Текст книги "Окраина"
![](/books_files/covers/thumbs_240/okraina-100849.jpg)
Автор книги: Бентли Литтл
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
III
Когда Адам вернулся домой из школы, его ждало письмо от Роберто. Взяв его, мальчик немедленно прошел в свою комнату и закрыл за собой дверь. Там он бросился на кровать, разорвал конверт и принялся за чтение. Роберто совершенно сумбурно описал ему свой первый школьный день и рассказал о том, что ребята делали во время каникул: о том, что Шейла Хичкок еще больше раздалась вширь и теперь похожа на белого кита; и о том, как училка в шестом классе, миссис Мейя, вертит своим задом, когда пишет что-то на доске; и о том, как Джейсон Агилар встал прямо за нею и передразнивал ее на потеху всему классу, а потом успел сесть на место, прежде чем она повернулась. Как и обещал, Роберто вложил в конверт новую открытку с Человеком-пауком, и Адам немедленно добавил ее к своей коллекции, положив на самый верх пачки, которую он держал у себя в шкафу перетянутой резинкой.
Он еще раз перечитал письмо и улегся на кровать, глядя прямо в потолок.
Хотя ему очень нравился Скотт, он бы хотел, чтобы на его месте оказался Роберто. Адам скучал по своему другу и по Южной Калифорнии. Но к Макгуэйну он тоже уже стал привыкать, и его тоска уже не была такой сильной, как в первую неделю после приезда.
Адам достал свою тетрадь по английскому языку, вырвал из нее листок и написал Роберто ответ, в котором тоже изобразил свой первый день в школе, своих соучеников и Скотта. Затем старательно все отлакировал и преувеличил, так что в его описании день оказался значительно более интересным, чем был на самом деле. Адам задумался, не написать ли Роберто о banya, но не знал, что о ней сказать или как ее описать, так что решил вернуться к этому попозже.
Письмо его развеселило, и у него было превосходное настроение, когда он заадресовал конверт, приклеил на него марку и отнес письмо в почтовый ящик, который стоял у самого въезда на их участок. Затем поднял красный флажок на ящике, чтобы обратить на него внимание почтальона, и подпрыгнул от неожиданности, когда почувствовал легкий подзатыльник.
– Лузер, – сказала Саша и отправилась дальше по дороге к дому, размахивая своим ранцем и уже начисто забыв о его существовании.
У Адама появилось желание догнать ее и отвесить ей ответный подзатыльник. Или выбить у нее в грязь рюкзак? Но, хотя сестра и была девчонкой, она все-таки была больше его и легко могла надрать ему задницу, поэтому Адам подождал у почтового ящика, пока она не пройдет половину расстояния до дома, а потом двинулся следом.
Шел он медленно, глядя себе под ноги и отбрасывая с дороги мелкие камешки. Через несколько недель у него будет день рождения, и он задумался над тем, как его провести. Обычно в этот день родители вели его и его приятелей в какое-нибудь заведение с пиццей и видеоиграми, но в этом году друзей у него еще не появилось. Ну, не считая Скотта. Адам робко надеялся, что в этом году родители его день рождения просто проигнорируют. Перспектива идти куда-нибудь только со своим семейством вгоняла его в депрессию, и он совсем не хотел, чтобы кто-то увидел, как он сидит в ресторане вместе с Бабуней, родителями и сестрами… как настоящий лузер.
Лучше вообще никак не праздновать день рождения, чем так позориться.
А может быть, родители уже что-то планируют? Тогда лучше предупредить их заранее, что он хочет тихо отпраздновать праздник дома, прежде чем они забронируют места в каком-нибудь публичном заведении.
Была пятница, и хотя Адам хотел посмотреть что-нибудь по каналу «Фокс», но когда ему позвонил Скотт с предложением прошвырнуться и посмотреть, что творится в городе, он сразу согласился.
