Текст книги "Интегративная танцевально-двигательная терапия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/integrativnaya-tancevalno-dvigatelnaya-terapiya-251662.jpg)
Автор книги: Владимир Козлов
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
1.4. ТДТ в россии
Идеи ТДТ стали появляться в России с начала 90-х гг. Многие из психологов, получив начальную информацию о ТДТ, начали свою практику с экспериментов и исследований, постепенно осваивая информацию о развитии танцтерапии на Западе и разрабатывая собственные подходы. В настоящее время в России существуют образовательные программы по ТДТ: 3-летняя специализация при ИППиП (Москва, руководитель Бирюкова И.), авторская обучающая программа Александра Гиршона по интегративной танцевально-двигательной терапии (Москва, Киев, Минск). В 1995 г. И. Бирюкова начала проводить тренинги. В том же году под ее руководством была сформирована Ассоциация танцевально-двигательной терапии. Значительно позже, в 2006 году в Санкт-Петербурге в РГПУ им. А. И. Герцена И. Бирюковой была защищена диссертация по применению танцевально-двигательной терапии в психиатрическом стационаре под руководством профессора С. А. Кулакова на кафедре медицинской психологии под руководством В. А. Ананьева. И в том же 2006 г. на отделении второго высшего образования впервые в России была открыта двухгодичная программа переподготовки по танцевально-двигательной терапии.
В 2008 г. Н. А. Оганесян сформировала Санкт-Петербургскую ассоциацию танцевально-двигательной терапии. В 2010 г. была открыта кафедра танцевально-двигательной терапии в Институте практической психологии «Иматон» с длительностью обучения один год. В 2009 г. была открыта кафедра танцевально-двигательной терапии в Институте практической психологии и психоанализа под руководством Ирины Бирюковой с длительностью обучения три года.
Выпускники работают в разных городах России и за рубежом, ведут свою работу как со здоровыми людьми, так и с людьми с различными психическими и соматическими нарушениями, а также с детьми и взрослыми с нарушениями опорно-двигательного аппарата и РАС».
Уже много лет А. Е. Гиршон руководит специализацией «Интегративный танцевально-психологический тренинг и танцевально-двигательная психотерапия» при Институте интегративной психологии и психотерапии.
Также в России разработано несколько авторских методов психокоррекции с использованием танцевально-двигательных техник (танцевально-экспрессивный тренинг Т. Шкурко, когнитивная пластика В. Никитина и др.).
Защищено несколько кандидатских диссертаций по ТДТ и проведены некоторые значимые исследования. В диссертационном исследовании одного из авторов, А. Гиршона (научный руководитель профессор Козлов В. В.), было показано, что танец является эстетически и психологически значимым многоуровневым и многоаспектным процессом невербальной коммуникации на внутриличностном, межличностном, социальном и трансперсональном уровнях, направленный на повышение целостности и адаптивности личности. Танец можно рассматривать не только в рамках эстетики и семиотики, но также как специфическое состояние (спектр состояний) и отношение (метафору). Можно выделить специфические терапевтические механизмы в ИТДП. ИТДП положительно влияет на процессы интеграции личности и социально-психологической адаптации за счет развития самопринятия, принятия других и повышения уровня эмоционального комфорта. Интегративная модель адекватно описывает танцевально-двигательные психотехники и позволяет использовать ИТДП для различных целей индивидуальной и групповой работы.
А. Гиршоном впервые в мировой практике разработана интегративная психологическая модель танцевально-двигательной психотерапии и создана научно-методическая основа для работы внутри этого направления с различными категориями населения. Им обобщена история развития танцевально-двигательных психотехник в периоды до-модерна, модерна и пост-модерна (классификация стадий развития культуры по К. Уилберу). Проведен анализ современного состояния танцевально-двигательной терапии в России и за рубежом. Разработана новая интегративная модель описания психологических механизмов ИТДП. Разработаны положения о танце как интегративной базовой метафоре, особенностях потоковых (расширенных) состояний сознания при использовании ИТДП. Разработан основной метод диагностики в ИТДП – системный анализ движения.
