Текст книги "Давший клятву. Том 1"
![](/books_files/covers/thumbs_240/davshiy-klyatvu-tom-1-216450.jpg)
Автор книги: Брендон Сандерсон
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 13 (всего у книги 46 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Она решила не продолжать. Мечники, судя по тому, что видела Шаллан, были суеверны. Как и моряки. Как и… ну в основном все, кроме ученых, таких как Сияющая и Ясна. Было и впрямь любопытно, насколько слова Адолина о Клинках и дуэлях напомнили ей о религии.
Как странно, что эти алети часто относились к своей религии так легкомысленно. В Йа-Кеведе Шаллан провела немало часов, рисуя глифами длинные отрывки из Доводов. Нужно было вновь и вновь громко произносить слова, запоминая, стоя на коленях или кланяясь, и лишь потом приступать к сжиганию бумаги. Алети вместо этого предпочитали доверять отношения со Всемогущим ревнителям, как будто он был каким-то надоедливым посетителем в гостиной, которого преспокойно можно препоручить слугам, предложив ему вкусный чай.
Адолин позволил ей сделать еще несколько выпадов – возможно, почувствовал, что она устала от постоянных исправлений ее боевой стойки. Когда она начала замах, он сжал собственный клинок и принялся двигаться вместе с нею, демонстрируя правильную стойку и удары.
Наконец Шаллан отпустила свой клинок и взяла альбом. Быстро перелистнула страницу с изображением Сияющей и начала делать набросок Адолина в боевой стойке. Ей пришлось отчасти отменить иллюзию, которая создавала облик Сияющей.
– Нет, стой там, – велела Шаллан, тыкая в Адолина угольным карандашом. – Да, вот так.
Она набросала стойку и кивнула.
– А теперь изобрази удар и замри в конечной позе.
Он так и сделал. К этому моменту принц снял китель и остался в рубашке и брюках. Ей очень нравилось, как сидит на нем эта облегающая рубашка. Даже Сияющая бы оценила такое. Она ведь была не бесчувственной, а просто прагматичной.
Шаллан посмотрела на два наброска, потом снова призвала Узора и приняла боевую стойку.
– Ух ты, отлично! – похвалил Адолин, когда Сияющая выполнила серию ударов. – Да, у тебя получается.
Он опять стал двигаться с нею в унисон. Простые атаки, которым ее учил Адолин, для него самого были сущей ерундой, но он все равно выполнил их с предельной точностью, а потом ухмыльнулся и рассказал о первых уроках с Зайхелем.
Его голубые глаза сверкали, и Шаллан нравился свет, который он излучал. Почти буресвет. Она знала этот пыл – знала, каким живым тебя делает заинтересованность, каково это, быть до такой степени поглощенным чем-нибудь, что теряешь самого себя в ощущении чуда. Именно такие чувства рождала в ней живопись, но, наблюдая за Адолином, Шаллан подумала, что они двое не так уж сильно отличаются.
Делить с ним эти моменты и упиваться его восторгом было чем-то особенным. Интимным. Сейчас они оказались как никогда близки. Время от времени она позволяла себе быть Шаллан, но, когда боль от меча в руке становилась острой, она по-настоящему погружалась в искусство битвы и ей удавалось стать Сияющей и избавиться от боли.
Ей по-настоящему не хотелось, чтобы урок закончился, потому Шаллан позволила занятиям затянуться до позднего вечера. Потом, усталая и вспотевшая, девушка попрощалась с Адолином и проводила его взглядом. Принц быстрым, пружинистым шагом шел по коридору со стенами, покрытыми узорами страт: в одной руке – лампа, а в другой – защитные ножны для осколочных клинков.
Придется подождать другой ночи, чтобы посетить таверны и поискать ответы. Шаллан потащилась к себе в комнату. Ее странным образом совсем не беспокоило, что конец света, по всей видимости, не за горами. Той ночью она в кои-то веки спала спокойно.
16. Обвязаться трижды
Ибо в этом заключается урок.
