Читать книгу "Истинная душа дракона"

– Всё в порядке, – отвечаю шёпотом. – Будет ещё лучше, когда вы уведёте этого клоуна.

– Очень опасного клоуна, – делает замечание Ноктис. – Ты с ним близко знакома?

От ноток ревности, что чудятся в вопросе дракона, я поднимаю на него взгляд. И в этот же момент на нас обращает внимание Вендал. Он почти вышел из холла и, надо же, именно сейчас решил оглянуться.

– Лери, куколка моя, а ты чего там стоишь? Мне без тебя никак.

Кажется, наши с Ноктисом зубы скрипнули дуэтом. Мои – от желания прикопать принца, дракона – от еле скрываемой ярости.

– Работаем, – цедит Ноктис, кивая мне в сторону скрывшейся за дверьми процессии.

– Да, – эхом отвечаю я.

Шестеро, а почему нельзя хоть раз не ломать наши планы?

Глава 3. Прогулка, далёкая от приятной

– А правда, что «Иллария» – это огромный замок, в подвалах которого скрываются секреты драконов? – Тонкий голосок Лейры режет слух и вызывает очередной приступ головной боли.

Мы уже битый час бродим по коридорам академии, заглядывая в пустующие аудитории, мастерские и лаборатории. Даже на полигон сунулись, правда, нас быстро прогнал тьютор Рендаль. Его даже присутствие Вендала не смутило, орал так, что у меня до сих пор звенит в ушах.

Морщусь и стараюсь незаметно потереть переносицу. Незаметно – потому что Вендал, чтоб его Неведомый забрал, реагирует на каждое моё движение. И чем дольше я провожу времени в его компании, тем больше мне кажется, что принц болен. Маниакальной заинтересованностью во мне. И это не может не пугать, ведь я так и не вспомнила, что же нас связывает.

– Если в подвалах «Илларии» что и скрывается, то только винный погребок старого магистра Роклета, – хохотнув, отвечает Армониан и белозубо улыбается старосте. – Заместитель нашего ректора очень любит редкие вина и готов, как самый настоящий дракон из древних сказок, сжечь любого, кто посягнёт на его сокровища.

– Жа-а-аль, а я думала, вы там своих истинных прячете, – томно хихикнув, произносит альва Света, Наяра.

Признаться честно, я не запомнила имена прибывших охотниц за принцем драконов. Все трое обучались дома, и я их даже на каникулах не видела, хотя по приглашению принцессы отдыхала в королевском дворце. Либо я этих девиц вовсе не знаю, либо не помню.

И это напрягает ещё больше. Тяжело искать подозреваемых, когда твоя память похожа на пожёванную молью шаль. То там куска нет, то тут, и никогда не знаешь, какое воспоминание отсутствует.

– Наших истинных мы прячем в более приятном месте, – тем временем продолжает любезничать Арм. Принц прикладывает руку к груди и добавляет бархатным от хрипотцы голосом: – В самом сердце.

Не удержавшись, закатываю глаза. Чего у Армониана не отнять, так это умения очаровывать. И я всегда удивлялась, как в этом драконе сочетается безалаберность и галантность. Как он может быть одновременно и баламутом, и самой благовоспитанностью? Я вот всегда была прямолинейной, как лезвие меча. И частенько отхватывала за это.

Зашипев от нового приступа головной боли, я упираюсь рукой в стену.

– Не отставай, – бросает шёпотом Ноктис, проходя мимо меня.

Дракон дёргается ко мне в явной попытке поддержать, но я лишь качаю головой. Не стоит демонстрировать при Вендале дружеских отношений. С этого гада станется – он решит затянуть нас в какую-нибудь особо изощрённую игру.

– А какие секреты хранит «Пацифаль»? – спрашивает Армониан, когда мы выходим на центральную площадь, от которой лучами расходятся аллейки к различным частям академии.

Мне очень хочется повернуть в сторону жилых домиков, забраться в кровать и уснуть хотя бы до завтра. С удовольствием проспала бы до момента поимки заговорщиков, но беда в том, что я один из главных ловцов.

– А какие секреты могут быть у альв? – невинно вопрошает Вендал, облокачиваясь на бортик высокого фонтана, украшающего площадь. – Нам скрывать нечего. Мы ж не драконы.

