Читать книгу "Неправильная няня, или Уборщица для олигарха"

7

Как и следовало ожидать, пересечься с Леной до начала занятий в бассейне я не успела. Домыла коридор, накинула ватник – и в прямом смысле побежала в школу, боясь опоздать уже по-настоящему…

Не опоздала. Правда, забыла в подсобке сумку с плавками, шапочкой, полотенцем и прочим – но это мелочи. Заниматься Диме всё равно предстояло на последнем этаже бизнес-центра, и никто не мешал нам слегка отклониться от курса…

А вообще до этого я понятия не имела, что в здании, где мне довелось проработать почти три года, есть какой-то бассейн. С тренерами, раздевалкой и прозрачной крышей… Ну да ладно.

Главное, что там подопечному явно нравилось больше, чем в секции по тхэквондо. Мы даже обошлись без язвительных препираний и неучтённых задержек в пути! И я, отправив парня плавать, наконец-то отыскала сменщицу… Которая, к моему величайшему изумлению, сначала напрочь отказалась одалживать мне свою одежду. Даже за деньги. И уж тем более – в обмен на какой-то подозрительно мужской ватник… А всё потому, что у Лены оказался на редкость ревнивый муж, следящий за каждым её шагом. И лишь жаркие заверения, что завтра сменщица непременно, просто кровь из носа, получит свою драгоценную курточку обратно, помогли добиться желаемого. Да и то больше потому, что неизвестный, но уже ненавистный мне Ленин супруг той ночью работал. На моё счастье. Иначе я бы точно осталась у разбитого корыта.

А так, потратив кучу нервов и официально запросив отгул на воскресенье – тоже, разумеется, с разрешения Лены – мне оставалось только встретить подопечного после бассейна, пожурить его за плохо высушенные волосы и спокойно усесться в тёплую машину… Где уже ждал Игорь Алексеевич.

– Что-то это не очень похоже на пальто, – ничуть не стесняясь присутствия сына, протянул наблюдательный директор.

Хотя, по-хорошему, должен был торчать у себя в кабинете ещё как минимум два часа. До конца рабочего дня. А то и дольше… Но руководители на то и руководители, что имеют право вертеть графиками по собственному усмотрению. И не только своими.

– Это куртка, – пояснила, с трудом совладав с эмоциями.

Всё-таки появление работодателя действительно застало меня врасплох.

– Но не ваша, – припечатал мужчина.

А вот тут возразить было нечего. Разве что списать укороченные до трёх четвертей рукава на новую моду…

– Так я же говорила про замену, – напомнила, украдкой покосившись на Диму.

И пускай парень усиленно делал вид, что занят уроками и ничего не замечает, я знала – он всё прекрасно слышит. И мотает на несуществующий ус, как правильно со мной обращаться… А значит, давать волю чувствам было нельзя.

– А я говорил, что вы должны забрать своё пальто, – непоколебимо отрезал директор. – Сегодня.

Спорить дальше я благоразумно не стала. Лишь подумала, что речь вроде шла конкретно о ватнике и его крайне непривлекательном виде…

– Виктор! – выждав минуту, позвал Игорь Алексеевич. – Поворачивай.

– Куда? – последовал невозмутимый вопрос.

– К дому Дарины. Ты ведь знаешь адрес?

– Да, – прозвучало в тишине.

И у меня засосало под ложечкой… Но я мужественно промолчала, памятуя о заданных установках. Лишь напряглась, крепко стиснув ладони между бёдрами – да так и просидела всю оставшуюся дорогу, демонстративно глядя на мелькающие за окном фонари.

В конце концов, рано или поздно мне всё равно предстояло через это пройти. Не вечно же я собиралась выкручиваться, верно?.. Скандалом больше, скандалом меньше… Выдержу как-нибудь. Не впервой.

