Читать книгу "Спешащие во тьму. Урд и другие безлюдья"

Когда Джейсон придет на работу в понедельник и обвинит ее в том, что она сыграла злую шутку, она ответит: «Вы действительно поверили? Нет, скажите мне, что это не так. Я же просто пошутила. Нет, подождите, только не говорите мне, что вы действительно ходили искать зоопарк? В Салли?» Он уже слышал ее голос. Его позор и унижение дойдут до водителей погрузчиков еще до обеда. Сколько же пищи для бесконечных шуток и насмешек на зоологические темы Джейсон подарит своим коллегам. Почему же он настолько доверчив? В Саллете нет ни кинотеатра, ни театра, ни музея, ни боулинга. Это просто место, где существуют люди. Отдыхать они ездят за город. Откуда здесь взяться зоопарку?

– Но здесь же произошло слияние компаний. Довольно типичное явление. – Голос Джеральда вырвал Джейсона из шока. – Как обычно, денег не было. В свое время Джиббет довел городской совет до ручки. Поэтому они спустили бюджет на никому не нужные дороги.

Ужас Джейсона, вызванный обманом Электры, сменился гневом.

– Что, черт возьми, вы несете? Я спросил о зоопарке, а не о бюджетах и дорогах.

Джеральд усмехнулся, будто ожидал от Джейсона именно такой реакции:

– Что вам нужно понять, что вам нужно знать, так это то, как все происходило…

– Нет, не это. Мне нужен был зоопарк.

– О, хотя здесь был такой. Зоологический сад Пентри. Сейчас он лежит в руинах. Его всё еще видно с трассы A2546. Если ехать в сторону Банриджа, как раз перед тем местом, где раньше стоял «Человек на Луне»…

Джеральд продолжал разглагольствовать. Еще одним его хобби было указание пути с помощью уже не существующих ориентиров.

– Остановитесь. – Джейсон умоляюще поднял руки. – Пожалуйста, остановитесь. Зоопарк. Был зоопарк, но он больше не работает?

– Именно это я и сказал. Когда Джиббет…

– Стоп. Помедленнее. Пожалуйста. Этот зоопарк. Сам зоопарк все еще там? Что еще сохранилось?

Джеральд нахмурился.

– В плане досуга? Ярмарка? Ресторан? Паб? Что-нибудь такое? Зачем туда сейчас ходить?

– Да никто не ходит, разве что члены местного исторического общества. Когда-то я был секретарем…

– Джеральд! Зачем туда ходить членам местного исторического общества?

– Из-за архитектуры, конечно же. Это один из последних сохранившихся викторианских зоопарков, построенных Беллоуби. Свидетельство бесчеловечности. Если бы вы были животным, привезенным из Африки или Азии, то последнее место, куда вы хотели бы попасть, – это зоопарк Саллета. Видите ли, вам нужно понять…

– Значит, это что-то вроде музея, открытого для публики?

– Вряд ли. Денег не хватило даже на его снос, не говоря уж о содержании.

– Значит, он заброшен? Это заброшенный викторианский зоопарк?

– В некотором роде. А почему вы спрашиваете?

– Завтра я пойду туда. На встречу с подругой.

Глаза Джеральда загорелись озорным огоньком.

– Ну ладно, мне нечего возразить. Я тоже пойду. Нет смысла ходить туда без человека, знающего историю.

– Нет, нет. Спасибо, но нет. Это свидание.

– Свидание? С девушкой? Там? – Шок Джеральда в равной степени вызвала мысль, что у Джейсона действительно есть знакомая женщина и что они собираются вместе посетить заброшенный зоопарк.

– Извините, но история нам не нужна. Имею в виду, местная история и все такое. Не пригодится.

Получив отказ, Джеральд заметно приуныл.

– Может, тогда она все знает про этот зоопарк?

