Книга: Петровы в гриппе и вокруг него - Алексей Сальников

Сюжет: Болезнь как философская категория Петровы не просто болеют — они деконструируют реальность через призму температуры 39.5. Их жизнь — это хаотичный квест между аптекой, работой и галлюцинациями, где границы между былью и бредом стерты.

Стиль: Проза, которая заразна Сальников пишет так, будто сам сидит на ударной дозе парацетамола — предложения спотыкаются, метафоры размножаются, а сюжет течёт, как со*пли. Это не недостаток — это фича. Читатель либо заражается этим стилем, либо отчаянно ищет вакцину.

Философия: Аптека как храм, грипп как откровение Что, если болезнь — единственный способ увидеть правду? Что, если нормальность — это и есть главный симптом? Петровы не страдают — они просветляются, и их гриппозный бред оказывается чище любой реальности.

А было ли это на самом деле? Или Петров просто перегрелся на пару градусов?

Великий вопрос, который мучает читателя. Сальников мастерски играет в прятки с реальностью, оставляя нас в подвешенном состоянии между "это глубокий символизм" и "Петрову просто надо было сбить температуру".

Теория №1: Да, это всё было (но вам не понять) Возможно, Петровы действительно просто болели (с учётом, что жена и ребёнок не видятся Петрову в бреду), а грипп — лишь катализатор их духовного пробуждения.

Теория №2: Нет, это бред (но от этого не менее гениально) А может, вся эта мистика — просто горячечный бред человека, который перепутал "Ринзу" с Л*Д. Тогда вся книга — это грандиозный троллинг, где читатель, как и Петров, безнадежно пытается отделить реальность от лихорадки.

Теория №3: А какая разница? В конце концов, реальность — такая же условность, как и диагноз врача. Если Петров верит, то они существуют. Если читатель верит в Петрова — то он существует. А если нет... Ну, может, и вас просто нет?

Вывод Сальников не даст ответа — он лишь подкинет вам ещё одну таблетку сомнения. И хорошо. Потому что лучшая литература — та, после которой вы ещё неделю проверяете, не глючите ли вы сами.

Ну а если серьезно, для меня книга буквально пропитана ностальгией нынешних 30-летних по их детству. Ох уж эта сцена, как пассажиры с кондуктором собачились... Сейчас такого уже не увидишь, хотя бы потому что кондукторов в принципе изжили как рабочую единицу.

Это книга как бы про обычную семью. Он - автослесарь, она - библиотекарь, сын - школьник. Но сезонный грипп приоткрывает какую-то завесу между реальностью и абсурдом. Границы стираются, и мы вместе с героями начинаем видеть то, чего как будто бы нет и быть не может, магреализм в действии. Сальников показывает своему читателю насколько тонка грань между нашей привычной реальностью и адом внутри каждого из нас. А грипп - это всего лишь еще одна дверь, ведущая в состояние междумирья. Да и время для этого самое подходящее - предновогоднее карнавальное...

Это роман про холод в отношениях, про холод в душе, охлаждение к самой жизни. Единственный жар, который есть у персонажей - это температура 39. Поговаривают, именно это наиболее явно подсвечивает фильм Кирилла Серебренникова, но я честно выдержала первые 40 минут, не попала настроение, быть может повторю попытку в последние недели декабря.

Ну и, конечно, только ленивый не разглядит в романе мифологический пласт, тем более, что персонаж за это отвечающий максимально прозрачно демонстрирует читателю аж свой паспорт Артюхина Игоря Дмитриевича, АИД тобишь. Нурлыниса= Немизида, её имя, её всплывающие воспоминания о прошлом, связанном с адским пламенем.

Петров живёт обычной жизнью. Он работает, он ездит в автобусе, он возвращается домой, где его ждут… кто? Жена с ребёнком? Родители? Или это всё вместе, в одной точке времени? Болезнь стирает границы. В квартире звучат голоса, в городе мелькают лица – живые, ушедшие, придуманные. Сны слишком похожи на явь. Явь слишком похожа на сны. Разница – в степени жара.

