Читать книгу "В пепел"

Глава десятая

После ухода мальчишки Лаис подошла к раненому, убедилась, что изменений нет ни к лучшему, ни к худшему, и действительно метнулась убраться на лестнице черного хода. Да и перед ним тоже – там, где теряющий сознание Ретен пытался найти ключ и открыть дверь. Крови и правда везде натекло достаточно, чтобы привлечь абсолютно ненужное сейчас внимание. Потом тщательно вымыла руки, набрала в чашку воды и подсела к рессу с ложечкой, пытаясь влить в него хоть немного сквозь сомкнутые губы.

Вместо того чтобы пить, тот заметался, не приходя в сознание, и она едва успела подхватить сброшенное вниз одеяло. И снова застыла.

Если не считать бинтов, на теле мужчины ничего не было.

Почти не отдавая себе в этом отчет, Лаис медленно и внимательно прошлась взглядом по всей фигуре, отметив худощавое сложение, гладкую бледную кожу, развитые мускулы под ней, светлые волосы в паху… Пока не поймала себя на том, что фактически подглядывает. И быстро накинула одеяло обратно, тут же прижала уши ладонями. Нет, Дари, конечно, прав, мужиков она видела, в том числе и голых, но чтобы настолько привлекательных – еще не довелось.

Он ее именно что привлекал. Тянул к себе…

Но ведь Лаис всегда была равнодушна к таким вот красавчикам!

Вздохнув, она опять попыталась его напоить: у ресса явно начинался жар. Чтобы убедиться, она потрогала ему лоб, а потом, не отнимая пальцев, осторожно провела вдоль скулы и коснулась горячих, чуть приоткрытых губ. Тут же отдернув руку.

«Демоны! Да что ж такое с ней происходит? Не девочка же, в самом деле!»

Стараясь успокоиться, она набрала в миску холодной воды, оторвала еще одну полоску ткани и, намочив, положила ему на лоб. Ретен застонал, но метаться прекратил, угомонившись наконец. Так и застали ее вернувшийся Дари и приехавший с ним медик – весьма целомудренно меняющей больному холодные компрессы.

Мэтр Йени с ходу оценил натюрморт из почти полной кружки и ложечки возле нее, спросив вместо приветствия:

– Не пьет?

– Нет, не хочет, – откликнулась Лаис.

– Хочет – не хочет, – пробормотал медик, намывая руки, – кому это интересно? Сейчас все выпьет.

Он решительно подошел к кровати и ухватил раненого за челюсть. Нащупав там необходимые точки, нажал и попытался влить в открывшийся рот воду из кружки. Ретен от такого обращения закашлялся, внезапно пришел в себя и мертвой хваткой вцепился мэтру в запястья, не сводя с него помутневшего взгляда.

– Специалист, – не удержался от ехидства Пепел. – Сразу видно, знает, что делать с трупами и как их поднимать.

– Мальчик, – поморщился Йени, безуспешно пытаясь освободиться, – ты меня еще в дороге так достал, что я готов перевести тебя в эту категорию совсем бесплатно и максимально быстро. Лучше не рискуй, испытывая мое терпение, а уйми своего знакомого. Сломает мне руки – будет сам себя лечить!

– Ага, зато в трупы меня переводить станет не так удобно, – огрызнулся тот, но к постели подошел. И даже попытался помочь Лаис, уже вовсю сражавшейся за свободу мэтра.

– Ретен, нормально всё, слышишь? В порядке. Да успокойся же!

Ресс, наконец, сфокусировал взгляд, уставился ей прямо в лицо и сразу обмяк, откинувшись на подушки и выпустив медика.

Тот потер запястья, снова поморщился и вынес вердикт:

– Не умрет. По крайней мере, не сразу.

И сдернул одеяло с раненого.

– Так, посмотрим, что у нас тут…

Ретен глянул на себя, осознал, что видит, и попытался натянуть его обратно.

– Спокойно, молодой человек, – на этот раз мэтр оказался шустрее и сделать ему это не позволил. – Подозреваю, тут все всё уже разглядели, что хотели. Ничего нового мы им не откроем…

Лаис подхватилась и резво рванула в кухню, в который уже раз за сегодня заалев ушами. Вслед ей раздались смешки – в два голоса. И предостерегающее покашливание Ретена, отчего веселье тут же скисло.

«Точно не умрет, – почему-то обозлилась она. – Выживет, если хватает сил опять наводить свои порядки и строить окружающих. Никуда не денется».

