Читать книгу "Стихи философские, хулиганские, о любви и просто о жизни"

Я открою окно и встану на подоконник

 
Я открою окно и встану на подоконник.
Там, внизу, городской муравейник гудит непонятно.
Оглянусь и, с улыбкой, шагну в светлый прямоугольник,
И услышу еще, за спиною, твой возглас невнятный…
 
 
На секунду взорвется небо там, где – то сверху,
Повернувшись, тебя увижу в оконном проеме.
Яркий солнечный свет глаза ослепит и померкнет,
И зайдется душа в этой с ума сводящей истоме.
 
 
А земля все ближе, магнитом тащит как – будто,
Замирают люди в испуганно – бледном бессилье…
Только шоу не будет. И я, развернувшись круто,
Вновь под небо взмою, расправив вороньи крылья.
 

10.05.10

Полнолунье

 
Послезавтра полнолунье,
Небо тихо серебрится.
Ожидающим колдуньям
Будет шанс повеселиться!
 
 
Разгуляются колдовки!
Шабаши! Вся ночь в астрале…
Темные глаза плутовки,
В предвкушеньи заблистали.
 
 
Звезды, где – то в запределье,
Светят тихо, как осколки,
Сварят ведьмы злое зелье
И слетятся на метелках.
 
 
До светла в домах окрестных,
Будет страх в углах ютиться.
Будут хохот, крики, песни
Из чащобы доноситься.
 
 
Черным облаком над лесом,
Воронье вскружится тихо,
А в дома стучаться бесы,
По подворью бродит Лихо.
 
 
И старушки, на коленях,
Будут истово креститься,
А в окошках мчатся тени —
То ли ведьмы, то ли птицы…
 

2010

Чародей и хорошее настроение

 
Я грустила в парке на скамейке,
Дождь, печаль… застыли даже чувства!
Никого на маленькой аллейке.
Я лицо в ладони прячу грустно.
 
 
Вдруг шаги. Взглянула неохотно,
На дорожке – незнакомец рядом,
Улыбнулся как – то беззаботно,
И обжег искристо – темным взглядом.
 
 
Я смотрю, несмело улыбаюсь,
Подошел: «Ну, что грустишь и плачешь?»
Я чуть – чуть плечами пожимаю,
Так. Невесело сегодня, однозначно.
 
 
«Хочешь чтобы солнце засветило?»,
«Как? Ты в дружбе с золотою рыбкой?».
Дождик шел и шел весь день уныло,
Он на небо поглядел с улыбкой.
 
 
Тихо руку взял мою рукою,
Взор его притягивал магнитом,
На душе вдруг стало так спокойно!
Беды, грусть, печаль – все позабыто.
 
 
Я ему поверила тут слепо,
Даже чуть влюбилась, показалось,
Он шепнул: «Теперь взгляни на небо!»
Вскинула глаза – и засмеялась!
 
 
Там вдали все мрачно, как и прежде,
Дождь и тучи, а вокруг аллеи
Солнце заискрилось светом нежным,
Улыбаясь мне и чародею!
 

21.04.10

Мне приснился кошмар

 
Мне приснился кошмар – темный лес, жуткий мрак,
Все затянуто призрачным, блеклым туманом.
Из – за черных теней на меня смотрит страх,
Воздух словно наполнен ароматом дурмана.
 
 
Я иду, а за мной приведения вслед,
Обернусь – растворяются в мареве стылом,
Я проснуться хочу, я твержу – это бред!
Я к рябиновым веткам прижимаюсь без силы.
 
 
Нет на небе луны. Нет звезды – только мгла,
Тени призраков ближе, и тянутся к горлу.
Если б только укрыться, исчезнуть смогла!
Но на черных ветвях зоркий каркает ворон.
 
 
Вот холодной рукой дотянулся фантом,
Сердце замерло в жутком, бескрайнем мгновенье.
Но, в холодном поту, я очнулась, с трудом,
А за темным окном тихо плакали тени…
 

04.05.10

Черное озеро

 
Черное озеро в чащах таится,
Воды застывшие спят настороженно,
Рядом не слышится пение птицы,
Рядом лишь сумрак да тени таежные.
 
