Текст книги "Второе открытие Америки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vtoroe-otkrytie-ameriki-92816.jpg)
Автор книги: Александр Гумбольдт
Жанр: География, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
На постоялом дворе (pulperia) мы застали компанию испано-европейцев, чиновников табачного откупа. Их настроение представляло резкий контраст нашему. Усталые от дороги, они не переставая жаловались и проклинали несчастную страну (estas tierras infelices), в которой они вынуждены жить.
А мы без устали расхваливали дикую красоту ландшафта, мягкость климата. Около Сан-Педро тальковый гнейс Буэна-Висты переходит в слюдяной сланец с многочисленными гранатами, включающий подчиненные пласты змеевика. Эти условия залегания сходны с теми, которые известны в Зеблице, в Саксонии.
Нередко змеевик, очень чистый и красивого зеленого цвета, испещренный менее темными пятнами, появляется лишь поверх слюдяного сланца. Я нашел здесь несколько гранатов, но не обнаружил бронзита.
Долина Сан-Педро, по которой протекает река того же названия, разделяет два крупных горных массива – Игероте и Лас-Кокуисас. Мы вновь начали подъем к западу мимо небольших усадеб Лас-Лагунетас и Гараватос. Это всего лишь отдельно стоящие дома, служащие постоялыми дворами; погонщики мулов находят там свой излюбленный напиток гуарапо, то есть перебродивший сок сахарного тростника.
Пьянство особенно распространено среди индейцев, часто пользующихся этой дорогой. Около Гараватос стоит странной формы скала слюдяного сланца; она представляет собой гребень или отвесную скалу, оканчивающуюся башней. На самой вершине горы Лас-Кокуисас[14]14
Высота 845 туазов (1646,9 м).
[Закрыть] мы вынули барометр: мы находились почти на той же высоте, что и на плоскогорье Буэна-Виста, всего на 10 туазов выше.
Вид, открывающийся от Лас-Лагунетас, очень широкий, но довольно однообразный. Гористая невозделанная страна между истоками Гуайре и Туй занимает площадь больше 25 квадратных лье. В ней всего одна жалкая деревня – Лос-Текес, к юго-востоку от Сан-Педро.
Поверхность земли как бы изборождена бесчисленными долинами; самые маленькие из них, идущие параллельно друг другу, открываются под прямым углом в большие. Вершины гор имеют такой же однообразный вид, как и ущелья. Нигде нет пирамид, зубчатых гребней, крутых откосов.
Я думаю, что преимущественно плоский и слегка волнистый рельеф этой местности обусловлен скорее длительным нахождением под водой и деятельностью потоков, чем характером горных пород, например выветриванием гнейса. В известняковых горах Куманы мы наблюдаем то же явление к северу от Турумикире.
От Лас-Лагунетас мы спустились в долину реки Туй. Этот западный склон группы гор Лос-Текес носит название Лас-Кокуисас; он порос двумя видами растений с листьями агавы – Maguey de Cocuyza и Maguey de Cocuy. Последний принадлежит к роду юкка[15]15
Jucca acaulis.
[Закрыть].
Из его сока, смешанного с сахаром, гонят водку; мне пришлось видеть, как ели его молодые листья. Из волокон старых листьев делают исключительно прочные веревки[16]16
В каракасском соборе на башенных часах веревка из Maguey толщиной в пять линий выдерживала в течение 15 лет груз в 350 фунтов.
[Закрыть]. Спустившись с гор Игероте и Лос-Текес, вы вступаете в прекрасно возделанную страну с многочисленными деревушками и деревнями; некоторые из деревень в Европе назывались бы городами.
Идя с востока на запад, вы на протяжении 12 лье проходите Ла-Викторию, Сан-Матео, Турмеро и Маракай; общее число жителей в них составляет свыше 28 тысяч. Равнины Туй можно считать восточным концом долин Арагуа, тянущихся от Гуигуэ, на берегу озера Валенсия, до подножия Лас-Кокуисас. Барометрическое нивелирование показало, что абсолютная высота Valle del Tuy близ усадьбы Мантеролы равняется 295 туазам, а поверхности озера – 222 туазам.
