Читать книгу "АрмейкА"

– Хватит, разглагольствовать, пошли уже, – глядя на своих товарищей, сказал Дмитрий.

Парни подошли к ординаторской постучались и вошли, они увидели несколько офицеров, произнесли в один голос:

– Здравию желаю.

Офицеры в ответ кивнули головой, капитан ростом максимум метр шестьдесят, радушно улыбаясь, выскочил из-за стола подошёл к парням, поздоровался с ними за руку и представился:

– Здарова парни, я завэдующий этим завэдэниэм капитан мэдэцинскай служба Джафаров Гази Вали оглы, можна прощэ Гази Валиивич.

– Рядовой Старостин, рядовой Ломакин, рядовой Хлебесцов, – парни по очереди в ответ представились.

– Мнэ звания нэ нужны, имя ваши назовитэ, – радушно улыбаясь, сказал в ответ капитан Джафаров.

– Дмитрий Старостин, Пётр Ломакин, Василий Хлебесцов, – парни по очереди назвали своё имя и фамилию.

Радушно улыбаясь, капитан Джафаров, сказал в ответ:

– Мы ужэ пазнакомэлись, щас я прэдставлю маих клэг, знакомтэсь, старший ардинатар капитан Микаилов, ардинатар старший лэйтэнант Олтынбаев.

– Очень приятно, – неуверенно ответили в один голос парни.

Дверь в ординаторскую открылась, вошёл прапорщик, роста среднестатистического, спортивного телосложения, лицо круглое, глазки глубоко-утопленные подо лбом, взгляд лукаво злой, но и в тоже время добрый. Он чем-то смахивал на мультяшного домового с круглой бородой, хотя у него были только рыжие усы, капитан Джафаров сразу представил прапорщика:

– Знакометись парни, наш фэлдшэр прапарщик Орлов, ваш непасредствэнный камандир, он же полнастью ввэдет вас в садержание рабаты в мэдсанчасти.

Прапорщик исподлобья посмотрел на парней, поздоровался с ними за руку, представился:

– Фельдшер прапорщик Орлов Игорь Викторович.

– Рядовой Старостин Дмитрий, Рядовой Ломакин Пётр, Рядовой Хлебесцов Вася, – парни по очереди назвали своё звание, фамилию и имя.

Радушно улыбаясь, капитан Джафаров глядя на парней, сказал:

– Я рад, что такиэ арлы-сокалы пришли работат в наш калэктив. Выражаю надэжду, что праблэм у нас с вами нэ будэт, а эсли вдруг вазникнут, абращайтэсь по камандэ к фэлдшэру прапарщику Орлову. Вапросы эст?

– Никак нет, товарищ капитан, – ответили в один голос парни.

Капитан Джафаров, радушно улыбаясь глядя на парней, сказал:

– Эсли вапросав нэт, тагда слэдуэте за прапарщикам Орловым он всё расказэт и вэдёт вкурс дэла.

– Есть, товарищ капитан, – ответили в один голос парни, они не торопясь пошли вслед за прапорщиком, он провел парней по функциональным кабинетам и палатам. Прапорщик ознакомил с необходимой документацией и её ведением и довёл устно обязанности парней во время дежурства. В медсанчасти было несколько функциональных и самых востребованных кабинетов; травматология, терапия, хирургия, ну как в армии обойтись без инфекционного кабинета. Также в медсанчасти было два операционных кабинета, ну естественно и процедурный кабинет, десять палат на данный момент в них находилось тридцать больных.

Прапорщик Орлов привёл парней в гардероб, выдал всем специальную медицинскую одежду, футболки, халаты, брюки и специальные тапочки, всех назначал на должность медбратьев, он всех уровнял. Получилось на всю медсанчасть три медбрата, так как у Дмитрия был диплом фельдшера, прапорщик Орлов его назначил старшим медбратом медсанчасти, процедурный медбрат был назначен Пётр, постовым медбратом был назначен Вася. Как выяснилось впоследствии это больше чем достаточно при рабской эксплуатации труда солдата срочной службы.

