Читать книгу "Суданская роза"

Глава 4. Последняя сказка Шахерезады

ЯНА

Останавливаю машину на выезде из города и чуть съезжаю с оживленного шоссе в сторону ближайшей развилки к морю. Мне надо сосредоточиться и подумать, а еще лучше – понять, что вообще сейчас происходит.

И тишина – лучший помощник для принятия важных и экстренных решений.

Но именно сейчас сосредоточиться мне не дают. На приборной панели истошно заливается мобильник и по звуку рингтона я понимаю – звонит Марк.

– Да, Марик?

– Яна, не хочу показаться назойливым. Я помню, что у тебя есть сомнения. Но без срочной аналитики вообще никак. Мы просто упремся в нехватку времени. Только что пробовал перенести данные из аналогичных кампаний за прошлый квартал. Но сама понимаешь – нюансы… Так что, переговори аккуратно с Дэном и лучше не затягивай с этим.

– Понимаю, Марик. Еду домой, хочу лично поговорить с ним. Посмотрим. Самой не хотелось бы брать непроверенного специалиста. Ни на что пока не рассчитываем, но пробные шары закинуть надо.

Отключаюсь и чувствую тяжесть на выдохе.

Надо ехать.

Надо переговорить лично.

В подъезде сталкиваюсь с недовольным взглядом консьержки и, гадая, к чему бы все это, вхожу в лифт. Но уже проворачивая ключ в замочной скважине, чувствую, как внутри меня поднимается волна раздражения.

Мощная звуковая волна оглушает меня уже с порога. Из колонки несется какая-то непонятная попса, ритмичные вибрации отдаются гулкими ударами прямо в сердце.

Вот только посреди того дурдома, который с самого утра разыгрывается у меня с работой, мне не хватало еще импровизированной дискотеки.

– Дэн, выруби, – кричу я, пытаясь попутно сориентироваться, куда он запрятал колонку. От громкого звука мгновенной болью закладывает уши.

Выключает и в его взгляде я четко вижу удивление и легкую обиду, что не оценила всего масштаба этого веселья.

– По какому поводу праздник? – едва сдерживаю раздражение, так как вижу, что Дэн сильно пьян. Меня мутит от запаха водки, а сейчас от него несет именно ею.

– Яночка, теперь у нас будет все отлично, – радостно сообщает Дэн, но я не могу отделаться от ощущения раздражения от его слегка заплетающегося языка.

– Что именно будет отлично?

– Ну ты же хотела, чтоб я нашел работу? Вот я и нашел.

– Оу… поздравляю. Правда, хороший повод. Думала, ты решишь дождаться меня и мы бы вместе отметили, сходили бы в ресторан или дома устроили бы ужин.

Пытаюсь сдержаться, но что-то неуловимое во всей этой ситуации меня несказанно бесит. Хотя по факту – все хорошо, Дэн нашел работу.

В таких случаях нормальные люди радуются.

– Что за работа?

Вместо ответа, Дэн загадочно улыбается и как-то недобро скалится. Не нравится мне эта секретность, тем более – с Дэном. Вижу, как он нечетко пытается налить водки и мне в стакан, но вот только выпивки мне сейчас не хватало.

– Дэн, если это мне, то я – пас. И ты же знаешь, что я терпеть не могу водку? К тому же, сейчас мне точно не до алкоголя, ты уж извини.

– Яна, ну пару капель, за наш с тобой деловой успех, – умоляюще улыбается Дэн и протягивает мне стакан.

– Нет, не буду. И кстати, почему это – наш с тобой успех?

– Теперь ты сможешь не работать, тебе не надо будет убиваться на своей работе…

– Дэн, – перебиваю это нетрезвую тираду, – мне нравится моя работа. Я не убиваюсь на ней. И я буду работать и дальше. Это мой выбор и с тобой я его не обсуждала, чтоб ты решал за нас двоих.

Денис порывается мне что-то ответить, но тут приходит сразу несколько сообщений на его мобильник и он отвлекается на чтение входящих.

Мысленно усмехаюсь той чуши, которую сейчас отчеканила Дэну.

Нравится эта работа. Ну пусть хотя бы он в это верит.

Нет, конечно, она мне нравится. В определенном смысле.

Кураж, азарт и драйв от того, что простая и последовательная цепочка действий может привести к репутационному краху любой компании – от небольшого стартапа до крупной корпорации.