Зная, что родители будут против, мальчик постарался подкатиться к ним как можно аккуратнее.
– Скотт пригласил меня зайти, – сказал он.
– Сейчас? Но уже темнеет, – заметила мама.
– И что из того?
– Я не хочу, чтобы ты шатался по улицам в темноте.
– Я не ребенок.
– А почему бы тебе не посидеть дома?
– А я думал, что мы для этого сюда и переехали… Чтобы я мог делать именно такие вещи…
– Может быть, в Макгуэйне и нет банд, но зато есть койоты, змеи, пьяные батраки и неизвестно кто еще.
– Ковбои-извращенцы, – подсказала Саша с ухмылкой.
– Саша, – предупредил ее отец.
– Скотт здесь родился, и он знает этот город. И потом, мы совсем не собираемся «шататься» по городу. Я иду к нему домой, а потом мы, может быть, пройдем во «Френч’с» и выпьем там по милк-шейку. А потом я вернусь домой.
– А почему ты не хочешь, чтобы папа отвез тебя?
– А почему бы тебе не повесить на моей спине большой плакат «Неженка и маменькин сынок»? – спросил Адам с гримасой.
– Мы с удовольствием это сделаем, – согласилась Саша.
Тео рассмеялась.
– Так, хватит! – вмешался папа и повернулся к Адаму: – Скажи мне, что ты в действительности собираешься делать?
– Именно то, что я сказал! Боже…
Родители переглянулись.
– Чтобы был дома в восемь тридцать, – сказала мама.
– Но до этого времени осталось всего час тридцать…
– Или так, или никак, – прокомментировал папа. – Хочешь – соглашайся, хочешь – нет.
– Я согласен.
– Если опоздаешь хоть на пять минут, – ухмыльнулся папа, – я поеду тебя искать и буду спрашивать всех встречных: «А вы не видели Адама Томасова? Мамочка ждет его дома».
Тео опять расхохоталась. Уходя, Адам притопнул подошвой теннисной туфли, притворяясь, что он сильно зол. На самом деле мальчик был счастлив – все получилось гораздо лучше, чем он ожидал. Адам схватил расческу и бумажник и выскочил из дома до того, как родители успели передумать.
Скотт ждал его, сидя на низкой деревянной ограде, окружавшей их участок. Из дома, стоявшего в глубине, доносились звуки громкого спора между мужчиной и женщиной, и Скотт сказал:
– Давай сматываться. Мои старики сцепились, и, поверь мне, лучше в такие моменты держаться от них подальше.
Он спрыгнул с изгороди и повел Адама через улицу и темный двор дома, который стоял на самом краю высохшей канавы.
Они спустились в эту канаву и прошли по ней за домами и зданиями, выйдя прямо к полю за школой. Вслед за Скоттом Адам пересек школьный участок, и они вышли на Малахит-авеню и направились по этой улице в сторону центра города.
– Ты мог бы поверить, что город может быть таким мертвым? – с отвращением спросил Скотт. – Всё здесь закрывается в шесть вечера. Чертова дыра… – Он посмотрел на Адама: – Готов спорить, что в Калифорнии все не так.
– Это точно, – рассмеялся Адам.
Но потом он рассказал другу, что в Южной Калифорнии они не смогли бы вот так просто разгуливать по вечерам. Местность кишела бандами, проезжающими машинами, всякими больными и психами.
– И что, вечером на улицу не выйти? – недоверчиво переспросил Скотт.
– Если только у тебя нет машины. Например, в кино, моллы и другие подобные места нас с Тео возил или один из предков, или старшая сестра. А вот просто бродить, как мы сейчас с тобой, – нельзя. – Адам криво усмехнулся и добавил: – Это просто выводит из себя.
– Да, согласен, – кивнул Скотт, улыбнувшись.
