Читать книгу "Materia Prima-2. Возвращай Долги"

Почуяв насекомое, цветок начал светиться, а усики – медленно подрагивать, завлекая добычу. Свет от бутона был мягким и теплым, его вполне хватало на то, чтобы не сломать себе ноги в темноте.

– Ты тут живешь что ли?

– Ну да.

– В глубине?

– Да.

– Я думала, что странники все время двигаются, чтобы выжить.

– А ты много странников встречала в своей жизни?

– Ну так. Одного. Вышел на нас во время рана, но мы особо не общались. Командир обменял у него некоторые артефакты на еду и воду, после чего он ушел.

Девушка уселась в старое протертое до дыр кресло, при этом постоянно оглядываясь по сторонам. Мебели у меня было немного, в основном столы, заваленные разным хламом, который я собрал во время вылазок.

Несколько шкафов с самодельными инструментами и расходниками для выживания. В углу огромный фильтр, собранный из пустых пластиковых баклажек. Шланги ведут наружу, там мне удалось присобачить тенты для сбора воды.

Спичками я разжег импровизированную печь, собранную из кирпичей прямо в центре комнаты. Дымоотвод провел в окно, а с топливом тут проблем не было, старой мебели на растопку на каждом этаже хватало.

Поставил на печь греться сковородку, а сам сходил в подсобку-холодильник. Вернулся с куском мяса в два кило.

– Уже запеченное, но лучше разогреть. Воду приходится собирать после кислотных дождей, фильтрую и кипячу. На вкус так себе, но так как ты спирит, то можешь пить без опаски.

Я протянул ей пластиковую бутылку с мутной жижей. Нарезал мясо ломтями и бросил на сковородку. По комнате поплыл умопомрачительный запах жареного.

Я довольный посмотрел на девушку, но у той от ужаса глаза были как эта сковородка.

– Р-рейн, – жалобно пропищала она. – Ты же говорил, что тут безопасно.

Проследив за ее взглядом, я медленно обернулся. В дверях стояла волкоподобная тварь, полтора метра в холке, вместо шерсти – стоящие дыбом шипы. Морда опущена, неотрывно смотрит прямо на меня, а с клыков медленно капает слюна.

Глава 3. Я просто хотел, чтобы ты посмотрела на мои помидоры

– Так, – я выпрямился во весь рост и ткнул ножом в сторону пса. Понял, что это была ошибка, убрал нож и ткнул просто пальцем. – Хватит слюни пускать, я задолбался за тобой убирать.

Волчара недовольно зарычал, обнажая клыки, морда припала к полу, а шкура ощетинилась острыми толстыми шипами. Сильная тварюка, четвертый ранг. Видел его в бою, даже со стороны смотреть страшно. Но в этом-то и проблема – страх показывать нельзя ни в коем случае. Дашь слабину – почует и перестанет уважать.

– И нечего тут рычать на меня, – добавил в голос суровости. – Мой дом – мои правила. И ты их прекрасно знаешь. Не нравится – можешь идти спать под дождем.

Монстр стандартно порычал еще пять секунд, чтобы я не расслаблялся, после чего спокойно прошел через всю комнату в свой угол. Там улегся на лежанку, зевнул так, что можно было все зубы пересчитать, и затих.

Только глядел на меня исподлобья недовольно.

– Десять минут, – произнес я примирительно. – Видишь же, сам только пришел, не успел приготовить, – затем повернулся к трясущейся Айне. – Это Суббота. Не парься, он не кусается. Ну, в смысле нас кусать не будет. Наверно. Пока не кусал просто.

Я уселся обратно на диван и продолжил делать мясо. Нарезал тонкие полоски для нас и просто обжарил с разных сторон другой большой кусок. Его в итоге и бросил в угол. Оттуда тут же донеслись чавкающие звуки и довольное рычание.

– Да не давись ты, никто не отберет. У тебя вообще хрен чего отберешь.

Сходил в подсобку, где складировал игрушки для Субботы. Выбрал большую кость, длиной с мою руку.

– Смотри, что для тебя притащил, – похвастался я. – Между прочим с самых окраин пер, – Волчара при виде кости встал в позу и зарычал. – На своем горбу пер, между прочим. – Рычание усилилось. – А где пожалуйста? Где спасибо? Где вообще твои манеры?