А тем временем мы прибыли в точку назначения. Плавно затормозив, водитель остановил машину у нужного подъезда – и я, глубоко вдохнув, словно перед прыжком в воду, решительно распахнула дверцу, запустив в салон рой острых снежинок…

Да. Приветливостью погода не радовала. Мне аж выходить перехотелось… Впрочем, я в любом случае не горела желанием возвращаться домой. И ненадолго тоже.

– Вас проводить? – заметив мои колебания, вдруг предложил Виктор.

– Спасибо, не надо, – очнулась. – Я справлюсь.

И даже нашла в себе силы улыбнуться, прежде чем всё-таки выбралась наружу… Однако далеко не ушла.

– Я чего-то не знаю? – вылез следом директор. – Дарина?

Но что я могла ему сказать? Пожаловаться на диктатуру мачехи? Или рассказать о безразличии отца?..

– Нет, всё в порядке, – отмахнулась вместо этого. – Я быстро…

И попыталась скрыться в подъезде – однако была остановлена властной рукой.

– Какова вероятность, что вы вернётесь без пальто? – придержав меня за локоть, педантично уточнил Игорь Алексеевич. – Она есть?

В ответ я понуро потупилась, не желая признавать очевидное.

Вряд ли Наталья вообще меня отпустит. Я ведь с вещами ушла. По её мнению – навсегда… А без меня её присутствие в доме теряло всякий смысл.

– Возьмите Виктора, – помедлив, отступил директор. – Он служил в спецвойсках и уже десять лет прекрасно совмещает функции шофёра и телохранителя. С ним вам ничего не грозит.

Это было неожиданно. И весьма приятно… Вот только личная безопасность беспокоила меня в последнюю очередь.

– Нет, спасибо, – вспомнив об оружии, твёрдо отказалась я. – Это лишнее.

И работодатель всё прекрасно понял.

– Значит, с вами пойду я, – подобравшись, будто приготовившись к драке, отрезал он.

Вроде и грубо – но так трогательно, что у меня аж сердце защемило…

– Не стоит, – зарумянившись, я поспешила отвернуться, в результате чего наткнулась на любопытный взгляд Димы, чуть ли не носом прижавшегося к окну, и смутилась ещё сильнее. – Правда…

– Это не обсуждается. Ведите.

Пришлось подчиниться.

Поднявшись на нужный этаж, я на мгновение замерла возле двери, а затем всё-таки обернулась и умоляюще приложила палец к губам, жестами попросив Игоря Алексеевича встать у стены возле ступенек. Чтобы его не было видно из квартиры. В ответ мужчина удивлённо изогнул брови, но послушался, слегка сдвинувшись в сторону. Я же осторожно потянула за ручку… И с досадой заключила, что замок всё-таки починили. Вернее, заменили, потому что мои ключи к новой скважине, увы, не подходили.

Это был провал. Однако уйти ни с чем я не посмела – и коротко тренькнула звоночком, молясь, чтобы никто ничего не услышал… А ровно через три секунды директор нажал на кнопку ещё раз. Сильно и уверенно, не оставляя выбора ни мне, ни Наталье, уже спешащей на шум…

– Коля!.. – визгливо донеслось из квартиры. – Дарина пришла!

Видать, ушлая мачеха успела посмотреть в глазок.

– А мы думали, ты здесь больше не появишься, – распахнув дверь, ворчливо обронила она. – Ну проходи, чего встала.

– Я только за пальто, – сообщила, с трудом уняв предательскую дрожь в коленях. – Мне некогда.

– Ишь, некогда ей! – парировала женщина, на всякий случай цепко ухватив меня за рукав. – Зайди. С тобой отец поговорить хочет. Коля!

Неохотно, опасаясь, скорее, порвать чужую куртку, чем выражая послушание, я шагнула через порог – и Игорь Алексеевич тотчас повторил мой манёвр, внушительной скалой возвысившись сзади. Невысокой, но пугающей. Я спиной ощущала исходящую от него угрозу – и Наталья сразу растеряла половину бравады. Смерила моего спутника оценивающим взглядом и брезгливо меня отпустила, отступив в тень прихожей… Вероятно, она рассчитывала дождаться мужа, чтобы сравнять силы и спокойно продолжить разбирательства. Вот только я ждать не собиралась – и привычно потянулась к вешалке… А наткнулась на пустоту.