Они добрались до торгового района и пошли по тротуару вдоль дороги. В витринах нескольких магазинов горел свет, но «Френч’с» оказался единственным заведением, которое еще работало, да и то в нем не было посетителей. Они зашли туда и купили две кока-колы и порцию жареной картошки на двоих, после чего продолжили свой путь, поедая картошку из замасленного пакета, который передавали друг другу.
В парке Скотт уселся на столик для пикника, а Адам, выбросив пакет в стоявшую рядом урну, облокотился спиной о цепь, окружавшую площадку. Ночью парк казался совсем другим – его контуры были размыты, а размеры, казалось, сильно увеличились в темноте. Они были совершенно одни. В Калифорнии, где любая группа из двух или более человек означала противоправную деятельность, это было бы плюсом, но здесь и сейчас это только усиливало тревогу, которую испытывал Адам. Опираясь на цепь, он стоял лицом к Скотту и смотрел в сторону улицы – основной массив парка находился у него за спиной, и наличие этой черной пустоты действовало ему на нервы. Мальчик небрежно подошел к столу и сел рядом с другом.
– По ночам у людей здесь мороз идет по коже, – сказал тот, хотя Адам вовсе не хотел начинать этот разговор.
Решив не показывать своего страха, он спокойно согласился:
– Ага.
– Знаешь, в этом лесу есть привидения…
Руки Адама немедленно покрылись гусиной кожей.
– Говорят, что давным-давно здесь вроде как поссорились два шахтера. Один убил другого, но, пока шериф добирался досюда, толпа линчевала убийцу, повесив его на дереве. – Скотт обвел опушку рукой. – Может быть, даже на одном из этих. И с тех пор, говорят, здесь завелось привидение.
– А ты его когда-нибудь видел?
– Нет, но я никогда не был здесь ночью.
Листья на верхушке ближайшего тополя зашумели.
– Давай-ка убираться отсюда. – Скотт соскочил со стола.
– Правильное решение, – согласился Адам, быстро последовав его примеру.
Они выбежали на тротуар и повернули налево, замедлив бег, только когда оказались в безопасности, рядом со зданиями, на самой периферии парка.
Тяжело дыша, Скотт наклонился вперед.
– Ничего не хочу сказать, – сказал он, ухмыльнувшись, – но ведь ты тоже это почувствовал, правда? Там наверняка что-то было.
Адам согласно кивнул.
– Я просто хотел это проверить. А идти туда ночью одному слишком страшно, вот я и подумал, что… что вдвоем будет не так жутко. И потом я знал, что ты честно признаешься, особенно если ничего не говорить тебе заранее. – Он взглянул на Адама: – А ты здорово испугался, нет?
– Ага, – подтвердил тот.
– Классно.
Несколько минут они стояли на месте, восстанавливая дыхание. Откуда-то издалека донесся звук автомобильного мотора, сопровождаемый лаем собак. Адаму было хорошо. В этом гораздо больше интересного, чем в шатании по торговым центрам или походах в кино. Это здорово возбуждало. Наверное, ему стоит попросить у родителей разрешения пригласить в гости Роберто на Рождество, или на Пасху, или будущим летом. Он знал, что Роберто со Скоттом понравятся друг другу, и был уверен, что Роберто просто очумеет от этого места.
– А теперь что? Каков наш план? – спросил он, взглянув на друга.
– Не знаю. Можем…
Скотт замолчал на середине предложения, резко посмотрев направо, и Адам проследил за его взглядом.
Перед музеем через дорогу обозначилось какое-то движение.
Сердце Адама подпрыгнуло у него в груди и застряло почти в горле – сначала он подумал, что это призрак, или вампир, или какой-то другой монстр. Но почти сразу же он разглядел, что это была группа шатающихся по улицам старшеклассников.
Света вокруг не было никакого, фонари не горели, поэтому местность освещалась только тусклыми лучами луны и приглушенным светом, лившимся из закрытого пробирного офиса[33]33
Место, где определяют чистоту драгоценных металлов.