Задерживаю дыхание от настолько откровенной провокации. Вендал, видимо, устал от того, что его многочисленные уколы так и не достигли цели, и решил бить напрямую. Некрасиво и слишком агрессивно.

Замечаю, как сужаются глаза Арма, а его ноздри гневно раздуваются. Даже бесконечное терпение драконьего принца когда-нибудь заканчивается. Арм открывает рот в очевидном намерении ответить в тон Вендалу, но его опережает Ноктис.

– Ваше высочество, благодарю за напоминание. – Аметистовый дракон любезен до тошноты. – Мы как раз привезли несколько древних фолиантов, раскрывающих правду о причинах древней вражды между нашими народами. Чтобы между нами и вами не оставалось никаких недомолвок. Никаких тайн. Ни со стороны драконов, ни со стороны альв, – выделяет последнее слово Ноктис.

И напряжение, которое в этот момент буквально искрит между Вендалом и драконом, заставляет всех вокруг умолкнуть. Ноктис вроде бы ничем не оскорбил нашего принца, но в то же время дал понять, что все нападки Вендала голословны.

– Да? – Вендал приподнимает брови, но от меня не укрывается, что выступление Ноктиса выбило его из колеи. – Как прекрасно, что наши правители смогли договориться…

– Дети! – До боли знакомый голос заставляет меня оглянуться. – Вот вы где!

Со стороны главного здания академии к нам спешит высокая фигура, в которой я моментально узнаю лорда-отца альв Ночи. Седовласый, в развевающихся серебристых одеждах, Сайрус Митраль смотрит на меня с теплотой в серых глазах. В груди растекается радость, а в памяти мельтешит сотня воспоминаний. Дядя Сайрус – единственный, кто всегда относился ко мне хорошо. Он единственный, кто не отрёкся от меня, когда выяснилось, что мой дар несколько бракованный, а демонический выброс, через который я и мой брат прошли ещё в утробе матери, оставил след и на моей душе. Нас с Дейдаром предпочитали не замечать, не уделяя внимания и заботы, и только дядя Сайрус любил и меня, и брата. Как жаль, что после получения титула лорда-отца Сайрус покинул наш родной Сумеречный лес. А потом меня лишили и Дейдара, отправив его в Последнюю обитель, куда ссылают всех, кто несёт угрозу окружающим. Магический резерв Дейдара был повреждён, и лишь я могла наполнять его без ущерба самой себе. Только вот мне предстояла учёба в академии, а родители не захотели возиться с ущербным сыном. Я этого не знала и шла учиться в тихой надежде найти лекарство для брата. Но… Моим надеждам не суждено было сбыться. В следующий раз я встретила Дейдара, когда он уже стал альвой Крови. Его обратили демоны, напавшие на приют, в котором содержался брат. Наша встреча произошла ментально, и после неё всё пошло не так. Пользуясь связью между нами, брат брал под контроль мой разум и делал всё, чтобы подстроить похищение принцессы Миррали. Моей подруги. Подруги, которую я подставила, не имея возможности предупредить, ведь Дейдар всегда приходил в мой разум, если я пыталась хоть как-то намекнуть девочкам об истинной сути всего происходящего.

– Лери? – тихо зовёт меня Ноктис. – Что с тобой?

А я понимаю, что в моих глазах стоят слёзы. Эти воспоминания приносят боль. Я ненавижу быть слабой, ненавижу себя за то, что допустила похищение. И за то, что оставила брата, когда была нужна ему. В том, что Дейдар стал альвой Крови, есть и моя вина.

– Всё в порядке, – поспешно отвечаю я, украдкой вытирая слезинки. Улыбаюсь идущему к нам Сайрусу и старательно гоню непрошеные мысли прочь. В конце концов, сделанного не вернёшь, нужно работать с тем, что есть.

– Лери, девочка моя, как я рад тебя видеть! – Лорд-отец останавливается совсем близко и окидывает меня взглядом, полным отеческой гордости. На суровом лице светится добродушная улыбка, но в серых глазах внезапно загорается тревога. – Полери, луна моя, что с тобой случилось?

Он подходит ещё ближе, и мне приходится запрокидывать голову, потому что даже с моим немаленьким ростом Сайрус оказывается выше. Дядя заключает моё лицо в ладони и с беспокойством оглядывает меня.

– Луна моя, как так? Ты лишилась дара?