Моего пальто не было. Ни там, где я его оставила, ни в каком-либо другом месте. Его банально убрали. Очень предусмотрительно и очень не вовремя…

Чёрт!

Почувствовав, что меня вот-вот охватит отчаяние, директор ободряюще положил руку мне на плечо и ощутимо сжал пальцы, не позволяя пойти на попятную. И именно в этот момент в коридор выполз отец. Когда-то высокий и спортивный, он сильно сдал за последние годы. Постарел, растерял молодецкую стать… Зато былой гонор никуда не делся. Даже напротив – раздулся под воздействием алкогольных паров и отчаянно требовал выхода…

– А это ещё кто такой?! – вопросил папа, с трудом сфокусировавшись на Игоре Алексеевиче.

– Новый хахаль твоей дочери, – воспрянув духом, услужливо подсказала мачеха.

И мне захотелось провалиться сквозь землю от стыда и безысходности…

– Опять?! – молниеносно взвинтился отец.

Похоже, все два дня Наталья неустанно полоскала ему мозги, выставляя меня в наименее привлекательном свете. Иного объяснения подобной реакции я не видела.

– Да он же в два раза тебя старше! – приглядевшись, добавил папа. – Ты с ума сошла?

– Что за привычка – всяких непонятных мужиков в родительский дом таскать! – вторила ему Наталья. – Совсем обнаглела?

Они словно вступили в состязание – кто эффектнее меня унизит… Пока получалось одинаково. И я боялась даже представить, какие выводы сделает директор…

Няней уж точно не оставит. А про большее мне и раньше думать не следовало.

– Вообще-то Дарина на меня работает, – между тем удивительно терпеливо поведал Игорь Алексеевич. – И сейчас я зашёл лишь убедиться, что она беспрепятственно заберёт пальто, которое забыла вчера. А то простудится ещё. Нехорошо.

– Работает? На панели стоит, что ли? – усмехнулась мачеха.

Наверное, со стороны это выглядело своеобразной заботой. Попыткой защитить меня. Докопаться до правды, какой бы горькой она ни была… Однако я прекрасно понимала, чего на самом деле добивается Наталья. Зачем провоцирует отца… И результат не заставил себя ждать.

Сложив в голове два и два, папа взбеленился и с рычанием бросился на моего спутника, вероятно, приняв его за сутенёра. Замахнулся кулаком – и тут же оказался повержен. Спрятав меня за спину, Игорь Алексеевич за долю секунды принял какую-то стойку, перехватил летящую в него руку и вынудил отца самым натуральным образом уткнуться носом в пол. А после – и вовсе упасть на одно колено…

– Не надо! – повиснув на директоре, воскликнула я. – Не трогайте его…

В ответ Игорь Алексеевич подарил мне поистине уничтожающий взгляд, заставив меня испуганно отпрянуть, и повернулся к Наталье.

– Пальто, – зло приказал он, продолжая с лёгкостью удерживать своего противника. – Немедленно.

Миг – и мачеха пулей метнулась в комнату, возвратившись уже со свёртком в руках. Судя по узору на подкладке – тем самым.

– Развернуть, – последовало новое указание.

И снова Наталья беспрекословно всё выполнила. Видимо, сильно испугалась последствий… А директор, убедившись, что нас не обманывают, наконец-то отпустил отца, забрал пальто, вызвал лифт и молча направился вниз, не забыв прихватить меня с собой. И правильно сделал. Потому что сама я бы вряд ли сообразила уйти.

