Текст книги "Свобода желаний"
![](/books_files/covers/thumbs_240/svoboda-zhelaniy-9872.jpg)
Автор книги: Зара Деверо
Жанр: Эротическая литература, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– Ты права, Хизер. Если хочешь стать взрослой, необходимо научиться любить эротику. – Он говорил очень серьезно. – Ты прекрасна, но ты как невинная школьница, что, может быть, и хорошо само по себе, но тебе более это не подходит. Я бы хотел рассмотреть этот вопрос детальнее. Должна же быть какая-то причина, не дающая тебе экспериментировать, если не с мужчинами, то с собой? Мастурбация – идеальный способ определить свои потребности. – Он тонко улыбнулся: – Говорят это плохая замена половому акту, но, в конце концов, каждый сам по себе.
– Я должна признать, что не получала удовольствия, когда спала с Чарльзом, – ответила она и, не соображая, что она делает, выложила все историю их первой брачной ночи, ее разочарование, ее жажду иметь сильного любовника, который смог бы заставить ее достигнуть оргазма.
– Я знал, что он пьян. Алкоголь действует как снотворное. Он притупляет половые чувства, часто делает мужчин импотентами, если они пьют слишком много. В небольшом количестве он помогает снять заторможенность. Но греки говорили: «Ничего не должно быть слишком много».
– Я никогда ничего не делала слишком. – Она насупила брови.
Андре засмеялся и погладил ее по руке.
– Тогда настало время вступить в воды греха, или, точнее, опустить в них свою грудь или даже влагалище.
Каждое его слово возбуждало ее, ее промежность была мокрой, трусики больно впивались в тело. Она безотрывно смотрела на его рот, представляя себе, как он сливается с ее, как целует ее груди, вылизывает запретные участки ее тела.
– Я не думаю, что смогу. Где я найду себе любовника? Кому я смогу доверить научить меня?
Сильные, длинные пальцы Андре играли с его золотой ручкой взамен желаемой сигареты. Глубоко задумавшись, он крутил ее и так, и этак, затем сказал:
– Я знаю идеального человека, который сможет помочь тебе. Ты устала, тебе нужно развеяться, я познакомлю тебя с Ксантией Делейни.
Она озадаченно подняла свои дугообразные брови:
– Кто это?
– Моя подруга. Ей принадлежит дом в Корнуолле. Старинное поместье, в котором она содержит эксклюзивную гостиницу, предоставляющую необычные, очень необычные услуги.
– Я не понимаю. – Глаза Хизeр светились любопытством.
– Доверься мне, дорогая. – Он посмотрел на нее так, что ей показалось, что она тонет в этих темных, глубоких, гипнотических глазах. – Я позвоню ей и все устрою. Как ты посмотришь, если мы проведем там следующие выходные?
– Ты поедешь со мной?
– Конечно.
Позже, когда даже Джулия ушла из офиса и закатное солнце бросало свои последние золотые лучи на реку, Андре снял трубку и набрал номер. Ответил сильный и мелодичный голос. Он улыбнулся, представив ее себе, единственную любовь в его жизни.
– Привет, Ксантия, – сказал он. – Чем занимаешься в данный момент, разоряешь чьи-то запасы гормонов?
– Как ты догадался? Андре, как приятно тебя слышать.
– Я приезжаю в пятницу и привезу Хизер Логан с собой.
– А, Ледяная Принцесса. То есть тебе удалось окрутить ее.
– Да. Мы покажем ей настоящий класс. Я тебе расскажу, что надо делать, когда приеду.
– Расскажи, милый. Жду с нетерпением.
– Я тоже. – Андре положил трубку и подошел с задумчивой улыбкой на лице к окну.
Глава 3
Они остановились перекусить в «Джамайка инн» на Бодмин-Мур, и после телячьих отбивных на гриле с картошкой и свежим зеленым салатом Хизер начала расслабляться. Ощущение отпуска охватило ее. Словно она сбросила огромную тяжесть с плеч – ни тебе матери, о которой надо заботиться, и никаких обязанностей. Андре вел свой мощный антикварный «бентли», которым он особенно гордился. Управление этим автомобилем давало ему чувство превосходства, такое, будто бы он овладевал женщиной. Когда он заехал за Хизер, она удивилась, увидев, что он не один. Он взял с собой свою секретаршу Джулию Фостер. Полная, с огромным бюстом, Джулия была весьма закомплексованной и нервной особой. Хизер не могла знать о разговоре, который произошел между ними вчера в офисе.