 
Через валежник, чрез ельник притихший
Да по поляне, заросшей брусникою,
Я к берегам твоим сумрачным вышла,
Деву озерную тихо окликну я.
 
 
Рябь пробежит по недвижимым водам,
И камышовые дебри взволнуются,
Тучи закроют всю ширь небосвода,
С волнами волны шумя, поцелуются.
 
 
Из глубины в ярком свете и пене,
Явиться нежная Дева озерная,
Воздух наполнится музыкой, пением,
В небе закружатся тенями вороны.
 
 
Лес задрожит пред своей королевой,
Тихо склоняясь пред взглядом неистовым,
Я опущусь на колени пред Девой,
В синих глазах прочитаю я Истину.
 
 
Миг. Всплеск воды. И исчезло виденье.
Словно и не было встречи таинственной.
Только воды мрачно – черной волненье,
Знаком явления было единственным.
 
 
Тихо вздохну. Из лесных диких травок,
Дивный венок заплету я, с росою,
А на цветы положу я подарок —
Чудный браслет с голубой бирюзою.
 
 
Черные воды возьмут дар для Девы —
Тихо исчезнет в глубины бездонные.
Нежные снова услышу напевы,
Темной прохлады коснувшись ладонями.
 

03.04.10

И уйду в тень лесов по нехоженым тропам

 
Застоялся мой конь, смят устало мой плащ,
Верный лук одряхлел, поскучнел в сагайдаке,
По ночам слышу я голос тихий из чащ,
И в душе моей чувства погрязли во мраке.
 
 
Я устала жить здесь, в мире гулком, хмельном…
Тянут руки из снов к сердцу блеклые тени,
Скоро час подойдет, я покину свой дом,
И вернусь в мир чудес, из моих сновидений.
 
 
Лешаки и русалки, и трав голоса,
Даже птицы слетятся, меня привечая,
Защищая от страшного, встанут леса,
Солнце глянет с небес, в теле дух возрождая.
 
 
Захрапит жеребец, дом почуяв родной,
Пес умчит в глухомань, снова став полуволком,
Я вернусь в этот мир, с вновь идущей весной,
И восстанет душа из разбитых осколков.
 
 
Родниковой воды сладкий мед по губам,
Тишина вековой непокорной чащобы,
Я склонюсь до земли своим старым Богам,
И уйду в тень лесов по нехоженым тропам.
 

2010

Мужвахо. волчья страсть

 
Приготовлены амулеты,
Свеч алтарных пылает жар,
Разрушаются все запреты,
Тихо шепчет хрустальный шар.
 
 
И над снадобьем пар клубится,
Заклинанье, даруя страх,
Превращает меня в волчицу,
Зажигает огонь в глазах.
 
 
Изменяется мир помалу,
Изменяется естество,
Словно в жилы, водою талой,
Пробирается колдовство
 
 
В лапах силу большую чую,
Не улыбка – оскал клыков.
Рвать когтями бы жизнь чужую,
Как положено у волков.
 
 
Из окна через двор да в чащу
За косулей наметом мчать.
Кровь живая нектара слаще,
Плоть горячую жадно рвать.
 
 
К стае волчьей выйти по следу,
Там, где травы лежат, как шелк…
В луговине, под лунным светом,
Повстречается серый волк.
 
 
А глаза – то горят смарагдами,
Ты не волк – волколак, как и я.
Мы с тобою уйдем оврагами,
В чащах темных друг друга тая.
 
 
Все инстинктам подвластно вечным,
Мозг туманит близость войны.
Лишь волнует в пиру беспечном
Тихий облик далекой луны.
 
 
В вышине тихо стонут сосны,
Ветер чуть шелестит окрест.
Только шерсть на загривке – грозно,
Взор блестящий пронзает лес.
 
 
Но пора возвращаться зверю —
Чародейство дымком прошло.
Прибегу к приоткрытой двери,
Пока солнце опять не взошло.
 
 
К алтарю припаду устало,
Волчья суть уйдет в глубину,
С губ сотру капли крови алой,
В теплом ложе тревожно усну.
 
 
И зеленоглазый приснится,
В серой шубе до самых пят…
И опять я стану волчицей.
И огнем загорится взгляд.
 
 
*Мужвахо – оборотни.
 

