Читать книгу "Битва за Кавказ"

Масленников, работавший в 1936–1941 годах на руководящих должностях в НКВД, подчас напрямую обращался к Берии и нередко игнорировал указания командующего фронтом. После падения Берии в 1953 году советские военачальники прямо обвиняли Масленникова в некомпетентности и в том, что он допустил немцев на Клухорский перевал и Эльбрус. В 1954 году после начала расследований в МВД Масленников, опасаясь разоблачений, застрелился.

10 августа

Гитлеровские войска овладели Майкопом (город был освобожден 29 января 1943 года), Белореченской (в ее районе был плацдарм на левом берегу Белой) и вышли к реке Кубань. В Майкопе гитлеровцы надеялись захватить горючее и нефть. Ни того ни другого в городе уже не было. Все запасы сырья были вывезены или сожжены, скважины забиты, нефтеперегонные заводы взорваны или эвакуированы.

Кстати, близ захваченного врагом Майкопа пять партизанских отрядов объединились, отбили у оккупантов несколько населенных пунктов, восстановили советскую власть. Немцы здесь больше не появлялись.

10 августа Ставка Верховного Главнокомандования указала маршалу Буденному: «В связи с создавшейся обстановкой самым основным и опасным для Северо-Кавказского фронта и черноморского побережья в данный момент является направление от Майкопа на Туапсе. Выходом противника в район Туапсе 47-я армия и все войска фронта, находящиеся в районе Краснодара, окажутся отрезанными и попадут в плен… ни в коем случае, под вашу личную ответственность, не пропустить противника к Туапсе».

Для этой цели предполагалось использовать силы 18-й армии и 17-го Кубанского корпуса. Одновременно 12-й армии была поставлена задача обеспечить стык 18-й и 56-й армий. 47-я армия перемещалась в район Новороссийска, оставляя Таманский полуостров морской пехоте. Кораблями Черноморского флота из Закавказья перебрасывались 236-я и 32-я гвардейские дивизии с задачей занять дорогу от Майкопа на Туапсе.

Между тем противник продолжал наступление двумя ударными группами: силами 16-й моторизованной и 101-й легкопехотной дивизий на Апшеронский, Нефтегорск и силами 13-й танковой, 97-й легкопехотной дивизий и дивизии СС «Викинг» на Кабардинскую, Хадыженскую, пытаясь окружить войска 18-й армии.

Сталин в телеграмме командующему Северо-Кавказским фронтом С. М. Буденному пишет: «Государственный комитет обороны крайне недоволен тем, что от Вас нет регулярной информации о положении на фронте. О потерях территории Северо-Кавказского фронта мы узнаем не от Вас, а от немцев. У нас получается впечатление, что Вы, охваченные паникой, отступаете без пути, и неизвестно, когда наступит конец Вашему отступлению». Кавалерист Буденный, верный соратник Сталина, возведенный советской пропагандой в чуть ли не единственного героя Гражданской войны, на всех постах, начиная с июля 1941 года, продемонстрировал полное отсутствие талантов полководца и неумение приспособиться к новой стратегии войны. Наконец это понял и Сталин. Буквально через несколько дней Буденный был отстранен от командования фронтом и больше уже никогда не получал командных должностей.

11 августа

В районе Краснодара продолжаются ожесточенные бои. Краснодарский оборонительный рубеж подготовлен не был, часть подразделений оказалась вообще без боеприпасов, и войска были выведены за реку Кубань. Оставшиеся части вплоть до 12 августа вели ожесточенные уличные бои. Только по прямому приказу командования последние подразделения отошли за Кубань, взорвав за собой Пашковскую переправу.

Из дневника Франца Гальдера:

Группа армий «А». Сопротивление противника усиливается. Наши войска развертываются для действий на более широком фронте.

12 августа

Советские войска оставили Краснодар (город будет освобожден 12 февраля 1943 года). Противник продолжил наступление на Моздок – Грозный.

