Текст книги "Окраина"
![](/books_files/covers/thumbs_240/okraina-100849.jpg)
Автор книги: Бентли Литтл
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Деду-ушка До-о… Как дальше? – переспросил Адам.
– Моведушка. Домо-оведу-ушка.
– А что это такое?
– Он Главный в Доме. – Голос его матери был тонким и наряженным.
– Это русское… – Грегори чуть не произнес «суеверие», но вовремя остановился. – Традиция. – Он так и не смог объяснить своей матери, что они с Джулией не разделяют ее суеверий и специально держат детей подальше от них.
Грегори виновато посмотрел на Джулию. Она понимающе кивнула.
– Я сама виновата, – подала голос с заднего сиденья его мать. – Мне надо было сказать тебе. Напомнить.
– Все в порядке, – сказал Грегори.
– Все в порядке, – повторила за ним Джулия.
– Мне надо было об этом подумать. Надо было самой его пригласить.
– Почему? – повторил вопрос Адам.
– Потому что в доме он самый главный. Он нас защищает. Следит, чтобы все в доме были здоровы и в безопасности и чтобы с домом не происходило ничего плохого. Поэтому, когда переезжаешь, его надо приглашать с собой, чтобы он защищал уже новый дом.
– Ты что, хочешь сказать, что все это время он жил вместе с нами?
Старая женщина утвердительно кивнула.
– Именно поэтому с нами не случалось ничего плохого.
– А на кого он похож?
– Это маленький человечек с бородой.
– А где он живет? На чердаке или в подполе?
– Он живет там, где его нельзя увидеть.
– Мне страшно! – захныкала Тео.
– Мама, – сурово произнес Грегори.
– Нет, он не страшный, – сказала старушка, обняв Тео. – Он хороший. Он живет для того, чтобы защищать тебя и охранять. – Она улыбнулась. – Однажды мой отец его видел. Мы жили на ферме в Мексике, и папа пошел кормить лошадей. Ночью. И там стоял маленький человек, который скармливал лошадям сено. Папа понаблюдал, вернулся и сказал маме: «Dedushka Domovedushka кормит лошадей». Он тогда совсем не испугался. А утром мы обнаружили, что гривы у лошадей были заплетены в косы. – Тут она бросила на Грегори вызывающий взгляд. – Так что он есть на самом деле.
– И ты не боялась? – поинтересовалась Тео.
– Нет. Не боялась. А вот косы расплести было невозможно. Dedushka Domovedushka помог папе накормить лошадей и хотел, чтобы мы все видели, что он… о нас заботится и следит за нами. Но Dedushka Domovedushka не страшный. Он – Главный в Доме и не делает никому зла.
Грегори продолжал молчать, ожидая, пока этот разговор закончится. Тео уже была испугана, и в новом доме им не обойтись без ночных кошмаров. Да и Адама нельзя было назвать смельчаком. Переезд и так был для них тяжелым событием, даже без этих страшных сказок. Грегори надеялся, что до матери дошло, насколько он рассердился и расстроился. Позже ему придется серьезно поговорить с нею: в доме должны быть правила, которые ей придется выполнять, если она хочет жить вместе с ними.
Он взглянул на мать, но она не выглядела ни смущенной, ни виноватой. Ее лицо было серьезно и неподвижно, а когда их взгляды встретились в зеркале, то в ее взгляде чувствовалось осуждение.
– Мне надо было самой его пригласить.
II
Во время поездки Джулия смотрела в окно. Пейзаж был совершенно потрясающим, такой можно увидеть только в кино. Бескрайние просторы, голубые небеса, облака, по размеру напоминающие целые континенты. На площади в сотни миль можно было наблюдать одновременно совершенно разные погодные явления: далеко направо – ливень, грозовые облака собираются слева, а впереди – чистое, голубое небо. Цепь темных холмов и голубых гор на горизонте прямо перед ними совсем не менялась в размерах, что еще раз подчеркивало невероятные расстояния, раскинувшиеся впереди, – они не могли вызывать ничего, кроме восторга.
Джулия наблюдала за поздними летними цветами, которые росли по обеим сторонам шоссе. Цветущая фукьерия, темно-зеленые кактусы-суагаро и светло-зеленые деревья паловерде[10]10
Дерево с корой светло-зеленого цвета, со стволом, покрытым колючками, и почти без листьев.