Непогода – это состояние души, так что да, в последние пару лет мне особенно нравится провоцировать информационные шквалы и управлять ими.

Идеальный медиа-шторм, полностью с ручным управлением.

– Так, что Яночка, – рассеянно напоминает Дэн, отпивая из «моего» стакана, – ты может подумаешь о том, чтоб найти для себя более безопасную работу?

Мгновенно напрягаюсь.

А это еще что за намеки?

– Что может быть опасного в работе рекламного аналитика?

– Я имел ввиду более спокойную. Ты ж вся дерганая в последнее время. А так – будет возможность выбирать, искать более комфортное место. Или вернешься в политический пиар, тебе ж это нравилось. Ты сама рассказывала.

Да, призадумываюсь я, было дело.

И странно, что Дэн помнит об этом, забывая о более важных деталях.

Открываю балконную дверь и проветриваю гостиную, в которой от одного только запаха спиртного можно задохнуться.

Пока поправляю штору, Дэн неслышно подходит ко мне сзади и прижимает к себе.

Вот только сейчас мне не до лирики.

Хотя, понятно, что уже не получится разговора о том, чтоб взять его к нам аналитиком. И не из-за того, что он уже нашел какую-то работу. Мы в любом случае могли бы предложить ему больше. А потому что сама не пойму, на чем основано мое недоверие к нему.

– Яна, у меня есть идея, которая тебе понравится, – вкрадчиво на ухо шепчет Дэн, но я инстинктивно отворачиваюсь, чтоб хоть как-то не дышать перегаром.

– Нет, – пытаюсь вывернуться из его рук, – пока не хочу. Мне еще на работу надо вернуться, есть дела.

Дэн более настойчиво прижимает меня к себе и я чувствую, как мне в попу упирается его стояк.

Но сейчас у меня вызывает отвращение сама мысль о сексе с ним. Не хочу его. В его поведении сейчас слишком много расхлябанности, а это меня никогда не возбуждало.

Умудряюсь вырваться и отпрыгиваю от него, как дикая кошка.

Пошатываясь, Дэн делает пару шагов в мою сторону и неожиданно в его глазах мелькает злой огонек.

– Бежишь к своему Владу? – с холодным бешенством шипит Дэн и просвечивает меня холодным рентгеновским взглядом.

– К кому? – ошарашенно переспрашиваю я, пытаясь убедиться в том, что мне не послышалось.

Я ни разу не говорила о Владе ни Дэну, ни кому-то еще.

О нем знает только Ника, да и то – на правах единственной лучшей подруги.

– К этому своему кобелю. Владу, – злорадно ухмыляется Дэн и подчеркнуто внимательно изучает мой ошалелый видок.

– Тебя это не должно касаться, – холодно отрезаю я, лихорадочно соображая, когда это я могла настолько проколоться.

Случайно перепутать имена в постели я точно не могла – слишком разные ощущения.

– Но ведь касается, Яна. Это нас с тобой, обоих касается. И тебе ведь интересно, откуда я знаю о его существовании, так?

– Ну, допустим… – устало пожимаю плечами.

Дэн еще наливает водки в стакан и меня тошнит от одного этого зрелища.

Делает пару больших глотков и снова переводит мутный, но цепкий взгляд на меня.

– Ты во сне разговариваешь. Нет, не так, как в фильмах показывают. В реальной жизни все гораздо интересней. Я замечал это несколько раз. Тебе явно снились эротические сны. И ты шепотом произносила его имя. И много чего другого, любопытного. Но всегда – только одно имя.

Последняя фраза выкрикивается с ясно различимой обидой и где-то я могу его понять.

Но крыть нечем.

Сны я эти отчетливо помню… такое не хочется забывать.

– Но я готов все забыть, – примирительно улыбается Дэн и открывает шкаф с моей одеждой. Вытаскивает платье, купленное для нашей с Дэном свадьбы и вынимает его из чехла.

– Дэн, что ты задумал? Повесь платье на место. Хватит пить уже.

– У меня есть одна фантазия, но я хочу именно сейчас ее осуществить. Ты одеваешь это платье и я отымею тебя прямо в нем. И мы оба забудем про Влада.

Смотрю на него и понимаю, что Денис – явно не в себе. Несет какую-то ахинею про платье и фантазии.