[Закрыть] рядом с музеем. Этого оказалось достаточно, чтобы рассмотреть группу опасного вида подростков, приблизительно Сашиного возраста, которые опирались на увеличенные копии разных шахтерских инструментов, расположенные на лужайке перед музеем. Четыре девицы были похожи на близнецов: крашеные черные волосы, черные одежды, черная губная помада, бледная кожа и широкие физиономии, характерные для местной гопоты. Из трех мальчишек один был одет в джинсы и футболку, и у него были длинные свалявшиеся волосы; второй был обрит налысо и без рубашки – его уши и нос были в пирсинге, а тело покрыто татуировками; у третьего была торчащая панковская прическа, и он был одет в изношенную кожаную куртку, слишком теплую для этого времени года.
Адам со Скоттом медленно двигались по тротуару в ту сторону, куда направлялись с самого начала – подальше от парка, к центру города, – стараясь оставаться незаметными и не привлекать к себе внимания.
– Так, так, так! – раздался громкий мужской голос со стороны музея. – А кто это у нас там крадется?
Попались!
Адам остановился и посмотрел на Скотта, который повернулся, и теперь они оба стояли лицом к зданию, расположенному через улицу.
– Похоже на полицию нравов! – громко рассмеялся татуированный лысый.
Остальные присоединились к его смеху.
– Приготовься бежать, – прошептал Скотт.
– Что? – У Адама неожиданно пересохло во рту, и его охватила паника.
– Просто делай, как я.
Скотт выскочил на открытое пространство и показал подросткам средний палец.
– Да имел я вас всех, – крикнул он, – вместе с вашими мамашами!
Вернувшись на тротуар, он бросился бежать изо всех сил, направляясь к узкому проходу между магазином скобяных изделий и магазином предметов народного творчества. С выпрыгивающим из груди сердцем Адам бросился следом.
Сзади они слышали звуки погони и топот бегущих ног.
– Тебе конец, придурок! – крикнул один из подростков, а девицы пьяно расхохотались. – Я тебя так отделаю, что у тебя задница на морду налезет!
Скотт продолжал бежать, сопровождаемый Адамом, который двигался на пределе своих возможностей. Ночной воздух обжигал его легкие, а мышцы ног были настолько напряжены, что угрожали порваться при каждом следующем шаге. Он никогда не был так близок к настоящей опасности и никогда не напрягал свои физические возможности до самого предела, поэтому ему в голову пришла бредовая мысль, что вот сейчас он свалится от сердечного приступа.
Но Адам знал, что не должен останавливаться. Надо бежать, и он оказался совсем рядом со Скоттом, когда тот съехал по сухому склону, который шел от задворков городских магазинов до сухого русла на дне каньона.
Теперь звуки погони исчезли, и с самого верха до них донесся злой голос:
– Я еще с вами разберусь, дерьмо собачье…
Вдвоем они двигались в темноте каньона, изредка наступая на валяющиеся камни и спотыкаясь о растущие кусты, но не замедляя скорости движения и не останавливаясь. Скотт был похож на серое пятно перед глазами Адама, и они бежали еще, наверное, целый час, прежде чем добрались до дороги, которая пересекала русло и вела в сторону жилого массива на востоке.
Здесь они прислушались, чтобы понять, продолжается ли погоня, но Адам ничего не слышал, кроме звуков их прерывистого дыхания. Он уселся на камень, чтобы отдохнуть. Скотт плюхнулся на песок.
– И что нам теперь делать? – требовательно спросил Адам.
– Что ты имеешь в виду?
– А что, если они засекут меня по дороге из школы или еще где-то? Что, если…
– Да они тебя вообще не видели. Они даже меня не узна́ют при свете. – Скотт решительно махнул рукой. – Да я уже тысячу раз так делал.
