Текст книги "Гибель богов (Книга Хагена)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gibel-bogov-kniga-hagena-56496.jpg)
Автор книги: Юрий Корчевский
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 41 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Глава VII
Два почтительных, немногословных альва вели нас с Хагеном в глубь страны. Хедин Ундардемолто – Дарующий Знание – звали меня здесь; но на сей раз я пришёл не за тем, чтобы учить – а чтобы тут кое-чему научился мой Хаген. Он в изумлении пялил глаза на тонкие и высокие белые башни, серебристые крыши, сады и диковинные машины, придуманные альвами, которые качают воду из глубоких скважин на ажурные крылья акведуков, тянущиеся ко всем равнинным селениям. Альвы не выращивали хлеба; зерно и мясо им заменяли удивительные плоды на чудных деревьях – всю страну покрывали бесконечные сады, разбитые буквально на каждом клочке пригодной для этого земли; многие из этих деревьев были моей платой за помощь альвов. Они унаследовали от эльфов огромные знания, но сами не знали, как ими распорядиться. История всегда казалась им совершенно излишней, а я, например, по одному только сохранившемуся в альвийских хрониках рассказу о странном вторжении Заморских Южан в Восточный Хьёрвард отыскал магическую Дверь в Нижние Миры, доступную не только для Магов, разгадал опутывавшее её заклятье, наложенное ещё кем-то из Древних, и оставил своё собственное. Через эту дверь прошло немало храбрых и преданных мне воинов – лишь для того, чтобы сложить головы на руины Ночной Империи.
Но пока мы были гостями Альвланда, и Хаген жадно впитывал новую для себя премудрость. Альвы – великие искусники; они уступают лишь гномам в умении работать по металлу и строить подземные чертоги; а вот дворцы у альвов получаются не в пример лучше. Хагена учили свойствам составляющих Землю элементов, учили, как из одного их сочетания можно получить другое с совершенно иными свойствами и тому подобному. В Альвланде мы провели целый год.
А потом настал черёд расставаться и с этой страной. За эти месяцы мой Ученик сделал большие успехи. Меч в его руке казался продолжением тела; перед ним отступали лучшие альвы-фехтовальщики. Он старательно постигал и магические науки, и ему уже стали доступны кое-какие несложные заклятья.
Покинув гористую страну, мы вышли на древний, хорошо наезженный тракт, что шёл от степей Рогхейма в Хедебю, столицу Торговой Республики, кампанию за возврат Хединсея я хотел начать оттуда.
Наступила зима – не столь суровая здесь, на крайней южной оконечности Восточного Хьёрварда, но тоже с морозами и даже с метелями. Все странствующие и путешествующие стремились укрыться в тепле; народу в Хедебю зимой прибавлялось почти вдвое против летнего времени.
Но вот впереди поднялись толстенные, широкие и приземистые башни городских стен Хедебю, и Хаген только скорчил презрительную гримасу – куда было этим уродливым раскорякам до точёных башен альвийских городков! Я понимал своего Ученика, но не мешало ему знать и другое…
– Крепость выдержала за последние сто лет шесть или даже семь страшных осад, – сказал я. – Хедебю штурмовали и с суши, и с моря, но ни разу не смогли взять. Эти стены не поддались никаким таранам!
– Почему? – сразу же спросил Хаген.
– Клавшие их гномы думали о прочности, а не о красоте.
Узкие и кривые улочки разросшегося торгового города явно прокладывались как придётся; зато почти в каждом доме – лавка, харчевня или гостиница. На площадях кипели богатые рынки, где продавалось и покупалось всё со всего света. Отдельную площадь занимал Оружейный рынок, отдельную – Суконный, Крупяной, Лесной, Рабский, Скобяной… Сосчитать торговые ряды никто не мог. Здесь, в бурлящем котле большого города, моему Ученику предстояло отыскать тех людей, что пойдут с ним на первый приступ крепости Хранимого Королевства, крепости на острове Хединсей.
