Текст книги "Джунгли. В природе есть только один закон – выживание"

«Назови мне хотя бы одну вескую причину, – сказал он, на этот раз громко, уставившись прямо на меня, – у меня нет времени, а чтобы дойти до входа в каньон, потребуется три-четыре дня. Я не успею в Ла-Пас. Зачем мне портить отношения с дядей? К тому же я сразу сказал, что у меня всего лишь месяц. И месяц как раз закончится через четыре дня».

Он остановился и пристально смотрел на меня.

«Вот что, Йоси. Я решил. Я возвращаюсь. Дальше я не пойду. Если хотите, отправимся домой вместе. Нет – идите дальше без меня, я в любом случае возвращаюсь».

Не услышав от меня никаких возражений, он продолжил:

«Послушай, что вы хотели получить от этого похода? Погулять по джунглям? Отлично, мы сделали это: пешком прошли от Асриамаса до Рио-Кокуса и обратно. Вы хотели сплавиться по реке? И это мы тоже выполнили. Зачем нам идти дальше? Все равно дальше ничего нового мы не увидим. Если мы вернемся, мы сможем отдохнуть несколько дней, разобьем лагерь на берегу, поохотимся и порыбачим. Маркус восстановит силы и подлечит ноги. Мы вкусно поедим и помоемся. Вот это будет классно. Настоящий кайф, а не безумный сплав по реке, где на кону наши жизни».

Честно говоря, он меня убедил.

«Я согласен с тобой, Карл».

Мы вернулись назад, даже не исследовав местность.

«Уверен, что Маркус захочет вернуться с нами, – продолжил Карл, – не знаю насчет Кевина. Он упрямый, но у него не будет выбора. В одиночку он не сможет сплавиться».

Когда мы вернулись к плоту, Маркус сидел, выставив свои покрасневшие ноги на солнце.

Карл повторил свои доводы, а затем спросил: «Что скажете? Йоси со мной согласен. Маркус?»

«Я тоже», – ответил Маркус.

«Кевин?»

«Ладно, давайте вернемся», – мягко ответил он.

Карл достал карту.

«Мы здесь, на месте слияния рек Ипурама и Туичи. Возможности вернуться в Асриамас практически нет – это порядка недели пути. Самым логичным было бы плыть вверх по течению Ипурамы, там у ее истока есть деревенька, названная в честь реки. И если мы будем идти прямо вдоль реки, мы выйдем точно к деревне. Там мы сможем основательно разбить лагерь и остаться на три-четыре дня. Мы съедим провиант, который тяжело нести, например бананы и юкку. Кроме того, я уверен, что там мы найдем дичь. А когда Маркус сможет ходить, мы пешком отправимся в Ипураму и будем там через два дня. Оттуда можно добраться до Аполо. Мы отдохнем в деревне и арендуем ослов. Доберемся до Аполо, а оттуда без проблем сядем на самолет до Ла-Паса. То есть там мы уже будем раньше, чем через неделю».

«Ты уверен, что до Ипурамы так легко добраться? Раньше кто-то ходил этим путем?» – спросил Кевин.

«Наверное, местные жители ходят туда на рыбалку. Я не знаю точно, но даже если там не ступала нога человека, добраться до деревни совершенно не сложно. Река выведет нас…»

«Взгляни получше на карту, – перебил его Кевин, – река разветвляется на три притока, которые ведут в трех разных направлениях. Как понять, какой именно приведет нас к деревне?»

«Когда мы окажемся так близко, – ответил Карл, – мы точно найдем нужную дорогу. Смотри, все три притока пересекаются на пути, ведущему к Аполо. Тропинка эта довольно широкая, ее сложно пропустить. Отсюда всего пару дней пути до Аполо».

Кевин внимательно изучил карту и больше не возражал. Мы начали ставить лагерь. На этот раз Карл подошел к вопросу со всей скрупулезностью: он долго искал сухую равнину, которая располагалась бы чуть выше уровня воды, а затем расчистил ее от камней, сорняков и корней.

Затем он взял меня с собой на поиски прочных и прямых стеблей бамбука и веток. Он хотел отвязать панчо от бревен и использовать их, чтобы стянуть шесты для палатки, но Кевин не позволил ему этого сделать.

