Текст книги "Приз"
![](/books_files/covers/thumbs_240/priz-36410.jpg)
Автор книги: Бренда Джойс
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 5
Вирджиния не верила своим ушам.
– Ирландия? Вы намереваетесь везти меня в Ирландию?
– Едва ли намереваюсь. Я это сделаю. А теперь садитесь, так как я тоже намерен поесть. – Он снова отодвинул для нее стул.
Вирджиния была озадачена.
– Не уверена, что я вас понимаю.
– Господи! – воскликнул Девлин. – Что тут понимать? Я везу вас в Ирландию, мисс Хьюз, как мою гостью.
Она искренне пыталась понять его.
– Значит, я все-таки ваша пленница?
– Предпочитаю думать о вас как о гостье. – Он стал серьезным. – Я не причиню вам вреда – даже если вам восемнадцать лет.
– Почему?
– Не имеет значения. Садитесь. Вирджиния покачала головой:
– У меня нет аппетита. Вам нужен выкуп?
– Как умно. – Он холодно улыбнулся.
– Но у меня нет средств. Мое наследство продадут по частям, чтобы оплатить долги отца.
Девлин молча пожал плечами.
Вирджиния снова встревожилась, но старалась дышать ровно.
– Вы же отпускаете миссис Дейвис. А она весьма богата.
– Если вы хотите голодать, это ваше дело. – Он сел за стол и стал накладывать себе на тарелку жаркое из баранины.
К несчастью, вид и запах жаркого побудил ее желудок громко заурчать, но Девлин, казалось, ничего не слышал. Он стал быстро есть, словно куда-то очень торопился.
Наконец Девлин глотнул вина и отсалютовал ей бокалом:
– Превосходная контрабанда.
Вирджиния не ответила. Ужасное подозрение пришло ей в голову. Он намеревался получить за нее выкуп, и его не заботило ее наследство.
Он знал ее имя с момента их встречи.
Должно быть, он знает о ее дядюшке-графе.
Вирджиния опустилась на стул. Девлин поднял глаза, не переставая есть.
Но теперь она в достаточной безопасности, не так ли? Этот человек – офицер флота, даже если его собираются уволить или того хуже – она надеялась, что его вздернут на ближайшей виселице. Он не обычный разбойник. Ему нужен выкуп, который он, несомненно, получит, и, учитывая обстоятельства, он едва ли вернет ее дяде запятнанной в любом смысле слова.
Вирджинию интересовало, какой выкуп за нее потребуют и хватит ли у дяди денег на выкуп и на отцовские долги. Испуг отразился на ее лице.
– Вы кажетесь расстроенной, – заметил Девлин, откинувшись на спинку стула и, очевидно, закончив трапезу.
– Вы лишены морали, сэр, – чопорно произнесла она. – Это абсолютно ясно.
– Я никогда не утверждал обратное. – Он посмотрел на нее. – Мораль для глупцов, мисс Хьюз.
Импульсивно Вирджиния наклонилась вперед.
– Как мне заставить вас передумать? – Она едва верила собственным словам. – Вы не получите выкуп от моего дяди, капитан О’Нил. Мне восемнадцать, а не четырнадцать. – Выражение его лица не изменилось. – Я сделаю все, чтобы получить свободу.
Девлин уставился на нее:
– Это предложение, о котором я думаю? Вирджиния покраснела от стыда.
– Да… – пробормотала она. Девлин поднялся:
– Шторм приближается. Боюсь, я должен идти. Не покидайте каюту. Такую малышку, как вы, сразу же смоет за борт. – Он отбросил салфетку и зашагал по качающемуся полу к двери.
Это его ответ? Вирджиния не верила своим ушам. У двери Девлин остановился.
– А мой ответ «нет». – И он быстро вышел.
Вирджиния упала на стул в слезах, полная отчаяния. Она уже знала, что дяде наплевать на нее. Он не заплатит выкуп, но возьмет на себя долги отца.
Из-за этого проклятого ирландца она потеряет Суит-Брайар.