– Сомневаюсь. – И тут Джейсон задумался, не специально ли он должен обнаружить зоопарк запертым и лежащим в руинах, будто это некая эпитафия его романтическим устремлениям. Или Электра так намекала на то, что он животное, которое следует держать под замком? Что, после того как он месяцами приставал к ней на работе и пялился на ее ноги, клетка самое подходящее для него место? «Боже мой, – подумал он, и все внутри у него будто сжалось. – Неужели мои похотливые взгляды были так заметны?»

– Нехорошая история. Все началось с нехватки средств, остальное доконали религиозные психи.

Вырванный из задумчивости, Джейсон посмотрел на Джеральда.

– Что? Что вы сказали? – Он никогда бы не подумал, что задаст ему такой вопрос. – Что за нехорошая история? О каких психах вы говорите?

Сосед будто снова воспрянул духом.

– Все животные погибли. Это было ужасно. Подозревали, что их отравили химическими веществами, доставленными с завода в Буньипе. Зоопарк многие годы находился в упадке, так что бедняги пребывали в плохом состоянии. Денег на содержание, видите ли, не было. Задолго до того, как появилась организация по защите прав животных, их условия содержания серьезно ухудшились. Но на самом деле группа радикальных евангелистов проникала по ночам в вольеры и травила животных. Они называли себя Сестрами Белого Креста. У них был храм на Раддери-уэй, только теперь там отбеливают зубы…

Впервые с тех пор, как Джейсон поселился в этом доме, он стоял неподвижно, не вертясь, не глядя на часы, не отрываясь на телефонные звонки, которые ему не нужно было делать, и слушал Джеральда.

* * *

– Привет. – Электра улыбнулась и посмотрела на него с неожиданной теплотой.

Вопросы, которые он хотел ей задать, метались в голове, натыкаясь друг на друга, словно клоуны в огромных башмаках. Мысли окутал туман замешательства и желания, который отказывался рассеиваться. Но сомнений в том, что это свидание, не было. От такого осознания Джейсон вздрогнул.

Молодая женщина не надела бы сапоги на шпильках, блестящие, кажущиеся мокрыми колготки, эластичную мини-юбку и не нанесла бы столько косметики, если б не собиралась произвести впечатление. Также она явно немало времени потратила на прическу.

На длинном деревянном фасаде виднелись выцветшие изображения животных с человеческими лицами.

– Как туда войти? – спросил Джейсон. А когда девушка, в которой он с трудом узнавал свою коллегу, показала ему щель между металлическим столбом и натянутой проволочной сеткой, добавил: – Почему именно здесь?

Электра не ответила, но улыбнулась и опустила глаза с накладными ресницами, когда он сказал:

– Кстати, выглядите вы потрясающе.

Когда Джейсон и Электра прошли через бывший вход, один из четырех турникетов, стоящих возле билетных касс, вскоре повернулся с громким металлическим стуком. Слегка неприятное ощущение от этого звука, эхом разнесшегося вокруг, подобно настырному звонку в дверь, рассеялось, когда перед Джейсоном предстало то, что раскинулось за воротами.

Он оказался на широком асфальтированном дворе, некогда предназначавшемся для большого скопления людей. Напротив турникетов находился заколоченный сувенирный магазин и закрытое кафе «Гоу-Эйп». Фасады тематических аттракционов тянулись до заброшенной ярмарочной площадки для малышей, пластиковые красные и желтые павильоны которой отчетливо выделялись на фоне наступающих деревьев. Вдалеке, возле миниатюрной платформы, украшенной вычурной филигранной фурнитурой, стоял маленький детский поезд на спущенных шинах. Туалетная кабина с плоской крышей почти полностью заросла мхом и была усыпана сухими ветками. Сквозь пешеходные дорожки пробивались высокие заросли сорняков. Землю густо устилали обертки от еды, настолько выцветшие, что казались совершенно белыми.