– Ты не хотела бы поехать на пару дней в Корнуолл, Джулия? – спросил он ее как бы между прочим.
Краска, залившая ее щеки, надежда, засветившаяся в ее глазах, подтверждали его худшие опасения. Она в него безнадежно влюбилась.
– Это было бы замечательно, мистер Бофорт. Что это будет? Деловая поездка? – Джулия была ошеломлена. Он зовет ее поехать с ним! Наверное, это что-то связанное с работой, быстро подумала она, обуздывая надежду, которая так часто приводила ее к разочарованию. Не хочет ли он, чтобы она взяла с собой переносной компьютер?
Андре улыбнулся. Он сожалел о том нетерпении, которое проявил тогда, хотя с удовольствием вспоминал ее крупное тело, скрывавшееся под коротенькой юбчонкой и блузкой, и то, как она неловко, как неумело сосала его член. При этом воспоминании он встал.
– Это не работа, Джулия, – произнес он, борясь с желанием повалить ее на стол и ввести в нее свой инструмент. – Я еду вместе с миссис Логан навестить друга, и я подумал, что ты тоже захочешь поехать с нами.
Джулия ощутила, как упало ее сердце, стучавшее, как барабан. Она почувствовала ядовитый укус ревности. Ее бесил его интерес к этой прекрасной, высокообразованной молодой вдове.
– Я не понимаю, – начала она, но он жестом остановил ее.
– Миссис Логан перенесла большой стресс и гостевой дом Ксантии Делейни – идеальное место, где можно расслабиться, – ответил он, пока Джулия смотрела как завороженная, как он своими тонкими, аристократическими пальцами лениво играл изящной игрушкой, которая стояла на его письменном столе, прекрасно сбалансированными черными, с никелем, противовесами Ньютона. Тук-тук – стучали шарики, двигаясь взад и вперед. И сердце Джулии эхом повторяло этот звук, когда она вспоминала о том, как его яйца мягко шлепались о ее промежность, а она с высоко поднятыми ногами обнимала его за талию, когда он имел ее.
– Почему вы пригласили меня? – прошептала она так, будто сама ее жизнь зависела от его ответа.
Андре учтиво встал, элегантный в своем прекрасно сшитом костюме. Он подошел ближе, и Джулия затаила дыхание, ее чувства обострились при ощущении смеси аромата его прекрасной туалетной воды и его собственного сексуального запаха. Он протянул руку и слегка прикоснулся к ее левому соску. Не в силах устоять, она застонала, ее глаза закрылись, голова откинулась, губы раскрылись в ожидании поцелуя.
– Джулия, дорогая, – произнес он мягко, – ты, как и миссис Логан, слишком серьезно относишься к жизни. Я хочу научить тебе наслаждаться ею и понимать, что любовь не должна направляться только на одного мужчину или женщину. Ты научишься этому в Тоставин-Гранж.
Теперь две женщины сидели за обедом одна напротив другой. Обе были взволнованы, но по разным причинам. Джулия была возмущена поступком Хизер, которая, едва зная секретаршу Андре, спросила, зачем он взял ее с собой. Но когда «бентли» покинул гостиницу и выехал на петлявшие загородные дороги, они стали спокойнее. К тому времени, когда они въехали в Сент-Остель, они принимали путешествие как должное. Их успокаивал главный волшебник Андре, который хорошо чувствовал незримое, неожиданное напряжение, царившее в машине. Они выехали из порта, где лучи солнца особенно ослепительно играли на воде и где чайки кружили над головами, и ехали по очаровательным деревенькам с крытыми соломой домиками, разбросанными тут и там по узким центральным улочкам. Андре, который интересовался историей почти так же, как Хизер, указывал им на церквушки с башнями, украшенными сияющими водостоками в форме фантастических фигур и кельтскими крестами на зеленых крышах. Окружающий ландшафт был равнинным, и низкорослые деревья сгибались в одном направлении под напором могучего ветра, постоянно дувшего с моря.
