Текст книги "Из Петербурга в Петербург. Неформальные воспоминания"
![](/books_files/covers/thumbs_240/iz-peterburga-v-peterburg-neformalnye-vospominaniya-144284.jpg)
Автор книги: Алексей Покровский
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 18 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
В ЛИИЖТе сказали – он в больнице. Поехал к нему. В приёмной дали белоснежный халат. Пошёл искать палату. Нашёл, постучал, ответа не слышно, открыл дверь и вошёл. Это было так неожиданно, что я замер на месте. На моих глазах старенький, седенький мужчина, небольшого роста, с пышными усами, сгрёб книги и бумаги, расположенные в порядке на столе, и буквально смахнул их на кровать и прикрыл одеялом, а сам сел на них. Увидев меня, он с облегчением вздохнул и сказал:
– Опять Гречищев, а я думал, врач. Мне, знаете, не дают здесь заниматься делом, вот и хитрю.
После беседы, прощаясь, сказал:
– В первый раз мы встречались с Вами в санатории, во второй – в больнице, ну, а в третий найдёте меня на кладбище.
Так и получилось. Он умер в декабре 1951 года. Он был человеком дела, точного инженерного расчёта, редчайшей памяти и необыкновенной судьбы.
Ольга Ливеровская. История одной семьи
Ольга Алексеевна Ливеровская родилась в Ленинграде. Окончила ЛЭТИ им. Ульянова-Ленина в 1960 году. Поэт, прозаик, переводчик, постоянный автор «Невы». Живет в Санкт-Петербурге.
«Нева», №7, 2005
…И еще я помню, как изредка приходил к нам дедушкин брат, дядя Саша, как называл его мой отец. У него были удивительные длинные усы с закрученными кончиками. Оба дедушки садились на диван и о чем-то очень горячо спорили. Когда спустя годы я спросила отца о предмете их споров, он ответил мне, что очень часто они дискутировали на политические темы, обсуждали текущие события. И конечно, здесь они расходились во мнениях. Александр Васильевич – человек общества – деятельный и оптимистичный, и мой дед – уже несколько разочарованный в жизни домашний доктор и семейный человек. Мой отец привел мне такую фразу из их диалога: «И все-таки, Саша, политика дело грязное. Не нравится мне этот ваш Фомич!» Что отвечал дедушке Александр Васильевич можно только предполагать.
Старший сын Александр сделал самую блестящую карьеру. Получив два высших образования, он стал строителем железных дорог. Его как крупного специалиста привлекли к участию в правительстве Керенского. В 1917 году чуть не расстреляли, сослали в Сибирь, реабилитировали… В последние годы жизни он был профессором ЛИИЖТа. Там и теперь висит его портрет, а в Железнодорожном музее есть целый раздел, посвященный ему. В 1999 году в Хабаровске вышла его брошюра (А. В. Ливеровский «50 лет работы на железнодорожном транспорте»). Книжка предваряется словами: «Знаменитый русский инженер, ученый и педагог родился в 1867 году в Петербурге, окончил физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета, в 1894 году – институт инженеров путей сообщения. Участвовал в строительстве Сибирской, Тимирязево-Нижегородской и Уральской железных дорог. По его учебникам и научным работам воспитывалось не одно поколение железнодорожников. Построенные под руководством А. В. Ливеровского объекты Уссурийской дороги, в том числе и мост через реку Амур у Хабаровска, десятки лет работают на благо России».
Приведу небольшой отрывок из этой брошюры Александра Васильевича, в нем есть сведения и об его отце.