– Дэн, все. Шутка затянулась. Вешай платье обратно. Так, нет, дай мне, повешу сама.

Выхватываю платье у Дэна, но он ловко захватывает меня обеими руками, не давая мне вырваться.

– Одевай платье. Я тоже имею право на фантазии и ты мне кое-что задолжала, – зло бормочет Денис, удерживая меня в захвате.

В эту минуту снова звонит его телефон и на мгновенье Дэн ослабляет захват. Я мигом этим пользуюсь и вырываюсь вместе со свадебным платьем.

– Все кончено, Дэн, – срываюсь на резкий окрик.

Вместо ответа мне прилетает увесистая и звонкая пощечина.

Левая щека полыхает так, как будто ее припечатали утюгом.

– Мразь, – выдавливаю из себя я и в эту минуту принимаю решение.

Я ухожу.

Дэн косится на свой телефон, который в эту минуту начинает беспрерывно трезвонить.

Говорить нам больше не о чем. Складываю в сумку свой ноутбук, несколько зарядников от разных смартфонов и документы. За всем остальным приеду через несколько дней и уж точно – не одна.

– Яночка, прости. Прости пожалуйста, – неожиданно меняет тон Дэн, чем меня пугает еще больше, – я не должен был. Прости, малыш.

– Дэн, хватит. И не подходи ко мне, слышишь?

Дэн делает неловкую попытку ухватиться за мое свадебное платье, но я успеваю первая. Платье я тоже не намерена оставлять в этой квартире. Основательно набравшийся алкоголя, Дэн едва стоит на ногах и на мгновенье теряет равновесие, падая ладонью прямо на стакан с водкой.

– Твою мать, – на выдохе скулит Дэн, осматривая ладонь, которую заливает кровь.

Инстинктивно он хватается за край свадебного платья и прижимает его к ране, поглядывая на меня в ожидании заботы и жалости.

– Дэн, перекись в аптечке на кухне. Отдай мне платье, – твердо чеканю я, стараясь вложить в голос побольше равнодушия.

Денис пошатываясь идет на кухню, а я подхватываю сумку с зарядниками и ноутбуком в одну руку, а свадебное платье – в другую. Захлопываю дверь и от души надеюсь, что точка в отношениях с этим мужчиной только что поставлена.

Я возвращаюсь к себе домой.

Дениса Забалуева я только что навсегда вычеркнула из своей жизни. Платье сдам в химчистку и продам в интернете.

***

Восемь лет назад

Пока лифт мчит меня на верхний этаж элитной многоэтажки, едва могу дышать от волнения.

Я ни разу не была у Влада дома и сейчас больше всего боюсь, что он считает мою взволнованность. Успокоиться не получается, сердце гулко колотится в груди.

Едва выхожу из лифта, как открывается входная дверь и Влад встречает меня.

Уголки губ едва заметно дергаются в улыбке, но глаза серьезны. Отмечаю, что он какой-то бледный и как будто слегка уставший.

– Яна, боялся, что ты не приедешь, – с легкой грустинкой в голосе замечает Влад и обнимает меня.

В нос моментально ударяет резкий запах каких-то лекарств, как будто в больнице. И еще я чувствую от Влада едва уловимый шлейф алкоголя – чуть сладковатого, от которого приятно кружится голова.

Похоже на ром, но могу ошибаться.

От волнения вцепляюсь обеими руками в сумку и Влада это веселит.

– Что в сумке такого ценного, что ты так за нее уцепилась?

– Книжка, – рассеянно хлопаю ресницами и от неожиданности выпаливаю правду.

В сумке и правда лежит книга с восточными сказками, которую я уже несколько лет мечтала купить.

Нелепей не придумать, но именно сегодня мне позвонили из службы доставки и напомнили о том, чтоб я забрала свой заказ.

– Значит, книжка, – задумчиво повторяет Влад и не сводит с меня пристального, чуть потемневшего взгляда.

Сейчас его серые глаза – цвета вороненой стали и я не могу оторваться от этих омутов.

Где-то в стороне кухни едва слышно играет какая-то музыка и, прислушавшись, я понимаю, что это играет ДДТ.

«Бил с улыбкой, не целясь, навскидку и влет. А кругом говорили „вот парню везет“…

Да, знаю я эту песню.