Хизер сидела на пассажирском месте спереди, притянутая ремнем безопасности, который пересекал и разделял ее грудь. Андре, держа руки на руле, краем глаза поглядывал на нее, замечая, как ее заостренные соски слегка оттопыривают белоснежную майку, как тонкий, коричневый с бежевым, хлопок брюк открывает взору стройные, длинные ноги. Он бы хотел увидеть ее в маленьком, тесном купальнике, впивающемся ей между ног. Он вообразил, как крохотный завиток темных волос показался бы при ходьбе, ягодицы разделялись бы только тонкой полоской.
Они доехали до конца шоссе, где море с шипением разбивалось о скалы вдали, а дорога через каменные ворота вела в лес. Фронтон дома и закрытые решетками окна выглядывали из покрытых мхом стен. Дом, наверное, был старинным, но вход был оборудован электронными сенсорами. Ворота беззвучно отворились, и «бентли» въехал. Хизер было очень интересно, когда ворота за ними закрылись. Она ощущала трепет, будто очутилась в ином, очаровывающем, мире, далеком от обычной, повседневной жизни, мире, где может произойти что угодно.
Дом находился в конце аллеи. У него бы все признаки георгианской загородной усадьбы. Хизер оценила его архитектуру, размер и великолепие. «Бентли» подъехал к стоянке у ступенек из белого камня, ведущих к портику с коринфскими колоннами. Входная дверь немедленно распахнулась, и вниз сбежала женщина.
– Ксантия, дорогая! – Андре выскочил из машины, и она оказалась в его руках, смеясь и глядя ему в лицо, пока они обнимались, счастливые от встречи. Они поцеловались в губы, а его рука шарила под короткой шифоновой накидкой и нахально похлопывала ее по ягодицам, укрывавшимся под крохотным бикини.
– Привет, Андре. – У нее был низкий, но очень нежный голос, у этой невероятно прекрасной женщины.
Он выпустил ее из своих объятий и открыл дверцу машины.
– Итак, это мои новые гости! – воскликнула Ксантия и заключила их в свои пахнущие духами объятия. – Добро пожаловать в Тоставин-Гранж!
Это было самое необычное создание, которое Хизер когда-либо доводилось встречать, с густой гривой блестящих от влаги цыганских волос и живыми зелеными глазами. С узкой талией, по-мальчишечьи поджарая, она обняла Хизер с интимностью, которую та не ожидала от женщины. Когда Ксантия прижалась к груди Хизер, последняя почувствовала, что груди у нее были большими и прекрасной формы. Темные кружки вокруг сосков просвечивали через слегка мокрую прозрачную ткань.
– Я выскочила из бассейна, когда услышала машину, – объяснила она, – я люблю плавать и загорать. А вы? Так прекрасно ничего не делать.
Под прозрачной одеждой было видно, что у нее коричневые от загара, прекрасные длинные и стройные ноги с великолепной формы подъемом и ногтями, покрытыми золотым с перламутром лаком.
Все в ней подчеркивало непреднамеренный, неофициальный характер встречи, кроме старинных изумрудных серег, проблескивавших сквозь водопад темных волос. Они напомнили Хизер драгоценности, выставлявшиеся на распродаже на аукционах. «Она что, не снимала их во время плавания?» – подумала Хизер. И решила, что, наверное, она так и делала. Это было бы вполне в ее стиле – импульсивном, эксцентрическом, экстравагантном. Ее мысли переключились на Ксантию. Она производила впечатление леди, живущей в роскоши. Прекрасный дом, тщательно ухоженные парк и ландшафт говорили об изысканном вкусе, но в то же время ее нагота и эта дикая, безнравственная аура, которую она излучала, свидетельствовали о ее гедонистическом отношении к жизни.
Ксантия, обняв Хизер за талию, обменялась с Андре восторженными взглядами и сказала:
– Проходите внутрь. Я до смерти хочу все о вас узнать.
