Читать книгу "Переговорный процесс в социально-экономической деятельности"

Ловушка самоуверенности сродни ловушке «якорения». Она приводит к тому, что мы устанавливаем слишком узкие границы возможного. Чтобы избежать опасности и избавиться от излишней самоуверенности, необходимо напоминать себе о вероятности экстремальных событий, помнить о верхнем и нижнем пределах возможного.

Ловушка излишней осторожности, или тенденциозное искажение фактов, может привести к катастрофическим последствиям в бизнесе. Необходимое для принятия решений свойство – осторожность может сыграть негативную роль, когда попавшие в ловушку люди искажают данные, подтасовывают цифры. Самая надежная защита от такой ловушки – оставаться честным перед самим собой, запрашивать информацию у других, убеждаться в ее правдивости и объективности.

Принятие решений в условиях переговорного процесса требует особого искусства, ибо сам по себе он характеризуется открытостью, неопределенностью, альтернативностью, наличием обязательного выбора, требует постоянной корректировки и трансформации как используемых средств, так и поставленных целей. Контролировать ход действий можно только тогда, когда рационально контролируется процесс при нятия решений.

Глава 9. Коммуникативная парадигма переговоров: логика и культура диалога

9.1. Политическая коммуникация и переговоры

Развитие политической коммуникации, как и развитие информационных технологий, за последние несколько десятилетий качественно преобразило облик современного мира: расширились различные источники информации, средства и каналы доставки знаний, радикально изменилось содержание коммуникационных процессов в сфере политического дискурса и переговорного процесса. Переговоры и политика изначально содержат в себе коммуникационное начало, которое проявляется в конкретно-исторических формах взаимодействия, взаимообмена мнениями различных субъектов политики и экономики, выражающих государственные интересы, интересы компаний, различных институтов по поводу установления взаимовыгодных соглашений, изменения социально-экономических условий и власти в обществе.

Переговоры неприемлемы вне политической коммуникации как своеобразного вида политических отношений и информационного поля политики, представляющего со бой совокупность теорий, методов и практик, которыми могут пользоваться политические организации и органы власти с целью определения своих задач и влияния на поведение граждан. Информационные потоки политической коммуникации выступают действующим механизмом массовых настроений, общественного мнения, коллективных представлений, политических предпочтений, готовят почву для международных и внешнеэкономических переговоров, переговоров между государственными органами и гражданским обществом, властью и народом.

Специфика политической коммуникации определяется совокупностью процессов информационно-коммуникативного обмена, ориентированного на передачу политической информации, структурирующей политическую деятельность и придающей ей особое значение. Информационно-коммуникативные процессы в этом случае неотделимы от политических отношений в обществе, подчиняются принципам и законам политической системы, специфическим формам взаимодействия субъектов политики. Политическая коммуникация включается в широкий спектр массовой коммуникации, воздействует на формирование отношения к тем или иным политическим проблемам общества и в конечном итоге на функционирование политической системы, ее стабильность и устойчивость.

В зависимости от типа отношений между субъектами политики, целей и ресурсов коммуникаций выделяют следующие типы политических сообщений: 1) побудительные (приказ, предупреждение); 2) собственно информативные (реальные или вымышленные сведения); 3) фактические (сведения, связанные с установлением и поддержанием контакта между субъектами политики)[138]138
  Василик, М.А. Основы теории коммуникации / М. А. Василик [и др.]. М., 2006.


[Закрыть].

Система политической коммуникации направлена на различные уровни информационных потоков:

• международная информация – включает процесс передачи информации с целью оповещения мирового сообщества о текущих и предстоящих социально-политических и экономических событиях (влияя тем самым на отношение к ним и формируя глобальное общественное мнение);

• внутригосударственная актуальная информация – обслуживает органы власти и управления, необходима в рамках государственного управления (служебная и иная), важна для решения тех или иных административных задач;

• информационная среда деятельности партий, профсоюзов, общественных движений (программы, уставы и информация в рамках общественных объединений);

• информация, обращенная непосредственно к общественному мнению, массовому сознанию, политическому поведению больших групп людей (с особой ролью средств массовой информации);

