Текст книги "Тени Салема"

Глава 5

Утро выходного дня омрачилось дождем. Он лил как из ведра и не собирался прекращаться ни на минуту. Небо затянуло серыми тучами, и в комнате было темно и серо.

Я посмотрела на часы, которые показывали без четверти десять. Встав с постели, я приняла душ и, напялив свои любимые голубые джинсы и черный свитер, спустилась вниз.

Джейсон растапливал камин, а Дэйв смотрел телевизор, развалившись на диване.

– Прохладно сегодня, – улыбнулась я. В ответ тишина. Дэйв даже не пошевелился, а опекун продолжал возиться в камине. Очень дружелюбно.

Я не стала настаивать на разговоре. К тому же эта парочка, видимо, опять переругалась. Так что я взяла утреннюю газету и с серьезным видом уселась в кресло. Первый же заголовок вызвал у меня шок.

«Общество защиты древней культуры Салема собирает свой второй клуб». И все бы ничего, если бы на фото членов этого общества не красовалась Джейнсинтия. Она стояла прямо посредине и улыбалась, позируя фотографу.

– Джейсон, ты знаешь кто это?! – Подбежала я к опекуну и практически ткнула в его лицо газетой.

– Где конкретно? – Он слегка отодвинулся.

– Вот это! – Я как бешенная колотила пальцем по изображению вампирши.

– Это председатель общества древней культуры Джейн Дэйлрей, – Джейсон, сдвинув брови, смотрел на меня. – А почему ты спрашиваешь?

Я замотала головой и попыталась направить все свои силы на обеспечение нормального выражения своему лицу.

– Да так! – Отмахнулась я и улыбнулась. Улыбка получилась примерно, как оскал шакала, но я, проигнорировав удивленное лицо опекуна, попятилась к лестнице. И с газетой в руках поднялась в свою комнату.

Усевшись на кровати, я долго просто смотрела на изображение вампирши, размышляя о том, что она мне рассказала вчера. У меня накопились вопросы. И было решено встретиться с Джейнсинтией и поговорить без истерик.

В газете был указан номер телефона общества. Так я без труда связалась с вампироведьмой. Она пригласила меня в свой, с поправкой «наш», фамильный особняк для беседы, но я осторожности ради изменила место встречи.

Итак, через полчаса я уже сидела в баре «У Джо» с чашечкой горячего кофе и ждала свою пра-пра-пра– и еще раз десять прабабку. Я намеренно назначила встречу здесь. Бар всегда наполнен посетителями, так что бояться мне нечего.

Честно говоря, я уже решила, что она не придет. Я допивала свой кофе, а рыжеволосая так и не объявилась. Однако стоило мне собраться уходить, как я заметила высокую фигуру.

Джейнсинтия в черном плаще и с бордовым зонтом стояла у входа и оглядывала посетителей в поисках меня. Я подняла руку и легонько помахала ей, чтобы привлечь внимание. Вампироведьма заметила мой жест и расплылась в холодной улыбке. Она грациозно и уверенно двинулась в мою сторону. А я подавляла в себе страх, который она наводила на меня.

– Итак, – сказала она, когда села напротив меня, – ненавижу дождь, – сморщилась Джейнсинтия. Я кивнула в знак согласия. Она махнула рукой, и к столику подошел официант.

– Бокал виски, – сказала она, даже не взглянув на парня.

– А ты? Может еще кофе? – Вампироведьма улыбнулась мне. Эта вежливость настораживала еще больше. Я помахала головой, и официант удалился.

– У меня возникли некоторые вопросы, – сразу начала я, пытаясь сдерживать волнение. Рыжеволосая ехидно улыбнулась и сложила руки в замок.

– Ты сказала, что все ведьмы нашего рода погибают, если дают потомство, так? – Я прищурилась, а она, не стирая улыбки, кивнула.

– Тогда почему ты жива? Ведь если я твой потомок, то у тебя есть дети.

Ее улыбка стала еще шире.

– Были. Проклятие наложено намного позже рождения моих дочерей. На меня оно не могло повлиять. К тому же… я – вампир. Я не могу умереть.

– Но как это возможно? Быть и вампиром, и ведьмой?