Джулия, поколебавшись, последовала за ними. Ей было неловко от того, как она была одета, и она чувствовала себя не в своей тарелке. Ей было жарко в цветастом по щиколотку платье, которое она считала весьма модным до того, как увидела Хизер в ее легком, цвета кофе, наряде и пока не появилась почти голая Ксантия. Эта женщина! Джулии очень не понравилась та интимность, с которой с ней обнимался Андре. Напряжение, установившееся между женщинами, можно было почти услышать. Как он гладил ее задницу, как будто это была его собственность! Джулия почувствовала себя дурно. Ну и поездочка это будет!
Ксантия провела их через полукруглый зал, украшенный фризами, в гостиную. Каждая деталь в ней была великолепна, темно-красная, с серебром, обивка вольтеровских кресел, расположившихся у мраморного камина, резной орнамент, богато отделанный листьями и гроздьями винограда, медные приспособления для дров и каминная решетка, столики из персикового дерева, бесценные китайские вазы на эбонитовых подставках, персидские ковры лежали на тщательно отполированном полу из кедрового паркета.
Для Хизер было не в новинку бывать в роскошных интерьерах, но это было что-то превышающее просто роскошь, хотя и не пересекалась грань допустимого, обстановка не становилась вульгарной.
Очень высокий, с соколиным профилем, слуга-араб, одетый в черный кафтан и тюрбан, подал розовые хрустальные бокалы с шампанским. Ксантия взяла один с серебряного подноса и поблагодарила слугу с восхитительной улыбкой.
– Спасибо, Самир, – сказала она и, к изумлению Хизер, протянула свободную руку и слегка потрепала его за яйца.
Это произошло так быстро, что Хизер не была уверена, было ли это вообще. Держа в руке бокал, Ксантия уселась на покрытую ситцем кушетку и скрестила свои восхитительные ноги. При этом Хизер было дозволено заметить, как мелькнули волосики на самом верху внутренних сторон ее бедер. Только мгновенное видение, не больше. Но этого было вполне достаточно, чтобы кровь забурлила в ее теле, к этому примешивалась фамильярность, с которой Ксантия обращалась с Самиром.
– Андре объяснил, какие развлечения мы предоставляем в Тоставине? – спросила Ксантия, улыбаясь от того, что она заметила смущение Хизер и ее срытый интерес.
– Ну, нет, не совсем, – смогла ответить Хизер, которая сидела напротив Ксантии, казалось, излучавшей поток чувственности и пригласившей Андре присоединиться к ней на кушетке.
– Я думаю, я поплаваю, поезжу верхом или погуляю.
Ксантия озорно хохотнула и, лежа на невесомых подушках, вытянула свои загорелые ноги и положила их на колени Андре.
– Вы, если хотите, можете этим всем заняться, но у нас есть кое-что получше. Андре говорил мне, вы много читаете?
– Да, это так. – Хизер чувствовала, как она внутри вся натягивается и возбуждается при виде того, как Ксантия интимно играла волосками на шее Андре. «Они что, любовники?» – подумала она. Огненное видение их, совокупляющихся прямо здесь на кушетке перед ней и Джулией, промелькнуло перед ее мысленным взором. Ее промежность намокла, соски чувствительно терлись о вязаную хлопковую ткань ее безрукавки. Она взглянула на Джулию и увидела, что та тоже смотрела на них широко раскрытыми голубыми глазами с безвольно раскрытым ртом. Хизер пришла в ужас от мысли, что ей хотелось потрогать огромные груди Джулии.
– А когда вы читали, вам никогда не хотелось быть на месте героини? – продолжала Ксантия, потирая своей ногой ногу Андре. – Уверена, хотелось, Хизер. Наверняка вы мечтали быть на месте Кэти, когда она трахалась с Хитклифом из «Грозового перевала». Или как насчет Скарлетт О’Хара и Ретта Батлера? Помню, когда я читала «Унесенные ветром», я была очень огорчена тем, что Маргарет Митчелл не описала подробно любовные сцены. Хизер, дорогая, я могу сделать так, чтобы твои мечты воплотились в реальность. Это часть услуг, оказываемых здесь. Каждый, кто попадает сюда, может осуществить свои самые заветные мечты.