Из «Давшего клятву», предисловие
![](i_004.jpg)
На каменной плите перед Далинаром лежала легенда. Оружие, извлеченное из древних туманов времени и, по слухам, выкованное в темные дни самим богом. Клинок Убийцы в Белом, добытый Каладином Благословенным Бурей во время их сражения над разбушевавшейся стихией.
При беглом осмотре он был неотличим от обычного осколочного клинка. Элегантный, относительно небольшой – едва ли пяти футов длиной, – он был тонким и изогнутым, как бивень. Узоры на нем вились лишь у основания лезвия, возле рукояти.
Далинар осветил его четырьмя бриллиантовыми броумами, разместив их в углах каменной плиты, похожей на алтарь. В этой маленькой комнате не было страт или рисунков на стенах, так что буресвет озарял только его и этот древний клинок. Нечто странное в нем все же было.
Он не имел самосвета.
Самосветы позволяли людям связываться с осколочными клинками. Часто их прикрепляли к головке эфеса, но иногда – к тому месту, где рукоять встречалась с лезвием, и самосвет вспыхивал, когда его касались впервые, запуская процесс объединения. Клинок нужно было держать при себе неделю, и он становился твоим – его можно было отпускать и возвращать за время, которое уходило на десять ударов сердца.
На этом клинке самосвет отсутствовал. Далинар нерешительно протянул руку и коснулся серебристой полосы металла. Она была теплой на ощупь, словно живой.
– Он не кричит, когда я его касаюсь, – заметил князь.
Рыцари, – проговорил Буреотец в его голове, – нарушили свои клятвы. Они предали все, чему клялись в верности, и тем самым убили своих спренов. Другие клинки – трупы тех спренов, вот почему они кричат, когда ты их касаешься. Но это оружие было выковано прямо из души Чести, а потом его отдали Вестникам. Оно также является знаком клятвы, но другого вида – и у него нет разума, чтобы кричать.
– А осколочный доспех? – спросил Далинар.
Они связаны, но он другой, – пророкотал Буреотец. – Ты не произнес клятв, которые требуются, чтобы узнать больше.
– Ты не в силах нарушать клятвы. – Далинар все еще касался пальцами Клинка Чести. – Правильно?
Я не в силах.
– А то, с чем мы боремся? Вражда, источник Приносящих пустоту и их спренов. Он может нарушать клятвы?
Нет, – сказал Буреотец. – Он куда могущественнее меня, но сила древнего Адональсиума проникла в него. И она его контролирует. Вражда – сила, как давление, тяготение или ход времени. Эти вещи не могут нарушать собственные правила. И он не может.
Далинар постучал пальцем по Клинку Чести. Фрагмент души божества, кристаллизованный в металлической форме. Смерть их бога в каком-то смысле даровала ему надежду – ибо если Честь пал, то же самое вполне может случиться с Враждой.
В видениях Честь оставил Далинару задание. «Рассерди Вражду, убеди его, что он может проиграть, и назначь воина-защитника. Он ухватится за этот шанс, вместо того чтобы опять рисковать поражением, которое случалось с ним так часто. Вот лучший совет, который я могу тебе дать».
– Я видел, что противник готовит защитника, – проговорил Далинар. – Темное существо с красными глазами и девятью тенями. Сработает ли предложение Чести? Могу ли я заставить Вражду согласиться на решающее соревнование между мной и защитником?
Конечно, предложение Чести сработает. Ведь он его произнес.
– Я имею в виду, почему оно сработает? С чего вдруг Вражде соглашаться на состязание защитников? Это дело кажется слишком важным, чтобы ставить его в зависимость от чего-то столь малого и частного, как доблесть и воля людей.
Твой противник – не человек, в отличие от тебя, – пояснил Буреотец, и его грохочущий голос прозвучал задумчиво. Даже… испуганно. – Он не стареет. Он чувствует. Он сердит. Но это не меняется, и его гнев не утихает. Пройдут эпохи, а он останется таким же. Если сразиться напрямую, это может выманить силы, которые способны причинить ему вред, какой уже причиняли раньше. Те шрамы никуда не исчезли. Если выбрать защитника и проиграть, он всего лишь потратит время. А времени у него в избытке. Вряд ли его легко можно будет уговорить, но, возможно, он все-таки согласится. Если дать ему такой выбор в правильный момент и правильным образом. Тогда он будет скован.