В диссертационном исследовании другого из авторов, Н. Веремеенко (научный руководитель профессор Козлов В. В.), было показано, что применение интегративных танцевально-двигательных методов приводит к принятию себя, устойчивым во времени изменениям в образе «Я» (уменьшение прямолинейно-агрессивных тенденций, увеличение ответственно-великодушных и сотрудничающе-конвенциальных тенденций, приближения образа «Я реального» к «Я идеальному»), коррекции самооценки (в аспекте повышения) и межличностных отношений. В. Н. Никитиным в диссертационном исследовании разработана и апробирована пластико-драматическая модель коррекции и развития подструктур сознания посредством актуализации невербального креативного действия и показано, что методические приемы пластико-когнитивного подхода позволяют развивать когнитивные, креативные и коммуникативные способности.
В исследовании М. А. Бебик [133, с. 11–15] выдвигается гипотеза о том, что танцевально-двигательная терапия является эффективным методом работы с проблемой самопринятия. В ходе эксперимента сравнивались три группы по танцевально-двигательной терапии, проведенные разными психотерапевтами со взрослыми людьми, и одна группа социально-психологического тренинга общения. Статистическая обработка данных психологической диагностики показала, что по окончании групп танцевально-двигательной терапии у ее участников уровень самопринятия, самоуверенности и самоценности выше, чем в группе социально-психологического тренинга.
Л. Р. Сайфутдинова целью поставила разработку «программы по танце-двигательной терапии с детьми, имеющими аффективно-личностные трудности» [88, с. 6–9]. В результате автор показала, что созданная ею программа, рассчитанная на один год, имеет положительное воздействие на детей с эмоционально-личностными проблемами (страхами и агрессией), но ее эффект в некоторых случаях ограничивается эндогенной природой заболеваний детей.
А. А. Жарикова. в своей кандидатской диссертации показала, что применение интегративной танцевально-двигательной психотерапии является достаточно эффективным методом лечения и реабилитации больных с соматоформными расстройствами как в комплексе с другими терапевтическими мероприятиями, так и в виде монотерапии, что подтверждается положительной динамикой клинико-психопатологических, клинико-катамнестических и психологических методов исследования. Эффективность ИТДП зависит от клинических вариантов заболевания и возрастает в направлении от ипохондрического и устойчивого соматоформного болевого расстройства через промежуточную категорию больных, страдающих соматизированными и недифференцированными соматоформными расстройствами, достигая максимума у больных с вегетативными дисфункциями различных органов и систем. Клинико-психологическими предикторами эффективности ИТДП являются такие личностные черты, как сенситивность, тревожность и эмоциональная лабильность, а также преимущественно ипохондрический и тревожный типы отношения к болезни; в то время как сочетание агрессивности и ригидности существенно снижают результативность метода, что важно для прогнозирования результатов лечения соответствующей категории больных. Модифицированный и апробированный в исследовании вариант ИТДП осуществляет значительное трансформирующее влияние на такие звенья патогенеза соматоформных расстройств, как алекситимию, психотравмирующие семейные и межличностные отношения. Важными лечебными факторами являются: образовательный и гуманитарный аспекты, работа, направленная на поиск личностных ресурсов, символизацию внутреннего конфликта, катарсис и запуск механизмов саморегуляции.
В диссертации Д. А. Садыковой «Танец в пространстве современной культуры» рассмотрены коммуникативные характеристики танца в современной культуре (установлено, что танец в современной культуре является медиафеноменом), проанализированы психофизическое и социокультурное измерения телесности как материально-духовной основы танца, уточнены функциональные возможности танца в аспекте специфики его бытования в современной культуре.
Танец рассмотрен в постмодернистском пространстве: прослежены основные черты постмодерна в современном танцевальном искусстве. Произведен анализ танца как медиафеномена, определено место коммерческой хореографии в массовой культуре. Проведено подробное рассмотрение одного из стилей современной уличной и коммерческой хореографии – хип-хопа. Проанализированы танцевальные проекты режиссера Джона Чу как феномены медиакультуры.