С 1 по 12 августа Ставка произвела перегруппировку войск Закавказского фронта. Одновременно из резерва Ставки были выделены два гвардейских стрелковых корпуса (10-й и 11-й) и в течение августа еще 11 стрелковых бригад. С советско-турецкой границы и побережья Черного моря на рубеж Терек – Урух были переброшены пять стрелковых дивизий, три стрелковые и одна танковая бригада, три артиллерийских полка, бронепоезд и несколько других частей.

От устья Терека до Червленной оборона поручалась 44-й армии под командованием генерал-майора А. А. Хрящева (со 2 августа – генерал-майора Петрова). Армия имела в своем составе шесть стрелковых дивизий. От Червленной до Майского и далее по реке Урух оборона поручалась войскам армейской группы под командованием генерал-лейтенанта В. Н. Курдюмова в составе четырех стрелковых дивизий и 11-го гвардейского корпуса (вскоре эти войска приняло в свое подчинение управление 9-й армии). Особое внимание обращалось на прикрытие подступов к Грозному, Орджоникидзе, Военно-Грузинской и Военно-Осетинской дорогам.

Оборона Главного Кавказского хребта от Мамисонского перевала до побережья Черного моря возлагалась на войска 46-й армии, которой командовал генерал-майор В. Ф. Сергацков. Второй оборонительный рубеж создавался по реке Сулак. Его занимала 116-я стрелковая дивизия. Кроме того, в глубине создавался оборонительный рубеж от Махачкалы до Буйнакска и тыловые рубежи по реке Самур в районе Дербентских ворот. Для обороны крупных административных и промышленных центров формировались оборонительные районы, основу войск в них составляли дивизии НКВД.

45-я армия генерал-лейтенанта Ф. Н. Ремезова и 15-й кавалерийский корпус прикрывали государственную границу с Турцией и коммуникации в Иране.

Из дневника Франца Гальдера:

Группа армий «А». Все усиливающееся сопротивление противника на северных склонах Кавказа (у Краснодара и в других местах).

В газете «Красная звезда» опубликовано стихотворение Алексея Суркова «Ненавижу!», которое заканчивалось следующими строками:

…Стало сердце, как твердый камень.

Счет обиды моей не мал.

Я ведь этими вот руками

Трупы маленьких поднимал…

Ненавижу я их глубоко

За часы полночной тоски

И за то, что в огне до срока

Побелели мои виски…

Осквернен мой дом пруссаками,

Мутит разум их пьяный смех,

Я бы этими вот руками

Задушил их, проклятых, всех.

13 августа

У немецкого солдата Иозефа найдено неотправленное письмо к сестре Сабине. В письме говорится: «Сегодня мы организовали себе 20 кур и 10 коров. Мы уводим из деревень все население – взрослых и детей. Не помогают никакие мольбы. Мы умеем быть безжалостными. Если кто-нибудь не хочет идти, его приканчивают. Недавно в одной деревне группа жителей заупрямилась и ни за что не хотела уходить. Мы пришли в бешенство и тут же перестреляли их. А дальше произошло что-то страшное. Несколько русских женщин закололи вилами двух немецких солдат… Нас здесь ненавидят. Никто на родине не может себе представить, какая ярость у русских против нас».

15 августа

Советские войска оставили Пятигорск и Элисту.

Немецкие войска после ожесточенных боев овладели Клухорским перевалом через Главный хребет Большого Кавказа на Военно-Сухумской дороге, в 80 километрах северо-восточнее Сухуми. Вот-вот мог быть взят и Марухский перевал. Однако прорваться к Черному морю гитлеровцам не удалось, но Клухорский перевал они удерживали до января 1943 года. С. М. Штеменко в своей книге «Генеральный штаб в годы войны» писал: «Допущенные оплошности исправлялись в самом спешном порядке. Срочно формировались и направлялись на защиту перевалов отряды из альпинистов и жителей высокогорных районов, в частности, сванов… В горы выдвигались также вооруженные рабочие отряды». Об обстановке в Северной группе войск Закавказского фронта Штеменко писал: «Ахиллесовой ее пятой была слабая вооруженность. Например, 417-я стрелковая дивизия (штатная численность в военное время 12 тысяч человек. – Ред.) по состоянию на 10 августа имела всего 500 винтовок. 151-я дивизия была вооружена наполовину, да и то винтовками иностранных марок. Одна из стрелковых бригад оказалась вооруженной такими же винтовками лишь на 30 процентов и совсем не располагала пулеметами и артиллерией… Клухорский перевал противнику удалось взять коротким внезапным ударом. В штабе 46-й армии узнали об этом только на третий день».