В течение дня парни делали процедуры: инъекции внутривенные, внутримышечные, подкожные; раздавали таблетки; производили перевязки дерматологическим больным. День у парней был насыщенный, времени не было выйти покурить, вечером заполнение различных медицинских журналов, ближе к полночи все дела были сделаны, парни уснули на своих рабочих местах Вася и Пётр на кушетках в процедурном кабинете, а Дмитрий уснул прямо за столом в сестринской комнате. Ровно в шесть утра пришёл в медсанчасть из дому прапорщик Орлов, он разбудил парней, началось всё сначала; зондирование, сбор и отправка в лабораторию всевозможных материалов на анализы.

Уборка всех кабинетов и палат проводилась руками солдат из команды выздоравливающих, естественно из молодых, старикам и здесь был почёт и уважение.

Парни находились в процедурном кабинете, под контролем прапорщика Орлова перебирали лекарства, бинты, зашёл в процедурный кабинет капитан Джафаров, сказал:

– Здаствуэте.

– Здравию желаю, товарищ капитан, – ответили в один голос парни.

Капитан Джафаров, радушно улыбаясь, поздоровался за руку с каждым, после сказал:

– Игар Виктаравич, вы и ваши арахаравцы остаётэс эщё на сутки.

– Гази Валиевич, я не могу сегодня у меня дела, – ответил прапорщик Орлов.

– Игар Виктаравич, вы сэйчас идитэ делаэтэ всэ дэла, а в сэм вэчэро придётэ на дэжурства, – сказал в ответ капитан Джафаров.

– Гази Валиевич, хорошо я всё успею сделать, в семь вечера буду как штык, – ответил прапорщик Орлов.

– Товарищ капитан, а где майор Цибуля? – поинтересовался Пётр.

– Завэдующий в отпуск ушёл, я тэпэр за него, – ответил капитан Джафаров, он ушёл к себе в кабинет, а прапорщик Орлов надавал ц/у парням и ушёл по своим делам. День у парней также был насыщенный, они делали процедуры: инъекции внутривенные, внутримышечные, подкожные; раздавали таблетки; производили перевязки дерматологическим больным, вечером пришёл прапорщик Орлов начал проверять, что сделали парни в течение дня.

Ночной отдых парней прапорщикам Орловым был определён по четыре часа, до часу ночи он проверял выполнение парнями всех назначений и процедур, так что, поделив остальное время пополам, парни уже падали с ног, Дмитрий не выдержал ночных пыток, спросил:

– Товарищ прапорщик, у нас уже глаза слипаются, разрешите пару часиков на каждый глазик?

– Ничего, ничего, вам положено после смены, отсыпаться четыре часа в роте, вот и отдохнёте, – ответил прапорщик Орлов, глубоко спрятанные глазки лукаво сверкнули, а ухмылку наполовину скрывали пышные рыжие усы.

Парни стойко отстояли два дежурства в подряд, они вернулись в расположения роты с надеждой поспать до обеда, сразу поступает команда от капитана Баева:

– Операция одуванчик.

До самого обеда парни бродили по газонам внутренней территории выщипывали жёлтых паразитов (одуванчики), сержант Корнеев пристально контролировал, как идёт уничтожения жёлтых диверсантов. Победа на газонах не осталось не одного одуванчика и долгожданный поход в столовую на обед.

На обед в столовую личный состав роты повёл замполит старший лейтенант Пятак, как только вошли в обитель солдатского общепита, этот Пятак решил внести в новшества, чтобы сплотить всех бойцов роты. Дмитрий, Вася и Пётр оказались за одним столом с дедами и черпаками, парни чувствовали себя не в своей тарелке, если до ноу-хау замполита они умело наловчились раскладывать хлеб по карманам или за пазуху и потом при благополучном случае жевали, удаляли голод молодого растущего организма.

Дедушки взяли бочонок с первым блюдом и половник, выгребли всю гущу и мясо (если оно там было) после передали бочонок черпакам, те выгребли остатки гущи из него, а духом досталось питательная жижа. Опекуны нехотя ложкой ковырялись в своих мисках, а в это время молодёжь накрошив хлеб в питательную жижу, успевала мельтешить своими ложками, чтобы хоть чем-то набить свой желудок. Старослужащие бойцы поковырялись ложками в своих мисках, отодвинули их в стороны (миски были полные, они нечего не съели). Опекуны взяли два бочонка со вторым блюдом (в одном было картофельное пюре, а во втором была мясная подлива), они навалили себе в тарелки для вторых блюд картофельное пюре и обильно сверху полили гарнир мясной подливой, а духом всё, что осталось от второго блюда, точнее не чего. У Дмитрия было желание взять эти тарелки опекунов и одеть им их на головы. Опекуны поковырялись ложками в картофельном пюре с подливой и также отодвинули тарелки в стороны.