В. А. Лабунской и Т. А. Шкурко была создана программа танцевально-экспрессивного тренинга [98, 196], направленного на развитие внешнего (экспрессивного) «Я». Результаты применения тренинга подтверждают его адекватность целям развития экспрессивного «Я», которое достигается благодаря осознанию паттернов танцевально-экспрессивного репертуара, связанного с определенными отношениями и взаимоотношениями в группе, за счет раскрытия потенциалов своего экспрессивного репертуара, а также повышения спонтанности выражения и самовыражения.
Отметим, что известный у нас в стране метод музыкального движения нельзя назвать психотерапией, хотя, безусловно, эти занятия способствуют самовыражению, самораскрытию и самопознанию личности. С. Д. Руднева и А. В. Пасынкова пишут о том, что метод музыкального движения является «одним из путей общего эстетического развития» [133, с. 19–23], он оказывает большое воздействие на формирование эстетического мировоззрения и творческую активность людей в различных областях их практической деятельности.
В России танцевально-двигательная терапия – уже устоявшаяся специализация, которая обрела свою идентичность во многих образовательных центрах России. В 1996 г. была создана Ассоциация танцевально-двигательной терапии (АТДТ). Ассоциация танцевально-двигательной терапии (АТДТ) – сообщество профессионалов, которые направляют свои усилия на создание дружественного пространства единомышленников, разделяющих гуманистические ценности и ставят своей целью развитие ТДТ в России – в среде профессионало0в и всех заинтересованных людей. Деятельность членов АТДТ базируется на европейских профессиональных стандартах и этическом кодексе танцевально-двигательных терапевтов.
Цель АТДТ – развитие танцевально-двигательной терапии (ТДТ) как метода психологической коррекции, творческого развития, личностного роста и оздоровления детей и взрослых в России, а также развитие профессиональной подготовки и поддержание европейских квалификационных требований такой специальности в области практической психологии и психотерапии, как танцевально-двигательный психотерапевт. За 25 лет своей работы АТДТ провела огромное количество российских и зарубежных конференций, выпустила периодические издания по ТДТ, формировала профессиональные образовательные учреждения и программы.
По данным Барбары Бутон, в настоящее время в 46 штатах США и в 29 зарубежных странах работает более 1500 танцтерапевтов. Как и другие специалисты по психическому здоровью, они используют широкий диапазон техник, чтобы помочь своим пациентам. В то же время многие терапевты не придерживаются только одного подхода и используют техники разных подходов.
1.5. Место танцевально-двигательной терапии в психотерапии
Существуют разные представления о месте танцевально-двигательной терапии в богатом и разнообразном мире современной психотерапии. Некоторые считают ее частью арт-терапии, понимая «арт» как искусство в широком смысле этого слова. Однако тогда у нас есть термины для обозначения психодрамы, музыкотерапии, танцтерапии, но не остается специального термина для обозначения непосредственно «арт-терапии», где «арт» – это изобразительное искусство.
Более интегральная точка зрения – считать эти подходы (рисование, музыка, танец и т. д.) частью терапии творчеством (expressive art therapy). Но тогда не совсем ясны отношения танцтерапии и телесно-ориентрованной терапии, которая не подпадает под определение «творческого выражения». Ведь многие считают танцтерапию частью телесно-ориентированного подхода, и, действительно, фокус на телесном существовании объединяет их, но телесно-ориентированный подход далеко не всегда использует творческое самовыражение.
В своей практике мы используем техники, которые, строго говоря, можно назвать «взятыми» из телесно-ориентированной психотерапии, но они играют другую роль – они больше работают как подготовка к непосредственно танцетерапевтическим процессам. Если смотреть на развитие танцтерапии, то ее «матери-основательницы» (Мэриан Чейс, Мэри Старкс Уайтхаус) были изначально именно танцовщицами, получившими затем психологическое образование. Они не занимались телесно-ориентированной терапией, которая уже существовала в период становления танцевальной терапии. Изначально они также не занимались арт-терапией.