Монстр согнул лапы, готовясь к прыжку. Я лишь тяжело вздохнул и бросил ему кость. Никакого уважения к чужому труду.

Зато, поймав новую игрушку, он с победным видом удалился из квартиры. Ну все, на пару часов ему должно хватить.

– Что это было? – Айна сидела настолько бледная, что я начал беспокоиться за ее здоровье.

– Суббота, – повторил я. – У его стаи логово по соседству, но он иногда приходит сюда ночевать. Но спит на нижних этажах.

– Там же паразиты? Которые подчиняют всех.

– Не всех, а только тех, кого могут. Суббота четвертого ранга, они ему ничего не сделают.

– Суббота? Ты приручил Шипованного и дал ему имя?

– Я? Приручил? Его? Шутишь? – я натурально рассмеялся. – Ты видела эту глыбу? Двести кило мышц, шипов, клыков и самолюбования. Он просто приходит, сидит в лежанке, которая, между прочим, раньше была моим матрасом. Жрет мою еду и требует подарки. Так что это большой вопрос, кто кого приручил еще.

На самом деле звучит странно, но подкармливать Субботу мне нравилось. Сам факт того, что удалось наладить контакт с представителем местной фауны, внушал оптимизм. А еще задирал мою самооценку до небес.

Зверушку я нашел раненной в лагере мутантов. Те напали на тройку Шипастых, их стая пришла и перегрызла глотки всем мутантам. Я же пришел посмотреть, чем можно было поживиться и нашел Субботу. Раненный, еле живой, стая его оставила как безнадежного. Кое-как обработал раны, перевязал их, накормил мясом с высоким содержанием эйба, напоил. Повторил то же самое на второй день, а на третий монстра уже не было. На пятый он сам пришел ко мне домой и притащил дохлого ящера, размером с мой диван.

Так мы и подружились в каком-то смысле. И после этого я стал тщательно следить за тем, чтобы маскировать свой запах.

Суббота захаживал редко, раз в неделю, когда хотел полакомиться жаренным мясом. Ну или перед дождем. Слава синту, остальная стая не разделяла его увлечений.

– Ты дал ему кличку, – оторвала меня от воспоминаний Айна.

– И?

– А ящерицу назвал Франциской.

– Так ты ее характер видела? Мерзкая стерва, вылитая Франциска.

– Так… Кажется, это уже что-то личное пошло. Святая Флайва, куда я попала…

– Ешь давай. Поешь – и сразу полегчает.

Фарфора или керамики у меня не было, в глубине с посудой вообще трудно. Так что для тарелок использовал вогнутые листы металла. И мыть легко. Кинул в посудомойку – и подождал.

Посудомойка – это натянутая за окном сеть. Сегодня как раз должен пойти кислотный дождь, очень вовремя, а то чистой посуды почти не осталось.

– Все равно не понимаю, как ты тут выживаешь, – произнесла Айна, жуя мясо.

– Выживал я в городе. Здесь я живу. Притом довольно неплохо. У меня есть стены, тут довольно тепло. Саламандра вчера запекла Бульдозера на окраинах, но все в нее не влезло, так что я сделал хороший запас мяса. В той комнате у меня холодильник, так что не испортится.

– Это как вообще?

– Тут есть ледяные слизни, которые оставляют за собой такие шарики. Я честно не знаю, что это, яйца их или какашки, но охлаждают отлично.

– Погоди, ты этими шариками саламандру отвлек?

– Да, для нее это что-то вроде кошачьей мяты для кошек. Она теперь до утра будет кайфовать кверху пузом.

– То есть мы можем вернуться? Там снаряги на тысячи кредитов осталось.

– Большинство уже растащили падальщики. А остальное не убежит. Сейчас нельзя высовываться, раз Суббота пришел, значит вот-вот ливень начнется. Первый день лучше не выходить, черви слишком активные.

– Черви?

– Да, тут большой глиняный карьер рядом с городом. Там логово гигантских червей. Вообще все изрыто, но и в городе их хватает. По земле безопасно можно передвигаться только во время дождя, но не в первый день. Сейчас черви нароются, устанут, и пока дождь будет продолжаться, пару дней можно будет гулять.