– Понимаю. – Хизер запиналась. – Но как вы это делаете? Для этого нужно иметь актерское дарование? Я играла в любительских спектаклях, но немного.
Ксантия спустила ноги на пол и послала ей ободряющую улыбку.
– Не беспокойся ни о чем. Предоставь практическую часть мне. Этот дом наполнен волшебством. В нем дюжины комнат, кроме того, позади имеются небольшие строения, мы зовем их студии, где можно построить любые декорации, какие пожелаешь.
Она поднялась, гибкая, как пантера, двигаясь с чувственным, уверенным изяществом женщины, которая знает, что она очень желанна для обоих полов, и наслаждается этим. Джулия, полная вожделения и черной зависти одновременно, смотрела на Андре глазами, полными упрека. Он избежал этого взгляда, просто улыбнулся и сказал:
– Уверен, что вы обе хотите посмотреть ваши комнаты. Самир проводит вас. Встретимся позже.
– Нет ли у вас ко мне каких-либо поручений, мистер Бофорт? – выдавила из себя Джулия, будучи полностью захваченной ситуацией и не в силах расстаться с ним.
– Не будет никакой работы, во всяком случае, той, которую ты привыкла выполнять, – произнес он чарующим голосом. – Расслабься, Джулия и ни о чем не беспокойся.
Когда за Хизер и Джулией, сопровождаемыми Самиром, закрылась дверь, Ксантия прижалась к Андре.
– Пойдем наверх, – промурлыкала она, – я хочу больше узнать про Хизер. А зачем ты привез эту скучную Джулию?
Он поцеловал ее, причем кончик ее языка слегка высунулся навстречу его.
– А, преданная Джулия… Понимаешь, дорогая, она слишком влюблена в меня. Жертва, которую всегда использовали и бросали мужчины, если таковые вообще были. Человек, больной любовью, если хочешь, вступает в отношения, которые не принесут ничего, кроме боли. Мы должны помочь ей повзрослеть.
Рука об руку они поднялись наверх по лестнице с замысловатым чугунным литьем. На верхней площадке они задержались и посмотрели на великолепный зал внизу.
– Это очень благородно с твоей стороны, дорогой, – сказала Ксантия, искоса взглянув на него своими кошачьими глазами, – но она не в состоянии заплатить, не так ли?
– Меркантильная сучка, – засмеялся он в ответ, слегка укусив ее за ухо. – Я сам заплачу. Игра стоит свеч, если она отстанет от меня.
– А Хизер? – Она прильнула к нему, и они так продолжали идти, пока не уперлись в огромную дверь, ведущую в ее личные покои.
– Она очень богата. Чарльз оставил ей недурное состояние. Я ей желаю только добра. Это будет одним из самых ярких воспоминаний на всю жизнь.
В своем будуаре она села на стул, стоящий у богато украшенного туалетного столика, скинула накидку и сняла верх своего бикини. Ее груди предстали во всей своей красе. Поддерживая их руками, она потерла соски, чтобы они поднялись. С полузакрытыми глазами она смотрела на свое отражение в зеркале.
– Она не девственница, не так ли? – спросила она, обращаясь к Андре.
Он стоял позади нее, и она, откинув голову, прислонилась к нему, касаясь его живота и чувствуя возбуждение его члена.
– Технически нет, но она говорила мне, что у нее никогда не было оргазма.
– Никогда? – Ксантия не могла в это поверить.
Он покачал своей темной головой, наклоняясь, чтобы лизнуть ее голое плечико.
– Никогда. Так она утверждает. Она даже не знает, что при этом чувствуешь.
– Даже не знает. – Она взяла его за руку и положила ее на маленький треугольный кусочек ткани, едва прикрывавший ее половые органы.
Андре отодвинул его и посмотрел на ее бритое место, такое голое, что она напоминала маленькую девочку, лишь одна тонкая полоска волос была оставлена, чтобы подчеркнуть линию, аккуратно разделявшую две половинки и уходящую вглубь, скрываясь между ног. Ксантия тяжело задышала и, приподняв бедра, развела ноги. Он раздвинул ее половые губы, сменил позицию, чтобы было удобнее, и, найдя клитор, начал ласкать его. Все вокруг было уже красным, и только этот орган, разбухший и показавшийся из своего капюшона, поблескивал, как твердая драгоценная жемчужина.