16 августа

Из дневника Франца Гальдера:

Потери с 22.06.1941 по 10.08.1942 на Востоке (не считая больных) – 1 472 765 человек.

Обстановка южнее Дона, в предгорьях Кавказа: медленное, но безостановочное продвижение вперед при упорном сопротивлении вражеских арьергардов. Противник отходит через отроги Северного Кавказа к Черному морю. Следует ожидать сопротивления под Орджоникидзе. Противник подбрасывает свежие силы от Баку на Махачкалу.

В районе Краснодара немцы под прикрытием авиации и артиллерии пытались навести переправы через реку Кубань. Советские летчики разрушили переправы и нанесли удары по танкам и мотопехоте противника. Переправившиеся через реку 150 немецких автоматчиков окружены и уничтожены.

В районе Майкопа наши войска отбили атаку противника и уничтожили 11 немецких танков, 24 автомашины и свыше 400 гитлеровцев.

17 августа

Завершилась Армавиро-Майкопская операция. Войска Северо-Западного фронта остановили наступление 1-й танковой и 17-й полевой армий противника на рубеже Самурская – Хадыженская – южнее Ключевой и Ставропольской. Противник продвинулся с 6 августа на 100–120 километров.

После отхода к предгорьям советские войска силами 18, 12 и 56-й армий к 17 августа закрепились на рубеже Хамышки – Самурская – Нефтегорск – Кабардинская – Дубинин – Ставропольская – Азовская.

47-я армия отошла к Новороссийску на рубеж Шапсугская – Крымская – Троицкая – Славянская – Петровская.

Между 47-й и соседней с ней 56-й армией к этому времени образовался разрыв от Абинской до Азовской протяженностью около 40 километров, который не был прикрыт войсками.

Стремясь объединить усилия войск и флота для обороны Новороссийска и Таманского полуострова, командующий Северо-Кавказским фронтом 17 августа создал Новороссийский оборонительный район (НОР), в который вошли войска 47-й армии (две стрелковые дивизии и две бригады), 216-й стрелковой дивизии из состава 56-й армии, Азовская военная флотилия, Темрюкская, Керченская, Новороссийская военно-морские базы и сводная авиационная группа.

Командование НОР поручалось генерал-майору Г. П. Котову. Его заместителем по морской части был назначен командующий Азовской флотилией контр-адмирал С. Г. Горшков. Им была поставлена задача не допустить прорыва противника к Новороссийску как с суши, так и с моря. Оборону с суши должна была осуществлять 47-я армия совместно с морской пехотой. Защита базы с моря возлагалась на береговую артиллерию, корабли военно-морской базы и авиацию флота.

В районе Краснодара наши части отбивали атаки крупных сил немецко-фашистских войск. На одном участке отряд казаков внезапным налетом разгромил группу противника, переправившуюся на южный берег реки. Зарублено и потоплено в реке до 200 гитлеровцев.

В районе Минеральных Вод наши войска вели тяжелые бои с танками и мотопехотой противника. В ходе этих боев уничтожено три немецких танка, 17 автомашин и не менее 250 гитлеровцев.

Из дневника Франца Гальдера:

Кавказ. Медленное продвижение на западе, выход к горному хребту в центре, стабилизация фронта на востоке.