И, ухватив бутылку с крепким пойлом, неизвестно сколько времени назад забытом в кухонном шкафчике, вернулась с таким видом, будто ходила исключительно за ним.

– Вот. Пусть выпьет вместо анестезии.

– Н-да, – согласился Йени, – не подумал. Мои обычные пациенты все-таки гораздо менее привередливы, анестезии не требуют. Как, впрочем, и дезинфекции. Что ж, приступим, раз так…

И обернулся к раненому.

– Опять силой вливать? Или для разнообразия сами употребите?

Ретен покорно потянулся к бутылке.

***

Мэтр провозился больше двух часов, штопая и обрабатывая многочисленные колотые и резаные дыры в шкуре своего пациента, серьёзные и не очень. А потом тщательно вымыл руки, с гордостью осмотрел свое рукоделие, снова по горло замотанное в бинты, и обернулся к Лаис.

– Два глубоких ранения, которые пришлось шить; почти десяток ран без швов, но с перевязкой; перелом пятого и шестого ребер с фиксацией… это не говоря про остальное по мелочи. Деточка, того, что ты мне передала, за такую работу мало.

– Сколько? – спокойно согласилась она.

– Еще столько же. И плюс полсотни за мою известную всем скромность в отношении… э-э… особых случаев.

Лаис кивнула, полезла в ридикюль и, отсчитав положенную сумму, протянула медику под насмешливое фырканье Дари:

– Чувствуется, мэтр нашел свою самую большую любовь в этой жизни.

– Не передергивай, мальчик, с кредитами у нас отношения чисто платонические. Но что нас просто неудержимо тянет друг к другу вынужден признать.

– А не могли бы вы помочь и с лекарствами тоже? – пресекла она очередной раунд бестолковщины.

– Ладно, – немного подумав, согласился тот, – устроим и это. Зайди завтра с утреца ко мне в морг, я приготовлю. И не забудь прихватить свою богатую сумочку, она тебе точно понадобится.

Но не успел Дари закрыть за ним дверь, как тут же вопросительно уставился на Лаис.

– Ты где это ископаемое нашла, а?

– Нашел его как раз ты. На Реесловой улице, не забыл?

– Сестричка, хорош придираться к словам. Это что, из твоих полицейских времен знакомый?

– Да, – не стала она спорить, – и до сих пор мне иногда помогает. С экспертизой и так, по мелочи.

– За кредиты, – хмыкнул тот.

– А ты способен представить его себе благотворителем? – пожала она плечами.

На этот раз заржал не только Пепел, но и Ретен, после чего они с мальчишкой, не сговариваясь, переключились уже на ресса:

– Рассказывай, веселый ты наш, – Дари с вопросом успел раньше нее. – где умудрился так ловко расстаться со своим здоровьем?

– Лучше поделитесь, – не остался тот в долгу, – где вас обоих носило? Я что, непонятно сказал: из квартиры не выходить?

– В казармах своих распоряжаться будешь, – огрызнулся Пепел. – Колись давай, кому на хвост наступил, что тебя заказать решили?

– Что? – оторопела Лаис.

– То! – передразнили ее в ответ. – Я это просек, еще когда ножики летали.

– Кстати, – откликнулся Ретен, – спасибо, что ты меня с пути этого ножика подвинул.

– На здоровье. Только, смотрю, ненадолго тебе его хватило. Рассказывай, говорю.

– Ты заметил, кто бросил? – начал ресс.

– Заметил, – кивнул Пепел. – И даже почти узнал. А когда на саму железяку глянул, узнал совсем. И вспомнил, что в одиночку тот умелец не ходит.

– Трое, – подтвердили ему.

– Ну так это тебе, считай, повезло, – кивнул мальчишка. – Либо за лоха приняли, либо заплатили за тебя не слишком много.

– Понимаю.

– А я вот не понимаю. – Дари продолжал смотреть странно. – Вас там в этой хваленой Шант Эли настолько хреново учат, что ты не сумел с ними справиться?

– Сумел бы, – чуть прикрыл глаза Ретен, – если бы не измененный.

– Тва-а-аю ж! – вырвалось у того. – Надо бы сказать маме Луре, что у нее там здорово течет. Не только людям Косого нас сдали, так еще и этой твари…

– Стоп! – вмешалась Лаис. – Это не от нее утекло – тогда бы перехватить нас просто не успели. Вести должны были еще от дома, иначе по времени не выходит.