Гнев охватил Вирджинию, когда она вскочила и побежала через каюту. Как только она открыла дверь, ветер потащил ее по палубе, Вирджиния видела за перилами бушующее море, которое, казалось, наступает на нее. Будучи не в силах даже крикнуть, она упала на деревянный настил и канаты.
Боль ослепила ее. Море обдавало брызгами, а ветер пытался сдуть за борт. Вирджинию охватила паника – она не хотела умирать.
– Вы чертовски упрямая женщина, – пробормотал О’Нил, обхватив ее сильными руками. Она прижалась к его большому сильному телу – теперь море и ветер атаковали их обоих.
Борясь со стихией, Девлин решительно подтащил ее к каюте и втолкнул внутрь.
– Оставайтесь здесь! – крикнул он, стараясь, чтобы его было слышно.
– Вы должны отпустить меня! – крикнула в ответ Вирджиния. Как ни странно, ей хотелось поблагодарить его за спасение ее жизни.
Девлин покачал головой, бросил на нее свирепый взгляд и побежал по палубе, вскочив на шканцы. Начался ливень.
Вирджиния оставалась в каюте вне досягаемости для бури, но не пыталась закрыть дверь, которую прижало ветром. Теперь она понимала, насколько серьезен шторм. Корабль поднимался на волны и падал вниз, как маленькая шлюпка. Повсюду сновали матросы, натягивая канаты, взбираясь на мачты.
Вирджиния посмотрела наверх и вскрикнула от ужаса. Человек висел на нижней планке квадратного паруса, и она знала, что он вот-вот свалится и разобьется насмерть или утонет.
Она должна была что-то сделать, но что?
Вирджиния бросила взгляд на шканцы. Она была слишком мала, чтобы пересечь пространство от каюты О’Нила до того места, где он стоял, и сообщить ему о происходящем.
Снова посмотрев наверх, она увидела, что висевший человек исчез.
Исчез… утонул…
Внутри у нее все пошатнулось. Он исчез, а она даже не смогла услышать его крик.
Когда корабль сильно качнуло, Вирджиния увидела, что все паруса убраны, кроме одного. Она быстро поняла, что матроса, который упал, послали на фок-мачту зарифить последний парус, оставшийся развернутым.
Большой корабль сразу начал крениться набок.
Вирджиния упала на пол и покатилась вниз, ударившись плечом и головой о противоположную стену. Пока корабль лежал почти на боку, она оставалась там, оглушенная и неспособная двигаться.
Вирджиния поняла, что корабль опрокинется, если не выпрямится снова. Она посмотрела на открытую дверь, которая была теперь у нее над головой под углом в сорок пять градусов. Черное небо мерцало в проеме.
Они все умрут, подумала Вирджиния.
Она начала карабкаться по полу, цепляясь за ножки стола и кровати. Ей удалось вытянуться и ухватиться за выступ пола у двери. Вирджиния медленно подтянулась к двери, упершись спиной в одну стену, а ногами в другую и дико озираясь вокруг.
Матросы на палубе также боролись с ужасающим креном, и нижняя сторона корабля, еще не ушедшая под воду, была полна белых шапок. Вирджиния посмотрела на мачты и застыла. Девлин О’Нил с кинжалом в зубах лез на фок-мачту, другой человек следовал за ним. Над ними колыхался фок, словно умоляя бурю опрокинуть их.
Он погибнет, подумала Вирджиния, как погиб тот матрос. Пока он полз, борясь с ветром и дождем, фрегат угрожающе продолжал крениться.
Вирджиния наблюдала, загипнотизированная страхом. Даже если он не умрет, они все равно обречены, так как ему не удастся обрезать парус.
О’Нил остановился, словно бы от усталости, и человек ниже его остановился тоже. Вирджиния не могла отвести взгляда. Она молилась, пока оба моряка отдыхали, прижавшись к качающейся мачте.
Девлин пополз дальше. Добравшись до нижней планки, откуда упал матрос, он начал перерезать оснастку. Другой человек присоединился к нему. Прошло несколько кратких моментов, казавшихся вечностью, пока массивный парус не освободился и не уплыл в ночь.