• неформальная коммуникация между людьми и группами, которая не контролируется извне формальными структурами (слухи, сплетни, анекдоты, карикатуры и политические мифы как каналы передачи неформальных сообщений), позволяет включаться в политический процесс широкому слою субъектов и адаптироваться к политической информации в рамках собственного мировоззрения и принятия политических ценностей. Коммуникация является неотъемлемой частью политики, представляет ее сущность, организует общение между людьми для решения социально значимых задач, оказывает значительное влияние на политические процессы, осуществляет взаимодействие субъектов, формирование предпочтений и ориентаций, является своеобразным индикатором социальных процессов[139]139
  См. подробнее: Вершинин, М.С. Политическая коммуникация / М. С. Вершинин. СПб., 2001; Дегтярев, А.А. Основы политической теории / А. А. Дегтярев // Библиотека Гумер [Электронный ресурс], 2003. Режим доступа: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/Degt/_08.php


[Закрыть].

В иерархической структуре направленности личности на общение взаимодействие реализуется через различные установки партнеров по переговорам (бизнесменов, политиков) на равноправие, понимание, творчество. Если с этих позиций рассмотреть виды направленности личности на общение, то можно выделить следующие ее типы: диалогическая, авторитарная, манипулятивная, конформная, альтероцентристская, индифферентная.

Диалогическая направленность личности на общение предусматривает единство и яркую выраженность всех трех установок личности: на равноправие, понимание и творчество. В диалогической направленности прослеживается доверие и уважение к собеседнику, открытость, стремление понять собеседника, проникнуть в его внутренний мир, желание взаимного творческого общения. Чем содержательнее диалог, тем богаче становится каждый из его участников, поскольку развиваются его творческие возможности, в его мир вносится определенная доля оригинальности. «Если у вас есть яблоко, – говорил Б. Шоу, – и мы обмениваемся этими яблоками, то у вас и у меня будет по одному яблоку. А если у вас есть идея и у меня есть идея и мы обмениваемся ими, то у каждого из нас будет по две идеи. Диалог – это самая дешевая и оперативная форма обмена информацией». Диалогическая направленность особенно необходима для современного субъекта власти – участника переговоров. Сегодняшний мир противоречив и полемичен больше, чем когда-либо прежде, и будущее человечества во многом зависит от умения политических лидеров организовать плодотворный, эффективный, перспективный диалог в самых различных областях социального бытия: диалог в науке и политике, между партиями и народом, народом и властью, верующими и неверующими.

Авторитарная направленность личности в общении отличается монологичностью, тенденцией доминирования «я», подавлением активности партнера. Возможность равноправия, понимания и творчества сторон в этом случае игнорируется. При принятии «силовых» решений такая модель используется и в современных переговорных процессах, в том числе в большой политике.

Манипулятивная направленность характеризуется использованием партнера в своих целях. В данной ситуации установка на равноправие не рассматривается; чтобы подчинить себе собеседника, применяются установки на понимание и творчество. Субъект переговоров с манипулятивной направленностью на общение является, как правило, хорошим артистом, с хорошо поставленной дикцией, жестами и мимикой. Это дает ему возможность «играть» эмоции, соответствующие ситуации, хотя внутренне он безразличен и «глух» к чувствам партнера, никогда не сопереживает ему.

Конформная направленность характеризуется отказом от равноправия в пользу партнера по переговорам.

Альтероцентристская направленность характеризуется отказом субъекта переговоров от собственных целей в ситуации общения, полным подчинением своей активности задаче оказания помощи партнеру в реализации его целей. Субъекты с такой направленностью на общение часто используются политическими лидерами для решения личных, собственных задач. Установки на равноправие, понимание и творчество отсутствуют.

Индифферентная направленность отличается также слабым проявлением установок на равноправие, понимание и творчество. По сути дела, общение здесь игнорируется.

Знание различных типов направленности личности на общение является важнейшей предпосылкой успешной деятельности субъекта власти – участника переговорного процесса. Это дает возможность не только хорошо ориентироваться в стратегии процесса межличностного общения, используя соответствующие механизмы воздействия на партнера в зависимости от его направленности на общение, но и самому корректировать методы продуктивного общения с окружающими людьми, овладевая искусством наиболее привлекательной диалогической направленности. Одним из направлений психологической подготовки партнеров по переговорам как раз и является овладение методами продуктивного общения, правилами ведения диалога, а иногда и спора.