Я не забывал о последней встрече с Сигрлинн и о её странных словах. Давно следовало наведаться если не в Джибулистан, то, по крайней мере, в Замок Всех Древних. Формально я был чист перед Советом, и ничто не мешало мне задать прямой вопрос Главе Поколения – но всякий раз меня что-то удерживало. Замок Всех Древних – вотчина Мерлина; сильнее, чем там, он только на своём Авалоне. Этому увлечению – сооружать себе где-то в Реальности или же в Междумирье зримые символы собственного могущества – отдали дань все из нашего Поколения, кроме меня одного. Я предпочитал сохранять силу при себе, а не вкладывать её в мёртвый камень или же колдовской огонь. Несколько раз за эти годы я пытался вызвать Сигрлинн, поговорить с ней при помощи Эритового Обруча, но безуспешно. Скорее всего она просто не бывала в покоях ослепительного дворца, воздвигнутого под ласковым небом Джибулистана, рукотворной страны Магов, созданной совместными трудами всего нашего Поколения в пору минувшей молодости; там, в Джибулистане, остался и Голубой Город, любовно сооружённый мной и Сигрлинн… Молчание Сигрлинн удивило меня – раньше она проводила в своём дворце немало времени.
Совет же совсем не напоминал о себе. Тоже странно. Раньше обязательны были достаточно редкие, но всё же регулярные встречи-пиры всего Поколения в Замке Всех Древних; я слышал о таких пирах всё время своего изгнания.
И тогда я решил, что меня попросту решили держать в отдалении от всех дел, общих для остальных Магов. За всем этим явно проглядывали козни Макрана и Эстери, но на них я махнул рукой. Куда больше занимало меня загадочное молчание Мерлина. Чем он занят, великий затворщик? Бродя по Земле десять веков своего наказания, я не раз ощущал на самом пределе оставленных мне чувств проносящиеся где-то в глубинах эфира отзвуки невероятных по мощи и изощрённости заклятий Главы Совета Поколений. А сейчас, когда ко мне вернулась вся острота восприятия, я окреп и обрёл новые силы, – всё словно бы вымерло. И я махнул рукой – ничего иного мне не оставалось. Пока План не пройдёт определённые стадии, я всё равно не смогу противостоять объединённой мощи всего Совета. Я решил ждать. В этом, собственно, и состояла моя первая цель – заставить тех, кто против меня, действовать.
Мы переходили из одной таверны Хедебю в другую, подсаживались к длинным столам, слушая разноголосую речь. Похвалялись своими подвигами и добычей на богатом Западе воины ярлов, большей частью зимующих в Хедебю, где тебя ни о чём не спрашивают – лишь бы ты исправно платил по счёту. Встречались бежавшие от танов арендаторы, младшие сыновья богатых бондов, пришедших в Торговую Республику за счастьем… Время от времени попадался и торговый гость из Хранимого Королевства – эти держались гордо и отстранённо.
Перед нами проходили чередой десятки лиц; сами мы носили личины богатого купца и его молодого подручного, ищущих надёжную охрану для далёкого и рискованного похода. Мы видели молодых и уже достигших расцвета; бывалых рубак и только-только выучившихся держать меч; побывавших в набегах во всех четырёх частях Хьёрварда и только вчера покинувших родной дом.
Мало-помалу складывалась дружина – у Хагена от рождения оказалось удивительное чутьё на нужных людей. Среди прочих прибились к нам и мрачноватый великан Фроди, и стремительный, порывистый Гудмунд, и иные – Лодин, Канут, Исунг; все отчаянные сорвиголовы, такие, кто разочарованно морщил лоб, услыхав, что речь идёт всего-навсего о какой-то торговой экспедиции, и у кого вспыхивали глаза, едва они узнавали, что на самом деле мы идём пощупать мечом, огнём и стрелой мягкое подбрюшье Хранимого Королевства. За каждым оставался памятный след: убийство в случайной трактирной ссоре; игорный долг, многократно превышающий стоимость всего жалкого имущества проигравшегося; лихой ночной грабеж…
Мастера-корабелы строили по моему заказу два быстроходных воинских «дракона», оружейники без устали ковали доспехи и прочую справу. Зима проходила в беспрерывных трудах. Хаген, упорный, непобедимый в схватках, несмотря на молодость, успел стать настоящим вожаком – мои уроки не пропали зря. Ему охотно повиновались, и до многого в повелевании людьми он дошёл сам, без всякой моей помощи. В Хедебю сбивание подобных дружин и ватажек зимой – обычное дело; на нас никто из людей не обратил внимания, однако вот нелюди… Как-то под вечер явился сумрачный гоблин. Как он пробрался в город – осталось загадкой. Здесь его на каждом перекрёстке подстерегала жестокая смерть, открой городская стража, кто он; однако же гоблин прошёл и теперь просил взять его.