– Не всем женщинам повезло так, как тебе, дорогая, – серьезно сказал он, глядя, как она, запрокинув голову, стонет, задирает ноги и извивается под его опытными пальцами. – Тебе всегда нравился секс, не так ли?
Он стоял на коленях между ее ног, поглощенный изучением ее интимных мест.
– Такая чувствительная киска, привыкшая к мастурбации. Хочешь, чтобы я сделал так, чтобы ты кончила?
– Да, да, сделай так, Андре. Сейчас, сейчас, ааа… я не могу больше сдерживаться. Я кончаю! Да, вот, да!
Комната потрясла Хизер своим великолепием. Высокий потолок, большие окна, выходившие на балкон, с которого открывался прекрасный вид на парк. Самир принес ее чемодан и, показав, как пользоваться звонком для вызова слуг, висевшим у камина каррарского мрамора с зелеными прожилками, удалился. Хизер бродила по своей комнате, будучи на седьмом небе от счастья. Коллекционер с всепоглощающей страстью к антиквариату, она приходила в восторг от каждого предмета. Кровать с четырьмя колоннами относилась к эпохе Регентства и, несомненно, была подлинной. Судя по высокому качеству и тщательности отделки, драпировки из парчи цвета зеленого яблока были настоящей ручной работы. Загадка все более мучила ее. Кем была Ксантия и как она смогла приобрести все эти замечательные вещи? Хизер посмотрела на свои тоненькие, украшенные бриллиантами часики. Перевалило за полдень, а Андре сказал, что они встретятся за коктейлями в шесть. Было достаточно времени, чтобы распаковаться и не спеша насладиться горячей ванной. Но сначала надо найти проигрыватель и ознакомиться с коллекцией пластинок. Вот это да! Опера! Самым большим ее увлечением была музыка. Скоро бархатный голос ее любимого тенора наполнил комнату, голос от которого холодок бежал по спине и, достигнув низа позвоночника, возвращался и ударял в голову. В ванной, которая находилась справа и не уступала в роскоши всей остальной комнате, были установлены дополнительные скрытые динамики. Настоящая викторианская оснастка из белоснежного фарфора, тщательно украшенная рисунками махровых роз, но с современным сантехническим оборудованием.
Скоро огромная ванна наполнилась горячей водой из золотых кранов в форме дельфинов, и Хизер добавила в нее ароматических масел из того обилия, что стояло на полочке, украшенной цветастой плиткой. Не прошло и секунды, как Хизер, раздевшись, блаженствовала в теплой ароматной воде, откинув голову на удобно изогнутую спинку. Ванна была так велика, что в ней спокойно могли уместиться и два, и более человек. Музыка продолжала ласкать ее волнами умопомрачительных звуков. Ее глаза закрылись. Она начала мечтать.
Эротические видения проплывали перед ней. Например, она представляла себе, как принимает ванну вместе с мужчиной. Каким он будет? Предпочтительно темный, а не накачанный блондин с неестественно огромными бицепсами. Ей никогда не нравились гладиаторы. Она всегда подозревала таких в гомосексуализме – слишком много времени и внимания они уделяли собственной внешности для того, чтобы заслужить серьезное внимание женщины. Нет, ее идеальный любовник был бы сделан из нескольких частей. Она начала играться с мыслью о создании андроида – существа, которое объединило бы в себе ее разные желания. Он был бы высок, брюнет и классически красив. Он напоминал бы лорда Байрона или погруженного в размышления о каких-то темных тайнах героя произведений сестер Бронте. Искатель приключений, вроде Индианы Джонса, но весьма интеллигентен, утончен, чувственен, ценитель литературы, искусства и музыки. Важно было, чтобы он пел, как итальянец, и был очень мужественен и талантлив, как танцовщик Большого театра. Хизер сонно улыбнулась, разморенная теплой водой, которая после добавления дорогостоящих ароматических масел стала ласковой и нежной, как шелк. Как было бы хорошо иметь такого! Включать его, когда он нужен, а затем, когда бы он ее удовлетворил, выключать и убирать в шкаф до следующего раза. Никаких трудностей, обид, скандалов, только удовольствие в чистом виде. Пластинка закончилась. Она уже почти уснула, когда остывшая вода заставила ее проснуться настолько, чтобы повернуть кран горячей воды. Даже губка была больше, толще и мягче, чем те, которые она видела раньше. Она намылилась и, набирая воду в губку, начала поливать свои руки и спину. Приятные теплые ручейки побежали по ее груди, возбуждая соски. В дверь тихонько постучали.