Именно в России сложился особый «союз» танцевальной терапии и телесно-ориентированной психотерапии. Связано это с историческими условиями: в период перестройки, когда началась реинтеграция российских психологов в мировое сообщество, телесная и танцевальная терапия часто узнавались на одних и тех же тренингах и семинарах. На Западе танцтерапевты также часто используют различные телесно-ориентированные методы, но далеко не все.
Проблема возникает потому, что танцевальная терапия действует в континууме между соматическим и экспрессивным аспектами терапии. Мы употребляем слово «континуум», чтобы подчеркнуть многообразие подходов и сочетаний этих двух аспектов в конкретной практике терапевтов. Практически каждый зрелый танцевальный терапевт находит свою позицию в этом континууме: кто-то больше сосредотачивается на экспрессивном выражении и развитии качеств движения, кто-то – на отношениях в группе и изменении способов взаимодействия, кто-то – на изменении способа телесного существования. Отсутствие жестко заданной позиции отражает значимость индивидуального творческого проявления как имманентной характеристики метода. Каждый танцтерапевт танцует свой собственный танец, создает свою линию движения в этом континууме.
Поэтому мы считаем, что танцевальная терапия все-таки является отдельным направлением, требующим специфической подготовки и образования, хотя в реальном терапевтическом процессе техники танцтерапии, телесного подхода и любые направления expressive art therapy прекрасно сочетаются и дополняют друг друга. Одной из современных тенденций развития психотерапии является разработка именно полимодального подхода. И границы, о которых я говорил, нужно обозначить лишь для того, чтобы единство этих подходов не стало неразличающим смешением.
Техники танцевальной терапии могут использоваться внутри разных направлений психотерапии, поскольку не являются выражением определенного взгляда на природу человеческого сознания. ТДТ всегда основывается на непосредственном опыте переживания и потому меньше подвержена искажениям излишними ментальными построениями. Танцевально-двигательная терапия может быть частью различных психотерапевтических подходов и «работать» на разных уровнях сознания. Кроме того, что танец сам по себе является гармоничной физической практикой, ТДТ может использовать различные модели сознания и терапевтической работы:
1. принципы терапии эмоционального отреагирования (поскольку телесное выражение чувств является самым прямым и естественным способом доступа к значимым областям опыта);
2. модель психоаналитической (глубинной) терапии (т. к. через танец происходит осознанный доступ к довербальным и ранним стадиям развития);
3. подходы сценарной и ролевой терапии (поскольку танец, по словам И. Хейзинги, «является высшей и самой совершенной формой игры» и наглядным способом символизации);
4. взгляды экзистенциально-гуманистической терапии (когда темами танца и «партнерами» в нем становятся и Любовь, и Одиночество, и Свобода, и Ответственность, и Смерть);
5. положения трансперсональной терапии (благодаря возможности танца как трансцендирующей силы приводить в особые состояния сознания).
Многие исследователи ТДТ отмечают проблему эклектичности концепций, лежащих в основе ее методов. Сегодня, в начале ХХI в., встает вопрос непротиворечивого объединения этих подходов, учитывающего все открытия достижения различных направлений ТДТ. Мы предлагаем назвать это объединение интегративной танцевально-двигательной терапией.
Глава 2
Интегративная танцевально-двигательная терапия (ИТДТ)
2.1. Теоретические основы ИТДТ
2.1.1. Интегративная психология
Теоретической основой интегративной танцевально-двигательной терапии является интегративная психология, «седьмая волна» в развитии психологии. Именно сейчас, в начале ХХI в., встает вопрос о согласовании: непротиворечивом и различающем объединении выдающихся достижений различных направлений психологии ХХ в. – физиологической психологии, психоанализа, бихевиоризма, гуманистической, трансперсональной психологии и коммуникативной методологии.
