Читать книгу "Суданская роза"

Со скоростью пули в голове проносится мысль о том, что сегодня ночью кто-то пытался взломать систему защиты, за которую тоже отвечает Алик.

Но упоминание об этом факте может повлечь за собой совершенно логичные и при этом – крайне нежелательные вопросы Славика.

– Яна, чем именно занимался Князев? – спокойно, но с некоторым нажимом спрашивает Славик и я физически ощущаю, как он сканирует своим взглядом мои реакции.

Пауза затягивается на несколько секунд – чуть дольше, чем полагается для откровенного ответа.

Но и правду я сказать пока не готова.

В этот момент вибрирует его смартфон и Слава мгновенно просматривает входящее сообщение.

Хмурится и нервно выстукивает короткий ответ. С озадаченным лицом переводит взгляд на меня.

– Так, разговора сейчас точно не получится. Мне надо очень срочно ехать. Свяжусь с тобой в ближайшее время и мы продолжим. Но я хочу, чтоб ты кое-что сейчас приняла для себя. Если исчезновение Алика Князева связано с его работой, то ты – в серьезной опасности. У меня есть основания так считать. Будь осторожна. И даже если тебе что-то просто покажется или почувствуешь необходимость – звони сразу на мой личный номер. Яна, это серьезно. Не бойся побеспокоить меня в любой момент.

Расходимся по машинам и от меня не укрывается тот момент, что Славик внимательно следит за тем, чтоб я спокойно села в машину.

Вижу, как его взгляд блуждает по сторонам, как будто он кого-то пытается заметить.

Все происходит мимолетно, но за последние восемь лет я научилась многое считывать именно по таким взглядам.

Уже в машине чувствую, как от обилия новостей на меня наваливается невероятнейшая усталость.

Решаю чуть изменить привычный маршрут и сворачиваю в сторону выезда из города.

По шоссе гоню, не особо обращая внимание на скоростной режим.

Мне надо успокоиться и в тихой обстановке подумать над услышанной информацией.

***

Восемь лет назад

Сходить на свидание со старшим братом своей лучшей подруги – затея оказалась, однозначно, провальной. Ника меня буквально изводила тем, что мне тоже нужно с кем-то познакомиться и начать встречаться.

Второй курс окончен, а у меня еще даже не было ни одного нормального свидания в жизни. Ну вот, собственно, а теперь мне надо найти повод и вежливо предложить ему остаться друзьями…

– Яна, думаю, нам просто надо и дальше оставаться друзьями, – словно угадывает мои мысли Славик и в его голосе я слышу нотки легкой грусти.

Молчу, думая о том, что ответить. Славик – милый и по-своему интересный, но мое сердце несвободно.

И я даже не знаю, что сделать, чтоб Влад обратил на меня внимание.

Будь на месте Славы другой парень, у него бы тоже не было ни единого шанса.

– Да, друзьями – это отличный вариант, – чуть смущенно соглашаюсь я и Славик улыбается.

Хорошо, что он все понимает и не устраивает сцен.

Конечно, придется как-то объясняться с Никой, которую тихо трусит от одного упоминания о Владе. И она права, ведь нас с ним почти ничего не связывает, кроме нескольких встреч по работе. Станет он, весь такой крутой и серьезный, обращать внимание на восемнадцатилетнюю соплячку?

В раздумьях я на какой-то момент даже забываю, что нахожусь на свидании с другим парнем. Ну или это все-таки правильней назвать просто прогулкой по набережной.

– За Нику не волнуйся, я постараюсь все сам объяснить своей сестре так, чтоб ты не лишилась лучшей подруги, – предлагает Славик и я чувствую, как предательски краснею.

Он реально – отличный парень.

Но, увы, без вариантов.

Вздрагиваю от неожиданно вибрирующего телефона и читаю смс, не веря своим глазам.

Влад: Яна, ты мне очень нужна. Приезжай. Пожалуйста.

От волнения сердце начинает трепыхаться, как пойманная птичка и в следующем сообщении я получаю домашний адрес Влада.

Встречаюсь глазами со Славиком.

Черт, он все понимает – я это ясно читаю по его глазам. Но выдержке реально можно позавидовать.

– Янка, если тебя кто-то обидит – дай мне знать. Я мигом окажусь рядом.

Выдыхаю, все еще не веря в то, что за одну минуту мне удалось остаться друзьями со своим поклонником и в то, что через пятнадцать минут я снова увижу Влада. Просто увижу, но мне и этого достаточно, чтоб чувствовать себя невероятно счастливой.