И теперь знаю, что слушает Влад.

Под его внимательным и чуть задумчивым взглядом я физически не могу пошевелиться. А вот дышать, как ни странно, становится легко. Облизываю пересохшие от волнения губы и замечаю, как Влад мгновенно реагирует на это движение.

Делает полшага ко мне и нас отделяет друг от друга пара сантиметров.

Я ощущаю его дыхание и физически чувствую, как он мажет по мне обжигающим взглядом голодного зверя.

В его глазах сейчас – ураган эмоций, но я чувствую, что он сдерживается и пытается подобрать слова.

Сама боюсь сделать шаг навстречу или нарушить молчание. От волнения начинаю дышать часто и прерывисто. Чувствую, как внизу живота все скручивается в какой-то горячий и напряженный узел – такого я еще ни разу в жизни не испытывала.

– Яна, – тихо говорит Влад, не сводя с меня взгляда, – я сейчас делаю то, что не должен.

– Что именно?

– Влюбляюсь в тебя, – хрипло и едва слышно усмехается Влад, – и ясно даю тебе это понять.

Почему в его усмешке сейчас столько горечи?

Боюсь спросить его об этом напрямую, но чувствую, как от услышанного начинает кружиться голова.

Проводит пальцами по моей щеке и от нежного прикосновения у меня перехватывает дыхание. Смотрит так, как будто хочет выпить меня одним взглядом и я пьянею от шальных огоньков в его глазах.

В эту секунду я до безумия хочу только одного – чтоб он меня поцеловал.

Чтоб меня впервые в жизни поцеловали по-настоящему, как в захватывающем кино.

Вот только меня пугает его бледность и резкий запах лекарств, который не дает полностью расслабиться и раствориться в волнующих и сладких ощущениях от происходящего.

Притягиваю его рукой, чтоб поцеловать и вижу, как в долю секунды Влад резко выдыхает и вздрагивает, словно от острой боли.

Одновременно чувствую что-то странное под его рубашкой, в области плеча.

Не отдавая себе отчета в том, насколько это вообще уместно, расстегиваю несколько пуговиц на рубашке Влада.

Перехватываю его чуть удивленный взгляд и застываю от увиденного.

Плечо и торс перебинтованы, сквозь повязки проступают темно-красные пятна крови. Черт, теперь понятно, откуда такая бледность и этот запах медикаментов. Влад едва стоит на ногах, но эта слабость – от ранений и кровопотери.

– Влад, надо в больницу, – тихонько выдыхаю я.

– Нет, Яна, все уже в порядке. Только что здесь был мой знакомый врач. Он все сделал, пули вынул, раны обработал, швы наложил. Все нормально. Кровь уже остановилась.

В состоянии шока я с трудом отдаю отчет в собственных действиях, но прихожу в себя уже на кухне, выключая музыку на его телефоне.

ДДТ и «Не стреляй» на репите – с выбором этой песни буду разбираться позже, наверняка она напрямую связана с двумя ранениями Влада.

В нерешительности держу в руках бутылку с ромом и бокал – я не знаю, куда все это поставить.

– В шкаф, возле окна, на вторую полку, – улыбаясь, подсказывает Влад и наблюдает в дверях за тем, как я шальным электровеником мотаюсь по его кухне.

Его слегка пошатывает от слабости.

– Влад, тебе надо срочно лечь, – в ужасе шепчу и надеюсь, что он не станет возражать.

Чувствую себя диковинной зверушкой, за которой ведется какое-то пристальное наблюдение. Он не сводит с меня глаз и, кажется, его забавляет и вся эта суета, и мое волнение.

Большой диван в гостиной – то, что надо.

Подталкиваю Влада к дивану и с облегчением выдыхаю, когда он все же ложится.

– Решила поиграть в медсестру? – в голосе Влада слышу плутоватые нотки. Но мне не до смеха. Столько крови я в своей жизни еще не видела.

– Янка… – чуть запинается Влад, – останься, не уходи никуда. Ты очень нужна мне, пожалуйста.

От волнения не могу сообразить, что ответить и выпаливаю первый попавшийся, вопрос, глупее которого и не придумать.

– Что тебе вкололи?

– Тебя. Прямо по венам.

Продолжает мазать по мне откровенным, раздевающим взглядом, хотя сам – едва живой.