В настоящий момент в научных дисциплинах наблюдается бум в стремлении целостного, всеохватного осмысления человека. Понятие, которое вводится для обозначения этого стремления, – «интегративное». Мы можем встретить в научных публикациях словосочетания «интегративный подход в науке», «интегративная психотерапия», «интегративная педагогика», «интегративная антропология» и даже «интегративная гештальт-терапия».
На наш взгляд, развитие психологии и психотерапии связано со все большей интеграцией различных подходов, вначале рассматривавшихся как противоречащие, несовместимые, но впоследствии оказавшиеся вполне дополняющими. Более того, мы можем обозначить интегративный подход как эволюционно адекватный (Козлов, 2001).
Появление интегративной психологии во многом обусловлено кризисом современной научной психологии, которая оказалась не в состоянии удовлетворить широкий общественный заказ на методы личностной терапии, личностного развития, переживания трансцендентного опыта, кризисных состояний закономерного, ситуативного характера и широкого диапазона состояний сознания.
Необходимость в интегративной психологии (ИП) возникла также в связи с игнорированием научной психологией интерперсонального (сознательного и бессознательного аспектов социального сознания) и трансперсонального опыта.
Вне сомнения, трансперсональная психология сделала огромный шаг для возвращения психологии к своему предмету и, самое главное, к духовным и экзистенциальным проблемам человеческой жизни. Трансперсональные переживания – переживание человеком выхода за пределы своего «Я», за пределы пространства и времени, возврата в культурное и историческое прошлое человека и мира. Человек как бы вспоминает эпизоды из истории жизни на Земле. Таким образом, это свидетельствует о том, что человек обладает способностью беспрепятственно «путешествовать» в любом времени, в любом мире, микро– и макрокосмосе.
Как пишет Ст. Гроф: «Мне совершенно ясно, что нам нужна новая психология, более соответствующая уровню современных исследований сознания и дополняющая образ космоса, который начинает складываться в нашем представлении благодаря самым последним достижениям естественных наук» [40, с. 30].
Интегративная психология направлена как на изучение отдельных проявлений психики человека, так и на попытку понять природу человека в целом – в широком мировоззренческом контексте. Она сосредоточена как на универсальных картографиях феноменологии психического, так и на непосредственно экспериментальном изучении состояний индивидуального свободного сознания, разворачивающих содержания персоны, интерперсоны и трансперсоны (Козлов, 2003).
Сделаем тезисы, которые помогут нам определить отличия интегративной психологии от других направлений:
Интегративная психология как научная дисциплина опирается на психофизиологию и психофизику, на нейрофизиологическую модель индивидуальности, структурируя такие понятия, как психические функции, темперамент, характер, мотивация и т. д. и т. п. При этом психофизика и нейрофизиологические процессы, включая и соматические, больше рассматриваются как среда, в которую погружено индивидуальное свободное сознание. Физиология (в том числе нейрофизиология) является обслуживающей, а не порождающей психические феномены системой.
Ядро психической организации – индивидуальное свободное сознание, которое И. Кант назвал трансцендентальной апперцепцией. Это «априорное единство самосознания, составляющее условие возможности всякого знания… таким образом, трансцендентальная апперцепция является сверхличной формой сознания».
Научной психологии так и не удалось преодолеть психофизический и психофизиологический параллелизм. Представляется, что во многом это явилось следствием изначального дуализма, заложенного в научной картине мира старой парадигмы: деление на материальное и идеальное (духовное) и на субъект и объект. Интегративная психология снимает эту дихотомию – как в опыте функционирования сознания в среде, где снимаются различия между субъектом и объектом в непосредственном переживании единства познающего и познаваемого. Дуальной картине мира в научной психологии противостоит монизм интегративной психологии, постулирующий, в частности, единство мира и человека. Серьезным следствием этого является и существование высших уровней интегрированности, целостности в любой личности.
В академической психологии понятие «психика» жестко ассоциировано с категорией «индивид», в интегративной психологии в качестве центральной категории употребляется понятие «сознание», имеющее широкое смысловое поле, не замыкающееся только на индивида. Сознание характеризуется всеобщностью, множественностью уровней, состояний, форм открытостью и самодвижением.