9.2. Спор: его типы и роль в коммуникативных моделях[140]140
  Здесь автор опирается на совместные с профессором В. Ф. Берковым работы (в частности, Берков, В.Ф. Культура диалога / В. Ф. Берков, Я. С. Яскевич. Минск, 2001) и выражает ему свою признательность.


[Закрыть]

«В споре рождается истина» – гласит древняя мудрость. Тем самым отмечается важное познавательное значение этой процедуры, в том числе в переговорах и политической коммуникации, поэтому понятие спора заслуживает особого рассмотрения. Спор, его разновидности (дискуссия, полемика) являются предметом освещения в литературе[141]141
  См.: Ивин, А.А. Искусство правильно мыслить / А. А. Ивин. М., 1990; Никифоров, А.Л. Общедоступная и увлекательная книга по логике / А. Л. Никифоров. М., 1995; Рузавин, Г. И. Логика и аргументация / Г. И. Рузавин. М., 1997; Герасимова И. А. Введение в теорию и практику аргументации / И. А. Герасимова. М., 2007.


[Закрыть]. Однако многие вопросы теории спора до сих пор неясны. В качестве рабочего примем следующее определение: «Спор – столкновение мнений или позиций, в ходе которого стороны приводят аргументы в поддержку своих убеждений и критикуют несовместимые с последними представления другой стороны»[142]142
  Ивин, А.А. Словарь по логике / А. А. Ивин, А. Л. Никифоров. М., 1998. С. 321.


[Закрыть]. Заметим, что спор – это сложная, синтезированная форма общения, включающая, как правило, целый комплекс аргументационных процедур. Спор немыслим без аргументации, но не наоборот.

Существуют различные классификации, или типологии, споров. В современной литературе выделяют обычно две разновидности спора – дискуссию и полемику. Дискуссия – обсуждение какого-либо вопроса или группы вопросов компетентными лицами с намерением достичь взаимоприемлемого решения относительно истинности некоторого положения. Это наиболее «сильная» в познавательном отношении форма спора. Она характерна прежде всего для научных аудиторий, а также для классического переговорного процесса.

Полемика отличается стремлением каждой стороны утвердить свою собственную позицию. Но, как правило, противники остаются при своих мнениях, и полемика не завершается синтезом позиций, как это часто бывает в современных политических баталиях, особенно во время предвыборной кампании. Иногда в полемическом задоре спорщики доходят до безобразной перебранки, оскорблений, случается, и до рукоприкладства. Тогда ни о каком диалоге уже не может быть речи, он саморазрушается и вырождается. В редких случаях эта форма характерна для жесткой, дистрибутивной формы переговоров.

С. И. Поварнин дает более подробную типологию споров. В зависимости от основания он делит споры: а) на сосредоточенные и бесформенные; б) простые (один на один) и сложные; в) при слушателях и без слушателей; г) письменные и устные; д) за мысль и за доказательство; е) ради проверки истины, ради убеждения, ради победы; ж) спор-спорт и спор-игра.

Суть пунктов (а – г) очевидна. Что ка сается пункта д), то разъясним, что в первом случае (за мысль) обсуждается вопрос, является ли некоторая мысль истинной (ложной), и задача спора – доказать ее или опровергнуть. Во втором же случае (за доказательство) спорят о том, правильно ли доказательство некоторой мысли.

Наибольшее значение С. И. Поварнин придает последним пунктам, основание которых заключается в различиях мотивов для вступления в спор. «Каждый из этих типов, – пишет С. И. Поварнин, – имеет свои особенности по отношению к выбору тезиса и доводов, к желательности того или иного противника, к допущению или недопущению сомнительных приемов спора»[143]143
  Логика и риторика. Хрестоматия / сост. В. Ф. Берков, Я. С. Яскевич. Минск, 1997. С. 490.


[Закрыть].

Тип спор-игра, выделенный по признаку различия в мотивах, особенно ярко проявил себя в Древней Греции. Как отмечает С. И. Поварнин, можно обратить главное внимание и на умственную сторону этой игры, на те высокие предметы, на которые она была направлена. Это была игра, способная процветать только среди развитого в умственном отношении народа; народ с менее утонченным умом не увлекся бы ею. Афиняне и до сих пор находят особенное наслаждение в споре. Этот факт поражает всякого посетителя Афин. То и дело в кофейнях, скверах или между развалинами Акрополя можно видеть группы людей вокруг двух спорящих противников, группы, вызывающие воспоминания о Сократе и его друзьях. Они не спорят подобно Жиль-Блазу[144]144
  Герой одноименного произведения французкого писателя А. Л. Лесажа.