– Имя великого Хедина, Познавшего Тьму, в почёте среди Ночного Народа, – тихо и хрипло говорил он, стоя передо мной на коленях, – имя друга Того, чьё прозванье мы вечно будем произносить с великим благоговением. Нас осталось мало, мы прячемся по тёмным недоступным местам, наша жизнь лишена смысла… Мы хотим вновь обрести его.
– Где это ты выучился так складно говорить? – удивился я.
– Говорят, мой далёкий предок командовал гоблинскими ратями нашего Отца, Ракота Благословенного. От Него самого тот гоблин получил знания. Большая часть утрачена, но кое-что удалось сохранить…
Мне стоило немало усилий мягко убедить этого гоблина не присоединяться пока к отряду Хагена, а исподволь собирать силы, чтобы, когда возникнет нужда, я смог бы призвать их.
Гоблин растворился в вечерних сумерках, а я ещё долго после этого сидел в раздумьях. Конечно же, Ночной Народ ничего не знал ни о моём Ученике, ни о составленном мной Плане, но, наделённые от рождения удивительным чутьём на подвижки Равновесия, эти создания забеспокоились, хотя сами не могли объяснить причин своей тревоги. Слишком низко опустилась светлая чаша весов – объяснили бы мне в молодости; теперь-то я знал, что это совсем не так. Мне припомнились слова Сигрлинн: «Началось какое-то шевеление у самой Черты Мира… и это как-то связано с Ракотом». Быть может, связанный пытается освободиться или, по крайней мере, ощутить самоё себя после очень, очень долгого развоплощения? Так или иначе, появление этого гоблина – косвенное свидетельство того, что Ракот действительно шевельнулся, что и почувствовали его прежние верные слуги.
К весне дружина Хагена уже насчитывала двести восемьдесят мечей. Неудивительно – для большинства ярлов год оказался неудачен. На Западе окрепли несколько прибрежных королевств, опытные предводители возглавили по-новому вооружённые и получившие кое-какое обучение отряды богатых городов, служивших главной целью походов эльдрингов Восточного Хьёрварда. На Юге свирепствовала засуха, многие береговые поселения обезлюдели; добыча существенно уменьшилась – и первыми стали искать лучшей доли наиболее отчаянные. Доселе никому из морских волков даже не приходило в голову попытать счастья в Хранимом Королевстве.
Мастера закончили работы на наших «драконах». Хаген закупил необходимый провиант, и вот настал яркий весенний день, когда воду гавани Хедебю вспенили мощные удары длинных вёсел. Мы шли на Хединсей.
Это был первый морской переход Хагена, но держался он так, словно провёл на узкой палубе «дракона» всю жизнь – мой Ученик прочно усваивал уроки. День сменялся ночью, мы плыли на запад вдоль пологих, уже начинающих зеленеть берегов; встречные купеческие суда спешили отвернуть, едва завидев наши чёрные паруса.
– Учитель, но после захвата острова воины захотят добычи, – вполголоса сказал мне Хаген как-то вечером. – Я ещё не знаю, что скажу им после штурма! Напасть на материковые города Хранимого Королевства? Но хватит ли сил? Ведь у нас всего три неполных сотни!
– И это говорит мой Ученик! – Я в шутливом ужасе воздел руки. – Мечей у тебя действительно не много. Значит, найди цель по силам. Это же так просто понять!
Хаген задумался, его глаза сузились.
– Малый Храм Солнца в Эриваге!
Мысленно я возликовал. Хаген принял единственно верное решение.
– Ты надеешься так просто управиться с жрецами? – тем не менее сказал я вслух.