Психология как наука построена по структурному принципу, из которого следуют объяснения психических процессов. Интегративная психология моделирует энергетическую модель сознания, которая содержит в себе массу возможностей как для практической психологии, так и для разработки ее теории. Одновременно феномены трансперсональной психологии, попавшие в разряд парапсихических либо сверхвозможностей, рассматриваются в русле классических психологических представлений, дополняя сведения о природе психических процессов и функций.
Интегративную психологию не следует идентифицировать ни с множеством школ (философских, психологических, духовных), опредмечивающих уровни и формы функционирования персоны, ни с множеством школ, опредмечивающих уровни и формы функционирования социального сознания, ни с множеством школ, опредмечивающих уровни и формы функционирования трансперсонального опыта. Не потому, что интегративная психология не является ни тем, ни другим, ни третьим, а потому, что она является и тем, и другим, и третьим.
Предметом интегративной психологии является изучение как опыта необычных (измененных) состояний сознания, так и так называемых «переходных состояний» психики человека – от переживания паттерна холотропного, индивидуализированного, разделенного, атомарного сознания (как по отношению к внешнему миру, так и к внутреннему) к состояниям расширенного сознания, единого в своем переживании как самого себя, так и мира; от состояния борьбы, деструкции, отрицания – к состоянию единства, консолидации, сотрудничества с самим собой, с другими людьми, со всем миром. Предметом интегративной психологии является и изучение таких переходных состояний, как конфликты (внутренние и внешние), бессознательные импульсы, отчуждение от себя и мира, невозможность творчества, любви, сотрудничества, психосоматические заболевания и различные неврозы. Все эти состояния в интегративной психологии рассматриваются как различные среды реализации сознания в личности, обладающие в самих себе реальным потенциалом преодоления их негативного аспекта и развития в свою противоположность. Это приводит к концептуально важному моменту интегративной психологии, где она выступает в своем прикладном аспекте как психология развития, «восхождения» личности к себе самой – к высшей интегрированности индивидуального сознания. Где само «восхождение», «личностный рост», «духовное самосовершенствование», «высшие» и «низшие» уровни больше являются абсурдом дифференциации реальности, а все концепции по этому поводу (философские, психологические, духовные, религиозные, научные, метафизические и пр.) – простой игрой сознания.
Понятийное поле интегративной психологии не перечеркивает понятийные системы иных психологий, но может привести к пересмотру не только понятий, но и более глубоких оснований в представлениях о природе человека, психики и сознания. Так, существенным моментом, отличающим ее от многих психологий, является ориентация в ее практике не исключительно на прошлый опыт индивида, как в психоанализе, и не только на настоящее, как в гештальт-терапии, а на временную целостность человека, включающую его прошлое, настоящее и будущее как в филогенетическом, так и в онтогенетическом аспектах (Козлов, 2003).
В самом широком смысле предметом интегративной психологии является процесс самораскрытия, самодвижения, саморазвития, самораспаковывания индивидуального свободного сознания в континууме времени-пространства.
Интегративный подход позволяет ухватить сознание в целостности, как активное, открытое, саморазвивающееся неструктурированное пространство, способное наполнять реальность смыслом, отношением и переживанием. Этот подход позволяет объединить телесные переживания (ощущения), эмоции, чувства, мышление и духовные переживания в целостность, в единство системы «Человек», и показать, при каких условиях возможно достижение ею подлинной целостности и аутентичности. Здесь же снимается проблема разделения «душа – тело» (психосоматическое единство становится очевидным).
Интегративная психология, таким образом, опирается на несколько важных положений:
• монизм как единство человека и мира, духовного и телесного;
• холизм как представление об изначальной целостности сознания человека;
• энергийность сознания;
• возможность самодвижения и саморазвития – без необходимости внешнего управления;
• идею преодоления кризисов на пути конвергенции, кооперации и взаимодополняемости сторон психической жизни в индивидуальном свободном сознании, которые сознание эго и социальное сознание разводят, противопоставляют, делают проблемными.
