Читать книгу "Сеятели. Книга 3. Хроника Великого всплеска"

Глава 3

Однажды отец летал со мной к другим моногородам. Он цинично ухмылялся и говорил. «Смотри, сын! Очередное достижение человечества, очередное средство отгородиться от природы,

ослепнуть от собственных разрушительных действий. Интересно выглядит. Вот ты ведь дома не взрываешь кухню, не выкидываешь диваны из окна. И все так. Так почему же в

большом доме, под названием Земля, мы позволяем себе такое?! Взрывать, бурить, копать, захламлять, отравлять. Задумайся

над этим. И знай это всегда. Будь выше этого. Постарайся соблюдать истинные заповеди из религий и будь аскетом. Аскет

не имеет много и не живет, словом хочу, а обходится малым. И не позволяет этой безудержной гонке мирового производства

хлама взять себя в свои цепкие, липкие, дурнопахнущие ручонки».

Личный вариоком Никиты Стелли. 12 августа 2040 г.

Садилось солнце. Его красноватый диск закрыл полнеба. Земля, проносившаяся под деком, имела кроваво-красный оттенок. Они подлетали к условленному месту в горах.

В салоне все кроме главного давно спали. Мэри вкололи транквилизатор, поэтому девушке тоже удалось спрятаться в мире снов от проблем реальности. Никита устало поворачивал шею, затекшую от неудобной позы.

Он сидел и думал, думал обо всём сразу. О себе, о движении, о руководителях, о варгенах, об отце, о матери, о Земле. Мысли носились хаотично, все перемешалось в одночасье. Почему-то слова крестного вдруг задели его, разбудили что-то, что дремало в нем давно.

Он не верил словам Роберта, а хотел верить, как верил ему всю свою жизнь. Его мать сейчас покоилась в колумбарии в гигаполисе Токио, его любовь пропала где-то, скорее всего власти давно её ликвидировали, а он был обычным террористом в глазах общества.

Машину слегка тряхнуло.

Харрис поднял дек из ущелья на поверхность плоскогорья и понёсся со всей возможной скоростью к кораблю, очертания которого начали всё четче проявляться даже в быстро сгущавшихся сумерках. Дек остановил свой ход лишь, когда оказался в трюме «Вултура», огромного орбитала. Сейчас, когда на Земле преобладали три международных языка, мало кто знал, что значит» Вултур». Это Ник вычитал название «Коршун» когда увлекался устаревшим английским.

«Коршун» и ещё два аналогичных ему по конструкции стратобастиона – орбитала отступники захватили во время нападения на военно-космический комплекс в Северной Америке. Тогда в ходе операции погибло около восьми с половиной тысяч бойцов движения.

Все цели движения достигались реками крови и, несмотря на это появлялись всё новые добровольцы. Сейчас Ник вновь задумался. Думал он о бесчисленных жертвах.

«Во имя чего…» – на этой незаконченной мысли, застрявшей глубоко под черепной коробкой, он вылез из дека.

В трюме уже стояли все клоддеры принимавшие участие в операции, между ними сновали механики. К деку подбежал Сирдар Логан.

– Что вы так долго, Стелли? – обеспокоенно спросил он.

– Не волнуйся, всё идёт отлично. В дороге случилась небольшая поломка, – ответил на ходу командир и пошёл дальше. Он направился в центр управления, так как был одним из пяти пилотов орбитала. После всей проделанной работы ему предстояло ещё и вести орбитал на базу движения.

Его согревала надежда, и она же давала силы, что власти теперь отключат нейро и он, как и многие другие бойцы вернётся домой. Он вернётся к отцу в Токио.

«К черту все это движение! К черту, всех! Нет, я уйду немедленно!» – злая мысль пронеслась в голове.

***

Было около 11.00 по местному времени. Утро, однако, даже в мечтах не предвиделось. На базе движения не существовало окон. Под землёй и время никто толком не знал, да и не следили за ним. Но Ник чувствовал утро нутром. Он проснулся и, вскочив, быстро подбежал к внутреннему коммутатору.