Корабль со стоном начал выпрямляться.
– О боже! – шептала Вирджиния, наблюдая за осторожно, но проворно спускающимся Девлином. Было очевидно, что он спас корабль и экипаж, сделав то, о чем другие не осмеливались даже подумать.
Она задрожала. Этот человек не знал страха.
Вирджиния чувствовала, что никогда в жизни так не боялась.
Она сама не знала, сколько времени просидела там, когда матрос подбежал к ней:
– Капитан говорит, чтобы вы шли внутрь.
Вирджиния не успела прореагировать. Ее втолкнули в каюту, а матрос изо всех сил пытался оторвать дверь от наружной стены, наконец захлопнув ее.
На сей раз она услышала щелчок замка.
Вирджиния дотащилась до кровати и рухнула на нее, теряя сознание.
Солнце ярко светило сквозь иллюминаторы каюты, когда она очнулась. Каждый кусочек ее тела болел, в голове стучало, а тяжелые веки не желали подниматься. Вирджиния никогда в жизни не была такой измученной и не хотела просыпаться. Она уютно свернулась под одеялом, ей захотелось подоткнуть его за спиной, но, попытавшись это сделать, она осознала, что в кровати не одна. Длинное крепкое тело прижималось к ней, согревая ее от плеч до пальцев ног. Она почувствовала легкое дыхание на подбородке и руку, лежащую на ее талии.
«Боже мой!» – подумала Вирджиния, моргая при ярком утреннем солнце.
Она уже знала, кто лежит рядом с ней, уставясь на большую бронзовую руку О’Нила. Вирджиния судорожно глотнула, чувствуя странное тепло внутри.
«Как это случилось?» – в панике думала она. Конечно, объяснение было простым и сразу пришло ей в голову. Когда шторм прекратился, он приплелся в кровать, слишком усталый, чтобы заботиться о ее присутствии там. Это не уменьшило, а скорее увеличило ее беспокойство.
Внезапно Вирджиния поняла еще кое-что.
Его рука лежала на ее талии, не вялая и расслабленная сном, а достаточно крепкая и вполне живая. Сердце Вирджинии бешено заколотилось. Она могла поклясться жизнью, что он не спит. Может быть, ей притвориться спящей, пока он не встанет с кровати? Но стук ее сердца делал это невозможным. Вирджиния резко повернулась и увидела пару блестящих серебристых глаз и лицо архангела. Их взгляды встретились.
Она не двигалась, не дышала и не могла вымолвить ни слова.
Затем его взгляд переместился на ее висок, который сильно болел.
– С вами все в порядке? – спросил он, при этом его глаза задержались на ее губах.
– Я… – Вирджиния умолкла, неспособная продолжать. Его лицо с твердыми неподвижными губами было совсем рядом. Оно казалось бесстрастным и высеченным из камня, но глаза ярко блестели.
Что, если его рот смягчится и прижмется к ее рту?
– Вы спасли мне жизнь, – нервно прошептала она. – Благодарю вас.
Он пошевелился, словно собираясь встать. Вирджиния схватила руку, лежащую на ее талии.
– Вы спасли корабль и экипаж. Я видела, что вы сделали.
– Вы в моей кровати, Вирджиния, и, если не хотите пробыть здесь со мной еще час, забыв о вашей юности и невинности, предлагаю позволить мне подняться.
Она оставалась неподвижной. Ее мысли путались, а тело горело от его прикосновения. Было глупо это отрицать. Его ночной героизм каким-то образом все изменил. Как бы то ни было, он вполне мог встать, хотя она сжимала его запястье. Вирджиния снова посмотрела на его рот. Ее еще никогда не целовали.
Девлин резко поднялся с кровати и вышел, прежде чем она успела опомниться.
Ошеломленная Вирджиния медленно села.
Облегчения не было. Она ощущала смущение и разочарование.
Вирджиния сидела на кровати, начиная осознавать, что она сейчас чуть не совершила.
