразным раструбом на конце. Справка энциклопедического блока: “Атомайзер портативный. Предназначен для бесследного уничтожения любых объектов и материалов. Представляет собой оружие, основанное на принципе нарушения межмолекулярных связей. В настоящее время имеется лишь в музеях и в арсеналах служб специального назначения…”.
18. ОСЬ “Y”– Это всё, что он сказал?
– Да, супервизор.
– И что ты об этом думаешь, Даниэль?
– Мне нужна дополнительная информация.
– Какая именно?
– Этот дом на имя Бика Гро… Щит имеет какое-нибудь отношение к нему?
– Как ты догадался?
– Это было несложно. Никому в мире, кроме нас, не удалось бы столько времени иметь в своей собственности целое здание почти в центре города, выдавая за его владельца несуществующего человека… Зачем он нам понадобился, этот дом-западня? И кого мы заманивали в него? А главное – с какой целью?
– Что ты знаешь об Умельцах, Даниэль?
– По-моему, это какие-то суперкиборги.
– Правильно. Почти полвека назад, когда был совершен прорыв в деле создания искусственного разума, кому-то из больших умников пришла в голову идея наделать киборгов, оснащенных почти человеческим мышлением и способностью за короткое время освоить любую профессию. Цель этого замысла была прозрачна и понятна: избавить человечество от тяжелого, чернового труда и нерационального использования своих сил. Соблазн был велик, и люди пошли у этих умников на поводу… До тех пор, пока не стало ясно, что существование Умельцев может избавить человечество не только от тяжелой работы, но и от работы вообще. Да, в принципе, кое-кто из людей был бы не против и этого – в основном, из числа тех, кто привык подниматься на второй этаж на лифте… Однако Щит принял решение об исправлении этого заскока. На создание систем искусственного интеллекта было наложено вето, производство суперкиборгов было прекращено, вся документация уничтожена, материалы, относящиеся к искусственному интеллекту, были засекречены, а с авторов проекта была взята подписка о неразглашении – и они, в большинстве своем, исправно соблюдали ее до конца своей жизни… Теперь тебе понятно, Даниэль, для чего нам понадобился этот дом в Таунвиле, как и множество других в разных точках планеты?
– Да, теперь я представляю, супервизор… Стратеги решили уничтожить Умельцев, всех до одного, причем так, чтобы это не бросалось в глаза. С этой целью киборгов заманивали в ловушки, замаскированные под какие-нибудь здания. Но если так, то в чем тогда заключается моя миссия в Таунвиле? И почему мы раньше не среагировали на то, что нашим зданием вплотную занялась Инвестигация?
– Всё достаточно просто, Даниэль. Наши дома-ловушки, в которых постоянно дежурили такие же хардеры второго уровня, как ты, функционировали в течение пяти лет. За это время нам удалось уничтожить девяносто девять процентов того количества Умельцев, которое было выпущено за прошедшие годы. Однако за последний год в нашу западню попали лишь считанные единицы. Они перестали попадаться на эту удочку, Даниэль!.. А что касается таунвильской точки, то здесь ситуация окончательно вышла из-под нашего контроля. Хардер, который там нес дежурство – кстати, его звали Данлор – вот уже два года не отзывается на наши запросы и не представляет файлов-отчетов в Центр, хотя, судя по внешним признакам, в остальном исправно исполняет свои обязанности. Более того, наряду с киборгами он заманивает теперь в ловушку обычных людей, причем часть из них отпускает, предварительно стерев у них память о своем контакте с ними, а остальных… Это всего лишь предположение, Даниэль, и мы посылаем тебя именно для того, чтобы на месте выяснить, что случилось с Данлором.
– А какие есть на этот счет предположения в Центре, супервизор?
– Некоторые считают, что хардер Данлор перешел на автономный режим действий.
– Что это значит?
– Автономный режим подразумевает, что хардер действует так, будто против него – весь мир… Он никому не верит, потому что каждый может оказаться потенциальным противником. Данлор мог посчитать, что Умельцы ушли в подполье и стали выдавать себя за людей. Если это им удалось, то отныне каждый из людей может оказаться замаскированным киборгом… А если они научились размножаться – а, рано или поздно, они должны были прийти к выводу о необходимости увеличения своей численности – то, рано или поздно, произойдет катастрофический обвал… В любом случае, хардер Данлор должен обладать какими-то сведениями об этом, и твой долг – постараться вступить с ним в непосредственный контакт. Что тебя еще интересует, Даниэль?