Здесь, вдали от мира нейро все пользовались устаревшими приборами, вещами, в том числе аппаратами связи.

На связи оказался один из координаторов вчерашней операции, Пол Граннер. На вмонтированном в стену дисплее Никита увидел его хмурое лицо.

– Привет Пол. Вчера мы провернули хорошенькое дельце, – зевнув, промычал отступник.

– Помолчи, Стелли! – раздражённо ответил координатор.

– Что-то случилось? Разве ты не рад, что движение стремится к главной своей цели. Да, я вижу ты не рад. Почему, Пол?

– Зачем ты притащил их с собой? – голос выдал какую-то жалость, даже соболезнование.

– Кого ты имеешь в виду. А, генерала и девушку-учёного! Ничего в этом плохого не вижу, – воскликнул отступник.

– Может быть, ты не видишь, но руководители видят! Они очень недовольны твоим поступком. Завтра состоится заседание исполнительного совета.

– Где генерал!? Граннер, где генерал? – Ник забеспокоился, сердце забилось сильнее.

– Не знаю. Скорее всего, его с профессоршей отправили в тюремный отсек. Я слышал от Тотти, что аль Ахруб твой крестный. Сожалею, но ты сам виноват.

У Никиты заиграли желваки на скулах. Адреналин хлынул в кровь. Он побежал в сторону тюремного сектора.

К крестному его не пустили, и он бессмысленно слонялся весь день по базе. К нему мало кто подходил, большинство сторонилось. Все уже знали о его ошибке.

Вечером, сидя у себя в модуле, Ник вспомнил, что говорил ему Роберт о руководителях. Теперь ему вдруг показалось, что всё сказанное генералом, это правда. За все годы он впервые усомнился в истинных целях движения. Возможно, руководители ещё хуже, чем их описал Джон.

Мысли путались. Он не мог понять, что делать. И это в то время, когда он решил покинуть движение. В какой-то миг Никита решил даже захватить» Вултур» и бежать с базы, но эта мысль потухла также быстро, как и возникла.

Было около четырёх утра, когда Стелли – младшего всё же сморил сон. Он свалился без сил и, не успев даже глаза закрыть, погрузился в сон. Ему снились одни сплошные кошмары. Он бредил, а в половине восьмого за ним пришли.

***

Два бойца из спецподразделения службы безопасности базы шли рядом со Стелли. Они не решались взять его за руки, ни одеть ему магнит – браслеты. Несмотря на промах на задании, Никиту на базе не перестали уважать. И сейчас это выражалось наиболее ярко. Ник шёл, упёршись взглядом в пол, размышлял над своим будущим.

В главном центре уже заседал исполнительный совет. Зал был полностью занят. Уже на входе Ник увидел многих своих друзей, знакомых и сослуживцев. Большинство в зале при его приближении вставали. Так люди отдавали честь его заслугам и опыту. После этого Стелли явственно почувствовал, что в этот день произойдет что-то судьбоносное. Справа от совета, в камерах из стрека сидели крестный отец Ника, и Мери Остин.

Роберт и Никита встретились взглядами, и в глазах крестного Стелли прочитал «Все будет хорошо». От этого взгляда главному стало намного легче, он почувствовал прилив сил.

Учёный-генетик сидела с потухшим взором и бессмысленно водила руками по краю своего компакт – сета. Складывалось впечатление, что разум навсегда покинул эту девушку.

Ника в отличие от генерала и учёного посадили на стадрсет, прямо перед советом.

После представления судей, совет приступил к слушаниям. Стелли – младшему огласили его права, и старший судья Ян Ван ден Град начал зачитывать список обвинений, выдвинутых руководителями против капитана Стелли.