– И если мы победим…
То выиграем время, которое, хоть и не имеет значения для Вражды, является самым ценным, чем только может обладать человек.
Далинар осторожно взял Клинок Чести. Ближе к стене в полу была прорублена шахта. Два фута в ширину – одна из множества дыр, коридоров и тайников, которые они обнаружили в городе-башне. Эта, возможно, являлась частью канализационной системы; судя по ржавчине по краям дыры, когда-то здесь крепилась металлическая труба, соединявшая дыру в каменном полу с такой же в потолке.
Навани выясняла, как все это работало. Пока что они справлялись, используя деревянные ширмы, чтобы выгородить в комнатах с древними ванными уборные. Когда у них будет больше буресвета, духозаклинатели разберутся с нечистотами, как они делали это в военных лагерях.
Навани находила эту систему неэлегантной. Общие уборные, иногда выстроенные анфиладами, были неудобны, и она заявляла, что эти трубы указывают на разветвленную систему трубопровода и канализации. Именно такой широкомасштабный гражданский проект вполне мог ее увлечь – Далинар не знал никого, способного прийти в такой восторг из-за сточных вод, как Навани Холин.
Пока что шахта была пустой. Далинар присел и спрятал меч в отверстие, плавно вложив его в каменные «ножны», которые высек сбоку. Верхний край дыры скрывал торчащую рукоять; надо было наклониться и ощупать края, чтобы разыскать Клинок Чести.
Великий князь встал, собрал сферы и вышел. Он не хотел оставлять меч в этой комнате, но не сумел придумать ничего более безопасного. Его апартаменты пока что не казались достаточно надежными – у него не было сейфа, а толпа охранников лишь привлекла бы внимание. Помимо Каладина, Навани и самого Буреотца никто даже не знал, что Далинар владеет этим оружием. Если передвигаться по башне скрытно, то шансов обнаружить клинок в этой пустой комнате почти нет.
Что ты собираешься с ним делать? – поинтересовался Буреотец, когда Далинар вышел в коридор. – Это несравненное оружие. Дар бога. С ним ты станешь ветробегуном, не принося клятв. И более того, тебе будет доступно то, чего люди не понимают и не могут совершать. Ты будешь почти как Вестник.
– Тем больше оснований, – проговорил Далинар, – хорошенько подумать, прежде чем использовать его. Хоть я бы не возражал, если бы ты последил за ним ради меня.
Буреотец, как ни странно, рассмеялся.
По-твоему, я вижу все?
– Ну, я предполагал… Та карта, которую мы сделали…
Я вижу то, что остается снаружи во время бурь, и к тому же вижу смутно. Далинар Холин, я не бог. Не более чем твоя тень на стене – это ты.
Далинар дошел до лестницы, ведущей вниз, а потом покрутился на месте, держа в руке броум для света. Если капитан Каладин не вернется скоро, Клинок Чести предоставит другой способ быстро добраться до Тайлена или Азира, как это сделал бы ветробегун. А еще он может доставить отряд Элокара в Холинар. Буреотец также подтвердил, что с его помощью можно запустить Клятвенные врата, что также весьма полезно.
Далинар достиг обитаемых частей башни, где царила кипучая деятельность. Помощники главного повара тащили припасы из штабелей, сложенных прямо внутри ворот башни, двое мужчин рисовали на полу направляющие линии, семьи солдат в особенно широком коридоре сидели на ящиках вдоль стены и смотрели, как дети катают деревянные сферы по наклонному полу в комнату, которая когда-то была, наверное, еще одной баней.
Жизнь. Это слишком странное место для жизни, но ведь им же удалось когда-то преобразить пустынные Расколотые равнины, превратить их в свой дом. И с этой башней все пойдет как надо, если удастся наладить фермерство. И если они добудут достаточно буресвета, чтобы работали Клятвенные врата.
Он выделялся среди толпы, потому что держал сферу. Солдаты патрулировали с фонарями. Повара работали при свете масляных ламп, но их запасы подходили к концу. Женщины, наблюдая за детьми и штопая носки, пользовались только светом нескольких окон.