Надо любыми средствами удержать его на диване и не допустить, чтоб разошлись швы.

Вижу, что ему очень нехорошо и он тяжело дышит.

– Влад, я сейчас, – на ходу бросаю я и через пару секунд возвращаюсь с сумкой. Достаю книгу со сказками и в отчаянии принимаю первое попавшееся решение.

– Будем играть в «Шахерезаду». Ты лежишь, а я тебе буду читать сказки.

Влад фыркает со смеху, но от нарастающей слабости получается чуть слышно. Прикрывает глаза и с напряжением выдыхает, чуть морщась от боли. Видимо, обезболивающее постепенно «отпускает».

– Рассказывают также, что был в городе Мисре-Охраняемом один башмачник, который ставил заплатки на старые сапоги. Его имя было Маруф, и у него была жена по имени Фатима, а по прозванию ведьма. И прозвали ее так потому, что она была нечестивая злодейка, бесстыдница и смутьянка…»

– Восьмой том «Тысячи и одной ночи», перевод Салье, кажется середина тридцатых годов прошлого века, последняя сказка Шахерезады, – едва различимо бормочет сонным голосом Влад, – третий курс…

Пытаюсь сообразить, при чем тут «третий курс» и продолжаю читать сказку.

Влад быстро погружается в целительный и беспокойный сон.

Очень тихо откладываю книгу и иду в сторону спальни.

Беру с кровати теплое одеяло и неслышно иду укрывать им Влада.

Сама отправляюсь в спальню и сворачиваюсь калачиком на нереально огромной кровати, уткнувшись носом в подушку, пропитанную запахом мужчины, который сводит меня с ума.

Глава 5. С днем рождения

ЯНА

Решаю изменить маршрут и все же сначала заехать на работу.

Дурные новости лучше сообщать лично, а заодно мы обсудим с Марком, как теперь действовать без Алика и где экстренно искать аналитика.

Телефон на приборной панели разрывается, словно ополоумевший.

Дэн звонит так, как будто случился пожар.

Только я не намерена поднимать трубку и говорить с ним.

Точка поставлена. Меня с ним больше ничего не связывает.

Эта пощечина расставила все по своим местам. В какой-то степени, даже спасибо тебе, Денис, за то, что ты так быстро отрезвил меня.

Лифт мчит меня на двадцатый этаж бизнес-центра, в котором располагается наша неофициальная штаб-квартира.

На этаже только один офис и он – наш. Соседи нам – ни к чему.

Прикладываю ключ-карту к замку, но дверь в офис оказывается открытой. Пытаюсь справиться с первой волной удивления и еще больше поражаюсь тому, что Марика нет на рабочем месте.

Вышел из кабинета и не запер его?

Конечно, мало ли, может так срочно приспичило в туалет, но все-таки странно…

По нашему этажу посторонние не шляются, однако на какой-то краткий миг мне становится неуютно.

Впрочем, все его телефоны – на месте, рюкзак для ноута ровно там, где он был еще утром. Рядом с двумя включенными ноутбуками стоит кружка с недопитым чаем и лоток с недоеденной лазаньей. Значит, вышел на пару минут и сейчас вернется.

Погрузиться в раздумья мне снова не дают телефоны.

После небольшой паузы, Дэн опять трезвонит – на этот раз по всем четырем номерам, которые ему известны. Уверена, что если б он знал телефоны Марика, уже позвонил бы и на них.

Попутно на все трубки прилетает целая куча сообщений – от него же.

Сажусь за свой рабочий ноутбук, но понимаю, что в таком дурдоме я точно не продержусь и получаса.

Надо что-то делать.

Может это и абсурдно, но именно сейчас я до боли хочу исчезнуть со всех радаров. Мне нужен режим абсолютной тишины – хотя бы для того, чтоб сосредоточиться и обдумать сложившееся положение.

Каждые несколько секунд смахивая назойливые и длиннущие сообщения от Дэна, умудряюсь заказать через телефонное приложение новую сим-карту и оплачиваю заказ с возможностью забрать его в течение получаса.

Отлично.

Временная сим-карта с номером, который будут знать только несколько самых близких людей – идеальное решение на ближайшие несколько дней.

Среди потока сообщений от Дэна, случайно прочитываю его гневное послание о том, что из-за травмы кисти он не сможет полноценно работать и ему нужно оплатить лечение.