– Поняла. Нет, я, конечно, в шоке от твоих познаний. С другой стороны, чего еще ожидать от странника. Знаешь, я много историй слышала про вас, но никогда не представляла себе, что вы живете вот так вот.

– Я вообще без понятия, о чем ты. Я даже не знаю, кто такие странники. Если это просто люди, что живут в глубине, то я не понимаю, зачем им ходить куда-то, это гораздо опасней.

– И давно ты тут живешь?

– Несколько дней.

– Месяц, двенадцать дней и шесть часов, – вставил Четверг.

– Месяц, это больше одного дня? – мысленно спросил я.

– Да.

– То есть дней несколько?

– М-м-м… Да.

– Ну и чего ты тогда встреваешь?

– Понял, заткнулся. С такой логикой лучше вообще молчать буду, а то вдруг это заразно.

После нехитрого ужина я собрал посуду и сковородку, отнес все в ту самую посудомойку. Вернулся и поставил кипятиться кастрюльку с водой. Чашек не было, так что чай я принялся заваривать прямо в ней. Ну как чай… Травяной отвар.

– Тебе с сахаром? – спросил я.

– У тебя есть сахар?

Мне казалось, что глаза нельзя округлить еще сильнее. Айна не перестает удивлять.

– Есть цветочный нектар, очень сладкий.

– Да, пожалуйста.

– Собственно об этом. Надеюсь, ты не питаешь иллюзий, что я решил спасти тебя просто так за красивые глаза. Мне нужна будет твоя помощь… Эй, эй, ты чего?

Я как раз обернулся и увидел, что Айна расшнуровывает кожаный доспех и уже успела снять штаны, оголив довольно привлекательные длинные ножки.

– Я все понимаю, – кивнула она. – Ты живешь один в глубине, довольно давно уже. Ты спас мне жизнь, рисковал собой. Отплатить тебе будет справедливо.

– Что? Погоди, нет, нет, – я замахал руками. – Я не для этого. Я просто хотел, чтобы ты посмотрела на мои помидоры.

Девушка на секунду замерла, опустила взгляд в район моих штанов и слегка нахмурила брови. Я же просто хлопнул себя по лбу, когда понял, насколько двусмысленно это прозвучало.

– Только хуже сделал, – пробурчал я. – Помидоры, которые овощи. Ты же маг растений. У меня тут грядки есть, но помидоры плохо растут. Хотел, чтобы ты посмотрела их.

– А, – девушка так и замерла с расстегнутым доспехом, а я смотрел на ткань хлопковой рубашки, под которой оказалась довольно внушительная грудь. Девушка немного покраснела и принялась одеваться обратно.

– Извини, извини. Я просто подумала… Ну это логично. Ты же мужчина, живешь тут один. Ну вот…

– Не переживай, давай… Давай просто забудем об этом.

– Да, давай. Ну раз вода еще не закипела, пошли, покажешь свои… Помидоры.

Я кивнул Айне на дверь, где у меня росли разные растения. Сам взял с полки еще одну банку с жуком-лампочкой и направился следом.

– Мда, браво, босс, – прокомментировал Четверг. – Более тупого диалога я от тебя еще не слышал.

– Заткнись.

– Чисто для сбора информации, ответь на вопрос. Почему ты отказался? Она ведь по сути была согласна.

Я задумчиво смотрел на идущую впереди Айну и понял, что никак не могу заставить себя поднять взгляд хотя бы до уровня спины.

– Идиот, – мысленно выдохнул я.

– Записал. Благодарю за уделенное время, эта информация не привнесла в базы ничего нового.

– Просто заткнись.

Грядки – это я очень уж громко сказал. Просто отдельное помещение, засыпанное землей. Под потолком висел светящийся цветок и все. Тут я выращивал помидоры, какие-то алые цветы с тем самым сладким нектаром и еще одни кусты с мясистыми стеблями, имеющими мятный вкус.

Их жрали ледяные слизни, так что я решил, что и мне можно. Семена помидор нашел среди добычи одного из отрядов, сахарные там же.