– Дар всё ещё при ней, – шипит сбоку Ноктис, вызывая у меня удивление.

Чего это он решил вступить? Ему-то вообще какое дело до нашего с Сайрусом разговора.

– Но глаза? – в удивлении переспрашивает дядя и обращает внимание на стоящих рядом драконов. – Ох, прошу прощения. Я не представился. Лорд-отец альв Ночи, Сайрус Митраль. Я дядя этой красавицы, и меня крайне беспокоят изменения, которые я вижу.

– Дядя, потом, – недовольно шикаю я, не желая огласки при Вендале и его банде любопытных альв.

Дар мой действительно пострадал, но обсуждать его при посторонних я не собираюсь.

– Как же потом, луна моя? – восклицает Сайрус в искренней тревоге. – Ты возвращаешься с обмена студентами, имея при этом очевидные изменения в магии. Это я не говорю про те ужасы, что с вами произошли в Илларии…

– А что за ужасы произошли? – К нам подскакивает Лейра и, вежливо поклонившись Сайрусу, продолжает: – Лорд-отец, поясните нам, пожалуйста. А то никто ничего не объясняет. Мы здесь, в «Пацифаль», будто отрезаны от какой-то важной информации, а Лери не хочет ничем делиться…

– Если не хочет, значит, так надо, дитя моё, – перебивает её щебет Сайрус.

Делает это вроде бы мягко, но в бархатном голосе слышится сталь. Лейра замолкает, отступая к ехидно ухмыляющемуся Вендалу и остальным охотницам.

– Всё, что вам нужно было знать, уже озвучено, – продолжает Сайрус, обводя взглядом собравшихся альв. – Контакт с драконами налажен, Кара Тэлль стала тем связующим звеном, которым должна была стать принцесса Миррали. Принцесса же, как и сообщил наш достопочтенный Владыка Альгераль, предала интересы королевства и переметнулась к демонам Демастата…

На этих словах дядюшки я со всей силы сжимаю кулаки, до боли впиваясь в нежную кожу рук. Мне хочется возразить, хочется рассказать, как всё было, но пока нельзя. Сначала нужно поймать того, кто помогал Дейдару с нашей стороны.

– В любом случае, милые леди, оставьте политику взрослым мужам. Не забивайте ваши прелестные головки, – продолжает Сайрус, а потом берёт меня за руки и спрашивает: – Милая, давай я проверю, что с твоей магией? М? Доверишься дядюшке?

Не знаю почему, не знаю как, но я впервые чувствую волну паники в присутствии Сайруса. Единственного близкого мне родственника. Я в шоке распахиваю глаза, изучая родные черты. Почему? Почему меня колотит от одной мысли, что он прикоснётся ко мне? Да, магически. Да, как лекарь. Но я всё равно чувствую инстинктивное желание спрятаться.

И тут впору бы задуматься, начать что-то подозревать, но я помню всё, что связано с Сайрусом. Все наши встречи и разговоры. Или всё же не все?

– Это обязательно? – будто почувствовав моё состояние, спрашивает Ноктис.

Дракон встаёт за моей спиной, пряча своей внушительной фигурой от взглядов Вендала и остальных альв.

– В Илларии Лери была оказана вся возможная помощь. Её осмотрела в том числе и Кара, – сухо констатирует Ноктис. – Лери здорова со всех сторон. Эмоционально, физически и магически.

Дракон чеканит слова тоном, против которого сложно возразить. В душе расцветает благодарность, потому что, стоя вот так, рядом с ним, я ощущаю иррациональное чувство безопасности. Словно меня действительно никто не даст в обиду. Будто я действительно для кого-то важна. Для Нокта важна.

– Да что в вашей Илларии понимают в альвах Ночи? – тем не менее фыркает Сайрус, и в его глазах я отмечаю недовольство. – Как лорд-отец моего народа, я являюсь сильнейшим из ночных. Если с магией Лери что-то не так, то только я смогу это выявить.

– Повторюсь, – бесстрастно произносит Ноктис. – Лери осмотрела ваша же альва Жизни. Её проверила Виреми Тэлль, лучшая альва Матери.

– Но это всё не то… – пытается возразить Сайрус.

– Мне начинает казаться, что вам очень хочется найти в Лери какой-то изъян, лорд Митраль, – припечатывает Ноктис, и площадка перед фонтаном погружается в звенящую напряжением тишину.