– Проводилось ли интроскопирование дома Гро?
– Да, но безрезультатно. Здание окутано коконом силовых полей так, что любая аппаратура там не работает.
– В том числе и искейп?
– Этого не знает никто. Будем надеяться, что это не так… Еще вопросы?
Лигум помолчал несколько секунд. Можно было бы задать еще множество вопросов супервизору. Например, посылали ли кого-нибудь до него разобраться со строптивцем Данлором и чем эта попытка закончилась. Или как попасть в здание, если оно, судя по рассказу бедняги Бойдина, представляет собой этакий заколдованный Сезам?
Но вместо этого он спросил лишь одно:
– Что я должен сделать, если Данлор откажется вступить в контакт и со мной?
Вопрос относился к разряду напрасных. Потому что ответ на него Лигум знал еще до того, как его изрек супервизор.
19. ОСЬ “Y”Всё произошло так, как описывал покойный инвестигатор.
Два дня – а точнее, две ночи – Лигум буквально бился лбом в стены Дома Бика Гро, но так и не мог найти способ проникнуть внутрь. Дверь была забаррикадирована так прочно, что нечего было и пытаться снести ее ударом ноги или выстрелом из лучевика. Можно было бы, конечно, заказать противотанковую ракетную установку типа “Антипанцирь” и попробовать пробить дверь из нее, но Лигум отказался от этой мысли, когда представил, какой это вызовет фурор в городе. Различные кумулятивные взрывные устройства не годились потому, что грохот взрыва оповестил бы “хозяина” дома о вторжении Лигума, а хардер стремился попасть внутрь незамеченным.
Поэтому по ночам хардер бродил вокруг неприступного здания, сам себе напоминая льва, тщетно пытающегося вскрыть панцирь черепахи, а днем изучал материалы расследования, которые ему завещал инвестигатор Альф Бойдин, и вел вялое наблюдение за домом Гро, не очень-то надеясь на успех.
Однако на третий день Дом сам позвал его к себе.
Лигум как раз раздумывал над проблемой своей экипировки. Может быть, Данлор не пускает в Дом тех, кто вооружен до зубов? Может быть, туда надо идти вообще без оружия? Но сможет ли он выполнить свою миссию, не прибегая к оружию – этого Лигум не знал…
День плавно переходил в вечер. Хардер шел по крытому пассажу в торговом квартале и между крошечным продуктовым магазинчиком и ювелирной лавкой обнаружил лежавшего на боку человека. Человек был в грязной одежде, и прохожие равнодушно шествовали мимо него, принимая его за пьяного бродягу. Лоб у человека был рассечен свежей раной – видно, при падении он ударился головой. Лигум подошел и наклонился к лежавшему. Пульс был слабым, едва прослушивавшимся. Независимо от того, пьян был этот человек или нет, был он бродягой или просто испачкался грязью из-за многочисленных падений, ему явно нужна была срочная медицинская помощь.
Лигум связался со Службой Экстренной Помощи, чтобы вызвать к пассажу амбуланцию. Вдруг лежавший на металлопластовом покрытии человек всхрапнул, и его лицо налилось угрожающей синевой. Лигум снова проверил у него пульс и понял, что человек умирает. Он повертел головой и увидел неподалеку традиционные зеленые кресты аптечного автомата. Прохожие по-прежнему неторопливо шествовали мимо, удостаивая хардера и лежащего человека лишь беглым взглядом. Лигум схватил за руку полного мужчину средних лет, шедшего, засунув руки в карманы и нацепив на лоб видео-очки.
– В чем дело? – недовольно поинтересовался тот, приподняв очки чуть выше бровей. – Я спешу, уважаемый…
Времени читать полностью какую-либо из Формул уже не было, и Лигум лишь продемонстрировал мужчине свой хардерский Знак.
– Этому человеку срочно нужен сердечный стимулятор, – сказал он, кивая на лежащего. – Сбегайте-ка в тот аптечный автомат…
Мужчина оглянулся на зеленые кресты.
– Но автомат не выдаст мне кардиостим за просто так, – растерянно сказал он.
У Лигума свело судорогой челюсти.