Река Туй, берущая начало в горах Лас-Кокуисас, течет на запад, затем поворачивает на юг и восток, чтобы обогнуть возвышенные саванны Окумаре, принимает воды Каракасской долины и впадает в море с наветренной стороны мыса Кодера.
Так как за длительное время мы привыкли к умеренной температуре, то в равнинах Туй нам показалось очень жарко. Однако температура днем, с 11 часов утра до 5 часов вечера, не превышала 23–24°. Ночи были восхитительно прохладные: температура воздуха понижалась до 17,5°.
По мере того как жара спадала, воздух все больше наполнялся ароматом цветов. Особенно сильно мы ощущали чудесный запах Lirio hermoso, нового вида Pancratium[17]17
Pancratium undulatum H. B. et K.
[Закрыть], цветок которого имеет 8–9 дюймов в длину и который украшает берега реки Туй. Мы очень приятно провели два дня на плантации дона Хосе де Мантерола, занимавшего в юности должность атташе испанского посольства в России.
Воспитанник и любимец Саведры, одного из самых образованных каракасских чиновников, он собирался отплыть в Европу, когда знаменитый государственный деятель был назначен министром. Губернатор провинции, опасаясь влияния Мантеролы, арестовал его в гавани; но когда прибыл приказ правительства об освобождении незаконно арестованного, министр оказался уже не в фаворе.
Не так-то просто добраться вовремя до Испании, отстоящей за 1500 лье от берегов равноденственной Америки, чтобы воспользоваться могущественным покровительством человека, который занимает важный государственный пост. На прекрасной плантации, где мы жили, выращивался сахарный тростник. Поверхность земли была ровная, как дно высохшего озера.
Река Туй извивалась между берегами, поросшими бананами и небольшим лесом из Hura crepitans L., Erythrina corallo-dendron L. и фикусов с листьями кувшинки. Русло реки покрыто кварцевой галькой; купаться в Туй приятнее, чем в любой другой из известных мне рек. Прозрачная как кристалл вода даже днем сохраняет температуру в 18,6°. Для здешнего климата и высоты в 300 туазов вода очень прохладная, но истоки реки находятся в соседних горах.
Дом владельца плантации, стоящий на холмике вышиной в 15–20 туазов, окружен хижинами негров. Женатые рабы сами заботятся о своем пропитании. Им здесь, как и повсюду в долинах Арагуа, выделяют небольшой участок для возделывания. Они работают на нем по субботам и воскресеньям, единственным свободным дням на неделе.
Рабы держат кур, а иногда даже и свинью. Хозяин хвастается их благополучием, подобно тому, как на севере Европы помещики похваляются зажиточностью крепостных. В день нашего прибытия привели трех беглых негров; это были недавно купленные рабы.
Я боялся, что мне придется присутствовать при одном из тех наказаний, которые повсюду, где царствует рабство, лишают сельскую жизнь всякого очарования; к счастью, с неграми обошлись человечно.
На плантации Мантеролы, как и на всех плантациях подобного рода в провинции Венесуэла, уже издали можно различить по цвету листьев три вида выращиваемого сахарного тростника: старинный местный сахарный тростник, сахарный тростник с Таити и сахарный тростник из Батавии.
У первого вида листья более темного зеленого цвета, стебель тоньше, узлы расположены на более близком расстоянии. Он раньше других был вывезен из Индии в Сицилию, на Канарские и Антильские острова. Второй вид отличается более светлым зеленым цветом.
Стебель у него выше, толще и сочнее. Внешний вид растения свидетельствует о более мощном развитии. Этой разновидностью мы обязаны путешествиям Бугенвиля, Кука и Блая. Бугенвиль привез сахарный тростник на Иль-де-Франс, откуда его культура была перенесена в Кайенну, на Мартинику, а с 1792 года – на остальные Антильские острова.
Введение культуры таитянского сахарного тростника, «то» островитян, следует считать одним из самых важных достижений, которым за последнее столетие колониальное сельское хозяйство обязано путешествиям натуралистов. Он дает с той же площади не только на одну треть больше везу (сока), чем местный (креольский) сахарный тростник, но благодаря толщине стебля и плотности деревянистых волокон и значительно больше топлива.
