Читать книгу "Зарождение Дальней авиации. Эскадра воздушных кораблей «Илья Муромец»"

3. Организационные формы воздушных кораблей «Илья Муромец»

3.1. Эскадра воздушных кораблей «Илья Муромец»

По принятой в то время в русской военной авиации организации, при каждом военном округе существовала авиарота, в обязанности которой входило обеспечение эксплуатации всех авиаотрядов округа. За исключением крепостных, все авиаотряды дислоцировались на ротном аэродроме. Основную часть авиаотрядов составляли так называемые корпусные. Они организационно входили в состав пехотных корпусов и предназначались для решения тактических задач: разведки, наблюдения и связи. Здесь же, на ротных аэродромах, предполагалось начать формирование и десяти полевых (армейских) авиаотрядов. Их число и распределение по округам примерно соответствовало количеству общевойсковых армий, намечавшихся к развертыванию с началом боевых действий.

Каждый полевой авиаотряд предполагалось оснастить четырьмя «муромцами». Помимо уже формируемых в Лиде, Варшаве и Киеве, Генштаб планировал создать три отряда в Бресте, по одному в Петрограде и Одессе, и еще по одному – в Киеве и Лиде. Для их укомплектования В.А. Сухомлинов распорядился дозаказать еще 32 «муромца». После непродолжительных уточнений Шидловский подписал этот контракт 2 октября 1914 г. Таким образом, к весне 1915 г. русская армия должна была обладать армадой из 42 воздушных кораблей. Воздухоплавательное отделение РБВЗ под руководством И.И. Сикорского торопилось с организацией серийного производства «муромцев», но этот процесс продвигался не так быстро, как хотелось бы.

Большинство летчиков и командиров сошлось во мнении, что громоздкие и трудоемкие при перевозках и в обслуживании воздушные корабли окажутся наиболее полезными в стационарных крепостных авиаотрядах. Такие отряды базировались в крупных крепостях Российской империи и подчинялись их комендантам. Входящие в их состав самолеты предназначались для ведения разведки осаждающих войск и нанесения по ним бомбовых и артиллерийских ударов. Установленное на «муромцах» вооружение могло также пригодиться и при отражении атак на крепость вражеских самолетов и дирижаблей. Такой образ ведения авиационных боевых действий носил в то время наименование «активный».

10 «муромцев» предлагалось распределить по крепостям – по два на крепостной отряд. Последние испытания – перелет С.-Петербург – Киев – показал возможность расширить их сферу применения в военном деле. Последний тип «муромца» удовлетворял уже требованиям, предъявляемым к самолетам стратегического назначения. Это: радиус действия не менее 300 верст; грузоподъемность: 2 смены экипажа, перевоз не менее 10 пудов (164 кг) взрывчатки, комплект артиллерийского вооружения для борьбы с воздушным противником.

Учитывая, что «Илья Муромец» может выполнять стратегические задачи, Главное управление Генерального штаба вышло с докладом военному министру о распределении 10 заказанных самолетов «Илья Муромец» по полевым авиаотрядам. Предполагавшиеся к формированию в русской армии полевые авиаотряды, в отличие от крепостных, считались более мобильными и предназначались для выполнения более широкого круга задач «активного характера» в интересах штабов фронтов и армий, в т. ч. для ведения стратегической разведки, нанесения бомбовых ударов: создания пожаров в парках и складах, разрушения железнодорожных сооружений и станционных построек, поражение обозов, и даже для борьбы с воздушным флотом противника.

Одним из ведущих военных теоретиков боевого использования самолетов в то время считался генерал-адъютант граф А.В. Каульбарс. Он и предложил Генштабу различные типовые варианты боевых заданий для «муромцев», а также принципы организации их эксплуатации.

По планам командования предполагалось, что каждый корабль будет приравнен к боевому отряду со всеми положениями и штатами – «Отряд аэроплана «Илья Муромец». Боевой отряд, состоящий из одного корабля «Илья Муромец», возглавлялся военным летчиком – командиром корабля «Илья Муромец».