Сажусь в такси и на прощанье машу рукой Славику. Он улыбается и в его взгляде я не чувствую ни обиды, ни укора. Все хорошо.

Такси мчит меня к Владу и мне начинает казаться, что от волнения я забываю дышать.

Неужели я ему тоже небезразлична?

Пытаюсь осадить свое воображение, но оно с неукротимой силой начинает рисовать безумно-яркие картинки с участием меня и Влада.

Глава 3. Дорога на Порт-Судан

ВЛАД

Крохотный домишко на прибрежной окраине Вади-Хальфы станет нашим пристанищем на эту ночь.

Жилище стоит чуть поодаль от остальных домов, но нам нужно переждать всего несколько часов.

Надо бы, на всякий случай, посмотреть, что там с движком, а заодно дать небольшую передышку Фериде. У нас есть около суток форы, но остановка нужна – и именно сейчас.

– Далеко не отходи, – тихонько предупреждаю Фериде, выходящую из машины, и в ответ она лишь испуганно хлопает своими огромными васильковыми глазищами.

Зачем-то озирается по сторонам, словно пытается усмотреть ту опасность, которую я не заметил.

Хотя, две пары глаз все же лучше.

Тут не поспоришь.

Рассчитывать на такие удобства, как работающий холодильник или микроволновка, пока не приходится, да и кипятить чай скорее всего придется на открытом огне. Фериде – здесь явно не помощница.

Ловлю ее обескураженный взгляд на мазаную печь в той части дома, которая по-видимому считается кухней.

– Будет лучше, если ты пока посидишь тут, рядом. Для моего спокойствия, – осторожно предлагаю ей, стараясь не напугать еще сильней.

Девчонка вздрагивает от каждого шороха и чуть успокаивается, когда в печке разгорается огонь.

По мне, так лучше бы без всего этого обойтись, но решаю не нагнетать обстановку. С наступлением ночи резко холодает и для полного счастья нам обоим надо выпить по кружке горячего чая перед сном.

Чувствую, что Фериде хочет что-то сказать, но жмется и как будто бы подбирает слова.

Русским языком она владеет вполне прилично, так как все же успела с отличием закончить два курса МГИМО. А значит, точно дело не в языковом барьере, тем более, что я при необходимости могу изъясняться на родном для нее, турецком.

– Пообещай, что я снова увижу дом, – неожиданно выпаливает она и я вижу, что глаза у девчонки – на мокром месте.

Вот-вот снова расплачется.

Хотя она, на удивление, очень быстро отходит от полуторамесячного плена, в котором ее держали. Но после всего случившегося, дома ее наверняка уже ждет семейный психотерапевт.

– Перед тем, как выбрать именно меня, твой отец пересмотрел кучу разных вариантов. И будь у него хоть малейшие сомнения, он бы остановился на ком-то более подходящем. С его ресурсами, он имеет возможность выбирать, – усмехаюсь я, стараясь вложить в свои слова максимум убедительности.

На самом деле, гарантировать я ничего не могу.

В этой заварушке каждую минуту что-то может пойти совершенно не так, как планировалось изначально.

Но страх – отвратительный союзник и чем сильнее Фериде будет бояться, тем выше риск срыва всей этой операции. Немного уверенности ей пойдет только на пользу.

– Не волнуйся, просто слушай меня до тех пор, пока я не передам тебя лично твоему отцу. И никуда не отходи от меня. Если я прошу сидеть тихо, то ты обходишься без самодеятельности. Только в этом случае я смогу выполнить задачу и вернуть тебя домой.

Ощущаю, как перепуганная Фериде ловит каждый звук того, что я сейчас ей говорю.

Ей на самом деле страшно и она цепляется за каждое слово, как за надежду. Что ж, в таком случае, озвучивать ей свои опасения точно не стоит.

Макароны, местный сыр, галеты и сладкий чай – наш нехитрый ужин. Немного утолив голод, Фериде чуть успокаивается и я даже замечаю некое подобие улыбки на ее лице.

Что ж, самое время отправить ее спать – неизвестно, сколько продлится это затишье, которое мне все больше и больше не нравится.

– Иди спать, Златовласка, – кивком указываю на единственную кровать в доме.

Проверяю постель на наличие змей, пауков и прочих нежелательных членистоногих.

На всякий случай перетряхиваю слежавшиеся матрасы и подушку.