18 августа

Начались бои 46-й армии Закавказского фронта, части которого прикрывали перевалы центральной части Главного Кавказского хребта от перевала Мамисонского на Военно-Осетинской дороге до перевала Хокуч северо-восточнее Лазаревской, с частями 49-го горнострелкового корпуса противника. Немцы, уже захватившие Клухорский перевал, взяли и перевалы Санчаро, Марухский и начали продвигаться на южные склоны Главного Кавказского хребта. Как написано в «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза» (1961), «противнику удалось захватить перевалы потому, что их оборона была организована неудовлетворительно. Командование и штаб Закавказского фронта считали, что перевалы недоступны для противника, и потому не уделили необходимого внимания их укреплению». И. В. Тюленев, командовавший тогда Закавказским фронтом, писал в своих воспоминаниях, что «лишь вмешательство Ставки (читай: Сталина. – Ред.) исправило нашу ошибку».

Немцы собирались завоевать нефтеносные районы Грозного и Баку.

Клейст перебросил под Моздок две дивизии 40-го танкового корпуса: из района Армавира 13-ю танковую дивизию генерал-майора Герра, из района Нальчика – 3-ю танковую дивизию генерал-майора Брайта. На Моздокское направление выдвигались также 111-я пехотная дивизия генерал-майора Рюкнагеля и 370-я пехотная дивизия под командованием генерал-майора Клеппа, входившие в состав 52-го армейского корпуса. На Нальчикском направлении оставались 23-я танковая генерала фон Макка и 2-я румынская горнострелковая дивизии.

19 августа

Немецкие войска начали наступление из района Краснодара на станицу Крымскую и 20 августа вышли к передовому рубежу Новороссийского оборонительного района. Началась оборона Новороссийска (по 26 сентября). В составе Новороссийского оборонительного района насчитывалось около 15 тысяч человек. Немцы выделили для захвата города пять дивизий. Город к обороне готов не был; к середине августа готовность оборонительных рубежей составляла лишь 20 процентов.

Войска Новороссийского оборонительного района, ослабленные в предыдущих боях, уступали в численности противнику: по артиллерии и минометам в семь раз, по пехоте в четыре раза, по танкам и авиации в два раза.

Из дневника Франца Гальдера:

На Кавказе продвижение только на отдельных участках.

20 августа

Берия находился на Кавказе и оттуда доносил Сталину, что изымает чеченцев и ингушей из воинских частей, как не заслуживающих доверия. По просьбе Берии в этот день Сталин отдал распоряжение: «Командующему Закавказским фронтом т. Щаденко. 1. Изъять из состава 61-й стрелковой дивизии 3767 армян, 2721 азербайджанца и 740 человек дагестанских народностей… 2. Изъятых из 61-й дивизии армян, азербайджанцев и дагестанских народностей направить в запасные части Закавказского фронта, а некомплект в личном составе, полученный в дивизии в результате изъятия, покрыть из ресурсов фронта за счет русских, украинцев, белорусов».

Южнее Краснодара наши войска вели напряженные оборонительные бои с танками и мотопехотой противника. Немцы предприняли несколько ожесточенных атак и потеснили наши части.

В районе Пятигорска наши войска окружили и уничтожили колонну противника. На поле боя осталось 350 вражеских трупов, шесть сожженных танков и 13 автомашин.

21 августа

На Новороссийском направлении немцы продолжали наступать на Крымскую силами 5-го армейского корпуса из района Абинской и частью сил румынского кавкорпуса из Троицкой. В этот же день командующий 47-й армией Северо-Кавказского фронта перебросил в район Крымской 83-ю морскую стрелковую бригаду, до этого охранявшую побережье. Тем не менее к концу дня советские войска оставили Абинскую и Крымскую.

Создалась угроза прорыва противника через перевалы. В связи с этим, по решению адмирала Горшкова, из личного состава тыловых частей, экипажа, плавсредств флотилии и Новороссийской ВМБ были сформированы отряды морской пехоты общей численностью около тысячи человек и направлены на перевалы Бабича, Кабардинский, Волчьи Ворота и на дорогу Абрау-Дюрсо, где в этот период не было частей 47-й армии. Частям НОР удалось приостановить дальнейшее продвижение противника.