«Ты же не собираешься сплавляться в одиночку, Кевин?» – насторожившись, спросил Карл.

«Разумеется, нет, – ответил Кевин, – просто жалко портить плот. Мое сердце не выдержит такого издевательства».

Карл рассмеялся: «Ладно, найдем каких-нибудь лиан в джунглях».

Когда мы поставили палатку, мы убрали рюкзак с едой в сухое место, развели огонь и подвесили котелок.

Мы замечательно обустроились и наконец могли расслабиться и по-человечески отдохнуть.

Я решил снова отправиться на рыбалку. Я нашел дерево, растущее прямо на месте слияния двух рек, и устроился в его сени, пытаясь поймать наживку. Рыбешки аккуратно пощипывали крючок, но не заглатывали его полностью.

Я решил снять ботинки и проветрить ноги. Когда я разулся и стянул носки, я заметил, что ступни и лодыжки покрылись красными точками. Они были похожи на ту сыпь, которой страдал Маркус, и я понял, что инфекцию нужно остановить, пока она не распространилась дальше. Москиты кружили вокруг моих голых ног. Я надел носки и принялся рыбачить. Вскоре ко мне подошел Кевин.

«Ты куда пропал? Я тебя искал, – сказал он, – у меня идея: давай пойдем вдвоем».

Я не мог поверить в то, что он говорит серьезно.

«Уверен, мы справимся, – продолжил он, – за нас все сделает течение. Послушай, я не дурак и не собираюсь умирать. Подумай, Йоси. Зачем мы отправились в этот поход? Карл обещал отвести нас в деревню индейцев. Это должно было стать кульминацией нашего путешествия, но мы так туда и не попали. Помнишь, он болтал о диких животных? Об аллигаторах в заливах? О золотоносных шахтах и о деревне Сан-Хосе, в которой он жил? Чего он только нам не рассказывал. А в итоге мы всего лишь сплавились по реке. А теперь он и вовсе решил вернуться домой.

А сколько времени мы провели на реке? Даже меньше двух дней! Разве за этим я отправился в поход? Чтобы вернуться домой ко Дню благодарения? Я думал, это будет нечто необычное, такое, что случается раз в жизни. А что в итоге? Все было зря».

Я колебался. Я уже принял решение вернуться, но Кевин снова разжег во мне дух авантюризма.

«Мы справимся, – сказал Кевин, – мы сделаем это вдвоем».

Как Карл и обещал, наш отдых в месте слияния рек был лучшей частью нашего путешествия. Как ни странно, погода была чудесной и солнечной. Хотя был конец ноября, а в декабре, как правило, начинался сезон дождей.

«Это, кстати, еще одна причина вернуться, – не унимался Карл, – только представьте, каково это – попасть в шторм. Это не только неприятно, но и опасно. Реки выходят из берегов, а течение становится еще сильнее. Я приятно удивлен, что нам так везет с погодой».

На второй день нашего отдыха мы с Карлом взяли ружье и мачете и отправились на охоту.

«Давай пройдем чуть вверх по течению Ипурамы, – предложил Карл. – Мне кажется, там неплохое местечко, заодно разведаем тропинку, по которой двинемся в путь».

Мы прошли около часа, пробираясь сквозь джунгли. Мы не увидели ни следов мачете, ни сломанных веток, что лишь еще раз доказывало то, что мы единственные люди, побывавшие в этом месте.

Внезапно мы услышали громкий рев. «Ягуар! Ягуар!» – закричал Карл.

Я осмотрелся, до смерти испугавшись. Я никого не видел, но рев становился громче, а затем до нас донесся целый хор не менее свирепых рыков.

«Нет, это не ягуар, – передумал Карл, – это большой ревун, манеше. Его рев очень напоминает рев ягуара. Вон, взгляни на дерево».

Я поднял глаза. Семейство огромных коричневых обезьян с любопытством смотрело на нас, словно взывая к нам.

«Они не такие вкусные, как маримоно, черные обезьяны, но вполне сойдут на ужин, – сказал Карл, – давай пристрелим одну».

Он прицелился, выстрелил, но промахнулся. С моей позиции попасть было намного проще – я отчетливо видел обезьяну.

«Дай-ка ружье», – сказал я.