– Никита Стелли, капитан, командир третьего элитного отряда, вы обвиняетесь в умышленной задержке операции «Варген», частичном её срыве и невыполнении устава движения. Первые два обвинения после рассмотрения всех обстоятельств операции и опроса очевидцев, остальных бойцов-участников операции, с вас снимаются. Остаётся последнее. До совета дошли сведения о том, что пленный генерал Аль Ахруб, его настоящее имя Роберт Хуарес, ваш крестный отец.

В зале раздались свист и одиночные возгласы презрения.

Судье пришлось включить электроразрядник. Небольшой разряд пробежал по сиденьям зрительского зала. Зал притих. Судья вновь заговорил.

– Я прошу тишины. Да, это правда. Никита Стелли родился не здесь и ни на какой другой из баз движения. Он человек из гигаполиса. Девять лет назад в Токио мы нашли этого парня. После беседы он добровольцем отправился с нами. Нам нужны были и сейчас нужны опытные люди, а он является профессиональным пилотом 3А-1В классов флеромоновых воздухолётов и космолётов, он служил в спецподразделениях, а также был лоялен нашим взглядам.

В зале кажется даже, перестали дышать. Все внимательно слушали.

– Несмотря на то, что Роберт оказался практически вашим родственником, с вас не снимается ответственность за его появление на базе. Тем более вы виновны в появлении в движении Мери Остин, учёного с зависимым мозгом. У девушки обнаружена глубокая нейрозависимость. Из-за этого факта она будет ходить до исполнения приговора в анейрошлеме, – судья прокашлялся, взглянул на своих коллег и продолжил.

– Несмотря на ваш послужной список и пользу, принесённую движению, вы всё-таки гражданин из гигаса. Благодарите друзей и сослуживцев, они заступились за вас. Ник Стелли, вы остаётесь на службе. Новое назначение получите в службе операций. Отныне вы техник пятого разряда, обслуживание клоддеров, кутласов и соцеров.

Старший судья прокашлялся и продолжил.

– Представители гигаса, встать! – громко обратился он к людям, сидевшим в стрековой камере.

Джон и Мери по его приказу поднялись с компакт – сетов.

Ван ден Град удовлетворённо кивнул.

– Именем движения свободной планеты, генерал правительства Союза трёх рек аль Ахруб, настоящее имя Роберт Хуарес, а также Мери Остин, учёный-генетик правительства Союза трёх рек. Во избежание неприятностей и для обеспечения безопасности четырёх миллионов людей вы будете отправлены на корабле в безлюдную тишь без костюмов и воды. Приговор вынесен и пересмотру не подлежит. Привести в действие не позднее 20.00 местного времени сего дня.

У Никиты потемнело в глазах, разум затуманился. Он прекрасно знал, что означают слова судьи. Приговор отправлял Роберта Хуареса и Мери Остин под губительные лучи солнца без костюмов и продуктов.

Отступник вскочил и закричал на судью. Затем бросился к столу совета. Те же двое, что вели Никиту в зал, перехватили его по пути. На этот раз они схватили его за руки, и под лучом электроразрядника капитан Стелли затих и упал на пол.

Зал пришёл в движение, но тут же все замерли, устремив взоры на стрековую камеру.

Остин стало хуже. Она уже не контролировала себя. После оглашения приговора девушка словно взбесилась. Она бросилась на стрек. Её тотчас поразили тысячи мельчайших жал, а Мери всё давила и давила на ограждение. Глаза начали вываливаться из орбит, в уголках рта появилась кровавая пена. Послышался громкий вздох, хрип и тело Остин бездыханно упало на пол. Тело, скорее похожее на мумию.

***

Почти сутки прошли с момента окончания трибунала. Ник с крестным сидели в камере из супрастрека. За это время никто не пришёл к ним. Даже радиоприемник в тюремном отсеке молчал.

Никита всё ещё переживал из-за смерти учёного.

– Как ты думаешь, Роберт, что они теперь с нами сделают? Ведь не могут же они убить одного из лидеров бойцов.

– Проблема не в том, сделают они это или нет. А в том, когда и где. Помнишь, как умерла Остин?