На Эльбрусе водружен немецкий флаг.

В ночь на 17 августа отряд немецких военных альпинистов отправился с перевала Хотютау на склоны Эльбруса к «Приюту Одиннадцати» и к метеорологической станции. Оттуда 21 августа группа альпийских стрелков под командованием капитана Грота совершила восхождение к Эльбрусу и водрузила на обеих его вершинах флаг дивизии. Однако вместо благодарности немецкие альпинисты получили взыскание. Дело в том, что Гитлер хотел видеть на высочайшей вершине Европы флаг со свастикой. Им ничего другого не оставалось, как подняться еще раз на высоту 5642 метра и поставить нужный флаг.

Это достижение министерство пропаганды представило как знак неминуемого покорения Кавказа. Вершину горы предполагалось назвать «Пик Гитлера». Немецкие газеты писали: «На высшей точке Европы, вершине Эльбрус, развевается германский флаг, скоро он появится и на Казбеке. Покоренный Эльбрус венчает конец павшего Кавказа».

22 августа

Германское командование, сменив 5-ю румынскую кавалерийскую дивизию, понесшую большие потери, свежей 9-й кавдивизией, с рассветом 22 августа возобновило наступление на Темрюк. Вечером следующих суток по приказу командования защитники Темрюкской ВМБ оставили город и отошли на Таманский полуостров.

Создан Туапсинский оборонительный район из частей Черноморской группы войск Закавказского фронта и Туапсинской военно-морской базы. Командующий – контр-адмирал Г. В. Жуков.

Из сводки Совинформбюро:

В районе Клетской наши войска вели активные боевые действия против немецко-фашистских войск. На отдельных участках наши части перешли в контратаки и выбили противника из опорных пунктов. Гвардейская часть, где командиром тов. Грязнов, захватила 25 пулеметов, 15 минометов, 500 гранат, 125 тысяч патронов, другие трофеи и пленных. Стремясь вернуть потерянные позиции, противник предпринял несколько контратак, во время которых потерял убитыми и ранеными до 400 солдат и офицеров.

23 августа

Под Новороссийском 22 и 23 августа 103-я стрелковая бригада Северо-Кавказского фронта вела оборонительные бои на рубеже Неберджаевская – Нижнебаканская – Горно-Веселый.

Немцам удалось захватить Неберджаевскую, а затем и Нижнебаканскую. Однако попытки развить наступление вдоль шоссе Верхнебаканский – Новороссийск были отбиты.

23 августа немцы силами 3-й и 13-й танковых и 111-й пехотной дивизий перешли в наступление непосредственно на Моздок. Здесь их встретил отряд майора Корнеева и курсанты Ростовского артиллерийского училища совместно с частями 26-й запасной стрелковой бригады. Двое суток они вели ожесточенные бои, но под давлением превосходящих сил противника вынуждены были оставить Моздок.

После захвата Моздока немцы пытались в первую очередь овладеть переправами через Терек и обеспечить себе исходный плацдарм для дальнейшего наступления в направлении Орджоникидзе.

24 августа

В Закавказье введено военное положение.

Войска 47-й армии и части морской пехоты приостановили наступление противника на Новороссийск и Анапу.

Из дневника Франца Гальдера:

У 17-й армии небольшие изменения; местные успехи под Новороссийском. У 1-й танковой армии несущественные изменения. 4-я танковая армия разгромила стоящего перед ней врага и теперь перегруппировывается для наступления на север. Затруднения с горючим.

Берлинское радио сообщало:

На Восточном фронте за последние 24 часа произошли события, которые окажут решающее влияние на исход войны. Советам нанесен новый сокрушительный удар, последствия которого до сих пор еще не могут быть по-настоящему оценены. Германские войска захватили Краснодар и Моздок. Потеря этих двух крупнейших промышленных городов окажет огромное влияние на общее военное положение.