[Закрыть] заполняли весь пейзаж и разрушали представление о пустыне как о мертвой, высохшей земле, начисто лишенной жизни. Она сама была потрясена красотой и богатством окружающей ее земли, когда они впервые ехали выбирать дом. Сначала эта неожиданная идея Грегори насчет того, чтобы обрубить все концы и переехать, не очень понравилась Джулии. Она попыталась объяснить мужу, что всю жизнь прожила в Южной Калифорнии и, несмотря на свое постоянное недовольство и жалобы, не может себе представить жизнь где-то еще.
Но поездка по открытой бесконечной пустыне с музыкой в исполнении Лиз Стори[11]11
Пианистка и композитор, многократный лауреат премии «Грэмми».
[Закрыть], звучащей в стереонаушниках, заставила ее всерьез задуматься о возможности жизни в небольшом городке, где все знают друг друга, где соседи помогают и заботятся друг о друге и хотят вместе работать на благо своей общины. Мысль показалась Джулии приятной и многообещающей, поэтому чем дальше они отъезжали от Калифорнии, тем больше она убеждалась в правильности плана Грегори.
Даже дети примолкли, когда дорога пошла вдоль высохших русел рек, стала огибать невысокие холмы и, наконец, стала извиваться по каньонам морщинистой горной цепи, вставшей на их пути посреди пустыни. Макгуэйн располагался как раз в этих горах, и Джулия опять почувствовала, как ее захватывает первобытная красота окружавшей их дикой природы. Справа над ними возвышались скалы, сделанные из такого же многоцветного полосчатого материала, как и скалы Большого Каньона[12]12
Одна из наиболее известных природных достопримечательностей в США.
[Закрыть]. Высоченные виргинские тополя[13]13
Наличие этих деревьев указывает на то, что на глубине не больше шести метров находятся грунтовые воды.
[Закрыть] покрывали дно каньона, а под ними скрывались едва различимые загоны для скота и редкие ранчо.
– Почти приехали, – сказал Грегори, указывая вперед. Шоссе ныряло в недавно пробитый тоннель, а на краю скалы были все еще видны остатки старой грунтовки. – Макгуэйн прямо на другом конце тоннеля.
– Классно, – произнесла Тео.
И наконец они увидели городок.
По словам Грегори, он ничуть не изменился с того времени, как он из него уехал. Здесь не было сетевых супермаркетов или корпоративных заправочных станций. Даже сети быстрого питания, которые давно оплели всю Америку словно паутиной, здесь отсутствовали. Ни «Уол-Март» или «Стор»[14]14
Сети гипермаркетов.
[Закрыть], ни «Тексако» или «Шелл»[15]15
Сети бензозаправок.
[Закрыть], ни «Макдоналдс» или «Бургер Кинг»[16]16
Сети ресторанов быстрого питания.
[Закрыть]. То, что Макгуэйну удалось сохранить свой уникальный характер, а не превратиться в один из тысячи других небольших городков, разбросанных по всей Америке, с самого начала произвело на Джулию большое впечатление.
Выезд из тоннеля походил на выход из машины времени, и Джулия чувствовала себя так, как будто перенеслась лет на тридцать назад и вошла в мир детства Грегори.
Они проехали мимо небольшого ресторанчика и заметили пикап и несколько велосипедов на парковке перед ним. Пять или шесть тинейджеров сгрудились вокруг деревянного стола, стоявшего рядом с парковкой. Все они подняли головы и помахали проезжающему фургончику. Джулия подумала, что в Южной Калифорнии им бы крикнули что-нибудь оскорбительное или запустили бы чем-нибудь вслед. На противоположной стороне дороги двое ребят, смеясь, спрыгнули с дерева прямо в дорожную пыль.
Все это здорово отличалось от того, к чему она привыкла, и теперь Джулия понимала, что Грегори имел в виду, когда говорил о том, что Макгуэйн – прекрасное место для воспитания детей. Городок больше походил на мир Гека Финна[17]17
Персонаж произведения Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна».
[Закрыть], на рай для детей, на место, где мальчики и девочки могли карабкаться по скалам, исследовать каньоны, строить крепости и дома, вместо того чтобы тупо сидеть дома и смотреть телевизор или играть на приставке «Нинтендо».