У меня горит щека, но даже голову поворачивать не надо, чтобы понять, чей взгляд вызывает это воспламенение. Вендал, судя по всему, жаждет вступить в разговор, но что-то его сдерживает.

– Лери – совершенное дитя Ночи, о чём вы? – спустя долгую минуту обмена молчаливыми взглядами отвечает Сайрус.

– Вот и не забывайте об этом, – оставляет за собой последнее слово Ноктис.

Дядюшка при этом смотрит только на дракона, словно и нет никого вокруг. Ни Армониана, ни Вендала, ни девочек. В глазах дядюшки я вижу уважение и признание дракона достойным оппонентом. Меня одновременно раздирает и гордость за Нокта, и тревога. Я совсем не хочу, чтобы эти двое стали врагами. Возможно, дядюшка – наш ключ к поиску заговорщиков. Он входит в совет Владыки и почти постоянно находится при дворе.

Хочу сказать что-нибудь примирительное, но голову снова пронзает острая боль. Картинка перед глазами плывёт, смазывается, а голоса звенят, рассыпаясь на звуки. Собрав последние силы, я пробираюсь к фонтану и присаживаюсь на широкий бортик.

– Лери? – сквозь эту жуткую симфонию прорывается голос Ноктиса. – Что не так?

– Всё хорошо, – сжав виски, выдавливаю я. – Утомилась просто. Приходится много навёрстывать по учёбе.

Поднимаю голову и обнаруживаю всех четверых мужчин стоящими рядом со мной. Ловлю на себе ядовитые взгляды девушек и понимаю, что для их нападок появился новый повод.

– Лери нужно отдохнуть, – елейным голосом произносит Вендал и протягивает мне руку. – Я отведу тебя к жилым домикам. Думаю, на сегодня с тебя хватит, да, куколка?

– Не стоит так называть леди, – делает замечание Сайрус, чем заслуживает мой полный благодарности взгляд.

– Как – так? Я лишь показываю, насколько восхищаюсь утончённостью и красотой Полери, – изображает недоумение принц, но я успеваю заметить раздражение в его взгляде, брошенном на дядюшку.

– Ваши комплименты несколько смердят, – поджав губы, комментирует Армониан и под прицелом трёх пар мужских глаз добавляет: – Что? Я просто делюсь мнением. Надо бы освежить свои знания об этикете альв.

– Не стоит, – останавливает его Сайрус. – Наши традиции неизменны. Как сто лет назад, так и сейчас. Подобное обращение считается неприемлемым, Вендал.

Что-то режет в этом его нравоучении, но голова болит так, что не оставляет мне шансов разобраться в собственных ощущениях. Мне нужно в кровать.

– Стойте! – взмахнув ладонью, останавливаю мужчин, готовящихся к новому раунду обмена любезностями. – Его высочество прав, мне нужно отдохнуть. Стоп! – припечатываю Вендала суровым взглядом и удивляюсь, что он слушается. – Я в состоянии сама добраться до домика. На этом всё. Хорошей прогулки и до встречи.

Оттолкнувшись от бортика, я обхожу четвёрку и лишь на секунду задерживаюсь около дядюшки.

– Спасибо за заботу, лорд-отец, – говорю я, стараясь улыбнуться сквозь боль. – Со мной и правда всё хорошо. Не стоит беспокоиться.

– Хорошо, луна моя, – отвечает Сайрус, озаряя меня отеческой улыбкой. – Но знай, что всегда можешь на меня рассчитывать.

– Знаю, – киваю я и машинально перевожу взгляд на Ноктиса.

В глубине души понимаю, что доверия сейчас у меня больше именно к дракону, чем к своим же землякам. И что самое удивительное, никаких угрызений совести по этому поводу я не испытываю.

Глава 4. Ночные гости

В нашем с девочками домике тихо, прохладно и пахнет счастливыми воспоминаниями. Цветочный флёр Кары, солнечное тепло Миррали… Прохожусь по спальне, прикасаюсь кончиками пальцев к разбросанным на рабочем столе рисункам. Академия, сидящие на лужайках адепты, наш фонтан – принцесса оставила свои наброски, думая, что вернётся к ним после поездки к драконам. Не получилось.