По штату «Команды для аэроплана типа «Илья Муромец», утвержденному императором Николаем II 14 августа 1914 г., в отряд входили: командир корабля (капитан или подполковник), помощник командира – летчик (до капитана), артиллерийский офицер (до капитана), младший офицер-адъютант (завхоз и казначей) (до штабс-капитана), младший механик (военный чиновник XII класса), фельдфебель-летчик, старший фейерверкер-артиллерист, старший унтер-офицер-пулеметчик, два старших унтер-офицера моториста, два младших унтер-офицера моториста, каптенармус, младший фельдшер и 31 солдат. По табелю полагалось два легковых авто, четыре полуторки и один мотоцикл. Отряд обеспечивался одной палаткой-ангаром для «муромца». Имелась походная мастерская, гараж. Потом этот штат и табель по опыту военных действий был существенно скорректирован.

Формированию отрядов «Илья Муромец» изначально отводилось особое внимание. Военачальники, включая военного министра, считали воздушные корабли чудо-оружием, национальной гордостью России. На должности командиров кораблей назначалась элита русской военной авиации – летчики-инструкторы Гатчинского авиационного отделения Офицерской воздухоплавательной школы (с 1 августа 1914 г. – Гатчинская военная школа летчиков). Помощниками командиров (вторыми пилотами) рекомендовались офицеры, окончившие школы в числе лучших. При этом отдавалось предпочтение летчикам, не допустившим ни одной аварии. На должности артиллерийских офицеров (бомбардиров) приглашались специалисты, преимущественно имеющие высшее артиллерийское образование. Бортмеханиками могли стать офицеры или военные чиновники, хорошо разбиравшиеся в технике. Старшими мотористами назначались опытные мотористы авиашколы.

Комплектование отрядов было поручено начальнику Гатчинской авиашколы, имевшему высокий авторитет в авиационном мире, полковнику С.А. Ульянину, который непосредственную работу по подбору и подготовке кадров возложил на своего заместителя штабс-капитана Г.Г. Горшкова.

В результате проведенной Г.Г. Горшковым в августе 1914 г. работы удалось укомплектовать первые семь экипажей. К середине августа 1914 г. были намечены комплекты экипажей семи кораблей «Илья Муромец», утвержденные приказом Главного управления авиацией.

«Илья Муромец» – 1. Командир экипажа – штабс-капитан Руднев Евгений Владимирович, помощник командира корабля – штабс-капитан Ильинский Павел Николаевич, артиллерийский офицер – Гайковский и Попов, механик – вольнонаемный Шидловский М.Ф.

«Илья Муромец» – 2. Командир экипажа – поручик Панкратьев Алексей Васильевич, помощник командира корабля – штабс-капитан гвардии Никольский Сергей Николаевич, Лейб-гвардии 3‐го стрелкового Его Величества полка, артиллерийские офицеры – поручик гвардии Звонников Николай Алексеевич, поручик гвардии Колянковский Арсений Михайлович, механик – вольнонаемный Кулешов и старший моторист Ушаков.

«Илья Муромец» – 3. Командир экипажа – командир 2‐й воздухоплавательной роты штабс-капитан Бродович Сергей Михайлович, вернулся в школу 18 июля 1915 г. Вместо него командиром корабля был назначен инструктор школы поручик Озерский Дмитрий Алексеевич, помощник командира корабля – штабс-капитан Спасов Михаил Порфирьевич, артиллерийские офицеры – поручики Лукинский Викентий Викентьевич и Гагуа Петр Афанасьевич, старший моторист Эдмунд-Георгий Фогт, механик – вольнонаемный Чеканский.

«Илья Муромец» – 4: Командир экипажа – поручик Модрах Сергей Карлович, помощник командира корабля – поручик Политковский Ростислав Михайлович, артофицер – штабс-капитан Барбович, второй пилот – поручик Шаров Яков Никандрович (с июня 1915 г. – командир корабля). В разное время командирами были инструкторы Гатчинской школы штабс-капитан Фирсов Борис Нилович и штабс-капитан Дацкевич Леонид Андреевич, в числе помощников командира и членов экипажа были поручик Бойе Георгий Георгиевич, артиллерийский офицер – поручик Гагуа Петр Афанасьевич, второй пилот, военный летчик поручик Смирнов Михаил Владимирович, второй пилот, артиллерийский офицер – поручик Лутц Александр Юльевич.

«Илья Муромец» – 5: Командир – поручик из запаса артиллерии Алехнович Глеб Васильевич, помощник командира корабля поручик Костенчик Авенир Маркович, который убыл в действующую армию 10 декабря 1914 г., артиллерийский офицер – штабс-капитан Журавченко Александр Николаевич, вольнонаемный механик Кисель.