Над всем этим возвышался крутой, напоминающий маленькую альпийскую гору холм, упираясь в низко висящее серое облако. Всмотревшись в окутанную туманом вершину, Джейсон заметил бетонные ограждения, ржавые металлические столбы со свисавшими с них обрывками проволоки, ветхую канатную дорогу и фрагменты пешеходных дорожек, проглядывающих сквозь дикую листву. Вокруг ярусами стояли вольеры, соединенные извилистой тропой, которая начиналась слева от Джейсона.

От столь причудливой и экзотической обстановки он пришел в ребяческий восторг и уже начал гадать, не недооценил ли Электру. Неужели она обладала чувствительностью к странной красоте заброшенности? Живо, без лишней заумности, интересовалась былым величием? Как минимум местной историей? Ему захотелось обнять ее, крепко поцеловать красивые губы и провести руками по миниатюрным изгибам ее тела. Казалось, Электра чувствовала его пыл, но тот ее не оттолкнул. Она улыбнулась.

– Возможно, это единственное интересное место в Салли, – сказал Джейсон.

Его замечание тоже ей понравилось. Среди всей этой разрухи ее внезапный смех казался мелодичным и волшебным. Он никогда раньше не слышал, как она смеется.

– Такого нигде больше нет, – запрокинув голову, она восхищенно посмотрела на холм. – Когда зоопарк был открыт, меня никогда сюда не тянуло.

Джейсон не был уверен, что правильно понял последнюю фразу, но ему хотелось согласиться с Электрой. Хотя в ее энтузиазме чувствовалось что-то такое, из-за чего он начал подозревать, что, возможно, она не в себе. Безумная, но прекрасная, как упомянутые Джеральдом Сестры Белого Креста. Одну из них, местную красавицу, некогда короновали как Мисс Великобритания. Она ушла в эту секту, поддавшись одержимости Эдемским садом, каким тот был до грехопадения.

– Почему сюда? Почему вы ходите сюда?

На лице Электры появилась едва заметная улыбка, так хорошо знакомая ему по «Агри-Тек». И, как он надеялся, она была просто игривой.

– Потому что это место вызывает у меня радость. И, наверное, умиротворение.

– Часто вы сюда ходите?

– Очень.

– В одиночку?

– В основном. Иногда встречаюсь здесь с друзьями.

Эта мысль должна была успокаивать, но слишком сильной была тяга Джейсона к этой девушке, он даже в мыслях не мог допустить, что она бывала здесь с кем-то, кроме него.

– Они придут сюда позже. Мы можем с ними встретиться.

– Сюда придут ваши друзья? – Он надеялся, что она не заметит его разочарования.

Электра двинулась вверх по проходящей слева от них тропинке – по его ощущениям, не столько для того, чтобы уйти от расспросов, сколько для того, чтобы показать ему кое-что еще.

Казалось, она хотела подняться выше быстрее, чем он мог в своих новых ботинках. Ее поступь теперь стала более легкой и свободной, направленное вверх лицо будто ловило солнечные лучи. Джейсон увидел девушку с совсем другой стороны, и с каждой минутой все меньше понимал ее. Он попытался бороться с этим ощущением, заговорив с ней.

– Знаете, что произошло здесь в семидесятых, еще до вашего рождения? – Он обнаружил, что рискует процитировать Джеральда, монолог которого накануне вечером растянулся больше чем на час. Тот во всех подробностях рассказал ему о культе, члены которого постепенно уничтожили животных, и о том, как городской совет впоследствии закрыл зоопарк. Джейсон замолчал не только из-за одышки от восхождения, но и из-за внезапного ужаса, вызванного коварным влиянием соседа на его одинокое существование.

– О, так вы знаете об этом? – В голосе Электры чувствовался оттенок сарказма. Она остановилась у огромного навеса, сделанного из стальных шестов и сетки. В заросшей зеленью обтяжке зияли огромные дыры. Пол был усыпан гнилыми бревнами и покрыт толстым слоем мертвых листьев. В центре участка разрослись неухоженные деревья. На задней цементной стене зловеще зияли устья двух искусственных пещер. Глядя на заброшенный вольер, Электра ухмыльнулась, словно заметила внутри редкое и пугливое животное.