Простыня и наволочка тут явно не первой свежести, но выбирать не приходится. Будем надеяться, что Златовласка не подхватит местных паразитов за эту ночь.

– А ты? – с опаской спрашивает Фериде и тут же заливается краской от собственного вопроса, – тут ведь только одна кровать.

– Думаю, мне и толком спать не придется, может часик-другой подремлю на табуретке.

Фериде послушно сворачивается калачиком на кровати и через несколько минут я слышу, как она мирно посапывает. На всякий случай, укрываю ее своей курткой.

Надеюсь, у нас есть несколько часов.

Проверяю запас топлива в канистрах – должно хватить до самого Порт-Судана.

Да, по пути нам будут попадаться заправки, но лучше не рассчитывать на то, что мы сможем там заправляться горючим.

Выхожу из дома и бегло осматриваюсь вокруг, но внутренний голос молчит. Все на самом деле спокойно. На всякий случай ставлю инфракрасные ловушки – этой ночью никакие гости нам не нужны.

Может не только Фериде выспится, но и мне удастся подремать пару часиков?

Тишина вокруг – обволакивает и одновременно оглушает, погружая в несвоевременные, но очень предсказуемые воспоминания.

И в который раз именно здесь для меня время перестает быть неосязаемым и снова становится какой-то вязкой, липкой субстанцией.

Неслышно спускаюсь в сторону небольшой песчаной отмели озера Насер.

Закуриваю сигарету и точно знаю, что спокойной ночи у меня сегодня не будет. Уже в третий раз меня заносит именно в это проклятое место. Хотя, еще с того далекого первого раза меня преследуют ночные кошмары, время от времени оживающие и наяву.

Кристин.

Девочка с восхищенными и немного грустными глазами навсегда осталась где-то здесь. Но сколько я не старался, так и не смог найти ее останков, чтоб перезахоронить как полагается.

Тишина сгущается и становится плотным, ночным мороком.

Крис, прости меня, если сможешь.

Я ведь никогда не обещал, что смогу дать тебе то, что ты хотела.

Ты с самого начала знала об этом, но упрямо продолжала меня любить.

Прости. Не сберег тебя. Не успел.

Даже двенадцать лет спустя тяжесть не отпускает. Прости меня.

И по какой-то дурной иронии судьбы меня снова заносит именно сюда.

Третий раз.

Словно жизнь пытается всякий раз напомнить о том, что я обречен на одиночество. Если не хочу, чтоб пострадали те, кто меня любит.

Урок усвоен.

Глаза постепенно привыкают к темноте и я делаю несколько шагов к низенькой прибрежной поросли. Бесшумно срываю несколько цветущих стебельков и опускаю на самую кромку воды.

Это для тебя, Кристин.

Прости меня, если сможешь. Может, когда-нибудь я и сам смогу себя простить.

Вторая сигарета закуривается уже на полдороги к домику.

До него от кромки озера – метров двадцать, не больше. Вокруг все та же тишина, но сейчас она – невесомая, прозрачная.

Мой личный, ночной морок озера Насер отступает.

Становится легче.

Неслышно загорается экран мобильника. Условный знак того, что надо выдвигаться. Как можно быстрее. Осторожно бужу Фериде и мы неслышно запрыгиваем в машину. Фериде, если сможет, поспит в машине.

На случай ненужной встречи с людьми Фархана и возможной перестрелки, устраиваю Златовласку на просторном заднем сиденье. Там ей будет безопасней.

Ночные воды Насера остаются позади и, хорошо бы, если на этот раз – навсегда.

Путь до Хайи займет чуть меньше десяти часов, если в дороге не приключится никакого форс-мажора.

Придется гнать по «китайской дороге» и хотя эта мысль мне крайне не нравится, срезать путь – не вариант.

Из собственной практики мне хорошо известно коварство нубийской пустыни и знакомить с ним еще и испуганную, впечатлительную Фериде – вот уж точно нет никакой охоты.

Светает рано, но вместе с первыми лучами серо-голубоватого рассвета приходят и первые неприятности.

В боковом зеркале вижу, как нас стремительно нагоняет автомобиль, похожий на «Хайлакс».

– Лежи тихо и не двигайся, что бы не случилось, – отрывисто бросаю в сторону Фериде, надеясь, что девочка выполнит приказ и не подставится.

Выжимать максимальную скорость и пытаться оторваться и дальше – не вариант, нас рано или поздно нагонят или перехватят у следующего населенного пункта. Значит будем импровизировать с расчетом на экономию топлива.