– В тысяча семьсот двадцатом на нашу триаду напали, – начала рассказ Джейнсинтия. – Тогда мы впервые пробовали вернуть мою мать, вернее ее душу, – она замолчала, потому что официант принес заказ. Дождавшись, когда он ушел, Джейнсинтия продолжила. – На нас напало братство истинных вампиров во главе с первым вампиром на Земле Лютором. Я не знаю специально или нет, но он обратил меня. А потом такие как я стали появляться по всему миру. Мы сочетали в себе две сущности – вампирскую и ведьминскую. Сила и преимущество этих сторон преобладали в нас, – она сделала паузу, – и слабости.

– Почему ты говоришь в прошедшем времени? – Осторожно спросила я. Она хмыкнула.

– Нас стали называть темными. Совет пронюхал об опасности, которую мы представляем, как для ведьм, так и для вампиров. Они извели всех. Осталась лишь я. Но с тех времен я вне закона, так сказать.

– То есть такого вида как темные больше не существует? Только ты? И… что за Совет?

Она лишь кивнула.

– Совет Теней. Он был основан с приходом цивилизованного общества. Вампиры, ведьмы и прочие создания должны кем-то контролироваться. Хотя главной своей задачей Совет озвучивал обеспечение таинства мира Теней. Какие еще вопросы будут? – Джейнсинтия сделала глоток из бокала.

– Самый главный, – гордо сказала я, – зачем тебе нужна я?

– Ну, я же объясняла, – лениво потянула рыжеволосая, – в тысяча семьсот двадцатом наша триада не добилась успеха, и я повторила ритуал через шесть лет, но силы обычной триады не хватает для реинкарнации. Мне нужна триада одной крови со мной.

– Но я одна ведьма в семье! – Возразила я.

– Достаточно того, что я – темная, я сильнее обычной ведьмы, а ты одной крови со мной, – она сделала еще один глоток.

– Третья ведьма может быть обычной, я думаю, наших сил хватит. Твое участие в ритуале – это все, что мне от тебя нужно.

– Но зачем мне помогать тебе? – Развела руками я.

– Моя мама снимет с тебя проклятие, – шепотом произнесла ведьма, – и ты сможешь продолжить род и не умереть.

Резонно. Но разве во мне есть какая-то сила? И вообще разве я хочу, чтобы она была? Единственное, что мне сейчас нужно, это быть простой девчонкой без идиотских видений и предков ведьм.

– Но этот ритуал предполагает переселение, а не воскрешение, – осторожно сказала я, вспомнив видение.

– Да, воскрешение потребует платы, – буднично ответила Джейнсинтия, – таков долбанный закон Вселенной. А реинкарнация лишь слегка всколыхнет баланс и натравит на меня стражей Совета.

– Нужна жертва? – Дрожащим голосом уточнила я. Рыжеволосая лишь кивнула. – Но кто согласится на это?

– Мне не нужно согласие, – фыркнула она.

– Нет, я не пойду на это! – Выпалила я и соскочила со стула.

– Тогда ты умрешь! – выкрикнула женщина, преграждая мне путь, так громко, что несколько посетителей уставились на нас.

– У меня еще как минимум лет двадцать в запасе, – я сделала шаг назад, – и если я и правда ведьма, то за это время я найду способ снять проклятие! – Я закончила пламенную речь и, схватив куртку, подалась к выходу.

– Никто из проклятых не может снимать проклятие с себя! – Крикнула она мне в след. Люди за столиками зашептались. Я шла прочь, не оглядываясь.

Раскаты грома сообщили о грядущем дожде. Он только прекратился, но снова намеревался искупать жителей Салема. Из-за туч, что полностью затянули небо, было темнее, чем бывает в это время в солнечные дни. Я шла домой коротким путем, через неспокойный район. Ходить здесь опасно, но я решила, что днем это не так. Однако я ошибалась.

Сначала я почувствовала, что кто-то следит за мной. Я постоянно оборачивалась, но никого не замечала. Потом меня настигла паника и я прибавила шаг. Я не знаю, что конкретно это было – ведьминское чутье или простая интуиция, но внутренний голос вдруг заставил меня отпрыгнуть назад и не зря.

Передо мной возник тот самый парень, что пристал ко мне в школе. Он появился откуда-то сверху, и если бы не мое чутье, то он спрыгнул бы прямо на меня.