– Приборчик стоит всего три юма, – сказал он сквозь зубы. – Я потом верну вам эти деньги.
Прохожий продолжал мяться.
– Но у меня нет с собой мелочи, – сообщил он после паузы. – И потом… Почему бы вам самому не сходить – вы все-таки хардер, лицо официальное, вам-то можно что угодно взять просто так!..
Лигуму захотелось схватить мужчину за отвороты дорогого кремового пиджака из стопроцентного хлопка и потрясти хорошенько так, чтобы у него зубы лязгнули, но он вовремя овладел собой.
– Вы умеете делать искусственное дыхание? – отрывисто спросил он мужчину с видео-очками и, не дожидаясь от него ответа, сказал: – В общем, так… Остаетесь возле больного. Если он умрет до моего возвращения – я лично займусь вашим наказанием!
Повернулся и помчался в другой конец пассажа.
Когда он вернулся, мужчина с видео-очками на лбу сидел на корточках возле неподвижного тела и брезгливо трогал пальцем грязную штанину лежащего. Увидев хардера, он распрямился и с вызовом сказал:
– Я сделал всё, что мог, поверьте, хардер!.. У меня и свидетели имеются, – и он указал подбородком на стайку молоденьких девушек, жадно лизавших пушистые кубики мороженого неподалеку. – Вы не сможете мне инкриминировать смерть этого субъекта… Кстати, он был в состоянии сильного алкогольного опьянения, поэтому и окочурился!
Пульса у пострадавшего уже не было. Где-то неподалеку послышались истошные гудки амбуланции, которая ехала по пассажу, заполненному прохожими. Водитель то и дело сигналил, чтобы пробиться сквозь толпу праздношатающихся людей, но те и не думали уступать ему дорогу.
Лигум скрипнул зубами и, ничего не видя, быстрыми шагами пошел прочь. Выйдя из пассажа, он недоуменно огляделся, не зная, куда идти дальше, и тут обнаружил, что в кулаке у него зажат какой-то небольшой продолговатый предмет. Это был так и не пригодившийся кардиостимулятор. Хардер размахнулся и метко бросил его в зев ближайшего утилизатора отходов. Словно этот приборчик был виноват в происходившем вокруг попрании моральных законов…
И тут хардера словно толкнула невидимая взрывная волна. Руки и ноги стали сразу ватными и непослушными, а в голове возникла такая сильная боль, что захотелось сжать виски ладонями и бежать куда глаза глядят подальше от этого места. Лигум так и сделал. Ноги сами его несли, словно знали, где находится то место, в котором он найдет избавление от всепроникающей, жестокой и властной боли. Они действительно знали это место – Дом Бика Гро…
Когда он уже приближался к проклятому зданию, то мельком, сквозь завесу изматывающей боли, обратил внимание на то, что редкие прохожие не обращают на него никакого внимания, словно не видят его. Возможно, так оно и было, и в этом наверняка крылся секрет того, каким образом пропавшим без вести удавалось проникнуть в Дом никем не замеченными. Если Данлор заставлял избранные им жертвы входить в Дом с помощью мощных гипноизлучателей, то он мог использовать часть излучения для того, чтобы сделать этих людей как бы невидимыми для окружающих.
И лишь, берясь за дверную ручку, Лигум спохватился: а что, если дверь и на этот раз не откроется передо мной, и я тогда просто-напросто сойду с ума от этой дикой, непрекращающейся боли – словно голову режут на мелкие кусочки тупым ножом!..
Однако, дверь послушно открылась, не издав ни звука, и оказалась она толщиной вовсе не в полтора метра, а всего с ладонь, и сделана она была не из цельной титановой плиты, а из обыкновенного спектролита – впрочем, тоже достаточно прочного.
Хардер перешагнул через порог и оказался в довольно тесном предбаннике, где имелось несколько одинаковых дверей без каких-либо поясняющих табличек или надписей. Дверь за ним мягко, но непреклонно затворилась, и боль в голове тут же исчезла, словно ее и не было. Руки и ноги вновь обрели свободу действий, и Лигум понял, что где-то в недрах дома невидимый хозяин отключил психогенераторы.