Джейсон очистил рукой от зелени вывеску: стальную табличку с рельефной картой Азии. Провел пальцем по названию бывших обитателей: GELADA BABOONS.

– Интересно, как они туда попали? Женщины. Сумасшедшие, которые отравили животных.

Электра предпочла промолчать. Ее неразговорчивость раздражала Джейсона. Он снова нарушил неловкую паузу.

– Одну из женщин убили. Вы это знали? Но не львы или тигры, которые тогда здесь были, как вы могли бы подумать. Ее убила слониха. Можете себе это представить?

По словам Джеральда, старая слепая слониха по имени Долли раздавила головой одну из Сестер Белого Креста. Ту самую королеву красоты. Женщина прокралась внутрь, чтобы отравить солому мышьяком, но вместо этого сама рассталась с жизнью. Слониха зажала коленями ей ноги и стала давить своим огромным черепом, пока та не умерла.

Завершив свое безмолвное общение с пятнистыми камнями и мертвыми деревьями, среди которых когда-то сновали бабуины, Электра отвернулась от ограды и двинулась дальше вверх по холму.

– Они всегда всё искажают, – произнесла она, хотя Джейсон не понимал, кого она имела в виду под словом «они». – Люди не знают, что здесь произошло.

– О, да. Эти сумасшедшие погубили всех животных, кроме рептилий. По-видимому, забили дубинками тех, кто помельче, кого смогли загнать в угол. Меня совсем не удивляет, что… город, – он чуть не сказал «муниципалитет», но это слово прозвучало бы на свидании не совсем уместно, – захотел закрыть зоопарк. Вам не кажется, что здесь немного жутковато, если знаешь историю этого места? По-моему, выживших женщин отправили в психлечебницу.

Джейсон осознавал, что его комментарии вызывают у Электры недовольство. Возможно, дело в мрачных мыслях, от которых он не мог избавиться с того момента, как оказался здесь.

– Люди не понимают, почему это произошло. Их не было рядом. – Электра сказала это резко, но с хитринкой в своих прекрасных глазах, будто была посвящена в тайну, которую не могла раскрыть, отчего показалась простой и еще более юной. – Нельзя судить о чем-то, если не знаешь фактов. Ужасные вещи случаются не просто так. Разве вы этого не понимаете?

– Да, конечно, – поспешил ответить Джейсон, отчаянно желая вернуть ей прежнее настроение.

Он молча последовал за ней мимо ужасно маленьких, заросших зеленью клеток для сов, кукабарр, макак, алых ара и амазонских попугаев. От стремительного подъема он вспотел и запыхался, что попытался скрыть, стараясь не попадаться девушке на глаза. Электра спешила дальше, ее маленькие красивые ножки поблескивали в тусклом металлическом свете и без усилий несли вперед к подножию длинной цементной лестницы, ведущей на следующий уровень.

Табличка возле потертого металлического поручня указывала на то, что где-то наверху отбывали заключение орангутанги, гиббоны, шимпанзе и лемуры. Густые ветви небольших деревьев образовывали над крутым проходом арку, перекрывая большую часть естественного света. Джейсону пришлось бы двигаться там, согнувшись.

– Так вы идете? – спросила Электра.

Его охватила такая одышка, что он едва мог говорить.

– А есть другой путь?

На пятке левой ноги внезапно вскочил болезненный волдырь.

С вершины холма, из-за окутанных туманом деревьев, донесся пронзительный крик. Джейсону хотелось верить, что это человеческий голос, хотя он понимал, что вряд ли. В голову пришли мысли о желтых зубах, об облаках пыли, поднятых вверх когтистыми черными лапами. Он представил себе тонкие волосатые конечности, мчащиеся по ветвям деревьев в яростной погоне за другими мохнатыми существами.