– Да, это всё моя вина. Незачем было тащить её с собой. И тебя тоже…

– Не в этом дело. Они знали, что она не контролирует себя, но не привязали. У неё была глубокая зависимость. Правительство полностью контролирует многих учёных и военных. По сути, в мире уже господствуют машины. Я многое знаю, а твой отец ещё больше. У меня в голове отсутствует, этот чёртов приборчик. Вести себя, как подобает нейросоциумам, меня научили. Ну, это как-нибудь потом. Теперь, когда уже поздно, что-либо изменить, я знаю что движение, просто кучка преступников, которые командуют кучей честных бойцов. Ничего не меняется в этом бренном мире. А в гигаполисах большинство против нейро, и эти наивные люди пытаются сбежать и попасть к вам в движение. Шило на мыло не меняют. У Земли нет будущего, есть прошлое, и есть настоящее, которое ещё можно изменить. По этическим соображениям тебе не стоило бы рассказывать правду, но возможно теперь у тебя другой взгляд на свою никчемную жизнь, родителей, другая мотивация и цели. Твой отец был одним из самых уважаемых людей не только в армии, в стране. Его многие уважают на мировой арене. Он искал тебя не просто, как сына. Есть и другая сторона вопроса. Угроза. Знал бы он, что ты и есть часть этой угрозы. Джон один из создателей секретной структуры и спецподразделения при ООН. Я тоже оттуда. Думаю, ты должен знать, а там уже тебе решать, как поступить с полученной информацией, – Роберт замолчал и глубоко о чём-то задумался.

– Крестный, о чём ты?! У нас здесь все на равных. Если бойцы увидят ложь в словах руководителей, то их тут же сметут, – Ник говорил и сам пытался верить в свои слова.

Прозвучал сигнал зуммера. Где-то справа послышался звук открывающейся двери. Через мгновение прямо перед Стелли стеновая панель отъехала в сторону, в темноту камеры просочился мягкий свет коридорных светлячков. В свою очередь на потолке камеры загорелся синий фаон.

Перед зажмурившимся от света Никитой, возник Пол Граннер.

– Привет, командир. Здравствуйте, генерал. Я здесь с неофициальным визитом. Сегодня на постах наши люди, – проговорил он, слегка сипловатым голосом.

– Привет, координатор. Почему ты так говоришь? Твои слова пропитаны заговором и страхом, – тихо, почти неслышно сказал Ник.

Граннер сел и вновь заговорил.

– Никитос, у вас неприятности, как впрочем, и у меня будут скоро. Тотти сегодня утром прослушивал базу. Он слышал разговор второго с седьмым. Вас убьют при попытке к бегству, которое руководители сами и устроят. Вам надо бежать раньше, лучше всего сейчас. Бежать по-настоящему.

– Как я могу знать, что это и не есть губительная попытка бегства?

– Ник, с самого первого дня появления тебя на базе, кто был твоим другом?! Как можешь ты подозревать Граннера! Человека спасавшего твою жизнь уже дважды?! Это глупо.

– Это не глупость. Это позор. Прости, Пол. Что же нам делать? – виновато улыбнувшись, произнёс главный.

Граннер отмахнулся рукой, показывая, что вовсе не в обиде.

– Сейчас я выведу вас отсюда. Ребята из твоей команды всё уже подготовили. На платформе 3—1—04 ты найдёшь кутлас. Ник, он в автоматическом режиме. Только введи координаты 34—152, гигаса Сидней. Тотти говорит, что на базе необычно тихо. Все затаились и чего-то ждут.

– Это связано с варгенами? – шёпотом, в котором ощущалась напряжённость, спросил Ник.

– Да-да, кажется. Командир это секретно, по линии координаторов прошла информация, что один из контейнеров разгерметизировался. Впрочем, какой для тебя может быть секрет, – усмехнувшись, ответил Граннер.

– Как я знаю, варгены эти против китайцев и американцев. Они ведь безопасны для нас, правда?