Ресс кивнул, озадачившись:

– Но как? За тем экипажем, что я возле кофейни взял, точно никто не ехал. А бегом через полгорода… нет, не верю.

– Подожди, – застыла она, прислушиваясь к чему-то внутри себя, и повторила уже тише: – Подожди. Что-то тут мелькнуло…

– Ищейка взяла след, – хихикнул было Пепел, но заткнулся под пристальным взглядом раненого.

– Не мешай ей.

Пару секунд царило молчание, а потом Лаис отмерла:

– Кучер! Ретен, ты где экипаж нанимал? Прямо на стоянке возле кафе?

– Да.

– Подозреваю, что нас вез знакомый твоей… э-э… знакомой. Той рыженькой подавальщицы, с которой ты был столь любезен.

– Демоны! – Пепел вытаращил глаза и, не удержавшись, снова заржал. – Ну кто бы сомневался, а? Что наш доблестный ресс сложит свою прекрасную, но тупую башку из-за юбки. Он навел?

– Или не просто навел, – поправила его Лаис, – возможно, что и заказал.

– Вот будешь теперь знать, как возницами брезговать! – успокаиваться Дари явно не желал, несмотря на грозные взгляды с двух сторон. – А то поделили бы красотку на троих, – и с мясником тоже, – так все были бы довольны и счастливы…

Но вдруг спохватился:

– Погоди, а измененный здесь тогда каким боком?

– Пока не знаю. – Пожала она плечами и глянула на Ретена. – Поэтому рассказывай все. С самого начала.

И сопротивляться тот не рискнул.

Рассказывал, правда, долго, прерываясь то из-за слабости, то из-за хлопот с ним Лаиссы. Пепел, замучившийся таскать из кухни то сладкий чай, то теплый бульон, в конце концов пригрозил сам избавить раненого от мучений, если от него не отстанут и не выложат новости быстро и по порядку. В итоге ресс все-таки выложил, но картинка все равно получилась странная.

Выпрыгнув из экипажа, он сразу рванул в переулок, куда юркнула тень человека, кидавшего нож. Проскочил тот насквозь, перемахнул, не задерживаясь, через забор, за которым раздавались торопливые убегающие шаги, и тут же угодил в теплые объятья сразу трех головорезов. Первый из них, что и завел ресса в ловушку на чьем-то заброшенном заднем дворе, удирать внезапно передумал, развернулся и выхватил из кобуры револьвер.

– Не нравится нож? – Веселье на роже выглядело у него не слишком уместным. Как, собственно, и вся эта беседа. – Ну так не проблема, у нас для тебя еще кое-что припасено…

Дожидаться окончания идиотского монолога Ретен не стал: его давным-давно научили, что болтать в подобных обстоятельствах не просто вредно, а вредно смертельно. А теперь он планировал донести те знания и до кандидата в собственные убийцы. Впрочем, конкретно на этого кандидата он лично не поставил бы и медяка…

Когда мужик закончил трепаться и начал стрелять, ресс уже летел, пригнувшись, в сторону левого из троицы нападавших. Пропустив первую пулю над головой, вторую он поймал телом противника, а пока тот падал, перехватил его нож, вывернув свеженькому мертвецу руку. Ну и завершил свой рывок уже за углом дровяного сарая, где ни один выстрел достать его больше не мог.

Впрочем, поводом тормозить это не стало – с разгона зацепившись за низкий край крыши, он птицей взлетел на верх дощатой сараюхи и затаился уже там.

Ни одного шанса у напавших теперь не было – вот на это ресс поставил бы с гарантией: его учителя в академии не зря ели свой хлеб с маслом. Он сделал бы двух оставшихся убийц без лишнего шума, даже не доставая собственный револьвер, если бы…

Если бы не еще одна тень, беззвучно скользнувшая к нему на крышу с соседнего дерева. Измененный еще даже капюшон не скинул, а противники Ретена так ломанулись обратно через забор, что едва его не опрокинули.

Правильно. В том, что должно было сейчас начаться, им места не было…

***

– Как ты сумел от него уйти? – тихо спросил Пепел, когда раненый прервался, чтобы попить.

– Никак. Я его убил, – равнодушно выдал тот, отставив кружку.

– Убил?! В одиночку? – Дари поверил в услышанное далеко не сразу. – Демоны! Я хочу в эту твою Шант Эли, если там такому учат.

– Там учат и не такому, – почему-то вздохнул ресс.