Последнее преимущество особенно ценно для Антильских островов, где уничтожение лесов уже давно вынуждает плантаторов пользоваться отжатыми стеблями сахарного тростника для поддержания огня под котлами.
Если бы не было открыто это новое растение, если бы земледелие не развилось на материке Испанской Америки и там не ввели бы культуру индийского и яванского сахара, тогда революции на Сан-Доминго и разрушение на нем крупных сахароварен оказали бы еще более сильное влияние на цены колониальных товаров в Европе.
Таитянский сахарный тростник был завезен в Каракас с острова Тринидад. Из Каракаса он перешел в Кукуту и Сан-Хиль в королевстве Новая Гранада. Теперь, после 25 лет его возделывания, почти полностью рассеялось первоначальное опасение за то, что, перенесенный в Америку, он начнет постепенно вырождаться и станет таким же тонким, как местный сахарный тростник.
Если он и представляет собой разновидность, то разновидность очень стойкую. Третий вид, фиолетовый сахарный тростник, называемый Caño de Batavia, или de Guinea, несомненно является туземным для острова Ява, где его выращивают по преимуществу в округах Джапара и Пасуруан. У него очень большие пурпурные листья; в провинции Каракас ему отдают предпочтение при изготовлении рома.
Tablones, то есть участки, засаженные сахарным тростником, отделены друг от друга изгородями из громадного злака – Latta, или Gynerium, с двухрядными листьями. На реке Туй заканчивали плотину для устройства оросительного канала. Это предприятие обошлось владельцу в 7000 пиастров, израсходованных на постройку, и в 4000 пиастров, израсходованных на тяжбы с соседями.
Пока адвокаты спорили о лишь наполовину законченном канале, Мантерола стал вообще сомневаться в выполнимости проекта. С помощью зрительной трубы и искусственного горизонта я произвел нивелирование местности и установил, что плотину возвели на семь футов ниже, чем следовало. Сколько денег тратится зря в испанских колониях на сооружения, проекты которых основаны на неправильном нивелировании!
В долине Туй есть свой золотой рудник, как и почти во всех уголках Америки, населенных белыми и расположенных у первозданных гор. Утверждают, будто в 1780 году какие-то чужеземные золотоискатели собирали крупинки золота и организовывали промывку в ущелье Оро.
Управляющий одной соседней плантации продолжил их работы; после его смерти у него нашли камзол с золотыми пуговицами, и по народной логике это золото могло быть добыто только из жилы, выход которой был закрыт обвалом. Напрасно я старался убедить, что по одному лишь виду местности без прокладки глубокой канавы вдоль жилы я при всем желании не могу высказать свое мнение о существовании рудоносного тела; пришлось уступить настояниям моих хозяев.
Камзол управляющего в течение 20 лет был постоянным предметом разговоров в округе. Золото, добытое из недр земли, прельщает людей гораздо больше, чем нажитое сельским хозяйством, которому благоприятствует плодородие почвы и мягкость климата.
К северо-западу от Hacienda del Tuy северная цепь прибрежного хребта прорезана глубоким ущельем. Оно носит название Quebrada seca[18]18
Сухое ущелье (исп.).
[Закрыть], так как вода образовавшего ущелье потока уходит в расщелины скал, не достигая его конца. Вся эта гористая страна покрыта густой растительностью.
Повсюду, где местность повышается до зоны облаков и куда морские туманы имеют свободный доступ, мы видели такую же свежую зелень, какая очаровала нас в горах Буэна-Виста и Лас-Лагунетас. На равнинах же, как мы указывали выше, многие деревья зимой теряют часть листвы, и когда вы спускаетесь в долину Туй, вас поражает почти зимний вид ландшафта. Воздух настолько сух, что гигрометр Делюка показывает ночью и днем 36–40°.
Вдали от реки вы лишь изредка видите несколько Hura L., или перечных деревьев, простирающих свою крону над голыми рощами. Это явление обусловлено, вероятно, сухостью воздуха, достигающей своего максимума в феврале, а не, как утверждают европейские колонисты, «наступлением в Испании зимы, власть которой простирается и на жаркий пояс».