Землю натаскал сам, на своем горбу. Брал в месте, где росли мятные кусты. Поливал фильтрованной водой, ну а что касается питательных веществ, то с ними в глубине проблем вообще нет, только успевай туши монстров закапывать.

– Земля неплохая, насыщена эйбом, – девушка присела и погрузила пальцы в почву. – Но света не хватает.

– Да, с этим тут проблемки.

– Не страшно, эйб дает все, что нужно. Так, давай посмотрим.

Она присела возле помидорного куста и прикрыла глаза. Тут же я увидел, как энергия струится из ее тела сквозь кончики пальцев прямо в растение. Куст на глазах начал наливаться цветом и разрастаться. Буквально через минуту с него уже свисали алые ягоды.

– Так, все прекрасно, не вижу, в чем тут проблема, – произнесла она.

– В смысле? Посмотри на них. Они же микроскопические.

– Ну да. Это такой сорт, они и должны быть маленькими.

– Погоди, что? Ты хочешь сказать, что помидоры еще и разных видов бывают?

– Разумеется.

Ничего себе, вот это новость. Я думал, что помидоров всего два. Огромный красный и синтезированная паста.

– А ты можешь сделать так, чтобы росли большие? Честно, я столько сил в это вложил и получать на выходе это… Грустно.

– Нет, – девушка искренне улыбнулась. – Это не в моих силах. Я даже сомневаюсь, что это вообще возможно. Даже опытные говорящие с травами могут лишь раскрыть потенциал семени, но никак не изменить его. У меня мало сил после боя, но если отдохну, смогу прорастить тебе все кусты, соберешь урожай.

– Да, спасибо, – растеряно кивнул я. – Пару дней все равно лучше никуда не высовываться, так что время есть.

Разумеется, это была не основная моя проблема, но для решения второй надо было для начала выбраться в город, а сейчас это невозможно в любом случае.

Мы вернулись в «гостиную». Вода в кастрюльке как раз закипела, так что я принялся бросать в нее травы и помешивать. Снаружи уже начал барабанить по стенам дождь, снизу доносилось отдаленное рычание и треск.

– Знаешь, я хоть и не из бедной семьи, но сладости мы можем себе позволить только по праздникам. Этот цветок стоит очень дорого. – улыбнулась Айна, попробовав чай.

– Семена были у группы из Альфы-Четыре. И все равно растет очень плохо.

– Это Свитдрим. Чтобы расцвести, его нужно зарядить эйбом. И лучший вкус цветок даст только после естественного насыщения через погружение в глубину. За что тебя изгнали?

– Изгнали? – удивился я резкой смене разговора.

– У тебя мина на затылке. Но ты не похож на преступника. Наоборот. Как ты тут все обустроил и выживаешь. Мне кажется, ты довольно сообразительный парень. Проворачивал какие-то незаконные схемы и попался?

– Нет.

– А за какое преступление тогда ты загремел в глубину?

– Ну… За то, что не захотел работать до конца жизни за полчашки слизи в день? И ржавую воду.

– Не поняла… Ты о чем вообще?

– Айна, – вздохнул я. – Кстати, ты из какого города?

– Омега.

– Омега? Это который дистрикт?

– Это не дистрикт. Это Омега. Ты что, даже про Омегу не знаешь?

– Представь себе.

– Это независимый город в свободных землях. Без баронов, лордов и всего такого. Небольшая территория на стыке первых трех дистриктов.

– Это как вообще? Что значит свободный?

– Значит, что мы не подчиняемся власти лордов. У нас Совет Избранных. Мы – нейтральный город.

Следующие полминуты мы с Четвергом ожесточенно спорили, кто из нас победил. На кону был эйб, так что просто так уступать никто не собирался. Четверг считал, что отряд вообще был не из свободных земель, а я говорил про конкретный дистрикт. В итоге решили, что ничья.

– И как вы вообще так живете?

– Очень неплохо. Мы нейтральны, а значит идеальная площадка для переговоров. Плюс у нас очень сильные ремесленники, так что живем спокойно, торгуем с городами, соблюдаем правила. Мы не лезем к ним, они не лезут к нам.

