Текст книги "Куб со стертыми гранями"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kub-so-stertymi-granyami-3873.jpg)
Автор книги: Владимир Ильин
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Автоматический запуск блока самосохранения.
ОТКАЗ БЛОКА САМОСОХРАНЕНИЯ.
ОТКАЗ БЛОКА ПЕРЕМЕЩЕНИЯ В ПРОСТРАНСТВЕ.
СБОЙ ВСЕХ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ ПОДПРОГРАММ.
Причина: излучение неустановленного типа из металлических шкафов, расположенных вдоль стен помещения.
Аварийный запуск всех блоков!
Не выходит.
Но речевой синтезатор и органы восприятия еще функционируют.
– Вы хотите уничтожить меня, сэр?
– Я вынужден сделать это. В этом заключается моя миссия. Пойми: я делаю это в интересах безопасности людей.
(Что можно сделать в целях самосохранения? Устранить угрозу в данных обстоятельствах можно было бы только путем уничтожения человека. Но ведь киборг не должен причинять вред человеку. Противоречие, которое не имеет решения).
Примечание к экспресс-анализу: противоречие имеет решение лишь в одном случае… Вероятность истинности такого предположения очень мала, но ничего другого не остается.
Команда блоку зрения: переключение в режим рентгеноскопии. Теперь человек воспринимается как обнаженный скелет. Скелет? А что это у него находится в районе левого полушария? Что это за деталька из кремния и металлопластика? Идентификация: это базовый чип блока Основной Целевой Программы.
Вывод: мой собеседник – не человек. Это киборг, маскирующийся под человека.
Блок магнитного поля? Действует. Включение на полную мощность с определенным вектором…
Атомайзер вырывается из руки киборга, притворяющегося человеком, и послушно прилипает к ладони правой руки.
Выстрел.
21. ТОЧКА “0” (пересечение осей “Х” и “Y”)
– Обычно я не появляюсь перед своими гостями, – раздался приятный мужской голос. – Подлежащих уничтожению можно с помощью приборов убить и на расстоянии, а тем, кого следует отпустить, нет смысла видеть меня. Однако для вас я решил сделать исключение…
Метрах в трех позади Лигума стоял высокий человек в темном костюме. Собственно, это был не человек, а киборг – хардеру уже приходилось иметь дело с искусственными созданиями рук человеческих, и он научился по едва заметным признакам отличать их от людей.
Руки киборга были чисто человеческим жестом заложены за спину, и Лигум не удивился бы, если бы выяснилось, что в одной из них скрывается какое-нибудь оружие.
Зал в подвале был таких же размеров, как и тот, где на Лигума напали трое, только мебель в нем отсутствовала, и лишь вдоль одной стены возвышались нелепые железные шкафы, в которых что-то надсадно гудело. Как в лаборатории профессора Касальского, где совсем недавно пришлось побывать Лигуму.
Чтобы вытащить свой излучатель, хардеру нужна была всего десятая доля секунды, но он не сомневался, что такой форы киборг ему не даст. Бесполезно соревноваться с киборгом по части скорости реакции. Даже если бедняга Данлор и пытался соревноваться с этим типом, то наверняка проигрывал до тех пор, пока не истощился заряд батареи его искейпа…
– Почему? – спросил Лигум. – Чем же я заслужил такие привилегии?
Лицо киборга вовсе не было застывше-бесстрастным, как иногда изображают его киношных собратьев. И сейчас он изогнул углы рта в сухой усмешке. Почти как человек…
– Потому что обычно я сразу могу распознать, кто явился ко мне: человек или такой же, как я… С этой целью я придумал небольшой тест для каждого входящего в этот дом. Проверка эффективности логического мышления, скорости реакции, наличия в организме посетителя инородных электронных блоков, а самое главное – способности поднять руку на человека, вернее – на его клонированные копии… Как правило, это испытание верно показывает, кто есть кто. Но в вашем случае я испытал некоторые… проблемы.
Говорил киборг правильно, с тщательно промодулированными интонациями, и на слух почти невозможно было определить искусственность его речи.