Далинар миновал свои покои. Сегодняшние охранники, копейщики из Тринадцатого моста, ждали снаружи. Он взмахом руки велел им идти следом.
– Светлорд, все в порядке? – спросил один, быстро догоняя. Он говорил медленно, растягивая слова, – акцент Короны, что возле Гор Солнцетворца в Центральном Алеткаре.
– В полном, – сухо ответил Далинар, пытаясь понять, который час. Сколько времени он провел за разговором с Буреотцом?
– Славно, славно, – проговорил охранник, легко придерживая копье на плече. – Не хотел бы я, чтобы с вами что-то случилось. Пока вы не с нами. Один. Где-то среди коридоров. Вы же сами приказали, чтобы по одному ходили.
Далинар присмотрелся к мостовику. Чисто выбритый, чуть бледноватый для алети, с темно-каштановыми волосами. Далинар смутно припомнил, что этот человек несколько раз на протяжении последней недели появлялся в числе его охранников. Он любил перекатывать сферу по костяшкам пальцев, что Далинар находил отвлекающим.
– Как твое имя? – спросил он, пока они шли.
– Риал, – ответил мостовик. – Тринадцатый мост. – Он поднял руку и отсалютовал так же точно и аккуратно, как мог бы это сделать один из лучших офицеров Далинара, только вот выражение лица у него при этом осталось таким же ленивым.
– Что ж, сержант Риал, я был не один. Откуда у тебя взялась эта привычка подвергать сомнению действия офицеров?
– Светлорд, то, что сделано всего один раз, привычкой не становится.
– А ты так поступил всего лишь раз?
– С вами?
– С кем угодно.
– Ну, светлорд, – протянул Риал, – это не считается. Я новый человек. Переродился в мостовом отряде.
Прекрасно.
– Ладно, Риал. Ты не знаешь, который сейчас час? В этих шквальных коридорах у меня проблемы с чувством времени.
– Сэр, вы могли бы использовать то устройство – часы, что вам прислала светлость Навани, – заметил Риал. – Сдается мне, они для этого и предназначены, знаете ли.
Далинар опять сердито уставился на него.
– Сэр, я не подвергал сомнению ваши действия, – прибавил Риал. – Это ведь не был вопрос, сами понимаете…
Далинар развернулся и решительным шагом направился обратно в свои покои. Где же пакет, который ему дала Навани? Далинар нашел его на приставном столике и достал изнутри кожаный наруч, похожий на те, что носили лучники. В верхней части были два циферблата. Один показывал время при помощи трех стрелок – включая секунды, как будто они кому-то требовались. Другой представлял собой буревые часы, которые можно было завести, чтобы они указывали время, оставшееся до следующей Великой бури.
«Как же их сделали такими маленькими?» – подумал он, встряхнув устройство. К кожаному наручу крепился больриаль – самосветный фабриаль, способный унять боль, если прижать к нему руку. Навани работала над разными видами фабриалей, связанных с болью, которые будут полезны лекарям, и упоминала о том, что хочет использовать Далинара в качестве испытуемого.
Затянув ремешки, он прикрепил устройство к предплечью прямо над запястьем. Оно бросалось в глаза, выглядывая из-под рукава его униформы, но… это ведь был подарок. Так или иначе, у него еще оставался час до следующего запланированного совещания. Пора дать выход накопившейся беспокойной энергии. Он забрал двух охранников, а потом направился на нижний уровень, в одно из больших помещений, где разместил своих солдат.
В этой комнате на стенах чередовались черные и серые страты. Здесь было полно тренирующихся мужчин. Все носили холиновский синий цвет, пусть всего лишь в виде повязки на рукаве. Ибо теперь как светлоглазые, так и темноглазые тренировались в одной и той же комнате, устраивали бои на рингах, устланных стегаными ковриками.
Как обычно, звуки и запахи тренировочного зала пробудили в душе Далинара теплые чувства. Запах промасленной кожи был для него слаще аромата свежей выпечки. Звуки учебных мечей, которые с треском сталкивались друг с другом, были долгожданнее, чем звуки игры на флейте. Где бы он ни находился и какое бы положение ни занимал, в подобных местах он всегда будет чувствовать себя как дома.