23.02.10

Забавные и хулиганские

Оладушки

 
Вот приехала на дачу
С ночевою! Ладушки!
Поутру проснувшись, значит,
Завела оладушки.
 
 
Пышет тесто на опаре,
Печка жаром ухает.
Я оладьи споро жарю:
«О, как вкусно!» – нюхаю.
 
 
Горка все растет в стараньях
Больше паче чаянья.
В животе от ожиданья
Сводит все урчанием.
 
 
Наконец– то тесто вышло,
Жду над сковородкою,
Да к столу, с горою пышной,
Мчусь шальной походкою!
 
 
С самовара чаю в кружку,
Мед на ложку – глыбою…
«Ням!» – и, в счастье по макушку,
Расплываюсь лыбою!))
 

2013

Поэма о жести или плач дачника

 
Зимним солнечным денечком
Я на дачу – бодрячком!
Нарядившись, словно квочка,
Нагрузившись рюкзачком.
 
 
Споро лезу сквозь сугробы,
Спотыкаясь о пеньки.
Хоть уже и в пене опа,
Но сдаваться – не моги!
 
 
Наконец, конец походу —
С мощным гаком два часа.
Затопив печурку, с ходу
К рюкзачку, с искрой в глазах.
 
 
Разносолы – на скатерку,
Стрекочу, что твой сверчок.
Ветчину, печенье горкой,
И, конечно, коньячок!
 
 
Добыла, похоже, знатный,
Двадцать лет, армянский, Ной!
Будет вечерок приятный
Проведен сегодня мной.
 
 
«Любо, братцы» петь я стану,
С домовым да с баюном…
Все спокойно! Все по плану!
И морозец за окном.
 
 
Но вот тут подвох и крылся!
Только я присела есть
Во дворе зашебуршился
И затопал кто-то. Жееесть!
 
 
В двери стук. Кого ж пригнало?
По морозу?? По снегам???
«Да открыто!» – пробурчала,
Приглядевшись: «Кто й то там?»
 
 
В дверь сосед ввалился вепрем!
Вот некстати! Мать итить!
«Дачу ехал я проведать!
Не запустишь погостить?»
 
 
«Заходи, чего ж, под крышу!
Как домишко? Дача как?» —
Он же все косится вижу
Алчным глазом на коньяк!
 
 
Потирает, гад, ручонки,
Ох, не в меру он ретив!
Крутится, как собачонка,
Слюнку тайно проглотив.
 
 
Пригласила. Что же делать?
Он за стол аки волчок!
Я и ахнуть не успела —
Разливает коньячок!
 
 
Ручки в тряске. Вот ведь аспид!
Тянет к пасти сервелат.
Жадность все стесненье застит!
Гад какой, ведь верно? ГАД!!!
 
 
Хряпнул стопку. Тянет с лыбой:
Мол, не в счет один– то раз!
Заедает красной рыбой…
Как бы дать тебе под глаз!
 
 
Навернул вторую с жару,
Словно в черную дыру.
«Сапогов ведь, знаешь – пара!
Без второй – скорей помру!»
 
 
Тянет третью без оглядки,
Чтоб ты, гадина, издох!
«Эй, соседка! Все в порядке!
Троицу – то любит Бог!»
 
 
Жрет, как буйвол, пьет, как чайка!
Слов не хватит очертить!
Лыбится довольно, сайка,
Мерзкой харей, мать итить!
 
 
Только к печке отвернешься —
Льется марочный рекой.
Ты когда – нибудь нажрешься???
И с… уедешь на покой?
 
 
Три часа орало «счастье»,
Заправляясь коньячком,
Про политику и власти.
Бил по блюдцам кулачком.
 
 
Наконец, сожрав, что было.
Облизнувшись, как варан,
Отвалило это рыло,
Захватив коньяк в карман.
 
 
Я, собравши черепушки,
Грустно в доме побродив,
Пала молча на подушку —
Вот тебе и позитиФФ!
 
 
Но в другой раз в понедельник
Прибегу на дачу я!
И тогда сосед – бездельник
Не получит ни… чего!
 

2014

Заяц в вагоне

 
В карманах денег (вот несчастье!) нету,
А у меня рассада в огороде!
Ну что же делать? Ладно уж, поеду…
Авось, не углядит контроль в народе.
 