И еще какая-то пьяная ерунда про возможное заражение и сильную кровопотерю. Капслок и куча восклицательных знаков – видимо так он сам себе кажется более убедительным.

Забрасываю его в черный список, хотя и понимаю, что если захочет – достанет с других номеров.

На рабочем столе Марика неожиданно вибрирует телефон и короткий, глуховатый вибросигнал немедленно возвращает меня в реальность.

Где Марик?

Но где бы он сейчас ни был, мне в первую очередь надо прописать план действий. Что и в какие сроки будет выполнено и отправлено заказчику. Для этого нужна тишина и спокойная обстановка, а значит мне надо прямо сейчас выбираться из моего личного филиала делового ада.

Запираю входную дверь ключ-картой, надеясь, что у Марка она с собой.

В крайнем случае, возьмет дубликат на ресепшене – проблем не должно возникнуть.

Пока прогреваю двигатель, бросаю взгляд по зеркалам, толком еще не зная, что я хочу в них увидеть.

Сейчас мне откровенно страшно, усилием воли отгоняю мысль о том, что Марка могла постигнуть та же участь, что и Алика несколькими часами ранее.

Выезжаю с территории закрытой парковки и замечаю, как синхронно со мной выдвигается вишневая «Киа». Ну не могут же так бестолково меня вести, если вдруг и за мной ведется слежка?

Однако, машина упорно едет за мной, не особо отрываясь.

Отчаянно пытаюсь вспомнить, как Влад когда-то учил меня обнаруживать слежку за собой, но в голове крутятся только обрывки воспоминаний.

Сворачиваю переулками, чтоб убедиться в том, что мне не кажется, но примерно на четвертом повороте машина исчезает.

Выдохнув, еду дальше уже более спокойно.

Эти события гарантированно сделают меня истеричкой.

Бесит и одновременно изматывает понимание того, что сейчас практически все мне придется делать самой.

Забираю сим-карту и тут же, прямо в машине вставляю ее в один из телефонов, отключая все остальные.

Высылаю номер всего трем людям из своей телефонной книги – Марику, лучшей подруге Нике и Астахову.

Долгожданная тишина действует слишком расслабляюще и я понимаю, что невероятно вымоталась за этот день.

Господи, за один день у меня пропал без вести сотрудник, ставший еще и фигурантом уголовного дела.

Непонятно, куда подевался Марк.

А тут еще и Дэн, с которым поставлена точка за неделю до свадьбы.

Бросаю взгляд на часы – конец рабочего дня у большинства людей и самое пиковое время у нашего стартапа. Но плодотворной работы сегодня уже явно не получится.

Да и вообще, сейчас мне хочется только одного, а вернее двух вещей – от души разреветься и основательно напиться. И если с первым еще могут быть проблемы, то второе вполне можно попытаться устроить, хотя бы отчасти.

Предварительно убеждаюсь, что за мной нет никакой слежки и выставляю на навигаторе маршрут до кабачка с живой скрипичной музыкой и экзотическим названием «У Иштвана».

Целительное и хмельное, хотя и немножко горькое, забытье на сегодня мне обеспечено.

А заодно, даже если в городе орудует полоумный серийник, я хотя бы несколько часов побуду в гарантированной безопасности.

Даже самый безголовый идиот ни за какие коврижки не сунется в логово Иштвана Вёреша.

С горькой иронией вспоминаю, что впервые в этом кабачке я оказалась ровно восемь лет назад.

Так же, как и сейчас, это случилось накануне моего дня рождения, который наступит уже через три с половиной часа.

Разница лишь в том, что тогда меня сюда привез Влад, а сегодня я приехала сюда одна.

– Даже пить в кабаке у Иштвана – и то, приходится самой, – выдыхаю с каким-то горьким надрывом и вздрагиваю от собственного голоса.

Нервы взвинчены до предела.

Уже с порога бара меня окутывает какой-то зажигательный скрипичный чардаш в чумовом сопровождении ударных и электрогитары. Лично знаю о взыскательном музыкальном вкусе Иштвана и ни капельки не сомневаюсь, что отличная музыка сегодня мне обеспечена.

– Янка-ааа, – радостно бросается ко мне хозяин заведения и моментально заключает в свои объятья, – где пропадала? Сколько не виделись? Месяц или больше? Ты как?