Я взял у него обрез, прицелился и выстрелил. Обезьяна упала, беспомощно пытаясь ухватиться за ветки. Наконец она повисла на одном из нижних сучьев, не долетев до земли. Карл выхватил у меня ружье и побежал к добыче.

«Она здоровая, как горилла», – закричал он, добивая обезьяну выстрелом в упор. Зверь рухнул на землю. Карл выпотрошил ее прямо на месте, чтобы нести тушку было легче. Вместе мы дотащили ее до лагеря.

Кевин пребывал в отличном настроении. Он успел сделать уже с дюжину снимков, а потом сфотографировал и нас с добычей – мы позировали, взяв ружья в руки.

Маркус пытался не обращать внимания на обезьяну, даже когда мы положили добычу в костер и запах горящей плоти был очень неприятным и распространился по всему лагерю. Маркус все утро рыбачил и старался полностью сосредоточиться на этом деле.

«Йоси, сюда, быстрее!» – оживившись, закричал он.

Леска дрожала – он зацепил большую, мощную и быструю рыбу. Я перехватил леску, но она была слишком короткой, и ослабить ее не получалось. Я аккуратно попытался зафиксировать ее. Началась борьба: я подтягивал леску к себе, а рыба – к себе. Я знал, что на крючке у меня нечто очень сильное, способное порвать даже такую толстую леску. Я смотал леску, но почувствовал невероятно энергичный рывок на другом конце. Леска натянулась и пронзительно зажужжала. Я крепко схватил ее. Жертва немного уступила, и я смотал еще несколько метров лески. Затем рыба попробовала новую уловку: она быстро подплыла ко мне, ослабив леску, а затем резко выпрыгнула, высоко поднявшись над водой. Она была около метра в длину, очень красивая, покрытая золотыми чешуйками. Мы ахнули от восторга.

«Дорадо! – закричал Карл. – Это дорадо! Лучшая рыба в этой реке!»

«Это моя рыба. Я поймал ее. Йоси, дай мне леску. Живо дай мне леску», – заныл Маркус.

«Это не твоя рыба, – яростно заорал я, – это наша общая еда. Так что не мешай мне».

Карл попытался успокоить Маркуса. Кевин фотографировал все, что я делал.

Через пятнадцать минут рыба выбилась из сил. Я подтянул леску, вытащив добычу практически на берег. Когда до берега оставалось около двух метров, Карл прыгнул в воду, схватил рыбу и швырнул ее на песок. Она была огромной и отливала золотом на солнце.

«Отличная работа, Йоси», – Карл наклонился ко мне и похлопал меня по спине. Он, как обычно, позаботился о нас. Он хотел, чтобы нам понравился ужин, поэтому он приготовил салат из огурцов, приправленный чесноком и лимоном. Он срезал рыбий жир и растопил его на сковороде, чтобы зажарить кусочки бананов.

Когда ужин был готов, мы взяли по миске, поставили ее на колени и принялись за еду. Рыба была просто великолепной: мясо было мягким, белым и без костей. Маркус сидел поодаль от нас. Он был явно расстроен. Я подошел к нему и присел рядом.

«Извини, что вел себя как ребенок, – сказал он, – но я никогда раньше не ловил рыбу, поэтому хотел сделать все сам. Я знаю, это было глупо. Извини».

«Забудь, Маркус, – ответил я, – я тоже прошу у тебя прощения. Я не хотел задеть тебя. Я не выделывался. Я просто знал, как нам нужна еда. Я к тому, что каждый из нас с бо́льшим удовольствием съел бы рыбу, нежели обезьяну».

«Ты прав, Йоси. Я рад, что мы поговорили. Я не знаю, что делать. Кевин со мной такой недоброжелательный».

«У него просто плохое настроение, потому что мы не будем сплавляться вниз по реке. Ему сложно принять то, что мы возвращаемся домой».

«Откровенно говоря, – сказал Маркус, – я бы тоже продолжил наше путешествие, даже если это опасно. По крайней мере нам не придется ходить пешком. Я ведь не знаю, смогу ли я долго идти».

«Не волнуйся. Карл сказал, что поход займет не больше двух дней, а потом мы возьмем ослов».

«Может быть, но ведь Карл говорил, что до деревни индейцев всего пять дней пути, и ошибся».

Позже мы с Карлом вдвоем остались у костра.