Только растения, переселившиеся из одного полушария в другое, как бы сохраняют в своей органической жизни, в развитии листьев и цветов связь с климатом далекой родины; верные привычке, они долго соблюдают в них прежнюю периодичность. В провинции Венесуэла деревья, теряющие листву, начинают вновь покрываться ею почти за месяц до наступления периода дождей.
Возможно, в это время электрическое равновесие атмосферы уже нарушается, и воздух, хотя облаков еще нет, мало-помалу становится более влажным. Небесная лазурь бледнеет, и высокие слои атмосферы насыщаются легкими, равномерно распределенными парами. Это время года можно рассматривать как период пробуждения природы, как весну, которая, по принятому в испанских колониях[19]19
Зимой называют часть года, наиболее обильную дождями, так что в Терра-Фирме время года, которое начинается с зимнего солнцестояния, носит название лета, и там можно постоянно слышать, что в горах зима, в то время как в соседних равнинах царит лето.
[Закрыть] выражению, возвещает приход зимы и следует за летним зноем.
Когда-то в Quebrada seca выращивали индиго; однако почва там, покрытая растительностью, не может давать столько тепла, сколько получают его и отражают равнины или дно долины Туй, а потому эта культура уступила место культуре кофейного дерева. По мере того как поднимаешься по ущелью, влажность увеличивается. Около hato[20]20
Животноводческая ферма (исп.).
[Закрыть] у северного конца Quebrada мы увидели ручей, бегущий по наклонным пластам гнейса.
Там велись работы по постройке водопровода, который должен был снабжать водой долину. Без орошения развитие земледелия в здешнем климате невозможно. Наше внимание привлекло дерево[21]21
Hura crepitans L.
[Закрыть] чудовищной толщины. Оно находилось на склоне горы над зданием hato.
Так как при малейшем оползне дерево упало бы и разрушило стоявший под его сенью дом, то его подожгли у основания и повалили так, чтобы оно легло среди огромных фикусов, которые не дали ему скатиться в ущелье. Мы измерили поваленное дерево. Хотя его вершина сгорела, ствол все же имел в длину 154 фута. Его диаметр равнялся у комля 8 футам, а у верхнего конца – 4 футам 2 дюймам.
Наши проводники, меньше чем мы интересовавшиеся величиной деревьев, все время торопили нас идти дальше на поиски золотого рудника. Эта редко посещаемая часть ущелья достаточно любопытна. Вот что мы выяснили относительно геологического строения местности.
У входа в Quebrada seca мы заметили большие толщи сахаровидного первозданного известняка синеватого цвета, довольно тонкозернистого, пронизанного бесчисленным множеством жил ослепительно белого известкового шпата. Эти известняковые толщи не следует смешивать с очень молодыми отложениями туфа или известняка, заполняющими равнины Туй: они образуют пласты в слюдяном сланце, который превращен в тальковый сланец.
Нередко первозданный известняк просто залегает согласно на последней горной породе. Около самого hato тальковый сланец становится совершенной белым и включает тонкие пласты мягкого и маслянистого графитового сланца. Некоторые куски, не содержащие кварцевых жил, представляют собой настоящий зернистый графит, пригодный для рисования.
![](i_031.jpg)
Там, где тонкие листочки графитового сланца чередуются с волнистыми глянцевыми листочками белоснежного талькового сланца, горная порода имеет очень странный вид. Можно подумать, что углерод и железо, в других местах окрашивающие первозданную породу, сосредоточились здесь в чередующихся пластах.
Повернув на запад, мы достигли наконец Золотого ущелья (quebrada del Oro). На склоне одного холма с трудом можно было различить след кварцевой жилы. Обвал, вызванный ливнями, изменил рельеф местности и сделал невозможным всякое исследование. Там, где 20 лет тому назад работали золотоискатели, уже росли большие деревья.
Быть может, слюдяной сланец содержит здесь, как и около Гольдкронаха, во Франконии, и в провинции Зальцбург, золотоносные жилы; но как судить, пригодно ли это месторождение для разработки или же руда встречается в нем лишь в виде почкообразных включений и тем в меньшем количестве, чем они богаче?