Шоссе входило в город с западной стороны и заканчивалось на покрытой булыжником площади перед зданием суда. Здесь оно разделялось на две узенькие улочки, которые пролегали по разделенным половинкам поселения.
География городка определялась геологией его земли. На южной окраине Макгуэйна располагалась шахта – уродливая глубокая яма, давно закрытая и отгороженная от шоссе изгородью из ржавой сетки-рабицы. В старом здании шахтоуправления теперь располагалось агентство по продаже недвижимости, где они и купили свой дом, и это здание казалось карликом, сидящим на самом краю массивной дыры, которую хорошо дополнял заброшенный высохший бассейн. Остальной город извивался на северо-запад от шахты по двум каньонам, которые выходили на плато, покрытое полынью. В лучшие годы, по словам Грегори, население городка составляло около тридцати тысяч жителей, потом, когда он здесь жил, оно сократилось до десяти тысяч, а сколько в городке жило сейчас, он не знал.
– Мы что, уже приехали? – заныл Адам.
Грегори взглянул на Джулию и улыбнулся.
– Почти, – ответила женщина.
Места для того, чтобы сдать назад, было мало, поэтому фургон с мебелью остановился на улице, а не на подъездной дороге. Грегори же проехал на своей машине по подъездному пути и остановился прямо на стоянке перед домом. Грузчики еще не успели выбраться из кабины, не говоря уже о том, чтобы открыть борта фургона, а Грегори уже нашел ключ и открыл переднюю дверь. Он собирался вернуться к фургону и следить за их работой.
– Поторопись, папа, – сказала Саша, – мне срочно надо в туалет.
– Стой! – Грегори уже открыл дверь и собирался войти внутрь, когда его мать вытянула перед ним свою худую руку. – Мы должны благословить дом, – сказала она, посмотрев на сына.
Грегори кивнул, жестом велев детям отойти в сторону и бросив на Джулию извиняющийся взгляд, пока его мать произносила русскую молитву.
– А что, там действительно могут быть злые духи? – спросил Адам, вытаращив глаза.
Отлично, подумала Джулия, теперь Тео точно не заснет.
– Нет, – ответил Грегори.
– Тогда почему Бабуня…
– Это просто традиция.
Несколько минут спустя старуха появилась из входной двери и кивком показала, что теперь можно заходить в дом. Саша бросилась мимо нее в сторону туалетной комнаты. Джулия могла только надеяться, что водопроводная компания не забыла подключить воду.
– А в нашем доме есть злые духи? – спросила Тео.
Грегори взглянул на мать, а та улыбнулась и погладила внучку по голове:
– Даже если и были, то теперь все убежали.
Тео и Адам с криками и смехом бросились внутрь и стали носиться из комнаты в комнату.
– Адам! – крикнула Джулия, переступая через порог. – Тео! Сейчас же прекратите бегать.
Позади них послышались звуки захлопываемой водительской двери грузовика. Грегори посмотрел на мать.
– Тебе надо было пригласить его, – сказала она. – Dedushka Domovedushka.
– Я знаю, – ответил он. – Мне очень жаль.
Женщина похлопала сына по спине, вздохнула и вслед за остальными членами семьи вошла в дом.
Глава 3
I
Дни Меди.
У Грегори сохранились детские воспоминания об этом празднике, но с тех пор он превратился в нечто совершенно неузнаваемое. Центр Макгуэйна был украшен флагами, знаменами и воздушными шарами, а автомобильная пробка ничуть не уступала Лос-Анджелесу в его лучшие годы и полностью парализовала движение на узких улочках. Сами они пошли в город пешком, с тем чтобы избежать подобных сюрпризов. Так вот те машины, которые они миновали уже за целый квартал до этого, все еще не могли их догнать. Он заглянул в водительское окно неподвижно стоящего «Сатурна» и увидел там возбужденного блондина, возмущенно выговаривающего что-то сидящей рядом жене.
Джулия, проследив за его взглядом, улыбнулась и сказала только одно слово: «Очаровательно». Адам и Тео были сильно взволнованы, а Саша хотела остаться дома с Бабуней, но после того, как ее тоже заставили идти, шла молча, с кислым видом, демонстрируя свой протест тем, что отстала на несколько шагов.
Откуда-то издали донеслись выстрелы с шоу «Дикий Запад».
– Ну, папа, давай быстрее! – умолял Адам.