На столе стоял чайник, миска с сахаром старослужащие солдаты выгребли весь сахар в свои кружки и налили чай (как они любили пошутить, чтобы ложка стояла), чай получался приторно сладкий, пить его было просто невозможно, а молодёжи пришлось пить чай без сахара.

После обеда с разрешения замполита дедушки и черпаки побежали прямиком в местное кафе (чепок), а молодых и духов замполит старший лейтенант Пятак повёл на плац, сердце екнуло в догадке у молодых солдат:

– Зачем, для чего на плац?

Молодые солдаты под руководством замполита пришли на плац, по команде своего командира они построились в одну шеренгу, старший лейтенант Пятак встал перед строем, сказал:

– Ну-ка клоуны карманы к осмотру.

– Как он так может, он же офицер, – пробормотал про себя Дмитрий.

– Клоуны, я не ясно сказал, карманы к осмотру, – возмущённо произнёс замполит старший лейтенант Пятак.

Молодые солдаты вывернули карманы брюк, из кармана Васи и ещё нескольких бойцов выпадает кусочки чёрного хлеба, глаза замполита налились кровью, он возмущённо рявкнул:

– Что голодаете, вас ху..ва здесь кормят! Я буду вас отучать от этой вредной привычки!

Бойцы замерли в различных позах и с разным выражением лица, без вины виноватые, от стыда и страха то опускали глаза вниз, то отводили их в сторону, тельца парней желали просочиться в трещины асфальта.

– Клоуны, теперь жрите хлеб, вам ровно двадцать секунд, время пошло, – возмущённо произнёс замполит старший лейтенант Пятак.

Глядя на офицера парни принялись жевать хлеб, он как назло не лез в глотку, они одной рукой возле кармана, второй у рта, чтобы хоть от части хлеба избавиться. Сцена была позорная, да как назло мимо проходила комендантская рота дивизии, они даже приостановились, чтобы посмотреть на то, что молодые бойцы медроты вытворяют.

Позорная сцена с поеданием хлеба закончилась, далее парней ожидала строевая подготовка, не смотря на тридцати градусную жару, замполит старший лейтенант Пятак некого не щадил, он гонял по плацу молодых и духов до самого ужина…

Глава 9

Очередное дежурство в медсанчасти Дмитрия, Петра и Васи прошло на удивление спокойно, парням удалось поспать всего три часа, как всегда во всём виноват прапорщик Орлов. На удивления парней младший сержант Поздникин и рядовой Бакаев пришли сразу после завтрака, парни сдали им смену всю документацию и с чувством выполненного долга поспешили в казарму. Они вошли в расположения роты им сразу с порога сержант Корнеев заявил:

– Вы трое сегодня заступаете дневальными по роте, распишитесь в журнале, что ознакомлены.

– Товарищ сержант, мы только с дежурства, – произнёс Вася.

– А я здесь ни при чём, все вопросы к замполиту, он распорядился, чтобы вы трое заступили дневальными по роте.

– Есть, товарищ сержант, – ответили в один голос парни и с неохотой пошли готовиться в наряд. Дмитрий сразу прокрутил в голове, что ему надо сделать:

– Побриться, подшить воротничок свежий, выгладить х/б, почистить сапоги, подучить обязанности дневального по роте не дай бог получить замечание на разводе.

В мести с парнями в наряд заступал дежурным по роте душевный солдат, ефрейтор Коновалов. Дмитрий впервые готовился в наряд дневальным по роте, он гордился, что под его наблюдением и охраной будут люди, личный состав роты плюс оружейная комната.

Дмитрий в отличие от парней готовился тщательно, в него поселилось чувство огромной ответственности, он наглаживался, брился, мылся, подшивался, штык-ножом нагладил стрелки на х/б брюках. Эти стрелки как раз чтобы навытяжку, не шелохнувшись простоять на разводе, затем они уже никому не нужны и рассыпаются при движении через десять шагов.

