Текст книги "Приз"
![](/books_files/covers/thumbs_240/priz-36410.jpg)
Автор книги: Бренда Джойс
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 4
С палуб «Американы» море выглядело достаточно приятно. Но как только шлюпка отплыла, ее начало качать. Два матроса гребли в сторону «Вызова». Вирджиния ухватилась за края лодки.
Большая волна подбросила шлюпку к небу. Вирджиния закусила губу, чтобы сдержать крик, в ту же секунду лодка с головокружительной скоростью устремилась вниз, к океанской бездне.
Но они не утонули – другая волна подняла их снова. Вирджиния не ела с утра, но ей показалось, что сейчас ее вырвет. Матросы гребли как ни в чем не бывало. Вирджиния старалась не смотреть на океан и дышать ровно, но это было невозможно. Она встретилась взглядом с Гасом, но он тут же покраснел и отвел глаза.
Какая чепуха, подумала Вирджиния, приказывать людям не смотреть на нее.
– Гас! Как мы высадимся? – крикнула она. Попытка сделать это теперь казалась самоубийственной.
Еще одна волна обдала ее брызгами. Гас словно не слышал вопроса. Вирджиния повторила его еще громче, думая, что голос глушит океан. Но Гас по-прежнему не смотрел на нее.
Наконец они добрались до корабля. Матрос сбросил канаты и опустил трап, прикрепленный к борту, словно отвечая на вопрос Вирджинии. Ей не терпелось покинуть качающуюся шлюпку.
Матросы наверху уставились на нее. Их грубые взгляды вызывали у Вирджинии мрачное удовлетворение. Но Гас резко сказал:
– Она добыча капитана. Он приказал не разговаривать с ней и не смотреть на нее.
Четыре пары глаз тут же устремились в сторону.
Когда Гас помогал Вирджинии взойти на трап, ее интересовало, как О’Нил смог добиться от своих людей такого беспрекословного подчинения. Несомненно, он был суровым и жестоким командиром.
– Сюда, – сказал Гас, не глядя на нее. Он отпустил ее руку, когда они оказались на главной палубе фрегата, так как здесь качка ощущалась куда меньше, чем в шлюпке и даже на «Американе».
Вирджиния окинула взглядом пиратский корабль, гадая о своей судьбе. Ее повели по палубе, где известие о капитанском приказе, очевидно, уже распространилось, так как никто на нее не смотрел. Вскоре она оказалась со своим дорожным сундуком в каюте, дверь которой закрылась за ней.
Итак, она пленница пиратского капитана и находится в его каюте.
Вирджиния поежилась, сознавая, что дрожит от холода – она промокла с головы до ног. Каюта была примерно в четыре раза больше той, которую она делила с Дейвисами, и роскошно обставлена. У двери стояла кровать красного дерева с четырьмя столбиками и балдахином, привинченная к полу, покрытая шелковым одеялом с красным, черным и золотым узором, с красными бархатными подушками с золотыми кисточками в восточном стиле. На стене над кроватью были укреплены два ряда полок, а на полу лежал темно-красный персидский ковер. В углу стоял письменный стол с книгами и картами.
В каюте был также маленький обеденный столик с резными ножками, его окружали четыре стула с высокими спинками и полосатой обивкой. Черная китайская ширма, инкрустированная перламутром, расположилась у четвертой стены. В туалетной комнате девушка обнаружила фарфоровую ванну.
Вирджиния нервно поморщилась. Ей было неприятно находиться в каюте капитана, среди его личных вещей. Тем более что обстановка здесь была куда более элегантной, чем в ее собственном доме. Она подошла к кровати, невольно размышляя, где ей предстоит спать. На одной из полок лежали сложенные предметы одежды, похожие на кальсоны и чулки. Здесь были также зеркало, бритва, кисточка для бритья, фарфоровая чашка с золотой гравировкой и несколько свечей в серебряных подсвечниках.
На верхней полке стояли словари: франко-английский, испано-английский, немецко-английский, итало-английский, португальско-английский и русско-английский. Рядом лежали две потрепанные маленькие книжки с переводом общеупотребительных фраз на арабском и китайском языках.
Был ли капитан образованным человеком? Он говорил с тяжеловесным ирландским акцентом, но выглядел аристократом. Фактически он совсем не походил на пирата, какими представляла их Вирджиния, не был беззубым, грязным и дурно пахнущим, он был чисто выбрит, разве что окровавленная одежда внушала ужас.