Чуть прибавляю скорость, больше для виду и наблюдаю, как вполне предсказуемо начинает сокращаться дистанция между нами и «Хайлаксом». Замечаю, как вдали на встречке показывается большегруз.

Еще немного вырываюсь вперед, усыпляя бдительность тех, кто находится в машине, преследующей нас.

В считанные мгновения меняю направление, выезжая прямо навстречу большегрузу, который пытается стремительно оттормозиться и виляет прицепом. Выныриваем резко вправо и уже в зеркале заднего вида наблюдаю как большегруз перегораживает дорогу.

Одновременно слышу резкий, металлический звук удара, характерный для столкновения.

Несколько часов форы у нас снова есть, но Хайю нам точно придется объехать. Возможно, небольшая передышка нас ждет в окрестностях Суакина, но без заезда в город.

– Ты как? – спрашиваю Фериде больше для того, чтоб ее вернуть к реальности и немного приободрить.

Бледная от страха, Златовласка пытается выдавить из себя что-то вроде улыбки.

Протягиваю ей фляжку с коньяком, одновременно поглядывая, чтоб девочка не слишком увлеклась.

Следующие двенадцать часов дороги проходят на предельной скорости, но с вполне спокойными остановками.

Уже глубокой ночью мы объезжаем Суакин по совершенно убитой дороге, но нам сейчас нужна основательная передышка. И Фериде, и «Ранглеру», и мне.

Съезжаем с обочины, откатываемся от дороги на пару километров во впадину, которая укрывает нас по самую крышу.

На случай непрошенных гостей устанавливаю инфракрасные ловушки и даю Фериде инструкции никуда не отходить от машины.

Хотя это лишнее, сейчас она даже боится сидеть в машине с открытой дверью.

Ужинаем, не разводя костер.

Галеты и оставшийся сыр запиваем прохладной водой.

– А можно мне еще немного коньяка? – чуть смущенно просит Фериде и я не могу отказать ей в этой просьбе.

Она отлично держалась всю дорогу, несколько глотков ей точно не повредят.

– Расскажи о себе? – просит Златовласка и этой простой просьбой ставит меня в тупик.

Вместо ответа, улыбаюсь и пожимаю плечами.

На всякий случай, забираю у нее фляжку с коньяком, чтоб Фериде не «развезло».

– Чем займешься, после того, как передашь меня отцу? – спрашивает Фериде и я ловлю на себе ее слишком пристальный взгляд.

– Так, есть дома разные дела, – уклончиво отвечаю, уже предчувствуя, к чему бесхитростно пытается меня подвести эта впечатлительная девочка.

– Если тебе нужна постоянная работа, я могу попросить отца. Он даст тебе большую должность, ему нужны надежные люди, а ты… – запинается Златовласка, – ты очень… надежный.

– Нет, не могу. Есть еще задачи, которые надо решать дома.

Черт, стоит только подумать об этих «задачах», так самому хочется залпом осушить не только эту фляжку, но еще и весь запас коньяка, который у нас с собой.

Но уж точно – не сейчас.

– Другая девушка? – чуть дрогнувшим голосом произносит Фериде и смотрит на меня исподлобья.

Вижу, как в темноте поблескивают слезинки в ее глазах. Черт, вот когда она успела уже нафантазировать себе?

Правда лучше в любом случае.

– Да.

– Понятно, – после небольшой паузы выдыхает Златовласка и обхватывает себя руками, – она счастливая, твоя девушка.

– Возможно. Не бери в голову. Тебя в любом случае ждут дома, твои родители подключили все имеющиеся возможности. Ты сможешь вернуться к той жизни, к которой привыкла и которой достойна.

В последнее время вести задушевные беседы у меня получается все хуже и хуже.

Особенно, в такой ситуации.

Фериде молча забирает у меня фляжку с коньяком и делает еще несколько глотков, допивая все до последней капельки. Главное, чтоб сейчас обошлось без хмельной истерики. Но теперь совершенно точно, Фериде поутру потребуется пара таблеток аспирина из дорожной аптечки.

– И качнутся бессмысленной высью, пара фраз залетевших отсюда.

Я тебя никогда не забуду, я тебя никогда не увижу.

От волнения и выпитого коньяка у Фериде появляется сильный акцент, хотя до этого она вполне свободно говорила по-русски.

Улыбаюсь и качаю головой, одновременно подмечая, что девушка отлично поет.

Очень-очень тихо, грустно и мелодично. Впрочем, чему удивляться? Ей наверняка дали разностороннее образование и она вполне может играть на каком-то музыкальном инструменте или заниматься вокалом.