Развернувшись, беру небольшую лейку и подхожу к этажерке с горшочками. Кара, скрывая свой дар альвы Жизни, выращивала диковинные растения, названия которым так и не дала. Зато сейчас мне есть о ком заботиться.

Закончив с поливом, я разворачиваюсь и веду пустым взглядом по спальне. Головная боль практически прошла, оставив лишь лёгкий фантом. Но находиться в комнате невыносимо не из-за боли. С нашим домиком, с этой спальней связано слишком много. Именно здесь я нашла подруг – тех, кому было не важно моё происхождение. Даже когда я рассказала про демоническое влияние, ни Кара, ни Миррали не отказались от дружбы со мной. Ни одна не посчитала меня чудовищем.

А я их предала. Неосознанно, против воли, но всё же…

– А-а-а, – подняв голову к потолку, выдыхаю я тоскливо. – Я справлюсь. Я всегда справлялась, сделаю это и сейчас.

Отбросив негативные мысли, так и атакующие сознание, прохожу к кровати и, собрав подушки, принимаюсь устраиваться. Да, за окном едва наступил вечер, да, мне бы найти драконов и обсудить план действий, но я слишком вымоталась. Морально я ощущаю себя губкой, которую нещадно попользовали. Мне нужен хороший сон. Целебный, восстанавливающий и без картинок.

Переодевшись в пижаму из коротких шорт и шёлковой рубашки, я сооружаю из подушек кокон. Моё личное убежище, в котором прячусь от всех невзгод. Это старая привычка, которую затем очень удобно использовал Дейдар. Ведь под такой защитой не видно моих красных от магии брата глаз. Мысль о Дейдаре рождает опасную идею. Ноктис просил не пытаться связаться с Даром, чтобы не разрушить ту защиту, которую дракон выстроил вокруг моего сознания. Но соблазн велик. Я хочу знать, что произошло. Хочу получить хоть какую-то подсказку в поиске нашего заговорщика. Дар не сказал этого драконам, но, может быть, скажет мне, своей сестре.

Да и, в конце концов, я хочу услышать элементарное «прости»!

– Дейда-а-ар, – тяну я, закрывая глаза и взывая к собственной магии.

Резерв отзывается тягучей болью, сила растекается по магическим каналам, но сознание остаётся в реальности. Я не засыпаю, не уношусь ни в свой сон, ни в чужой. А ведь должна была…

Раньше это всегда работало, но когда Ноктис снял сцепку между нашими с Даром силами, я перестала контролировать чужие сны. Я и свои-то теперь не могу призвать. Теперь мои ночи – это закрыла глаза, открыла глаза. И момент «ничего» между этими двумя действиями.

– Дар, – шепчу я, чувствуя, как предательская влага наполняет глаза. – Ну пожалуйста. Услышь меня, брат. Ты мне нужен.

Продолжаю контролировать магию, не отзываю её, но и воспользоваться не могу. От напряжения голова снова начинает болеть. В какой-то момент ощущение реальности тает, сменяясь блаженным небытием. В нём мне легко, в нём у меня ничего не болит. Ни тело, ни душа. Всё так просто и легко, что не хочется возвращаться. Где-то на краю сознания чувствую знакомую ауру. Родную и пахнущую горечью. Я не слышу мыслей, не вижу образов, но ощущение объятий и тоски захватывает душу. Дейдар всё-таки откликнулся, но или заслон Ноктиса не даёт нам полноценно общаться, либо сам Дар этого не хочет. И вот второе гораздо больнее.

«Прости», – разносится фантомное в голове, когда я резко просыпаюсь от тихих шагов в спальне.

Какого?!

Резко сажусь на кровати, сбрасывая с себя весь ворох подушек. В спальне темно, только свет луны вычерчивает грозный силуэт по центру комнаты. Тёмная фигура, закутанная в плащ, хищный блеск на металлических вставках, украшающих плечи, – я сразу узнаю Ноктиса. Сердце, испуганно бьющееся, почти тут же успокаивается.

– Это я, – тихо произносит дракон. – Не бойся.

Глаза постепенно привыкают к сумраку, царящему в спальне, и вот я уже вижу и острые черты лица Ноктиса, и будоражащее сияние в его тёмных глазах. И испуг, мгновением ранее царящий в душе, сменяется на странное возбуждение. Как предвкушение пикировки с достойным противником. Разница лишь в том, что этому противнику мне всегда приятно проиграть.