Адам не был уверен, что его друг говорит правду, но ему этого очень хотелось, поэтому он предпочел не спорить. Мысленно мальчик проиграл в голове каждую секунду их приключения, и чем больше он об этом думал, тем больше убеждался в том, что Скотт скорее всего прав. Черт, эти переростки даже не побежали за ними вниз по склону. Они гнались только по улице и за домами, а потом остановились. Для них это был просто повод повеселиться.
Да и к тому же они были так одурманены, что завтра вообще ничего не вспомнят.
Скотт хрипло засмеялся.
– Ну что, на сегодня приключений достаточно?
– Думаю, что да.
Оба мальчика рассмеялись и посидели еще немного. При этом они тяжело дышали и ничего не говорили, а просто смотрели на дно каньона, чтобы убедиться, что там никого нет. Постепенно их дыхание восстановилось и снова стало бесшумным.
– А сколько сейчас времени? – спросил Адам. – У тебя часы есть?
– Не-а. А что? Тебе во сколько надо домой?
– Наверное, уже сейчас, – ответил Адам, поднимаясь. – Вставай, пойдем.
Скотт встал, отряхнул штаны от песка, и они вместе двинулись по извилистой дороге, ведущей к рядам домов наверху.
– А ты уже слышал, что приключилось с миссис Дэниелс? – спросил Скотт, когда они подошли к первому дому.
– Я о ней вообще никогда не слышал, – покачал головой Адам.
– Она была беременна, и у нее начались схватки, и все ждали, что она родит девочку… – Голос Скотта зловеще понизился: – Но это оказалась не девочка.
– А кто же? Мальчик?
– Это вообще был не ребенок, – ответил Скотт указывая на следующий дом, забранный в деревянный каркас. – Это было здесь. Прямо в этом доме, парень.
– Ты сошел с ума.
– Это был кактус. Она родила кактус!
– Не может быть! – сказал Адам.
– И тем не менее. Они старались сохранить это в секрете, чтобы никто не узнал, но у нее родился сагуаро вместо ребенка. Маленький кактус-сагуаро с детским личиком.
– А ты откуда знаешь?
– Друг моего старика – парамедик, и я слышал, как он это рассказывал. Он сказал, что это была самая извращенная штука, которую ему приходилось видеть в жизни.
– И что же, он был… живой?
– Кажется, нет. Но эта штука здорово ее разорвала, пока рождалась, и у нее были маленькие ручки, ножки и личико.
– Боже!
Они помолчали, пока проходили мимо дома.
– Весь этот гребаный город полон привидений, – заметил Скотт.
– Правда?
– Правда.
Последовала пауза.
– И ваш дом тоже.
– Невозможно.
– Возможно.
– Слово?
Скотт кивнул.
– В вашем доме никто не мог прожить дольше нескольких месяцев. А те, кто там раньше жил, то есть настоящие хозяева, они все были убиты. Папаша прикончил всю семейку, пока все спали, а потом отстрелил себе башку. И после этого люди не задерживаются в доме надолго. Он их отпугивает.
– А чего ты раньше мне это не рассказывал?
– Не думал, что у тебя хватит духа это выслушать, – пожал плечами Скотт.
– Так что, значит, жильцы что-то там видели и слышали? Что-то вроде призраков и прочей ерунды?
– А ты что-нибудь видел? – поинтересовался Скотт, кивнув.
Адам подумал, не рассказать ли ему о banya, но ему не хотелось говорить об этом прямо сейчас, и он решил вернуться к этому разговору позже. Поэтому он просто покачал головой и сказал:
– Нет.
– Значит, скоро увидишь. Уж поверь мне на слово. У вас в доме полно нечистой силы.
– Врешь.
– А вот и не вру.
Адам посмотрел на друга, и кончики его губ медленно растянулись в улыбке.
– Круто, – сказал он.
Глава 6
I
– Черт, – негромко выругался Пол.
Ночью рампа сценического освещения отвалилась, превратив все, что они делали весь вчерашний день, в кучу обломков. Она не только свалилась, но и все до одной лампы разбились.