«Я родился 5 сентября 1867 г. в Петербурге. Отец мой в то время служил в Министерстве государственных имуществ. Он окончил сельскохозяйственную академию и был ученым агрономом. Отец с юных лет приучал нас к сельскому хозяйству. Он получил приглашение от Олонецкого губернского земства быть сельским агрономом и заняться мелиорацией угодий. Мы с детства приучались к распознаванию почв, грунтов, растений, к уходу за землей. Я, как и мои братья, мечтал продолжить профессию отца и сделаться агрономом. Но случилось одно обстоятельство, которое переменило направление моей жизни. Когда мне исполнилось восемь лет, у нас в доме появилась учительница, которая готовила меня и двух моих братьев к поступлению в гимназию. Я безумно влюбился в свою учительницу. Результатом было то, что я отлично учился и старался так или иначе доставлять ей какую-нибудь радость. Но весной, когда мне шел десятый год, явился к нам в дом инженер путей сообщения и объявил, что он жених нашей учительницы. Я уговаривал ее не выходить замуж, подождать, когда я окончу гимназию и тоже стану инженером. После свадьбы учительница уехала из нашего дома, а я заболел нервным расстройством. Болезнь прошла, прошла и первая любовь, но желание быть инженером осталось на всю жизнь».
Уж не знаю, первая ли любовь была тому причиной, но А. В. сделался не просто инженером, а замечательным специалистом и внес огромный вклад в дело развития транспорта нашей страны. Был награжден орденами Ленина, Красной Звезды, «Знак Почета», а также многими медалями и другими знаками отличия. Ни один крупный проект по железнодорожному строительству не утверждался без его заключения.
Из воспоминаний лектора-литературоведа Евгения Валентиновича Марцинкевича
Перед самой войной, в 1938—39 годах я жил на Геслеровском проспекте дом 7. Небольшой двухэтажный домик жилищного кооператива научных работников. Здесь жили очень яркие, умные, оригинальные люди. На втором этаже, друг напротив друга, – профессор Павел Иванович Преображенский, выдающийся геолог, открывший Верхнекамское месторождение калийных солей, и профессор Александр Васильевич Ливеровский, крупный специалист по строительству железных дорог. Под ними, на первом этаже – Юрий Петрович Маслоковец, который вместе с академиком Иоффе создавал полупроводники. Чем были для меня, тогдашнего школьника, эти люди и почему запомнились на много лет? Они всем своим образом жизни, характером ума дали пример незаурядной личности. Личности абсолютно свободной, не подчиняющейся никаким идеологическим правилам. К тому же они не только не были учеными «сухарями», а, напротив, воодушевляли оптимизмом и даже некоторым озорством.
И Преображенский, и Ливеровский после Февральской революции занимали должности во Временном правительстве, в свое время их арестовывали. Можете себе представить, что думало НКВД про этих людей! И вот каждое утро они, с большими портфелями, раскланиваются на лестничной площадке. Громадного роста, с мощным басом Павел Иванович:
– Александр Васильевич, приветствую! Мы еще с Вами не в тюрьме!
И невысокий, «тенористый» Александр Васильевич в ответ:
– Я и сам не понимаю! Все еще на свободе!..
Как-то раз они втроем, прихватив Юрия Петровича, пошли в магазин покупать шляпы. Вернулись через некоторое время – без шляп, но в очень приподнятом настроении. Я поинтересовался, что же их так развеселило. Оказывается, после тщетных попыток найти нужный размер, в конце концов, они посетовали: «Опять ничего нет!» И молоденькая продавщица парировала возмущенно:
– А чем я виновата, что у вас нестандартные головы?
Вот эти «нестандартные головы» – лучшее, что было в городе, последние его представители, звенья петербургской культуры…
Па́вел Ива́нович Преображе́нский (01.01. 1874, город Демьянск Крестецкого уезда Новгородской губернии – 19.09.1944, Москва) – российский геолог, первооткрыватель крупнейшего в мире месторождения калийно-магниевых солей (Верхнекамского). Министр народного просвещения в правительстве А. В. Колчака в 1919—1920 гг.