– Какая неожиданная встреча! – Фальшиво произнес он. Сзади меня послышался грохот, я резко обернулась. Там появился еще один бледнолицый тип, немного старше Итана.

– Я же сказал, что запомнил тебя, – Итан двинулся ко мне. Я собиралась защищаться, но он молниеносно подбежал, и вот я уже прижата им к стене заброшенного здания суда. Я захрипела, потому что Итан давил локтем мне на горло. Я схватила его за руку, но не смогла ничего сделать. Он медленно оскалил длинные клыки, а вокруг его глаз, которые налились кровью, появились темные круги. Я вспомнила, что такое же лицо было у Джейнсинтии в моем последнем видении о ней. Итан впился мне в горло, которое прожгло болью. Я пискнула. Но вдруг вампир отлетел в сторону. Я открыла глаза и увидела, что он валяется на земле, а передо мной стоит Ник. Он закрыл меня собой и, оскалившись, грозно смотрел на Итана. Глаза и зубы Ника были такими же, как и у Итана. Он тоже вампир.

– Ну, надо же! – Итан со скоростью света оказался прямо перед Ником, тот напрягся и отвел меня за спину.

– Оставь ее, Итан, – спокойно произнес Ник, и его лицо стало нормальным.

– Солнца нет, – ехидно улыбнулся Итан, – а я сильнее тебя!

– Это мы еще посмотрим! – Лицо Ника опять стало страшным вампирским. Он толкнул меня с криком" Беги!» а сам набросился на Итана. Я, было, кинулась бежать, но друг Итана схватил меня. И тут произошло нечто странное. Я разозлилась и попыталась оттолкнуть его. Сказать, что у меня получилось, это не сказать ничего. Вампир отлетел в сторону метров на десять. Я не стала выяснять, как это сделала. Я обернулась и увидела, как Итан перевалил Ника и душил его. Мне хотелось помочь, но я не знала, как. И сделала единственное, что мне пришло в голову.

Я выбежала на открытую улицу и, что есть сил, закричала.

– Помогите!!! – Вопила я, но помогать мне не спешили. То ли из-за сильного дождя, то ли из-за безразличия. Люди кутались в свои куртки и плащи, проходя мимо, и делали вид, что не слышат меня. Рядом остановилась знакомая машина. Черный «Порше» Джейсона. Он собирался съездить в клинику сегодня, чтобы навестить пациента, у которого прошла сложная операция.

– Лана, что ты здесь делаешь? Боже, что с тобой?! – Спросил он, опустив боковое стекло и уставившись мне на шею.

– Нет времени объяснять, идем! – Я понимала, что зрелище испугает опекуна и даже поставит под угрозу его самого, но он был единственным, кто мог помочь Нику. Мужчина поспешил выйти из авто и, все еще ничего не понимая, он побежал за мной, промокая под дождем.

Когда мы прибежали на место, то Итан сидел сверху Ника и долбил его головой о землю. Тот пытался сопротивляться, но его окровавленная голова не оставляла сил.

– Какого черта! – Возмутился опекун и кинулся к Итану. Он столкнул его с Ника.

– Ты чего делаешь?!

Итан ретировался. Не так быстро, как он умел, но и не медленно.

– Эй, парень, – опекун помог Нику подняться.

– Я в порядке, спасибо! – Сказал Ник.

– У тебя травма, поехали в больницу, – Джейсон повел парня к машине.

– Спасибо, сэр! Но я в порядке, – Ник вывернулся и, пошатываясь, пошел в другом направлении.

– Подожди! – Опекун, было, бросился за ним, но я схватила его за руку.

– Не нужно, давай уедем отсюда, – я помню, что Джейнсинтия сказала, что не может умереть, потому что она – вампир, так что я предположила, что и с Ником ничего не случится.

– Кто это сделал? – Джейсон аккуратно убрал мои волосы, открыв шею, которую жгло от укуса вампира.

– Это что укус?! – Ужаснулся опекун.

– Кто и зачем это сделал?! – Разозлившись, спросил он.

– Я… – я не знала, что сказать. Правду? Тогда он отправит меня в дурку.

– Джейсон, посмотри, где мы находимся, – я указала рукой на стену, изуродованную надписями с матами, – какой-то придурок напал на меня, я даже его не знаю, – соврала я.