– Тебя-то? – фыркаю я, инстинктивно отодвигаясь к стене. – Ты в курсе, что мне, как благовоспитанной леди, сейчас полагается визжать, как истеричка, и звать охрану?

– Как хорошо, что благовоспитанность и ты – антонимы, – с ехидной ухмылкой отвечает Ноктис и подходит ближе.

Я бы могла обидеться, но мы с Ноктисом оба знаем: это не про меня. Хотя бы потому, что меня и впрямь сложно назвать порядочной в общепринятом смысле этого слова.

– А ты, я смотрю, продолжаешь нарушать правила. – Ехидно приподняв бровь, я слежу за действиями Ноктиса. – Мог бы хотя бы ради приличия поиграть в благородного лорда.

Дракон наклоняется чуть вперёд и, протянув руку, ловит меня за лодыжку.

– Правила – это так скучно. – На губах Ноктиса появляется игривая улыбка. – А приличия – не про нас с тобой, Лери. Особенно после всего того, что мы уже наворотили. Иди сюда.

Он одним мощным рывком подтягивает меня к себе. Я оказываюсь сидящей на кровати, а Ноктис стоит между моих широко разведённых ног.

– Что ты делаешь? – со смехом произношу я, когда дракон утыкается лицом мне в живот.

– А то ты не знаешь, – хрипло произносит Ноктис, подцепляя зубами край рубашки и поднимая его.

Сердце моментально заходится в будоражащем танце, разгоняя кровь в самые чувствительные места. Кожа буквально воспламеняется там, где её касается тёплое дыхание или сильные пальцы Ноктиса.

– А поговорить? – пытаясь справиться с участившимся дыханием, уточняю я.

А у самой руки живут отдельной жизнью. Отщёлкиваю застёжки на плаще дракона, снимаю наплечники и дрожу от ласковых поглаживаний, которыми Ноктис проходится по моей пояснице.

– Ах да, точно. Поговорить, – вторит мне дракон. Поднимает голову, впиваясь в меня тёмным, а потому не читаемым взглядом. – Как ты?

Замираю от осознания нелепости его вопроса. От нелепости моих попыток замедлиться. Секс у нас не в первый раз, так чего нервничать?

– Уже лучше, – сглотнув вязкую слюну, отвечаю я.

– Это потому, что я рядом. – Ноктис самодовольно улыбается и тянется за поцелуем.

– Ну ты и нахал, – в восхищении бормочу я, смеясь и отбиваясь от его попыток меня поцеловать.

– Видимо, поэтому тебе и нравлюсь, – заявляет дракон и одним рывком переворачивает меня на спину.

Заваливается сверху и, поймав моё лицо в ладони, смотрит уже совершенно по-другому. Игривости – ноль, зато беспокойства хоть отбавляй. И мне это не нравится. Не хочу никакой эмоциональной привязки. Не хочу, чтобы Ноктис беспокоился обо мне больше, чем как об инструменте, который поможет ему в деле. А тревога в глазах дракона как раз говорит об обратном. Он переживает обо мне, как о важном для него человеке.

– А теперь правду, – шепчет Ноктис. – Как ты? Мне посмотреть?

– Нет! – слишком резко отвечаю я.

Мне больше не хочется пускать его в свой разум. Не потому, что я не доверяю дракону. Нет. Я боюсь себя. Боюсь своей реакции на нашу ментальную связь. Физиология и моя тяга к дракону понятна: мы привлекательны и умеем доставлять друг другу удовольствие. А вот то, что творится в душе в ответ на заботу Ноктиса, – это слишком больно. Я не хочу привыкать… Я не хочу снова чувствовать боль расставания.

– Ну нет так нет, – с деланным безразличием отвечает дракон и, оттолкнувшись от подушки, поднимается.

– А ну, стой!

Рывком цепляюсь за его рубашку и притягиваю Ноктиса обратно.

– Ты же сказала: нет, – лукаво изогнув бровь, произносит дракон.

– Не надо меня лечить, – вредничаю я, задерживая дыхание, потому что губы Ноктиса слегка касаются моих. – Со мной всё в порядке. И мы оба это знаем.