В январе 1920 года был арестован в Иркутске. Затем был освобождён из тюрьмы и переведён под домашний арест, но вскоре вновь заключён в тюрьму. В мае 1920 года приговорён Чрезвычайным революционным трибуналом Сибири к заключению до окончания гражданской войны с применением принудительных работ. О смягчении приговора Преображенскому просили видные учёные, а также А. М. Горький, обратившийся к В. И. Ленину с телеграммой: «Ходатайствую о смягчении участи Преображенского, крупного геолога, нужного стране».
Уже 23 июня 1920 года был назначен заместителем заведующего отделом народного образования Сибревкома и председателем Сибирского комитета профессионально-технического образования. С 1921 года преподавал в Пермском университете, где являлся профессором кафедры геологии, затем одновременно возглавлял кафедры геологии и минералогии. В 1923 также был избран деканом агрономического факультета Пермского университета, руководил организацией учебного процесса в предоставленном факультету здании бывшей гимназии. Наряду с работой в Перми, в 1921—1924 гг преподавал в Горном институте в Екатеринбурге, где основал кафедру геологии полезных ископаемых. Проводил геологические работы по изучению залежей каменного угля в Пашийском районе, обследовал Журавлинское месторождение бокситов и алюминиевых руд на реке Чусовой.
С осени 1924 года работал в Ленинграде, старшим геологом в Главном геологоразведочном управлении (бывшем Геологическом комитете), затем – в Центральном научно-исследовательском геологоразведочном институте. При этом в течение нескольких лет оставался внештатным профессором Пермского университета.
По словам академика В. А. Обручева, Павел Иванович не оставил крупных научных трудов – он отделывался предварительными отчётами об экспедициях, так как очень не любил писать, но он любил работать в поле и претворять свои идеи в полезное дело; всякое препятствие в природе и в людях возбуждали его энергию, а также и юмор, которым он обладал в большой степени.
(Из Википедии)
Заключение
А вот и круговорот. В 2014 г. я опубликовал несколько заметок – воспоминания о блокаде, где упомянул А. В. Ливеровского. Кроме того, я сказал несколько слов в 13 минутном фильме об А. В. Ливеровском.
И вот в 2015 году на меня вышла внучатая племянница А. В. Ливеровского – Ольга Алексеевна Ливеровская. Тогда ей был 81 год, то есть она старше меня на три года. Она пишет историю своей семьи, и мои воспоминания ее заинтересовали. Она сама с А. В. практически не общалась. Поэтому я, пожалуй, теперь единственный, кто его близко знал.
Только я это написал, как к Кате позвонил дальний родственник Ливеровского из Москвы. Его внучке первокласснице дали задание написать о вкладе своей семьи в историю России. Ее дедушка стал искать информацию и очень углубился в поиски. Вот ему Ольга Алексеевна сказала о моей книге. Он позвонил Кате и попросил ее подарить ему мою книгу. Он хотел снять и интервью со мной, но в больнице это делать не стоит.
Таким образом, и детства, и старость соединились семейством Ливеровских.
Приложение 2. Сергеенко (Сергиенко) Мария Ефимовна(9.12.1891, Новозыбков Черниговской губ. – 28.10.1987, Ленинград), филолог, историк античности, в ПБ 1931—34.
Род. в семье чиновника. Окончила чернигов. жен. гимназию. В 1910 поступила на ист.-филол. фак. Высших жен. курсов, где занималась на отд-ниях классич. и всеобщ. истории. Участвовала в семинарах М. И. Ростовцева и Ф. Ф. Зелинского, ученицей к-рых себя считала. Своеобразным «ун-том на дому» были беседы и встречи с И. И. Толстым. Гос. экзамены сдала по отд-нию классич. филологии (1916). По представлению Ф. Ф. Зелинского была оставлена на год для совершенствования при каф. древ. лит. Курсов с присуждением стипендии им. Е. И. Лихачевой.
Еще до окончания курсов с осени 1915 начала преподавать лат. яз. в гимназиях Л. С. Таганцевой и кн. Оболенской.