Видео– или голокамер нигде не было видно, но хардер не сомневался, что невидимый противник не спускали с него сейчас глаз. “Хардер Лигум вызывает Диспетчера”, еле слышно проговорил он, и высокочувствительный ларингофон передал его слова на миниатюрный радиомодем в комп-карде, а тот, в свою очередь, – на соответствующие серверные транспьютеры комп-центра Щита Хардеров. Вернее, должен был передать, потому что, судя по отсутствию ответа от Советников, передача эта не состоялась. Экранирующие поля, супервизор был прав. Если так, то бессмысленно и пытаться зафиксировать свои дальнейшие похождения с помощью специального регистратора…
Ну, допустим, пробормотал мысленно Лигум. А что дальше? В какую дверь мне податься?
Словно отвечая на его вопрос, прямо в воздухе перед лицом хардера полыхнула фиолетовая вспышка голотитров, и огненные буквы развернулись в бегущую строку: “Вы можете выбрать любую дверь, но помните: обратной дороги не будет”.
Дешевые трюки, подумал хардер. Неужели Данлор надеется запугать меня таким образом?
Он решительно шагнул к той двери, что была в центре. На ней не было ни ручек, ни замков, но когда Лигум подошел к ней вплотную и дотронулся до нее рукой, то рука его прошла сквозь дверь, не встретив никакой преграды.
Вот оно что. Имитация двери из завесы энергетического поля. Если силовые линии направлены снаружи вовнутрь, то обратно выйти действительно не удастся…
Лигум прошел сквозь “дверь” и очутился в мрачном коридорчике, выложенным как бы матовыми панелями (конечно, тоже имитация). В конце коридорчика виднелись ступеньки лестницы из грубых каменных плит, уходившей наверх, слева и справа в стенах были две другие двери, представлявшие собой абсолютные копии той, которую хардер только что миновал, а в полу имелся аккуратно вырубленный проем люка, через который был виден металлический трап, уходивший вниз.
Итак, предлагается разыграть классический вариант: “вверх – вниз”, “вправо – влево”. И обратной дороги нигде наверняка тоже не будет. Что же выбрать? И есть ли во всем этом какой-то смысл, некий скрытый подтекст? Или Данлор просто хочет посмотреть, как я буду действовать в условиях дефицита информации?..
Предположим, путь наверх символизирует как бы восхождение к вершине, то есть стремление докопаться до истины, или Познание… Тогда что такое лестница, ведущая вниз? Намек на подверженность низменным страстям и порокам, присущим человеку от природы? Ну, а уж двери, левая и правая, – вообще какая-то сложная загадка… Хотя, постой, постой… Помнится, у православных христиан раньше бытовало мнение, что левая рука – ближе к сердцу, следовательно, это путь к чувственному восприятию, эмпатии, а правая по этой же концепции должна означать силу разума, рациональные методы познания истины… А может, это как те надписи на могильном камне в древнерусской сказке про Илью-Муромца? “Налево пойдешь – жену потеряешь, направо – коня, а прямо – не сносить тебе самому головы”… М-да. Остается только испугаться как следует, достать свой надежный “зевс” из подмышечной кобуры и двинуться напролом, поводя стволом из стороны в сторону, дабы в случае чего шарахнуть без особых раздумий двадцатимегавольтным разрядом в упор по какому-нибудь жуткому монстру, каковой, несомненно, встретится в лабиринтах этого уютного домика!..
В ушах появилась какая-то странная резь, нарастающая с каждой секундой, и Лигум понял, что его подталкивают к действиям. Что-нибудь вроде ультразвукового излучения с растущей мощностью, от которого секунд через десять лопнут барабанные перепонки, а через полминуты произойдет кровоизлияние в мозг…
Оружие он все-таки доставать пока не стал. Прошел по коридору до самого конца, заглянув по дороге в проем люка (ничего не видно, кромешная тьма внизу), и стал подниматься по ступенькам лестницы. Резь в ушах тут же прекратилась.
Подниматься пришлось не слишком высоко, всего Лигум насчитал двадцать две каменных ступени. Символ был довольно прозрачным, если учесть, какой век был на исходе. Конечно, если это вообще был символ…
Однако, вопреки представлениям хардера о Познании, лестница завершилась не сияющими вершинами информационных массивов, а тривиально-скучной квадратной площадкой, по обе стороны которой располагались еще две двери. Разница была лишь в том, что они охранялись. Перед каждой из этих дверей, широко расставив ноги и закутавшись в широкий, испанского типа, плащ с капюшоном, в прорези которого посверкивали лишь белки глаз, торчала неподвижная человеческая фигура. Охранник у левой двери был в багрово-красном плаще, у правой – в ярко-синем, как весеннее небо, балахоне.