«Илья Муромец» – 6: Командир – штабс-капитан Головин Сергей Николаевич, помощник командира корабля – поручик Смирнов Михаил Владимирович, артиллерийский офицер – штабс-капитан Иванов Виктор Апполонович.

«Илья Муромец» – 7: Командир – штабс-капитан Горшков Георгий Георгиевич, помощник командира корабля – поручик Башко Иосиф Станиславович (с 28 мая 1915 г. – командир корабля), артиллерийский офицер – штабс-капитан Наумов Александр Александрович, механик – вольноопределяющийся, младший унтер-офицер Лавров Александр Михайлович.

Их состав был утвержден приказом по Главному управлению Генерального штаба.

Последний экипаж назывался «Киевским», так как получил в свое распоряжение самолет, на котором Сикорский И.И. осуществил перелет в Киев и обратно. В память исторического перелета в дальнейшем на фронте рядом с номерными «муромцами» всегда рядом находился корабль, носивший вместо номера название «Киевский». Он считался флагманом эскадры воздушных гигантов. Как только этот корабль отрабатывал свой ресурс или выходил из строя в боевых условиях, на его место вставал новый «Киевский». Сначала экипаж флагмана возглавлялся ведущим летчиком эскадры Г.Г. Горшковым, а впоследствии – выдающимся военным летчиком И.С. Башко.

Постепенно «обросли» традициями и другие экипажи. Одним из лучших стал экипаж ВК‐II. Его командир А.В. Панкратьев прошел путь от командира экипажа до помощника, в последствии и.о. начальника Эскадры воздушных кораблей. Командиром корабля, а потом и отряда, стал и С.Н. Никольской. Пятый экипаж особо прославился различными изобретениями в области вооружения и оборудования. Его командир впоследствии возглавлял отряд и летную школу Эскадры. Экипаж ВК‐VI вскоре возглавил С.Н. Головин и командовал им до конца войны.

Все командиры кораблей и их помощники имели звание «военный летчик». Из других летчиков на «муромцах» летал только шеф-пилот РБВЗ Алехнович Г.В. Управление воздушным кораблем существенно отличалось от пилотирования привычных легких аэропланов. Горшков Г.Г. с помощью Сикорского И.И. первым освоил пилотирование «муромца» и стал ведущим инструктором по обучению командиров кораблей и их помощников. Приходилось спешить, так как командование торопилось опробовать новое оружие на поле боя.

В конце июля 1914 г. военный министр В.А. Сухомлинов утвердил новое распределение первой десятки «муромцев». Два из них должны были остаться в Гатчине в качестве учебных, три – поступить в 4‐ю авиароту в Лиду, три – во 2‐ю авиароту в Варшаве и два – в 3‐ю авиароту в Киеве.

Один из первых серийных «муромцев» типа «Б» был передан команде штабс-капитана Руднева Е.В. Пара дней тренировок под руководством Сикорского И.И., и 31 августа 1914 г. Руднев Е.В. после торжественного молебна вылетел в Белосток, в распоряжение штаба Северо-Западного фронта. Из-за нелетной погоды и поломок в пути к месту назначения летчик смог добраться только к концу сентября и, вместо того, чтобы немедленно приступить к боевой работе, начал бомбардировать ГВТУ жалобами на недостатки конструкции самолета.

Не лучше дела обстояли и со вторым серийным «муромцем». Поручик Панкратьев А.В. вылетел на фронт 24 сентября, но вскоре повредил самолет при вынужденной посадке. В Брест корабль ему пришлось доставлять по железной дороге в разобранном виде.

Обеспокоенный неудачами М.В. Шидловский обратился к военному министру с письмом: «…К сожалению, ряд неблагоприятных обстоятельств нарушил правильное исполнение намеченной программы и до настоящего времени ни один из построенных и сданных заводом аппаратов не только ничем не проявил себя на поле битвы, но даже не прибыл на театр военных действий. При таких условиях у лиц, не состоящих достаточно близко к делу, может создаться впечатление, что аппараты эти не могут оправдать возлагающихся на них надежд. И действительно необходимо принять ряд мер для того, чтобы аппараты могли быть использованы в течение настоящей кампании.