– Идем, – сработало! Джейсон поверил, или сделал вид, что поверил. Мы пошли к машине, и я надеялась, что опекун не запомнил Итана. Только бы ему не хватило ума пойти в полицию. Только бы не хватило.

Дома Джейсон обработал мне рану и заявил, что зубы человека не могут быть такими длинными. Я сказала, что это был не человек, а злой и страшный вампир, изобразив при этом челюсти руками, заранее зная, что он сочтет это за шутку. Так и вышло, опекун закатил глаза и, наконец, оставил меня.

Вечером, когда он отправился в душ, я проникла в его комнату, потому что именно там мама хранила все документы. Я искала свидетельство о смерти бабушки, чтобы узнать, в каком году она умерла, чтобы убедиться, что проклятие – не выдумка Джейнсинтии, которой она пользуется с целью приманить меня.

Я мало знала о бабушке, потому что мама почему-то предпочитала о ней не говорить. Даже годы ее жизни я не знала. В ящиках было много бумаг опекуна и каких-то вырезок из газет. Мое внимание привлекло вырезанное из старинной газеты фото. На нем были изображены четыре женщины. Одна из них – Джейнсинтия. Я свернула снимок и засунула в карман своего халата.

– Лана, что ты делаешь? – Удивленно спросил Джейсон, который сегодня был в душе меньше, чем обычно.

– Извини, я просто… – что сказать? Соврать! Что же еще?!

– Я искала фотоальбомы, – это первое, что пришло в голову. Надеяться, что он поверит, глупо.

– Прости, что не попросила тебя дать мне их, просто…

– Я не знаю, где они, – быстро проговорил опекун, сдвинув брови.

– Вот и я не нашла там, где они обычно хранятся, – изобразила досаду я, – ладно, не к спеху! – Отмахнувшись, я поспешила убраться. Не знаю, поверил ли опекун моим бредням, но скорее всего, нет.

Я забралась в кровать и, как мне показалось, сразу уснула.

Глава 6

Америка. Салем, 1988 год

В баре было шумно. Люди смеялись, танцевали. Джейнсинтия в длинном синем платье с кружевными рукавами пыталась разглядеть в толпе нужного человека.

– Джейн! – Кто-то схватил ее за локоть, она обернулась.

– Саманта, ты меня напугала! – Она приобняла женщину лет тридцати и отвела в сторону, озираясь по сторонам.

– Ты нашла ее? – Нетерпеливо спросила Джейн, глядя в карие глаза приятельницы.

– Да, – Саманта опустила глаза. Ей было стыдно, ее мучила совесть.

– Саманта, ты все делаешь правильно, – Джейн взяла женщину за плечи, – семья превыше всего. Ты спасаешь не только себя, ты спасаешь дочь.

Саманта зажмурилась и из ее глаз потекли слезы. Сердце разрывалось на части.

– Она тоже чья-то дочь, – проговорила она. Джейн прижала ее к себе.

– Это не важно. Она нужна нам для ритуала. У любого блага есть жертвы.

– Послушай, – Джейн отодвинула Саманту от себя и посмотрела ей прямо в глаза, – ты все делаешь правильно, слышишь? Ты должна спасти Шарлотту. Как только мы реинкарнируем мою мать, она снимет проклятие «белой крови» с нашего рода, и Шарлотта не умрет, как твоя мама и ты не умрешь. У мамы хватит сил, она одна из основателей!

Саманта кивнула и вытерла слезы.

– Я готова!

Америка. Салем, 2014 год

Я проснулась в холодном поту. Во рту пересохло, как обычно после подобных снов. Скорее, видений. Я села на кровати и просто ждала, когда полегчает. Саманта! Ну, конечно! Я подбежала к столу и стала искать тот снимок, что лежал в комнате родителей. Его нигде не было. Халат! Я вытащила из кармана старое фото. Рядом с Джейнсинтией стояла та самая Саманта. Моя бабушка. И она пошла на сделку с Джейнсинтией, чтобы спасти маму. Но что-то пошло не так, раз и Саманта, и мама умерли. Значит, проклятие действительно существует? Но я так и не знала, в каком именно возрасте была мама, когда бабушка умерла. Но нужно ли это? Разве нужны еще доказательства?