– Ударим ночью; там четверо ворот, будем прорываться только через одни и бесшумно, – горячо ответил Хаген.
– Верно, а как найти дорогу к сокровищнице?
– Найдём, у кого спросить так, чтобы правдиво ответил. – Хаген мрачно ухмыльнулся.
«Драконы» миновали изгиб берега и теперь плыли на север. Сменился ветер, пришлось взяться за вёсла. Здесь, в близких к Хранимому Королевству водах, с ветрами вечно творилось что-то непонятное. Для судов Королевства они всегда были попутными, а вот другим приходилось что есть сил бороться с упругой стихией. Я намеренно не вмешивался. Незачем давать знать о себе жрецам Главного Храма Ямерта в столице.
После недели тяжелых трудов из воды поднялись отвесные кручи прибрежных скал Хединсея.
Тёмной ночью, когда луну проглотили низкие тучи, хищные тени «драконов» устремились на приступ. Впереди, в единственной доступной гавани острова, в сторожевой башне на краю волнолома мигал красный огонёк; и там нас, конечно же, ждала натянутая под водой цепь. Носы кораблей ударились в камень; дружинники Хагена молча хлынули на парапеты. Дверь в башню оказалась заперта, а из обросшего зеленоватой морской травой окошка у самой воды и впрямь вытягивалась толстенная цепь, пропадая в волнах.
Тишину нарушило лишь короткое звяканье кошки с длинной верёвкой, зацепившейся за карниз башни. Тёмные фигурки одна за другой полезли вверх. Бойницы были слишком узки; короткие и толстые ломики впились в крытую железом крышу.
Алый огонёк в щели боевой башни тревожно замигал – и ему тотчас отозвался другой, в глубине гавани. Из бойницы швырнули вниз факел, а спустя минуту полетели стрелы. Дружинники Хагена подняли щиты; лучники стали отвечать, но тут как раз поддалась кровля; выхватывая мечи, наши воины стали пробираться внутрь. Вскоре я услыхал звон стали и крики.
Хаген был там. Он первым прыгнул на камни вражеской крепости, первым полез на крышу; и я был уверен – сейчас он рубится в первых рядах. Воины должны увидеть своего вожака в деле.
Очень скоро в башне всё стихло: Хаген распахнул её дверь и, стоя на пороге с окровавленным мечом в руке, стал деловито отдавать команды своим людям: кому раскручивать тяжёлый барабан, чтобы открыть «драконам» дорогу в гавань, кому захватить вторую дозорную башню, стоявшую в конце волнолома, кому возвращаться на корабли.
Не прошло и нескольких минут, как цепь провисла, «драконы» благополучно миновали первую преграду. Гребцы налегли на вёсла; все знали, что сейчас к пирсам бегут тяжеловооружённые панцирники Видрира, готовятся стрелометы, катапульты и баллисты, из погребов достаются тяжёлые глиняные горшки с жидким огнём…
Я неподвижно сидел на корме корабля. Командовал Хаген, и нечего было мне вмешиваться в его дела. Пока всё шло как по писаному.
На пристани вспыхнули смоляные бочки. Я увидел мечущихся людей; несколько десятков лучников готовились встретить нас, дальше от берега темнели ряды сбивающихся вместе копейщиков.
Неожиданно Хаген скомандовал поворот. «Драконы» расходились, нацеливаясь на пустые и тёмные участки причалов. Это было рискованно, но так все высыпавшие нам навстречу вояки Видрира оказывались в клещах. Наши лучники выпустили первые стрелы; крюки впились в пристани, дружинники Хагена стремительно бросились в атаку…
Мой Ученик рассчитал правильно. Воины Видрира смешались; плотный строй копейщиков засыпали стрелами, развернули одну баллисту и всадили тяжёлое бревно с заострённым окованным концом прямо в их гущу – стена щитов рассыпалась, дружинники Хагена с лихими криками врубились в их ряды.
Тут подоспел ещё один отряд, посланный моим Учеником занять дальнюю сторожевую башню, и воины Хранимого Королевства не выдержали – часть бросила оружие, часть разбежалась; а Хаген, собрав почти не уменьшившуюся дружину, скорым шагом повел её в глубь острова, где на фоне неба едва заметно выделялись чёрные стены небольшого охранного замка. Я последовал за ними.