– Нет, послушай. Американцы такие же белые, как и мы. А другой тип варгена разработан против китайцев, малайцев. Среди нас таких большинство. Китай ведь не на Марсе, – координатор наградил главного серьёзным взглядом и встал.

– Чёрт, что же это творится! Уже кто-нибудь умер?

– По моим данным, нет. Поэтому руководители и засекретили утечку.

– Почему ты и моя команда не хотите лететь с нами в Сидней? Правительство защитит всех, – главный с надеждой и мольбой взглянул в глаза Полу.

– Это невозможно. Да и мы выросли свободными, мы не допустим, чтобы в наши головы вставили нейро. Разве не помнишь, как были пойманы тысячи наших?! Не помнишь её?! Ты забыл её Ник, а ведь так сильно любил.

Никита стрельнул взглядом на координатора и сменил тему.

– Замолчи, Пол. Мой отец, авторитет в армии. Ничего с нами не сделают. А на счёт… я её никогда не забывал, и любить буду всегда. Не смей вспоминать, Пол! Давай не будем.

– Ладно, капитан, бегите сейчас к платформе. У выхода из тюремного отсека вас ожидает Джереми. У него возьмёте излучатели, воду и синт. Я думаю, вы спокойно доберётесь до Сиднея. Единственная проблема, топливо. По расчетам Харриса топлива хватит до форпоста в километре от гигаса. А защитные костюмы мы не смогли достать. Ник, они на особом учёте.

– Знаю. Думаю, обойдётся. Граннер, присмотри за ребятами, у тебя большие полномочия. Ладно, помоги мне с Робертом. У него стресс со вчерашнего дня. Кажется, ноги не слушаются.

Глава 4

Время преподносит свои сюрпризы, и самый опасный на данный момент и в будущем – терроризм. Реальность века прогресса дала

террористам неограниченные возможности и почти стопроцентную неуязвимость. Компьютеры, быстрые транспортные средства, огромный выбор средств убийства и разрушения. Исламисты, это прошлое. Сейчас террор и его пособники это фанатики без веры, рода крови, национальности и ценностей. Это японцы, африканцы, русские, латиноамериканцы,

европейцы. В каждой нации есть свои отбросы. Правительства находят применение этим нелюдям. Появились они всего лишь как очередной вид оружия в руках властей, которые не знают теперь,

где находится «предохранитель этого оружия». А он, откровенно говоря, сломан!

Спокойно, спокойно, Земля ещё цела.

Правду откроет лишь время и другой менталитет потомков агрессора. Надо бы рассказать, как одна самонадеянная нация

разворошила «осиное гнездо» на Ближнем Востоке, но мой язык «без костей». Он выскажет много лишнего, чем могут

воспользоваться противники мира.

Международная нейробиблиотека. Евгений Турсунов.2028 г.

– Второй шестому. Что с беглецами? Вам удалось их уничтожить?

– Нет, второй. Они ушли. Что сказать бойцам?

– Ничего! Объявляй операцию «Ген». Я включаю третий канал связи. Главное сохранить до поры до времени всё в тайне, – ответил второй.

– Разве у нас есть все виды культур? – смутившись, спросил шестой.

– Да, вчера прибыли контейнеры с варгенами из Трирата России. Всего около пятидесяти контейнеров. Все операции прошли неожиданно успешно.

– А что ОСА тоже прислали? Значит, мы готовы к операции ультиматума альянсам и шантажа правительства?

– Сегодня утром «Вултур» доставил на базу шестьдесят один контейнер и почти тысячу добровольцев из Северной Америки. Они должны распространить патогены в гигасах Трирата и Южной Америки.

– Сэр, мы подготовили три тысячи сто восемьдесят авлов для наших варгенов и две тысячи сто шестьдесят авлов для культур из России, для добровольцев. У нас нет больше ни одного автоматического аппарата доставки.

– Шестой, послушайте меня. Вскрывайте с бойцами с седьмого по пятнадцатый ангары. Там более восьми сотен сверхзвуковиков двадцатого года выпуска. На этих «стингах» полетят пилоты с «Вултура». Вы поняли?