Электра хихикнула. И на мгновение, прежде чем она скользнула в окружавший лестницу темный туннель, выражение ее лица показалось особенно непристойным. Распутным, но при этом жестоким, присущим гораздо более взрослой женщине, а не столь юной девушке.

Джейсон так резко повернулся на крик, что упал на перила у подножия лестницы. Его взгляд блуждал по темнеющим вверху мокрым деревьям. Он всмотрелся вдаль, в остроконечные цементные крыши, выглядывающие из тумана и зеленых крон и кажущиеся какими-то инородными. Они внезапно вызвали у него неприятную ассоциацию с разрушенным храмом, стоящим посреди влажных джунглей азиатского горного хребта. Вопль, туман, буйство зелени – всё это вызывало у Джейсона подозрение, что он находится за пределами Саллет-апон-Трента, города, который на самом деле тоже был инородным в географическом плане.

Сверху из темноты каменной лестницы раздался стук каблучков Электры.

Джейсон двинулся следом. Он дважды окликнул ее и попросил подождать. Далекий игривый смех говорил о том, что она оторвалась от него гораздо сильнее, чем он предполагал.

Кроны деревьев были настолько густыми, что Джейсону вскоре пришлось всматриваться в темноту у себя под ногами, лишь бы не споткнуться. Собственное дыхание казалось ему оглушающим, в голове стучало. Ковыляя вперед, он на ощупь пытался найти перила. В воздухе среди запахов гниющей листвы и влажной земли висел аромат духов Электры. Джейсон стал ориентироваться по нему.

Когда он завернул за угол, впереди наконец появился кружок дневного света размером с монетку. Приблизившись к вершине, Джейсон заметил прекрасную белокурую головку Электры.

– Не отставайте! – весело крикнула девушка, прежде чем исчезнуть. Эта фраза заставила его почувствовать себя вдвое старше.

Второй звериный крик заставил его замереть на месте. На этот раз он раздался сбоку от лестницы, всего в нескольких футах от того места, где находился Джейсон. Следом за воплем раздался неистовый, стремительно приближающийся топот, и что-то невидимое пронеслось в темноте у него над головой. Оно знало о его присутствии – Джейсон был в этом уверен так же, как в скорости и силе существа.

Когда он наконец добрался до вершины лестницы, то от усталости и страха едва не лишился чувств. Однако Электра не ждала его на широкой и зеленеющей бетонной дорожке.

Со вкусом крови и паники во рту он снова посмотрел в узкий туннель, из которого только что выбрался. Там внизу снова все стихло. Но теперь он был уверен, что сорок лет назад Сестры Белого Креста уничтожили не всех животных, содержавшихся здесь в неволе. Должно быть, какая-то обезьяна выжила и произвела потомство. В британской дикой природе не обитало ничего таких размеров, способного так ловко двигаться высоко над землей и издавать такие адские крики.

Видимо, эти выжившие дикие животные и влекли сюда Электру и ее друзей-нарушителей, знающих, что зоологические сады не так пусты, как думают в городе. Она хотела удивить его чем-то особенным и тайным, чего он больше нигде не мог увидеть. Ее загадочные комментарии теперь стали ему более понятны.

Но где же она? Джейсон боялся, что их свидание превратилось в детскую игру в прятки. Для нее он слишком устал и разволновался. И пусть в награду за усилия его ожидает поцелуй, ему хотелось вернуться домой.

По обеим сторонам единственно возможного маршрута выстроились вольеры для животных, а дальше, на возвышениях, располагались смотровые площадки. Джейсон неоднократно звал Электру по имени, но ему отвечала лишь тишина, что указывало на то, что обитающее в окружающей его зелени существо затаилось.

Единственным приемлемым выходом отсюда для него было подняться, чтобы потом снова спуститься. Первоначальная планировка зоопарка стала намного понятнее; посетители поднимались на вершину по спирали, рассматривая животных во время восхождения. При спуске их поджидали другие достопримечательности.

