Читать книгу "Рунный практик (Альфа–12)"

Глава 12 Как умирают танки и незаконченный разговор

Глава 12

Как умирают танки и незаконченный разговор

Как убить того, кто со всех сторон закрыт несокрушимой бронёй? Эдакий живой танк, от которого самая сильная магия отскакивает, рикошетами устраивая в лагере пожары, разрушения и несчастные случаи.

Ну а как уничтожают обычные танки? Каким-то образом эту самую броню преодолевают, после чего устраивают что-то нехорошее в заброневом пространстве.

Посмотрев на все старания хозяев лагеря, я пришёл к выводу, что в столь непростой ситуации можно рассчитывать лишь на единственный навык. То самое истинное боевое умение, что стало моим первым трофеем такого рода. Обзавёлся им ещё во время вынужденного путешествия по опасным местам Пятиугольника. Помнится, я тогда дико обрадовался, хотя сразу же понял, что приобретение очень уж нестандартное и весьма сложное в использовании. Даже сомневался поначалу, что когда-нибудь доведётся его применить.

Напрасно сомневался. Да, применяю я его действительно нечасто, зато иногда оно выручает в тех случаях, когда всё прочее бесполезно.

Выхватив из Скрытого вместилища бомбу, сделанную по новой «золотой технологии», я поджёг фитиль Огненной искрой.

Смертельное удержание

Всё, теперь меня с места всё бульдозеры Вселенной не сдвинут, ведь навык у меня развит прилично, и потому я впервые решился применить его на свой доспех. Разумеется, я прекрасно понимал, что удар такой туши вмиг выдавит из доспеха мясо и кости, превратив меня в раздавленную многотонным катком черепаху. Вот только надо учитывать Игнорирование.

Оно так поступить с моей плотью не позволит.

Вот только лишь на него я рассчитывать не стал, и потому действительно превратился в подобие неуязвимой черепахи, активировав один из двух своих навыков, что предоставляли абсолютную защиту и мне, и всему, что близко ко мне прилегает. То есть, в теории, ни одежда, ни амуниция, ни оружие пострадать не должны, а вот бомба, при правильном удержании, должна оказаться за пределами «радиуса безопасности». Так что её будет беречь лишь прочный корпус и то, что основной удар примет на себя моё тело.

Вроде предусмотрел многое, но не всё. Не хватало самого главного – я не был уверен, что рывок твари, помноженный на мою несокрушимость, приведёт к пробитию защиты. Если монстр лишь запнётся об меня, дальше начнётся избиение. Навык надолго не спасёт, я откроюсь, стану терять Игнорирование за Игнорированием.

Ну что же, в таком случае использую Растворение Жизни, после чего отпрыгну парой своих «блинков» и активирую второй навык абсолютной защиты. Под ним можно отсиживаться куда дольше, чем под первым, и выберусь лишь когда стихия превратит всё вокруг в сероватую пыль.

До сих пор Растворения справлялись со всеми угрозами, надеюсь, и сейчас Жизнь не подведёт. Не верю я в то, что защита у твари абсолютная, такого попросту не бывает.

Точнее, как раз да, бывает, но подобные навыки долго не держатся. Если же время идёт, а они продолжают работать, где-то в чём-то они порочны, следовательно, имеются уязвимости.

Для Растворения достаточно самой мельчайшей бреши, отверстия диаметром с тончайшую иглу.

И мёртвую плоть оно пожирает так же запросто, как и живую.

Почему я сразу не попытался применить своё самое грозное оружие? Ну я же здесь гость, и будет нехорошо, если вместе с монстром уничтожу множество покалеченных воинов и кучу лагерного имущества. Причём свалить случившееся на кого-нибудь другого не получится, даже если свидетелей не останется.

Ведь здесь все прекрасно помнят, что случилось возле Козьей скалы.

Как отреагируют на такой поступок южане, не представляю. Сыновья королей в заложниках, да и переговоры – дело святое, но всё же лучше до такого провоцирования дела не доводить. Так что столь разрушительный вариант придерживаю на самый крайний случай.

Огонёк короткого фитиля с шипением добрался до пробки.

Ну же! Чего медлишь, тварь ты тупая?!

Монстр, сорвавшись с места, оказался передо мной в одно мгновение. Вырос кровавой стеной, что заполонила всё поле зрения. А затем послышался омерзительный чавкающий звук, и я оказался в полной темноте.