Замок содержался в большом небрежении. Ров заплыл, механизм подъемного моста и вовсе отказал от старости. Ворота оборонявшие закрыли, но разве это могло остановить бывалых вояк, бравших приступом не один богатый город Западного Хьёрварда?
На невысокие стены оказалось совсем легко забросить верёвки с крюками; защитники пытались пускать стрелы, бросали даже корчаги с жидким огнём; однако воины Хагена перемахнули через стену сразу в пяти местах. Мой Ученик вновь оказался первым. Вскоре ворота открылись, главные силы нашего отряда ворвались внутрь, и спустя ещё несколько минут всё было кончено. Мы владели Хединсеем.
Предупреждая недовольство воинов малой добычей, Хаген объяснил им, что мы одолели лишь первую стену. Предстояло взять и вторую. Загнав в подземелья замка всех уцелевших воинов Видрира и надёжно заперев их, мы покинули остров. Никого невозможно было заставить остаться для его охраны.
Весь следующий день мы шли на вёслах к Эривагу – одинокому мысу, где по милости Видрира вознеслись синие стены Малого Храма. Ступенчатые террасы начинались прямо от черты прибоя, а выше, на плато, среди извивов прихотливо выгнутых стен, прятались те единственные четыре входа в Храм, которыми мы могли воспользоваться. Я знал, что там имелось ещё не меньше десятка потайных – но опять-таки не хотел до времени открывать свою причастность к этим событиям, взламывая секретные двери.
Прибрежные воды Хранимого Королевства бороздят десятки и сотни больших и малых кораблей, судов, судёнышек; мы взяли южнее, но всё равно не избегли встречи. Пришлось задержаться и переправить содержимое трюмов незадачливого купца в наши собственные, а посудину – затопить. Людей мы связали и присоединили к добыче.
Под вечер мы высадились в пустынной и диковатой местности, где обычно и сооружались Храмы в Хранимом Королевстве. Считалось, что человеческое жильё недостойно соседствовать с величественными священными постройками, воздвигнутыми во славу Молодых Богов.
Выстроившись в цепь, воины Хагена двинулись к виднеющемуся в отдалении Храму. На сей раз я шёл вместе с ними. Жрецы Ямерта и Ямбрена могли встретить находников кое-чем поострее стрел и копий.
Мы видели длинные процессии паломников, вливавшихся в широко распахнутые храмовые ворота; они проведут ночь в молениях, а утром торжественной службой и гимнами встретят зарю.
Свечерело; иссяк тянувшийся по дороге людской поток, тяжёлые створки закрылись, лишь в бесчисленных окнах ярко горели огни – тьма не допускалась туда, в главные залы Храма Ямерта, Владыки Солнечного Света.
Когда мрак окончательно сгустился, Хаген двинул людей вперёд. Воины бесшумно сжались в два упругих клубка по обе стороны ворот. А потом мой Ученик громко постучал.
Долгое время ничего не происходило; потом наконец в воротах приоткрылось небольшое окошечко, и голос стражника не слишком любезно осведомился, известно ли почтенным паломникам, что они опоздали к сегодняшнему молению?
Хаген принялся упрашивать стража, напирая на то, что ночевать им негде, в округе ни воды, ни крова.
– Нет, не могу, таков закон, – отрезал упрямый привратник.
– Ну тогда хоть несколько кувшинов воды! Умираем от жажды!
– Непорядок это… но ладно уж. Сейчас.
Хаген умел быть благодарным. Толстого стражника, высунувшегося с двумя большими кувшинами воды, не убили, а лишь оглушили и оттащили в сторону. Принесённое питьё оказалось кстати; на ходу утирая рты, дружинники устремились в узкий проход. Из караульни заполошно выскочило несколько храмовых стражников с широкими и кривыми клинками. Первого проткнул Хаген, остальных зарубили следовавшие за ними воины – всё молча, быстро, бесшумно; перед ними открылся широкий коридор, но он вёл к главным помещениям, к огромным молельным залам; Хаген свернул в неприметный отвод, где круто уходили вверх ступени спиральной лестницы. Я не последовал за ними – мне предстояло отвлечь на себя жрецов, и я зашагал по главному тракту храма.