25 августа

Немцы 25 августа начали наступление на юг – вдоль железной дороги Прохладный – Орджоникидзе. Однако все попытки прорвать оборону на этом участке успеха не имели.

К исходу августа немцы вышли к левому берегу рек Терек и Баксан и приступили к подготовке удара из Моздока на Малгобек.

Сформирована 58-я армия Северо-Кавказского фронта под командованием генерал-майора В. А. Хомченко, составившая второй эшелон Северной группы войск. В эту армию вошли 317, 328, 337-я стрелковые дивизии, Махачкалинская стрелковая дивизия НКВД, 136-й артиллерийский и 1147-й гаубичный артполки.

26 августа

Советское правительство приняло постановление об учреждении должности заместителя Верховного Главнокомандующего и о назначении на этот пост генерала армии Георгия Константиновича Жукова с освобождением от должности командующего войсками Западного фронта. Жукову сообщили об этом 27 августа и немедленно приказали выехать в Москву.

Полковой комиссар Синявский, выезжавший с проверкой в 18-ю армию Южного фронта (с 27 июля 1942 года в составе Северо-Кавказского фронта), докладывал заместителю начальника Главного политуправления РККА Шикину: «Работники политуправления армии Емельянов, Брежнев, Рыбанин, Башилов не способны обеспечить соответствующий перелом к лучшему в настроениях и в поведении (на работе и в быту) у работников политуправления фронта… По словам полкового комиссара тов. Крутикова и старшего батальонного комиссара тов. Москвина, и другие работники подвержены в своей значительной части беспечности, самоуспокоенности, панибратству, круговой поруке, пьянке и т. д.». Где-то в том же 1942 году в личное дело начальника политуправления 18-й армии Л. И. Брежнева была подшита такая характеристика: «Черновой работы чурается. Военные знания – весьма слабые. Многие вопросы решает как хозяйственник, а не как политработник. К людям относится не одинаково ровно. Склонен иметь любимчиков». Однако это не помешало Брежневу стать в скором времени начальником Политуправления 4-го Украинского фронта.

27 августа

Немцы были остановлены под Клухором и на Марухском перевале. Дальнейшие боевые действия свелись к выдавливанию их с южных склонов обратно. Ожесточенные бои развернулись от Приэльбрусья до самой дороги на Туапсе.

Советским частям, без боя отдавшим северные склоны хребта, теперь приходилось наступать снизу вверх. «Мы часто наступали в лоб, – пишет И. В. Тюленев, – а не в обход, что особенно пагубно в горной войне. Допускалась беспечность при расположении войск в обороне. Все это приводило к печальным последствиям. Кроме того, первое время наши войска занимали лощины или перевалы и оставляли без прикрытия соседние высоты. Это давало возможность противнику без боя занимать их, а затем фланкирующим огнем выбивать наши части с выгодных позиций… Боевые действия в горах многому нас научили, обогатили наш фронтовой опыт».

Из дневника Франца Гальдера:

Группа армий «А». Местные успехи на Северном Кавказе.

28 августа

В приказе командующий Северной группой войск Закавказского фронта генерал-лейтенант И. И. Масленников объявил благодарность всему личному составу 19-го и 20-го бронепоездов и отметил их действия как «пример храбрости, отваги и непоколебимого упорства, проявленных в бою с немецкими оккупантами».