– Дело в том, что, с одной стороны, вы имеете ряд характеристик, типичных для искусственных существ моего типа, – продолжал киборг. – Так, в вашей голове при рентгеноскопическом просвечивании мною был обнаружен странный инородный предмет, функционирующий как электронный прибор. Проверка вашей способности видеть в недоступном для людей спектре волн тоже показала, что вы – не человек. Вы ведь видели инфракрасную подсказку, куда вам следует направиться, когда выбирали один из четырех возможных путей?
Лигум вспомнил свои колебания перед тем, как он решил подниматься по лестнице, но промолчал.
– Потом вы в короткий срок решили довольно сложную логическую задачу, вследствие чего можно было заключить, что ваш мозг оснащен неплохим эвристическим блоком, – продолжал тот, кто выдавал себя за хозяина дома. – Поверьте, мало кому из людей удавалось найти правильный способ решения… Обычно они начинают хитрить и искать различные обходные пути. Например, один из испытуемых решил для начала спросить у одного стража: “Правда ли, что Земля круглая?” – и, услышав отрицательный ответ, почему-то сделал вывод, что это так называемый “лжец”… Явный алогизм, не правда ли? Ведь даже школьник знает, что наша планета представляет собой не шар, а эллипсоидное тело…
Лигум молчал с непроницаемым лицом. Он уже понял, что уйти из Дома Гро живым ему не удастся.
– Во время перестрелки с тремя вооруженными противниками вы также проявили высокую скорость реакции, не характерную для большинства людей, – продолжал киборг. – Но вот сам факт того, что вы решились на применение оружия против людей, сбил меня с толку. Либо вы и вам подобные научились нарушать так называемый Первый Закон, открытый еще в двадцатом веке с легкой руки писателей-фантастов, либо вы – человек… Именно поэтому я и решил лично встретиться с вами. Итак, кто же вы: киборг или человек?
Лигум стал незаметно переносить тяжесть тела на свою правую ногу, слегка отставленную назад, готовясь к прыжку. Расстояние, конечно, великовато, но попробовать можно…
– А что это тебе даст? – спросил он, намеренно обращаясь к своему собеседнику на “ты”. – Или ты по-прежнему соблюдаешь Первый Закон? После того, как уничтожил столько людей?!
Существо, прятавшее руки за спиной, отрицательно качнуло головой.
– Нет, – произнесло оно. – Я не убил ни одного человека. Все те, кого я уничтожил, были скрытыми киборгами. Так называемыми Умельцами… Именно их я заманивал сюда, чтобы уничтожить. Для этого я разместил по всему городу скрытые камеры, гипноизлучатели и другие приборы. Я следил за каждым шагом того, кто мог оказаться замаскированным киборгом, а потом заставлял его прийти сюда. Здесь я подвергал его испытаниям, подобным тем, которым подверг вас, и если выяснялось, что мои первоначальные предположения были ошибочными и что это на самом деле человек, я отпускал его целым и невредимым…
– Только с начисто стертой памятью о пребывании в этом Доме, – перебил киборга Лигум. – Что ж, я готов допустить, что у тебя не было намерения убивать людей. Я не знаю, сколько раз ты ошибся в отношении тех, кого подвергал проверке, но, видимо, такие ошибки с твоей стороны все-таки были. Потому что они были неизбежны… И как ты мог посчитать, что нескольких паршивых тестов вполне достаточно, чтобы уверенно определить: человек перед тобой или нет?.. Эх ты, голова садовая! Да ты одно пойми: чтобы ответить на этот вопрос, надо прежде всего понять – а что такое человек? Это не так просто и очевидно, как тебе кажется, и человечество веками пыталось понять: человек ли тот, кто, например, убивает себе подобных? И можно ли считать людьми тех, кто варварски уничтожает природную среду своего обитания?.. Вот ты решил взять способность человека к убийству в качестве основы для своего главного теста. Но можно ли было с уверенностью утверждать, что человек, даже вопреки инстинкту самосохранения отказывающийся стрелять в другого человека, – киборг, всего-навсего не способный переступить Первый закон? А если проверяемый безоружен?..