Он постепенно расширялся, в стенах появлялись ниши с застывшими в них статуями; я чувствовал, как незрячие глаза впиваются в меня пустыми, мертвенными взглядами. Что ж, смотрите! Смотрите на меня, смотрите, в иные места вам глядеть нечего.
Открылся огромный зал, первый в анфиладе, – ярко освещённый, с белоснежными стенами, с бесчисленными друзами горного хрусталя, в которых дробился и играл свет бесчисленных светильников. В восточной части зала возвышалась статуя из светло-жёлтого камня. Могучий Ямерт щедрым жестом протягивал людям широко раскрытые ладони.
Подножие статуи окружала цепочка жрецов: жёлтые одежды, руки воздеты, звучит медленное, переливающееся песнопение, и все собравшееся в зале многолюдство опускается на одно колено и подхватывает напев…
Я остановился в некотором замешательстве. Хозяева Храма пока не обратили на меня никакого внимания – не заметили? Да, я ни разу не пустил в ход магию, действие которой они тотчас бы учуяли. Что ж, подождём. Я повернулся и зашагал обратно, к той узкой лестнице, по которой Хаген повёл своих бойцов. Неужели я так ошибся, переоценив здешних жрецов?
Вот и нужный проём – я начал подниматься по гладким ступеням. Всё вокруг оставалось мертвенно тихо и спокойно – лишь издали доносилось мерное пение паломников. Лестница вывела меня в неширокий коридор второго яруса, и тут я увидел тело. Храмовый воин со своим устрашающим с виду, но таким неудобным в настоящем бою мечом. Я знал, что воины Ямерта не ходят поодиночке, – значит, второй либо убежал, либо схвачен и сейчас ведёт отряд Хагена к кладовым…
По-прежнему не пуская в ход колдовство, я наугад двинулся по коридору, выбрав направление в глубь Храма. Пока всё получалось, как и на Хединсее, что-то уж слишком просто; я даже начал тревожиться – Судьба любит играть в кошки-мышки, обольщая призраком лёгкой удачи.
Коридор начал ветвиться, и на стенах появились стрелы, грубо намалёванные чем-то красным. Я шёл по ним. Еще один труп… другой, со стрелой в горле… третий, перерубленный пополам… четвёртый, с размозжённой головой – работа дубины Фроди. Тут я услыхал дальнее и слабое эхо, впереди вновь звенели клинки. Не теряя ни секунды, я бросился вперёд.
Но когда я подоспел к месту схватки, там уже всё кончилось. Хаген с гордостью указал мне на открытую дверь одной из кладовых.
– Сейчас очистим эту и двинемся дальше!
– Нет! – вдруг вырвалось у меня. – Это засада! Берите, что сможете унести, – и прочь отсюда!
Не знаю, почему подобная мысль пришла тогда мне в голову, но слишком уж легко и просто всё сегодня удавалось нам. Показным невниманием и деланием вида, что они ничего не замечают, жрецы пытались заманить нас в ловушку и сейчас уже наверняка перекрывают выходы!..
Сгибаясь под тяжестью мешков с драгоценной утварью, тканями, украшениями, воины Хагена рысью двинулись в обратный путь – а я уловил знакомый ветерок, холодноватый и не ощутимый другими, – там, ниже и позади нас, начали плестись сети заклинаний.
– Хаген! – Я схватил Ученика за плечо. – Постарайся прорваться на одних мечах. Пусть думают, что вы – обычные грабители!
– Понял, Учитель, всё сделаю, – шёпотом, очень серьёзно ответил Хаген, вытер окровавленный меч и скомандовал своим приготовиться.