По бокам от Джейсона стояли домики орангутангов и шимпанзе. Он понял это по скверно нарисованному изображению оранжевой обезьяны на смотровой площадке. В противоположном загоне все еще висела на цепях сложная система бревен, на которой когда-то резвились шимпанзе. К своему ужасу, который Джейсон пытался проглотить, как ком в горле, он заметил, что некоторые из бревен слегка покачиваются, будто с них недавно кто-то соскочил. Он ожидал увидеть черную морду, выглядывающую из одного из темных проемов, проделанных в цементной стене старого обезьяньего дома. Дно широкого бассейна было усыпано обломками пней и сухими ветками.

За спиной у Джейсона, в зоне орангутангов, раздался шлепок, как будто что-то тяжелое упало в воду.

Вытаращив глаза и дыша, как астматик, Джейсон обогнул смотровую площадку, показавшуюся ему ненадежной с точки зрения конструкции, и бросился к ближайшей к источнику звука ограде.

В двадцати футах под ним находился ров, наверное, предназначенный для удержания обезьян в загоне либо для их купания. Теперь его наполняла грязная дождевая вода, на поверхности которой покачивался ковер из опавших листьев и веток. В одном месте его слой был нарушен. От расходящейся кругами ряби маслянистая жидкость выплескивалась на зеленеющие бетонные берега по обеим сторонам рва. То, что ушло под воду, не всплыло.

За рвом стояло дерево с полусгнившим домиком на нем и две большие каменные фигуры обезьян. У Джейсона они вызвали ассоциацию с грубыми изображениями безумных богов, забытых и брошенных в грязном гроте.

Насыщенный звериный дух – сернистый, свежий, сильно отдающий аммиаком, проникающий в мозг и выворачивающий желудок наизнанку – атаковал Джейсона со всех сторон.

– Электра! – взревел он не только от злости, но и от страха, хотя среди сырых деревьев его голос звучал слабым и надломленным. Если ему не показалось, воздух стал намного теплее и пах влажной лесной почвой.

Ответ пришел откуда-то сверху. Жуткий вопль, представляющий собой завывание, перешедшее в нечто похожее на безумный смех. Джейсон надеялся, что это еще один потомок сбежавших обезьян. Но чем они могли здесь питаться?

Джейсон был уже близко к вершине, примерно на полпути к ней, и мог лучше видеть, что его там поджидает. Между двумя большими дубами выглядывал ряд куполообразных цементных крыш, напоминающих миниатюрный Сиднейский оперный театр. Возможно, это была одна из тех достопримечательностей, которым Джеральд приписывал историческую ценность.

Также виднелась голова грязной статуи пингвина. Побитый каменный клюв был разинут под пустым равнодушным небом. Бетонная птица будто застыла в вечном жалобном крике, сетуя на одиночество и неволю в этом проклятом месте, где ее бросили.

Разыгравшееся воображение Джейсона стало напоминать верещащую испуганную обезьяну, мечущуюся в паводковой воде.

Он шел еще некоторое время. На самой вершине показалась часть красной черепичной крыши. Прямо под ней, в просвете между верхушками деревьев, Джейсон заметил Электру. Она была не одна. Разговаривала как минимум с тремя другими людьми. Джейсону показалось, что это женщины, все облаченные в темную одежду. Но на фоне серого бетона лица ее спутниц выглядели особенно бледными.

Все повернулись и посмотрели на него сверху вниз. Электра энергично помахала рукой. Ее друзья оставались неподвижными и просто смотрели.

Джейсон трусцой обогнул обнесенный стеной загон для жирафов, который теперь заполняли обломки кирпича и каменной кладки. Когда-то здесь расхаживали тапиры, капибары и гривистые бараны, но их вотчину давно захватили густой папоротник, стебли ежевики и высокая трава.