Этот роман не про действие, а про состояние. Он поднимает вопрос: а было бы Петрову лучше, если бы всё сложилось иначе? Стал бы он счастливее, выбери он другой путь? Или всё равно оказался бы там же, просто с другими декорациями? Как быть, когда жизнь вдруг оказывается не твоей? Когда смотришь на себя со стороны и понимаешь, что когда-то мог стать другим – но не стал? Что если болезнь – это не просто болезнь, а способ заглянуть внутрь себя?

Петров когда-то рисовал комиксы. Он хотел сочинять истории, но выбрал что-то другое. Или не выбирал вовсе. В его жизни много таких перекрёстков, где он будто сам себя оставил позади. И вот теперь, в жару и бреду, он проходит по этим дорогам снова, встречает людей, которых забыл, и пытается понять: где он свернул не туда?

Текст книги будто дрожит, как воздух над раскалённым асфальтом. В нём нет твёрдой границы между фантазией и реальностью, но есть странное, завораживающее ощущение правды. Автор не говорит напрямую, что реально, а что нет – да и нужно ли это? Ведь мир, в котором живёт Петров, устроен именно так: зыбкий, тонкий, наполненный призраками прошлого.

Иногда эти призраки пахнут исписанными лифтами, облупленными подъездами, пластмассовыми игрушками из советского детства. Вспышки новогодних огней, вкус мандаринов, хрупкие стеклянные шары на ёлке – всё это мерцает где-то на границе сознания, как далёкий свет, до которого не дотянуться. Детство, к которому невозможно вернуться, но которое никогда не уходит по-настоящему. В памяти оно звучит голосами родителей, которые ещё молоды, как будто время замкнулось в кольцо.

Этот роман о том, как мы теряем себя в повседневности. Как жизнь идёт, и однажды ты смотришь в зеркало и не узнаёшь человека напротив. Но, возможно, грипп – это не только болезнь, но и шанс. Шанс вспомнить, чего ты хотел. Понять, кем ты был. И, может быть, починить себя.

Мне понравилось, как книга заставляет задуматься. Она не даёт ответов, но создаёт атмосферу, в которой хочется искать. Она не предлагает готовых решений, но ставит перед читателем зеркало, в котором отражается не только Петров, но и они сами.

Этот роман – не сказка, не мистика, но что-то, что невозможно объяснить. Это история, которая живёт своей жизнью, дышит горячим воздухом лихорадки, наполняет страницы ощущением, что тебе и самому пора переболеть своей жизнью, чтобы увидеть её по-новому...

сюжет начинается с предновогодних дней, когда все куда-то спешат и бегут, а тут еще Петров заболел гриппом. наверное, и сам автор болел в это время, а иначе как можно было написать столько бреда?) мне не понравился стиль автора. при кажущейся легкости, он описывает буквально все: каждую мелочь, каждое действие, каждую мысль. хотя, откуда там мысли? поэтому, когда он доходил до конца начатой им истории, я уже забывала, а о чем вообще шла речь? было столько много ненужной информации, что я просто тонула в ней.

автор ведет повествование и от имени жены Петрова, и от сына - Петрова-младшего, чем периодически путает меня во времени. жена Петрова мне совсем не понравилась. да и как она может нравится, если у нее явно какие-то сексуальные проблемы?)

и вроде как, автор пытается рассказать нам о социальных проблемах, но я его не понимаю. я не смогла пробиться через весь это бред и абсурд и вычленить главное. о чем была книга? не знаю. дочитывала уже наискосок и, может быть, что-то упустила. но такого нагромождения слов я после "Понедельника" ни разу не встречала)

Потом заболевает Петрова. Настоящее и прошлое переплетается. Намеками писатель рисует детство и юность Петровой. Температура повышается. Реальность и нереальность перемешиваются. Накатывает бредовое состояние. Ощущение от книги, как от езды на американских (русских?) горках. Одни фрагменты теплые и родные, другие странные, третьи откровенно дикие. Все это перемешивается и закольцовывается.