Ровно в 9.00 утра построение на плацу перед штабом дивизии, Дмитрий на разводе сносно доложил обязанности дневального и дежурного по роте, дежурному по объединенному штабу, замечаний по внешнему виду он не имел.

После развода парни вернулись в расположения роты, ефрейтор Коновалов посмотрел на них сказал:

– Быром, принимать наряд.

– Товарищ ефрейтор, объясните, в чем смысл приема наряда дневальному по роте? – поинтересовался Дмитрий.

– Вам ничего принимать и не надо, а да разве что посчитайте уборочный инвентарь, чтобы всё было по описи и в наличии, – ответил с ухмылкой ефрейтор Коновалов.

– А, а, а пппорядок в роте на территории как принимать? – спросил Вася.

– Всё свободны, принимайте наряд, – ответил с ухмылкой ефрейтор Коновалов, он ушёл в сержантскую комнату Дмитрий посмотрел на парней, сказал:

– Хорошо, что он нас сразу не послал далеко и безвозвратно.

– Пошли принимать у черпаков, – удручённо пробормотал Пётр, они приняли дежурство в течение одной минуты, Дрозд, Мамон и Боров (черпаки) отдали парням штык-ножи и повязки нечего не говоря ушли на улицу. Вася на тумбочку первый встал, а Дмитрий и Пётр взяли опись пошли пересчитывать инвентарь, у них в голове был туман, начинала сказываться бессонная ночь. Парни знали если принимать у черпаков, как положено, будет себе дороже, единственный вопрос крутился у них в голове кому они будут завтра сдавать.

Пересчитав весь инвентарь согласно описи, парни подошли к Васи в это время он стоял у тумбочки (или как чаще выражаются, на тумбочке) вид у него был не менее тоскливый, чем у них, он уже нахватался бананов по поводу и без повода, из сержантской комнаты вышел ефрейтор Коновалов, возмущённо рявкнул:

– Где доклад, что наряд принят?!

– Товарищ ефрейтор, наряд по роте принят, имущество и инвентарь согласно описи! – ответили в один голос парни.

– Что везде чистота и порядок? – спросил дежурный по роте ефрейтор Коновалов.

– Товарищ ефрейтор, есть, конечно, замечания по порядку в расположении и на территории, – проблеял Дмитрий последнее предложение на пол тона ниже.

– А чем вы товарищи солдаты до сих пор занимались? А? Я вас спрашиваю! Вам полчаса времени, быром наводите идеальную чистоту! – возмущённо прорычал дежурный по роте ефрейтор Коновалов.

– Есть, товарищ ефрейтор, быром наводить идеальную чистоту! – ответили в один голос парни и в туже секунду пулей выбежали на улицу, Вася остался стоять на своём посту, он посмотрел на ефрейтора Коновалова, пробормотал:

– А я.

– Неси службу на посту Вася, – ответил ефрейтор Коновалов, он ушёл в сержантскую комнату, а Вася с грустным видом остался на своём ответственном посту.

Парни как пчёлки шуршали, наводили до обеда чистоту порядок, сменяли друг друга на посту согласно распорядку до самого обеда, на прием пищи пошли по очереди. Дмитрий пошёл первым вместе с дежурным по роте ефрейтором Коноваловым, они приняли у дежурного по столовой накрытые столы. Вскоре подтянулся личный состав роты, Дмитрий покушал вместе со всеми и помчался рысью менять дневального, а дежурный по роте ефрейтор Коновалов остался в столовой.

Глаза у парней смыкались, Пётр с неохотой заступил на пост, а Дмитрий и Вася увидели, что ефрейтор Коновалов беспардонно спит, глядя на своего командира они поступили аналогично.

Пётр пытался стоять, он стойко боролся со своим сном, силы были не ровны, глаза внезапно закрылись, спящее тело парня сползло на пол. Бдительность внутреннего наряда по роте была на нуле, все спали, любой враг мог беспрепятственно проникнуть в казарму и вынести всё имущество. Дмитрий проснулся, встал с кровати, посмотрел на часы, ему было пора заступать на пост, он подошёл к посту дневального, на полу у тумбочки спал Пётр. Дмитрий разбудил парня и заступил на пост, а Пётр ушёл в расположения роты. После ужина свободных дневальных (Дмитрия и Петра) ефрейтор Коновалов отправил наводить идеальную чистоту на территории. Был тихий теплый июньский вечер, парни в течение двух часов добросовестно размахивали метлой, они убрали территорию, поднялись в расположения роты, подошли к ефрейтору Коновалову, Дмитрий сделал доклад:

– Товарищ ефрейтор, территория блестит как у кота яйца.