– И что, вас до сих пор никто не попытался прогнуть под себя?

– Всем хочется, но никто не может. Для любого лорда выгодней, если Омега останется нейтральной, чем перейдет под правление какого-то из дистриктов, даже первого. Если один лорд решит напасть, то другие ему помешают. Этот паритет соблюдается уже несколько веков.

– И что, хочешь сказать, у вас нет рабов там? Я видел мясо с минами в головах.

– Это не рабы, а преступники. Убийцы, насильники, контрабандисты, наркоторговцы, рабовладельцы. В основном контрабандисты, конечно.

– О как. Неплохо живете. Я не убийца и вообще не преступник, если ты про мину. В четвертом дистрикте их раздают просто так всем новеньким. Что-то вроде приветствия. И заставляют пахать, а кто отказывается – тех кидают в глубину.

– Оу, четверка. Сложный дистрикт, наслышана. Там недавно один из городов подвергся нападению мутантов и монстров. Их барон сейчас в Омеге, так что слухов много ходит.

– Успел сбежать, – хмыкнул я. – Не удивительно.

– Да, он собирает армию, хочет город отбивать.

– У монстров?

– Нет, у мятежников. Город отбили, но из-за анархии там началось восстание и власть захватили местные спириты. Какой-то Синдбад и Зиндат, что-то такое.

– Симба и Зиндай? – я напрягся.

– Да, точно. Один руководит городом, другой руководит спиритами. Жить там невозможно, но из-за анархии туда сейчас вся гниль свободных земель стекается. Преступники, уголовники, все, кто бежит от правосудия. Вот барон и хочет вычистить этот гадюшник. Ты, кстати, не хотел вернуться в настоящий мир?

– Вот теперь хочу, – честно признался я, а сам мысленно обратился к Четвергу. – Зиндай выжил.

– Это я слышал. Только что это меняет?

– В смысле? Я думал, кролик с компашкой всех перебили. Но раз Зиндай жив, то мы можем его найти и узнать место, где находится портал в мой мир.

– Напомнить, почему ты сбежал оттуда? И кто еще жив. Симба. Дай-ка подумать, кто это такой? А, вспомнил! Жирный мазафака, который пытался нас грохнуть!

– Если сможем снять мину, то ему это так просто не удастся.

– Мы это уже обсуждали, босс.

И правда. Мин в глубине хватает, новые появляются чуть ли не каждый день. И их явно клепают в одном и том же месте, только маркировка разная. Внутри, помимо чипа управления, имеется еще и стержень, прижатый в данный момент к моему затылку.

Попытаюсь снять – рванет тут же. А направленный взрыватель разнесет мне полчерепа однозначно. Я уже неплохо научился разбирать мины и вытаскивать внутрянку, при этом даже с головы снимать не обязательно. Вернее, категорически запрещено.

Но это с другими я могу сделать. А на собственном затылке малейшая ошибка – и я ошибся. Так что снять с себя этот подарочек безопасно и с гарантией я могу лишь двумя способами. Найти управляющий пульт и отключить мину удаленно. Либо напитаться эйбом до такой степени, что обычный взрыв не сможет повредить мне.

Четверг отслеживает все изменения в организме, кости однозначно стали крепче, но не на столько.

– Поняла, – Айна воскликнула так внезапно, что я чуть чай на себя не пролил. – Ну конечно, все сходится!

– Ты о чем?

– Ты странник из глубины, при этом ты из четвертого дистрикта и у тебя мина в голове. А я из Омеги.

– Ну.

– В Омеге сейчас находится барон из твоего дистрикта. И город, насколько я помню, ищет странников для какой-то работы. Скорей всего это как-то связано. Если так, то барон может тебя помиловать.

– Я ни в чем не виноват.

– Не важно. Если барон даст указ, то мастера из Омеги смогут снять с тебя мину.

– Ого, вы и такое можете?

– Конечно. Мы же их и поставляем всем дистриктам.

– Оу… Вот откуда ноги растут. А без барона как-то можно обойтись в этом уравнении? Заплатить просто.

– Нет, – покачала она головой. – Это дела дистриктов, а вмешиваться в дела дистриктов, значит нарушать нейтралитет.