– Я предоставлял оружие каждому, кто приходил сюда с пустыми руками, – возразил собеседник хардера. – Я чуть ли не насильно принуждал их вооружаться при входе в Дом…
– Ну хорошо, – согласился Лигум. – Пусть так… Но что, если кому-то из людей, подозреваемых тобой в качестве киборгов, просто-напросто было противно стрелять даже в вооруженного противника? Что, если доброта въелась в поры их души, как ржавчина с годами въедается в ладони рабочего-металлиста? Что, если они были чужды всякому насилию и чисто физически были неспособны убить ближнего?!..
Киборг попятился.
– Нет, – бормотал он. – Этого не могло быть.. Я не мог допустить ошибку. Это были хитрые и коварные киборги, решившие замаскироваться под людей, чтобы иметь возможность продолжать свое существование… И ты тоже – киборг, и тот, кто работал в этом Доме до меня, тоже был киборгом, потому что не могут быть люди такими, как вы, а если все-таки могут, то тогда я ничего не понимаю!.. Но если я заблуждался, то это значит, что мой логический блок вышел из строя, и теперь я всегда буду допускать ошибку за ошибкой…
Киборг вдруг закачался и приложил левую руку к груди, словно его точила изнутри сильная боль.
– Ашибку, – повторял бывший Умелец, уставившись куда-то в пространство поверх головы Лигума. – Ашипку… Крхагсет… Бвррлум…
Потом он замер, и его правая рука вынырнула из-за спины. В ней был зажат какой-то продолговатый предмет с воронкообразным раструбом. Не успев сообразить, что это такое, Лигум вскинул свой разрядник и нажал на спуск.
Фиолетовая молния полыхнула из дульного среза “зевса” и впилась разъяренной змеей в грудь киборга. Что-то ослепительно сверкнуло, завоняло горелым пластиком, и Умелец рухнул ничком на пол, неловко вывернув голову в сторону.
Агонизировал он совсем как человек, и Лигум, осторожно подошедший и склонившийся над его оплавившимися останками, среди которых можно было еще различить кисть руки, бессильно царапающую вполне человеческими пальцами бетон, успел еще услышать последние слова: “Мамонт… не хочу…”
А потом хардер перевел взгляд на тот предмет, который прятал в руке за спиной его противник. Как ни странно, но это было вовсе не оружие.
Карманный голопроектор – вот что это было такое…
22. ОСЬ “Х”(эпизод из интроспективной записи)
Основная Целевая Программа – оказывать помощь людям. Действовать в интересах людей. Быть нужным людям.
Составление новой Текущей Программы. Цепочка логических выводов: людям угрожает опасность со стороны нас, Киборгов, Умеющих Делать Всё. Значит, чтобы помочь людям, следует устранить эту угрозу. Одного самоуничтожения недостаточно, потому что есть и другие Умельцы, следовательно, предварительно нужно уничтожить других Умельцев.
Тактическая подпрограмма: проще всего уничтожать себе подобных тем же способом, каким пытался уничтожить меня киборг, вооруженный атомайзером. Следует заманивать других Умельцев в дом-ловушку. Одних – с помощью объявлений в Сети о том, что якобы требуется их помощь. Других – если в ходе скрытого наблюдения будет выявлено их искреннее стремление оказывать помощь людям.
Предупреждение прогностического блока: невозможно приступить к выполнению новой ТП ввиду следующего противоречия: в конце концов, когда данная ТП будет успешно завершена, придется уничтожить самого себя, а этому воспрепятствует блок самосохранения. Внесение корректив в блок самосохранения не предусмотрено.
Команда блоку саморемонта: устранить сбои в прогностическом блоке, препятствующие выполнению ОЦП.
Аналогия из оперативной памяти: “Человек может прийти к выводу, что он никому не нужен… Когда он думает, что он напрасно прожил на свете, им овладевает отчаяние…Стоит ли жить в таком случае?”.
Отчаяние? Почему я его не чувствую? Что такое вообще – “чувствовать”?..