Как известно, «Илья Муромец» представляет собой машину относительно большой массы и большой сложности. Это уже не аэроплан, а воздушный корабль. Вот почему пользование им требует большего навыка и знаний, чем пользование обыкновенными аэропланами. Это условие не есть особенность данного аппарата, а есть общий принцип, который в воздухоплавании имеет еще большее значение, чем в морском деле, где ценз, опытность и знания состава команды ставятся в прямую зависимость от величины тоннажа данного судна.

Хотя сданные военному ведомству аппараты «Илья Муромец» и поступили в руки очень опытных и знающих лиц, но эти лица не имели еще возможности изучить аппарат настолько, чтобы свободно и уверенно владеть им, так как недостаток времени и неблагоприятные условия петроградской осенней погоды не дали им возможности достаточной практики, которая является основным условием успеха в данном деле. Как бы хороши ни были летчики и их механики, но и им необходимо пройти известный курс практических полетов на данной машине, чтобы свыкнуться с индивидуальными особенностями как двигателей, так и самого аэроплана…»

В довоенные годы штабс-капитан Е.В. Руднев считался одним из первых и лучших военных летчиков России. Но на фронте, под огнем, он, к сожалению, оказался, в прямом и переносном смысле, не на высоте. Из поступающих от штабс-капитана докладных следовало, что «муромец» плохо набирает высоту, имеет небольшую скорость, уязвим от вражеского огня. Упоминалось о затруднениях с ремонтом, обслуживанием, обеспечением материалами, вооружением. Командующий Северо-Западным фронтом переадресовал надоевшего жалобами Руднева Е.В. на Юго-Западный фронт. Летчик перегнал свой «муромец» во Львов, но и здесь вместо бомбардировки осажденного Перемышля продолжал «бомбардировать» начальство жалобами на недостатки своего самолета.

В конце концов Руднев Е.В. написал докладную записку «О непригодности аппаратов типа «Илья Муромец» для военных целей». Его поддержал заведующий авиацией и воздухоплаванием в действующей армии великий князь Александр Михайлович и потребовал от командования прекратить опыты с «муромцами»: «Ввиду малого у нас числа выдающихся летчиков не могу не высказать сожаления, что замедлившаяся постройка «муромцев» не дала возможности использовать на театре военных действий на аппаратах других систем целый ряд выдающихся офицеров-летчиков, задержанных в Петрограде в качестве личного состава строящихся Муромцев».

Командиром воздушного корабля № 1 вместо отказавшегося воевать Руднева был назначен военный морской летчик лейтенант Г.И. Лавров. Личный друг И.И. Сикорского и выдающийся офицер быстро превратил первый экипаж в один из лучших в Эскадре.

Разочарованные неудачами первых «муромцев» командующие фронтами потребовали заменить воздушные корабли обычными легкими самолетами, и 28 октября 1914 г. ГВТУ получило от Штаба Верховного главнокомандующего уведомление, в котором он «вследствие обнаружившейся непригодности аэропланов типа «Илья Муромец» к выполнению боевых задач, просит прекратить снабжение армии аппаратами этого типа». ГВТУ приостановило выдачу средств РБВЗ. Назревал скандал.

Председатель правления РБВЗ М.В. Шидловский понимал, что наступил критический момент. В начале ноября 1914 г. он составил докладные записки военному министру В.А. Сухомлинову и Верховному главнокомандующему великому князю Николаю Николаевичу, в которых лаконично и убедительно разобрал неудачный опыт применения «муромца» на фронте. Частично признавалось, что некоторые характеристики «муромца» действительно не так высоки, как хотелось бы, и поэтому завод уже создает машину нового типа. М.В. Шидловский, признавая целесообразность приостановки заказа на 32 машины, тем не менее настаивал на достройке первых десяти, заказанных еще в мае, и дальнейшей всесторонней проверке новой техники в боевых условиях.

В записке отмечалось, что невысокую эффективность применения воздушного корабля нужно отнести в первую очередь за счет недостаточной подготовки экипажа и некомпетентности командования, что основная причина не в низких летных качествах самолета, а в неправильной организации его использования. Развивая свою мысль, М.В. Шидловский предложил немедленно расформировать созданные боевые отряды из «муромцев» и собрать их в одну эскадру по образцу эскадры морских боевых кораблей: «…Каждое техническое средство для успешности его использования требует хорошо подготовленного как теоретически, так и практически личного состава. Такая подготовка имеет особо важное значение в военном деле…

Если бы аэропланы типа «Илья Муромец» еще до войны находились в составе нашей армии, несомненно, воздухоплавательные свойства этих аппаратов были бы подробно испытаны и изучены, а вместе с тем было бы выработано их вооружение и оборудование, строго согласованы со свойствами аппарата и с теми боевыми задачами, исполнение которых на основе всестороннего опыта, были бы признаны возможными на них возложить. Кроме того, были бы выработаны штаты личного состава с точным распределением обязанностей между отдельными чинами и таким образом аэроплан имел бы практически подготовленный личный состав, в совершенстве знающий свой аппарат.