Чтобы извлечь некоторую пользу из утомительной прогулки, мы долго занимались гербаризацией в густом лесу, который тянется за hato и изобилует Cedrela P. Br., Brownea Jacq. и фикусами с листьями кувшинки. Стволы фикусов увиты очень пахучими лианами ванили, обычно цветущими только в апреле.
Здесь мы снова были поражены теми деревянистыми наростами, которые в виде ребристых выступов необычайно увеличивают толщину стволов американских фикусов до высоты в 20 футов над землей. Я видел деревья, имевшие у корней 22,5 фута в диаметре. Иногда деревянистые наросты на высоте 8 футов отделяются от ствола, превращаясь в цилиндрические корни толщиной в два фута.
Дерево как бы стоит на подпорах. Впрочем, эти подмостки уходят в землю неглубоко. Боковые корни извиваются по земле; если на расстоянии 20 футов от ствола их обрубить топором, то из них брызнет млечный сок фикуса: утеряв связь с жизнедеятельностью органов растения, он изменяется и свертывается.
Какое чудесное сочетание клеток и сосудов в этой растительной толще, в этих гигантских деревьях жаркого пояса, которые непрерывно, быть может, на протяжении тысячелетия, вырабатывают питательные соки, поднимают их на высоту в 180 футов и уводят снова вниз к земле; под грубой жесткой корой, под слоями деревянистых волокон таятся все движения органической жизни!
Я воспользовался ясными ночами и произвел на плантации в долине Туй наблюдения над двумя затмениями первого и третьего спутников Юпитера. По результатам этих двух наблюдений я получил с помощью таблицы Деламбра долготу 4°39'14''. Хронометр дал 4°39'10''.
До моего возвращения с Ориноко больше затмений я не наблюдал; они дали возможность более или менее точно определить положение восточного края долин Арагуа и подножия горы Лас-Кокуисас. На основании меридиональных высот Канопуса я установил широту Hacienda de Manterola 9 февраля – в 10°16'55'', а 10 февраля в 10°16'34''.
Несмотря на исключительную сухость воздуха, звезды мерцали до высоты 80° – очень редкое явление в этом поясе, возвещавшее, вероятно, конец благоприятного времени года. Наклонение магнитной стрелки составляло 41,60 (стоград. шкала), интенсивность земного магнетизма выражалась 228 колебаниями за 10 минут времени. Склонение магнитной стрелки равнялось 4°30' к северо-востоку.
Во время нашего пребывания в долинах Туй и Арагуа почти каждую ночь появлялся зодиакальный свет необычайной яркости. Впервые я увидел его под тропиками в Каракасе 18 января после 7 часов вечера. Вершина пирамиды находилась на высоте 53°.
Свет полностью исчез в 9 ч 35 мин (истинное время), почти через 3 ч 50 мин после захода солнца, причем небо не стало менее ясным. Лакайль во время своего путешествия в Рио-де-Жанейро и на мыс Доброй Надежды был поражен красотой зрелища, какое являет зодиакальный свет в тропиках не столько из-за своего менее наклонного положения, сколько по причине исключительной чистоты воздуха.
Могло бы даже показаться странным, что мореплаватели, посещавшие моря обеих Индий задолго до Чайлдри и Доминико Кассини, не обратили внимания европейских ученых на этот свет, имеющий определенную форму и двигающийся в определенном направлении, – если бы мы не знали, как мало их интересовало до середины XVIII столетия все, что не имело непосредственного отношения к курсу корабля и к нуждам судовождения.
Сколь ни ослепителен был зодиакальный свет в сухой долине Туй, я видел еще более чудесный на гребне мексиканских кордильер, у берегов озера Тескуко, на высоте 1160 туазов над уровнем моря. На этом плоскогорье гигрометр Де-люка показывал всего 15°, и при барометрическом давлении в 21 дюйм 8 линий ослабление света было в 1006 раз меньше, чем на равнинах.
В январе 1804 года свет иногда поднимался выше чем на 60° над горизонтом. Млечный Путь казался бледным по сравнению со сверкающим зодиакальным светом; и если бы на западе скопились небольшие отдельные синеватые облака, можно было бы подумать, что восходит луна.
11 февраля на восходе мы покинули плантацию Мантеролы. Дорога шла вдоль живописных берегов реки Туй. Утро было свежее и сырое; воздух, казалось, был полон чудесным запахом Pancratium undulatum H. B. et K. и других крупных лилейных.