«Ну, что я тебе говорил? – довольно сказал Карл. – Отдых, рыбалка, охота и разговоры под луной. Я считаю, что лучше этого ничего нет». Он замолчал. «Разве не странно, что мы все в конце концов оказались в одном месте? Вы трое такие разные: силач Кевин, авантюрист Йоси и Маркус, типичный турист, который любит поучать других».

Весь следующий день Кевин расспрашивал у Карла о «недобром пути» и каньоне. Карл с удовольствием отвечал на его вопросы, чтобы еще раз доказать, насколько логичным и разумным было его решение вернуться назад. Он отметил примерное местонахождение каньона и опасного ущелья на карте.

Маркус заподозрил, что Кевин задает столько вопросов не из праздного любопытства. Он спросил меня об этом лично, и я ответил, что даже если мы и планируем сплавляться дальше, ему следует хорошенько подумать, стоит ли идти с нами.

«Если вы пойдете вдвоем, это может быть очень опасно, – сказал он, – три пары рук лучше, чем две».

«Не знаю, Маркус, – сказал я, – я не знаю, что задумал Кевин».

Позже, когда я рассказал Кевину, что Маркус хочет пойти с нами, тот яростно запротестовал.

«Нет, нет и нет. Он все испортит. Мы не будем ходить вокруг да около, а прямо скажем ему, что не хотим, чтобы он плыл с нами».

«Мы не можем так поступить. Его очень легко обидеть. Нам нужно придумать другой способ».

Отговорить Маркуса оказалось очень легко. Он не терял надежды поймать рыбу и сидел на берегу Ипурамы, пытаясь добыть наживку. Я подошел к нему.

«Ты был прав, Маркус, – сказал я ему, – Кевин и впрямь хочет плыть дальше. Он очень расстроится, если путешествие закончится и мы вернемся в Ла-Пас. Он только что мне рассказал об этом».

«Он что, собирается сделать это в одиночку?» – изумился Маркус.

«Да, – ответил я, – эта идея кажется мне безумной, поскольку он может погибнуть, но он уперся, и ничто уже не переубедит его. Переплыть каньон в одиночку у него нет ни единого шанса. Поэтому один из нас должен пойти с ним и помочь ему».

«Только один? – спросил Маркус. – Но почему не оба?»

«Ну, я бы лучше вернулся с Карлом. Я уже устал бродить по джунглям и сплавляться по реке. Я готов вернуться, но если, конечно, другого выбора нет, я пойду с Кевином. Вдвоем переплыть каньон вполне реально, и я не допущу, чтобы он покончил жизнь самоубийством. Но на самом деле лучше бы ты пошел с ним. У тебя болят ноги, и плыть тебе будет проще, чем идти пешком. Может, ты поплывешь с Кевином, а я пойду с Карлом?»

«Ни за что, – запротестовал Маркус, – я один никуда не поплыву с Кевином. Ты же видел, как он ко мне относится. Извини, Йоси, но нет. Я пойду с Карлом».

«В таком случае полагаю, что мне придется идти с Кевином». План сработал.

Я побежал к Кевину и с гордостью сообщил ему, что мне удалось обхитрить Маркуса. Кевин выглядел задумчивым.

«Итак, – сказал он, – теперь мы можем открыть все карты».

Мы пошли к Карлу и рассказали о наших планах.

Карл был очень честен с нами: он не злился и не пытался переубедить нас, но он беспокоился и предупредил нас об опасностях, с которыми мы можем столкнуться.

Кевин попросил его прямо ответить на вопрос, возможно ли переплыть каньон или нет.

«Я уже говорил вам о каньоне. По обеим сторонам реки возвышаются отвесные скалы. Когда вы войдете в каньон, вы не сможете остановиться, и течение отнесет вас к опасному ущелью».

«А что там опасного? Через него можно проплыть?» – спросил я.

Карл только рассмеялся.

«Без шансов. Даже четыре опытных рафтера не стали бы и пытаться сделать это. А уж что говорить о вас. Это просто самоубийство. Не зря это ущелье зовется «недобрым путем» Сан-Педро. Знаете, кто такой Сан-Педро? Это парень, который стоит у ворот рая. Поэтому ущелье так и назвали. Того, кто встал на «недобрый путь», ждет личная встреча с Сан-Педро».