Он нашел мастеров-мечников у дальней стены, где они сидели на подушках и наблюдали за учениками. Не считая одного примечательного исключения, у всех были квадратные бороды, бритые головы и простые одеяния с глубоким вырезом, подвязанные на талии. Далинару служили ревнители, которые были знатоками в самых разных областях, и по традиции любой мужчина или женщина могли прийти к ним, чтобы научиться новому навыку или ремеслу. Но мастерами-мечниками он особенно гордился.
Пятеро из шестерых мужчин встали и поклонились ему. Далинар повернулся и опять окинул комнату взглядом. Запах пота, звон оружия. Знаки подготовки. Может, мир и погрузился в хаос, но Алеткар тренировался.
«Не Алеткар, – подумал он. – Уритиру. Мое королевство». Вот же буря, привыкнуть к такому не просто. Он навсегда останется алети, но как только Элокар обнародует свой манифест, Алеткар больше не будет принадлежать ему. Далинар все еще не решил, как представить перемены своим войскам. Он хотел дать Навани и ее письмоводительницам время, чтобы разобраться со всеми юридическими тонкостями.
– Вы тут хорошо все обустроили, – бросил князь Келеранду, одному из мастеров-мечников. – Спроси Айвис, не может ли она подумать над тем, как бы расширить тренировочный зал, прихватив соседние помещения. Очень важно, чтобы вы держали моих солдат занятыми. У них не должно оставаться энергии на драки.
– Светлорд, будет сделано. – Келеранд поклонился.
– Я бы хотел сам потренироваться.
– Подыщу кого-нибудь подходящего, светлорд.
– Келеранд, как насчет тебя? – спросил Далинар. Мастер-мечник побеждал его в двух случаях из пяти, и хотя великий князь отказался от мечты когда-нибудь сделаться лучшим мечником – он был солдатом, не дуэлянтом, – ему нравились сложные задачи.
– Я, – натянуто проговорил Келеранд, – сделаю, как приказывает мой великий князь, разумеется, но, если мне дадут возможность выбора, предпочту отказаться. Со всем уважением, мне кажется, что сегодня из меня не получится подходящий партнер для вас.
Далинар посмотрел на других мастеров-мечников, стоявших рядом, и они опустили глаза. Ревнители-мечники обычно не были похожи на своих более религиозных товарищей. Порой они казались чересчур официальными, но с ними всегда можно было посмеяться.
Все-таки они оставались ревнителями.
– Ладно, – согласился Далинар. – Найди мне того, с кем можно сразиться.
Хотя он намеревался отпустить только Келеранда, остальные четверо тоже отправились на поиски. Далинар вздохнул и, прислонившись к стене, бросил взгляд в сторону. Один человек по-прежнему лениво возлежал на своей подушке. Борода у него была неряшливая, а одеяние выглядело так, словно он не уделял особого внимания одежде, – не грязное, но потрепанное, подпоясанное веревкой.
– Зайхель, тебя не оскорбляет мое присутствие? – поинтересовался Далинар.
– Меня оскорбляет присутствие всех и каждого. Господин великий князь, вы не более отвратительны, чем все остальные.
Далинар присел на табурет.
– Не ожидали? – спросил Зайхель, явно позабавленный.
– Нет. Я думал… ну, они же ревнители, которые дерутся. Мечники. Солдаты в душе.
– Светлорд, вы подошли слишком близко к опасному для них решению: речь о выборе между богом и их великим князем. Тот факт, что они вас любят, не делает это решение легче.
– Их неловкость пройдет, – заявил Далинар. – Мой брак, хоть сейчас он и кажется ярким событием, в итоге превратится в банальную сноску в исторической хронике.
– Возможно.
– Ты не согласен?
– Многое дни и часы нашей жизни совсем не примечательны. Большинство из них забываются, в то время как кое-какие, в равной степени скромные, превращаются в опорные точки истории. Вроде белого на черном.
– Белого… на черном? – переспросил Далинар.