Значит, сработало, броня твари со Смертельным удержанием не совладала, у моего необычного навыка «кун-фу оказалось сильнее». Причём рывка массивной туши не хватило для сквозного пробития, я завяз где-то внутри.

Идеально.

Тьма сменилась ослепительной ярко-красной вспышкой. Но я при этом даже не моргнул, тело под абсолютной защитой пребывало в полнейшей неподвижности, потому веки парализовало, как и всё прочее. Полагаю, лишь на клеточном уровне какие-то шевеления возможны, не более.

Несмотря на ослепление от взрыва, сразу понял, что замысел удался на славу. Очень уж характерно ПОРЯДОК задёргался, сигнализируя о получении множества сообщений.

И, надеюсь, какие-то интересные трофеи за такую победу тоже начислят. Это очень уж необычное умертвие (если столь странную тварь вообще можно называть умертвием), и навыки, что оно продемонстрировало, весьма эффектны.

Хочу их все.

Ослепление начало отпускать истерзанные глаза, а следом и абсолютная защита спала. Пошатнувшись, я едва удержался на ногах. Взрыв оказался столь мощным, что оставил приличное углубление в почве, и его появление стало для меня неожиданностью.

Оглядевшись, убедился, что нахожусь на чистейшем пятачке земли. Здесь даже вытоптанной травы не осталось, всё до последнего стебелька снесло.

А вот дальше о чистоте говорить не приходится. Монстра разорвало в клочья, и эти самые клочья раскидало на гектары. Учитывая то, что к моменту гибели голем успел вобрать в себя не одну сотню тел, это больше десятка тонн податливой плоти и костей. Так что куда ни шагнёшь, везде наступишь на останки какого-нибудь бедолаги.

Также я увидел, что от пиршественного шатра ничего не осталось. А ведь там даже после круговой атаки монстра угол пытался держаться. Сейчас же ничего нет, лишь дальше кое-где можно заметить обломки походной мебели, перемешанные с обрывками стенок и мятой серебряной посудой.

Да уж, не пожалел я золотишка на эту бомбу. Специально приготовил, на всякий случай решил с собой везде таскать. Не думал, что случай этот подвернётся во время переговоров, и тем более не думал, что столь мощный взрыв в центре лагеря навредит не только голему плоти.

Интересные перспективы вырисовываются, если думать о будущем...

Но думать сейчас надо о настоящем, и в этом самом настоящем я здорово набедокурил.

Ну да ладно, вряд ли южане будут сильно возмущаться. Это ведь не Растворение жизни, ущерба куда меньше. Вон, их маги тоже убытков наделали – мама не горюй, и ничуть по этому поводу не переживали.

А сейчас они вообще ни о чём не переживают.

В любом случае разрушения при взрыве нельзя даже сравнивать с тем, что могло натворить одно-единственное Растворение.

Непонятный туман, порождаемый странной тварью, не очень-то торопился рассеяться после её гибели. Тот, что поблизости, похоже, смело ударной волной от моего взрыва, а дальше так и стоял стеной, что прояснялась на глазах, но отступала далеко не мгновенно. И в обозримом радиусе я не наблюдал ни одной души. Раненые, что там и сям подавали признаки жизни – не в счёт. Я ждал появление кого-то дееспособного, кто начнёт наводить порядок.

Но нет, никто не торопился.

Оглядываясь, чуть по лбу себя не хлопнул.

Проклятье! Про Арсая совсем забыл!

Этот гуру суицида, разумеется, не погиб, хотя его откинуло от остатков коновязи на пару десятков метров. Слабо шевелил ладонями, корчил рожи, пытаясь всячески напрячься, заставить заработать шарниры, но безуспешно. Телохранителя возле него не оказалось, похоже, он без «якоря» из тяжёлых доспехов улетел куда-то очень далеко и сейчас валяется где-то в тумане.

Подойдя к Арсаю, я поинтересовался:

– Ты как?

– Десница! Встряхни меня! Встряхни, и я стану сражаться за тебя! Я умру за императора!

– Вот же пьяница агрессивный на мою голову... – вздохнул я. – Да сколько тебе можно говорить: мы в лагере южан, наш визит мирный, нападать на них нам сейчас никак нельзя. За кого ты тут умирать собрался?