Чтобы попасть в Ла-Викторию, нужно пройти красивую деревню Мамон или Консехо, известную в провинции чудотворной статуей богоматери. Немного не доходя до деревни, мы остановились в усадьбе, принадлежавшей семье Монтера. Столетняя старуха негритянка сидела перед маленькой хижиной, построенной из глины и тростника. Ее возраст был известен, потому что она принадлежала к числу рабынь – местных уроженок.
На вид она была еще вполне здорова. «Я ее держу на солнце (la tengo al sol), – говорил ее внук, – тепло сохраняет ей жизнь». Способ показался нам жестоким, так как солнечные лучи падали почти отвесно. Люди со смуглой кожей, хорошо акклиматизированные негры и индейцы, достигают в жарком поясе счастливой старости. В другом месте я упомянул об одном уроженце Перу, умершем в возрасте 143 лет и прожившем с женой 90 лет.
Дон Франсиско Монтера и его брат, молодой, очень образованный священник, пошли с нами, чтобы отвести нас в их дом в Ла-Виктории. Почти все семейства, с которыми мы подружились в Каракасе, – Устарис, Товар, Торо – оказались в это время в прекрасных долинах Арагуа. Владельцы самых богатых плантаций, они соперничали между собой в том, чтобы сделать наше пребывание приятным. Перед тем как углубиться в леса Ориноко, мы еще раз насладились благами передовой цивилизации.
Дорога из деревни Мамон в Ла-Викторию идет на юг и на юго-запад. Вскоре мы потеряли из виду реку Туй; свернув на восток, она делает изгиб у подножия высоких гор Гуайраима. По мере приближения к Ла-Виктории местность становится более ровной; она напоминает дно вытекшего озера.
Можно подумать, что находишься в долине Хаслеталь в Бернском кантоне. Окрестные холмы, сложенные известняковым туфом, достигают в высоту всего 140 туазов; однако они очень крутые и выступают на равнине, как мысы. Их форма указывает на то, что они некогда составляли берег озера.
Восточный край долины сухой и невозделанный. Изобилующие водой ущелья соседних гор совершенно не использованы; но вблизи от города земля прекрасно возделана. Я говорю «города», хотя в мое время Ла-Виктория считалась лишь простой деревней (pueblo).
Трудно представить себе деревню с 7000 жителей, красивыми зданиями, церковью, украшенной колоннами дорического ордера, и со всеми отраслями промышленного производства. Уже давно жители Ла-Виктории просили испанский двор присвоить их поселению название villa[22]22
Местечко (исп.).
[Закрыть] и предоставить им право избирать cabildo, то есть муниципалитет.
Испанское правительство отвергло просьбу, хотя после экспедиции Итурриаги и Солано на Ориноко оно по настойчивому ходатайству францисканских монахов предоставило пышное название ciudad, город, нескольким группам индейских хижин.
С точки зрения земледелия окрестности Ла-Виктории весьма примечательны. Пахотные земли расположены на высоте в 270–300 туазов над уровнем океана, а между тем поля пшеницы чередуются там с плантациями сахарного тростника, кофейного дерева и бананов. Если не считать внутренней части острова Кубы, то в равноденственных районах испанских колоний вы почти нигде больше не увидите европейских хлебных злаков, выращиваемых в большом количестве на столь незначительной высоте.
В Мексике прекрасные поля пшеницы находятся на абсолютной высоте от 600 до 1200 туазов; лишь изредка они спускаются до 400 туазов. Вскоре мы убедимся, что урожай хлебных злаков, если сравнивать области, расположенные на различной высоте, заметно увеличивается от высоких широт к экватору вместе с повышением средней температуры.
Успех земледелия зависит от сухости воздуха, от выпадения дождей в разные времена года или только в течение одного периода, от ветров, постоянно дующих с востока или приносящих холод с севера в низкие широты (например, в Мексиканский залив), от туманов, которые месяцами уменьшают интенсивность солнечных лучей, наконец, от тысячи местных причин, влияющих не столько на среднюю температуру всего года, сколько на распределение одного и того же количества тепла между различными частями года.