Вот так я узнала, что я – проклятая на бездетность ведьма. И что теперь?

День, как говорится, с утра не задался. Сначала контрольная по математике, к которой я, ну, никак не была готова, потом куча разговоров с Клэр о весеннем бале, на который мне придется идти. И, вдобавок ко всему, я села в такси с очень осторожным водителем. Со скоростью миль двадцать в час мы ехали домой к Нику. Его сегодня не было в школе, и я забеспокоилась, не случилось ли чего после вчерашней драки. Адрес парня я узнала у нашей классной руководительницы миссис Дегред. Соврав, что мы подружились, и я хочу сделать ему сюрприз, я получила нужную информацию. Скажу прямо, мне не очень нравилось врать, но в последнее время у меня это неплохо выходит. Хотя я так и не знаю, поверил ли мне вчера Джейсон. Надеюсь, что поверил.

Медленно, но верно мы остановились возле небольшого зеленого дома с огромным садом.

Расплатившись с водилой – шумахером деньгами, которые дал опекун на карманные расходы, я направилась по каменной дорожке к дому.

Это что полынь?! – Подумала я, когда уже подошла к двери и нажала на звонок. Прямо возле крыльца, среди пионов росли ветки вонючей травы. Причем эти ветки были ухожены, будто это не сорняк, а специально посаженное растение.

– Я могу чем-то помочь? – Неожиданно раздалось с крыльца. Я вздрогнула, не заметив, что дверь открылась. На пороге стояла женщина лет сорока, может меньше, с черными вьющимися волосами чуть ниже плеч. На шее красовалось ожерелье бордового цвета, а на руке такой же браслет. У женщины были изящные черты лица: тонкий аккуратный нос, слегка задранный кверху, тонкие алые губы и красивые глаза зеленного цвета, подведенные толстой линией черной подводки снизу, а сверху эта линия выходила высоко вверх, образуя стрелки. Несмотря на яркий макияж, она не выглядела нелепо, а наоборот очень изящно и строго. Мне она напоминала черную кошку. Грациозную и красивую.

Женщина смотрела на меня сверху.

– Я – подруга Ника, – неуверенно начала врать я, – его не было в школе, и я хотела бы увидеть его, – я говорила очень вежливо и с улыбкой на лице. А вот моя собеседница, скрестив руки на груди, смотрела на меня суровым взглядом.

– Ник неважно себя чувствует, приходи завтра, – строгим голосом произнесла она, спеша закрыть дверь прямо перед моим носом.

– Все в порядке, Тесса! – Услышала я знакомый голос, и дверь замерла, оставив сантиметровую щель. Потом она снова открылась. Вернее, ее открыла эта женщина. Она распахнула ее, сложив губы в прямую линию.

Я выдавила улыбку и вошла внутрь, а дверь со стуком захлопнулась за моей спиной.

В доме была скромная, но стильная мебель: коричневый кожаный диван, такие же кресла, небольшой телевизор и старинный, но отреставрированный книжный шкаф. В гостиной стояло огромное зеркало с комодом, на котором расположились всякие старинные штучки: подсвечники, статуэтки, шкатулки и прочая мелочь.

– Привет! – Улыбнулся Ник. Он был, как всегда бледен, но цел. С головой все в порядке, ни одной царапинки или ссадины. Я осмотрела его с головы до ног. Он стоял посреди просторной гостиной в серой футболке и в синих джинсах.

– Как ты? Как так быстро зажило? – Заикаясь спросила я, указывая рукой на голову Ника. Он усмехнулся.

– О чем ты говоришь? – Послышался суровый голос сзади, я проигнорировала.

– Все нормально, Тесса, – улыбался Ник, – она знает.

– Это можно исправить, – сказала Тесса, я испуганно повернулась к ней. Она двинулась на меня, выставив руки, с длинными красными ногтями вперед.

– Тесса, не надо! – Ник возник передо мной, – я же сказал, все нормально, – он почему-то улыбался, а вот мне было не смешно.

– Как знаешь! – Женщина резко опустила руки и пожала плечами.

– Извини, если напугала, – улыбнулась она мне, и ее губы слегка вытянулись вперед. Она отвела руки за спину и удалилась.

– Она немного резковата, но в целом она крутая, – засмеялся Ник. Я улыбнулась.