Укрываю Златовласку своей курткой и замечаю, как она нарочно зарывается в нее носом.

Стараюсь не встречаться с ней взглядом, иначе – слез не миновать.

Ладно, будем надеяться, по возвращении домой, она быстро переключится.

И заодно выбросит из головы и этот дурной суданский эпизод своей жизни, и собственные фантазии, навеянные коньяком, жаждой безопасности и усталостью.

У нас совершенно точно есть в запасе три-четыре часа и я закуриваю очередную сигарету. Фериде моментально погружается в сон – тревожный, но целительный.

Есть еще задачи, которые надо решать дома, мысленно напоминаю себе фразу, сказанную для Златовласки.

Задачи, грустно бормочу себе под нос, стараясь не разбудить Фериде.

Но девушка спит крепким и беспокойным сном, отчего я даже немного ей завидую. Несмотря на адскую усталость, сейчас совершенно не могу погрузиться хотя бы в недолгое забытье.

Надо успеть вернуться до свадьбы Янки.

Если все сложится нормально, то уже завтра к вечеру Фериде будет передана ее отцу и можно отправляться домой. До Янкиной свадьбы – неделя и никак нельзя допустить, чтоб эта свадьба состоялась.

Мысль снова возвращается к ночному озеру Насер и к тем цветам, которые оставлены там в память о Кристин.

Боясь повторить ту же ошибку, что и с Кристин, я все эти годы пытался уберечь Яну от…

От чего?

И стала ли она счастливей от моих попыток обеспечить ее безопасность?

Пара глотков коньяка сейчас точно не повредила бы, но вместо этого распечатываю новую пачку сигарет.

В голове задумчивым рефреном вертятся строки старой песни.

«…не веселая, не печальная. Словно с темного неба сошедшая. Ты и песнь моя обручальная, и звезда ты моя сумасшедшая».

С Яной на этот раз придется поговорить в надежде, что она захочет и сможет понять всю эту дичь.

Откровенно рассказать ей все, с самого начала.

Впрочем, все ли?

Чувствую, что злюсь на самого себя.

Очнись, за все эти годы ты так и не смог рассказать ей толком ни о Судане, ни вообще о том, чем ты периодически занимаешься на африканском континенте и не только на нем. А о том, что пули, предназначенные именно Яне, ты уже дважды словил – как ты расскажешь ей об этом?

Придется слишком многое объяснять.

– Значит, придется объяснять, – ровным и твердым голосом даю себе установку и чувствую облегчение.

От принятого решения сразу накатывает приятное тепло и долгожданное сонное забытье разливается по телу желанной наградой.

Часа три на то, чтоб поспать – теперь они есть и у меня.

Неожиданно вибрирует телефон и я резко просыпаюсь.

Сообщение о том, что вертолет нас ждет, приходит на час раньше изначально оговоренного срока, но так даже лучше.

Златовласка с трудом просыпается и, смущенно пряча глаза, запивает водой две таблетки аспирина.

Скоро, уже очень скоро, ты будешь дома.

Осталось совсем чуть-чуть.

Выезжаем по ухабам на дорогу к Порт-Судану, вполне резонно объезжая Суакин. Да, придется потратить чуть больше времени, но снижается риск нарваться на ненужную встречу.

Странно, но до самого вертолета мы так никого и не встречаем. Меня напрягает это затишье.

Выскакиваем из машины и бежим к вертолету.

Прикрываю Фериде сзади, в любой момент готовясь отстреливаться.

Девчонку мгновенно подхватывают ребята.

Люди Фархана подъезжают слишком поздно и мы уже успеваем взлететь, в тот момент, когда нас начинают обстреливать.

По телу привычными волнами проходит вибрация и я, на всякий случай, пристегиваю страховочным ремнем перепуганную Фериде, усаживая ее на бронежилет. Быстро набираем высоту. Хлопками с шипением отстреливают тепловые ловушки.

Все – позади. Встречаюсь глазами со Златовлаской и ловлю перепуганный взгляд ее васильковых омутов.

«Ничего не бойся», шепчу ей одними губами и ободряюще улыбаюсь. Знаю, что в таком шуме она точно не услышит меня. Не уверен, как она это поняла, но девушка улыбается в ответ и устало кладет голову мне на плечо.

Какое-то время у нас тобой – одна дорога.

Но дальше тебя ждет твой отец.

А меня – та самая «задача», имя которой – Яна.