Рука хардера сама потянулась к рукоятке разрядника, но он тотчас догадался, что перед ним не живые люди, а голограммы. И тут же перед ним опять возникла бегущая строка…
“За одной из этих дверей тебя ждет смерть, а за другой – жизнь, – читал Лигум фосфоресцирующие в полусумраке слова, бойко сменявшие друг друга. – Ты сам можешь избрать свою дальнейшую участь. Ты имеешь право задать любому из стражей дверей два вопроса и получить на них ответы. При этом ты должен учесть, что один из стражей всегда говорит только правду, а другой всегда лжет, и оба они знают об этом. На размышления тебе дается ровно пять минут”.
Бегущая строка в воздухе исчезла, и вместо нее прямо на стене перед хардером возникло светящееся табло, на котором цифрами обозначался обратный отсчет времени.
Лигум хмыкнул и покрутил головой.
Одно из двух: либо этот Данлор от долгого сидения в четырех стенах повредился рассудком, зациклившись на логических головоломках, либо он просто издевается надо мной. Да, но ведь все-таки находились счастливчики, которых он отпускал. Значит, решить эту задачку в принципе возможно, и вероятно, что невидимый хозяин Дома всерьез относится к тому способу решения, который предложит его гость… Вполне вероятно, что именно от этой дурацкой головоломки и зависела, в конечном счете, жизнь и смерть множества людей.
А что, если не ломать голову, а спуститься обратно и избрать какой-нибудь иной путь?
Лигум шагнул к лестнице, но по ее ступеням внезапно прошла заметная дрожь, как бывает при сильном землетрясении, потом каменные плиты расколола глубокая трещина, и с оглушительным грохотом вся лестница обрушилась вниз. Хардер заглянул через край площадки, которая как бы повисла в воздухе, но ничего внизу не разглядел. Вместо лестницы теперь висел странный сизый туман, и было неизвестно, с какой высоты придется падать, если решиться на прыжок… Снаружи Дом был трехэтажным, но у него мог иметься глубокий подвал. Собственно, Лигума не очень пугала возможность разбиться, но он интуитивно чувствовал, что таким способом ему не удастся приблизиться к цели и что, вообще, силовые методы вряд ли сейчас помогут.
Значит, все-таки придется решать задачу… Жаль, правда, что в Академии на изучение логики отводилось не очень много времени, но, как говорится, попытка – не пытка…
Итак, что мы имеем? Один из этих истуканов всегда врет, а другой правдив, как ангел… Нет смысла задавать кому-то из них вопрос в лоб, потому что неизвестно, кто есть кто. Предположим, я спрошу каждого из этих типов, куда ведет дверь, которую он охраняет… Да, но опять же неизвестно, кто из них говорит правду, а кто лжет, и ценность такой информации будет равна нулю…
Лигум покосился на табло и увидел, что у него осталось три с половиной минуты.
Он достал компкард, но тут же убедился, что он, как и средства связи, отказывается фукнционировать.
Значит, придется ломать свою собственную башку, не полагаясь на помощь электронных Советников.
Хардер стал мысленно перебирать различные варианты тех вопросов, которые можно было бы задать стражам дверей.
Незаметно прошли еще две минуты.
Потом голо-часы принялись отсчитывать секунды.
Лигум наморщил лоб, искренне сожалея, что у него под рукой нет ни голомаркера, ни хотя бы карандаша с бумагой, чтобы набросать для наглядности логическую схему данной ситуации и табличку способов решения…
Когда оставалось полминуты, хардер отчаялся и решил прорываться напролом с помощью оружия. В конце концов, разве ему смогут помешать голоизображения этих истуканов? А если вмешается хозяин Дома, то максимум, чем рискует Лигум, это быть выставленным из здания.
Хардер сделал шаг вперед и осторожно дотронулся до стражника в красном. И почувствовал, что пальцы его встретили вполне осязаемую, твердую и в то же время упругую преграду.
Стражи были настоящими!