 
В вагон не прохожу – опасно как – то,
Из тамбура смотрю в проходы зорко
И слушаю колес бегущих такты,
А страх зверьком ушастым спит в подкорке.
 
 
А ну, придут ребята в синей форме,
С орлом стальным на форменных петлицах!
И высадят на первой же платформе…
И буду, вслед составу, материться.
 
 
Вот дверь захлопнулась в конце вагона.
Смотрю туда, а там идут, так споро,
В сопровождении бойцов ОМОНа,
Навстречу мне, два резвых контролера.
 
 
Бабульки от парнишек в камуфляже
Вжимаются в сиденья. Дрожь в ручонках…
А я, при виде этой бодрой стражи,
И вовсе съежилась, как собачонка.
 
 
Бежать, бежать без воплей, без оглядки!
В другой вагон перебираюсь тряско.
Ох, до чего же зайцем быть несладко!
До пенсии мне хватит этой встряски.
 
 
Присаживаюсь к шумным пассажирам,
Компания, в дороге, веселится.
А я сижу, кровь бухает по жилам.
Куда бы спрятаться, сбежать, забиться?
 
 
Пришли уже. Идут, кричат: «Билеты!!!»
Быть может пронесет? Сижу и трушу…
И лишь надежда, что в веселье этом,
Не примечательны мои большие уши…
 

29.03.10

Жизня поломотая

 
Прогорела ночью печка
Полностью! До искорки!
Так – растак! Ищу я свечку,
Тапок пяткой рыскаю.
 
 
Завернувшись в одеяло,
Сонная, лохматая,
К печке я бреду устало:
«Жизня поломатая!»
 
 
Кочергою открывая,
По золе я хлопаю.
Одеяло не спасает
И дрожу я опою.
 
 
И пока беру поленья
Да кидаю горкою,
Покрываются колени
Ледяною коркою.
 
 
Спичка первая потухла:
«Вот, едриты!» – скажется.
От дрожания опухла,
Индевею, кажется.
 
 
Со второй зажгла, безбожно
Замерзая льдиною.
Тычу в печку осторожно
Жаркой берестиною.
 
 
Тлеет мелкая растопка,
Челюсть бьет стаккадою…
Но огонь не пышет в топке:
«Жизня поломатая!!»
 
 
Толь дровишки отсырели,
Толь удача сгинула.
Я, поднявшись еле-еле,
К шкафу в кухне двинула.
 
 
Средь чеплашек поработав
С гречкою и ячкою,
Добыла с большой охотой
Фляжечку коньячную.
 
 
На столе у свечки брякнув
И ветчинки – с голоду,
Для сугрева стопку крякнув,
Чтоб не крякнуть с холоду.
 
 
Скоро потеплее стало,
Я из фляжки глыкаю.
И, забыв про одеяло,
Песенку мурлыкаю.
 
 
Лишь потом в постели млея,
Жизня поломатая,
Засыпала я жалея:
«Фляжка маловатая!»
 

2013

Япона мать!

 
Ну вот! Начало дачного сезона!
Хорош на койке с ноутом дремать!
Одену берцы нового фасону
И в горку, с рюкзачком, япона мать!
 
 
Отъевшись в холод на тортах и сушках,
Иду, пыхчу и плачу втихаря.
И сердце бьется где-то в черепушке,
Но домик видно вон уже! Уряяяя!
 
 
Еще мне с километр протопать честно
И с дачкой милой буду тет-а-тет!
И побежать бы тут, но, как известно-
Душа радет, а опа не владет.
 
 
Приходится природную настырность
И силоволю вкупе проявлять,
Чтоб чай из самовара швыркать мирно.
Из блюдца! Как бурят, япона мать!
 
 
Уже вот-вот! Уже почти калитка
и вон вертушку вижу на гвоздю!
А силы нет. По скорости-улитка.
Хоть помирай! Ей-Богу… эээ… не вру!
 
 
Собрав остаток силы, напрягаюсь,
Рюкзак слегка подбросив на плечах
И вот во двор вползаю, спотыкаясь.
Аж свет померк на миг, к чертям, в очах.
 