– Присядешь? – Ник указал на кресло возле меня. Я аккуратно села на краешек, надеясь, что металлические клепки на задних карманах моих джинсов не порвут или не поцарапают мебель.

– Я – вампир, – Ник тоже сел, – раны на мне надолго не задерживаются, – улыбнулся он и откинулся на спинку дивана.

– Ясно, – я изобразила улыбку, – а как с тобой это случилось?

– О! – Ник махнул рукой, – это был тысяча девятьсот сорок второй. Я ушел добровольцем на войну, но меня и еще нескольких солдат убили. И когда я умирал, Лютор Блэк обратил меня.

– Кто такой Лютор Блэк? – Прищурилась я.

– Первый вампир на белом свете, – пояснил Ник, – и вожак стаи братства истинных.

Я сдвинула брови, не понимая, о чем говорит парень. Он помолчал, а потом, заметив, что я жду объяснений, сказал:

– Вампиры делятся на два типа, – начал объяснять Ник, – подобные, такие как я и истинные, такие как Лютор и другие члены братства.

– Так, стоп! – Я закрыла глаза и замахала руками, – что это значит?

– Я думал, ты знаешь, – Ник положил ногу на ногу, – ты не очень-то удивилась, когда увидела, что я – вампир.

– Я знаю кое-что, – я откинула волосы назад, – вернее я знаю Джейнсинтию Дэйлрей.

– Она – темная, – улыбнулся Ник, – это третий вид вампиров или ведьм, я не знаю.

– А что значит «подобные»?

– Мы не пьем человеческую кровь, – Ник подошел к окну и опустил жалюзи, – сначала мы питались донорской кровью, а потом перешли на кровь из мяса животных. Не так приятно, но восстанавливает силы и тело, а это все, что нам нужно от крови.

– А солнце? Оно не жжет вас? – Мне было интересно. Я знала много баек об упырях, и теперь мне было любопытно, насколько они соответствуют действительности.

– К счастью, мой опекун – ведьма, – Ник опустил жалюзи у второго окна, – она готовит для меня зелье, которое защищает меня. На вкус как вода из болота, – он сел обратно на диван. Я поморщилась.

– Значит, ты можешь выходить на солнце?

– Не совсем. Яркое солнце жжется сильней, но в обычные дни я могу прогуляться, хоть и приходится использовать крема и оставлять как можно меньше открытых участков кожи.

– А истинные?

– Они питаются человеческой кровью из вены, так что они сильнее нас, но солнце для них смертельно. У них нет иммунитета, и оно может спалить их за несколько минут.

– Так, ты – вампир, получается, а Тесса – ведьма? – Уточнила я.

– И еще какая! – Послышалось из кухни, и вот Тесса уже вплыла в гостиную. Она улыбалась.

– Я нашла его в сорок втором примерно недели через две после обращения, – она уселась на ручку кресла, на котором сидела я. Тесса грациозно положила ногу на ногу.

– Я тогда голодал, – Ник опустил голову, – прятался от людей и одна женщина, я до сих пор помню ее лицо…

– Это не так интересно! – Отмахнулась ведьма. А Ник стал каким-то задумчивым и грустным.

– Дело в том, – замялась я, – я вроде как тоже ведьма.

– Ты знаешь, от кого берешь начало? – Тесса тороторила и была какой-то задорной. Эту женщину словно подменили. Еще несколько минут назад это была строгая и аристократичная особа, а сейчас шебутная и веселая дамочка.

– Э… Дэйлрей, – проговорила я.

– Ах! – Тесса так и подскочила, – хотя не мне ахать, я вообще дочь Мелинды Ровенсвик, – сказала она, скривив губы, и уселась обратно.

– Той, что наложила на нас проклятие?! – Оживилась я.

– Да. Но нет, нет, нет! – Ведьма замахала руками прямо перед моим лицом, понимая, что я попрошу ее снять проклятие. – Я знаю, о чем ты думаешь, но нет!

– Но почему? – Не унималась я.

– Это темная магия, – Тесса снова стала серьезной, – магия адептов, сатанистов, чернокнижников или как там их еще называют.

– И она опасна, да? – Подытожила я.