И вот теперь мужчины стояли, глядя на весь этот разгром, на пустые держатели для ламп, перевернутые столики и кресла без подушек. Грегори наклонился, поднял согнутую скобу и внимательно осмотрел ее.
– Вы, наверное, неправильно их закрепили, – предположил Пол.
– Мы все сделали по инструкции, – возразил Одд, – а потом еще кое-где усилили крепление. Такого просто не могло произойти.
– И тем не менее результат налицо.
– Кто-то пробрался в помещение.
– Никто не пробирался. – Пол носком ботинка отбросил кусок битого стекла. – Боже, все выглядит так, как будто здесь произошло чертово землетрясение…
– Пару болтов просто срезало, – сказал Грегори и поднял погнутую скобу и шляпки двух болтов. – Думаю, что в этом вся причина. Ведь даже если эта скоба погнулась под весом конструкции, болты не могли так просто сломаться – они для этого и предназначены. Для того, чтобы брать на себя дополнительный вес конструкции.
– Не грузи меня этой ерундой, – вздохнул Пол.
– Но это не страшно. – Грегори заставил себя улыбнуться. – Мы их просто заменим. Я съезжу в Тусон и…
– Я не могу разрешить тебе это, – покачал головой Пол. – Ты уже и так достаточно потратился. Это моя собственность, и я за нее отвечаю. Думаю, нам лучше всего завязать со всем этим проектом.
– Ерунда. Ты же не дал мне закончить. Я съезжу в Тусон, объясню на фирме, что произошло, и покажу им эти обломки. И если они не согласятся все это заменить, то тогда я куплю новое освещение. На мой взгляд, все произошло из-за их ошибки при изготовлении этой штуки. Мы просто смонтировали бракованный продукт. Я подчеркну, что из-за этого могли погибнуть люди и что я сообщу об этом в Бюро по улучшению деловой практики или куда там в таких случаях заявляют. Думаю, что они заменят нам эту конструкцию на новую.
– А оно нам нужно? – спросил Одд. – Ты совершенно прав. Я тоже думаю, что это брак. Но мне кажется, что нам надо просто получить с них деньги, а купить где-то в другом месте.
– Можно и так, – согласился Грегори. – Я просто хочу сказать, что нам не надо горячиться. Это просто небольшая временная задержка. Совсем не конец света, и мы не должны отказываться от своих планов.
– Вот именно, – согласно кивнул Одд.
– Конечно, вы, ребята, можете считать что угодно, но я владелец, – мрачно вмешался в их разговор Пол. – И это я оплачиваю страховку, и за задницу возьмут тоже меня, если с кем-нибудь что-нибудь случится.
– Да ничего ни с кем не случится, – возразил Грегори.
– К тому времени, как мы все закончим, – пообещал Одд, – дети смогут качаться на этой конструкции, как на турнике, и она даже не прогнется.
– Если для тебя это так важно, то я могу поучаствовать в страховке, – предложил Грегори, глубоко вздохнув.
– Знаешь, я не ищу совладельца, – отмахнулся от него Пол.
– А я и не хочу им становиться.
Пол поднял один из поломанных корпусов осветительных ламп.
– Знаете что, давайте все это уберем, позвоним в компанию, а потом решим, что делать дальше.
– Хорошо, – согласился Грегори.
Они с Оддом отправились за веником, щеткой и совком для мусора, которые хранились в подсобном помещении между мужским и дамским туалетами. Сделав поляроидные снимки общего плана разрушений, а потом каждой сломанной детали по отдельности, они принялись за уборку, за которой провели большую часть утра. Столики на улице и те, что находились ближе к кассе и прилавку, не пострадали, и Пол отгородил место разрушений желтой веревкой, так, чтобы утренние посетители не испытывали никаких неудобств.