– Знаем, – соглашается Ноктис, целуя меня в подбородок и спускаясь ниже, чем заставляет запрокинуть голову. – Ты в порядке, я в ещё лучшем…

– Вот и я о том же, – рвано выдыхаю я.

А всё потому, что дракон уже добрался до края рубашки и ловко расстёгивает пуговицы. Одна за другой они выскальзывают из петелек, и через несколько мгновений я оказываюсь по пояс обнажённой под Ноктисом.

– Действительно в порядке, – довольно урчит дракон, впиваясь поцелуем в грудь.

С губ срывается стон, а тело обжигает огнём, когда я выгибаюсь навстречу удовольствию. Запускаю пальцы в волосы Ноктиса, прижимая дракона к себе и безмолвно прося продолжить ласки. Новый стон пролетает по спальне, когда умелые пальцы Ноктиса ныряют под резинку моих шорт и касаются чувствительных мест.

– Нравится? – хрипло интересуется мой любовник.

– Разденься, – прошу я в ответ.

Мне хочется отвечать ему тем же удовольствием, что он дарит мне. Хочется гладить, целовать и ласкать дракона. Ноктис выполняет мою просьбу с явным нетерпением. Рубашку он почти срывает, несколько пуговиц с жалобным стуком отлетает в сторону. Меня пробирает смехом, который гаснет, когда пряжка ремня на брюках дракона угрожающе щёлкает.

– Смешно тебе? – ухмыляется Ноктис, накрывая меня собою. – А раньше ты так не веселилась.

– Раньше мы спали с тобой на вашей территории.

– Какая разница?

– Большая, – тянусь к нему, запечатывая рот поцелуем. – Здесь ты на моей территории.

– С тобой любое место – наше, – отвечает Ноктис со странными нотками в голосе.

– Эй, – настораживаюсь я. Смотрю в тёмные глаза дракона и не могу понять, какие эмоции в них вижу. – Мы же договорились, да? Это ничего не значит, да?

– Как скажешь, – слишком покладисто отвечает дракон.

Но возразить я не успеваю. Ноктис целует меня так, что остатки здравого смысла вылетают из головы, оставляя только чувственность и удовольствие. Тугое проникновение, одно дыхание на двоих, затуманенный взгляд и мгновение единения – это то, что мне так нужно. Это то, что я не хочу делить ни с кем, кроме Ноктиса. Но это же и пугает меня. Не секс, а само желание быть только с драконом.

– Лери… – зовёт меня Ноктис, поглаживая по плечу.

– Не надо, – прошу я, зная, о чём он хочет поговорить. – Всё же хорошо.

Я лежу у него на груди и жмурюсь в блаженстве, ловя фантомные вспышки удовольствия в теле. В голове лёгкость и никаких проблем.

– Ну раз не хочешь о нас, давай о Вендале, – предлагает дракон, а я чувствую, как напрягается мощное тело подо мной. – Что между вами было?

– Ничего, – резко отвечаю я.

– Уверена? – тихо спрашивает Ноктис.

– Ты хочешь знать, был ли он у меня первым? – Взмахнув гривой волос, я резко поднимаюсь и усаживаюсь на постели.

Обернув вокруг себя одеяло, смотрю на дракона со смесью злости и обиды. Ну да, я не девочка, но это же не значит, что сплю с каждым встречным!

– Лери, не надо додумывать то, чего нет, – ровно отвечает дракон, обжигая меня взглядом, в котором я легко читаю ревность.

– О нет, вот этого нам не надо, – прищурившись, цежу я. – Мы же с тобой на берегу договорились. Только дело и секс.

– О чём ты? – с холодностью интересуется Ноктис, чуть склонив голову набок.

– О ревности этой твоей. Нокт, ну я же вижу…

– То, чего нет, – перебивает меня дракон. – Да и какая разница? Что плохого в капельке ревности?

– Ревность ведёт к собственническим выходкам. А я тебе не принадлежу, – говорю и внезапно ощущаю боль от своих же слов.

Раньше подобные замашки парней бесили, а вот сейчас почему-то хочется, чтобы Ноктис меня себе… Что? Присвоил?

– Не стоит пугаться собственных мыслей, – успокаивающе произносит дракон, легко считав мои эмоции. – Я не претендую на твою свободу, но признаю: его мудейшество меня бесит. Бесят его поползновения в твою сторону. А сейчас меня настораживает твоя реакция. Тебя кто-то принуждал к отношениям?