Каюта, где всюду ощущалось его присутствие, угнетала Вирджинию. Она подбежала к двери, ожидая найти ее запертой, но, к ее удивлению, дверь открылась.
Выглянув наружу, Вирджиния увидела, что приготовления на «Американе» почти завершены, новый грот развернут, что могло означать только одно – корабль вскоре должен отплыть. Если бы ей удалось вернуться туда, подумала она.
Вирджиния вышла из каюты. Близился вечер – свежий бриз обдал ее холодом. Она поежилась, козырьком приставила ладони к глазам и глядела на «Американу».
Осторожно девушка огляделась вокруг. Матросы залезали на мачты, развертывая одни паруса и зарифивая другие, несколько человек поднимали тяжелый якорь. Казалось, никому нет дела до нее.
Капитан стоял на шканцах, отдавая приказания, сильный ветер развевал его волосы, под его порывами окровавленная рубашка плотно облегала мощную грудь. Весь его сильный и властный облик говорил Вирджинии, что перед нею аристократ, пошедший по кривой дорожке.
Он заметил ее, и от его взгляда у девушки перехватило дыхание.
Но через минуту он повернулся к ней спиной. «Вызов» внезапно качнуло, как скаковую лошадь на старте. Вирджинию отбросило к наружной стене каюты.
Появился Гас.
– Капитан просит вас оставаться в каюте, мисс Хьюз, – сказал он, по-прежнему избегая ее взгляда.
– Тогда почему он не запер дверь? – сердито осведомилась Вирджиния.
– Пожалуйста, идите внутрь, мисс Хьюз. Приказ капитана, – настаивал Гас, снова покраснев.
– Гас! – Она схватила его за запястье. – Меня не интересуют его приказы, он не мой капитан!
Гас заморгал и на мгновение уставился на нее с недоверием.
Вирджиния почувствовала себя так, словно одержала маленькую победу:
– Пожалуйста, смотрите на меня, когда обращаетесь ко мне. Я не дверь и не столб.
Он отвел взгляд:
– Приказ капитана, мисс.
– Черт бы побрал вашего убийцу-капитана! Ему самое место в аду, где он окажется скорее рано, чем поздно! – крикнула Вирджиния.
Гас осмелился посмотреть на нее снова:
– Ветер меняется. Будет шторм. Пожалуйста, идите внутрь, иначе мне приказано отвести вас туда силой.
Фыркнув, Вирджиния вбежала в каюту и захлопнула за собой дверь. Она ожидала услышать поворот ключа в замке, но этого не произошло. Они находились посреди Атлантического океана, и бежать отсюда было некуда.
Но она сможет убежать в Портсмуте!
Вирджиния опустилась на один из стульев у обеденного стола, охваченная внезапным возбуждением. Если она правильно поняла, им остался один день плавания. Это время она постарается держать капитана на расстоянии, а за двадцать четыре часа придумает какой-нибудь план.
Портсмут находится в Британии. Она должна найти способ добраться из Портсмута в Лондон, где ее ожидает дядя. Ее переполняла надежда.
Ей стало холодно, она посмотрела на свой сундук, но переодеться побоялась, опасаясь быть застигнутой капитаном в раздетом виде. Потирая руки, чтобы согреться, она решила сосредоточиться на планах бегства.
Через несколько минут ее мысли начали путаться, а глаза слипаться. Уронив голову на руки, Вирджиния заснула.
– Сэр, она ушла в каюту, – сообщил Гас.
Девлин передал руль первому помощнику, но стоял рядом с ним, наблюдая за сереющим небом и чувствуя внезапное падение температуры. Приближалась буря, и выработанный за одиннадцать лет пребывания в море инстинкт подсказывал капитану, что она будет скверной.
Однако еще оставалось время, прежде чем понадобится зарифить топсели. Он надеялся обогнать шторм, хотя это сбило бы их с курса.
Девушка была в его каюте. Пара сердитых фиалковых глаз на маленьком точеном личике не давала ему покоя. Отогнав непрошеные образы, Девлин посмотрел на покрасневшего Гаса.
– Нелегко тебе с ней, а? – Смущение парня забавляло его.
Гас колебался.
– Она очень смелая для такой маленькой леди, сэр.
