Текст книги "Сердце спящего духа"
![](/books_files/covers/thumbs_240/serdce-spyaschego-duha-56455.jpg)
Автор книги: Александр Мадисон
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Недолгие сборы
Рене поёрзал на своём месте и устроился удобнее:
“Стоп! Храп – негодяй порядочный, но не будет он кого ни попадя преследовать. У него свои дела, хоть я их и не знаю. Обычно они поколотят кого-нибудь из малышей просто так, для развлечения, и забудут, а не забудут, так сразу деньги требуют. Храп же о деньгах – ни слова. Значит, я ему чем-то насолил. Серьёзно насолил. Но чем и когда?” – продолжал рассуждать Рене. Он так задумался, что очнулся только тогда, когда его окликнули сзади.
– Привет. Вот ты где! Я принёс тебе поесть. – Рене вздрогнул и мгновенно развернулся. Резкая боль в боку, о которой он уже успел позабыть, мгновенно отозвалась во всём теле. Поэтому вместо приветствия у Рене получилось какое-то шипение. Голова Адана торчала из люка в полу. Ещё через мгновение тот влез на чердак целиком. – Ты сегодня опять пропустил завтрак. Так ты долго не протянешь. На, возьми, – Адан протянул Рене половину батона с куском масла внутри. Это был царский подарок. Интересно, где Адан его взял?
– Спасибо, – Рене тут же принялся уплетать хлеб.
– Сразу всё не ешь, желудок с голодухи свернёт. И ещё. Тебя ищут. Храп совсем озверел. Так что сиди пока тихо и не слезай, – Адан слегка замялся, – Ну, я пошёл.
Адан исчез в полу. А Рене опять задумался. И чем больше он думал, тем больше настораживало его поведение бывшего товарища. Что-то в нём вдруг перестало нравиться Рене. Адан значительно посвежел и окреп в последнее время. Это на приютских-то харчах? Хотя, Адан теперь частенько приводил кого-нибудь, и деньги у него вроде водились. А вот взгляд стал какой-то не такой. Злой взгляд. Нехороший. Да и поймать взгляд этот стало не так-то просто. Всё чаще отводил его в сторону Адан, словно стыдился чего-то.
“Какой-то он не такой стал после того “перехода”. И с чего бы это вдруг ему вздумалось носить мне хлеб?” – Конечно, как в любой крупной мальчишеской компании, в приюте часто возникали разного рода группировки. Бывало, что и дружили, делились последним. Но хлеб был всегда на особом счету. Частенько его воровали. Изредка использовали в крупных сделках, как неразменную монету. Но чтобы отдавать хлеб даром? Разгуливать с ним по этажам? Такого отродясь в приюте не видывали.
Рене взъелся на друга как раз после исчезновения того старого колдуна. Сначала он здорово обиделся на старика. Считал, что он его предал и бросил. А потом не выдержал и всё-таки решил спросить у Адана, куда он запропастился. Вообще-то это было против всяких правил, и тот мог не отвечать совсем. Но Адан растерялся от такого вопроса и, как показалось Рене, испугался. Скосив взгляд и злобно сплюнув (новая привычка, которую он позаимствовал у Храпа), Адан соврал, что старик, мол, выходил в город на денёк, но куда-то запропал. И что Адан очень за него беспокоится, потому что старик уже заплатил ему за обратный переход. И теперь он, Адан, ну совсем не знает, что ему делать с этими деньгами…
Приняв решение, Рене резко встал и снова поднялся в своё убежище. Там у него было всё подготовлено на случай внезапного ухода. Подобрав мешок с сухарями и кое-какими вещами, он положил в него хлеб. Затем достал из тайника все свои деньги – пятнадцать монет, оставшиеся от последних “переходов”. Засунув деньги в рот, он подполз к овалу слухового окна и вылез на крышу.
Утренняя черепица была скользкой, но Рене привычно добрался до большой квадратной шахты. Это был дымоход. Когда-то в него выходили трубы всех печей и каминов флигеля, но топить было нечем, и они были уже давно заложены. Остались только трубы из кухни и от каминов в библиотеке. Обычно Рене уходил ночью, но теперь было такое время, что завтрак как раз кончился, а ужин наверняка ещё не начинали готовить. “Ничего, не задохнусь”, – подумал он и решил отправляться немедленно.