[Закрыть] и его ирландцам, применяя в качестве убеждения кулаки. Они спорят из чистой любви к рассуждению; аудитория стоит или сидит вокруг них, любуясь приятной игрой, и испытывает самое тонкое удовольствие при ловком словесном ударе или удачном отражении. Никакой другой народ не мог бы спорить так, как греки, не доходя до потасовки; данная характерная черта осталась у них неизменной в течение двух тысяч лет. Это трудное и изощренное препровождение времени. Споры, из которых вышли логические трактаты Аристотеля, греки изобрели себе приблизительно за сто лет до того времени, как Аристотель достиг зрелого возраста.

С. И. Поварнин считает, что спор-игра в чистом виде не встречается, и, возможно, его мнение совершенно справедливо относительно первых десятилетий ХХ в. Но сегодня этот тип спора возрождается на новой основе в деловых играх – методе, широко применяемом в процессе принятия решений, в учебном процессе, особенно при подготовке менеджеров, дипломатов и т. д.

Спор-спорт – это спор ради спора: «Сегодня такой спортсмен доказывает, что А есть Б, и так горячится, как будто это самое святое святых его души. Завтра он будет доказывать, что А не Б, а В, и так же горячиться»[145]145
  Логика и риторика. Хрестоматия. С. 495.


[Закрыть].

При споре ради убеждения дело сводится к тому, чтобы вынудить кого-то признать истинность некоторого положения. Для убеждающего здесь важен не столько тезис, сколько противник. Весь интерес убеждающего сводится к тому, примет противник тезис или нет. Приемы в этом типе спора не всегда можно назвать «чистыми», что находит отражение в некоторых бизнес-переговорах.

Еще менее стесняются в приемах спорщики, которые ведут спор ради победы. Спорят при этом не потому, что во что-то верят, а потому, что надо победить. Верят спорщики в истинность тезиса или не верят – дело второстепенное. Это самый низкий по своим целям тип спора. За ним закрепился термин «полемика» в худшем понимании этого слова.

Наибольшую симпатию у С. И. Поварнина вызывает спор ради проверки истины, для испытания ее обоснованности. С этим типом спора имеют дело тогда, когда, например, одна сторона защищает какую-то мысль от нападения другой, главным образом желая посмотреть, какие возражения могут быть сделаны против нее и насколько сильны эти возражения. Бывает и наоборот: нападают на мысль с целью узнать, что можно сказать в ее пользу. В истинности же или ложности ее на самом деле уверенности нет. С. И. Поварнин замечает, что в чистом, выдержанном до конца виде этот тип спора встречается редко – «только между очень интеллигентными и спокойными людьми»[146]146
  Логика и риторика. Хрестоматия. С. 491.


[Закрыть]. Тезис берется из области, интересующей обоих спорщиков. Приемы такого «проверочного спора» безукоризненны, потому что, раз идет дело об исследовании истины, сама потребность в нечистых приемах естественно отпадает. Доводы подбираются как можно более сильные, и каждое новое возражение вызывает только новый интерес. Желателен противник, приблизительно равный по силе. Обобщая характеристику этого типа спора, С. И. Поварнин пишет: «Такой спор есть, по существу, совместное расследование истины. Это высшая форма спора, самая благородная и самая прекрасная»[147]147
  Логика и риторика. Хрестоматия. С. 491.


[Закрыть]. Нетрудно видеть, что здесь С. И. Поварнин дает характеристику тому типу спора, который в современной литературе называется дискуссией.

Специфика научной дискуссии состоит в ее направленности и в используемых ею средствах. Если цель полемики, как правило, – победа над противником, утверждение собственной точки зрения, то дискуссия направлена на достижение определенной степени согласия между ее участниками относительно дискутируемого тезиса. Используемые в дискуссии средства должны быть общезначимыми для всей аудитории, в то время как в полемике это вовсе необязательно и каждая из сторон применяет те приемы, которые нужны для победы.