– Кто там? – спросила Хизер, инстинктивно прикрывая грудь губкой.
– Это я, Ксантия. Можно войти?
– Думаю, да, – неуверенно ответила Хизер, измеряя глазами расстояние от ванны до ее банного халата, которое пролегало через скользкий пол.
Движение, звук закрывающейся двери – и Ксантия появилась у края ванны. Она взяла у Хизер губку и начала поливать ее водой точно так же, как та делала сама.
– Тебе нравится комната? – спросила она, приподняв темную бровь.
– О да. Она отличная. Я думаю, Андре рассказывал вам, как я люблю все старинное и необычное, а музыка просто замечательная.
Хизер отлично понимала, что соски ее грудей возбужденно торчат и выглядывают из мыльной пены, как любопытные носы домашних питомцев. Что они ожидали, озорники? Что их побалуют и поласкают? Сигнал, родившийся в них, отозвался в ее клиторе.
Ксантия переоделась в вечернее платье из шелковистого черного джерси. Его верх соблазнительно подчеркивал форму ее тела, а юбка ниспадала к щиколоткам, открывая золотые сандалии на подвязках и высоких каблуках. Каждое ее движение было тщательно выверено и продумано с тем, чтобы соблазнить и раздразнить.
– Это хорошо. Я рада, что ты довольна, – сказала она, продолжая ласкать Хизер губкой. – Я бы хотела, чтобы ты надела что-то иное сегодня. Не твой обычный выбор, а положись на меня и примерь то, что я принесла.
– Хорошо. – Хизер хотела бы, чтобы хозяйка вышла и дала ей возможность выбраться из ванны, но осознание того, что Ксантия и не думала никуда уходить и собиралась наблюдать ее появление из воды, доставляло ей неизъяснимое, темное, сладострастное удовольствие.
Ксантия осталась. Она с удовольствием рассматривала прекрасное тело Хизер, только однажды слегка прикоснувшись своим заостренным ногтем к одному из ее розово-коричневых сосков. Он немедленно съежился в ответ на этот мимолетный контакт. Хизер взяла халат и тщательно обернула им свою блестящую плоть, держа одну его полу перед собой, как щит. Она прошла в спальню, оставляя на ковре мокрые следы.
Ксантия последовала за ней. Тайная усмешка слегка искривила ее малиновые губы. Как такой человек, как Андре, смог отыскать подобное сокровище? Это была исключительная женщина. Казалось, что она была так ранима, так хрупка, даже невинна, хотя, так же как и он, Ксантия угадала в ней скрытую страстную чувственность, которая, если ее освободить, не будет знать никаких границ. Например, эти соски. Это просто голодные звери.
«Но не беспокойтесь, мои дорогие, – мысленно обратилась к ним Ксантия, – скоро вы получите свою долю наслаждения».
Джулия ее не очень интересовала. Пусть Андре продолжает ее образование, если ему так хочется. Хотя она была полностью согласна с тем, что Джулии уже пора прекратить играть роль жертвы. У Ксантии были кое-какие планы в отношении ее. Были они и у него.
Показывая на разложенное на кровати платье и желая, чтобы Хизер сняла свой банный халат, она предложила:
– Примерь его. Посмотрим, как оно сидит.