Дежурный по роте ефрейтор Коновалов сверкнул мышиными глазками и криво ухмыльнулся, сказал:

– Хорошо, качество уборки, я проверю с утра. А сейчас приступаем к уборке помещений. Я сейчас встану на тумбочку, ваша задача взять веники и щетки, быстро наведёте чистоту и порядок в умывальнике, туалете и коридоре. На всё про всё вам пятнадцать минут.

– Есть, товарищ ефрейтор, – ответили в один голос парни, они поспешили наводить порядок и чистоту. Дмитрий, Вася взяли тряпки и швабры принялись делать влажную уборку в кубриках (мыли полы), а Пётр наводил чистоту в умывальнике, он прекрасно понимал, что это занятие бесполезное тем более, когда до отбоя осталось полчаса. Парни быстро справились с поставленной задачей, Дмитрий сменил ефрейтора Коновалова.

– Рота отбой! – прозвучала команда, личный роты улёгся в своё ложе, возможно дежурному по роте ефрейтору Коновалову стало скучно или просто он захотел поиздеваться, собрал всех дневальных у тумбочки, сказал:

– Так в умывальнике стоит сорока литровый бак, наберите в него две трети горячей воды и тащите его сюда.

– Зачем? – спросил Вася.

– Надо, – ответил ефрейтор Коновалов.

Парни набрали в бак горячей воды, взяли щётки тряпки, хозяйственное мыло всё притащили к посту дневального, ефрейтор Коновалов посмотрел на трёх бедолаг, сказал:

– Ваша задача чтобы полы и лестница до первого этажа было идеально белые, чтобы ротный с утра пришёл и оху..л от чистоты.

Полы и лестница были выложены ярко белой мраморной плиткой, это была беда в частности для дневальных роты при соприкосновении кирзовых сапог с плиткой этого замечательного пола, на нем оставались черные полосы разной длины. С подъема и до отбоя десятки тяжелых сапог оставляли сотни таких полос, уже к отбою пол и лестница становились лоснящимся-черным, любоваться его белизной мог только наряд по роте, в течение ночи, до подъема. Ну и днем перед посещением роты высоким начальством, если не запускать личный состав в расположение, а случайно заходившие бойцы по крайней необходимости, ходили по нему на цыпочках, то пол сохранял и днём свою белизну.

Тяжело вдохнув и косо посмотрев на ефрейтора, парни принялись приготавливать моющие средства, Дмитрий штык-ножом тоненькой стружкой настругал мыло в бак с горячей водой. Пётр затем щеткой-шваброй взбил густую мыльную пену, а Вася алюминиевой тарелкой из-под второго блюда разбросал пену на пол и лестницу толстым слоем по щиколотки.

Дежурный по роте ефрейтор Коновалов принёс стул из сержантской комнаты, поставил его у тумбочки дневального сел на него, спиной облокотился об стену и беспардонно засопел, а парни на корточках небольшими щётками с короткой жесткой щетиной давили пол и лестницу до самозабвения. И так с поступательными интервалами периодически взбивая и разбрасывая пену, работа завершилась в течение двух часов, пол и лестница сверкала матовой белизной, отражались в мраморной плитке даже удлиненные их силуэты. Парни решили воспользоваться данной ситуацией, пока ефрейтор спит, тоже собрались прыгнуть в своё ложе и поспать хоть по часу на каждый глазик, они отнесли в умывальник бак, щётки швабры, только собрались вылить в унитаз мутную воду из бака, словно приведение зашёл ефрейтор Коновалов, сказал:

– Воду не выливаем, она вам здесь пригодится. Ваша задача отпидорить туалет и умывальник. Задача ясна?

– Так точно, товарищ ефрейтор, – ответили в один голос парни и приступили к уборке умывальника и туалета.