 
Замок открыть. На табуретку-смачно.
Неужто впрямь, едриты, доползла???
Рукою узел развяжу рюкзачный-
Не зря же три КеМе его несла!
 
 
И в самоваре чай сварганить, значит,
И коньячку из рюкзачку достать…
Была дорожка трудная на дачу,
Но как здесь хорошо, япона мать!
 

2013

О дровах и волшебном слоге

 
Такое лето – в январе,
Ей – Богу, было потеплее!
Колю дрова я во дворе
И возле печки опу грею.
 
 
Двадцатого числа в маЮ
Снег вовсе выпал лохмутами!
Я в шубе, обалдев, стою
И, кажется, дрожу, местами…
 
 
Но делать нечего – опять
Скончались в доме все поленья.
Беру колун, япона мать,
И на мороз, за отопленьем!
 
 
Поставив чурку покрупней
И, поплевав на рукавички,
Я, без души, бабах по ней,
Так, аж в мозгу запели птички!
 
 
А чурке, значит, хоть бы хны!
Стоит, с упрямой мордой мула…
Ну, что? Я, подтянув штаны,
Опять колунчиком взмахнула
 
 
И как со всех силенок – хрясь!!!
(а их накоплено немало!)
Аж, от напряги, шапка – в грязь…
А чурка, сволочь, устояла!
 
 
Ну, я уже поозверев,
Одежду скинув до рубашки,
На чурку кидаюсь, как лев
На свежие, пардон, какашки.
 
 
Но ей, похоже, не понять,
Что, мол, пора и расколоться!
Я вся в поту, япона мать,
Аж сердце где – то в опе бьется!
 
 
Поняв, что долго на таком
Придется крякать, ахать, ухать,
Пришлось сгонять за коньяком,
Ну, и лимончиком занюхать.
 
 
Потом опять за часть бревна
Взялась скуля: «Да Янка, брось – ка!»
Чурбак с величием слона
И я вокруг скачу, как Моська!
 
 
Минут с полтинник позади,
Язык давно уже в заплечье,
И колуном, того гляди,
Я нанесу себе увечье.
 
 
Скончалась силушка, и вот,
Я крайний раз топор взмахнула,
И с воплем жутким: «Ноги в рот!!!!» —
По чурке – суке звезданула!
 
 
И чудо! Поддался чурбак!!
И раскололся враз надвое.
Сижу, сияю, как пятак,
Безумно гордая собою!
 
 
Мораль: не зря создал народ,
Волшебный слог, залог удачи —
Ведь если бы не «Ноги в рот!!!!» —
Замерзла б я в маЮ на даче!
 

22.05.2012

Утреннее ЧП

 
С дачи шла я ранним утром,
Темень – хоть глаза коли!
Пусть луна бы перламутром
Осветила край земли!
 
 
Где уж. Смутно тропку видно,
Да березок белизну.
Вот споткнулась я. Обидно!
Ноги тут не протяну?
 
 
Перешла ручей журчащий,
По мосточку из бревна,
Вышла, наконец, из чащи,
Вон уж станция видна!
 
 
Поезд скоро! Я со страхом,
Прибавляю шаг – другой,
И, внезапно, прямо с маху,
На доску с гвоздем – ногой.
 
 
Что тут скажешь? Невезенье!
Жутким кругом голова…
В общем, не в стихотворенье,
Повторять мои слова.
 
 
Дальше – «веселей дорога»
Я, скулящая в душе,
Ковыляла одноного.
В берце хлюпало уже.
 
 
Сердце лишь одно согрело —
Задержался поезд мой!
Путь неблизкий одолела
И приехала домой.
 
 
И теперь, с унылой миной,
Разгоняю я тоску,
Проклиная ту скотину,
Что подбросил мне доску.
 

2010

Средство от конца света

 
Сижу, забившись в угол… Плаки – плаки!!!
От страха в пятках душенька моя.
Какие же вы, все – таки, собаки,
Народец древний, с именем Майа!
 
 
Вот нафик календарь свой составляли
И прекратили, словно на беду
Не в тридцать первом веке… или дале,
А именно в двенадцатом году???
 
 
Ученые вот тоже, вурдалаки,
Нет промолчать в платочек пару лет,
Кричат: «Конец! Конец!» Ой, плаки– плаки!!!
Вот– вот в тартарары падет весь свет!
 