Она была на волосок от поцелуя со своим поработителем – и хотела этого поцелуя.
В дверь постучали, и Вирджиния вскочила на ноги. О’Нил никогда не стучал, поэтому она спросила:
– Кто там?
– Гас. Капитан просил принести вам воду для мытья.
– Входите, – сказала Вирджиния, отвернувшись. О’Нил был враг. Он против ее воли забрал ее с «Американы», руководствуясь чистой алчностью, и силой удерживает здесь. Он стоит между ней и Суит-Брайар. Как она могла даже на мгновение желать его прикосновения и поцелуя?
Вошел Гас вместе с двумя матросами, несущими ведра горячей воды. Не глядя на Вирджинию, он поставил на стол кувшин со свежей водой. Оба матроса, наполняя ванну, вели себя так, словно она была невидима.
Как любезно, думала Вирджиния в ярости на Девлина и на себя. До сих пор она ни разу не думала о том, чтобы целоваться с кем-то. Это целиком его вина – она была деморализована похищением и бурей. Он воспользовался состоянием ее нервов. В любом случае, вся интерлюдия была неприемлемой. Он враг и должен оставаться им, пока она не будет освобождена. С врагами не целуются.
Кроме того, поцелуй привел бы к единственно возможному итогу – она стала бы его шлюхой!
– Вам нужно что-нибудь еще, мисс Хьюз? – спросил Гас, прерывая ее мысли.
– Нет, благодарю вас, – слишком сердито ответила Вирджиния. Ее щеки пылали, она чувствовала страх.
Гас повернулся, другие матросы уже вышли.
Вирджиния боролась со страхом и отчаянием. Она напоминала себе, что должна бежать, должна убедить дядю спасти Суит-Брайар. Скоро О’Нил останется только дурным сном, кошмарным воспоминанием.
– Гас! Где мы? Близко от берега?
Он колебался, но не повернулся лицом к ней.
– Мы сбились с курса и находимся севернее Англии, мисс Хьюз.
Вирджиния смотрела ему вслед, не успев спросить, насколько их отнесло к северу. Ее познания в географии были скудными, но она смутно помнила, что Ирландия севернее Англии. Оказаться в Портсмуте было лучше, чем в Ирландии, и, по иронии судьбы, теперь она боялась, что Девлин изменил свои чертовы планы и не станет заходить сначала в Портсмут.
Подбежав к письменному столу, Вирджиния посмотрела на карту. Это подтвердило ее худшие опасения. Ирландия находилась севернее и западнее Англии, и, если их отнесло на север, она окажется у них на пути. Но мог ли шторм так сильно сбить их с курса? Для ее неопытного глаза требовалось более двухсот миль, чтобы оказаться на прямой линии с Ирландией.
Вирджиния взглянула на карту Англии. Портсмут казался не слишком далеким от Лондона. Она попыталась определить расстояние и решила, что это день езды в карете. По крайней мере, одно очко в ее пользу, мрачно подумала она.
Что теперь? Взгляд Вирджинии упал на горячую ванну, и она решила, что уж это удовольствие ничем ей не грозит. Девушка быстро помылась, боясь, что ей помешают. Выйдя из ванны, она торопливо вытерлась досуха, опасаясь, что он войдет и застанет ее неодетой. Вирджиния заплела мокрые волосы и в рекордный срок нацепила ту же одежду. Взгляд в зеркало показал, что она ужасно бледна, что еще больше увеличивало ее глаза. Она выглядела неопрятно – подол платья был смят и порван, на плече алело пятно крови. Но куда хуже была ссадина на виске. Она походила на страшную рану, и, когда Вирджиния прикоснулась к ней, рана оказалась весьма чувствительной.
Вирджиния выглядела как прачка в наряде леди, притом побывавшая в кулачном бою. Впрочем, она действительно побывала в бою и оставалась в нем с того момента, как О’Нил атаковал «Американу».