8

Не знаю, как я это выдержала. Каким чудом вынесла все унижения, выпавшие на мою долю – и не сломалась. Почему не заплакала. Но факт остаётся фактом – в тот миг с моих ресниц не сорвалось ни слезинки… Впрочем, без участия Игоря Алексеевича всё же не обошлось. Вернее, наоборот. Без неучастия. Потому что ни ободряющих слов, ни моральной поддержки от него я так и не получила. Вместо этого директор предпочёл сделать вид, что ничего необычного не произошло. Забрал у меня пальто, деловито помог переодеться, в подъезде пропустил вперёд и даже открыл заднюю дверцу автомобиля, когда я замешкалась! Чем чётко дал понять – об увольнении думать пока рано… Пришлось мне брать волю в кулак и, плевав на ворочающиеся в душе раскалённые гвозди, следовать примеру Игоря Алексеевича.

Криво улыбнувшись Диме, я кивнула на учебник и взялась заполнять ежедневник… Вот только сосредоточиться оказалось не так просто. Мне слишком сильно хотелось поблагодарить директора за защиту. За помощь. Более того, меня буквально распирало от желания сказать хоть что-нибудь! И потому я нет-нет, да и бросала робкие взгляды на переднее пассажирское сиденье, раз за разом натыкаясь на безразличие…

Несмотря на всю деликатность, на заботу, несмотря на причины, заставившие его навязаться мне в сопровождение, между нами ничего не изменилось. Игорь Алексеевич по-прежнему источал лёд. И я не знала, с какой стороны к нему подступиться. Вдобавок меня останавливало присутствие подопечного, которого явно не стоило посвящать в мои проблемы. И Виктор этот. Бывший спецназовец… Нет. В машине у меня не было никакой возможности заговорить. Тем вечером мне выдался лишь один более-менее подходящий момент – когда Дима, бросив куртку, ускакал к своему обожаемому компьютеру, а мы с его отцом ненадолго остались вдвоём… Но я не успела. Слишком долго собиралась с мыслями – и директор стремительно покинул холл, тоже закончив переобуваться. А меня наконец-то прорвало.

С трудом сдерживая слёзы, грозящие вылиться в настоящую истерику, я пулей взлетела по лестнице, пробежала по коридору – и рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку.

Сказать, что мне было плохо – значит, не описать и сотой доли того, что я испытывала. Меня в прямом смысле раздирало на части! Раненое сердце обливалось горячей, практически обжигающей кровью, а разум отчаянно метался в черепной коробке, раз за разом прокручивая недавние события – и не находя никакого выхода из сложившейся ситуации. И дело было вовсе не в муках совести или стыде за поведение отца. Нет. Увы, именно тогда я действительно осознала, что влюбилась в своего работодателя. Окончательно, полностью и бесповоротно. До этого Игорь Алексеевич всегда отталкивал меня своей холодностью и отстранённостью. Помогал держать дистанцию. Возводил стену… Но там, в неуютной прихожей моей квартиры, барьер между нами ненадолго рухнул. Ведь тогда мы противостояли не друг другу, а общему врагу. Вместе, находясь по одну сторону баррикад… И тем больнее было возвращаться к прежним отношениям.

– Не спишь?.. – постучавшись, в комнату заглянула Наргиза.

Чем невольно выдернула меня из болота отчаяния.

– Нет, – я села на кровати, наскоро вытерев щёки. – Просто устала. Тяжёлый день был.

– Не у тебя одной, – последовал короткий смешок.

И я вопросительно покосилась на гостью.

– Хозяин ужин пропустил, – великодушно пояснила она. – Это редкость. Обычно он следит за своим питанием… Один Дима спустился, наскоро поел – и умотал к себе.

А вот это радовало. Хотя тот факт, что я потратила несколько часов своей драгоценной жизни впустую, как-то не вдохновлял…

– А что у вас случилось-то? – приблизившись, добродушно поинтересовалась горничная.

– Ничего.

– Да ладно тебе скрываться! Я же вижу, ты ревела. Натворила чего?

– Не я.

– Дима?

– Мой отец.

– О… – удивлённо протянула Наргиза. Затем без приглашения плюхнулась рядом и приказала: – Рассказывай.