– За императора! – тупо повторил Арсай.

Да он полностью безнадёжен...

Грубо пнув подчинённого в бок и насладившись металлически звоном, я обернулся, углядев что-то странное в завихрениях ци. После взрыва энергетическое поле будто пригладило, почти полностью заглушив всякое движение, но в одном месте оно всё же продолжало шевелиться. Причём картинка там странная, будто очень длинное веретено выступает из тумана, и, медленно вращаясь, пытается накрутить на себя замершие потоки.

Не успел осмыслить увиденное, как пришлось отвернуться. С другой стороны, наконец-то, появились хозяева лагеря – несколько магов в окружении воинов. Баланс почти всех отметил светло-красным, лишь у парочки цвет жёлтый, но при этом очень насыщенный.

Этот серьёзный отряд явно повоевать собрался, судя по растерянным рожам. Знатно они удивились, увидев вместо голема плоти одну лишь «мирную» плоть, равномерно распределённую по округе.

– Господин Гедар? – уточнил один из офицеров.

Я только тут обратил внимание, что, несмотря на все защитные навыки, изгваздался изрядно. В том числе лицо до того испачкалось, что сходу меня уверенно не опознали.

Степенно кивнув, указал на Арсая:

– Моему человеку требуется помощь.

– Да-да! Встряхните меня! – обрадовался перст.

– Встряхнуть? – удивился офицер.

Я отмахнулся:

– Не слушайте его, парня сильно оглушило взрывом, заговаривается бедолага. Просто распорядитесь, чтобы его отнесли подальше. И не в коем случае не трясите, как бы сильно он это не выпрашивал. Бзик у него такой на тему тряски, не обращайте внимания.

– Да, господин, Гедар, разумеется.

– А что здесь, собственно, взорвалось? – заинтересованно спросил один из магов.

Я пожал плечами:

– Да монстр лопнул, разве не видите?

– Да что это за тварь такая была, и где её поводырь? – спросил другой маг.

Один из воинов указал на самый высокий холм, что нависал над поворотом старой военной дороги:

– Я готов свой кошелёк поставить, что поводырь там засел. Обзор хороший, и умертвие появилось с той стороны.

Маг, который первым поднял эту тему, покачал головой:

– Я не уверен, что именно с той. Первые крики вон оттуда доносились, со стороны инженерных отрядов. И баллисты оттуда на удивление быстро начали работать, а вы же знаете, как долго эти копуши обычно возятся. Да и что это за умертвие такое? Никогда ни о чём подобном не слышал.

Говоря последние слова, маг покосился на меня.

Я снова пожал плечами:

– С этими вопросами не ко мне. Не знаю, умертвие это, или что-то другое, но понятно, что дело тёмное. И да, если вы не в курсе, здесь, в Мудавии, некромантия запрещена во всех видах. Никаких исключений ни для кого, даже имперским некромантом въезд запрещён строжайше. Так что если вдруг кто-то здесь решил наплевать на перемирие, сотворить подобное никак не мог. Попросту нет таких специалистов. Зная привычки темных, не удивлюсь, если это какие-то внутренние разборки ваших некромантов.

При этих словах несколько магов и офицеров закивали. Я не преувеличивал, среди тёмной братии единства нет, самые ожесточённые конфликты у них, как правило, друг с другом случаются. Именно по этой причине их сообщества не разрастаются до бесконечности, рост ограничивается нарастанием внутренней напряжённости.

Также всем действительно известно, что некромантам в Мудавии делать нечего. Если где-то кто-то и скрывается от властей и народа, воевать за них он точно не станет.

А если вдруг станет, откуда ему такое умертвие взять? Очень непросто десятилетиями или даже веками развивать до высочайших высот тёмные дары там, где всё население категорически против такой деятельности.

Я бы даже сказал – невозможно.

Один из офицеров, уставившись туда, где скрывался в «нечистом» тумане холм, воскликнул:

– Так чего мы ждём?! Надо поймать негодяев, пока они не сбежали!

Некоторые ответили одобрительно, и тут же принялись разбегаться в разные стороны, громогласно требуя привести им коней.