Последним заболел Петров-младший. Квартира полна гриппозными Петровыми. Вызвали врача. Подробно описывает писатель посещение педиатра. Как это знакомо. Сколько раз приходилось ждать врача рядом с температурящим ребенком.

Книга занимательно написана. Но в финале возникает вопрос: "А зачем это все было? Чтобы что?" Непонятно. Не люблю я такие книги, в которых важна не классная история, а различные литературные приемы, игры и эксперименты. Содержание люблю больше, чем форму.

Сначала я не могла понять, в каком времени живут герои. То рассуждают о том, что тяжело достать майонез, ходят все в одинаковых шапках (как в СССР) и вдруг Петров-младший играет в компьютерные игры, имеет мобильный телефон и упоминаются книги про Гарри Поттере. Потом оказывается, что времени все-таки два: детство Петрова-старшего и 2000-е гг., а путаница возникает из-за того, что все у автора Петровы: Петров – отец, Петрова – мать и Петров – сын. И все, конечно же, заболели гриппом.

Действие происходит в городе Екатеринбурге. Каждая глава книги описывает отдельного героя, его мысли и чувства. Начинается все с Петрова-старшего, который, уже заболевший гриппом, едет с работы и встречает давнего знакомого Игоря, от которого просто так не отделаться и с которым постоянно попадаешь в различные приключения. И тут понеслась душа в рай, набрали алкоголя и поехали к приятелю Игоря. При этом Петров особо то и не хочет никуда, но отбивается как-то неуверенно и конечно-же снова находит приключения на свою пятую точку. Видимо это его несколько радует – хоть какое-то разнообразие в его скучной и совсем уж обычной жизни.

Далее мы знакомимся с Петровой – женой, а точнее бывшей женой, т.к. пара уже развелась, они живут каждый в своей квартире (очень уж похожих между собой), но периодически ночуют вместе. Петрова более эксцентричная, чем ее простоватый муженек. В книге интересны ее рассуждения (порой даже кровожадные), которые непонятны читателю – толи правда, толи гриппозный бред.

Через Петрова-сына, автор показывает взгляд на все происходящее через призму детских глаз. Мы видим, что думает по каждой ситуации, привычной для нашего общества, среднестатистический ребенок (порой даже становится стыдно за некоторые моменты).

Автор затрагивает многие темы в романе: пьянства, семейных ценностей, места простого человека в жизни общества и каким он сам себя видит и принимает.

После прочтения в голове остается больше вопросов, чем полученных ответов. Каждый читатель делает свои выводы и видит свой смысл в сюжете. Может этим книга и стала интересна столь широкому кругу людей и стала весьма популярной. Многое из повествования знакомо каждому, т.к. реальность здесь граничит с бредом. Книгу посоветовала бы тем, кто любит замысловатые сюжеты о простой жизни с открытой и непонятной концовкой.

Книга в самом деле оказывается остросюжетная. Тихой сапой автор подает обычную, небогатую на события жизнь, изредка бросая такие детали, что остается только головой потряси, чтобы расставить все по местам. Потом с неделю будешь приглядываться к соседям и друзьям, вдруг у них тоже ого-го, что твориться, пока они йогурт в «Пятерочке» покупают. В общем нагнетается нечто, что ждешь, когда же бахнет или шандарахнет. Однако местами зубы сводит от неторопливости автора. Эта медлительность, русская глубинка и время года превращаются в нуар.

В итоге получилась увлекательная социальная крипота. Из тех, правда, что не интересно перечитывать, зная развязку. В конце книги начинаешь сомневаться, что страшнее: то, что нагнеталось, или обыденность разных Петровых, Ивановых и Сидоровы. Обыденность тоже страшна, если она как фасад, за которым ничего нет. Уж лучше под богом ходить, как Петровы. Хоть какое-то счастье.