Бой происходил у разъезда Екатериновский на западной окраине Моздока. На несколько часов воины земных дредноутов смогли остановить танковый прорыв гитлеровцев. В ходе боя повреждения ходовой части поездов от танковых снарядов были настолько сильны, что оба бронепоезда были обездвижены. Тогда оставшиеся в живых члены экипажей продолжили сражаться гранатами и личным оружием, схватка доходила до рукопашной. Всего за день боев бронепоездами Моздокской группы было уничтожено 18 немецких танков и несколько сотен человек пехоты противника. Из состава двух экипажей (около 220 человек) в живых осталось только 42 человека. За беспримерный подвиг многие члены экипажей этих поездов были награждены орденами и медалями, в том числе капитан С. Н. Бородавко и политрук Г. Р. Абрамов награждены орденом Ленина (оба посмертно), старший сержант Е. В. Савин – орденом Красной Звезды, капитан И. П. Кучма – орденом Отечественной войны II степени, лейтенант Н. Н. Таджиев и младший лейтенант И. А. Цуканов – медалями «За отвагу».

29 августа

Перебросив с Туапсинского направления в район Крымской 125-ю пехотную дивизию 57-го танкового корпуса, немецкие войска 29 августа вновь перешли в наступление. На этот раз, отказавшись от лобовых атак, они прорывались к Новороссийску в обход с северо-запада, через Натухаевскую, силами 125-й пехотной дивизии генерала Фрибе и через Верхнебаканский, где действовала 73-я пехотная дивизия. Второй удар 9-я дивизия генерала Шлейница наносила с севера – из Неберджаевской на Мефодиевский.

30 августа

Из сводки Совинформбюро:

Южнее Краснодара бойцы одной нашей части нанесли контрудар противнику. В результате боя захвачены у неприятеля четыре противотанковых орудия, 15 минометов, 12 пулеметов, 12 тысяч патронов, винтовки, ручные гранаты и другое вооружение. Гитлеровцы потеряли только убитыми свыше 200 солдат и офицеров.

В районе Прохладного упорный бой происходил около одного населенного пункта. Наши войска сломили сопротивление противника и заняли этот населенный пункт. Подбито и сожжено девять немецких танков. Противник потерял в этом бою до батальона пехоты.

Из дневника Франца Гальдера:

Войска северного крыла группы армий «А» успешно продвигаются на Новороссийск.

31 августа

Гитлеровцы, прорвавшись под Новороссийском, овладели Анапой. Оборонявшие Таманский полуостров части советской морской пехоты оказались отрезанными от основных сил. Морякам пришлось выделить часть сил для прикрытия Восточного направления, ослабив оборону побережья Керченского пролива.

Изоляция советских частей на Таманском полуострове вынудила приступить к выводу кораблей Азовской флотилии в Черное море. Прорыв судов через Керченский пролив протекал в очень тяжелых условиях. Пролив был сильно минирован, простреливался немецкой артиллерией и подвергался воздействию авиации. С 3 по 29 августа из 217 судов, направленных в Черное море, при прорыве через пролив погибли 107 катеров и вооруженных сейнеров. Кроме того, 14 кораблей были взорваны в азовских базах из-за невозможности вывести их в море.

Южнее Краснодара наша кавалерийская часть напала в тылу противника на подходившую к фронту колонну немецкой пехоты. Казаки в короткой схватке порубили до 300 гитлеровцев и сожгли 20 грузовых автомашин с боеприпасами и военным имуществом. В этом бою особенно отличились разведчики сержант Моисеенко, курсант Постников и группа бойцов под руководством тов. Бочкарева и Алешина.

1 сентября

В ночь на 1 сентября войска 1-й немецкой танковой группы армий «А» нанесли отвлекающие удары восточнее Моздока. Началась Моздок-Малгобекская оборонительная операция Северной группы войск Закавказского фронта, продолжавшаяся до 28 сентября. Бои были очень напряженными, о чем свидетельствуют фронтовые сводки 176-й стрелковой дивизии. Например, «17 сентября 1942 года немцы предприняли четыре танковые атаки, бросив против наших подразделений около 80 танков в сопровождении десантных групп автоматчиков и пулеметчиков… 20 вражеских танков и до двух рот живой силы врага было уничтожено в этом бою». Но в ходе упорных боев советские войска не дали прорваться противнику к нефтяным районам Кавказа.