– Отлично вас понял! Как же всё-таки с капитаном Стелли?

– Забудьте о нём, шестой. И не называйте это молокососа капитаном, он всего лишь прихвостень нейроправительства. Он умрёт, как и все прочие в гигасах. Хотя преследование нужно продолжить. Вдруг этому чумному удастся достигнуть форпостов и выложить все сведения. Он достаточно много знает. Шестой, приступайте лучше к решению самой важной в вашей жизни задачи.

– Да, сэр, – шестой замялся, решая как бы вежливо отключить связь.

– Ладно, я пошёл на станцию третьей связи, – сказал второй и сам отключил передатчик.

***

Полёт проходил нормально. Харрис прокодил программу автопилота машины на наименьшую высоту полёта и самую безопасную скорость. Роберт уже пришёл в себя и рассказывал Нику про жизнь его отца после исчезновения сына из гигаса. Под кутласом проносилась безжизненная пустошь. Выжженная солнцем, потрескавшаяся земля. Где-то конечно под толщей почвы возможно и выжили живые организмы. Но не наверху.

Было около трёх часов ночи на биоритмичном датчике Ника, когда и он, и Роберт уснули в своих пилотских креслах.

Ужасная тряска разбудила их. За окном горизонт прыгал в диапазоне трёх диаметров иллюминатора, как справа налево, так и сверху вниз и обратно. Роберт пытался что-то прокричать сквозь грохот.

Кутлас продолжал бороться за свою жизнь, его автоматика старалась совершить посадку.

Всё закончилось в одну секунду. Вокруг пилотов вспухли автоматические желеобразные коконы спасения. Послышался страшный скрежет и кутлас, перевернувшись два оборота вдоль своей оси, рухнул вниз.

Никита умудрился прикусить язык и, кряхтя, как старик, начал вскрывать кокон автозащиты. Вспоров лазерным лезвием обшивку кокона, он тотчас же полетел головой вниз. Падение оказалось не из приятных, он едва успел сгруппироваться, спасла небольшая высота. Ничего себе к счастью не сломав, Стелли – младший встал на пол, бывший ещё минуту назад потолком кабины.

– Крестный, ты как?

– Нормально, Ник. Ты уже на ногах? Помоги мне отсюда выбраться.

Никита помог Роберту слезть с потолка и пошёл осматривать салон машины. Ему удалось открыть ящик с продуктами и водой, всё вроде было в порядке. Минут пять отступник копался в бортовой аппаратуре, пока система кутласа не отключила механизмы и не открыла аварийные люки. Три из них заклинило, а вот четвёртый открылся, и на краешке салона появилось ослепляющее яркое пятно света. Роберт нацепил защитные очки, единственную вещь, найденную в аппарате для защиты от лучей солнца.

– Роберт, я пойду, осмотрю машину. На потерю топлива это не похоже, – Ник при этом изобразил рукой крутящийся в воздухе кутлас.

– Стой, там же солнце!

– Роберт…, – Никита многозначаще взглянул на крестного. Отступник показал пальцем на свою бронзовую с серым оттенком кожу.

– Ах да, я и забыл, что ты не восприимчив к ультрафиолету. Постарайся недолго.

– Ладно, – главный похлопал крестного по плечу и выбрался через люк наружу.

Он отсутствовал почти час. Роберт начал волноваться и уже решился вылезти из кутласа, навстречу собственной гибели, когда в отверстии люка показалась голова.

– Здорово нас потрепало, – воскликнул отступник с самодовольной улыбкой.

– Что там?

– Крестный, ты ведь знаешь основные двигательные элементы кутласа.

– Да, когда-то я изучал корабли восьмого поколения.

– Роберт, руководители снова пытались убить нас. Они послали глакеты. У кутласа вдребезги разбит один из газоплазменных двигателей. Флеромоновое носовое кольцо снесено начисто, но это произошло уже после падения. Поэтому, думаю, мы и остались живы. Спасибо Харрису за его автопилот. Послушай крестный, нужно как-то добираться до гигаса.