 
Хоть слышала недавно на рассвете
(Проснувшись от предчувствий вся в поту)
По телеку, как дяденька Медведев
Враз отменил планетную беду,
 
 
А, все – таки, сердчишку трудно биться!
На календарь таращусь раз по сто…
Ведь АнатоЛИЧ мог и ошибиться
Иль доложили что ему не то!
 
 
И вот гадаю – что ж я делать буду?
От страха вся замру, как леденец!
Померкнет свет. Как в опе тьма повсюду…
И хлынет лава и придет п… конец!
 
 
Ну иль опять зальет нас всех потопом
И Ной какой спасется, как и встарь.
Останется в размашку плыть за гробом
Да убеждать: «Я ж тоже Божья тварь!!!»
 
 
Эх, ё– маё… Как помирать – то скоро!
Нагонит двадцать первое тоску,
Короче, я без всяких разговоров
В свой уголок приперла коньяку.
 
 
От страху, значит, мало – помаленьку.
Ну, прям, живую воду, словно пью!
И дрожь, гляди, уже прошла в коленьках,
И песенку веселую пою.
 
 
И вот прикончив миллилитров триста
Решила: «Пфф!!! Да шо таке майа???»
Так от инсульта кони кинешь быстро,
Коль предсказанья слушать до… утра.
 

2012

Кто придумал каблуки?

 
Всю зиму проходив в военных берцах
(Они удобны очень для ноги),
Сегодня утром, с замираньем сердца,
На каблуках надела сапоги.
 
 
Конечно, все смотрелось просто супер!
И в зеркале не ножки, а экстаз!
Жаль, при ходьбе, почти впадаю в ступор
И, прелесть всю свою теряю враз.
 
 
Ну, ладно. Время поджимает, что же,
Пора мне на работу уж идти…
Прошла я метров двести и, похоже,
Путь остальной придется проползти…
 
 
Дрожат коленки, все болит ужасно,
Я проклинаю эти сапоги!
Плюс ко всему, в один момент прекрасный,
Собачьей старостью стянуло две ноги.
 
 
Иду вперед я из последней мочи
Стараясь, ну, хотя бы не упасть.
В душе взвываю загнанно, по – волчьи,
Так босиком пойти охота – страсть.
 
 
Не знаю, как дошла я до работы,
Шеф наорал за опозданье – жуть!
Но это не проблема… вся забота,
Дойду ли я до дома, как-нибудь?
 
 
Рабочий день окончен. Обреченно,
Домой иду, хромаю, не спеша,
Мне кажется, что ноги весят тонну!
И каждый шаг пищит моя душа…
 
 
Нет, кто придумал их – совсем без сердца!
Себя за глупость я весь путь браню…
Дойти бы, и сказать: «Родные берцы!!!
Вам больше НИКОГДА не изменю!!!!»
 

26.04.10

Сказка ложь да в ней намек!

 
Расскажу вам сказку ныне,
В ней намек, а суть проста.
Сказка будет о люпине,
Будь неладен лет до ста!
 
 
Продала на рынке тетя,
Что вцепилася в меня:
«Без цветка, мол, не уйдете!»
Мерзкой лыбою маня.
 
 
Чтобы отвязаться, значит,
Отдала полсотни… да…
Я ж не знала, что на дачу
Мне с цветком пришла беда!
 
 
Посадила «радость» с боку,
У ограды, в одного
И забыла, так как проку
Никакого мне с него.
 
 
Угол тот стоял запущен
И не копан, и не рыт,
Там полынь крапивы гуще,
В общем, Богом позабыт.
 
 
Год-другой стоит все в сене,
Не полола, хоть и срам,
Тут же, вздумалось весенне,
Посадить картошку там.
 
 
Ну, иду туда уныло,
Пру лопату в пятерне,
От красы такой заныла
Аж хребтина вся во мне.
 
 
Все граблями вычищая
Где-то так с полста минут,
Я все чаще замечаю,
Что люпин то там, то тут.
 
 
Кочкой. Вроде и некрепко!
Вон, как зонтики листва.
Я в него, как дедка в репку —
Он шевелится едва!
 
 
Я вцепилась, вырвать чтобы —
Позвоночник вот порву!
Но сорвался лист и опой
Приземлилась я в траву.
 