К сожалению, первые аэропланы были выпущены и поступили в распоряжение военного ведомства значительно позже объявления войны и, при естественном желании возможно скорее использовать это новое оружие, были отправлены с только что сформированным личным составом и с теоретически разработанным, но не проверенным опытом вооружением.

Командование воздушного корабля, каковым является аэроплан типа «Илья Муромец», существенно разнится от управления аэропланом и требует от командира не только совершенного знакомства с характером и свойствами корабля, не только умения уверенно управлять им в полете, но и приемов правильно распределить между отдельными чинами команды обязанности по обслуживанию отдельных частей сложного механизма корабля. Хотя командирами Муромцев были назначены опытные летчики-инструкторы, но не получив необходимой предварительной подготовки для занятия этих должностей, не уверенные в свойствах аппаратов, с неопытными командами они оказались в затруднительном положении.

Ввиду этого решено создать нечто вроде эскадры-школы воздушных кораблей, в которой личный состав аэропланов мог бы, под наблюдением технического персонала, сконструировавшего этот тип аэроплана, пройти курс управления и вооружения. Для сего надлежит сгруппировать всех Муромцев в одно место, удобное для организации практических упражнений и в то же самое время ближе к театру военных действий. В армию из эскадры будут отправляться только те, подготовку которых начальник эскадры признает достаточной…

…Для успеха дела необходимо поставить аэропланы большой мощности в соответствующие условия, причем необходимо помнить, что подобные аппараты не были еще в обращении и что в начале работ неизбежны мелкие недоразумения и неудачи, но будущее принадлежит большим аэропланам. Только они могут создать мощный непобедимый флот. В этом для завода нет никаких сомнений. Вот почему завод просит дать ему возможность практически показать на поле битвы способность аппаратов Илья Муромец наносить неприятелю такой ущерб, которого не может нанести ни один из существующих летательных аппаратов нашего времени. Для этого завод готов предоставить военному ведомству все свои технические средства и готов взять на себя прямую организацию соответствующего боевого отряда.

Для выяснения боевого значения этих аппаратов, по мнению завода, вполне достаточно заказанной ему первой серии в десять аппаратов, а потому завод полагал бы правильным приостановить исполнение второго заказа на 32 аппарата впредь до выяснения результатов деятельности первых десяти. Результаты эти или докажут важное боевое значение аэропланов типа «Илья Муромец» и дадут новый богатый материал для усовершенствования последних серий, или выяснят непригодность аппаратов для военных целей».

Шидловский тщательно продумал и разработал и положение о будущей эскадре. Ее назначением предусматривалось: «содействие нашим войскам при боевых операциях, производя глубокую разведку в тылу противника, разрушая тыловые пути сообщения, укрепления и сооружения, имеющие важное военное значение, поражая резервы и уничтожая воздушный флот противника, склады боевых припасов и подвижные составы». Эскадра должна была состоять из: «а) боевых кораблей, соединенных в отряды; б) главной базы (школа, главные мастерские, центральный склад, метеорологическая станция, фотографический кабинет, топографический кабинет, гараж, строевая рота, техническая рота), имеющей целью подготовку личного состава для кораблей; снабжение отрядов; оборудование и капитальный ремонт кораблей и аэропланов».

В Положении об управлении новым соединением особо отмечалось его стратегическое назначение: «Эскадра воздушных кораблей является оружием Верховного командования, непосредственно подчиняется Начальнику штаба Верховного главнокомандующего, который в соответствии с оперативными предположениями, определяет район боевой работы эскадры и, лично предписывая начальнику эскадры выполнение отдельных операций в этом районе, поручает ему выполнение задач, подаваемых непосредственно от тех штабов фронтов и армий, в районе которых расположены отряды эскадры».