Девлин недовольно отвернулся. Смелая? Это еще мягко сказано. Ее большие фиалковые глаза преследовали его с тех пор, как он имел несчастье, наконец, встретиться с американской племянницей графа Истфилда. Он не знал, смеяться ему или возмущаться ее полным отсутствием уважения к его чину. Девушка была маленькой, как тринадцатилетний подросток, но Девлин разбирался в людях и видел, что она обладает необыкновенной храбростью. Не то чтобы это его заботило, но все же она была заложницей – средством достижения цели.
Девлин ожидал увидеть рафинированную леди, взрослую и опытную, вроде Элизабет, которую было бы неплохо уложить в постель, чтобы подсластить пилюлю. Он никак не рассчитывал встретить свирепую малышку, которая сначала попытается застрелить его, а потом огреть рукояткой пистолета.
Девлин подошел к борту шканцев, поднеся к глазам бинокль. Его одолевало тяжелое чувство, похожее на похоть. Переспать с племянницей Истфилда было сильным искушением. Это добавило бы триумфа к его мести. Но Девлин не лгал, говоря, что ни он, ни его люди никогда никого не насиловали. Это не допускалось. Он был мужчиной, а не монстром. Мать, отец и отчим воспитывали его как джентль мена. И на балах, которые он изредка посещал, и других социальных мероприятиях его принимали как такового. Но он не был джентльменом. Ни один джентльмен не добывал себе состояние в морях, захватывая один приз за другим. Его команда никогда не стала бы повиноваться джентльмену. Тем не менее овладеть восемнадцатилетней девственницей не входило в его планы, даже если такая мысль приходила ему в голову.
Девлин опустил бинокль. Репутация девушки и так уже достаточно пострадает, когда он передаст ее Истфилду. Но он об этом не заботился. Она ничего для него не значила. Если Истфилд любит племянницу, тем приятнее будет преподнести ему ее с подмоченной репутацией. Что до его собственной репутации, то она его никогда не беспокоила.
О нем говорили за спиной большую часть его жизни. Когда он был еще маленьким мальчиком, до убийства отца, их соседи шептались со смесью жалости и уважения, что когда-нибудь из него вырастет такой же О’Нил, каким были его предки. Потом они перешептывались о бедности его семьи и любовных связях его отца. Джералд был хорошим мужем, но, как многие мужчины, не всегда верным. И шепоты не прекращались после его убийства – напротив, они стали еще более злыми и обвиняющими. Шептались о переходе его семьи в протестантство, о любви его матери к новому мужу, даже о том, кто его настоящий отец. С пылающими щеками и расправленными плечами Девлин отвечал на все это полным безразличием.
Теперь слухи распространялись в обществе английскими лордами и леди. Они кланялись ему едва ли не с почтением, но шептались о том же. В лицо его называли героем, а за спиной, мошенником и пиратом, хотя и пытались навязать ему на балах своих незамужних и богатых дочерей.
Девлин не беспокоился о своей флотской карьере. Она хорошо служила ему, хотя и несколько двусмысленно. Его жизнью были море и ветер, корабль и команда. Если бы эта карьера прервалась преждевременно, он все равно бороздил бы моря, пускай в ином качестве. Девлин не испытывал ни любви, ни преданности к своим британским хозяевам, но он был патриотом и продолжал бы служить своей стране – Ирландии.
Девлин прекрасно понимал, что снова дерзко нарушил приказы. Но адмиралтейство слишком нуждалось в нем – кроме того, его новая игра с Истфилдом велась осмотрительно и даже с подобием честности. Истфилд не хотел скандала, и Девлин знал, что он будет рассматривать похищение племянницы и требование за нее выкупа как частное дело. Девлин намеревался завершить его как можно быстрее – только немного поиграв с Истфилдом.
Он с улыбкой смотрел на темнеющее небо.
Вирджиния не знала, сколько времени он простоял здесь, глядя на нее, спящую. Но внезапно она проснулась и первым делом увидела его.
Она выпрямилась. Странный блеск в его глазах притягивал ее. Девлин не двигался, стоя у закрытой двери, как будто он только что вошел в каюту.
Вирджиния вскочила. Ее одежда оставалась влажной, значит, спала она недолго.
– И давно вы стоите здесь? – осведомилась она. Его взгляд скользнул по ее груди.
– Недавно. – Ответ прозвучал холодно и равнодушно.
Вирджиния покраснела. Каюта была слишком мала для двоих.
– Я думала, теперь это моя каюта.