А я неожиданно поняла, что не готова посвящать её во все аспекты своей горькой семейной жизни. Хватит того, что Игорь Алексеевич уже был в курсе моих проблем… Или, по крайней мере, о них догадывался.

– Это долго. И сложно, – вздохнула, не в силах отказать собеседнице напрямую.

Она же не виновата, что ей не с кем общаться. А от скуки и любопытство растёт… Было бы подло обвинять её в одиночестве.

– А ты вкратце! – хитро улыбнулась горничная. – Можно без вступлений и предисловий. Пойму я или нет – неважно. Главное, чтобы тебе стало легче…

Звучало очень заманчиво. Ведь выговориться мне действительно было нелишним…

– Мой отец напал на Игоря Алексеевича, – обронила, будто прыгнув в прорубь. – С кулаками.

И глаза Наргизы моментально округлились, превратившись в два натуральных блюдца. Признаться, я и не предполагала, что такое возможно! С её-то строением века…

– Ничего себе!.. – шокированно воскликнула она. Но быстро взяла себя в руки: – Ладно. Опустим причины, по которым так вышло, и где вы вообще умудрились пересечься… Скажи лучше – у него получилось?

– Нет. Игорь Алексеевич увернулся.

– И теперь грозит тебя уволить?..

– Не знаю. Нет, вроде. Наоборот. Он же защитил меня и увёл…

– Ого… – совсем растерялась горничная. – Не ожидала, если честно. Хозяин обычно такой высокомерный. Мне казалось, он и пальцем не пошевелит ради других…

Да. Раньше я тоже так думала.

– Ну а чего ты тогда нервничаешь? – вновь активизировалась Наргиза. – Боишься, что он передумает и всё-таки даст тебе расчёт?

– Нет. Мне просто неприятно, что совершенно посторонний человек вдруг оказался замешан в некрасивых семейных разборках. Моих разборках. Нехорошо это. Неправильно.

Естественно, я не сказала собеседнице всей правды. Не смогла… Но и откровенной лжи тоже не прозвучало. Ведь за произошедшее мне действительно было стыдно именно с этой точки зрения.

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулась горничная. – Не переживай. Игорь Алексеевич никогда не снизойдёт до нас. Это ниже его достоинства. Богатым плевать на всё, что происходит за пределами их мира… Просто запомни, что мы не его круга, а он – не нашего. И всё встанет на свои места.

Здесь Наргиза попала в яблочко. Она облекла в слова мои самые большие страхи. Подтвердила, что между уборщицей, пусть даже выросшей до няни, и директором огромной корпорации нет и не может быть ничего общего. Что нам не по пути. И надеяться мне не на что… Однако больнее почему-то не стало. Как и легче. В сердце словно образовалась зудящая пустота, которая не доставляла особого дискомфорта, зато помогала трезво взглянуть на окружающий мир.

То, что надо!

– Спасибо, – выпрямившись, я благодарно посмотрела на гостью.

– Не за что, – улыбнулась горничная. – Вовремя я зашла. Как чувствовала! Хотя изначально хотела попросить тебя об одолжении…

Логично. Вряд ли Наргиза заглянула напомнить мне об ужине. В прошлый раз она и не заметила, что меня не было.

– Конечно! – встрепенулась, радостно ухватившись за возможность отвлечься. – Я с удовольствием подсоблю! А в чём дело?

– Понимаешь… – замялась женщина. – Официально у меня нет выходных. И график не нормирован… Но хозяин разрешает отлучаться куда угодно и когда угодно. Точнее, не обращает внимания на моё отсутствие – лишь бы в доме было чисто, а еда стояла на столе. И в это воскресенье мне очень надо уйти. У Тахирчика день рождения. Пять ему. Юбилей… Не хочу пропустить.

И у меня с души словно камень свалился.

Пять лет! Значит, дела у них обстояли ещё совсем неплохо… Впрочем, в подобных вещах многое зависит от лечения, на которое всегда нужны деньги. Наргизе очень повезло, что она нашла выход.