– Сдается, – тоже на удивление спокойно произнесла Лаис, – тварь просто не поняла, на кого нарвалась.

– Да, – кивнул Ретен. – Похоже. Пришлось дать себя погонять, изображая неумеху, потому как шанс прикончить ее был только один. Если бы я ошибся, второго мне не дали бы ни за что.

– Измененный так увлекся, разрезая тебя на ленточки, потому что почуял старую кровь? – продолжила она уточнять детали.

– Даже не сомневаюсь, – согласился Ретен. – Полагаю, он вообще увлекся, когда увидел меня. Цель-то у него была совсем другая.

– Дари, – кивнула Лаис без малейшего сомнения. – Ждал он мальчишку.

– Вы чего? – вытаращился Пепел. – Два года сидел на той веточке и ждал, когда я надумаю сделать визит маме Луре?

– Ну, может, и не на веточке, но ждал определенно.

– Да ладно? – Глаза у него стали еще больше, хотя это казалось уже невозможным.

– Эрдари, – пристально посмотрела на него Лаис. – Я бы на твоем месте всерьез задумалась, что может оправдать такие усилия? Какие сведения в твоей лохматой башке могут быть настолько важными?

– Архив Варана, – подсказал ресс. – Ты, Дари, знаешь что-то о том, где он спрятан. Даже если сам этого пока не понимаешь.

– Да, – поддержала его она. – По-другому никак не складывается.

– Демоны, – вяло ругнулся мальчишка, – надо же, какой я, оказывается, ценный – аж сам не догадываюсь насколько.

– А еще я не понимаю, – задумчиво протянул Ретен, – почему меня не добили при возвращении? После развлечений той твари, я был в таком состоянии, что у твоих, Эрдари, знакомых, шанс на это появился неплохой. Но возникло ощущение, что ко мне вдруг просто потеряли интерес – даже не проводили.

– Зато я понимаю, – вздохнул Пепел. – Сдается, теперь пришла моя очередь каяться, чем я без вас занимался. И где. Но самое главное, сколько это вам будет стоить.

Глава одиннадцатая

За ночь раненому стало хуже, и Лаис прямо с утра побежала за лекарствами – в морг, к мэтру Йени, как и договаривались. Идти в аптеку она не рискнула все по той же причине, по которой предпочла хирургу патологоанатома. А на обратном пути собиралась заскочить еще и в банк – обналичить чек Ретена, что он выписал ей вчера после рассказа Дари о его деловом предложении Дасану. Ну, в смысле, выписал сразу после того, как обрел дар речи, оттаскал мальчишку за вихры и очень серьезно поблагодарил, по-мужски пожав руку.

Кстати, Пепел тогда предложил еще парочку весьма здравых идей.

– Пиши вчерашним днем, – посоветовал он, когда ресс начал заполнять чек, – чтобы ненужных вопросов не было. И пиши, что это вознаграждение за частное расследование, лишнее любопытство и сестричке сейчас ни к чему. И, пожалуй, контракт на это самое частное расследование вам не худо бы на всякий случай заключить, официально и с подписями – тоже пусть в банк с собой прихватит. Насколько я в курсе, тамошние стариканы не слишком любят расставаться с денежками, а вот бумаженции всякие, наоборот, весьма уважают.

– Какой ты, однако, специалист по банкам, – хмыкнул Ретен, – где только понахватался?

– Да так, – старательно изобразил тот равнодушие, – Отовсюду по чуть-чуть. Но если хорошо подумаешь, поймешь: фигню я себе в башку не собираю, все только по делу.

Ресс подумал и согласился – лишним оно всяко не станет. Так что теперь сумочку Лаис оттягивала, кроме купюр, еще и солидная пачка бумаг, из-за чего револьвер пришлось прятать под юбки. Это вызвало у Пепла взрыв безудержного веселья, пока Ретен не нашел способ его пресечь, незамысловато, но убедительно продемонстрировав кулак.

У здания управления полиции она оказалась аккурат к открытию. И – так совпало – к моменту, когда у бокового входа, ведущего в подвал морга, остановился тарантас труповозки. Пока оттуда выгружали закутанное в дерюгу тело, Лаис, пользуясь удачным совпадением, незаметно проскользнула вниз по короткой лестнице и, ни с кем не встретившись, оказалась в сырых, промозглых и пропитанных запахом формалина владениях мэтра Йени. Хозяин негостеприимного места, несмотря на ранний час, был уже там.