– Что ты собираешься предпринять?

– Думаю оставить тебя здесь. У тебя будут продукты и вода, а через два-три дня я доберусь до Сиднея и вернусь. Возможно не я, а спецподразделение. Главное, не покидай салон.

Крестный покачал головой.

– Никитос, даже для тебя это слишком опасно, – запротестовал генерал.

– Нет. Солнце мне друг, как и нашим предкам. Роберт, пожалуй, я совсем новый человек. Нас таких уже около двух миллионов. За нами будущее и единственный шанс для остальных выжить, это создавать с представителями уф – протека семьи.

– Иди же, не говори больше, иди. И возвращайся, возвращайся именно ты сам. Мне не нужны другие спасатели. Стой! У тебя сохранилась гильза, которую отец подарил тебе в восемнадцать лет? Отлично. Она досталась ему от отца, она от старинного стрелкового пистолета. Твой дед не всегда был плохим, Ник. Он участвовал в Мексиканской войне на стороне правительства. После этого он ушел в отставку и растворился среди криминальных кланов мира. Он просто искал правду. Согласись, это более интересный способ прожить жизнь, нежели есть, спать и работать, как это делает большинство из нас. Поиск знаний стал для него пожизненной целью. В этой гильзе микрочип. Ты найдешь способ его применить. Он должен загружаться через общие базы нейробиблиотеки. Больше с моим уровнем допуска я не имею права знать. Форпосты ООН многочисленны, думаю, вокруг Сиднея они тоже есть. Там работают знающие осведомленные люди, у некоторых уровень доступа даже выше чем у меня. Дальше решать тебе. Твоя жизнь.

– Крестный, ты мне никогда не рассказывал. И родители молчали.

– Иди, Ник. Некогда сейчас. Скоро ты всё узнаешь. Что есть истинное добро, что есть зло. А пока, до сего дня, ты ровным счётом ничего не знал. И ничего не делал в жизни, просто тек по ее течению, жил по обстоятельствам и сиюминутным прихотям, – скупая слеза покатилась из краешка правого глаза Роберта, прокатилась около носа, губ, до подбородка. Затем она тихонько упала на полимерную обшивку салона.

***

Шёл третий час террористического бедлама. Большинство культур достигли своих целей. Уже были мертвы пять тысяч пилотов камикадзе. Девяносто из ста контрольных дисплеев в кабинете второго руководителя уже погасли. Лишь оставшиеся десять указывали путь следования авлов, они передавали изображение местности, над которой пролетали. Но и они достигли целей за жалкие двадцать минут.

На всех материках суетились военные. Настоящим шоком вдруг явилась информация об отсутствии антигенов.

Это было начало конца. Крах цивилизации был виден невооружённым глазом. Было решено законсервировать все производства кроме установок, вырабатывающих озон. Некоторые лидеры стран добровольно отправились в анабиозные камеры, дабы спасти себя. Многие надеялись на счастливый случай.

По соглашению, принятому на внеочередном заседании ассамблеи, были посланы тысячи направленных сигналов к звёздам. Люди надеялись на помощь неведомых обитателей галактики.

Миллионы людей оставались в полной изоляции от правды. Лишь некоторые наиболее грамотные подозревали подобное чудовищное состояние планеты.

Через двенадцать часов после атаки в мире погибли первые сто тысяч человек.

Благодаря нейро удалось избежать паники. Внутри гигасов жизнь текла как обычно. Работали подземные флоропарки, нейро-зоопарки, библиотеки и нейроклубы. Без лишнего шума закрывались порты и военные школы. Перестали принимать корабли с Луны.

Наиболее обеспеченных, а также выдающихся представителей рода человеческого поместили в анабиозные центры.

Миллионы взрослых и здоровых людей оставались лицом к лицу с надвигающейся опасностью.