– Фигура речи. Великий князь, меня правда не волнует, что вы сделали. Будь то утоление потребностей светлоглазого или серьезное кощунство – в любом случае меня это не касается. Но есть те, которые спрашивают себя, как далеко вы в конце концов зайдете.
Далинар хмыкнул. Честное слово, ну неужели он ожидал, что именно Зайхель ему поможет? Князь встал и начал шагать туда-сюда, раздраженный собственной нервозностью. Прежде чем ревнители вернулись, разыскав для него партнера для дуэли, он направился в среднюю часть зала, выискивая знакомых солдат. Тех, кого не смутит тренировочный бой с великим князем.
Вскоре он нашел одного из сыновей генерала Хала. Не осколочника, капитана Халама Хала, но его старшего брата – здоровяка с головой, которая всегда казалась слишком маленькой для такого тела. Он отдыхал после поединка.
– Аратин, – заговорил Далинар, – ты когда-нибудь вел тренировочный бой с великим князем?
Юноша повернулся и тотчас же вытянулся по стойке смирно:
– Сэр?
– Не надо формальностей. Я просто ищу партнера.
– Светлорд, у меня нет снаряжения для надлежащей дуэли, – заявил Аратин. – Дайте мне немного времени.
– Нет нужды. Сгодится и рукопашная. Я уже давно не дрался.
Некоторые предпочли бы отказаться от тренировочного боя с кем-то столь важным, как Далинар, опасаясь его ранить. Хал лучше обучил сыновей. Юноша широко улыбнулся, продемонстрировав заметную щель между передними зубами.
– Тогда я готов, светлорд. Но должен вас предупредить, я уже много месяцев не проигрывал в поединках.
– Отлично! – бросил Далинар. – Мне нужен вызов.
Мастера-мечники наконец вернулись, когда Далинар, голый по пояс, натягивал бойцовские рейтузы на белье. Тугие рейтузы доходили только до колен. Он кивнул мечникам – проигнорировав благородного светлоглазого, которого они для него подыскали, – и вышел на ринг вместе с Аратином Халом.
Его охранники виновато пожали плечами, обращаясь к ревнителям, а затем Риал начал обратный отсчет до поединка. Далинар немедленно бросился вперед и врезался в Хала, схватил его под мышки и, прилагая усилия, уперся ногами, чтобы заставить противника потерять равновесие. Бой должен был продолжиться на земле, но каждый хотел оказаться тем, кто определит, когда и как это случится.
В традиционном поединке – вехах – нельзя было хватать за рейтузы и, конечно, за волосы, так что Далинар извернулся, пытаясь покрепче ухватить противника, одновременно не давая ему сбить себя с ног. Князь дрался, его мышцы туго натянулись, его пальцы скользили по коже соперника.
На протяжении этих безумных мгновений он мог думать только о поединке. О противопоставлении его силы и силы противника. О том, как скользят его ноги, перераспределяется вес, напрягаются мышцы от захвата. В состязании все было просто и понятно – он соскучился по этим ощущениям.
Аратин крепко сжал Далинара, а потом сумел его опрокинуть, бросив через бедро. Они упали на коврик, и Далинар запыхтел, поднял руку к шее, чтобы предотвратить удушающий захват, повернул голову. Старые привычки побудили его крутиться и вертеться, чтобы противник не смог как следует вцепиться в него.
Слишком медленно. Прошло много лет с тех пор, как он делал это регулярно. Противник переместился вместе с поворотом Далинара, отказавшись от попытки удушающего захвата и взамен ухватив Далинара за руки со спины, и, прижав его к полу, лицом к коврику, навалился всей тяжестью.
Далинар зарычал и инстинктивно потянулся к тому дополнительному запасу, который у него всегда был. К пульсации битвы, к преимуществу.
Азарт. Солдаты говорили о нем в ночной тиши, у походных костров. Боевая ярость, известная только алети. Кто-то называл его силой предков, кто-то – истинным солдатским образом мыслей. Он привел Солнцетворца к славе. Он был общеизвестным секретом успеха алети.