Ставка преобразовала войска Северо-Кавказского фронта в Черноморскую группу и передала ее в состав Закавказского фронта. В группу вошли войска 12, 18, 47 и 56-й армий, 4-й гвардейский кавалерийский корпус.

В связи с выходом немецко-румынских войск к внешнему обводу оборонительного района командующий фронтом приказал главные силы 47-й армии сосредоточить на направлении Неберджаевской и Верхнебаканского.

Из резерва фронта в армию передавалась 318-я стрелковая дивизия под командованием полковника В. А. Вруцкого.

Из сводки Совинформбюро:

Южнее Краснодара наша кавалерийская часть при поддержке танков отбила атаку противника и, перейдя в контратаку, заняла населенный пункт. На поле боя осталось до 200 трупов немецких солдат и офицеров. В горном проходе уничтожен отряд немецких автоматчиков. На другом участке наши минометчики произвели огневой налет на скопление противника и уничтожили восемь автомашин, три орудия и более 100 гитлеровцев.

Немцам ценой больших потерь удалось занять несколько высот и два населенных пункта. Подвижные группы наших бойцов контратаковали противника и восстановили первоначальное положение. В результате этого боя уничтожено шесть танков, 15 автомашин и до роты пехоты противника. На другом участке советские войска под давлением численно превосходящих сил противника отошли на новые позиции.

Вот как вспоминал о начале боев за перевалы участник тех событий А. П. Иванченко: «Пятнадцатого августа полк получил приказ выступать. Поздно вечером мы прошли мимо села Захаровка и остановились на ночлег в долине с редким кустарником. Это был последний наш отдых, а затем двое суток готовились к боям: получали боеприпасы, лошадей, ишаков, вьючные седла для них. Получили сухой паек – по нескольку килограммов сухарей, по 800 граммов селедки и 300 граммов сахара на человека. Нам сказали, что это на десять суток. Уже через несколько суток припасы кончились, и каждый питался тем, что находил в лесу и на полянах.

Но еще хуже пришлось нам, когда взошли на лед. Дышать тяжело – воздух разреженный, холодно, голодно. Ноги у всех потертые. Английских хваленых ботинок с толстыми подошвами едва хватило на этот переход: кожа подошв была гнилой, как пробка, и разваливалась на глазах. Многие из нас остались в одних портянках, так как снабжение в те первые дни еще не было налажено.

Перевал встретил нас сурово. Темно, кругом голые камни, костры не развести, нет и еды. Шинели и пилотки уже не грели. Выставили караул и стали коротать время до утра. На другой день нам повезло: какой-то чабан из местных жителей, фамилии его сейчас не помню, пригнал к нам отару овец, которую ему чудом удалось спасти от немцев. Он сказал, что при этом погибли три его товарища. Нам выдали по килограмму или полтора баранины. Варить или жарить было негде, ели сырое мясо. Утром первого сентября мы пошли за перевал».

2 сентября

Войска 1-й танковой армии противника форсировали Терек южнее Моздока и вклинились в оборону советских войск на глубину до 12 километров. 3 сентября войска 9-й армии и 11-го гвардейского стрелкового корпуса при поддержке 4-й воздушной армии отбросили противника на моздокском направлении на девять километров к северу. Однако немцы не оставляли надежды прорваться в долину Алхан-Чурт.

Перед 1-й танковой армией Клейста была поставлена задача по захвату Малгобека, а затем Грозного и Баку. За армией Клейста следовало пять тысяч специалистов и квалифицированных рабочих, которые после взятия Малгобека должны были начать эксплуатацию промышленности нефтяных скважин. Генерал Клейст отдал приказ штурмовать Малгобек внезапным ударом, чтобы нефтепромыслы остались целыми, и немедленно организовать добычу нефти, столь необходимую фашистской армии. Но их надежды не оправдались. Более двух недель шли упорные бои в районе Малгобека. Город несколько раз переходил из рук в руки, и в итоге был захвачен немцами. Однако они не смогли развить наступление в направлении Грозного и перешли к обороне.