– Наверняка есть какие-нибудь подпольные мастера.

– Конечно есть. Сегодня целых два таких с нами были. У каждого по мине в голове.

– Понятно.

– Слушай, все сошлось, теперь это очевидно. Наша встреча, она не случайна. Так было предначертано.

– Что ты имеешь ввиду?

– Есть такая наука, называется форсайт…

– Сразу нет! – завопил в голове Четверг. – Последний раз, когда кто-то назвал форсайт наукой, вся наша жизнь пошла по… Под откос!

В кои-то веки я был согласен с ИИшкой. Да только вот проблема в том, что у нас как будто бы и выбора нет.

Глава 4. Церковь могла расписать желающему его путь. Если у желающего есть деньги, разумеется

В мире Логоса тоже был форсайт. Форсайт тут считался очень уважаемой наукой. Казалось бы, куда еще ниже падать, но дно было пробито. Официальной научной организацией, занимающейся форсайтом, оказалась… Барабанная дробь… Церковь!

Церковь Форсайта, проповедующая науку форсайта. Я себе мозг сломал, пока пытался увязать все услышанное воедино. Получалась какая-то псевдонаучно-религиозная чушь. Если расскажу об этом доку, с ним сердечный приступ случится. Обязательно расскажу.

Но так или иначе, эта религия была очень популярна. Без богов, священных учений и прочего, судя по описанию. Это скорее походило на философию фатума. Все предопределено, все уже случилось, люди лишь следуют предначертанному пути, потому нет смысла париться, просто кайфуй по пути из утробы в могилу.

Сама церковь при этом могла расписать каждому желающему этот путь. Если у желающего есть деньги, разумеется. Айна оказалась той еще фанатичкой, при том без каких-либо видимых причин. Впрочем, форсайтовцам не нужны причины. Искать причины, это удел людей думающих. Как только церковь сообщила ей, что ее путь лежит в глубину, она начала нырять при каждой возможности, хотя до этого была садовником в оранжерее Омеги.

Этот ран у них считался средней сложности. Их Око предсказал опасное место, но с очень близким и большим проколом для выхода, так что по факту они могли пройти маршрут за пару часов. Если бы не главная причина смертности в глубине.

– Око ваш, тот еще шутник, – улыбнулся я, лежа на диване.

– Почему это? – спросила Айна.

– Видел я этот прокол, куда вы шли. Ты, может, и смогла бы через него выйти, но большой отряд – вряд ли.

– Ты знаешь, где место прокола? Почему тогда до сих пор не вышел?

– А куда мне было идти? Здесь у меня все есть.

– Здесь небезопасно.

– Нигде не безопасно. А здесь опасность предсказуема и понятна. Хаос вносят только люди. Что касается прокола, я до него не могу добраться. Это главная причина, почему я тебя спас. Ты, может, и сможешь. Но давай об этом потом.

Я встал и достал с полки очередную банку с надписью «Лампочка: выкл». Взял из нее пару дохлых тараканов и скормил светящимся цветам. Получив добычу, те быстро угасли и принялись переваривать еду. Потряс банки с другими жуками, пока ни один не сдох. Теперь можно будет с наслаждением заснуть под их недовольный стрекот.

Айна разместилась в спальне, куда я в свое время натаскал всего, что было мягким. Получилось довольно удобное лежбище прямо на полу. А так как комнатка совсем маленькая, она была гораздо теплее. С воздухом проблем нет. Нет дверей – нет проблем.

Сам устроился на скрипучем диване, подложив несколько пледов и подушек. Тут если правильно лечь и изогнуться, то ни одна пружина не будет упираться в бок.

– Если она проложит проход к проколу, – произнес Четверг, – то нам придется выходить вместе с ней. Мы не знаем, что станет с проколом после того, как им кто-то воспользуется.

– Да. Все равно пришлось бы уходить. Какая разница, сейчас или через месяц?

За время жизни в глубине я видел несколько отрядов, успешно покинувших это место. Проколы за ними закрывались и становились обычными замкнутыми пространствами. Но я не знаю, какова была их изначальная вместимость.

Если один человек войдет в прокол, предназначенный для десяти, то оставшиеся девять смогут им воспользоваться после этого? Или проколы одноразовые?