Как по мне – глупейшее поведение. Все эти люди – далеко не рядовые вояки. Их первоочередная задача сейчас – организовать оборону на случай повторения атаки и навести порядок в изрядно пострадавшем лагере. Разумеется, забывать о злодеях не стоит, но для этого есть солдаты, сержанты и младшие офицеры. Следует послать приличные силы для окружения холма и его прочёсывания. Также не помешают разведчики, способные читать следы и отправлять сов с филинами для наблюдения. Если некроманты успеют вырваться из кольца, надо это быстро установить и отправить погоню на лучших лошадях.

Да, в сравнении с вояками Мудавии армия Тхата – машина тотального разрушения. И дисциплину сравнивать нельзя, она принципиально разная. Однако, судя по тому, что сейчас вижу, с качеством офицерских кадров у них тоже проблем хватает.

Впрочем, чем хуже дела у врагов, тем лучше для меня. Поэтому даже не подумал спорить.

Пускай гоняют по холму на своих дорогих конях. Там и неровностей хватает, и камней, и нор звериных. Глядишь – кто-нибудь шею в темноте свернёт.

Сам же ещё раз посмотрел на «веретено ци» и свистнул раз, другой. Из тумана донеслось ржание, и я уверенно направился в ту сторону.

Мой окт на месте, и седло тоже вряд ли пропало. Бедлам вокруг знатный творится, офицеры чудят вовсю, солдаты мечутся, не зная, за что хвататься, повсюду кровь и крики искалеченных. Вряд ли в такой обстановке кто-то станет сильно противиться моему желанию прогуляться верхом по окрестностям лагеря.

* * *

Я прекрасно знаю, как в потоках ци проявляется та незримая связь, что протягивается от некромантов к их слугам. И могу авторитетно заявить, что ничего подобного при нападении голема плоти не наблюдалось.

Зато наблюдалось некое непонятное «веретено», оно даже после применения тварью разрушительного навыка и последующего неслабого взрыва выглядело вполне себе цельной энергетической конструкцией. И если его чуть продлить, получалось, что неведомое нечто протягивалось приблизительно к тому месту, где голем фатально пострадал.

Если же мысленно продлить его в другую сторону, выходило, что оно направлено к одному из приземистых холмов, изогнутая гряда которых окружала лагерь со стороны дороги. Самый большой из них тот крикливый офицер определил, как то самое место, где скрываются злодёйские некроманты. Однако «веретено» указывало на другой, что располагался в километре севернее. Я с этой местностью знаком давно, именно здесь когда-то проезжал ещё с первым составом дружины, от которого лишь треть уцелела после нескольких месяцев войны. Да и сейчас, днём, пока приближался, не забывал изучать окрестности, примечая, что здесь и как.

На всякий случай.

В общем, эти холмы в памяти свежи, я знаю, что почти у всех склоны в той или иной мере непростые. Глубокие промоины в глинистых породах; нагромождения валунов; множество невысоких, но крутых обрывов, из-за которых местами казалось, что смотришь не на творения природы, а на потрёпанные веками заброшенности ступенчатые пирамиды. Вершины местами сплошь затянуты густым колючим кустарником, среди его поросли там и сям возвышаются группы невысоких деревьев. Местами они почти сливаются в протяжённые зелёные массивы, их уже можно называть рощами, что для Мудавии редкость. При этом почвы скудные, что в сочетании с неудобным рельефом очень не нравится скотоводам. Проще говоря, те наверх скотину гонять не любят, и потому добротно натоптанных троп там нет.

Полагаю, южане не забыли расположить на высотах своих наблюдателей, но вряд ли их там много. Одинокий некромант или небольшая хорошо подготовленная группа без чрезмерных сложностей сможет наблюдать за лагерем, если не станут при этом опасно приближаться или наглеть иным образом. Полагаю, они уже поняли, что их нападение завершилось эффектным хлопком, и, следовательно, также поняли, что задерживаться вблизи места преступления нет смысла.

Поэтому я направился не прямиком к холму, а поехал в обход, через лощину, где, как помнил по дневным наблюдениям, широкая тропа протягивается. Скорее даже – дорога на четыре полосы, зажатая между склонами. Такое в степи нередко можно увидеть в зажатых среди оврагов и пригорков местах, через которые год за годом перегоняют стада скота. По опыту знаю, что коням на таких «шоссе» опасаться нечего, так что без сомнений мчался с максимальной скоростью.