Во главе Эскадры, по убеждению Шидловского М.В., должен стоять командир, знакомый с авиацией, и в частности, с тяжелыми самолетами. Здесь председатель правления РБВЗ заметил, что в прошлом он морской офицер, в настоящее время имеет прямое отношение к созданию воздушных кораблей и мог бы взять на себя ответственность возглавить эскадру: «Если бы мое непосредственное участие в работе, направленной к торжеству над врагом этого нового русского оружия, было признано полезным, то я готов представить свои силы и опыт в распоряжение военного ведомства».

Всегда относившейся благосклонно к творчеству Сикорского И.И., военный министр Сухомлинов В.А. поддержал ходатайство Шидловского М.В.: «…недостатки такого аппарата, как «Илья Муромец» – это мелочи, Игорь Иванович Сикорский легко и сразу же исправит их, как только обратят на них внимание… становится очевидно, что то, что должно быть гордостью и славой России, до сих пор из-за вышеперечисленных пустяков не оправдывает возлагаемого на него ожидания ста семидесяти миллионов русских». Несмотря на противодействие великого князя Александра Михайловича, Верховный главнокомандующий выступил на стороне Сухомлинова В.А. Военному министру удалось получить одобрение идей Шидловского и на аудиенции у государя императора.

Получив «высочайшее одобрение», Главное управление Генштаба (ГУГШ) подготовило и направило в Военный совет предложение о формировании на время войны Управления Эскадры воздушных кораблей. Особым разъяснением ГУГШ уточнил августейшему командующему авиацией в действующей армии, что новое соединение не входит в число подчиненных ему отрядов (корпусных, полевых и крепостных) фронтовой авиации. С этого времени русская авиация стала делиться на «тяжелую», непосредственно подчиненную Штабу Верховного главнокомандования, и «легкую», входящую в войсковые формирования.

Новый взгляд на боевое применение кораблей «Илья Муромец» предложило Правление РБВЗ во главе с его председателем Шидловским М.В., который доказал военному министру и Верховному главнокомандующему, что «муромцы» необходимо сгруппировать в Эскадру воздушных кораблей (ЭВК) и в ее составе применять самолеты централизованно, дорабатывая их в процессе боевой деятельности за счет сил и средств РБВЗ. На фронте должны были обучаться и экипажи кораблей. Воздушные корабли «Илья Муромец» состояли при Управлении в качестве переменного состава и должны были выполнять бомбардировочные и разведывательные задачи.

Шидловский М.В. добился создания Управления ЭВК, предназначенного для «…выяснения боевых свойств воздушных кораблей, выработки соответствующего вооружения…». 8 (21) декабря 1914 г. Военный совет Российской армии принял Постановление о сформировании на время войны Управления Эскадры Воздушных кораблей, а 10 (23) декабря 1914 г. Постановление было утверждено государем императором Николаем II. Таким образом, дата 23 декабря 1914 г. официально является датой рождения Дальней авиации. С этого времени военная авиация была разделена на тяжелую и легкую.

Зимой 1914/15 г. РБВЗ завершило выполнение заказа на 10 «муромцев». Кроме машин типа «Б» в него вошли первые шесть образцов типа «В». В декабре 1914 г. командующий полностью укомплектовал боевое соединение личным составом, материальной частью, вспомогательным оборудованием и в конце месяца уже прибыл на базу недалеко от городка Яблонна под Варшавой. Вместе с Шидловским в качестве технического советника штаба Эскадры из Петрограда отбыл и Сикорский И.И. Помощником командующего Эскадрой стал профессор Инженерной академии, крупнейший военный специалист по конструкции летательных аппаратов полковник В.Ф. Найденов. Старшим механиком Эскадры воздушных кораблей был назначен лейтенант флота М.Н. Никольской. В Эскадру стекались лучшие специалисты.

Так, например, артиллерийскими офицерами на «муромцах» были А.Н. Журавченко, впоследствии крупнейший советский специалист по динамике полета; В.А. Иванов – впоследствии известный американский инженер-изобретатель; Е.А. Вечерин – будущий академик Франции. Начальник мастерских Эскадры Л.В. Базилевич впоследствии стал в США крупнейшим специалистом-энергетиком. Бортмеханиками на «муромцы» принимали мобилизованных инженеров и студентов по рекомендации самого Н.Е. Жуковского. Инженеры и рабочие РБВЗ постоянно находились на базе в командировке. «Муромцы» нужно было не только собрать и отрегулировать после доставки в разобранном виде из Петрограда по железной дороге, их постоянно требовалось модифицировать, оперативно вносить в конструкцию изменения и доработки в соответствии с накапливаемым опытом боевого применения и наземной эксплуатации.