Ковыляя мимо загона на натертых ногах, Джейсон интуитивно уловил атмосферу, пропитанную настороженностью или даже враждебностью, поскольку он вторгся на территорию, где его не ждали. Он попытался стряхнуть с себя это нелепое ощущение. Испугался парочки одичавших потомков обезьян, содержавшихся здесь раньше. Всего-то. Как только он доберется до Электры, он заставит ее объяснить те странные крики. Но какое объяснение она даст тому, что шлепнулось в ров с маслянистой водой возле вольера для орангутангов?

Заставив себя не смотреть за железную решетку, чтобы вид усеянного мусором, смрадного заброшенного вольера не повлиял на него, Джейсон, запыхавшийся и мокрый от пота, наконец добрался до того места, где в последний раз видел Электру.

И снова оказался один. Перед ним находилась миниатюрная лагуна: заваленная мертвой листвой впадина со стенами из грязного бетона, где когда-то плавали морские львы. Невероятно, но несмотря на четыре десятилетия запустения бетонная чаша со стоячей водой все еще издавала запах разлагающейся морской фауны.

В противоположном конце широкой мощеной площадки стояло бетонное куполообразное сооружение, которое он наблюдал снизу, с крышей, раскрашенной под лед и снег. Когда-то там жили пингвины. Единственной оставшейся нелетающей птицей было то печальное каменное создание, которое он видел над верхушками деревьев. Время и непогода сделали так, что уцелевший глаз статуи казался выпученным от ужаса.

Двери в так называемую Арктическую арену давно исчезли, но зловоние, доносившееся из темноты, не дало Джейсону заглянуть туда.

Когда он снова позвал Электру – трижды, – в ответ из Арктической арены раздалось шуршание, будто кто-то сгребал сухие листья. Кто бы ни издавал его, Джейсон был уверен, что это не Электра.

Теперь, полностью исчерпав терпение и любое разумное и надежное представление о своем местонахождении, он понял, что не хочет возвращаться назад по своим следам или двигаться наугад. Окружающая местность не выглядела безопасной.

Дыхание у Джейсона было прерывистым, а мысли – безрадостными. Одежда промокла, а в горле пересохло от жуткой жажды. Пытаясь подняться на самую вершину, чтобы найти свою девушку, он дважды споткнулся о собственные ноги.

Вперед. Какой-то глубокий и редко используемый инстинкт подсказывал ему, что она там, наверху, ждет его. Джейсон продолжал подниматься.

* * *

Он нашел Электру на вершине.

Она сидела за одним из многочисленных металлических столиков для пикника, расставленных возле заколоченного ресторана с красной крышей. Вид у нее был отстраненный, если не скучающий, как на работе. Красивые розовые губы недавно подкрашены и приоткрыты. Она смотрела на одноэтажный террариум в дальнем конце обеденной зоны, закинув ногу на ногу и позволив подолу юбки задраться и продемонстрировать края золотистых чулок на коротких подтяжках.

Ее спутниц нигде не было видно.

Джейсон никак не мог найти в себе силы заговорить. Даже если бы ему удалось стряхнуть с себя паралич, вызванный усталостью и страхом, он вряд ли смог бы рассказать ей о том, что случилось с ним внизу.

Замереть на месте заставило его не только внезапное появление Электры, но и температура воздуха. Испепеляющий жар проникал сквозь беловатую дымку, висящую над обеденной зоной.

Джейсон скинул с себя пальто. Рубашка и джинсы покрылись пятнами пота. Ему казалось, что от разгоряченного тела исходит пар, хотя он не был в этом уверен.

– Вы не очень-то спешили, – с недоброй улыбкой сказала Электра.

– А где… остальные? – Джейсон сморгнул с глаз пот и посмотрел на небо. Солнца не было видно.

– Вы хотите знать, почему это было сделано?

– Простите?

– Я укажу вам путь.