Спустя два часа пришёл проверить, как идёт уборка злодей ефрейтор Коновалов, он был впечатлён чистотой умывальника и туалета, раковины и унитазы были отмыты до сверкающего белоснежного состояния.

– Хлебесцов, заступай на тумбочку, а вам отбой. Старостин через два часа сменишь Хлебесцова на тумбочки, – глядя на парней сказал ефрейтор Коновалов.

– Есть сменить через два часа на посту Хлебесцова, – ответил Дмитрий.

– Товарищ ефрейтор это не честно, время три часа ночи, через два часа будет пять, а в шесть уже подъём, у меня остаётся на сон всего час, – пробормотал Вася.

– В этот раз не повезло тебе Вася, ты не расстраивайся, будет и на твоей улице праздник, – ответил ефрейтор Коновалов, он ушёл в свой кубрик спать, Вася направился на пост дневального, а Дмитрий и Пётр быстро и с удовольствием прыгнули в свои кровати.

– Димон, вставай уже пять, – толкая в плечо Дмитрия, сказал Хлебесцов.

– Хорошо, всё встаю, – ответил Дмитрий, он с неохотой встал и направился на пост дневального, а Вася в туже секунду нырнул в свою кровать.

Дмитрий стоял на посту, тишина, личный состав роты спит, он один бодрствует и находится на ответственном посту, глубоко зевнул. Он посмотрел на решетку оружейной комнаты и электрические часы на стене. Дмитрий впервые, совершенно один и бодрствующий ему жуть как хочется спать, но нельзя и негде, лезут в голову разные мысли. Он охраняет настоящее боевое оружие и сон своих сослуживцев. О трудностях первых шагов службы, чего бы сделать такого, чтобы быстро их преодолеть и так далее.

Дмитрию ужасно хочется спать, глаза у него слипаются, но нельзя, ведь он находится на ответственном боевом посту. На часах стрелки показывают пять тридцать утра, ему пора поднимать дежурного по роте, он в потёмках находит кровать ефрейтора Коновалова, он спит одетый поверх заправленной кровати, только сняв сапоги.

– Товарищ ефрейтор, – шепнул ему на ухо Дмитрий и легонько толкнул его в плечо.

– Да, встаю, встаю, – пробубнил в ответ ефрейтор Коновалов.

Дмитрий убедился, что ефрейтор сунул ноги в сапоги он тут же на пост дневального, дежурный по роте посетил туалет после вышел на улицу и через минут пять вернулся, он посмотрел на парня, сказал:

– Замечаний по уборке территории нет.

– Старались, – ответил Дмитрий, в голове его кружились приятные мысли:

– Я рад, надеюсь, сегодня мы сдадим наряд без сучка и задоринки. Неужели сегодня буду спать с отбоя до подъема? Это целых восемь часов. Эх, хорошо.

– Старостин, ау, – толкая парня в плечо сказал ефрейтор Коновалов.

– Извините, товарищ ефрейтор, задумался, – ответил Дмитрий.

– Старостин, давай буди остальных дневальных, – сказал ефрейтор Коновалов.

Дмитрий разбудил парней и вот весь внутренний наряд находится у тумбочки дневального стук в дверь, Пётр спустился на первый этаж, открыл входную дверь, на удивления парней в расположение роты вошёл начальник штаба майор Дрозд, ефрейтор Коновалов сделал доклад. Начальник штаба вручил пакет дежурному по роте, он его тут же незамедлительно вскрыл и озвучил:

– Пять пятьдесят медицинской роте учебная тревога.

До объявления учебной тревоги остаётся две минуты начальник штаба майор Дрозд посмотрел на Дмитрия, спросил:

– Твои личные действия по тревоге?

– Я посыльный за четырьмя офицерами, – ответил Дмитрий.

– Хорошо, что остальные дневальные будут делать? – спросил начальник штаба майор Дрозд.

Парни в ответ стояли, хлопали глазами, майор Дрозд перевёл взгляд на дежурного по роте, сказал:

– Ефрейтор, буди роту.

– Есть, товарищ майор, – ответил ефрейтор Коновалов, он вошёл в расположения роты включил свет и крикнул на всю мощь голосовых связок:

– Учебная тревога!