В 1917 недолго учительствовала на родине. Осенью приглашена лектором лат. и греч. яз. на каф. древ. яз. открывшегося ист.-филол. фак. Саратов. ун-та. В 1920 сдала магистер. экзамен на право преп-ния в высшей школе, в 1922 ей было присвоено уч. звание доц. каф. древ. лит. В 1926 представила в сб. в честь С. А. Жебелева свою первую ст. – «Первая элегия Тибулла. (К вопросу о ее композиции)». В ун-те преподавала лат. и греч. яз.; после исключения в сер. 1920-х из унив. программы древ. яз., читала лекции по антич. истории, по антич. и западноевроп. лит.; вела семинары по нем. авт. на герм. отд-нии; работала в б-ке ун-та; руководила кружком любителей классич. филологии, одним из участников к-рого был А. И. Доватур (см. т. 2). Среди учеников С. был и Н. И. Вавилов, общение с к-рым и его глубокий интерес к антич. ботанике и агрономии, дали толчок новому направлению ее иссл. – изучению рим. сел. хоз-ва. Первым опытом в этом направлении стало изучение тр. Феофраста.
В 1929, не видя в Саратове возможности работать по специальности, переехала в Ленинград.
9 янв. 1931 зачислена в ПБ пом. б-ря Сектора хранения. Через год переведена на сдельную оплату в КБО, а позже на должность б-ря 1-го р. С сент. 1933 перешла на половину раб. дня. Составляла библиогр. списки по заказам учреждений и читателей, писала рец. для крит.-библиогр. бюл. 15 сент. 1934 уволилась из Б-ки по лич. заявлению.
С 1932, помимо ПБ, стала работать в Ин-те истории науки и техники АН СССР, где принимала участие в создании Сектора истории агрикультуры, куда была зачислена уч. секр. Организовала работу ист. части комплексной темы «Происхождение домашних животных». Участвовала в создании лат.-рус. ботан. слов., предпринятого ВИР по инициативе Н. И. Вавилова. Исследовала антич. источ. по сел. хоз-ву и агрономии и пришла к выводу о спорности таких общепринятых положений, как отказ от полевых культур и переход к виноградарству и садоводству. Изучение тр. Варрона, Катона и Колумеллы в развитии антич. агрономии позволило ей по новому оценить их значение. Итогом занятий стало появление ряда работ: «Из истории италийского огородничества», «Очерк развития римской агрономии», «Колумелла и Варрон как животноводы», «Предтечи прикладной ботаники в античном мире», «Удобрение хлебных полей в древней Италии», «Два типа сельских хозяйств в Италии I в. н. э.» и др. Вместе с С. И. Протасовой подготовила пер. антич. соч. по истории сел. хоз-ва; с П. П. Забаринским перевела с нем. яз. кн. Г. Дильса «Античная техника».
В 1935 начала преподавать лат. яз. на ист. и филол. фак. ЛГУ. Во время войны отказалась от эвакуации с ун-том и в 1942 перешла на работу в 1-й Мед. ин-т, где еще раньше (1932—35) вела занятия по лат. яз. С 1942 по 1959 заведовала в 1-м Мед. ин-те каф. лат. яз. В блокад. годы принимала участие в ист. науч. чтениях, проводимых по инициативе Ю. П. Францева в Арх. АН. На одном из таких семинаров сделала докл., посв. устройству виноградников в V в. в Риме. В 1943 защитила докт. дис. по совокупности работ о рим. сел. хоз-ве. В 1948 С. присвоено уч. звание проф.