Их глаза встретились. У Ксантии были глубокие, магнетические озера. Хизер чувствовала, как она в них тонет. И дело было не только в ее колдовской, неземной красоте. Было в ней что-то гораздо большее. Казалось, что она источает секс каждой порой своего тела. Подчинение ей представлялось самым естественным делом на свете. Хизер сбросила халат на пол и осталась нагишом, дрожа от неожиданного холода, так как ветерок обдувал ее влажную кожу. У Ксантии перехватило дыхание. Она села на кровать рядом с великолепными вещами, которые она принесла.
«Андре прав, – подумала она, – у этой девочки есть уникальные задатки, которые стоит развивать».
– Ты прекрасна, – сказала она, и в ее глазах было нечто такое, что придало румянца щекам Хизер. – Правда, что говорил Андре? Правда, что ты не знаешь, что значит кончать?
– Да, это правда. – Хизер было стыдно, ей хотелось спрятаться, одеться.
Ксантия жестом остановила ее, приказав оставаться голой.
– Я очень рада, дорогая, – прошептала она. Ее мысли путались. Ей хотелось опрокинуть Хизер на кровать, раздвинуть эти все еще девственные ноги и ласкать ее вагину, гладить ее клитор до тех пор, пока она не взорвется во всепоглощающем оргазме. В ее первом оргазме! Какое счастье быть той, кто будет у нее первой! Но это не будет ее привилегией.
– Возбуди, подготовь ее, – инструктировал Андре, – и это все. Пусть она будет как натянутая струна. Тогда все и будет сделано.
– А мы можем посмотреть? – спросила Ксантия, когда они лежали на кровати в ее будуаре, а она рукой ласкала его член, пока тот полностью не поднялся. Ему всегда было мало.
– А как ты думаешь? – поддразнил он, лаская своим языком мягкие глубины ее рта.
Им нравилось подсматривать. Это было любимое развлечение Ксантии и уступало только мастурбации. Когда они смотрели, они тоже получали сексуальное удовлетворение. Они наслаждались тем, что смотрят на руки, губы, мокрые женские и эректированные мужские половые органы других людей, и любили, когда на них смотрят.
– О Хизер, сегодня ты попробуешь, что это такое, – пообещала Ксантия своим низким печальным голосом. – Это прекрасно, дорогая.
Она легко провела рукой по спине девушки. Это прикосновение произвело такое сильное действие, что Хизер даже забыла о стыде.
– Вы имеете в виду, что найдете мне любовника? – задыхаясь, спросила она, наклонившись вперед и держась руками, чтобы не упасть.
Ксантия хохотнула и положила палец на ее мягкий тайный бутон.
– Не обязательно. Ты хочешь получить самый сильный оргазм, а это не всегда достигается с помощью мужчины.
– Нет? – Хизер, полагаясь на свой первый, пусть очень слабый, контакт в этой области и ежеминутно заливаясь краской стыда, хотела знать больше. – Но я всегда думала, что это – наивысшее наслаждение.
Ксантия уже начала сама возбуждаться, она ощутила пульсацию в клиторе. Он требовал, чтобы его потерли. Она знала, что может ослушаться Андре и взять Хизер немедленно. Ей очень хотелось показать ей весь мир наслаждения, засунуть руку между ее ног, запустить палец между ее невинными, жаждущими срамными губами, а потом наиграться с этой просыпающейся крошкой вдоволь. Она мечтала попробовать на вкус ее соки, зарыться лицом в эти белые бедра и лизать каждую розовую складочку и клитор, который бы сильно пульсировал, моля об освобождении, пока девушка не закричала бы в экстазе завершения. Но нет, этому не суждено было случиться. Не ей принадлежала невинность Хизер.
– Пора одеваться, – сказала она, – я помогу тебе.
– И это все? – Хизер недоверчиво уставилась на крошечное платье без бретелек, потом встала и приложила его к себе.
– Тебе ничего другого и не потребуется, кроме маски и плаща.
– И никакого нижнего белья?
– Только пара этих черных чулок и пояс к ним.
– А трусики?
– Трусы – лишняя помеха. Я не ношу их, если только мне не кажется, что меня дополнительно возбудит ощущение того, что кто-то их с меня стаскивает. Это зависит от моего настроения. Ты тоже научишься получать удовольствие от их отсутствия.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?