Он открыл дверь туалетной комнаты и повернулся к ней. Его лицо было непроницаемым.
– Да.
– Тогда вы должны уйти. Теперь он смотрел ей в глаза.
– Кто-нибудь говорил вам, что у вас слишком дерзкий язык?
– Вы сами грубиян. Каюта слишком мала для нас двоих, и… – Она запнулась, глядя на его мокрую, окровавленную рубашку. – От вас дурно пахнет.
– Да будет вам известно, мисс Хьюз, что это моя каюта и вы в ней как моя гостья. Вы не переоделись. Почему?
Внезапная перемена темы застигла ее врасплох.
– Я не хочу переодеваться, – ответила она.
– Вам нравится выглядеть мокрой кошкой? – Его темные брови приподнялись. – Или вы наслаждаетесь холодом?
– Благодарю за ваш сарказм. Он вздохнул:
– Мисс Хьюз, вы заработаете пневмонию, если не снимете эту одежду. В мои намерения не входит вас убивать.
Вирджиния ухватилась за последнюю реплику:
– Тогда что входит в ваши намерения?
Выражение лица Девлина изменилось, и стало очевидно, что он раздосадован. Девлин полуобернулся и, прежде чем она успела опомниться, стянул через голову окровавленную рубашку и бросил ее на пол.
Вирджиния отскочила к двери.
– Что вы делаете? – крикнула она, глядя на его широкие обнаженные плечи и грудь.
– Я намерен переодеться, – спокойно ответил он.
Вирджиния отвела взгляд. Лицо бога и тело воина… Она и раньше видела мужчин без рубашек в Суит-Брайар, но никогда еще вид обнаженного торса не вызывал у нее такого волнения.
Конечно, в Суит-Брайар она не была пленницей и ей не приходилось находиться в маленьком замкнутом пространстве со своим похитителем.
– Каюта слишком мала для нас двоих, – повторила Вирджиния, чувствуя учащенное сердцебиение.
Девлин держал в руках свежую рубашку, но не двигался. Если бы не его поднимающаяся и опускающаяся грудь, он был бы похож на статую.
– Вы повторяетесь, – заметил он.
Их взгляды встретились, и ее дрожь внезапно прекратилась. В каюте становилось душно.
– Вы могли бы попросить меня выйти наружу, – с трудом вымолвила Вирджиния, уставясь в пол.
– Я не думал, что мужская грудь так притягательна, – грубо сказал Девлин.
Вирджиния подняла взгляд. Теперь он стоял к ней спиной, облаченный в тонкий белый батист, стягивая с ног сапоги. Девлин направился в туалетную, и она увидела в его руках чистые кремовые бриджи.
Вирджиния молча повернулась к двери, но Девлин в один миг пересек каюту и положил руку на дверную панель.
– Вы не должны выходить на палубу.
Его рука легла на ее плечо – Вирджиния ощущала присутствие большого, сильного тела позади нее. Она не могла повернуться, боясь оказаться в его объятиях.
– Я не собираюсь наблюдать, как вы раздеваетесь, – резко сказала она.
– А я не прошу вас наблюдать, мисс Хьюз. Прошу прощения. Я забыл, как невинна восемнадцатилетняя девушка.
Вирджиния застыла. Теперь он собирается разыгрывать роль джентльмена? Недоверие боролось со смущением.
Она чувствовала жар, исходящий от его тела, всего в нескольких дюймах от нее. Девлин снял руку с двери и шагнул назад.
Вирджиния медленно повернулась.
Девлин, все еще держа в руке чистые бриджи, нарушил молчание.
– Посмотрите в другую сторону, – сказал он. – Я мигом переоденусь, а затем вы сможете сменить ваше платье.
– Предпочитаю выйти наружу… – начала она.
– Господи, женщина, вы будете оспаривать каждое мое слово? Ваше платье выглядит неприлично. – Он снова посмотрел на ее грудь и отошел, расстегивая бриджи.
Посмотрев вниз, Вирджиния покраснела от досады. Мокрый шелк ее платья и сорочки прилип к маленьким грудям, увеличенным корсетом, четко обрисовывая торчащие соски. Неудивительно, что он глазел на нее. Она с таким же успехом могла быть обнаженной.
Зашуршала ткань.
Вирджиния подняла взгляд и увидела больше, чем следовало, – обнаженные выпуклые ягодицы, мускулистые бедра и икры. Она тут же повернулась к двери, тяжело дыша. Внезапно ей захотелось плакать.