Рене подтянулся на руках и взобрался на шахту. Сел на край и заглянул внутрь. Изнутри тянуло гарью. Едкий дымок щипал глаза. Рене отодвинулся от зева шахты и вдохнул свежий холодный воздух. Вдруг, оглянувшись, он вздрогнул. Раннее утреннее солнце ещё не успело высушить черепицу, и теперь на покрытой росой поверхности была чётко видна смазанная цепочка мокрых следов, ведущая от слухового окна к шахте. “Ерунда! – решил Рене, – Солнце уже высоко. Быстро высохнет”.
Перехватив сухари, мальчик нырнул в чёрное жерло дымохода. Широкий закопчённый лаз уходил глубоко вниз. По поверхности одной из его стен были вбиты железные скобы. Они служили Рене ступеньками. Скобы ещё хранили тепло утреннего огня. Некоторые держали не очень крепко, но Рене уже не раз пользовался этим выходом, и чувствовал себя достаточно уверенно.
Спустившись на несколько метров, он вышел в почти горизонтальный штрек, в который выходили все трубы третьего этажа. Путь вниз был короче, но Рене не воспользовался им. Он знал, что ниже несколько скоб были вырваны. Однажды он чуть не сорвался там, когда ещё только исследовал дымоход. Повернув по штреку направо, Рене снова двинулся вперёд. Идти в полный рост здесь было нельзя, и он встал на четвереньки. Прямоугольник неба скрылся за выступом. Стало совсем темно. Пришлось двигаться наощупь. Зато воздух стал чище: кухня осталась позади.
Рене полз вперёд, считая повороты и перекрёстки. Дымоход замка представлял собой сложную систему, и Рене ещё не очень хорошо знал эту его часть. По замыслу, он должен был попасть в библиотеку. Затем, выбравшись из камина, пересечь читальный зал и забраться в другой камин, дымоход которого шёл ниже и выходил в ту самую шахту с выбитыми скобами, обходя опасный участок. Затем вниз. Дымоход спускался ниже первого этажа, и раньше одновременно служил системой вентиляции подвальных помещений и погребов замка. Далее, забирая на север, нужно было добраться до замковых погребов, выбрать удобное место и спрыгнуть вниз.
Рене помнил, как он впервые попал туда. Лаз неожиданно обломился под ним тогда, и он свалился вниз, в полную темноту. Спичек у него с собой не было. Он чувствовал, что вокруг него большое пустое пространство, и боялся пошевелиться. Дотянуться до потолка он не мог. Помогла ему верёвка с самодельным крюком, которую он всегда брал на исследование новых территорий.
Минут двадцать кидал он её в потолок, стараясь в полной темноте зацепиться за края того отверстия, из которого вывалился. Когда, наконец, ему удалось выкарабкаться, он так испугался, что больше недели боялся вернуться в этот подвал. Только раздобыв свечу и спички, Рене рискнул повторить вылазку.
В погребе двумя рядами стояли огромные бочки, в каждую из которых был вделан деревянный кран. Эта часть подвала была отрезана от остальных погребов двумя оползнями, и содержимое бочек осталось нетронутым. Рене охватила буйная радость. Он понял, что попал в винный погреб замка. Однако когда он решился попробовать замковое вино, радость сменилась жестоким разочарованием, – в бочках был уксус. У него был удивительно тонкий благородный аромат. И всё-таки это был уксус. Стараясь подавить отчаяние, Рене стал пробовать содержимое всех бочек подряд. Когда он повернул кран в бочке, стоящей в самом углу, та неожиданно отъехала назад, и перед удивлённым мальчиком открылся лаз в подземный ход.
Ситуация проясняется
Отсчитав три дымохода справа, Рене свернул в четвёртый и, пройдя около метра, стал спускаться по вертикальной шахте. Это была самая трудная и опасная часть пути. Спускаться приходилось вниз головой. Иначе Рене рисковал очутиться в библиотеке тогда, когда там кто-нибудь есть. Шахта не была широкой. Казалось, что она специально сделана для Рене. Но стенки её были гладкими, поэтому приходилось двигаться, опираясь на них телом.
Синяк в боку тут же отозвался резкой пульсирующей болью. Рене сжал зубы и продолжил спуск. Наконец шахта стала наклонной, и ещё через несколько мгновений он нащупал в стене широкий выступ, который служит для отражения холодного воздуха, когда ветер задувает трубу. Опёршись на него руками, Рене отдышался и прислушался.
– Вот эта книга. Запомни её хорошенько, чтобы не было, как в прошлый раз, – негромко выговаривал чей-то голос.