Вирджиния подошла к иллюминатору и открыла его. Стоял прекрасный весенний день, небо сияло, голубое и безоблачное, океан поразил девушку своим спокойствием после ночного ужаса. Она напрягала зрение, стараясь увидеть землю или хотя бы чайку, но ничего не увидела. Оставив иллюминатор открытым, Вирджиния шагнула на палубу.
Она сразу же заметила О’Нила. Рядом с офицером, державшим штурвал, он стоял спиной к ней, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Глядя на него, Вирджиния почувствовала, что у нее сбилось дыхание, но это ее не заботило. Обладавший чувствительностью тигра из джунглей, Девлин тотчас обернулся, и их взгляды встретились.
Он молча кивнул.
Не ответив на его приветствие, Вирджиния подошла к перилам, слишком поздно осознав, что оказалась слишком близко от места, где ее чуть не смыло за борт.
Она вцепилась в поручни, закрыв глаза и подняв лицо навстречу майскому солнцу. Но внутренне Вирджиния была потрясена до глубины души. Прошлой ночью она чуть не погибла. Это был опыт, который лучше не повторять.
Ею овладело воспоминание о сильных руках Девлина, прижимавших ее к своему телу. Вирджиния открыла глаза, напомнив себе, что он враг и что эта ситуация не изменится, пока он не освободит ее.
– Прекрасный весенний день, – весело произнес незнакомый голос позади нее.
Удивленная Вирджиния повернулась.
Пухлый человечек с вьющимися седыми волосами и живыми карими глазами улыбался ей. На нем были коричневый шерстяной сюртук, бриджи и чулки – он мог бы шагать по улицам Ричмонда, если бы не отсутствие шляпы, трости и перчаток.
– Я Джек Харви, судовой врач, – сказал он, вежливо поклонившись.
Вирджиния неуверенно улыбнулась, чувствуя, что это добрый человек – в отличие от его командира.
– Вирджиния Хьюз, – представилась она.
– Знаю. – Его улыбка стала шире. – Все знают, кто вы, мисс Хьюз. На борту корабля не бывает секретов.
Вирджиния метнула взгляд на О’Нила. Теперь он не обращал на нее никакого внимания, стоя спиной к ней и Харви.
– Как ваше самочувствие? – осведомился Харви. – И следует ли мне взглянуть на ваш висок?
– Он болит, – призналась Вирджиния. – Полагаю, самочувствие такое, какого следует ожидать. До сих пор меня никогда не похищали.
Харви скорчил гримасу:
– Ну, что касается Девлина, для него это тоже впервые. Он и раньше брал заложников, но только не женщин и детей. Их он всегда освобождал.
– Как приятно быть исключением, – с горечью промолвила она.
– Он обидел вас? – неожиданно спросил Харви.
Воспоминание о серебристых глазах, обращенных на нее утром в кровати, смущало ее.
– Вы очень красивы, – заполнил паузу Харви. – Я никогда не видел таких необычных глаз. Не одобряю того, что Девлин делит с вами каюту.
Неужели она обрела союзника в лице корабельного врача? Ее мысли пришли в смятение. Глубоко вздохнув, Вирджиния вызвала слезы на глазах – подвиг, который она еще ни разу не совершала.
– Я умоляла о милосердии, – прошептала она. – Я говорила ему, что я молодая, невинная и беззащитная женщина. – Вирджиния умолкла, словно не могла продолжать.
Глаза Харви расширились от потрясения.
– Не могу поверить! Этот ублюдок… соблазнил вас?
Она чувствовала, что он может стать союзником.
– Соблазнил? Не думаю, что это правильное слово.
Харви побледнел и бросил взгляд на О’Нила, который оставался спиной к ним, наблюдая за носом корабля.
– Я очень сожалею, мисс Хьюз, – сказал он, явно расстроенный. – Вы настоящая леди, и, откровенно говоря, это совершенно не похоже на Девлина.
Вирджиния была уверена, что одержала над ним верх. Она притворилась, что вытирает глаза дрожащими руками.