У этого места есть потенциал, думал Грегори. Помещение кафе было вполне достаточным, чтобы разместить в нем сорок-пятьдесят человек, и Одд отлично потрудился, встраивая небольшую сцену у стены слева от прилавка. Несмотря на все сомнения и беспокойства Пола, они зашли уже слишком далеко, чтобы все бросить, и он знал, что на этом этапе его старый друг от проекта не откажется.
Кроме того, Грегори уже побывал в типографии и договорился о целой куче всяких флайеров. Он планировал распространить их по всему городу: на досках объявлений в обоих супермаркетах, в окнах бензозаправок, в библиотеке и скобяном магазине, а также во всех остальных магазинах, где удастся. Один флайер он обязательно разместит на доске объявлений на почте, там, где обычно сообщается обо всех социально значимых событиях в городе, а остальные расклеит на телеграфных столбах по всему городу. Им необходимо разжечь интерес. Если флайеры не помогут, то Грегори был готов выкупить целую рекламную страницу среди никому не нужных объявлений Торговой палаты, фотографий со школьных спортивных состязаний и объявлений о продаже гаражей в издании, которое называлось «Макгуэйн монитор».
Хотя он был уверен, что люди и так придут. Начнут они с Ночи поиска талантов. Это будет открытый вечер, во время которого любой желающий сможет подняться на сцену и делать все, что его или ее душе угодно: петь, играть на гитаре, рассказывать скетчи, смешить публику, принимать участие в самодеятельных музыкальных группах. А после этого они предложат ангажементы самым успешным из них.
Это будет похоже на высадку новой травы, на создание заповедника талантов, которые раньше не имели возможности выступать на публике, и Грегори особенно нравилось то, что они предоставят им такую возможность. Они дадут людям шанс. Здесь смогут выступить и гаражные музыкальные группы, которые до сих пор только и знали, что доводили своих соседей шумом во время репетиций, и трепетные барды, которые пока репетировали только перед зеркалом в спальне.
Сейчас кафе может казаться мертвым, но он все здесь перевернет. Он, Грегори, создаст аудиторию для этих актеров и клиентуру для этого кафе. Это была потрясающая возможность, и он собирался использовать ее на все сто. Раньше Грегори никогда не задумывался над значением слова «карьера». Он всегда думал о «работе». А сейчас видел себя в роли нового Билла Грэхэма[34]34
Американский импресарио и промоутер, занимавшийся организацией концертов рок-музыки с середины 60-х и до 1991 г., когда погиб в вертолетной катастрофе. Продюсировал такие коллективы, как «Грейтфул Дэд» и «Джефферсон Эйрплэйн».
[Закрыть], договаривающегося о сольных концертах исполнителей – и на пике славы, и давно забытых, – открывающего новые таланты и управляющего карьерами музыкантов. Может быть, кафе даже расширится и займет помещение соседней парикмахерской… Им ведь нужны будут артистические, если они хотят привлечь к себе настоящих профессионалов.
Они закончили расставлять столики и, протерев пол, запихнули остатки рампы в заднюю комнату.
– И все-таки я считаю, что кто-то сделал это нарочно. – Одд смотрел на повисшую на проводах розетку. – Вандалы. Сами по себе эти лампы свалиться не могли, только не после того, как мы их закрепили.
– Мне тоже все это кажется странным, – согласился Грегори.
Сзади послышались звуки шагов, и кто-то прочистил горло. Они обернулись и увидели в дверях Пола, который рассматривал перекрученную кучу проводов, лампочек и шнуров.
– И вы думаете, что сможете так прикрепить новую рампу, что она не отвалится и не поубивает зрителей? – спросил он с глубоким вздохом.
– Естественно, – ответил Одд.
– До субботы?
– Без проблем.
– Хорошо, – кивнул Пол и отвернулся. – Хорошо.
Одд посмотрел на Грегори. Тот ухмыльнулся и сказал:
– Кажется, мы опять в деле.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?