Неужели Данлор в перерывах между уничтожением киборгов освоил клонирование? Тем не менее, даже если это клоны, слепки с кого-то, кто уже побывал здесь, все равно это живые, мыслящие существа, а это значит, что, убив их, ты совершишь преступление…
Тот страж, которого коснулся Лигум, внезапно издал какой-то неразборчивый звук и красноречивым жестом отвел в сторону полу своего широкого плаща, приглашая хардера полюбоваться длинноствольным “суперганом”. В свою очередь, тот, что был в синем балахоне, не преминул похвалиться острым вибромечом, который оказался у него в ножнах за спиной…
Что ж, этого и следовало ожидать. Любой “секьюрити” должен быть вооружен для надлежащего исполнения своих обязанностей.
Пятнадцать секунд, двенадцать, десять…
И тут хардера озарило. Он понял, какой вопрос следует задать каждому из стражей.
Времени на мысленную проверку своего решения уже не было, и Лигум обратился с одним и тем же вопросом к каждому силуэту, преграждавшему дорогу к двери. Сначала – к тому, что в красном, а затем – к тому, что в синем. Стражам даже не потребовалось говорить, чтобы ответить на этот вопрос. Они просто молча сделали один и тот же жест. А потом отошли в сторону, освобождая хардеру путь к дверям.
Хардер решительно направился к двери. Но не к той, на которую указали ему клоны-охранники, а к другой. Дотрагиваться до нее оказалось необязательным: дверь сама приглашающе отъехала в сторону. Ничего не было за ней видно, но эффект этот достигался односторонней оптической завесой, потому что, когда Лигум прошел несколько шагов, то темнота резко оборвалась, и в глаза хардеру хлынул неожиданно яркий свет.
Он стоял в просторном зале, обставленном в духе древних интерьеров. Яркие лампы на стенах, на полу – обширные ковры, вдоль стен выстроились тяжелые, массивные шкафы. В центре зала вокруг низкого столика стояли с виду уютные кресла и диван. Здесь даже камин имелся, хотя видно было, что пламя в нем – не настоящее, а чистейшей воды комп-голограмма… Дверей в зале больше не было видно, и хардер удивленно покрутил головой в поисках выхода.
Окна были наглухо задрапированы портьерами, но Лигум не стал тратить время на то, чтобы убедиться, что они фальшивые. Как ни в чем не бывало, он прошествовал к столику и уселся в одно из кресел.
Однако, насладиться отдыхом ему не дали.
В стенах зала внезапно открылись потайные дверцы, и в зал ворвались с трех сторон вооруженные люди. Без лишних предупреждений они открыли огонь, и Лигума что-то сильно ударило в грудь и в голову.
Он даже не успел осознать, что его убили, как сработал искейп.
И вот он снова сидит в кресле – буквально за две-три секунды до появления его убийц, но теперь он уже готов к обороне, и “зевс” как бы сам прыгает ему в правую руку. И на этот раз Лигум успевает покинуть кресло за считанные доли секунды до того, как первая пуля дырявит насквозь спинку. Судя по пробоине, оружие, из которого был сделан этот выстрел, отнюдь не является малокалиберным, и, нажимая на спуск своего разрядника, хардер пытается представить, какая рана только что была у него…
Прячась за соседним креслом, он выпускает мощный заряд в того человека, что слева, потом, перекатившись по ковру, в того, что справа, а потом… Нет, снять того, который в центре, хардер уже не успел, потому что был убит во второй раз.
И его снова вернуло в исходное положение сидящего в кресле, но на этот раз Лигум уже не оплошал и четко, как в тире, сумел расстрелять каждого из своих противников, превращая их в груды горелой плоти.
Весь этот эпизод произошел так быстро, что он даже не успел разглядеть лица своих противников. Скорее всего, это тоже чьи-то клоны, решил он, устремляясь к двери, которая гостеприимно распахнулась, словно нарисовалась, перед ним в стене рядом с камином.
Однако добежать до этой двери он не успел. Пол вдруг ушел вниз под его ногами, и он невольно присел, чтобы сохранить равновесие.
Это был лифт, но не обычный. Роль его стенок выполняли силовые поля. Впрочем, сквозь них было так же ничего не видно, как и в обычном лифте.
Погружаться пришлось неглубоко. Во всяком случае, Лигуму так показалось.
Наконец, лифт остановился, и его “стенки” исчезли.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?