После возвращения ЛГУ из эвакуации совмещала работу в 1-м Мед. ин-те с преп-нием на каф. классич. филологии ун-та. Кроме лат. яз., читала на ист. и филол. фак. курс лекций о част. и обществ. жизни греков и римлян; вела занятия по интерпретации авт., семинары по антич. культуре. С июля 1945 стала служить в ЛО Ин-та истории АН СССР, к-рый с дек. 1956 стал ее осн. местом работы. В дек. 1957 утверждена в должности ст. науч. сотр. группы древ. истории периода истории антич. рабства, с янв. 1970 до дек. 1973 – науч. консультант сектора Древ. мира. За это время ею были написаны «Очерки по сельскому хозяйству древней Италии» (1958), составлен коммент. сб. «Ученые земледельцы древней Италии», куда вошли переводы с лат. яз. трактатов по земледелию Катона, Варрона, Плиния Старшего, Колумеллы. В 1960-е С. занималась изучением быта и соц.-экон. отношений древ. Рима, итогом чего стала кн. «Жизнь древнего Рима» (1964); тему рабов и вольноотпущенников продолжила ст. «Колумбарий Статилиев Тавров» (Вест. древ. истории. 1964. №4); изучала историков периода эллинизма, сделала пер. Арриана «Поход Александра» (1962). Вела занятия с аспирантами по лат. яз. и лат. эпиграфике, читала в ЛГУ спецкурс «Быт древнего Рима». Ее умение «улавливать биение живой жизни, отражение идеологии, социальной психологии, взаимоотношений различных слоев населения, радостных и скорбных эмоций» особенно проявилось в кн. «Простые люди древней Италии» (1964).
В янв. 1970 освобождена от должности ст. науч. сотр. ЛО Ии-та истории АН СССР в связи с переходом на пенсию и зачислена в штат на должность науч. консультанта в сектор Древ. мира. В дек. 1973 уволена по сокр. штатов.
Кроме науч. и пед. деятельности особое место в жизни и творчестве С. занимала работа над пер. текстов христиан. авт. Еще в блокад. дни подготовила пер. «Исповеди» Блаженного Августина, к-рый Н. И. Конрад назвал подвигом труда и вдохновения (опубл. в «Богослов. тр.» (1975. Сб. 15), частично в альм. «Одиссей». (1989) и отд. изд. в 1991); позже – «Письма Св. Киприана», «Церковную историю» Евсевия Памфила, отрывки из «Педагога» Климента Александрийского, «О покаянии» Тертуллиана. Ряд пер. и ст. был опубликован анонимно, др. дал свое имя митрополит Ленингр. и Ладож. Антоний (Мельников). В 1984 в сер. «Лит. памятники» вышло 2-е изд. «Писем Плиния Младшего», подгот. ею вместе с А. И. Доватуром. Последней ее работой стало участие в новом пер. «Истории Рима…» Тита Ливия, где она выполнила пер. центр. 3-й декады. Науч. наследие С. составляет б. 100 работ, мн. из к-рых существуют лишь в виде рукоп.
Награждена медалями «За оборону Ленинграда», «За доблестный труд в Великой Отеч. войне 1941—1945».
Похоронена на кладб. Пюхтицкого монастыря.
Справ.: Биографический словарь профессоров 1-го Ленинградского медицинского института. Л., 1947.
Лит.: Конрад Н. И. Запад и Восток. М., 1972; К 80-летию М. Е. Сергеенко // Вест. древ. истории. 1972. №2; К 90-летию М. Е. Сергеенко // Там же. 1982. №2; Аверинцев С. С. Попытки объясниться: Беседы о культуре. М., 1988; Гранин Д. А., А. Адамович. Блокадная книга. Л., 1989; От редакции // Тит Ливий. История Рима от основания города. М., 1989. Т. 1; Конрад Н. И. Письма академика Н. И. Конрада / Предисл. и коммент. В. М. Алпатова и М. Ю. Сорокиной; Подгот. текста М. Ю. Сорокиной // Изв. АН СССР. Сер. лит. и яз. 1992. Т. 51, №6; Гаврилов А. К., Казанский Н. Н. К 100-летию М. Е. Сергеенко // Вспомогат. ист. дисциплины. 1993. Вып. 24 (библиогр.).