– Его повторяют в полдень, – объяснил он сыну. – Вот тогда и посмотрим.
На лужайке перед зданием суда различные местные организации установили свои стенды. На парковке проходила ярмарка, а парк рядом с ней был занят колесом обозрения и различными каруселями.
– А можно пойти в комнату смеха? – спросила Тео.
– Пожалуйста! – подхватил Адам.
– Позже.
Грегори провел их к шоссе, и они заняли место рядом с будкой комментатора, чтобы полюбоваться парадом, который был уже в самом разгаре.
В старые добрые времена парад действительно был событием, которое организовывала местная община, – платформы были не намного больше, чем грузовики с опущенными бортами, которые тогда украшали гофрированной бумагой. Теперь же здесь была платформа «Шрайнерс»[18]18
Североамериканское промасонское общество, основанное в Нью-Йорке в 1870 г.
[Закрыть] из Тусона, один из аризонских сенаторов в «Кадиллаке» 60-х годов с водителем, различные платформы, представляющие крупнейшие магазины штата, корпорации и производства. Сделано это было гораздо профессиональнее, чем раньше, и Грегори не мог не признать: для детей это было гораздо интереснее. И в то же время парад потерял что-то особенное, наивное, оставшееся в прошлом, в тех любительских действах, во время которых дети из воскресных школ проходили по улице, одетые в костюмы старателей, и катили перед собой своих любимцев в колясках, замаскированных под шахтерские тележки.
Комментатором был какой-то диджей с крупной станции в Тусоне, и его скороговорки, на вкус Грегори, были слишком лихими.
После парада они направились вслед за толпой на ярмарку. Местное племя индейцев установило на ней свой павильон и готовило жареный хлеб; Грегори купил лепешек – такос – на все семейство. Эти лепешки вызывали у него приятные воспоминания. Жареный хлеб был одним из немногих этнических лакомств, которых не было в Южной Калифорнии, поэтому дети ели его впервые в жизни. И хотя глубоко прожаренное тесто, наверное, одно из самых нездоровых блюд на свете, вкус у него был такой замечательный, что даже надутая Саша отметила, как ей понравилось.
Адам закончил есть свою такос, вытер грязные пальцы о штаны, осмотрелся, и Грегори увидел, как глаза его сына заблестели, когда он увидел что-то в парке развлечений.
– Дом с Привидениями! – воскликнул мальчик и повернулся к отцу: – А нам туда можно, папа?
Грегори проследил за взглядом подростка. Это был один из дешевых передвижных аттракционов, сделанных с претензией на исключительность – у него был кричащий и слишком большой фронтон и почти полностью отсутствовал задник, но Адам пришел от него в восторг. Тео рядом с ним уже заходилась от ужаса, и было видно, что для них это будет настоящим ПРИКЛЮЧЕНИЕМ. Грегори вспомнил себя, ребенка, на местной ярмарке, потрясенного видом стенда, на котором показывали замороженное тело Мерзкого Снеговика[19]19
Герой популярного фильма ужасов.
[Закрыть]. Даже его родители сразу догадались, что это была дешевая подделка, но он просто должен был это увидеть. И хотя оказалось, что это был просто волосатый манекен, помещенный в прозрачный короб, Грегори никогда в жизни не простил бы себе, если б не посмотрел этот аттракцион, поэтому он и не хотел отказывать своим детям в посещении Дома с Привидениями.
– Ну, я не знаю, – сказала Джулия.
– Все будет в порядке, – успокоил он ее.
– А вы тоже с нами пойдете? – с надеждой посмотрел на родителей Адам.
– Нет, – ответил Грегори.
– А ты, Саша?
– Ладно, пошли.
– А ты как? – Адам повернулся к Тео. – Идешь? Или слишком испугалась?
– И вовсе не испугалась, – дерзко ответила девочка.
– Значит, ты тоже идешь?
– М-м-может быть, – ответила Тео с сомнением.
– Трусишка!
– А вот и нет!
Грегори улыбнулся. Адам пристал к сестре только потому, что сам боялся войти в Дом с Привидениями один. Грегори доел такос, выбросил салфетку и бумажную тарелку в урну и вынул бумажник.
– Тео, – поинтересовался он, – а ты пойдешь, если с тобой пойдет Саша?
Тео радостно закивала.
– Ладно, – сказал Адам.
Саша выбросила свою бумажную тарелку.