Первый заслон ждал нас у лестницы. Коридор перегородили храмовые стражники с огромными, выше человеческого роста, священными луками Ямерта – их стрелы должны были изображать солнечные лучи – и десяток жрецов в жёлтом. В лица воинов Хагена брызнул ослепительный свет, к которому прибавились длинные желтооперённые стрелы. Дружинники с яростным рыком сбили плотнее ряды, выставили щиты, бросили на лица низкие забрала с узкими прорезями; несколько воинов Хагена упали, но остальные, одним махом преодолев пространство, разделявшее их и храмовых бойцов, пустили в ход мечи, топоры и секиры. Заслон рухнул, точно стенка из песка, возведённая ребёнком на морском берегу, под ударом штормовой волны. Жрецы промедлили с заклинаниями, неправильно рассчитав время, – впрочем, откуда же им набраться боевого опыта, если на их Храм никто и никогда не нападал!..
Где-то за нашими спинами, в самой глубине Храма раздался негромкий, но заполняющий всё вокруг звук – мощное и гордое гудение тяжёлого бронзового била; у меня лишь слегка кольнуло в висках, но многие воины, корчась от невыносимой боли, упали на каменные плиты. Хаген остался на ногах, хотя лицо под откинутым забралом стало белее мела и глаза на мгновение закатились. Те дружинники, что оказались покрепче, помогали подняться другим; не мешкая, мы бросились вниз по лестнице.
– Быстрее! – крикнул Хаген. – Пока не стихло, они не ударят вновь!
Под ногами вилась тугая спираль узкой лестницы. Вниз, вниз, вниз!
Внезапно стены вздрогнули, во все стороны брызнули мелкие каменные осколки, в лица нам задул, яростно завывая, леденящий ветер. Нас ждали, и, судя по всему, это были более расторопные противники. И вновь – стрелы, стрелы, стрелы и слепящий, жгучий свет, содрогание стен и ступеней, словно под чьими-то очень тяжёлыми шагами. Готовился мощный магический удар – я чувствовал стягивающиеся в упругий клубок силы Четырёх Ветров; ползущие вверх из земных недр незримые вихри тех судорог, что называются землетрясениями; ощущалось и приближение живых существ из иного, Верхнего Мира – радужное мерцание, видимое пока лишь мне одному, предвещало открытие двери между слоями Реальности. Владыка Ямерт вкупе со своим братцем Ямбреном, Хозяином Ветров, дали своим жрецам и адептам немалые силы – открыть Дверь для прохода кого-то ещё, кроме себя самого, могли только Маги, заклинание это считалось одним из наиболее тайных…
И вся мощь бросалась против небольшой шайки дерзких грабителей; во мне вновь ожили сомнения. Храм содержал по меньшей мере пять или шесть тысяч стражников. На каждого воина Хагена приходилось два десятка врагов. Для чего же будить очень могущественные, но и крайне опасные силы, чтобы расправиться с незначительной кучкой грабителей? Что-то здесь было не так. Неужели меня здесь ждали?! Дали спокойно войти, сделали вид, будто ничего не заметили, а теперь… Пока я не ощущал ничьего присутствия – я имею в виду присутствие Магов моего Поколения. Не заметно было и тех сугубо наших средств, кои использовались в магических поединках. Однако я точно знал, на чей замысел всё это очень похоже. Знал, потому что помнил и не сомневался, что мои противники не случайно прибегли именно к этим средствам, словно напоминая мне дни моего разгрома и пленения.
Я стиснул зубы. Впереди меня, внизу, Хаген, что-то грозно и неразборчиво рыча, уже сцепился во главе самых стойких и неистовых своих бойцов с храмовыми стражниками; вовсю звенели мечи, раздавались вопли и стоны, а я всё ещё постыдно колебался. Неужели мои противники так быстро поняли, что я здесь? Неужели я не заметил постоянного надзора за собой и, как рябчик в силок, угодил в простейшую западню, рассчитанную в лучшем случае на какого-нибудь деревенского колдуна?!