«Но откуда ты так много знаешь об этом?» – с любопытством поинтересовался я.

«Я проходил над ним по горам и все видел. Три-четыре года назад там была тропа, поэтому идти было очень легко. Тогда этой тропе был год, и мне удалось там пройти. Сейчас тропа заросла, и я сомневаюсь, что теперь кто-то сможет ее найти».

«А ты мог бы хотя бы приблизительно рассказать нам, где искать эту тропу и насколько далеко можно заплыть на плоту?» – спросил Кевин.

Изначально мы хотели доплыть до входа в каньон, разобрать плот, а затем собрать его уже на другой стороне ущелья.

«Вдвоем вы не сможете сделать это. Единственный вариант – оставить плот, не доходя до каньона. И если вы минуете ущелье, то попадаете в Куриплайю. В это время года там никого нет. В конце сухого сезона шахтеры возвращаются домой на плотах. Однако каждый год перед отъездом они рубят бальзовые деревья и оставляют их сушиться до следующего сезона. Когда вы доберетесь до Куриплайи, вам просто нужно будет отыскать панчо и смастерить небольшой плот из сухих бревен. Там река спокойная, и у вас не должно возникнуть никаких проблем. Когда построите там плот, не забудьте нарубить бальзовых деревьев взамен тех, что вы взяли. Это несложно, но справедливо по отношению к жителям деревни. Если захотите, сможете отмыть там золото. Посмотрите вокруг и найдете кирки и специальные лотки. Шахтеры все там оставляют. Кстати, там есть еще банановая роща и отличный клев».

Кевин терпеливо слушал его.

«Карл, не отходи от темы. Как мы узнаем, где именно нужно остановиться до входа в каньон? И где искать тропинку?»

«Расслабься, Кевин, – рассмеялся Карл. – Йоси, следи, чтобы он не превышал скорость на реке».

Он отметил на нарисованной им карте наше местоположение и провел линию, обозначив таким образом Туичи.

«Это река. Отсюда идти пешком достаточно трудно, но если вы хотите рискнуть и поплыть, вы сэкономите два дня пути. Вход в каньон упустить невозможно. Прямо посередине реки вы увидите большой остров, усеянный высокими деревьями. Слева будет небольшая отмель. Там вам и нужно остановиться. Помните об этом. Как только увидите остров, начинайте грести к берегу. Если будут проблемы, ныряйте в воду и добирайтесь вплавь. Но ни при каких обстоятельствах не входите в ущелье».

«Хорошо, Карл, не волнуйся, мы не пойдем туда, – с раздражением сказал Кевин. – Значит, мы плывем до большого острова. И там слева будет отмель. И там мы найдем тропинку?»

«Абсолютно верно».

«И как долго займет у нас переход через каньон?»

«Все зависит от того, в каком состоянии сейчас тропинка. Если с ней все в порядке, то пару дней, а если она полностью заросла, то дольше».

Кевин задумался на мгновение, а затем повернулся ко мне и спросил: «Ну как тебе план, Йоси?»

«Даже моя бабуля справилась бы с этим».

Карл и Кевин начали делить снаряжение.

«Вам точно понадобится мачете, – сказал Карл, – иначе вы не сможете построить плот. Возможно, нам тяжело будет пробираться без него сквозь джунгли, но мы справимся и с обычным ножом. А вот что касается ружья…»

«Оно нам не понадобится, – перебил его Кевин, – но мы возьмем леску и крючки. А ты забирай ружье и патроны. У нас все равно не будет времени охотиться, к тому же патроны могут намокнуть в воде».

«Ладно, – согласился Карл, – раз мы берем ружье, вы можете забрать бо́льшую часть провианта. Уверен, что мы с Маркусом найдем много дичи. Забирайте листы пластика, они защитят снаряжение от воды. Все равно без мачете лагерь мы разбить не сможем, вместо этого мы поставим походную палатку», – заключил Карл.

Так Карл и Кевин обсудили каждый из предметов снаряжения. За все это время мы даже не притронулись к мясу обезьяны, и Карл отдал нам тушку целиком, кроме пары небольших кусков. Самой большой проблемой стала зажигалка, поскольку она была у нас в единственном экземпляре. Мы с Кевином забрали ее себе, оставив взамен Карлу и Маркусу двадцать спичек и бумагу для розжига. Кевин отдал Маркусу вещи, которые решил не брать с собой: дорогую пленку с фотографиями, сделанными по пути, кое-какие приспособления для фотоаппарата и штатив.