Поразительное зрелище представляют собой европейские хлебные злаки, выращиваемые от экватора до Лапландии, на 69° северной широты, в районах со средней годовой температурой от +22° до –2°, повсюду, где температура лета превышает 9—10°. Мы знаем минимум тепла, необходимый для вызревания пшеницы, ячменя и овса; менее ясно, какой максимум могут перенести эти злаки, в общем столь легко приспосабливающиеся.
Мы не знаем даже совокупности условий, которые благоприятствуют выращиванию хлебов в тропиках на очень малой высоте. Ла-Виктория и соседняя деревня Сан-Матео производят 4000 квинталов пшеницы. Ее сеют в декабре. Жатва производится на семидесятый или семьдесят пятый день. Зерно крупное, белое, очень богатое клейковиной; оболочка у него тоньше и менее твердая, чем у пшеницы с очень прохладных мексиканских плоскогорий.
Близ Ла-Виктории один арпан[23]23
1,95 арпана равняются одному гектару.
[Закрыть] обычно дает 3000–3200 фунтов пшеницы. Следовательно, средний урожай здесь, как и в Буэнос-Айресе, в 2–3 раза больше, чем в северных странах, и составляет почти сам-шестнадцать; между тем во Франции, по данным Лавуазье, урожай в среднем бывает не больше, чем сам-пят или сам-шест, то есть 1000–1200 фунтов с арпана.
Несмотря на такое плодородие почвы и благотворное влияние климата, культура сахарного тростника в долинах Арагуа выгоднее, чем культура зерновых.
В Ла-Виктории протекает речка Каланчас, впадающая не в Туй, а в Арагуа; отсюда следует, что эта прекрасная страна, которая производит одновременно сахарный тростник и пшеницу, относится уже к бассейну озера Валенсия, к системе внутренних рек, не сообщающихся с морем.
Квартал города, расположенный к западу от реки Каланчас, называется la otra banda[24]24
Другой берег (исп.).
[Закрыть]; это основная торговая часть. Повсюду выставлены товары. Ряды лавок образуют улицы. Через Ла-Викторию проходят два торговых пути: из Валенсии или из Пуэрто-Кабельо и из Вилья-де-Кура или из равнин, называемый camino de los Llanos[25]25
Дорога из льянос (исп.).
[Закрыть]. В Ла-Виктории относительно больше белых, чем в Каракасе.
На заходе солнца мы побывали на холме, на вершине которого стоит крест. Оттуда открывается очень красивая и широкая панорама. На западе вы различаете живописные долины Арагуа – обширную территорию, покрытую фруктовыми садами, возделанными полями, группами дикорастущих деревьев, усадьбами и деревушками.
Повернувшись к югу и юго-востоку, вы видите тянущиеся до горизонта высокие горы Ла-Пальма, Гуайраима, Тиара и Гуирипа, скрывающие от взора огромные равнины, или степи, Калабосо. Эта внутренняя горная цепь продолжается к западу вдоль озера Валенсия к Вилья-де-Кура, Куэста-де-Юсма и к зубчатым горам Гуигуэ.
Она очень крутая и всегда окутана легким туманом, который в жарких странах придает отдаленным предметам очень яркий голубой цвет и не только не искажает их очертаний, но делает их более резкими и четкими. Полагают, что из гор внутренней цепи горы Гуайраима достигают высоты в 1200 туазов.
Мы не спеша продолжали путь через деревни Сан-Матео, Турмеро и Маракай к Hacienda de Сurа, прекрасной плантации графа Товара, куда мы прибыли лишь 14 февраля вечером. Долина постепенно расширялась; она окаймлена холмами известкового туфа, называемого здесь tierra blanca[26]26
Белая земля (исп.).
[Закрыть].
Местные ученые делали несколько попыток обжечь эту землю; они принимали ее за фарфоровую глину, которая образуется из скоплений выветрившегося полевого шпата. Мы остановились на несколько часов в усадьбе «Консесьон» у столь же почтенной, сколь и просвещенной семьи Устарис. Дом, где имеется прекрасно подобранная библиотека, стоит на возвышенности; он окружен плантациями кофе и сахарного тростника.