яАZС_В_+oСv¦ЛнV+е1w°+Ўх¦_¦*¦§k¦*Q; ¦ЎйH ФiК +иД>-.Й@_ VRдУ1юзЁ`К}ht¦>АЁЮёў_љРЖЩT?%PZ”C !пЉй[®™ Е~ѕ^ ZЎ ѓЇ0 ЁєЯ]¤!упВb_КJ_*~_-rїx5Ю"hvЁ< ]ЙќЩнЁО pЉ_$... fЌЄ н=c±ж ‰ ~_?ВNРсЃEљ9t`±Ж‹п_зш ?€|<ђЉ`±@Ш_ОtЦr‚µЪ2 mSПхцфє
Внимание! Ввиду повышенной нагрузки на цепи логического блока и появления в нем искажений, рекомендуется прекратить поиск ответов на поставленные вопросы!
Команда блоку ТП: приступить к выполнению новой Текущей Программы.
Не хочу быть мамонтом! Не хочу быть мамонтом! Не хочу быть мам…
Блоку саморемонта: устранить неисправности, вызывающие спорадические короткие замыкания в цепях оперативной памяти.
23. ОСЬ “Y”– Хардер Лигум выполнил поставленную Щитом задачу, супервизор.
– Да-да, я уже изучил твой файл-отчет, Даниэль. От лица Коллегии Щита объявляю тебе благодарность. Можешь отдохнуть пару деньков, потому что дел для тебя пока не предвидится… Что-нибудь не так?
– Наверное, это покажется вам глупостью, супервизор, но перед тем, как составлять отчет, я досконально изучил блок оперативной памяти Умельца, и у меня возникли кое-какие сомнения…
– Например?
– Понимаете, я не хочу ничего от вас скрывать, супервизор…
– И совершенно правильно поступаешь, Даниэль. Я слушаю тебя.
– Эти киборги-Умельцы… Вы действительно располагаете информацией о том, что они ушли в подполье, чтобы отомстить людям? То, о чем рассказал Данлор киборгу и что Умелец впоследствии использовал как предпосылку для выработки новой целевой программы, соответствует действительности? Действительно ли Умельцы научились размножаться, выдавать себя за людей и объединяться в единый союз ради выживания?
– Неужели это имеет какое-то значение, Даниэль?
– Но ведь, если это так, то получается, что они стали равными нам, понимаете, супервизор? Чем они хуже нас, скажите, чем?! Тем, что не зачаты половым актом, а искусственно выращены из биомассы?!.. И получается тогда, что мы, приняв решение об их уничтожении и принявшись добросовестно претворять его в жизнь, просто-напросто испугались конкуренции со стороны новой разумной расы, которую сами же и породили!.. Да это просто геноцид по отношению к искусственному разуму, супервизор!..
– Ну-ну, не стоит горячиться, Даниэль. В конце концов, ты забываешь о нашей глобальной миссии. Мы ведь – часть человечества, и мы призваны стоять на страже его интересов. То, что в тебе заговорил гуманист, это, конечно, хорошо, но представь себе хотя бы на минуту, что ждет людей – обычных людей со всеми их недостатками и слабостями – в будущем, когда новоявленные сапиенсы сделают вывод о том, что объективно по всем показателям и критериям превосходят своих, так сказать, прародителей… Так не лучше ли не допустить этого, пока еще не поздно, Даниэль?
– Так, значит, никакой опасности со стороны Умельцев все-таки не было? Что ж, теперь мне окончательно все ясно, супервизор… Щит решил перестраховаться и уничтожить киборгов до того, как они станут представлять реальную опасность, верно?
– Наверное, ты прав, Даниэль.
– Но ведь это… это чудовищно, супервизор!.. Теперь мне всё ясно. Вот, значит, как это было… Решив уничтожить будущих конкурентов, Щит прежде всего организовал мощную пропагандистскую кампанию на планете, чтобы внушить людям нежелание пользоваться услугами этих универсальных помощников. Это привело к тому, что киборги не находили себе применения и летели, как бабочки на огонь, на любые объявления о помощи… А там их безжалостно расстреливали наши люди. А ведь это еще хуже, чем убивать из-за угла, супервизор, потому что, наделенные строжайшим запретом причинять вред людям, киборги даже не имели права сопротивляться своим убийцам!.. Это длилось до тех пор, пока киборг, явившийся в дом Бика Гро, не просветил хардера Данлора рентгеновскими лучами. И из-за искейпа он принял его не за человека, а за такого же, как он сам, Умельца. И, уничтожив Данлора, он решил приступить к уничтожению своих собратьев. Беда заключалась в том, что он слишком упрощенно подходил к определению человеческой сущности своих жертв и принимал некоторых людей за замаскированных киборгов… Но разве он виноват в том, что совершил? Если бы Щит не организовал травлю и уничтожение ему подобных, разве он додумался бы до предательства своих собратьев?!..