Молчу долю мгновения. Просто слова Ноктиса такие честные и прямые, что я слегка ошарашена.

– Если мы говорим начистоту, – говорю севшим от волнения голосом, – то я не помню. Не помню, что у меня было с Вендалом. С другим – помню, с принцем – нет.

– Но ведёт он себя так, будто всё было, – договаривает за меня Ноктис, а в его сощуренных глазах мелькают аметистовые искры.

– Но я этого не чувствую, – прижав ладонь ко лбу, бормочу я. – В смысле, если бы что-то было, то какие-то фантомные прикосновения, воспоминания… Они же должны быть? Ноктис?

– Я не знаю, Лери, – со вздохом отвечает дракон и, протянув руку, роняет меня обратно к себе на грудь. Ласковыми движениями массирует мне голову, заставляя тихонько мурлыкать от удовольствия. – Я уже говорил, твоя ситуация далека от стандартной. Кто-то сделал всё, чтобы любое ментальное вторжение выжгло воспоминание о кукловоде из твоей памяти.

– Я не помню ничего, что связано с Вендалом, – шепчу я.

– И тем не менее это не делает его нашей целью. Однако меньше бесить меня он не перестаёт.

– Почему ты думаешь, что кукловод не Вендал? – осторожно ухожу я со скользкой темы.

– Потому что это топорно и слишком явно, – продолжив гладить меня, делится мыслями Ноктис. – Слишком явный тычок в его сторону. Зная повадки нашего противника, я делаю вывод, что стирание Вендала из твоих воспоминаний – это лишь обманный манёвр.

– Или же Вендал специально это сделал, чтобы мы так подумали, – предполагаю я.

– Или же так, – задумчиво соглашается со мной Ноктис.

На какое-то время в спальне повисает тишина. Дракон о чём-то думает, в моей же голове пусто и легко. Ни тревог, ни страхов, ни метаний. Идеально.

– И всё же почему ты так боишься привязанностей? – спрашивает Ноктис, чем портит всё.

– А-а-арх, – рычу я в бессилии и одним резким движением поднимаюсь с кровати. Разыскиваю нижнее бельё и пижаму. – Вот зачем тебе?

– Интересно, – хмыкает Ноктис с бесстрастным видом. – Я, конечно, красавчик, и поклонниц у меня всегда в достатке. Но впервые у меня девушка, которая не требует никаких продолжений. Более того, настаивает на том, что между нами только секс.

– Я тебе не девушка, – злюсь я, прыгая на одной ноге и надевая шорты. Выпрямившись, быстро надеваю рубашку и строго смотрю на дракона. – Мы партнёры, любовники. Но точно не парочка.

– Да как скажешь, – фыркает Ноктис, продолжая следить за моими движениями.

Причём в глазах у него бесячие смешинки скачут. Весело ему.

– Я не отношений боюсь, – остановившись посреди спальни, признаюсь я. – А того, что обязательно последует за ними.

В этот момент я чувствую себя максимально уязвимой, а потому прячу взгляд, устремляя его в пол.

– Лери…

Шёпот Ноктиса и скрип кровати под его телом заставляют меня вздрогнуть. Я чувствую дракона. Не телом – душой. Его эмоции, сожаление и щемящая сердце нежность делают ещё больнее, ведь я знаю, что это закончится. Он остынет, его призовёт долг, и Ноктис покинет меня. Ведь даже будучи драконом без зверя, Ноктис Феллард занимает важную должность в Валестии. А я… Я просто ущербная дочь Ночи.

– Нокт, не надо, – прошу я, выставив руки, но дракон обнимает меня, ломая всякое сопротивление. – Не надо меня жалеть.

– А я и не жалею, – произносит он в ответ, заставляя внутренне сжаться. – Такой, как ты, жалость не нужна. Я лишь…

Громкий стук в дверь прерывает речь Ноктиса. И я не понимаю, рада этому или расстроена. Очень хочется услышать финал, но в то же время и страшно. Но голос по ту сторону порога не оставляет нам выбора.

– Лери, дитя моё, можно тебя? – деликатно спрашивает дядюшка Сайрус.

– Что ему тут нужно? – шипит дракон, напрягаясь всем телом.

Всем голым и великолепно вылепленным телом.