Дискуссия выступает важнейшим средством интеллектуального общения, сферой кристаллизации новых идей, способом оптимизации творческого поиска в процессе переговоров с целью найти взаимоприемлемое решение, прийти к консенсусу. Продуктивная дискуссия способствует выявлению, постановке и решению конкретных научных проблем, возникновению новых междисциплинарных направлений, поиску и внедрению нестандартных методов и подходов для решения постоянно возникающих в науке, политике, международной деятельности противоречий. В условиях единодушного согласия и конформизма невозможны ни опровержение канонических общепринятых истин, ни прирост научного знания, ни организация переговоров. Ценность научных и политических дискуссий состоит в том, что они способствуют формированию нового знания и новых подходов в разрешении политических и экономических проблем, а интенсивная духовная работа в ходе их приводит к лучшему пониманию того, что не было в достаточной мере ясным или не нашло еще убедительного обоснования. В ходе дискуссий в научном сообществе происходило становление и формирование идеалов обоснованности знаний, взаимной взыскательности и бескомпромиссности, честности и преданности истине, что является соответствующим образцом для организации дискуссий в политической коммуникации, переговорном процессе.

9.3. Дискуссия как метод оптимизации принятия решений и феномен культуры

Дискуссия лежит в основе многих методов оптимизации принятия решений. Среди них особую известность приобрели «мозговая атака», «охота на ведьм», синектика, морфологический анализ, дельфи-метод, которые сегодня успешно применяются в подготовке переговорного процесса.

«Мозговая атака» — наиболее популярный метод активизации коллективной мыслительной деятельности, способствующий выработке правильных решений. Он чаще всего применяется при попытках решения сложных и нечетко сформулированных проблем, когда, казалось бы, невозможно даже представить, с какой стороны подойти к проблеме. Вначале подбираются две группы людей, которые будут участвовать в решении проблемы: «генераторы» и «эксперты». Генераторы выдвигают идеи, эксперты их оценивают. Создается атмосфера, благоприятная для творческой работы. Разрешается высказывать любые, в том числе и заведомо «безумные», идеи; категорически запрещается их критика. Строго фиксируются все мысли и предложения, возникающие у генераторов.

Накопленный материал поступает в группу «экспертов», где он скрупулезно исследуется. Здесь по законам логики предпочтений происходит отбор наиболее ценных идей и вырабатываются практические рекомендации по решению проблемы. Обратим внимание на условие отбора, предполагающее отсутствие критики выдвигаемых предложений. Пожалуй, это «изюминка» данного метода, создающая необходимый психологический комфорт. На одной из встреч с Н. Бором во время посещения им Советского Союза Л. Ландау спросил гостя, в чем секрет, что вокруг него постоянно теснится молодежь, что ее так притягивает к ученому. Н. Бор ответил: «Никакого особого секрета нет, разве только отсутствие боязни показаться глупыми». Возможность произносить вздорные суждения задает «режим наибольшего благоприятствования» для творческих умов.

Метод, противоположный «мозговой атаке» и основанный на поиске недостатков в новых идеях, можно назвать «охотой на ведьм». Широкое применение его при тоталитарном режиме способствовало воспитанию людей в духе конформизма, консерватизма и догматизма.

Синектикой называют профессиональную «мозговую атаку», проводимую людьми (синекторами), обученными специальной методике данной игры: синекторы обычно разбивают решение проблемы на стадии: а) принятие проблемы в том виде, как она сформирована заказчиком; б) анализ проблемы и ее реконструкция в языке той науки и той области, методами которой предполагается ее разрешение; в) четкая фиксация известного и неизвестного; д) генерация идей решения проблемы (возможно, методом «мозговой атаки»); е) обсуждение альтернативных вариантов решения, выбор оптимального. Синектологи предлагают интересную градацию аналогий как важнейшего средства генерации идей. Это: 1) прямые аналогии, предусматривающие поиск решений в окружающих объектах; 2) субъективные аналогии (эмпатия), предусматривающие отождествление себя с искомыми проблемы; 3) символические или поэтические аналогии, заключающиеся в переносе свойств одних объектов на другие – прежде всего по функциональному назначению (телекабель – лазерный луч); 4) фантастические аналогии – наделение объектов несуществующими свойствами или использование не существующих в природе объектов (насекомое, застегивающее герметичную застежку на костюме космонавта).