– Она смертельна. Такая магия нарушает вселенский баланс, а это до добра не доводит. Неизвестно как темная материя подействует на заклинателя.

Ник пожал плечами с сочувствующим взглядом, а Тесса подошла к окну и подняла жалюзи.

– Тесса!

– О, извини, Ник, – ведьма опустила жалюзи обратно.

– Подождите, – на меня сошло озарение, – как вы можете быть дочерью Мелинды Ровенсвик, если она жила больше трехсот лет назад?

– Это мое проклятие, – Тесса изучала завядший цветок, – я умираю и через девять месяцев рождаюсь в другой семье.

– И вы помните, что было с вами в прошлой жизни?

– В семнадцать лет, когда во мне, как и в любой другой ведьме проявляются силы, ко мне они приходят вместе с воспоминаниями и знаниями, которые я получала до смерти. А вот опыт приходиться нарабатывать каждый раз заново, – Тесса сжала стебель мертвого растения и произнесла какое-то непонятное мне слово. Растение начало поднимать свои иссохшие листья, которые медленно приобретали зеленый цвет. Как только ведьма убрала руку, растение вмиг набрало бутоны, и они лопнули. На их месте появились большие белые цветы.

– Надо не забывать поливать, – поморщилась Тесса.

– Вот это да! – Выкрикнула я и подбежала к растению. Я начала оглядывать его, как будто где-то должна быть кнопка выключателя. Тесса с удивлением смотрела на меня, а Ник хихикал.

– Как вы…?! – У меня не было слов. Это было волшебство, это была магия.

– Девочка моя, это простой ведьминский трюк! – Тесса развела руками.

– Главное – не колдовать при людях. Твои родители знают?

– Нет, – я, наконец, оторвал взгляд от растения и обратила его в пол, – родители погибли в авиакатастрофе.

На мои глаза навернулись слезы, но я стала быстро моргать, чтобы прогнать их.

– Бедняжка, – Тесса положила свою ладонь мне на плечо.

– Я в порядке. К тому же я не умею колдовать, – я дотронулась до листочка ожившего растения.

– Ты – ведьма! – Тесса улыбнулась, – ты умеешь гораздо больше, чем ты думаешь. Дэйлреи – основатели фамильного клана и самого Салема.

– Что мне сила, если мне нельзя завести семью? – Слезинка все же скатилась по щеке.

– Ты подросток и в тебе играют гормоны, – Тесса прошла к дивану и села рядом с Ником, – ты грезишь о бесконечной любви и долгой и счастливой жизни с принцем. Но любовь и дети – не единственная радость в жизни. Есть магия, есть мир вокруг тебя, и ты можешь быть счастливой без детей и мужчин.

– Она говорит так, потому что в семьдесят третьем ее зарезал муж, – улыбнулся Ник. Я засмеялась, а Тесса стукнула Ника локтем в бок.

– Хочешь я научу тебя всему, что сама умею? – Тесса подбежала и взяла меня за руку. За ее переменой настроения сложно уследить.

– Нет, я не хочу, чтобы магия была в моей жизни, – я покачала головой.

– Милая, твоя жизнь и есть магия, – Тесса подмигнула мне и направилась к выходу.

– Ник, я навещу Алишу и обратно, – она помахала рукой Нику, а потом мне и вышла.

– Она немного странная, – Ник встал с дивана.

– Ты был прав, она крутая! – Засмеялась я. Ник тоже засмеялся.

– Мне проще в плане магии. Даже если бы я показала трюк с цветком своему опекуну, он решил бы, что это быстрорастущее растение.

– Скептик? – Прищурился Ник.

– Хуже, – я закрыла один глаз, – врач!

Ник усмехнулся.

– Так это он помог мне вчера с Итаном? – Снова прищурился Ник.

– Да, – засмеялась я, – он очень хороший и добрый, но доктор медицинских наук.

Так мы проболтали с Ником до темноты. Мы говорили обо всем, кроме магии. О Джейсоне, о Тессе. Я рассказала ему о своем брате и подругах, а Ник упомянул о своем товарище, который погиб вместе с ним на войне, но которого Лютор не обратил. Мы говорили и даже не замолкали, хотя были знакомы совсем недолго. Но, тем не менее, с Ником мне было легко, будто мы давние приятели.