Резко и противно заскрипели панцырные пружины солдатских кроватей, стоял в кубриках приглушенный шум, деды и черпаки сквозь зубы, про себя матерковали остальные шуршали молча. Как и полагается в казарму примчалось руководство роты, капитан Баев открыл оружейную комнату, тут же понеслась выдача—разбор автоматов, касок и ОЗК, всю амуницию на себя на ходу и бегом на улицу. На посту дневального остался дежурный по роте и сержант Корнеев он сослался на больную ногу, личный состав роты под руководством командира роты побежал по заранее назначенному маршруту. Через пять минут тяжело, жарко, вещмешок и автомат оттягивают плечи, каска бьет по пояснице.

Предрассветные сумерки, бойцы бегут по парковой зоне, надо им уложиться по времени, кружатся мысли в голове каждого солдата:

– Может оставить мешок с ОЗК под кустом?

Василий пошёл дальше он решил воплотить в жизнь эту нехорошую мысль, быстро снимает мешок с ОЗК и бросает его в кустарник.

– Вася, поднимай мешок, – возмущенно пробормотал в полголоса Дмитрий.

– Всё нормально, авось никто не увидит, – ответил Вася, стараясь запомнить место, он посмотрел на своего товарища, сказал:

– Староста, веришь, бежать стало легче.

– Вася, зря ты это сделал, – пробормотал в полголоса Дмитрий.

– Всё нормально, никто не спалил, – ответил Вася.

– Ну, ну, – подметил Дмитрий.

Личный состав роты под руководством своего командира роты прибежали на место, капитан Баев посмотрел на часы, сказал:

– Не плохо, бегом в роту.

Солнце поднялось выше и уже заметно светлеет, бойцы бежали обратно, а Вася подбежал к тому самому кусту и вот досада, мешка и ОЗК нет, холодный пот прошёл по его телу, минута на поиски и всё безрезультатно мешка нет.

Опечаленный Вася вместе со всеми бежит в роту, вот она казарма вот он дом родной, бойцы не успели отдышаться, как начальник штаба майор Дрозд объявляет построение.

Личный состав роты построился возле казармы напротив ряд прибывших офицеров (руководство медицинской роты), Вася подбежал последним и без разрешения становится в строй, начальник штаба майор Дрозд делает вид, что не замечает опоздание солдата. Вася переводит взгляд к ногам начальника штаба у него возле левой ноги стоит вещевой мешок и ОЗК.

Далее по стандарту доклад и разбор полёта, начальник штаба подводит итоги учебной тревоги, он начинает говорить:

– И в то время, когда все военнослужащие срочной службы, честно и добросовестно выполняют свой долг перед Родиной, но находятся такие паразиты, из-за которых приходится нам краснеть.

Вася дальше уже не слышал, что говорил начальник штаба майор Дрозд, его короткие волосы шевелятся на голове, он пролепетал про себя:

– Что теперь будет? Позор…

– Рядовой Хлебесцов! – громко произнёс начальник штаба майор Дрозд.

– Я! – ответил Вася.

– Рядовой Хлебесцов, выйти из строя! – скомандовал начальник штаба майор Дрозд.

– Есть, выйти из строя! – ответил Вася, он вышел из строя повернулся к личному составу роты лицом, Василию как не когда было стыдно, лицо его покраснело от стыда, он слышит слова начальника штаба:

– За недобросовестное отношение и халатному исполнению своих воинских обязанностей, на первый раз объявляю вам выговор! Стать в строй!

– Есть, встать в строй! – ответил Вася, он уже понял, что теперь за ним будет тотальный контроль, его сердце ухнуло в малый таз.

Промыв своими нравоучениями мозги начальник штаба майор Дрозд, скомандовал:

– Разойдись.

Сразу после завтрака построение на развод, весь личный состав роты стоит в строю, находящихся в наряде солдат это мероприятие обычно не касается. На этот раз командир роты всех дневальных в виде исключения пригласил в строй, ефрейтор Коновалов встал на тумбочку на время воспитательной промывки мозгов молодым войнам. Вася стоит в строю ни живой, ни мертвый, руководство роты стоит перед строем, замполит старший лейтенант Пятак прочитал краткую лекцию о патриотизме и долге своей необъятной Родине. Далее слова взял командир роты капитан Баев, он не стал читать нотаций и лекций, глядя на солдат, громко произнёс:

– Рядовой Хлебесцов!