Морфологический анализ связан с выборкой вариантов по заранее предложенной классификации. При этом выделяются основные характеристики анализируемой системы и возможные формы реализации каждой из них, после чего производится анализ всех сочетаний форм по всем характеристикам. С применением информационных технологий этот метод может дать плодотворные результаты. Его недостаток – сложность нахождения самого удачного среди множества решений, поскольку факторами отбора становятся соображения практического характера, отдаваемые предпочтения и т. д.

Дельфи-метод используется при прогнозировании событий. Всякое прогнозирование связано с оценками будущего на основе знаний о прошлом, которое нельзя механически перенести в будущее. Естественно, что такое прогнозирование отличается различной степенью вероятности. Дельфи-метод является групповым методом прогнозирования. В группу включается значительное число экспертов. На группу возлагается задача – дать скорректированный и статистически обоснованный прогноз. Применение дельфи-метода связано с тремя важнейшими требованиями: анонимностью (эксперты не контактируют между собой, и то, кому принадлежит некоторое предположение, остается в тайне); наличием контролируемой обратной связи (эксперты информируются о текущем состоянии прогноза и аргументации мнений, которые являются преобладающими); использованием статистических методов обработки мнений. После ознакомления экспертов с первыми результатами опыт может повторяться до тех пор, пока влияние согласованности становится незначительным. Опрос осуществляется с помощью анкет.

Существуют достаточно эффективные методы оптимизации принятия решений посредством использования коммуникативных технологий. Их структурную основу составляет дискуссия. Применение таких методов дает ценный практический результат. Методы направлены на преодоление стереотипов индивидуального сознания, его культурной замкнутости и дисциплинарной ограниченности. Вместе с тем следует иметь в виду, что не существует идеальных рекомендаций, как следует поступать субъекту в той или иной конкретной ситуации. Решение проблем – процесс творческий, требующий нестандартности мышления, импровизации, изобретательности и фантазии. Любой набор рекомендаций дается на основе прошлого опыта и потому носит открытый характер. Результаты дискуссии могут оказаться скромными, но тем не менее полезными. Иногда достаточно увидеть вещи в ином свете или осознать, что удалось сделать еще один шаг на пути к истине, и решение приходит.

Культурологический анализ дискуссии показывает, что в различных культурах в разные времена складывалось или позитивное, или негативное отношение к дискуссиям (борьбе мнений). В японской культуре, например, негативное отношение к дискуссиям выразилось в пословице: «В споре виновны обе стороны». Стремление преодолеть разногласия и расхождения во имя гармонии существования, терпимость к поведению ближнего, церемониальность и вежливость речевого обращения являются безусловными ценностями японской культуры и в соответствии с этим горячо спорить у японцев считается большой грубостью.

Логические особенности данного способа мышления иногда называют принципом трехполюсного мышления, связывая его не с законом исключенного третьего, а с признанием правоты каждой из сторон и их примирения третьей стороной.

Возникший в Китае чань-буддизм распространился в Японии и проник в Европу под названием дзэн-буддизма, также сформировал негативное отношение к спору. По концепции дзэн-буддизма, если вы подходите к вещам критически, то совершаете ошибку, влекущую за собой бесконечную цепь отрицаний и утверждений, противоречивость которых интеллект примирить не может. В знаменитом изречении дзэн-буддистов отношение к спору выражено словами: «Всякий раз, когда вы утверждаете или отрицаете, вас надо бить палкой». Один из принципов созданного в чань-буддизме диалога мондо («диалог огневой скорости») провозглашал, что истина – это продукт личного внутреннего опыта, приобретенного путем непосредственного постижения реальности с помощью пробуждения трансцендентальной мудрости, обеспечивающей прыжок через бездну противоречий. Считалось также, что важно передать мысль от сердца к сердцу с минимальным использованием посредников (слов, знаков), поскольку любой посредник несоизмерим с истинным смыслом.