– Я тоже сожалею. Понимаете, у меня срочные дела в Лондоне, вся моя жизнь поставлена на карту, а теперь… теперь я сомневаюсь, что смогу выйти из кризиса, в котором оказалась. Вы его друг? – спросила она без паузы и подготовки.
Харви задумался.
– Девлин странный человек. Он со всеми держит дистанцию. Невозможно угадать его мысли или намерения. Я уже три года на борту его корабля, и это должно было сделать нас друзьями. Но правда в том, что я знаю о нем очень мало – не больше, чем все остальные. Нам всем известны его подвиги и репутация. Я считаю себя его другом – он спас мне жизнь в Кадисе,[20]20
Кадис – порт на юго-западе Испании.
[Закрыть] но, если мы друзья, я еще никогда не знал такой дружбы.
Это звучало почти печально, но Вирджиния не собиралась поддаваться состраданию. Ее снедало любопытство.
– Какие подвиги? Какая репутация?
– Его называют «пират его величества», мисс Хьюз, – сказал Харви, улыбаясь, как будто радовался более безопасной теме. – Для него самое главное – призы, и я подозреваю, что он стал очень богатым человеком. Его боевые методы не ортодоксальны, как его стратегия и политика. Большинство в адмиралтействе презирает его, так как он очень редко следует приказам, невысоко ценит этих старцев в голубом и не заботится, знают ли они об этом. Газеты полны отчетов о его действиях на море – да и на земле тоже. Они всегда пишут, какой бал или клуб он посетил. В битве при Трафальгаре ему было только восемнадцать. Он принял командование этим кораблем и уничтожил два более крупных судна. Ему сразу дали собственную команду, и это было только началом. Но Девлин не примет командование линейным кораблем. О нет, только не он. – Харви сделал паузу, чтобы перевести дыхание.
– Почему? Что такое линейный корабль? – Вирджиния снова посмотрела на О’Нила. Солнце играло на его светлых волосах. Оказывается, он посещает балы и клубы. Она не могла представить себе этого.
Вирджиния вообразила Девлина в черном фраке, с бокалом шампанского в большой руке, и не усомнилась, что все дамы отчаянно добивались бы его внимания.
Странно, но ее этот образ совсем не волновал.
– Линкоры плавают и сражаются в традиционных боевых формированиях. Девлин слишком независим для этого. Его метод – плавать в одиночку, нападать на неподозревающих или обманывать подозревающих. Он никогда не проигрывает, мисс Хьюз, потому что редко повторяет один и тот же маневр. Люди доверяют ему свои жизни. Я видел, как он отдавал приказы, казавшиеся самоубийственными, но они приводили к победе. Большинство командиров убегает или пытается убежать, видя «Вызов» на горизонте. Он величайший из всех капитанов, бороздящих моря сегодня, поверьте мне. – Харви улыбнулся. – И я не одинок в этом мнении.
– Он нравится вам! – обвиняюще воскликнула Вирджиния. Но, несмотря на ее враждебность, ее тоже впечатляли подвиги Девлина.
Харви поднял брови:
– Я восхищаюсь им. Этого невозможно избежать, плавая на его корабле.
– Он спас корабль прошлой ночью, – заметила Вирджиния. – Почему он не послал на мачту кого-нибудь еще?
Харви покачал головой:
– Потому что знал, что только он сможет выполнить эту миссию. Вот почему мы восхищаемся им, мисс Хьюз. Он ведет нас, и мы не можем не следовать за ним.
Она колебалась – ее сердце учащенно билось.
– Он… женат?
Харви удивился, потом рассмеялся:
– Нет! Не поймите меня неправильно: он любит женщин, и многие лондонские леди мечтают заманить его к алтарю – ему недавно присвоили рыцарское звание, – но я не могу представить себе Девлина с женой. Чтобы примириться с таким мужчиной, нужно быть очень сильной женщиной. – Он на минуту задумался. – Вряд ли Девлин когда-нибудь помышлял о женитьбе. Но он молод – ему только двадцать четыре. Пока его жизнь – море. Но когда-нибудь это может измениться.