– Для меня все книги одинаковы, я всё равно не умею читать. В прошлый раз Вы сказали, что Вам нужна деревянная книга. Вот я и принёс деревянную. Так что Вы должны мне за неё деньги, десять тысяч, как и было договорено, – второй голос Рене узнал. Он, несомненно, принадлежал Храпу.
– Деньги? Ты, кажется, плохо понимаешь, что происходит. Изволь, я тебе объясню. В прошлый раз ты принёс мне советы какой-то повивальной бабки и теперь требуешь за них десять тысяч монет? Ни одна книга не стоит таких денег! Ни одна, кроме вот этой! Смотри, я специально кладу её вот сюда. С краю. На нижнюю полку. Ты возьмёшь её завтра, когда я уйду. Не сегодня, не через неделю, а завтра. И только после того, как приютское начальство убедится, что книга осталась на месте после моего ухода. Об этом позабочусь я сам. Ключ от библиотеки я тебе оставлю, тебе не придётся снова ломать дверь.
Кроме того, скоро сорок дней, как ты взял задаток в сто монет и обещал убрать с моей дороги мальчишку. Я прихожу в замок, и что же? Здесь я узнаю, что именно он провёл меня сюда. И это ты называешь хорошей работой?
Рене вздрогнул. Теперь он узнал и первый голос. Он принадлежал чужаку, которого Рене третьего дня нанялся провести в замок. Высокий, не старый ещё, но и не молодой, а как будто высушенный какой-то, одет во всё чёрное, подпоясан широким золотым поясом, а на боку меч. Чувствовался в его облике могучий воин. Рене ещё очень удивился тогда, зачем ему вообще проводник. Пояс, что ли, охранять?
– Мальчишку мы поймаем. Вчера ему просто повезло. Рано или поздно мы узнаем, где он прячется.
– Уж лучше рано, – прошипел первый, и Рене услышал, как Храп вдруг как-то жалобно пискнул, – Для тебя же лучше.
Неожиданно оба голоса смолкли. Скрипнула дверь, и послышались чьи-то шаги. Затем шёпот.
– Мальчишку нашли, – торжественно объявил Храп. – Он на чердаке. Оттуда только один выход, и ребята за ним наблюдают. Сейчас его приведут.
– Не надо никого никуда водить. Я сам хочу убедиться, что он мне больше не помешает. Мы пойдём туда вместе и прикончим его прямо наверху. И моли небо, чтобы он был ещё там. Ты слишком часто разочаровываешь меня в последнее время.
Хлопнула дверь. Поворот ключа. Всё стихло. Руки у Рене затекли. От долгого нахождения вниз головой в ушах стучало. Он сделал попытку проскользнуть ниже и осмотреть библиотеку, как делал всегда, выбираясь из замка этой дорогой, но занемевшие руки не слушались его, и он просто вывалился в камин. Кровоток ещё не восстановился от висения вверх ногами. Рене вскочил на ноги, но голова его сильно кружилась, и он снова упал. Ему удалось встать только с третьей попытки. Оглядевшись, он понял, что в библиотеке больше никого нет.
Теперь деньги можно было спрятать поудобнее. Вверх ногами он путешествовать больше не будет. Рене достал их изо рта, завернул в длинную тряпку, которую вынул из котомки, и обвязал её вокруг пояса. Он отдышался и теперь испугался по-настоящему. Рене получил ответы на многие вопросы, которые мучили его в последнее время, но ответы эти его не успокоили, а поставили ещё больше вопросов. Причём вопросов намного более сложных, если не сказать страшных.
Конечно, можно допустить, что он чем-то насолил Храпу. Но чем он мог помешать этому воину? Человеку, которого раньше он даже не видел! О существовании которого даже не знал! Чем? Он, мальчишка, встал на пути взрослого, который мог бы убить его одним пальцем. Десять раз. Мог, но не убил. Почему? Он ведь знал его? Или нет? Точнее, он знал про Рене, а не его самого. Кто он? Что ему нужно?
Рене словно очнулся. Книга! Он оглянулся. Что ж, на последний вопрос, пожалуй, он может ответить прямо сейчас. Одного взгляда было достаточно. Это была она. Она! Та самая книга, за которой его просил присматривать старик. Рене никогда не брал чужого. Тем более, тайно. Поэтому сейчас он испытывал сильные сомнения. Казалось, в нём борются две силы. Одна требовала бежать, бежать немедленно. Другая требовала спасения книги.