Долгое время Вирджиния была смелой, но теперь храбрость покинула ее. Она должна была отправиться в Лондон, умолять дядю сжалиться и оплатить ее долги. Вместо этого она оказалась на борту пиратского корабля, в каюте пирата, который разговаривал как аристократ и излучал такую соблазнительную мужественность, что она впервые в жизни подумала о своем теле совсем иначе, чем раньше. Как это произошло? Как?
Он был ее врагом. Он стоял между ней и Суит-Брайар. Она страстно ненавидела его и не должна была находить даже дюйм его тела интересным, интригующим или привлекательным.
– Я подожду снаружи, – сказал Девлин за спиной у нее.
Вирджиния кивнула и отошла в сторону, борясь со слезами и не глядя на него. Она подошла к своему сундуку и открыла его. Наконец она услышала, как дверь закрылась.
Вирджиния опустилась на пол рядом с сундуком и заплакала.
Сильный ветер дул им в корму. Девлин взял руль, сосредоточившись на задаче обогнать преследующий их шторм.
– Нам это удастся? – осведомился спокойный голос позади.
Отогнав преследующую его мысль о паре фиолетовых глаз, Девлин повернулся к корабельному врачу – маленькому толстому человечку с густыми бакенбардами и вьющимися седыми волосами.
– Пятьдесят на пятьдесят, – ответил он. – Буду знать это в течение следующих пятнадцати минут.
Джек Харви скрестил руки на груди и посмотрел на черное беззвездное небо.
– Что за история со взятием заложницы, Девлин? Девлин уставился на серый горизонт:
– Боюсь, моя причуда.
– Кто она?
– Какая разница?
– Я мельком взглянул на нее на борту «Американы». Она молодая леди. Я чую выкуп – не знаю почему. Вы никогда прежде не брали выкуп за женщину.
– Всегда бывает первый раз, – сказал Девлин, не собираясь рассказывать обо всем доброму доктору. – Как раненые?
– Бринкли умирает, но я дал ему лауданум, и он этого не знает. Бьюлер и Свенсон выкарабкаются. Она нуждается в помощи доктора?
Девлин почувствовал раздражение:
– Она нуждается в кляпе, а не в помощи доктора. Джек Харви удивленно поднял кустистые брови:
– Красивая малышка, не так ли? Господи, ребята говорят о том, что она пыталась застрелить вас!
– Чепуха! – огрызнулся Девлин. – Возьмите руль и придерживайтесь курса. – Он указал пальцем на компас и зашагал по шканцам, сам не зная причины собственного гнева.
– Насколько я понимаю, вы не приглашаете меня присоединиться к вам за ужином, прежде чем разверзнется ад? – крикнул Харви ему вслед.
Девлин не ответил. Но если шторм настигнет их, он нуждался в полном желудке.
Неужели она плакала, когда он выходил из каюты?
Не то чтобы его это заботило. Женщины используют слезы только с одной целью – он давно это понял. А так как его не интересовала никакая женщина, слезы не действовали на него.
Открыв дверь каюты, Девлин увидел Вирджинию, сидящую за столом, который был уставлен серебром, хрусталем и накрытыми тарелками, от которых исходил аппетитный аромат. Она сидела прямо, положив руки на колени; на ее щеках алели два розовых пятна.
Девлин закрыл дверь, чувствуя запах битвы.
Вирджиния улыбнулась холодно как лед.
– Меня интересовало, когда вы вернетесь… капитан.
Радость разлилась в жилах Девлина. Как же он любил добрую войну!
– Не знал, что вы тоскуете по моей компании, – сказал он, вежливо поклонившись.
– Я тоскую только по вашей голове на этом серебряном блюде, – произнесла она царственным тоном, словно английская королева.
Девлин почти улыбнулся. Осторожно приблизившись, он увидел ярость в ее глазах.
– Боюсь разочаровать вас. Мой повар – француз. У меня есть лучшая еда для этого блюда.
– Тогда я буду терпеливо ждать лучшего дня, когда будет приготовлен обед, которого я желаю, – ответствовала Вирджиния.
Но он не усмехнулся.
– Вы не кажетесь мне терпеливой женщиной, мисс Хьюз, и, так как я сомневаюсь, что день, которого вы ждете, скоро наступит, что вы будете делать вместо ожидания?
– Вы правы. У меня совсем нет терпения! Мошенник! – крикнула она.