– Спасибо, папочка, – поблагодарила она.
– Тебе тоже придется пойти, – улыбнулся Грегори.
– Какое счастье!
Дочь взяла у него деньги и после того, как мать закончила свои наставления насчет того, что она не должна специально пугать брата и маленькую сестру, отправилась с Адамом и Тео через лужайку к Дому с Привидениями.
– Она привыкнет, – сказала Джулия, беря мужа под руку.
– Посмотрим, – ответил Грегори, наблюдая за Сашей.
И они медленно направились в сторону парка развлечений, по дороге останавливаясь у различных стендов. Джулия обратила внимание на документы и фотографии на стенде местного исторического общества и купила несколько брошюр «Сьерра-Клаб»[20]20
Клуб, основанный в 1892 г. Миссия – сохранение и защита дикой, неотравленной природы в Америке.
[Закрыть], посвященных Аризоне. Толпа увеличилась – все, наблюдавшие за парадом, теперь смешались с толпами, которые бродили между павильонами, расставленными в парке и на парковке.
Джулия услышала, как кто-то упомянул стенд «Клуба наследия молокан», и они отправились на его поиски – Грегори сказал, что если бы его мать знала, что молокане тоже принимают участие, то она приползла бы сюда, несмотря на весь свой артрит. В этот момент человек, шедший перед ними, неуверенно сказал:
– Простите меня…
Грегори посмотрел на него и увидел грузного мужчину средних лет с густыми волосами на голове и жидкой козлиной бородкой.
– Грегори? – обратился к нему незнакомец.
Лицо мужчины показалось ему знакомым, и Грегори стал судорожно перебирать в уме портреты всех своих друзей и знакомых, чтобы определить, кто из его прошлых друзей превратился в человека, стоявшего сейчас перед ним.
– Пол? – неуверенно спросил он.
Мужчина заулыбался и протянул ему мозолистую руку для пожатия:
– Боже! Я так и подумал, что это ты. Как живешь, парень?
– Неплохо, – ответил Грегори, тоже улыбаясь. – Совсем неплохо. – Он обнял Джулию за плечи и слегка прижал к себе. – Это моя жена, Джулия. Джулия – это Пол Мэтьюз, мой лучший друг в подготовительной школе.
– В подготовительной? А как насчет начальной и средней?
– Мой лучший друг в Макгуэйне, – поправился Грегори. – Так лучше?
– Гораздо лучше.
– Привет, – кивнула Джулия.
– Рад познакомиться. – Улыбка не сходила с лица Пола. Он пожал Джулии руку.
– А мы только недавно сюда вернулись, – заметил Грегори.
– Врешь!
Джулия коснулась щеки Грегори и кивнула в сторону ряда стендов недалеко от них. Ее муж кивнул, и она отошла, улыбнувшись на прощание Полу.
– Я догоню тебя! – крикнул Грегори ей вслед.
Наступила неловкая пауза.
– Так ты женат…
– Трое детей.
– Мальчики? Девочки?
– Две девочки, один мальчик. Саше семнадцать, Адаму почти тринадцать, а Теодозии девять.
– Боже, как летит время, – покачал головой Пол.
– Да, – согласился Грегори. – И не говори. – Он посмотрел на мужчину перед собой, пытаясь увидеть в нем черты мальчишки, которого когда-то знал.
Приятно встречать старинных друзей, сказал он сам себе, но в этом есть что-то, приводящее в замешательство. Оба они были уже взрослыми, пожившими мужчинами средних лет, и тот факт, что их встреча произошла здесь, в Макгуэйне, говорил о том, что жизнь их прошла впустую и они ничего в ней не добились. Прожили эту жизнь бесцельно и бесполезно – и так и будут тащиться по ней до самой смерти. Эти мысли здорово расстроили Грегори.
Логики в этих рассуждениях не было никакой, и сами эти мысли были идиотскими, но тем не менее они пришли ему в голову, и он вдруг понял, что движется по воле волн с того самого момента, как выиграл в эту лотерею и прекратил работать. Он никогда не считал себя одним из тех, кого создала работа и кому, для того чтобы иметь смысл в жизни, она была необходима, однако сейчас он подумал, что, может быть, он не настолько независим и свободен, как ему это раньше казалось.
– А ты женат? – спросил Грегори.
Пол кивнул.
– Я ее знаю?