– Что?

– Мы готовы! – выкрикнула Электра.

За закрытыми металлическими дверями террариума что-то принялось стучать и биться о стены, потолок и пол. Судя по звукам, оно обладало внушительным весом и размерами. Затем обитатель издал звук, будто провели метлой по песку. Металлические двери задрожали.

Повернувшись к скамейке, на которой сидела Электра, Джейсон едва не упал, но, когда девушка встала и задрала до талии подол узкой юбки, замер как вкопанный. Жест, который в других обстоятельствах мог бы стать шокирующим, хотя и возбуждающим, теперь казался Джейсону грубым и неприятным. Сквозь прозрачные черные трусики Электры проглядывал безволосый лобок. Сильные, обтянутые нейлоном ноги поблескивали.

– Чтобы пойти с остальными, мы должны уподобиться зверям. Быстро. Сделай это быстро, – сказала она и откинула голову назад, будто уже пребывая в экстазе или в припадке.

Несмотря на испытываемое отвращение, пенис у Джейсона стал набухать, разматываясь, словно бесчувственный питон, движимый лишь обонянием и инстинктом.

Девушка предлагала себя, но ему или чему-то другому, он не понимал. Видя, как нетерпеливо она ждет появления того, что извивалось, корчилось и билось о металлические двери террариума, Джейсон захныкал, как ребенок. Электра стонала, то ли от страха, то ли от возбуждения, то ли от того и другого.

Склоны холма взорвались гвалтом звериных визгов, мычания и рева, будто вольеры снова заполнились обитателями, предвкушавшими запоздалую кормежку. Деревья, окружающие усыпанную листвой площадку для пикника, пришли в движение, как древние воины, потрясающие оружием перед битвой. Жар невидимого солнца еще сильнее ударил в непокрытую голову Джейсона, заставив мысли вскипеть от паники и ужаса.

– Ну, давай же. Впусти его в свое сердце. В свое сердце, – сказала Электра, откидываясь на стол для пикника и раздвигая ноги.

Джейсон бросился к устью тропы, предположительно уводящей вниз с вершины холма.

Из-за закрытого ставнями окошка заброшенного ресторана, через которое раньше торговали мороженым, раздался пронзительный голос, принадлежащий гораздо более старой женщине:

– Возляг же с маленьким черным агнцем!

Джейсон попытался посмотреть в том направлении, но потерял равновесие и упал, поранив колени и руки. Боль отрезвила его, заставив подняться на ноги.

Двойные двери террариума были выбиты изнутри. Их нижние края жутко заскрипели по асфальту. Горячий смрад гнилого мяса и хитина окутал вершину, подобно ядовитому газу.

Две болезненно худые женщины в запыленных черных одеяниях появились из проема и, пошатываясь, зашагали по тротуару. При этом они били себя по головам, словно пытаясь избавиться от сокрытых в них ужасов.

Электра приподняла лобок еще выше, словно жаждая проникновения.

Две изможденные призрачные женщины упали на колени и заплакали. Между ними метнулась толстая черная фигура.

Выскочив из террариума на дневной свет, она развернулась подобно жуткому языку. Туловище толщиной с канализационную трубу тяжело шлепнулось на грязную землю. Голова существа, обмотанная грязными болтающимися, красными по краям бинтами ударилась об асфальт рядом с Электрой. Черная кожа была такой же бугорчатой, как у мертвого левиафана, найденного на пляже во время отлива.

Джейсон бросился прочь.

Позади него или где-то в горячих облаках, низко висящих над землей, заскрежетал огромный турникет. Прикусив язык, Джейсон скинул с себя ботинки.

На полпути к подножию холма он перелез через стену зловонного загона, некогда предназначавшегося для бурых медведей, и, убежав в самый его конец, забился вглубь открытой клетки. Ее обитатель, наполовину погребенный под опавшими листьями, казалось, был напуган еще сильнее, чем сам Джейсон.