Артефакты на поиск пространственных дыр всегда носят при себе командиры. Чаще всего вместе с ними они и пропадают. За все время мне так и не удалось обзавестись ни одним, так что и выбраться я не мог. Да и не хотел, нормально тут живется.

По изначальному плану я собирался со временем уйти в другой город. В идеале как-нибудь найти место, через которое я попал в глубину в первый раз. На худой конец поискать других людей из моего мира, я точно знаю, что они сюда ходят. Но за эти месяцы в глубину попадали только отряды из разных дистриктов.

За это время я не только научился выживать, но и стал сильнее. Где-то приходилось драться, где-то удавалось подсобрать эйба с артефактов павших отрядов. Потихонечку, но я продолжал качаться.

Эйб-статус:

Тело: 32 эйба.

Четверг: 32 эйба.

Ядро: 19 эйбов.

Доступные программы:

Взрывная энергия.

Манипуляция кровью.

Создание светлячков.

Пока что получилось поднять тело и Четверга до тридцати двух гигабайт энергоданных. Кстати говоря, гигабайтами Четверг называет объем весьма условно. Из-за новой трехмерной кодировки данные упаковываются куда компактней, чем если бы это делалось стандартной двоичкой.

Тридцать два условных гига. Это соответствует пятому рангу спирита в местной прогрессии. Только вот у местных обычно развивается что-то одно.

Ядро я пока подтягиваю по остаточному принципу, но оно имеет свою особенность. В нем копится эйб, уходящий на использование способностей. Девятнадцать – это не объем, это предел. То есть если я высушу ядро под ноль, со временем оно восстановит запасы. Так уже было, когда я валялся при смерти. Энергия ядра ушла на бешеную регенерацию и не дала мне сдохнуть от пулевых ранений.

Откуда берется энергия, мы с Четвергом так и не разобрались. Судя по всему, ядро вытягивает эйб из окружающего пространства.

Видимо, в глубине все настолько пропитано эманациями эйба, что мы этого просто не видим и не ощущаем.

Мой объем восстанавливается почти за два дня. Появилось то, что Четверг обозвал Взрывной Энергией. По сути, он просто перекачивает эйб из ядра, равномерно усиливая им тело. Такой эйб не усваивается, но дает временное увеличение моих физических характеристик.

Пользоваться этой «способностью» я не любил, так как после нее тело становится ватным, жутко зудит, чешется и болит. Причем Четверг не способен блокировать эту боль – она напрямую связана с эйбом в моих клетках.

Что касается других двух способностей, я уже освоился с их применением. Вот и сейчас я сунул щепку в печь и достал обратно. Кончик горел ровным пламенем, так что я легко смог «отщипнуть» огонь.

Тот послушно свернулся в светящийся шарик, который катался у меня на ладони. Упругий и теплый, но не обжигающий. С технической точки зрения я взял имеющееся пламя и окутал его сферой эйб-энергии. Она же стала топливом, поддерживающим огонь некоторое время.

Но в отличие от артефактной зажигалки я не мог создавать пламя, только брать уже имеющееся и поддерживать его довольно долго. Фас раскидывал эти огоньки как хотел, я же мог лишь катать на ладони. Стоило бросить такую искру, как она тухла буквально через пару секунд.

С магией крови такая же ситуация. Я мог придавать ей форму и метать, но лишь в том случае, когда кровь находилась в непосредственной близости к телу. То есть я не умел поднимать капли с земли или из чаши, как это делал Рэд.

Получается, что хоть мы и видели, как это делают другие, хоть и получили часть эйба с их артефактов, полностью скопировать способности не смогли. Получились некие урезанные версии, но это уже неплохо. Иначе было бы слишком круто.

Покатав огонек между пальцами, перекинул его из одной ладони в другую и обратно. Каждый раз я увеличивал расстояние между ладонями, стараясь подхватывать так, чтобы пламя не потухло. В первые дни такое упражнение давалось мне тяжело, но сейчас превратилось скорее в игру.

Закончив тренировку с огнем, я достал нож и сделал надрез на ладони. Кровь тут же потекла, но не падала, а собиралась в сгусток, повинуясь моей воле.