«С тобой им будет надежнее», – сказал он Маркусу.

Вечером Кевин пошел к реке на разведку. Он залез в воду, проплыл вниз по течению и вернулся через джунгли.

«Там все не так уж хорошо, – сказал он мне, – уже в четырехстах метрах отсюда начинается опасное ущелье. Надеюсь, мы без проблем пройдем мимо него».

«Расслабься, – сказал я, – если уж мы решились на эту авантюру, так пусть это станет настоящим приключением».

«Не будь глупцом, – рассердился Кевин, – я не собираюсь рисковать без надобности. Я знаю, насколько опасной может быть река. Пока мы будем на плоту, ты должен слушаться меня и делать все, что я говорю».

«Одного диктатора поменял на другого», – думал я, хотя и понимал, что он прав. Я вел себя глупо, чтобы скрыть свой страх.

Карл, как обычно, встал первым и разбудил нас всех. Он хотел выдвинуться в путь как можно раньше.

В воздухе витало напряжение. Маркус суетился, собирая рюкзак. Карл шутил, пытаясь подбодрить нас, правда, без особого успеха. Наконец Карл и Маркус были готовы. Они накинули на спину рюкзаки, Карл взял ружье и вместо мачете, который остался у нас, закрепил нож на поясе.

«Что ж, нам пора, – сказал он, – предлагаю пойти вдоль противоположного берега, поскольку мы с Йоси уже поднимались по течению и никакой тропинки там не обнаружили. Возможно, с другой стороны будет какая-нибудь дорожка. Будьте так любезны, перевезите нас на другой берег, чтобы Маркус не мочил ноги».

«Это моя единственная надежда, – сказал Маркус, – пока ноги сухие, я могу идти. Но если я снова промочу их, кожа начнет шелушиться и отваливаться».

Когда мы доставили Карла и Маркуса на другой берег Ипурамы, мы пожали друг другу руки.

«Надеюсь, к завтрашнему утру вы не станете кормом для рыб, – пошутил Карл, а затем в последний раз предупредил нас: – Держитесь вместе, что бы ни случилось, даже если один из вас будет ранен и не сможет идти. Никогда не оставляйте товарища, чтобы сходить за помощью. Если с кем-то из вас что-то случится, делайте все, чтобы добраться до берега, и ждите там. Одному из вас придется заботиться о другом и ходить на охоту до тех пор, пока не подоспеет помощь. Пока вы на берегу, всегда есть шанс, что придет подмога». Карл заверил нас, что если мы не вернемся в Рурренабак к пятнадцатому декабря, он сообщит об этом властям и убедится, что они отправились на поиски.

«Мы расстаемся хорошими друзьями, – сказал Маркус, прощаясь со мной, – я буду ждать тебя в Ла-Пасе. Помнишь тот чайный домик, в котором мы сидели и болтали? Когда ты вернешься, я свожу тебя туда. И мы снова будем сидеть там и болтать, как хорошие друзья, как в старые добрые времена».

«Хорошо, Маркус, – ответил я, – мы выберемся из джунглей, а когда вернемся, будем дружить как раньше».

«Я буду молиться за вас. Обещаю, что если вы не вернетесь к назначенному сроку, я пойду в посольство Израиля. Я сделаю все, чтобы они отправились вас искать».

«Спасибо, – сказал я, – напомни им, что я оставил в посольстве записку с описанием нашего маршрута».

«Да не беспокойся ты так, – уверил его Кевин, – мы собираемся сделать тебе сюрприз и вернемся в Ла-Пас раньше тебя».

Карл рассмеялся. «В тебе столько дури, Кевин», – сказал он.

Мы снова пожали друг другу руки, и Маркус сказал: «Увидимся в Ла-Пасе. Храни вас господь. Я буду молиться за вас. Прощайте».

Они развернулись и пошли прочь. Карл уверенно шел впереди. Маркус плелся за ним следом. Он в последний раз обернулся и посмотрел на нас, перед тем как они окончательно исчезли из виду.