«Нет». Далинар не дал себе прикоснуться к этой силе, но ему не строило тревожиться. Он не испытывал Азарт уже много месяцев, и чем больше времени проходило, тем сильней он начинал понимать, что в Азарте есть нечто глубоко неправильное.
Потому он, стиснув зубы, боролся – чисто и честно – со своим противником.
И его загнали в угол.
Аратин был моложе, опытнее в этом стиле борьбы. Далинар не облегчил ему задачу, но он был снизу, не мог изменить ход боя и попросту не был таким молодым, как когда-то. Аратин его перевернул, и совсем скоро князь оказался прижатым к коврику, с опущенными плечами, полностью обездвиженным.
Далинар знал, что побежден, но не мог заставить себя выйти из боя.
Вместо этого он напрягался, пытаясь освободиться от захвата, и стиснул зубы. Пот тек по лицу. Он кое-что ощутил. Не Азарт… но буресвет в кармане его форменных брюк, лежавших рядом с рингом.
Аратин кряхтел, руки у него были словно стальные. Далинар почувствовал запах собственного пота, грубую ткань коврика. Его мышцы протестовали против такого обращения.
Он знал, что может воспользоваться силой буресвета, но его чувство справедливости возражало против самой этой мысли. Вместо этого он выгнул спину дугой, задержал дыхание и вложил все силы в то, чтобы подняться, а потом извернулся в попытке вновь перевернуться на живот, чтобы затем выскользнуть.
Его противник сместился. Потом застонал, и князь почувствовал, как руки Аратина начинают скользить… медленно…
– Ох, ради бури! – воскликнул женский голос. – Далинар?!
Противник Далинара немедленно его отпустил и отпрянул. Далинар перевернулся, пыхтя от напряжения, и увидел Навани, которая стояла у ринга, скрестив руки. Он улыбнулся ей, потом встал и принял легкую сорочку-такаму и полотенце у помощницы. Когда Аратин Хал уходил, Далинар поднял кулак и склонил голову, тем самым давая понять, что признает юношу победителем.
– Молодец, сынок.
– Сэр, это честь для меня!
Далинар набросил такаму, повернулся к Навани и вытер лоб полотенцем.
– Пришла посмотреть, как я дерусь?
– Ну да, какая жена такое не любит, – съязвила Навани, – смотреть на то, как в свободное время ее супруг катается по полу с полуголыми потными мужчинами. – Она бросила сердитый взгляд на Аратина. – Может, стоило бы драться с теми, кто ближе к тебе по возрасту?
– На поле боя я лишен роскоши выбирать возраст своего противника. Лучше сражаться в невыгодном положении здесь, чтобы подготовиться. – Он поколебался и прибавил чуть тише: – И потом, я его почти достал.
– Мой самосвет, твое определение слова «почти» весьма растянуто.
Далинар принял от помощницы мех с водой. Хотя Навани и ее спутницы не были единственными женщинами в зале, все прочие оказались ревнительницами. Навани в своем ярко-желтом платье выделялась, как цветок на бесплодном каменном поле.
Окинув взглядом зал, Далинар обнаружил, что многие ревнители – не только мечники – не смотрят ему в глаза. И он увидел Кадаша, своего бывшего собрата по оружию, который разговаривал с мечниками.
Неподалеку Аратин получал поздравления от своих друзей. Загнать в угол Черного Шипа – это было немалое достижение. Молодой человек принимал хвалу с широкой улыбкой, но держался за плечо и морщился, когда кто-то хлопал его по спине.
«Надо было мне признать свое поражение», – подумал Далинар. Упорствуя с продолжением состязания, он подверг опасности их обоих. Князь злился на себя. Он нарочно выбрал противника моложе и сильнее, а потом не сумел проиграть с достоинством? Пора смириться с тем, что он стареет, и перестать обманывать себя, думая, что это и правда поможет ему на поле боя. Далинар отдал свою броню, больше не носил меч. С чего же вдруг решил опять сражаться на ринге?
«Человек с девятью тенями».
Вода во рту вдруг приобрела затхлый привкус. Он рассчитывал, что сам сразится с защитником врага, если вообще это состязание состоится. Но не разумнее ли перепоручить этот долг кому-то вроде Каладина?