О’Нил казался по этому описанию человеком суровым, героическим – и очень одиноким. Вирджиния снова посмотрела на него. Он стоял там же, контролируя массивный фрегат – фигура с почти видимой аурой властности. Девлин выглядел островом внутри себя, но только очень глупая женщина могла бы заподозрить в нем отшельника.
– Он неплохой человек, – продолжал Харви. – Вот почему я не понимаю того, что он сделал и что делает. Ему, безусловно, не нужен этот выкуп.
Вирджиния уставилась на него:
– Вы уверены?
– Как капитан, он получает три восьмых от каждого захваченного нами приза. Я знаю о наших успехах за последние три года. Девлин очень богат.
Вирджиния испуганно поежилась. Если этому человеку не нужен выкуп, зачем ему она?
Ей казалось, что время пришло. Вирджиния коснулась руки врача.
– Мистер Харви, я нуждаюсь в вашей помощи, – жалобно сказала она.
С него было довольно. Его уши горели, как у ребенка в классной комнате, – он знал, что они говорят о нем.
– Мартин, примите командование, – сказал Девлин. Когда офицер подошел, он повернулся и сошел со шканцев.
Его глаза расширились при виде маленькой заложницы, положившей руку на руку Харви; ее взгляд был умоляющим, а розовые губы дрожали. Подозрение усилилось. Это походило на болтовню глупой кокетки, но в мисс Вирджинии Хьюз не было ничего глупого или кокетливого. Что же это за игра?
В то же время его раздражение уменьшилось, сменившись усмешкой. Вирджиния забавляла его.
Девлин почти улыбнулся, думая о том, как она чувствовала себя прошлой ночью рядом с его напряженным возбужденным телом. Он даже не знал, что она лежит в его кровати, рухнув туда совершенно изможденный, когда шторм прекратил терзать корабль. Но он осознал это во сне, потому что, когда проснулся, его тело требовало воспользоваться ситуацией. К счастью, в действие вступили самоконтроль и сила воли, которыми Девлин гордился с десятилетнего возраста. Игнорировать физическую потребность было нелегкой задачей, но даже не возникало вопроса, что это задачу необходимо выполнить.
Как ни странно, Вирджиния не казалась мешком с костями в его объятиях. Она была мягкой, теплой и не хрупкой.
– Добрый день. – Девлин кивнул им обоим, отгоняя эти мысли.
Вирджиния убрала миниатюрную ручку с руки Харви; ее щеки пламенели, она выглядела виноватой.
Господи, они сговаривались против него, подумал Девлин. Девчонка привлекла Харви на свою сторону. Это была не догадка. Он чуял заговор в воздухе, как чуял приближающийся шторм вчера вечером.
– Доброе утро, Девлин. Надеюсь, вы не возражаете, что я дышу воздухом с нашей гостьей? – Харви весело улыбнулся ему.
– К счастью, мои приказы вас не касаются, – спокойно отозвался Девлин.
– Конечно, касаются. Я ведь судовой врач. – В голосе Харви слышался юмор.
Глаза Вирджинии расширились.
– Надеюсь, эти нелепые приказы больше не действуют!
Девлин посмотрел на нее. Она была такой маленькой, что он чувствовал себя мифологическим гигантом рядом с ней.
– Мои приказы действуют, мисс Хьюз. – Ему не нравился вид раны на ее виске. – Харви, я хочу, чтобы вы занялись этим немедленно.
– Пойду за моим саквояжем. – Харви отошел.
Они остались наедине. Девлин смотрел на Вирджинию, но она избегала его взгляда. Почему? Из-за чувства вины? Этим утром она была в его кровати, на грани мольбы о его поцелуях. Девлин был неглуп. Желание мерцало в ее фиалковых глазах.
– Чувствуете себя виноватой? – тихо сказал он, наслаждаясь грядущим спором.
Вирджиния вздрогнула.
– Что я сделала, чтобы чувствовать себя виноватой? Вина лежит только на вас, но, чтобы ощущать ее, надо иметь сердце.
– Признаю, – улыбаясь, сказал Девлин, – что я абсолютно бессердечен.