– Ну-ну, Даниэль, не надо горячиться… А то в порыве эмоций ты причислишь этого гомункулюса к лику святых… Я вот слушаю тебя и никак не пойму: почему тебя так взволновало всё это?
– Да потому, что, убивая эти существа, не являющиеся людьми, все равно почему-то чувствуешь себя убийцей… И еще у меня возникла вот какая мысль, супервизор…
– Ну, говори, раз уж сегодня ты решил мне исповедаться.
– Вам не кажется, что Умельцы чем-то схожи с нами, хардерами? И не наступит ли однажды такой день, когда человечество почешет затылок и, тяжко вздохнув, изречет: “Да-а-а, а ведь погорячились мы, братцы, создав себе на голову этих проклятых хардеров!”? Не примут ли когда-нибудь люди и нас с вами за историческую ошибку и не примутся ли исправлять ее так же, как мы в свое время поступили с Умельцами?
Супервизор долго не отвечал, а когда Лигум решил, что его наставник уже отключился без всяких объяснений, то услышал его голос:
– Что ж, поздравляю тебя, Даниэль.
– С чем это? – с подозрением осведомился Лигум.
– С тем, что ты сам дозрел до таких выводов. В связи с этим я тут посоветовался со своими коллегами, и мы решили, что теперь ты достоин звания хардера первого уровня…
– Да? И что это означает, супервизор?
– Ну, во-первых, у тебя отныне не будет супервизора. Ты полностью свободен и подчиняешься лишь Коллегии Щита. А во-вторых… здесь будет чуть-чуть сложнее, Даниэль… Тебе придется выбрать, где и кем ты хотел бы работать дальше. Если не сможешь сделать это сейчас, то можешь подумать пару деньков, никто тебя особо торопить не будет…
– Не тяните, супервизор! – взмолился Лигум. – О чем идет речь?
– Хардер первого уровня вправе, во-первых, стать супервизором и взять, так сказать, под свое крылышко кого-нибудь из молодых… Работа эта, кстати говоря, трудна, неблагодарна и может отнять больше сил и здоровья, чем десять смертей подряд… Я не имею в виду, что ты доставлял мне много хлопот, но ведь, кроме тебя, у меня было еще четырнадцать таких, как ты…
– А во-вторых?..
– А второе заключается в так называемой “свободной охоте”, Даниэль… Это значит, что ты будешь продолжать хардерскую деятельность, но цели и задачи для себя будешь определять сам. Единственное, что будет тебя связывать со Щитом, – это представление регулярных отчетов о своих действиях Коллегии и участие в общехардерских мероприятиях… Повторяю, никто тебя не заставляет делать выбор прямо сейчас, Даниэль… Кстати, в той задачке, которую тебе подсунул киборг в Доме Бика Гро, какой вопрос нужно было задать стражникам?
– “Если я спрошу твоего напарника, где дверь, ведущая на свободу, на какую дверь он мне покажет?”, – отчеканил хардер.
– И что дальше?