– Ну что ж, – сообщила Навани. – Возможно, тебе стоит надеть униформу. Королева ириали готова.
– До нашей встречи еще несколько часов.
– Она хочет провести ее сейчас. Судя по всему, ее придворный чтец приливов что-то увидел в волнах и рассудил, что чем раньше состоится встреча, тем лучше. Она свяжется с нами в любую минуту.
Шквальные ириали. И все же у них были Клятвенные врата – даже двое, если считать те, что находились в королевстве Рира, под контролем Ири. Среди трех монархов Ири – двух королей и королевы – последняя занималась внешней политикой, так что говорить им нужно было именно с нею.
– Ладно, изменим время, – согласился Далинар.
– Жду тебя в зале для переписки.
– Почему? – спросил он, взмахнув рукой. – Она же меня не видит. Разместимся здесь.
– Здесь? – ровным голосом повторила Навани.
– Здесь, – подтвердил Далинар, ощущая упрямство. – Хватит с меня холодных залов, где ничего не слышно, не считая царапанья тростниковых перьев.
Навани взглянула на него, приподняв бровь. Тем не менее по ее приказу помощницы отправились за письменными принадлежностями. Подошел встревоженный ревнитель – возможно, чтобы попытаться ее отговорить, – но, получив несколько твердых приказов от Навани, он убежал в поисках скамьи и стола.
Далинар улыбнулся и пошел отбирать два учебных меча на стойке рядом с мечниками. Обычные длинные мечи, стальные и незаточенные. Один он бросил Кадашу, и тот его ловко поймал, а потом поместил перед собой острием вниз, обе руки положив на эфес.
– Светлорд, – заявил Кадаш, – я бы предпочел поручить это задание кому-то другому, поскольку не особенно…
– Силен, – закончил Далинар. – Кадаш, мне нужно попрактиковаться. Я твой хозяин, и я требую, чтобы ты предоставил мне все необходимое.
Кадаш вперил в Далинара долгий взгляд, потом раздраженно вздохнул и последовал за ним к рингу.
– Светлорд, я вряд ли буду для вас хорошим партнером. Я посвятил годы священному писанию, а не мечу. Я здесь всего лишь для того…
– …чтобы проверить меня. Знаю. Что ж, может быть, я и сам заржавел. Я не дрался обычным мечом уже не один десяток лет. У меня всегда было что-то получше.
– Да. Я помню, когда вы только получили свой осколочный клинок, Далинар Холин. Мир в тот день содрогнулся.
– Не драматизируй, – отмахнулся Далинар. – Я всего лишь был одним из длинной очереди идиотов, которые обрели способность убивать людей слишком легко.
Риал нерешительно начал отсчет, и Далинар ринулся вперед, замахиваясь. Кадаш умело отбил его атаку, а затем отступил к краю ринга.
– Прошу прощения, светлорд, но вы и впрямь отличались от остальных. Вы были намного, намного лучше в том, что касается убийства.
«Так было всегда», – подумал Далинар, обходя Кадаша по дуге. Было странно вспоминать о том, что этот человек входил в его элитный отряд. Тогда они не сблизились; это произошло, лишь когда Кадаш стал ревнителем.
Навани кашлянула.
– Далинар, не хочу прерывать это махание палками, – заметила она, – но королева готова с тобой поговорить.
– Отлично, – отозвался князь, не сводя глаз с Кадаша. – Прочитай мне, что она говорит.
– Пока ты дерешься?
– Конечно.
Он почти ощутил, как Навани закатывает глаза. Он ухмыльнулся и снова пошел на Кадаша. Жена думает, он ведет себя глупо. Возможно, так оно и есть.
А еще он терпит поражение. Один за другим все монархи мира отгораживаются от него. Только Таравангиан из Харбранта – как известно, не отличающийся умом – согласился к нему прислушаться. Далинар что-то делал неправильно. Будь это затянувшаяся военная кампания, он бы заставил себя взглянуть на проблемы с иной точки зрения. Нашел бы новых офицеров, которые озвучили бы свои идеи. Попытался бы начинать битвы в другой местности.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?