Успехи ЭВК были бы невозможны без плодотворной деятельности авиационного завода РБВЗ и других предприятий акционерного общества, осуществлявших поставки самолетов и другого имущества в Эскадру. М.В. Шидловский по-прежнему оставался не только начальником ЭВК, но и председателем правления РБВЗ. Благодаря этому предприятия общества стабильно выпускали продукцию и разрабатывали новые образцы техники.

И.И. Сикорский большую часть времени проводил непосредственно в ЭВК, испытывая и доводя до работоспособного состояния свои конструкторские идеи. Большое количество изобретений и рацпредложений поступало и от летчиков и механиков Эскадры. Технологическое оборудование мастерских базы позволяло воплощать в жизнь самые неожиданные замыслы.

На базе ЭВК проводилась большая работа по оснащению «муромцев» бомбардировочным и стрелковым вооружением, устанавливалось фотооборудование для фиксации результатов бомбометания, а также для панорамной аэрофотосъемки.

Потом появились более сложные приспособления, такие как «ветрочет» А.Н. Журавченко. Летчиками и артиллерийскими офицерами ЭВК под руководством подполковника Наумова и капитана Журавченко была тщательно проработана тактика применения тяжелых бомбардировщиков, методика бомбометания, поражения точечных и площадных объектов противника.

Январь 1915 г. ушел в ЭВК на активную подготовку кораблей и тренировку личного состава. При Эскадре были образованы школы для летного и наземного состава. Летная школа готовила экипажи «муромцев»: пилотов, артиллерийских офицеров и механиков. Как правило, пилотированию тяжелых бомбардировщиков обучались только офицеры, уже имевшие звание «военный летчик».

С 1915 г. в Эскадру воздушных кораблей стали поступать одномоторные бипланы С‐16, вооруженные двумя пулеметами. Это были истребители сопровождения, созданные для охраны «муромцев» в воздухе, а также для прикрытия на аэродромах базирования.

Успешные действия Эскадры заставили высшее командование русской армии уже в конце зимы 1915 г. пересмотреть отношение к «муромцам». В телеграмме начальника штаба Верховного главнокомандования от 14 апреля 1915 г. в ГВТУ сообщалось: «Верховный главнокомандующий приказал: просить Вас в связи с выяснившимся применением Эскадры воздушных кораблей восстановить действие контракта с РБВЗ на постройку «муромцев», приостановленного на время испытания их боевых свойств, и оказать заводу всякое содействие для скорейшего выполнения этого заказа…». Штаб Верховного главнокомандующего просил военного министра ускорить укомплектование Эскадры до штатного состава и принять самые энергичные меры к постройке новых кораблей.

18 апреля 1915 г. начальник штаба Верховного главнокомандующего направил начальнику ЭВК следующую телеграмму: «Верховный главнокомандующий повелел мне благодарить Вас и чинов эскадры за достигнутые результаты по созданию и применению Эскадры, которой он придает важное значение. Его Императорское Высочество радуется, что благодаря свойственной Вам энергии, эскадра будет усиливаться с каждым днем, в ее состав будут вступать новые все более мощные боевые корабли и в ближайшем будущем эскадра действительно явится грозным и неотвратимым оружием против упорного врага».

Это была победа, репутация многомоторных самолетов и тяжелой авиации восстановлена!

Приказом Верховного главнокомандующего № 291 от 20 апреля 1915 г. вводятся Положение об Эскадре, ее штат и табель.

По Положению о ЭВК целями ее создания объявлялось: «выяснение боевых свойств Воздушных Кораблей, выработка соответствующего боевого вооружения их, подготовка командного состава и нанесение большего вреда неприятелю в зависимости от степени боевой готовности кораблей». Деятельность ЭВК подразделялась на подготовительную и боевую:

«1. Подготовительная:

испытание и изучение боевых свойств каждого корабля, выработка для него соответствующего оборудования и вооружения и определение тех боевых задач, исполнение которых может быть на него возложено;

подготовка личного состава кораблей к обслуживанию и управлению механизмами кораблей и выполнению выработанных для них боевых задач.

2. Боевая:

разрушение при помощи бросания бомб укреплений и сооружений, важных в военном отношении, железнодорожных путей, а также поражение резервов и обозов в тылу неприятельских армий;