– Деанна.
– Деанна Эксли? – в шоке переспросил Грегори.
– В последних двух классах она здорово похудела. – В словах Пола слышалась попытка оправдаться.
– Прости, – сказал Грегори, рассмеявшись. – Прости меня.
– Все в порядке, – сухо улыбнулся Пол. – Разве я живу не для того, чтобы мои старые приятели надо мной подшучивали?
– Как в старые добрые времена, – заметил Грегори и оглянулся вокруг. – А где она?
– У матери в Финиксе. Я не очень лажу со своей тещей, поэтому отвожу к ней Деанну, она проводит там недельку или около того, а потом я ее забираю. И все счастливы.
– Никак не могу в это поверить, – покачал головой Грегори. – Деанна…
– А ты почему вернулся?
– Не знаю.
– Возвращение к истокам, нет?
– Да, наверное, – улыбнулся Грегори.
– Здесь трудно найти работу, – предупредил Пол. – Так что тебе придется побегать.
– Да она мне не нужна.
Брови его собеседника полезли на лоб.
– Только не говори мне, что у тебя есть постоянный доход.
– Я выиграл в Калифорнийскую лотерею.
– Не врешь?!
– Это не так уж здорово, как кажется на первый взгляд, – рассмеялся Грегори. – Победителей было трое, а выигрыш выплачивают в течение двадцати лет. Так что в год получается где-то тысяч восемьдесят.
– Восемьдесят тысяч в год? Да я в жизни столько не заработал!
Неожиданно Грегори смутился:
– Для Калифорнии это не очень много. Там жизнь гораздо дороже, чем здесь, и… – Он замолчал, не зная, что сказать.
– Здесь это громадные деньги. Ты станешь одним из самых важных и уважаемых жителей нашего города.
– Я бы не хотел об этом распространяться, – заметил Грегори.
– Вот это правильно! – Пол присвистнул. Лотерея. Восемьдесят штук в год, подумать только…
– А ты чем сейчас занимаешься? – откашлялся Грегори.
– У меня «Кафе Мокко Джо». – Пол указал на маленькое кафе, зажатое между салоном красоты и аптекой в группе зданий через дорогу. – Бублики, капучино, все такое…
– Кафе? – Грегори улыбнувшись, покачал головой. – А я думал, что все это осталось позади, в Калифорнии. Только не подумай ничего такого… – Он быстро взглянул на своего друга.
– Да я и не думаю, – хмыкнул Пол. – А что, их там действительно так много? – поинтересовался он с унылой улыбкой.
– Да на каждом углу.
– Мое в Макгуэйне единственное, а концы с концами все равно свожу с трудом.
Грегори взглянул через улицу на заведение. Все столики на тротуаре были заняты, а в само кафе стояла очередь.
– Никогда бы не подумал.
– Да, но такое только в этот уик-энд. А я не могу весь год жить на то, что заработаю за эти три дня. В остальное время года город похож на кладбище. Да и вообще Макгуэйн нельзя назвать городом почитателей мокко[21]21
Название сорта кофе, ставшее нарицательным.
[Закрыть], если ты меня понимаешь.
– Я тебя очень хорошо понимаю, – рассмеялся Грегори.
Они поговорили еще несколько минут, а потом Грегори решил отправиться на поиски жены.
– Я есть в телефонном справочнике, – сказал Пол. – Позвони.
– Обязательно, – пообещал Грегори. – Приятно было вновь увидеться.
К нему подбежали Адам и Тео. Вслед за ними медленно приблизилась Саша. Грегори представил их своему старому другу.
Адам коротко кивнул ему в знак приветствия и повернулся к отцу.
– И вовсе все не страшно! – сообщил он. – Ерунда какая-то.
– Нет, все-таки немного страшновато, – поправила его Тео, хотя по ее виду Грегори понял, что она здорово напугана.
– Шоу начнется через двадцать минут, – объявил Адам. – Нам надо поторопиться, если мы хотим занять хорошие места.
– Сначала надо найти маму, – сказал Грегори и помахал на прощание Полу.
Джулию они отыскали около стенда молокан, и здесь Грегори увидел еще больше знакомых лиц, но ему ни с кем не хотелось общаться, так что шоу «Дикий Запад» оказалось хорошим предлогом для того, чтобы оторвать Джулию от молокан и отправиться через парк к трибунам.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?