Рельеф холма сложный, напрямую с него даже пешим спуститься не так-то просто, к тому же и пешие по здешним степям далеко не ходят. Следовательно, некромант или некроманты будут те ещё петли выписывать, и если меня ничего не задержит, на другой стороне я окажусь раньше.

Логично мыслю? Ещё как логично. Однако, обогнув холм, я не обнаружил признаков человеческого присутствия.

Никого не видно и не слышно.

Я что, ошибся? Загадочное «веретено» обмануло? Или добыча каким-то образом успела спуститься раньше меня?

Скорее верилось в последнее. Увы, следопыт я не очень хороший, да и ночью в вытоптанной домашним скотом и сайгаками степи что-то искать – зряшная затея даже с моим разогнанным зрением.

Взор Некроса тут тоже не помощник. У него и радиус действия не впечатляющий, и свежие следы он не очень-то ярко подсвечивает. Приходится подолгу всматриваться в хитроумные переплетения замысловатых линий, чтобы замечать столь неочевидные детали. Учитывая то, что необходимо осмотреть приблизительно километровый интервал, я здесь до рассвета рискую провозиться.

За это время источник информации далеко умчаться успеет, и мне будет сложно отправиться в погоню. Это и потеря времени, и хозяева лагеря непонятно как воспримут столь затяжную отлучку.

Да к тому же в столь острый момент.

Сообщить им о найденных следах – никуда ни годный вариант. Мне с этими некромантами или некромантом тет-а-тет следует пообщаться, в максимально интимной обстановке.

Некоторые вопросы, что вертятся на языке, южанам слышать не обязательно.

Но делать нечего, активировал Взор. Кто знает, вдруг повезёт, и на следы наткнусь прямо сейчас, в первые минуты поисков.

И это решение оказалось правильным. Нет, свежие следы я не нашёл, и даже не успел начать их искать. Потому что после активации навыка не забыл покрутить головой, пробегаясь взглядом по округе. Дело привычки, всегда стараюсь так поступать, ведь чем больше контроля окружения, тем дольше проживёшь.

И потому увидел, как по почти вертикальному склону уверенно движется весьма удивительный всадник.

Лишь слышал о таких.

Вместо коня хищное животное, которому я, по своей излюбленной привычке, подобрал земной аналог и назвал его (разумеется) варгом. И то, что местный зверь больше похож на росомаху-переростка, а не на волка, не имеет ни малейшего значения.

Вот захотелось так назвать, и назвал.

Варгов традиционно используют в глубинах континента, вдалеке от прибрежных территорий, причём даже там они редкость. По слухам, лишь в племенах горных дикарей их можно встретить пусть и не в больших количествах, но по несколько особей запросто. Почти такие же дикие, как их наездники, они не могут сравниться в скорости с хорошим скакуном, зато абсолютно неприхотливы и способны проворно пробираться по таким чащобам и скалам, где не всякий пешеход сумеет дорогу найти.

Не самый лучший выбор для степи, но именно здесь и сейчас такой зверь весьма полезен. Ещё бы чуть-чуть, и всадник меня опередил. А там, даже найди я свежие следы когтистых лап, не факт, что догадался бы, кто их оставил. Варгов до сих пор ни разу не видел, да и встретить их ни с того, ни с сего посреди Мудавии – это почти как на марсианина наткнуться. Так что скорее поверишь в какого-нибудь редкого степного хищника, чем в диковинного наездника.

Сам наездник тоже интересный: одет во всё черное, капюшон надвинут низко, скрывая лицо. Не понимаю эту «моду» у тёмных, они ведь здорово ограничивают себе поле зрения, не говоря уже о том, что издали выдают себя характерной и заметной особенностью. Однако всё равно при первой возможности тут же напяливают на себя любимую хламиду и пытаются спрятаться в ней полностью.

Это определённо тот, кто мне нужен.

Я не стал торопиться. Подождал, позволяя всаднику спуститься ещё ниже, до последнего обрыва. Там мне не придётся прилагать усилия, чтобы до источника информации добраться, и заодно, пока тот движется, можно осмотреть склон. Мало ли, вдруг за этим товарищем следует коллектив коллег, а его просто вперёд послали, вместо полноценного дозора. Займусь им, и тут же толпа сообщников на голову свалится.