 
Поднялась, чернее ночи:
«Ах, же ты, проклятый куст!»
И вцепилась, что есть мочи,
Аж в мозгу раздался хруст.
 
 
У меня уж дрожь в ручонках —
Над цветком полдня корплю!
Я поправила шапчонку,
Рукавом стерев соплю.
 
 
Рою землю с грозной миной
И с лица, и со спины.
Только кажется, люпину
Все старанья – хоть бы хны!
 
 
По щекам я, грязь размазав
И до опы вся в поту,
Все кручу – верчу заразу,
Вот купила на беду!!!
 
 
Наконец, опять собравшись,
С воплем в Бога, в душу, в мать,
Кувырнулась, оторвавши
Куст, в крапиву вдругорядь!
 
 
Поцарапала всю руку
И одежка вся в пыли,
Только все же эту суку
Добыла я из земли!
 
 
Взглядом я кошу победно:
«Вона как! Гляди народ!!»
Корень – то с ведро! Не бедный!
К полю сдуру – поворот…
 
 
Там же цветиков – аж душно!
И копать их – мать моя!!
Нет уж!!! Больше мне не нужно
Ни картошки!!!! Ни… чего!!!!!
 

2015

О жизни

Огонь – рыжий кот

 
Вчера у нас был настоящий ужас,
Кошмар, поверьте, подлинный кошмар!
Вместо того, чтобы варить свой ужин,
Тушили мы, пришедший вновь, пожар.
 
 
Кот рыжий шел, потрескивал травою,
Шипел, рычал, искал себе еды,
Валил деревья, безмятежно воя,
А мы седели молча от беды!
 
 
С лопатами ложились мы костями,
Его мы гнали, он же жег, как бес,
Впивался жутко острыми когтями
В забор и к дому бесконечно лез.
 
 
Так вот, к чему рассказываю, люди,
Те, кто траву с участка хочет жечь —
Такая «радость» вам самим же будет
И также вам костьми придется лечь!
 
 
Не удержать вам этой кошки рыжей
И вырвется, под ветер, из руки!
А те, кто все же жжёт – народ бесстыжий!
Козлы! Уроды!! Твари!!! Дураки!!!!
 

16.04.2022

Счастье не сглазишь!

 
Я счастлива – и не о чем писать!
Стихи текут, когда душа в раздрае,
Когда в тревоге сердце замирает…
А счастлива – и нечего сказать!
 
 
Такой покой, такая тишь в душе —
С улыбкой, как младенец, засыпаю.
Я счастлива! Так просто не бывает!
В саду Эдема будто бы уже!
 
 
Так мирно и спокойно я живу
И впереди – безоблачные годы
Никем не нарушаемой свободы,
Ничем не омраченных! (Тьфу-тьфу-тьфу).
 

2014

Неправильная осень

 
Осень затучкала небо,
Дождь заливняжил дорожки,
Ветер листвячит свирепо,
Лужи грязнякают ножки.
 
 
Иней брильянтом утряжит,
Трав златовырится поле…
«Вот и отлетилось!» – скажут:
«Отжаропыжилось, чтоли!»
 
 
Скоро и снег заметлится
И залопатится дворник —
Зубокривя, сматерится…
Холод заградусит сорок.
 
 
Души заплачут, грустяжа,
Запосвящажатся оды
И зашкольнят распродажи…
Вот, напоэтилось что-то.
 

2013

Шарман, шарман

 
Зафендюлю я тапку под диван
И завалюсь плашмя на одеяло.
Пусть телек вслед хрипит, слегка устало,
мне пофиг – я в мечтах… шарман, шарман…
 
 
Над телом – не унылый потолок
И в форточку не тянет кашей прелой…
Я где – то там… где мчится каравелла
На пламенно – сверкающий восток!
 
 
Где бесшабашный и лихой пират,
Склоняется с улыбкой белозубой…
И страстный поцелуй терзает губы,
А ночью… ночью будет звездопад!
 
 
Он спросит: «Любишь? Ну же! Отвечай!»
Вдохну… а он исчезнет в полубреде…
И я, под ор дерущихся соседей,
Зло – однотапково иду пить горький чай…
 

2012