Мировоззренческим оком интегративной методологии является принцип целостности, который подразумевает понимание психики как чрезвычайно сложной, открытой, многоуровневой, самоорганизующейся системы, обладающей способностью поддерживать себя в состоянии динамического равновесия и производить новые структуры и новые формы организации.
Интегративная методология исходит из постулата, что человек – существо целостное, т. е. самостоятельное, способное к саморегуляции и развитию. Но человек – не единственная целостная сущность в мире. Все в обществе, как в социальном организме, также обладает целостностью, само социальное сообщество целостно на любой стадии функционирования (от диффузной группы до коллектива и чувства «мы») и независимо от сложности и объема организации (от малых групп до человечества как мегасоциальной системы). Социальные сообщества, которые являются объектом психологии и психотерапии, представляют собой иерархию, в которой каждый индивид является «целым» по отношению к своим системным компонентам и «частью» по отношению к социальным сообществам. Оба эти аспекта существования (и часть, и целое) должны быть выражены полноценно для осуществления потенций любого индивида. Отсюда понятна тяга человека выйти за свои пределы, трансцендировать, быть, чувствовать, осознавать себя частью социальных сообществ и всего мироздания [66, 68, 74, 77].
Принципиальный интегративный тезис состоит в том, что мир – это не сложная комбинация дискретных объектов, а единая и неделимая сеть событий и взаимосвязей. И хотя наш непосредственный опыт, кажется, говорит нам, что мы имеем дело с реальными объектами, на самом деле мы реагируем на сенсорные преобразования объектов или сообщения о различиях.
Как доказывает в своих работах Грегори Бэйтсон, мышление в терминах субстанции и дискретных объектов представляет собой серьезную эпистемиологическую ошибку. Информация течет в цепях, которые выходят за границы индивидуальности, и включает все окружающее, социальное и природное.
Таким образом, при интегративном взгляде на мир акцент смещается от субстанции и объекта к форме, паттерну и процессу, от бытия к становлению. Структура – продукт взаимодействующих процессов, не более прочный, чем рисунок стоячей волны при слиянии двух рек. Согласно интегративному подходу в психотерапии и психологии, человечество подобно живому организму, органы, ткани и клетки которого имеют смысл только в их отношении к целому.
Целостность личности подразумевает учет всех ее проявлений (по крайней мере тех, которые уже описаны, возможно, изучены, но не до конца объяснены): биогенетических, социогенетических, персоногенетических, интерперсональных и трансперсональных (на наш взгляд, последние два включают ряд особенностей, еще мало принимаемых официальной наукой, но уже не отрицаемых как несуществующие).
Самопознание и личностный рост прежде всего означают расширение горизонтов индивида, продвижение его границ вовне и вглубь. В процессе духовного поиска человек перестраивает карту своей души, расширяя ее территорию. Рост – это постоянное перераспределение, перезонирование, переделка карты самого себя, признание, а потом и обретение все более глубоких и всеобъемлющих уровней своего «Я».
Развитие психологии и психотерапии приводит к все большей популярности концепций, ориентированных на интегральный, целостный подход. Наиболее совершенным выражением этой идеи является интегральная психология Кена Уилбера, который, продолжая традицию И. Канта, Ф. Брентано, В. Дильтея и Карла Юнга, смог создать целостную картину эволюции человеческого сознания и описать многоуровневый спектр психической реальности.
Известный физиолог, кардинально повлиявший на судьбу российской психотерапии, И. П. Павлов писал: «Жизнь отчетливо указывает на две категории людей: художников и ученых. Между ними резкая разница. Одни – художники, писатели, музыканты, живописцы и т. д. – захватывают действительность целиком… Другие – ученые – дробят ее и тем самым как бы умерщвляют ее, делая из нее скелет. А затем как бы снова собирают ее части и стараются таким образом оживить, что им не удается никогда».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?