Девлин едва не засмеялся. Это больше походило на «ублюдок».
– Я чем-то оскорбил вас, мисс Хьюз? Ее смех был острым как бритва.
– Вы убили невинных американцев, вы похитили меня, раздевались передо мной, разглядывали мою грудь – и еще спрашиваете, оскорблена ли я?
Девлин потянулся к бутылке красного вина.
– Вы позволите? – спросил он, собираясь наполнить ее бокал.
Вирджиния вскочила на ноги.
– Вы офицер! – крикнула она, и он напрягся, думая, что девушка собирается ударить его. Но она только добавила: – Британского флота!
Девлин поставил бутылку и отвесил насмешливый поклон:
– Сэр капитан Девлин О’Нил к вашим услугам, мисс Хьюз.
Он видел, что она дрожит от гнева.
– Перестаньте ухмыляться! Вы совершили преступные действия! Объяснитесь, сэр капитан!
Девушка осмеливалась приказывать ему, находясь на его корабле, в его каюте. Девлин не выдержал и засмеялся.
Вирджиния застыла, испуганная неожиданным звуком, но быстро пришла в себя.
– Я жду объяснений, капитан.
Он покачал головой и осведомился:
– Вы не боитесь меня?
Она колебалась, не зная, что ответить.
– Говорите откровенно.
– Вы пугаете меня, – призналась Вирджиния, но тут же добавила: – Сама не знаю почему, черт бы вас побрал!
Девлин поднял брови:
– Леди не ругаются.
– Плевать! Кроме того, со мной ведь не обращаются как с леди, не так ли?
Он бросил на нее странный взгляд:
– Другой мужчина на моем месте уложил бы вас в эту кровать, где вам и место.
Вирджинию охватила тревога.
– Я… мне не место в вашей кровати, – запинаясь, отозвалась она. Ужасная картина ее, лежащей в объятиях этого человека, представилась мысленному взору Вирджинии.
– Согласен, – кивнул Девлин. – Костлявые женщины в постели весьма неудобны.
Вирджиния задохнулась от возмущения.
– Мне только четырнадцать лет, сэр! – крикнула она. – Вы бы уложили в вашу постель ребенка?
Она облизнула губы, отчаянно надеясь, что он ей поверит.
Девлин задумчиво прищурился.
– Вы играете в опасную игру, мисс Хьюз, – негромко сказал он.
– Это не игра!
– В самом деле? Тогда объясните мне факт вашего плавания на «Американе» в одиночестве и без компаньонки.
Ее мысли заметались.
– Мне пришлось солгать капитану Хорейшо, – ответила она, думая, что нашла блестящее объяснение. – Он не позволил бы девочке плыть в Британию одной. Я сказала, что мне восемнадцать…
– Вы не выглядели на четырнадцать лет в вашем мокром платье, мисс Хьюз, – холодно прервал Девлин.
Вирджиния вся напряглась. Его губы тронула улыбка.
– Садитесь. Как бы ни был интересен наш разговор, я здесь с определенной целью. Шторм угрожает догнать нас, и если так, нам предстоит трудная ночь. – Он подошел к столу и придвинул ей стул.
Вирджиния с трудом села. Как ни странно, собственный обман был ей ненавистен – она не хотела, чтобы он считал ее ребенком. Но поверил ли он ей? Вряд ли. И он вовсе не пират!
– Почему вы не сказали мне сразу, что вы капитан королевского флота?
Девлин пожал плечами:
– Это имеет значение?
– Конечно! – воскликнула Вирджиния. – Я думала, что я ваша пленница, хотя не понимала почему. Теперь я знаю, что это не так, хотя все еще не понимаю, почему я на вашем корабле, а не на «Американе». Я знаю, что британский флот захватывает наши корабли, так как ваша страна не уважает наши права! Но мы не воюем с вами, и вы не пират! В каком-то смысле мы союзники. Конечно, вы освободите меня в Портсмуте! – К этому выводу она пришла, найдя его мундир в туалетной. Офицер британского флота не берет выкуп за американских граждан.
– Мы не союзники, – резко сказал он.
Такого ответа Вирджиния не ожидала, к тому же ей не понравилось выражение его лица.
– И я не освобожу вас в Портсмуте.
– Что? – Она была шокирована. – Но…
– Я везу вас в Аскитон. Вы когда-нибудь бывали в Ирландии, мисс Хьюз?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?