Складывающееся в восточной культуре отношение к дискуссиям закладывало основы специфических программ коммуникации в рамках научного сообщества и в сфере переговорного процесса. Известный японский физик X. Юкава, лауреат Нобелевской премии, отмечал: «Быть полемистом – не для японца, потому что жаркие споры западного образца не в наших обычаях. Слишком горячий спор может привести к ссоре, можно нечаянно обидеть собеседника и, естественно, мы таких споров избегаем. На Западе этих проблем не возникает; наоборот, постоянные споры там сближают людей, делают их друзьями; там культивируется давняя традиция полемики – своего рода искусство, которому надо учиться… полемистом в Японии быть трудно». В японской культуре диалог органически сочетается с полилогом. Главные усилия направляются не на утверждение какой-то одной точки зрения, а на нахождение совместной позиции, которая бы сближала и объединяла позиции участников. Как мы уже отмечали, культуре общения японцев просто-напросто чужд закон исключенного третьего. Здесь споры не практикуются в форме сражения, не ведутся в терминах войны (атака, защита, контратака, наступление). Форма речевого общения в такого рода культурах напоминает скорее танец в гармоничном и красивом его исполнении партнерами, а не противниками. Очевидно, что в восточной культуре научного (и ненаучного) общения отношение к дискуссии (в нашем понимании) скорее негативное.

В европейском научном сообществе организация дискуссий как необходимого компонента научного поиска, сознательное сопоставление точек зрения по крупным актуальным вопросам с целью установления путей их решения (когда усилия отдельных ученых не приводят к успеху) являются довольно поздним изобретением ученых. В исторической ретроспективе научным дискуссиям предшествовали диалог – в античной культуре и науке, диспут – в средневековье; в период классической науки произошло смещение дискуссии в неформальное общение представителей «невидимой коллегии» ученых. В становлении античной науки и построении основ всеобщего, аподиктического знания (каким оно представлено в «Аналитиках» Аристотеля) важнейшую роль сыграл диалог, живое непосредственное общение равноправных партнеров. Именно живая страстная беседа занимает ведущее место в античной культуре. В ранних диалогах Платона сократический мудрец, ищущий истину в искусной беседе, противопоставлен замкнутому необщительному ученому-книжнику. Характерно, что такие диалоги, как «Софист», «Парменид», «Филеб», первоначально были написаны Платоном в повествовательной форме, а затем переведены в диалогическую. Основным жанром философско-научного произведения и формой организации научного знания у Аристотеля был монолог, который постепенно становится ведущей формой коммуникации ученых, а трактат – основной формой представления полученных научных результатов. Диалог же смещается на периферийные позиции, подчиняясь дидактическим целям, где одна сторона является активной (учитель), а вторая – пассивной, слушающей, внимающей (ученик).

Универсализация образов учительства и ученичества, своеобразный гимн школе, рассмотрение мира в целом как школы (схоластика) характерно для культуры Средневековья. Главными целями схоластического диалога были апология и разъяснение Священного Писания. Своеобразное явление представляли собой апологетические диалоги христианства. Они содержали элементы эротематического (учитель задает вопросы ученику), эристического (оспариваются основы нехристианского мировоззрения) и риторического (воздействие на эмоциональную сферу сознания с помощью риторических приемов) диалогов. В дальнейшем схоластический диалог вырождается, теряет признаки спора и свободной постановки вопросов. Отдельные интересные приемы в его арсенале, такие, как «защитник дьявола», когда один из участников диалога свободно излагает взгляды, оппозиционные христианству, не получили широкого распространения. Они применялись только на закрытых официальных обсуждениях, по особому разрешению. Исполнитель тщательно выбирался и официально назначался.

В соответствии с менталитетом средневековой культуры, ориентирующейся на канонические авторитеты, толкование текстов, компиляцию цитат и их дидактическое изложение, в XII в. была выработана специфическая форма общения между учеными – диспут. Каждый из участников диспута, следуя строгим правилам и нормам, выполнял предписанную ему роль. Ритуальный спор осуществлялся вокруг канонических текстов с претензией на подлинность и достоверность их интерпретации. Для такого диспута была характерна скрытая монологичность, поскольку предполагалось наличие единой, фундаментальной истины, спор же свидетельствовал лишь о недостаточном понимании священных текстов. Диспут способствовал разработке аргументации в различных философских школах, распространению образованности, обсуждению не только теологических, но и научно-теоретических проблем. Из первоначальной формы коммуникации между учеными диспут транслировался в систему организации преподавания. Универсализм и абсолютизация диспута, превращение его в институционально признанную и регламентированную форму коммуникации, обсуждение вопросов, не имеющих научного содержания, схоластическое ведение спора ради спора привели в конце концов к вырождению диспута. Тем не менее некоторые элементы классического диспута и сегодня используются в ряде областей – при защите диссертаций, в переговорном процессе и т. д.