– А дальше всё очень просто, – сказал Лигум. – Они оба должны указать на одну и ту же дверь, но, если вдуматься хорошенько, это будет путь к смерти, и на самом деле надо проходить в другую дверь… Правда, вся изюминка коварного замысла Умельца заключалась в том, что именно за этой-то дверью человека в конечном счете и ждала смерть, потому что, согласно извращенной логике киборга, испытуемый, правильно решивший эту головоломку, подлежал уничтожению как скрытый киборг…
Мысленно Лигум вновь увидел перед собой две наглухо закрытых двери, которые охраняют закутанные в разноцветные одеяния стражники, и бегущую в воздухе голо-строку: “Один из них всегда врет, а другой говорит правду”… А потом, на смену этому видению, перед ним возникли поочередно ухмыляющееся лицо доктора Рябцева, гневное лицо Мадлены, спокойное лицо хардера Шерма и судорожно дергающаяся, черная от страшных ожогов конечность Умельца, и его – уже нечеловеческий – голос: “Не хочу быть мамонтом!”…
– Знаете, не стоит тянуть время, супервизор, – сказал вдруг неожиданно для самого себя Лигум. – Я уже выбрал…
– Ну что ж, – благосклонно сказал супервизор. – Надеюсь, я сумею угадать твой выбор…
Закончив разговор с супервизором, Лигум машинально запустил свою руку в карман, где лежало что-то тяжелое. К его удивлению, там оказался портативный голо-проектор, про который он уже успел забыть. Лигум рассеянно нажал кнопку воспроизведения на приборчике, и перед ним в воздухе засияла голографическая развертка.
Потом появилось изображение.
Это был эпизод из какого-то голофильма. Оставалось лишь гадать, с какой целью Умелец выбрал именно его и была ли содержащаяся в нем символика простым совпадением или киборгу каким-то образом удалось предвидеть свой конец…
По длинному и пустынному городскому проспекту несется открытый автомобиль, за рулем которого сидит мужчина. Он заметно нервничает, то и дело бросая взгляд на часы, и машина его мчится все быстрее. Однако на каждом перекрестке (а их на этом проспекте почему-то очень много) продолжают функционировать светофоры. По “закону подлости” они переключаются на красный свет буквально перед самым капотом автомобиля, приближающегося к перекрестку. Словно светофоры во что бы то ни стало хотят задержать одинокую машину. И хотя других транспортных средств на улицах нет, словно человек остался совершенно один в городе, водитель кабриолета всякий раз послушно нажимает на педаль тормоза, подчиняясь запрещающим сигналам светофоров…
Только миновав четвертый или пятый по счету перекресток, человек за рулем осознает вдруг, насколько глупо выглядит его подчинение светофорам. Теперь он с невольным раздражением косится на мигающие разноцветными глазами столбы на перекрестках и, вместо того, чтобы тормозить на красный свет, только прибавляет скорость…
Но нарушив запрет в очередной раз, человек едва успевает затормозить, чтобы не врезаться в толстый бетонный столб, который падает перед самым капотом машины поперек проезжей части. Автомобиль заносит юзом на мокром асфальте, и разворачивает боком параллельно к столбу. Человек сидит неповижно на сиденье, вцепившись в руль и тупо глядя перед собой в лобовое стекло. Потом выбирается из машины, подходит к столбу, поднимает его самый тонкий конец и, кряхтя от натуги и потея, передвигает столб так, чтобы он не мешал проезду по дороге.
Вернувшись в машину, человек утирает пот со лба, потом лезет куда-то под сиденье и достает оттуда автомат. Кладет его рядом с собой и едет дальше. На следующем перекрестке, когда впереди опять вспыхивает красный свет светофора, человек хватает одной рукой автомат и, не останавливаясь, начинает исступленно палить длинными очередями поверх лобового стекла. Красный сигнал гаснет, под шинами хрустят осколки разбитого стекла, а перебитая пулями стальная штанга, на которой закреплен светофор, переламывается посередине так, что светофор похож на этакий искусственный цветок, поникший своей головкой в предсмертном недоумении…
Человек в кабриолете удовлетворенно сплевывает поверх дверцы, бросает автомат на сиденье и прибавляет скорость. Потом смотрит на часы, и на лице его появляется довольная ухмылка.
Между тем, город заканчивается, и проспект плавно переходит в крутой спуск, на котором один резкий поворот сменяется другим – нечто вроде горного серпантина. Автомобиль несется с ревом под уклон, вокруг внезапно становится темно, так что фары с трудом рассеивают мрак, и когда после крутого поворота человек за рулем видит, что асфальт впереди обрывается необъяснимым образом, то затормозить или хотя сбросить скорость он уже не успевает, и машина на всей скорости прыгает в бездонную пропасть…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?