Роща бальзамических деревьев (balsamo)[27]27
Amyris elata.
[Закрыть] дает прохладу и тень. Мы с живейшим интересом смотрели на множество отдельных хижин, разбросанных по долине и населенных отпущенными на волю рабами. В испанских колониях законы, общественное устройство и нравы больше способствуют свободе негров, чем в колониях других европейских государств.
Сан-Матео, Турмеро и Маракай – очаровательные деревни, в которых все говорит об очень большой зажиточности. Может показаться, будто вы находитесь в лучше всего возделанной части Каталонии. Около Сан-Матео мы увидели последние поля пшеницы и последние мельницы с горизонтальными гидравлическими колесами.
Урожай ожидался сам-двадцать; такой урожай считается небольшим, а потому меня спросили, лучше ли родятся хлеба в Пруссии и Польше. По довольно распространенному в тропиках заблуждению, хлебные злаки там считают растениями, которые вырождаются по мере продвижения к экватору, и думают, что в северных странах урожаи бывают более обильными.
После того как удалось получить цифровые данные о сборах сельскохозяйственных культур в различных поясах и о температурах, влияющих на развитие хлебных злаков, пришли к выводу, что за 45-й параллелью пшеница нигде не дает такого большого урожая, как на северном побережье Африки и на плоскогорьях Новой Гранады, Перу и Мексики.
Сравнивая не средние температуры всего года, а лишь средние температуры периода, на который приходится вегетационный цикл хлебных злаков, мы получаем[28]28
Средняя температура лета в Шотландии (в окрестностях Эдинбурга, шир. 56°) такая же, как на богатых пшеницей плоскогорьях Новой Гранады, на высоте 1400 туазов (2728,6 м) и на 4° шир. С другой стороны, средняя температура долин Арагуа (шир. 10°13') и всех невысоких равнин жаркого пояса соответствует температуре лета в Неаполе и Сицилии (шир. 39–40°).
Эти цифры указывают положение изотермических линий (с одинаковой годовой температурой). Что касается общего количества тепла, получаемого какой-нибудь точкой земного шара на протяжении целого года, то средние температуры долин Арагуа и плоскогорий Новой Гранады на высоте 300 и 1400 туазов соответствуют средним температурам побережья на 23 и 45° шир.
[Закрыть] для трех летних месяцев: на севере Европы 15–19°, в Берберии и Египте 27–29°, в тропиках, на высоте от 1400 до 300 туазов, 14–25,5° по стоградусному термометру.
В четырех лье от Сан-Матео находится деревня Турмеро. Путь все время идет вдоль плантаций сахарного тростника, индиго, хлопка и кофе. Правильная планировка деревень напоминает о том, что все они обязаны своим происхождением монахам и миссиям.
Улицы прямые и параллельные; они пересекаются под прямым углом. На главной площади, образующей четырехугольник, в центре стоит церковь. Церковь в Турмеро – роскошное здание, перегруженное, однако, архитектурными украшениями. С тех пор как миссионеров сменили приходские священники, белые стали строить свои жилища вперемежку с жилищами индейцев.
Последние мало-помалу исчезают как самостоятельная раса, иначе говоря, в общем составе населения они представлены теперь метисами и самбо, число которых все время растет. Впрочем, я еще застал в долинах Арагуа 4000 индейцев, платящих дань. Больше всего их в Турмеро и Гуакаре.
Они маленького роста, но менее коренастые, чем чайма; глаза их выражают больше живости и ума, что зависит, вероятно, не столько от различия племен, сколько от большего развития цивилизации. Как свободные люди, они работают на поденщине.
То небольшое количество времени, которое индейцы заняты работой, они деятельны и трудолюбивы; но весь заработок за два месяца они тратят за одну неделю, покупая спиртные напитки в кабачках, число которых, к сожалению, с каждым днем увеличивается.
Мы попали в Турмеро к концу сбора местной милиции; один ее вид свидетельствует о том, что уже несколько веков здешние долины наслаждались непрерывным миром. Генерал-губернатор, надеясь вновь пробудить интерес к военной службе, приказал устроить большие маневры; в примерном сражении батальон из Турмеро открыл огонь по батальону из Ла-Виктории.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?