– Насколько мы сбились с курса? – спросила она, и это прозвучало скорее требованием, чем вопросом.
– Примерно на полтораста миль, – ответил он и увидел, как она побледнела. – Это огорчает вас?
Вирджиния кивнула.
– Куда мы плывем теперь? – мрачно осведомилась она. Девлин восхищался ее умом, твердо решив не недооценивать его больше.
– Нет смысла возвращаться на юг в Портсмут. Кроме того… – его сердце напряглось, свидетельствуя о способности чувствовать, – я сильно сомневаюсь, что «Американа» прибудет туда.
Вирджиния испуганно вздрогнула:
– Вы не думаете…
– Сомневаюсь, что она пережила бурю. Мы сильно обогнали ее – «Американа» не могла этого сделать. Мак отличный моряк, но он плыл со скелетом экипажа. – Девлин не пытался скрыть горе – он знал, что море забирает немало жизней. За годы он привык оплакивать потери и мириться с ними. Он также привык не ожидать долгожительства от тех, кто решил плавать с ним. Гораздо легче иметь дело со смертью, воспринимая ее как неизбежность.
– У вас каменное сердце! – воскликнула Вирджиния. – Ведь эти люди – этот корабль – лежат на дне моря из-за вас!
Рассерженный Девлин так сильно схватил ее за запястье, что она вскрикнула.
– Они лежат в водяной гробнице из-за бури, мисс Хьюз, а я не Посейдон[21]21
Посейдон – бог морей в греческой мифологии.
[Закрыть] и не вызывал шторм прошлой ночью.
Вирджиния тряхнула головой:
– Нет! Если бы вы не напали на этот корабль и не изувечили его с целью похитить меня, они были бы живы!
Казалось, эта девушка способна пробуждать в нем ярость: как никто еще. Он отпустил ее запястье и был пристыжен тем, что оно покраснело.
– Если бы я не напал на этот корабль, не изувечил его и не похитил вас, вы бы сейчас лежали на дне океана вместе с ними. – Девлин собирался отойти. Ему пришло в голову, что если бы он переспал с ней, то научил бы ее уважению, которого ей не хватает. А также многому другому.
Но, вспомнив о том, что заметил ранее, Девлин снова повернулся к ней.
– Не плетите против меня заговоры с Харви, – предупредил он.
– Я… я не… – испуганно начала Вирджиния.
– Лгунья, – прошептал Девлин, склонившись к ней так близко, что их лица почти соприкоснулись. – Я могу разглядеть заговор, который формируется у меня под носом. Знаете, какова судьба мятежников, мисс Хьюз?
– Это не мятеж, – возразила она. Девлин холодно улыбнулся.
– Коль скоро вы вовлекали Харви в ваши планы, это мятеж, дорогая моя. А мятежников мы вешаем, – добавил он, и это была не совсем ложь. Он не повесил бы Харви, но потерял бы отличного корабельного врача, найти которого труднее, чем индийский рубин.
Вирджиния отпрянула от него к стенке.
– Я должна кое-что сказать вам, – с яростью произнесла она.
Девлину не понравился ее тон, и он повернулся, ожидая удара.
– Я презираю вас! – прошипела Вирджиния.
Как ни странно, Девлин отшатнулся – не внешне, а где-то глубоко внутри. Его губы скривились в невеселой усмешке.
– Это лучшее, что вы можете сделать?
Она посмотрела на него так, словно собиралась ударить.
– Не надо, – предупредил он. Вирджиния сжала кулаки:
– Я жалею, что промахнулась! Я хорошо стреляю, и, если бы немного подождала, вы были бы мертвы.
– Но я, увы, не мертв, – усмехнулся Девлин. – Терпение это добродетель, мисс Хьюз. А у вас оно отсутствует напрочь. – Он отошел.
– Зачем вы делаете это, О’Нил? – крикнула она ему вслед. – Харви говорит, что вы богаты!
Он притворился, что не слышал.
– Ублюдок! – буркнула Вирджиния.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?