Десять тысяч. Это что, шутка? Разве бывает столько денег? Рене подошёл и нерешительно взял книгу. Неожиданно озорные искорки заплясали в его глазах. Он больше не сомневался. Пройдя вглубь читального зала, он вынул из стенного шкафа похожий фолиант. Рене помнил его название. Это был какой-то трактат о бабочках. Подменив книгу, Рене бросился к камину.
Этот камин выглядел значительно новее, чем предыдущий. Стены его были абсолютно гладкими, и Рене потребовалось приложить немало усилий, чтобы забраться в дымоход. Кроме того, ему сильно мешала книга. Этот дымоход почти сразу выходил в главную шахту. После света библиотеки Рене не сразу привык к темноте, а когда привык, увидел в густом мраке главной шахты две ноги, судорожно пытающиеся нащупать опору. Храп был значительно длиннее Рене, поэтому не доставал до нижней скобы совсем немного.
Если бы он это знал, то мог бы просто спрыгнуть. Но Храп этого не знал. Он сильно сопел и плаксиво жаловался. Сверху его подстёгивал грозный крикливый голос. Видно было, что Храп старается вовсю, но не может достать до скобы. Рене тоже не мог спуститься, не задев его.
“Быстро они вышли на след, однако, – думал Рене. – Да, чужак не даст себя морочить, как эти олухи. С ним шутки плохи. Что же делать?” И тут просто шальная идея пришла ему в голову. Послюнявив палец, Рене легонько провёл им по голой Храповой лодыжке.
Почувствовав на своей ноге что-то мокрое и холодное, Храп взвыл со страху так, что гулкое эхо откликнулось во всех печах и каминах замка, породив в дальнейшем множество жутких историй о приведениях и вампирах. Не помня себя от ужаса, Храп рванулся вверх. А Рене проскользнул вниз. Преследователи отстали. Сверху ещё долго сыпались проклятия и угрозы, но, похоже, теперь никакая сила не могла заставить Храпа спуститься.
Под землёй
Вскоре Рене был уже на самом нижнем горизонте, неподалёку от винного погреба. Теперь он полз лёжа по узкому горизонтальному лазу, пол которого был усыпан не то камнем, не то битым кирпичом. Иногда попадались довольно крупные осколки, больно впивавшиеся в ноги и живот. Мешок с книгой и едой приходилось тащить сзади за собой. Большая толстая книга постоянно застревала. Мальчик с большим трудом протаскивал её за собой. Один раз, протягивая застрявший мешок через особо неудобный поворот, Рене подумал, что если он ошибся и перепутал дымоходы, то ему отсюда будет уже не выбраться. От этой мысли ему стало очень неприятно и как-то неуютно. “С другой стороны, – думал Рене, – Чужак-то сюда точно не влезет”. Вскоре он добрался до винного погреба.
Рене с облегчением спрыгнул вниз. Самая трудная и опасная часть пути осталась позади. Абсолютная темнота обступала его со всех сторон. Рене прислушался. Было тихо. Он медленно двинулся, выставив вперёд руки. Пол был неровный, весь в каких-то выщерблинах. Под ногами хрустели мелкие камешки и мусор. Наконец, он добрался до стены. Двигаясь наощупь вдоль неё, он нашарил тайник, в котором хранил свечи, спички и несколько больших факелов, которые он сделал из бересты.
Конечно, свечи горели дольше, чем факелы. Но их было очень мало. И их приходилось покупать, так как сам он их сделать не мог. Поэтому Рене, выходя из замка, всегда заготавливал бересту, резал её на ровные полосы, сушил и скручивал. Главное было скрутить как можно туже, иначе факел прогорал совсем быстро.
Рене пересёк погреб и подошёл к угловой бочке. Повернув кран, он вошёл в подземный ход. Два десятка ступенек вели вниз. Под ногами зачавкало. Почва стала сырой. Потом на полу появилась вода. Со стен и потолка падали редкие крупные капли. Подземный ход вёл на север. Рене не зажёг огня. Идти предстояло долго, но дорога была знакомой. Развилок по пути не было. Рене не боялся заблудиться и побежал довольно быстро, только изредка останавливаясь и прислушиваясь к звуку падающих капель.
Рене бежал уже несколько часов и сильно устал. Он шёл по колено в ледяной воде, вымок и продрог и едва волочил ноги. Почувствовав, что дальше идти не в силах, он впервые решил зажечь факел. Спички немного отсырели, и ему удалось это только с третьей попытки. Береста давала неяркое пляшущее пламя и сильно чадила. Хорошо разглядеть дорогу Рене всё равно не мог, но огонь согревал душу, давал надежду.