Тем временем Хаген и его отряд, сжавшийся наподобие железного ежа, потеснили храмовых стражников. Не знаю, как дружине моего Ученика удалось это, – они сражались в окружении, лучники Храма в упор выпускали стрелы, от которых на таком расстоянии могли защитить только доспехи гномьей работы – а такие в отряде Хагена имели лишь два или три десятка дружинников. Однако мой Ученик сумел по вражеским трупам проложить себе дорогу к самым воротам; он рубился уже подле створок, а накопленная огромная магическая сила так и оставалась в бездействии, словно арбалет, хранимый на случай самой крайней опасности. Мне бы очень хотелось думать, что дело обстоит именно так, но с каждой секундой я всё больше и больше убеждался в обратном. Я до сих пор не совершил ни единого магического действия, даже самого простого, храня тайну своего появления здесь; но стоило ли таиться, если мне, как нашкодившему мальчишке, грозят пальцем, давая понять, что его шалость уже давно замечена?! Да, именно такими средствами Сигрлинн сметала с лица земли рати моей Ночной Империи, и я долго не мог найти заклятий противодействия. Потом нашёл – но уже в изгнании.
Но, быть может, она сейчас помогала мне? Помогала, давая понять, что я под неусыпным и постоянным наблюдением, причём так ловко устроенным, сплетённым из столь тонкой вязи заклинаний, что я до последнего момента пребывал в полном неведении, несмотря на всю свою осторожность и общеизвестное умение избавляться от подобного чересчур назойливого внимания.
Мои стремительные раздумья нарушила настойчиво пробивающаяся ко мне в сознание мысль-послание Хагена: «Учитель, помоги, нас отжимают от ворот!»
Делать нечего. Придётся помочь; но мой Ученик должен одержать свою вторую победу без вмешательства моей магии. Пришло время поработать мечом и этому уже немолодому, долго и верно служащему мне телу. Я выдернул свой клинок – конечно, из чёрного металла; каким же ещё мог быть прощальный подарок Ракота?
– А ну, поднажми! Навались, напри! – скомандовал я дружинникам; они медленно пятились под натиском храмовых воинов. Чёрный Меч, описав дугу, отбил две стрелы, летевшие прямо в стоящих около меня воинов Хагена; следующим поворотом клинок надвое разрубил кривой ятаган, подставленный воином Храма; новым взмахом снёс шлем ещё с одного противника.
Мы, Маги, не имеем права убивать Смертных.
Воспрявшие дружинники легко покончили с обезоруженными мною стражниками; ворота заметно приблизились. Так мы и добрались до них – я прикрывал спину отряда, а Хаген рубил всех, кто пытался преградить нам дорогу. Дружинники моего Ученика не бросили ни одного мешка с добычей и вынесли на себе всех до единого наших убитых и раненых.
Я оставил Храм последним; но стоило мне шагнуть за порог, как давно ждавшая этого момента сила наконец нанесла удар.
Это было грандиозно. Непредставимо. Неописуемо. Всё, как и в те далекие дни моего разгрома. Небо полыхало яростным белым светом, звёзды исчезли, словно провалившись в бездонные колодцы кристальных сфер; земля тяжело и гулко заскрипела, по сухой поверхности побежали длинные трещины, из них тотчас повалил удушливый чёрный дым. Ветер задул со всех четырёх сторон одновременно, воздух вдруг стал необычайно плотным, через него приходилось продираться, прикладывая все силы. А над нашими головами всё ярче и ярче разгоралось переливчатое зарево открывающейся Двери между слоями Реальности.
Да, Сигрлинн… Хранимое Королевство – твоя вотчина: я знал это и всё же недооценил тебя – или же самого Великого Мерлина. Я очень хорошо помнил, что последует за этим. Хагену и всему его отряду оставалось жить считаные минуты, если я или не вмешаюсь, или… не найду способ вывести их отсюда, не прибегая к магии.
Земля стала лопаться прямо под ногами дружинников Хагена; подняв глаза, я увидел, что воины с лихорадочной поспешностью обвязываются верёвками, составляя длинные связки. Ветер валил с ног, не позволяя сделать ни одного шага в сторону.
Сверху донесся мелодичный хрустальный перезвон. Его было отлично слышно, несмотря на завывания ветра и скрипы расползающейся и рушащейся земли. Дверь распахнулась, воители, осенённые радужными призрачными знаменами, двинулись прямо на нас. Не похоже было, чтобы ветер как-то мешал им, а трещины на их пути молниеносно затягивались.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?