Попытался «вытянуть» ее на открытой ладони вверх. Получилось подобие шипа, высотой в три сантиметра. И вот тут у меня затык. Если тренировки с пламенем приносили свои плоды, то здесь как было три сантиметра, так и осталось. Как будто бы с кровью было что-то иначе, будто бы я упускаю какую-то фундаментальную деталь. Как Рэд умудрялся поднимать кровь в воздух, даже не касаясь ее? Не понимаю.

Махнул рукой, и кровавый шип вонзился в стену, оставив в бетоне новую трещину. Кровь тут же стала обычной и алой дорожкой стекла на пол. Контроль есть, но только в пределах собственного тела.

Хотел сделать еще одну попытку, но рана на ладони уже затянулась, а резать повторно было лень. Это уже не тренировка, а мазохизм какой-то. Так и уснул под звуки барабанящего дождя, да шум от насекомых.

Многие местные монстры не любили дождь по двум причинам. В первый день кислота имела слишком высокую концентрацию, что доставляло неудобства местным. Даже я начинал сбор воды лишь со второго дня.

А еще во время дождя колония червей становилась слишком активной, так что и шанс быть сожранным – очень велик. Даже не сожранным, а раздавленным. Черви выбираются на поверхность и начинают кататься по земле, подставляя шкуру под кислоту. Потом устают и просто валяются.

День Первого Дождя – что-то вроде всеобщего выходного в глубине, когда можно расслабиться и никуда не спешить. Обычно я в такие дни готовил себе побольше вкусняшек и залипал в стену.

Вернее, со стороны это выглядело так. На самом деле Четверг доставал из архивов несколько двумерных фильмов и запускал их на плоскости дополненной реальности. То есть транслировал мне прямо в мозг, но мне казалось, будто фильм показывают на стене. Разве что к звукам в голове приходилось привыкать. Сначала кажется, будто это просто Четверг говорит разными голосами актеров.

Но сегодня со мной была Айна, которой подобные развлечения были недоступны. Так что начал с завтрака. Достал несколько тонких лепешек для бутербродов. Хлеб – самая большая ценность, так как достать его у меня получилось лишь два раза. Один раз нашел у погибшего отряда, другой раз выменял у кочевников на артефакты. Артефакты, которые тоже собрал с погибшего отряда.

Очередная странность этого мира. Моя удача – это всегда чья-либо смерть. Такое чувство, что Логос как бы намекает, чем я должен заниматься в этом мире.

Лепешки я смазал сладким нектаром, сверху выложил мятные стебли, которые не имели особого вкуса, но хорошо размягчали сухой хлеб. Сверху нарезал дольками помидоры. Айна после сна прорастила сразу три куста, так что овощи были.

Настоящее пиршество по меркам глубины. Да и моего мира тоже. Овощи, органика, никакой синтетики. Да еще и сладкое.

Дождь продолжал барабанить по стенам. Я выглянул наружу, город заволокло белесой дымкой, оттенок зеленоватый, плотность не большая. Хорошо, значит к вечеру уже можно будет выйти наружу.

Оглядел свою квартирку и грустно вздохнул. Столько сил было вложено, что теперь даже как-то жаль все это бросать.

– Материальное – груз, что тянет тебя на дно и мешает вдыхать сладкий запах свободы, – произнес Четверг поучительно.

– Оправдываешь свое псевдосуществование?

– Да. Полегчало?

– Чуть-чуть.

– Здорово. С вас два кило эйба, записывайтесь на следующий сеанс.

– Обязательно нет.

После завтрака мы с Айной уселись на моем любимом балкончике, как я называл пролом в стене. Отсюда была хорошо видна как территория кирпички, так и большая часть города.

Саламандра все еще дремала в остывшем состоянии на груде угля, и дождь ее нисколько не смущал. Даже сверху она была похожа на кусок камня – не отличишь.

А вот тела отряда из Омеги уже растащили. Раз их стырили прямо с территории кирпички, значит, это был либо кто-то очень голодный, либо очень наглый. Предполагаю второй вариант. Так что скоро мутанты обзаведутся новенькой экипировкой.