– Так и знал, что с утра заявишься, – отвлекся тот от подготовки стола для нового клиента – скорее всего, того самого, что сейчас выгружали перед входом. – Как твой вчерашний гость? Жар не спал?

– Нет, – откликнулась она. – Даже наоборот.

– Вон там пузырьки, – кивнул мэтр в сторону другого стола, письменного, где лежали в основном бумаги, – жаропонижающее тоже есть. Все подписано, и даже разборчиво, так что не перепутаешь. Взамен полсотни кредитов оставь. Там же.

Лаис без лишних вопросов еще раз проредила полученную вчера пачку купюр, положив несколько на место перекочевавших в сумочку пузырьков, и уже собиралась уходить, когда санитары с носилками перекрыли ей дорогу. Посторонившись, она приготовилась было пропустить их и выйти, но Йени неожиданно поманил ее к себе.

– Не хочешь взглянуть? Нашли сегодня ночью недалеко от почтовой станции. Многочисленные колотые и резаные по всему телу и револьверная пуля точно в сердце – изящным финальным штрихом. Не опознали пока красавчика.

– Почтовая станция? – сглотнула она.

– Вот и я подумал, что тебе может быть интересно, – хитро блеснул глазами медик, дождался, пока санитары перегрузят тело на подготовленный стол и уйдут, и тут же, словно фокусник в цирке, сдернул с тела дерюжку.

Лаис застыла: перед ней лежал труп ресса! Вне всякого сомнения. Так вот, значит, как выглядел измененный. И вот почему он старался не снимать капюшона: слишком приметная внешность. А еще внезапно подумалось, что вот такими же будут волосы Ретена, когда тот перестанет их закрашивать, – совсем-совсем белыми…

И вдруг резко выдохнула сквозь зубы, поймав себя на абсолютно сумасшедшей идее.

Абсолютно!!!

Но ведь может и сработать!

– Йени, – тихо сказала она, – помнишь внешность парня, что у меня лечил?

– Детка, я, конечно, не молод, – удивленно оторвался тот от изучения трупа, – но не до такой же степени, чтобы подозревать меня в старческом слабоумии?

– Так вот, – не приняла Лаис шутки, – его хотели убить. А этот… Этот уже мертв. Понимаешь?

– Да что ж тут непонятного? – соображал патологоанатом всегда быстро. – Рост у них, правда, разный, и морды тоже, но, если кое-что подправить, глядишь, и пройдет. Сколько ты готова пожертвовать бедному Йени за такое?

Открыв ридикюль, Лаис полностью вывернула на стол его содержимое, выбрала из получившейся кучи все до единой купюры, включая мелкие и мятые, и молча подвинула к нему.

– Впечатлен, – тот не глядя сгреб их в карман халата. – Что ж, считай, договорились. Вон там у меня в шкафу кое-какие притирания… Да, иногда и такое нужно для организации клиентам приличного внешнего вида. Порошок из ореха для волос тоже вроде есть. Пойди проверь тамошние запасы и будешь мне потом помогать: время дорого, а дел невпроворот.

Он тщательно закрыл входную дверь на замок, а сверху еще и щеколду набросил:

– Ну, чего стоишь? Шевелись! На тебе создание ему подходящей к случаю красоты, а я сейчас парню морду подправлю и сухожилия подрежу, чтобы хоть ноги подлинней выглядели и разница в росте не так в глаза бросалась.

– Йени, – начала было Лаис в нервах, – я никогда раньше… Не знаю… Демоны! Ну не доставляет мне удовольствия на такое смотреть!

– Деточка, – откликнулся тот не глядя, потому как уже примеривался специальным молотком к трупу, – я весьма немолодой и весьма неромантичный человек, чего и тебе желаю. В смысле, дожить когда-нибудь до моих лет и поскорее выкинуть подобную дурь из головы. Поверь, чем быстрее ты сделаешь второе, тем больше шансов на первое. А удовольствия оставь на потом. Живым. Тем, которые у меня здесь – уже все равно.

Лаис сглотнула.

– Ну так что, помогать-то будешь? – медик все-таки поднял на нее глаза. – Или отправишься за дверь и хотя бы мешать перестанешь?

– Буду, – справиться с нервами ей все же удалось. – Раны еще на всякий случай добавь – тут и тут. Нет, не с той стороны! Да, вот так. И нужно ему все ногти покороче подрезать, кроме одного, на мизинце. Очень кстати, что сам он давно этим не занимался…