Тесса явилась домой с котенком, которого она подобрала на улице. Это был еще совсем маленький рыжий комочек. Она сразу же заговорила воду и искупала малыша в ней. Она больше не начинала разговор о магии. Расспрашивала меня о себе, о Джейсоне, о Дэйве. Нику лишь изредка удавалось вставить словечко. Он подшучивал над Тессой, а она надувала губы и раздавала ему подзатыльники. Я в эти моменты смеялась как сумасшедшая.

Ник проводил меня до дома. Мы решили обойти стороной неспокойный район, который, как оказалось, принадлежит братству истинных вампиров.

– Спасибо что проводил, – улыбнулась я Нику, он улыбнулся в ответ. При свете луны его бледность казалась чем-то магическим. Кожа будто светилась. Только сейчас я заметила, что у него красивая улыбка. Правильная и искренняя.

– Нет проблем! Твой опекун вряд ли обрадовался бы еще одному укусу вампира у тебя на шее.

На терассе зажегся фонарь. Я зажмурилась.

– Это Джейсон, будет лучше, если он тебя не увидит. Он видел дыру в твоей голове вчера, – напомнила я. Ник кивнул.

– Ты помнишь, что мы идем вместе на весенний бал? – Хитро прищурился он. Я резко повернулась в сторону входной двери, потому что та скрипнула.

– Лана! Это ты?! – Послышался голос опекуна.

– Я помню, но… – я повернулась к Нику, но его уже не было.

– С кем ты говоришь? – Джейсон вышел на крыльцо.

– Э… да так, сама с собой, – отмахнулась я.

– Это плохая привычка, – улыбнулся Джейсон.

– Я опоздала, да? – Виновато поморщилась я.

– Разве я ограничивал тебя во времени, которое ты можешь проводить с друзьями? – Джейсон открыл дверь, как бы приглашая войти. Я благодарно улыбнулась ему и вошла в дом.

– Только я был бы не против, если бы твои друзья провожали тебя, или хотя бы усаживали в такси, – мужчина скрестил руки на груди.

– Обещаю, в следующий раз они усадят меня в такси, – я положила руку на сердце. Губы опекуна коснулась легкая улыбка. Но глаза его выглядели уставшими.

– Дэйв дома? – Я повесила курточку на вешалку.

– Нет, – вздохнул Джейсон, – и его я ограничивал, и он опоздал.

– Ты звонил? – Устав от подобных выходок братца, спросила я.

– И даже написал четыре сообщения с угрозами, – он изобразил улыбку. А я вздохнула и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.

– Лана! – Крикнул мне опекун. Я обернулась.

– Фотоальбом, который ты искала вчера, – он протянул мне большой фотоальбом с бархатной красной обложкой. Я взяла его и улыбнулась в знак благодарности.

– Он лежал в том ящике, в котором ты искала, – добавил опекун, не отпуская фотоальбом из руки, несмотря на то, что я его уже держала за другой край. Я посмотрела ему в лицо. Этот взгляд с прищуром пытал и копался в душе. Такой взгляд опекуна обычно означает одно: он что-то подозревает и пытается расколоть меня.

– Я такая невнимательная! – Фальшиво усмехнулась я, стараясь не отводить взгляда в сторону. Несколько секунд Джейсон просто смотрел мне в глаза своим пронзительным взглядом. Но я не сдавалась и держалась молодцом. Даже не моргнула. Опекун изобразил улыбку, говорящую «ладно, ври, еще не вечер!» и отпустил альбом. Я прижала его к груди и зашагала в комнату.

Внутри все перемешалось, а на душе скребли кошки. Мне было стыдно, потому что я никогда не обманывала Джейсона. Он ждет от меня только искренности и честности, и до вчерашнего дня я оправдывала его ожидания.

Я не знала, как поступить – придумать что-нибудь или оставить все, как есть. Поразмыслив, я пришла к выводу, что лучше не заводить впредь разговоров о том случае. На воре, как говорят, и шапка горит. Больше никакой лжи и никаких оправданий. Надеюсь, я еще не совсем разочаровала опекуна. Хотя, как я могу не врать, если дружу с вампиром, а моя сумасшедшая пра-пра и так далее бабка хочет, чтобы я помогла ей переселить мою еще более старшую бабулю в тело какой-нибудь девчонки.