– Понимаю, – кивнула. – Иди. Я всё приготовлю. Придумаю что-нибудь. И постираю при необходимости, – добавила, вспомнив о Диме и моих методах пробуждения.

А один день без уборки квартира как-нибудь простоит. Не развалится.

– Не-не-не! – горничная торопливо замахала руками. – Готовить ничего не придётся! Я всё сделаю заранее. И стирку оставь. Успеется. Ты, главное, на стол накрой. Дважды – в обед и ужин. Завтракают все по отдельности. А потом посуду в машинку загрузи. Или руками помой, если не умеешь. Только сразу тогда – грязные тарелки хозяин не потерпит. Ладно?

– А Игорь Алексеевич ничего не скажет?

– Нет. Он редко спускается. Да и пофиг ему, я же говорю.

Ну да. Точно…

– Договорились! – отбросила грустные мысли.

Уж лучше заняться каким-нибудь делом, чем упиваться собственной беспомощностью и скорбеть о разбитых надеждах. Всё равно жизнь, а с ней и моя сомнительная карьера, на этом не закончилась…

– Спасибо! – аж расцвела Наргиза. – Огромное спасибо!..

После чего пылко расцеловала меня в обе щёки и ракетой вылетела из комнаты. А я посмотрела на часы и обречённо направилась к подопечному, молясь, чтобы он не придал значения моему опухшему от слёз лицу и воспалённым глазам… Потому что издевательств на эту тему мне было точно не выдержать. Только не сегодня.

Письмо

Я идиот. И не спорь! Я действительно идиот. Притом фирменный… Потому что никто другой так бы не поступил. Я же видел – Дарина что-то скрывает! И захотел вывести её на чистую воду. Заставить признаться. Вызвать на откровенность… Довериться мне, в конце концов! Я ведь думал, она потеряла пальто. Или порвала. И решил проверить свои догадки. Планировал дать ей денег. Ждал, что она попросит аванс. Даже домой к ней пошёл, чтобы у неё появилась возможность обратиться ко мне лично, без свидетелей – и скрыть постыдную ложь… А оно вон как вышло.

Ужасно. Позорно. Мерзко… Аж вспоминать противно.

И ладно её родители – семью, как известно, не выбирают. Достаточно мою вспомнить. Но я! Я! Как я мог так поступить?! Мне до сих пор стыдно. Нет, надо было всё-таки сразу уйти. Увести Дарину. И ни в коем случае не нажимать на этот чёртов звонок! Девчонка же явно не хотела домой. Тряслась, как осиновый лист… А я решил в мужика сыграть. Настоять. Развязки дождаться. Раз уж пришёл… Дурак старый! Но кто знал, что её отец станет кулаками размахивать?! Вот у меня рефлексы и сработали. Да что там – я чуть не сорвался. И Дарину испугал. Неспроста же она отца защищать бросилась. Наверняка дуболомом меня посчитала. Безмозглым. Так смотрела… О! Этот взгляд я никогда не забуду. Собственно, он-то меня и осадил. Вернул на землю. Заставил устыдиться…

Смешно. Взрослый мужик – а пал от одного взгляда. Нет. У неё точно ведьмы в роду были! Такие же зеленоглазые… Поди, их духи и нашептали, что мне срочно нужно исправиться! Сейчас же! Немедленно! Только как это было сделать? Обнять? Странно это. С чего? Мы же чужие люди. Вот если бы она расплакалась… Кстати, мне казалось, что к этому всё и идёт. В лифте Дарина выглядела такой потерянной… А она сдержалась. Сильная девушка.

Пожалуй, здесь вы с ней похожи. Ты, при всей своей внешней хрупкости, тоже всегда отличалась огромной силой духа… Да. Есть у вас что-то общее. Много общего… Но я заболтался. И пишу, наверное, непонятно. Прости. Меня просто раздирают эмоции. И я не понимаю, в чём дело. Не хочу понимать. Не смею. Не могу… Не сегодня.

Да. Сначала надо успокоиться. А завтра всё хорошенько обдумать. На свежую голову.