Арх.: Арх. РНБ. Ф. 10/1; Ф. 4, оп. 2, 1932, д. 7; Пр. и расп. 1931; ЦГАЛИ СПб. Ф. 97, оп. 2, 9; Арх. СПб ФИРИ РАН.
Иконогр.: Биографический словарь профессоров…; Вспомогат. ист. дисциплины. 1993. Вып. 24.
Приложение 3. Из воспоминаний Аркадия Григорьева «Мне повезло с Ефремовым»Аркадий Григорьев «Мне повезло с Ефремовым»,
«Студенческий меридиан», №7, 2007
http://www.stm.ru/archive/07-09/12.html
…Впервые я увидел Ивана Антоновича в 1954 году. Перешел в десятый класс и, хотя особыми успехами в учебе похвастаться не мог, был все же для поощрения отправлен – самостоятельно – в Ленинград к родному дядьке Василию Васильевичу Григорьеву, работавшему в Ленгипротрансе. В Москве дядька бывал в командировках нередко, а я ехал к нему в гости в первый раз.
Не помню, каким поездом ехал, но прибыл на Московский вокзал часов в пять утра. Стояли белые ночи. Поскольку городской транспорт еще не ходил, двинулся пешком по Невскому, благо вещей особых не было. О своих первых впечатлениях рассказывать не буду, ибо любой, кто бывал в это время года в Ленинграде, знает, что это такое.
Когда дошел до Дворцовой площади, меня нагнал первый троллейбус, который шел на Петроградскую сторону. Конечная остановка у него – на Ординарной улице, откуда до дома дядьки на Геслеровском проспекте – минут десять ходьбы. Благо, улицы в Ленинграде пересекаются под прямыми углами, и нет запутанных переулков и тупиков.
Дядька жил в двухэтажном доме, нечто вроде кооператива, окруженного садом и деревянным забором. Эдакая городская усадьба. Там было очень удобно жить, поскольку дядька, его жена Алла Петровна Маслаковец, пианистка и преподаватель консерватории, ее брат Юрий Петрович Маслаковец, доктор физико-математических наук и сотрудник Института Иоффе, и его жена Ирина Владимировна Вальтер, художница и потомок древнего то ли норвежского, то ли датского барона, были страстными охотниками и держали дома собак….
Приложение 4. Вальтер (Маслаковец) Ирина ВладимировнаВАЛЬТЕР (Вальтер-Маслаковец) Ирина Владимировна
13 (26) октября 1903 (Белосток Гродненской губернии) – 1993 (Санкт-Петербург)
График
Училась во Вхутеине в Ленинграде (1922—1926) у М. В. Матюшина.
Жила в Ленинграде. Во второй половине 1920-х – начале 1930-х работала как художник-оформитель. Регулярно участвовала в полярных экспедициях. Занималась книжной графикой; сотрудничала в Детгизе, Учпедгизе, Лениздате. Выполнила иллюстрации к книгам: «Трое в лодке, не считая собаки» Дж. К. Джерома (1939), «Клуб удивительных профессий» Г.-К. Честертона (1941), «Басни» И. А. Крылова (1946), сборнику эскимосских сказок «Наши сказки» (1947), «Рассказы» Д. Н. Мамина-Сибиряка (1950), «Букварь для чукотской школы» (1954), «Лесная школа» С. М. Бытового (1957, совместно с П. М. Кондратьевым), «Северные рассказы» К. Д. Носилова (1959) и другим.
Занималась станковой графикой; пейзажист, анималист.
С 1929 – участница выставок. Член объединения «Зорвед». Член Союза художников СССР. Экспонировалась на выставках книжной графики ленинградских художников (1947, 1953—1954, 1958, 1962), произведений ленинградских художниц (1948), ленинградских художников (1950) в Ленинграде.
Источники:
1. Справочник членов Союза художников СССР по состоянию на 1 апреля 1988 года. М.,1989. С. 242.
2. Художники народов СССР. Биобиблиографический словарь. М., 1972, т. 2. С. 159.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?