Я, конечно, дико крут, но непобедимым себя не считаю, и потому, если это возможно, стараюсь сводить риск к минимуму.

Вроде никого нет.

Вытащив жезл, выпустил россыпь Каменных пуль, и следом такую же россыпь Льдинок. Варг рухнул тут же, а вот всадник лишь окутался эффектами сработавших артефактов или защитных навыков. Мне повезло, и злобное животное, заваливаясь, придавило наездника. Тот, падая, порывался куда-то отпрыгнуть, но чуть-чуть не успел.

Пользуясь этим, я добавил Каменным и Ледяным копьями. Навыки более мощные, и, к сожалению, шумные. Однако деваться некуда, защита у противника оказалась не из простых.

Знал бы, начал с лука. Артефактные стрелы на такой дистанции получше магии со многими щитами расправляются. Но менять оружие счёл ненужным, чувствовал, что вот-вот, ещё немного, и додавлю.

Каменное копьё снова заставило сработать защиту, а вот от Ледяного противник прикрылся неожиданным образом. Извернулся, сгибая зажатую ногу, и распрямил её с такой дурью, что тяжеленная туша полетела в мою сторону, оказавшись на пути магического заряда. Тот лишь выбил облако из клочьев шерсти и фонтан кровавого фарша, так и не добравшись до намеченной цели.

Соскочив с седла, я ринулся к противнику, на ходу поливая его низовыми магическими ударами. Всем, что есть бил, лишь Огонь не применял. Язычок свечи в ночной степи человек с ничем не примечательным зрением за километры способен разглядеть, а мне здесь свидетели не нужны.

«Тёмный» на месте не стоял, мастерски прыгал туда-сюда, прикрываясь кустами и редкими валунами, и в какой-то момент вдруг взял и исчез.

Ну это он так подумал. Откуда ему было знать, что исчезнуть в видимом диапазоне не самая удачная идея, если имеешь дело со мной. Мне даже не пришлось анализировать поведение потоков ци. Взор Некроса, активированный ради поиска следов, всё ещё действовал, и потому чёрная фигура лишь преобразилась, а не скрылась.

Я охотно подыграл «невидимке», всем своим видом демонстрируя, что весьма растерян и не представляю, что теперь делать. Похоже, не переигрывал, потому что противник не суетился, спокойно пятился вбок, следя за тем, чтобы не задевать ветки и пучки травы. Очевидно, его навык скрытности обладал типичным для этого класса умений недостатком – плохо работал в движении. Медленно перемещаться позволял, но стоит чуть ускориться, и рискуешь лишиться маскировки.

Я тоже спешить не стал. Выбрал удобную позицию, примерился, и, до последнего стараясь не коситься в сторону невидимки, выхватил лук.

Но даже артефактная стрела, выпущенная с двадцати шагов, с защитой не совладала. Хотя врезала по ней знатно, на это указывало то, что щит сработал с яркой вспышкой, чего раньше не наблюдалось.

Это скверно. Южан в лагере тысячи и тысячи, не только мне могла прийти в голову идея поискать поводырей здесь. К тому же немало людей на последнем периметре видело, в какую сторону направился вражеский десница. Да и про возможных наблюдателей на холмах не надо забывать. При всём том бедламе, что воцарился после нападения, полагаю, новости о непонятной стычке во мраке постараются без промедления доложить наверх.

В общем, работать надо быстро, пока лишние глаза и уши не набежали.

Выпускать вторую стрелу – слишком долго. Противник, выдержав неожиданную атаку, не стал бежать вприпрыжку, а потянулся куда-то в глубины своей хламиды. А ну как достанет какой-нибудь огненный артефакт, и устроит тут иллюминацию на гектар. Низовой магией, как я понял, его долбить можно неизвестно сколько, а ведь время не ждёт.

Потому применил Лезвие.

Запас этих штуковин ограничен, но очень уж удобная вещь для сложившейся ситуации. Даже если сразу щиты не проломит, заскучать не позволит.

Сделав тёмное дело, я отскочил навыком назад, не переставая контролировать врага. Как и предполагал, тот быстро перехотел копошиться за пазухой. Может уже сталкивался с такими «подарочками пустыни», или очень уж необычно выглядело Лезвие, всем своим видом намекая на некие невиданные доселе неприятности.