В неровном свете факела проступили красноватые стены, сходящиеся сводчатым потолком на высоте около двух метров. От сырости штукатурка местами обвалилась, обнажив каменную кладку. Камень был грубо отёсан, но подогнан достаточно плотно. Только из некоторых щелей годами сочилась вода, создавшая кое-где причудливые формы сталактитов всех возможных оттенков.
Заканчивались вторые сутки, как он покинул приют. Погоня продолжалась. Беглец не замечал времени: под землёй всегда было одинаково темно. Но мальчик привычно ориентировался по звуку падающих капель и плеску воды под ногами. Сейчас Рене мечтал только об отдыхе. Но отдохнуть было негде. Не стоять же, в самом деле, по колено в ледяной воде? К тому же неизвестно, насколько отстали преследователи.
Эхо стало гулким. Мальчик зажёг факел и пошёл быстрее. Через несколько минут показалась развилка. Три дороги расходились в разные стороны, крестом лежали перед ним. Рене задумался. Он всегда ходил в восточном направлении. Но сегодня это было опасно. На востоке – Большая земля, бывшее Орское княжество. Тому, кого выбросили умирать в Сар, пути туда нет. Кроме того, если за ним идут, то искать его будут, вероятнее всего, там. Красивые сказки о Большой земле знает каждый воспитанник Сарского приюта.
Факел догорал. Наконец Рене решился. Повернув на восток, он прошёл около восьмидесяти шагов, пока факел не потух окончательно.
Тогда мальчик вернулся к перекрёстку. “Они могут идти по запаху факела, – думал Рене, – Он ещё долго будет ощущаться. Тогда они должны свернуть на восток. Если они поймут, что я их обманул, то вернутся сюда. А понять они могут. Этот чужак – просто ищейка какая-то. Тогда они пойдут в противоположную сторону. То есть, вероятнее всего – на запад. Значит, надо идти на север. Без огня. И уже никаких следов не оставлять”.
Рене поморщился. Он знал, что северная дорога опускалась всё ниже и ниже под воду. Иногда даже приходилось плыть. Идти на север значило окончательно вымокнуть и замёрзнуть. Кроме того, Рене никогда не доходил до конца ни на север, ни на запад. Что ждёт его на выходе из подземелья – он не знал.
Погоня
– Быстрее, черви! Что Вы копаетесь? Тому, кто его догонит, подарю жизнь! – чужак вскинул свой меч. Бледно-синяя змея холодного пламени обвила лезвие, соскользнула с него и молнией ударила в потолок, выбив из него несколько небольших камней и породив долгий протяжный рокот эха. Черви – Адан, Храп и Кол, – разом споткнулись от вспышки. Адан от испуга упал и некоторое время бежал по-собачьи, на четвереньках, воя от ужаса и не решаясь подняться. Они уже ничего не соображали. Чужак, напротив, выглядел ничуть не уставшим. Он был сосредоточенным, обеспокоенным и злым. Очень злым! В его тёмных глубоких глазах плескалась холодная ярость. Один его взгляд гнал преследователей по следу как свору голодных псов. – Вперёд! Я чую его! Он уже близко. Вперёд. Быстрее. Ещё быстрее, ну!
Время от времени он вскидывал меч, и неистовая синяя молния освещала взмокшие спины преследователей, подгоняя их, словно кнут. Впрочем, быстрее бежать они всё равно не могли, и подгонять их было не нужно. Их гнал вперёд ужас. Дикий животный страх перед лютым жестоким чародеем.
Неожиданно колдун остановился и принюхался.
– Стойте. Отойдите назад, не мешайтесь под ногами, потные свиньи, – он шагнул вперёд и снова принюхался. – Ага, кажется, пахнет жаренным. Здесь он зажёг огонь. Ну, теперь ему от меня никуда не деться. Эй, вы, вперёд. Он уже рядом.
Погоня вылетела на перекрёсток и остановилась в нерешительности. Храп, Адан и Кол рухнули от усталости на четвереньки и тряслись крупной дрожью. Адан потерял в погоне один башмак и теперь растирал кровоточащую распухшую ступню. Чародей вскинул меч и осмотрелся в его неровном холодном свете. Не больше секунды понадобилось ему, чтобы разгадать загадку, которую оставил Рене.
– Он был в восточном туннеле и вернулся. Нам нужно прямо. Поднимайтесь, псы.