– Я! – ответил Вася.

– Рядовой Хлебесцов, выйти из строя! – скомандовал капитан Баев.

– Есть, выйти из строя! – ответил Вася, он вышел из строя повернулся к личному составу роты лицом.

– За нарушение уставных норм при приведении роты в боевую готовность, рядовому Хлебесцову, объявляю три наряда вне очереди! – громко произнёс капитан Баев.

– Есть три наряда вне очереди! – ответил Вася.

– Сегодняшний наряд не в зачёт смену будешь трое суток в подряд сам у себя принимать. Стать в строй! – глядя на парня капитан Баев вынес свой приговор, после он добавил:

Внутренний наряд по роте на эти сутки остаётся прежним.

– Есть, встать в строй! – ответил Вася, он на одеревеневших ногах занимает свое место в строю.

– Я тебя прибью Хлебесцов, – толкая парня в плечо, возмущённо пробубнил Дмитрий.

– Наряд не в зачет, это значит нужно снова стоять в строю на разводе. Естественно никакого времени на подготовку к наряду, то есть поспать хоть час, мне уже никто не предоставит, я штрафник по чужой тупости, – пробормотал про себя Дмитрий.

– Товарищ капитан это не справедливо, одни косячат, а другие за них отдуваются, – пролепетал Пётр.

– В армии один за всех все за одного, – ответил с ехидной улыбкой замполит старший лейтенант Пятак.

Ещё трое суток стойко парни простояли дневальными по роте, они убирали расположения роты, умывальник, туалет, территорию с утра и целый день, кроме перерывов на прием пищи, выполняли всю черновую работу. Единственный кто был рад нарядом это ефрейтор Коновалов, руководство роты его не дёргало, он надаёт ц/у дневальным, а сам спать в свой кубрик. Бессонные ночи парней позади, пришло время сдавать наряд здесь, словно специально им на смену заступают одни дедушки, дежурным по роте сержант Корнеев, дневальные рядовые Шмелев, Ганин и Волков они в роте вообще не появлялись. Замполит старший лейтенант Пятак, решил добить парней до конца за косяк Васи, специально поставил дедушек в наряд по роте. Дмитрий, Пётр и Вася стоят у тумбочки ждут сменяющих их наряд по роте, словно три тополя на «Плющихи», на этаж поднялись дедушки (дневальные) в их глазах как в тихом омуте светилась ядовитая ненависть.

– Как думаете сдавать наряд? – спросил рядовой Шмелев.

– У нас всё готово, – хором ответили парни.

– Это вам так кажется, – сказал в ответ рядовой Шмелев.

Не спеша по лестницы на этаж поднялся сержант Корнеев, он посмотрел на дедушек, сказал:

– Парни тщательно принимайте всё.

– Хорошо, – ответил Волков.

Ефрейтор Коновалов встал на пост дневального рядом стоял сержант Корнеев они разговаривали (один сдавал, а другой принимал дежурство или типа того).

Новые дневальные (дедушки) пошли принимать (у духов) чистоту помещений, территорию и наличия инвентаря согласно опись. Петя и Вася сдавали чистоту и порядок в помещении роты (умывальник, туалет, спальные помещения и т.д.).

Дмитрий сдавал наряд дедушки Шмелёву, он сразу повёл парня в подвальное помещение. Дмитрий спустился в подвал, дедушка Шмелев впереди, а парень шёл за ним следом, высота подвального потолка была примерно двух метров, под потолком проходили десятки труб различного предназначения (канализационные, теплотрасса, кабели и т.д.).

– Подпрыгни, вцепись рукой за одну из труб, ладонью второй проведи по верхней поверхности соседней трубы, – глядя на парня сказал дедушка Шмелев.

Дмитрий выполнил команду, сверху обильно посыпалась пыль, её многолетний слой был толщиной в пару сантиметров.

– Твоя задача, оттереть все трубы от пыли, подмести, намастичить и натереть до блеска пол в подвале. Когда закончишь, доложишь мне. Если мне понравится, возможно, что ещё немного сегодня поспишь, – сказал с ехидной улыбкой дедушка Шмелев.