Щит у «тёмного» оказался не из простых, он выдержал даже это, отбросив поблёскивающую в свете звёзд «трапецию» на несколько шагов. Та тут же снова ринулась на цель и опять отлетела. Видимо защиту эти удары просаживали здорово, потому что нервы у противника не выдержали, и он задал стрекача.

Догнав его, Лезвие достало, наконец, до цели, но как-то неполноценно, частично. И вместо того, чтобы рассечь тело на уровне поясницы, разворотило бок. Впрочем, этого хватило. Видимо повредило позвоночник, потому что «тёмный» упал, не проронив ни звука, и даже не дёрнулся ни разу в агонии.

А вот теперь надо торопиться.

Ещё ничего не закончено.

Старец из снов мою задумку вряд ли одобрит, но куда прикажете деваться? Я не мастер полевых «экспресс-допросов», плюс у тёмных репутация тех ещё молчунов. Некоторых хоть на куски режь, ни слова не выдавишь.

Так что для надёжного общения оставался единственный вариант, потому я и не пытался взять противника живьём.

Задрав капюшон, открыл нездорово-бледное лицо. Видимо при жизни этот человек не любил подставлять кожу солнцу, да и огромная кровопотеря сказывалась.

Веки дрогнули, поднялись, безучастный взгляд мертвеца уставился в небеса.

– Ты меня слышишь? – спросил я.

– Да.

– Ты слаб, как ты смог поднять такое умертвие?

– Не... не понял.

– Умертвие, которое на лагерь напало, ты поднял?

– Не... не поднимал.

– А кто поднял?

– Не... нет умертвие. Это не умертвие. Нет.

– Голем плоти? Это был голем плоти, а не умертвие? Ты это хочешь сказать?

– Да. Голем. Плоти.

– И как ты, слабак, который даже не попытался мне чем-то ответить, смог создать голема плоти? О них сотни лет никто не слышал. Как это вообще возможно?

– Не... не знаю. Не... не создавал.

Как-то неправильно разговор идёт, а время между тем не терпит. Разговаривать с мертвецами – особого рода искусство, где самые простые вопросы могут натыкаться на стену полнейшего непонимания.

Ладно, попробуем зайти с другой стороны.

– Тебя послал Эйцих?

– Да.

– Экзарх?

– Да.

– Что он тебе приказал?

– Следить за тобой. Ждать часа нужного. Выпустить голема плоти.

– Как ты его выпустил?

– Мне был дан дар Голоса.

Похоже, я и здесь не в ту дверь зашёл. О чём вообще?

– Что за Голос?

– Голос... Голос... Он говорит.

– Ну я об этом первым делом подумал, как только о нём услышал. Вот только мне нужные детали. Кто стоит за Голосом, где, как. Говори всё, что знаешь. Чёрт! Ты же, балда дохлая, не понимаешь ничего... Голос, это человек или нет?

– Голос это Голос.

– Хорошо, пусть так. Голос дал тебе дар?

– Голос не... не даёт дар кому-то. Голос даёт дар для чего-то.

– И для чего же он дал его? Чтобы меня убить? Какое-то сложное убийство получается...

– Голос называет имя. Голос даёт дар. Дар надо вручить тому, чьё имя названо. Назвали тебя. Познавший дар Голоса умирает от его дара.

– Ты решил, что одного демона плоти достаточно? То есть тысячи солдат вокруг меня тебя не смутили?

– Количество защитников того, кого назвал Голос, не имеет значения. Они лишь пища для роста могущества голема плоти. Он особый. Он существует недолго. Он полностью защищён от магии. И его очень трудно повредить оружием. Голем появляется недалеко от того, кого назвал Голос. Голем плоти идёт к тому, кто должен умереть, усиливаясь по пути. Голем плоти создаёт особую тьму, в которой люди теряются. Голем плоти дохо...

В темноте сверкнуло, и голова мертвеца разлетелась полностью вместе с частью шеи. Лишь кусок оголившегося хребта остался торчать.

Я это наблюдал краем глаза, потому как при вспышке меня так сильно толкнуло в спину, что даже сработавшее Игнорирование не помогло удержаться на ногах.

Прокатившись по земле, вскочил, разворачиваясь к неведомой угрозе.

– Добрый вечер, господин Гедар! – издевательски произнесли из мрака.