Тем не менее, поднять мальчишек было не так-то просто. Погоня продолжалась так долго, что вконец истощила их. Остановившись, преследователи сбили дыхание, и им понадобилось не меньше минуты, чтобы встать на ноги. Поднявшись, они обречённо поплелись к северному туннелю. В этот момент синяя молния, хлестнувшая всех троих по ногам, добавила им прыти.
Рене тоже не мог быстро передвигаться. Он шёл уже по грудь в холодной воде, держа книгу и мешок над головой. Неожиданно он нащупал ногами ступеньку, а через некоторое время – ещё одну. “Вроде лестница какая-то”, – подумал мальчик, упрямо двигаясь вперёд. Теперь вода доходила ему только до щиколоток. Он так устал и замёрз, что ему было уже всё равно.
Достав спички, он снова зажёг факел. Руки не слушались Рене, и, когда он убирал спички в мешок, уронил их в воду. Тихонько чертыхнувшись, Рене поднял коробок, вылил из него воду и сунул в мешок. Огонь высветил узкий длинный зал. Да, это был уже не подземный проход, не нора, а зал. По краям его стояли алебастровые статуи, белые и прекрасные. Все они изображали женщин, одетых в воинские доспехи. Казалось, они выстроились здесь в почётном карауле и приветствовали Рене.
Рене был настолько удивлён, что просто остолбенел. Разинув рот, он медленно двинулся вперёд. Он шёл и шёл, огонь факела мерцал и метался, и Рене казалось, что эта прекрасная стража шевелится в неровном свете, молча провожая его глазами. Через каждые сорок-пятьдесят шагов была невысокая ступенька, расходящаяся широким полукругом. На каждой ступеньке стояло по пять статуй с каждой стороны.
Факел догорел. Но темнее не стало. Казалось, что статуи освещены каким-то невидимым источником света. Несколько часов понадобилось Рене, чтобы выйти на самый верхний уровень этого удивительного зала. Статуи по бокам кончились, но прямо перед собой Рене увидел два гигантских изваяния. Две одинаковые женщины, зеркальное отражение друг друга, стояли перед ним. Вырезанные из того же материала, что и статуи, они стояли справа и слева от прохода, протянув к Рене руки в жесте, отгоняющем силы зла. За это время Рене так и не закрыл рта. С трепетом глядя на изваяния, поражённый и буквально подавленный их величием, Рене прошёл между ними и остановился перед тяжёлой закрытой дверью.
Сзади внизу мелькнула вспышка, и Рене услышал звуки погони. Он словно сбросил с себя наваждение и тут же различил сопение, хлюпанье и топот мокрых ботинок по лестнице. И голос. Этот голос гнал преследователей прямо на него. Рене бросился к двери и толкнул её, но та была заперта. Поняв, что он в ловушке, Рене просто сел на пол. Он так устал, что ему уже всё было безразлично.
Следующая вспышка сверкнула ближе, и в её свете чародей разглядел Рене. Подняв меч, он торжествующе расхохотался.
– Вот ты где, щенок. Ату его, мои собачки!
Храп и Кол взвыли, почуяв добычу, и рванулись к нему. А впереди всех, хромая, в одном башмаке на левую ногу, мчался Адан. В его глазах Рене успел заметить страх, отчаяние и ненависть. Рене понял, что именно ненависть гнала его вперёд. Адан был уже совсем близко. Рене успел рассмотреть разбитую верхнюю губу, которая делала его улыбку похожей на волчий оскал.
Вдруг Адан взвизгнул и… пропал. Храп и Кол вытаращили глаза от ужаса, остановились и попятились. К ногам Рене подкатился ботинок. Грязная приютская одежда оседала тут же кучей тряпок. Преследователи в панике метались между Рене и чужаком, не решаясь двинуться вперёд. Колдун молча остановился, не доходя несколько шагов до каменных гигантов, и опустил меч. Он, казалось, был растерян и озадачен. По вещам Адана будто прошла дрожь, они сжались и исчезли. Гигантские изваяния светились странным оранжевым светом, а их руки обволакивала яркая аура.
– Проклятье, – устало и как-то безразлично произнёс чужак и злобно взглянул прямо в глаза Рене. – Наш поединок не закончен. Он даже ещё как следует не начат, щенок. Но сегодня тебе повезло. Празднуй победу, пока можешь, дурачок!
Резким движением набросив плащ на плечо, он развернулся и пошёл, не говоря больше ни слова. Храп и Кол, озираясь со страху, шлепали за ним, стараясь не отстать.
Прошло около получаса. Каменные изваяния погасли. Двери беззвучно отворились. Рене встал и вошёл.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?