Читать книгу "Мой грешный ангел"

Я замираю и дрожу, растерявшись. Смотрю на Симона, ожидая действий от него, но он лишь смотрит на меня с такой похотью и восторгом, пожирая меня взглядом, что я понимаю: он дает мне полный карт-бланш. И я начинаю медленно двигаться вверх-вниз. Оказывается, когда ты сверху, ты испытываешь совершенно другие ощущения. Мне они нравятся, и я постепенно выхожу из оцепенения и начинаю двигаться раскрепощеннее. Чувствую внутри себя крупный и твердый член Симона, и перед глазами пляшут искры.

– Давай, малышка, покажи, какая ты страстная девочка, – говорит Симон, удерживая меня за талию и помогая насаживаться на него.

Я облизываю губы и выгибаюсь, чувствуя себя все лучше с каждым новым движением. Наращиваю темп все быстрее и быстрее. Низ живота печет, а в грудной клетке все полыхает и горит.

Я в шоке, как может быть приятно во время этого процесса. Как может сносить голову от мужчины и собственных движений. Я закрываю глаза и откидываю голову назад от удовольствия. Так все воспринимается еще ярче и острее.

Наши стоны с Симоном сливаются. Он начинает двигаться мне навстречу, увеличивает темп. И в какой‑то момент вновь забирает инициативу в свои руки. Хватает меня за талию и укладывает на спину, нависнув надо мной.

Комната начинает расплываться перед глазами, и я вижу только его дикий взгляд и крепкие плечи, что поглощают все вокруг. Это настоящее безумство.

Симон творит что‑то невероятное. То замедляет свои движения, то ускоряет их. Он словно чувствует меня и умело играет с моим телом. Я поражаюсь тому, какой он внимательный, заботливый и щедрый на комплименты. И я отдаюсь ему целиком и полностью, вверяя ему свое тело без капли страха и сомнений.

И это превращается в настолько красивую, по-хорошему развратную историю, что, кажется, я буду грезить об этом каждую ночь.

Из груди вырывается сладостный стон, когда мое тело достигает пика и взрывается от экстаза. А по щекам стекают слезы от полученного удовольствия. Я помню, что испытала свой первый оргазм с ним на пляже, но я не помнила, что этот оргазм такой крышесносный.

Для меня все так ново и непонятно. Так чарующе и привлекательно. Мой привычный мир взрывается и разлетается на мелкие осколки. Я словно прозрела и осознала, как многого лишалась рядом с Филиппом.

Глава 8

Аврора

Я стою перед зеркалом и рассматриваю свое обнаженное тело. Оцениваю линии, формы. Смотрю на свою грудь и ягодицы, будто вижу впервые.

«Они, видимо, наивно полагают, что мы поженимся, и я очаруюсь твоей пиздой. Не догадываются, что я уже видел ее и драл. Нет в ней ничего особенного», – эти слова не выходят из головы, разъедая меня изнутри. Филипп вынул из меня всю душу, выпотрошил ее и выбросил мне под ноги остатки.

Я до сих пор не могу понять, как он мог со мной так поступить? Как хватило жестокости произнести все это?

Продолжаю с отвращением разглядывать свое тело в зеркале. Вновь сравниваю себя с Раей. Она выглядела сексуально даже в обычной футболке и с пучком на голове, когда мы встретились с ней. Я на ее фоне казалась молью. Очевидно, ей есть чем цеплять Филиппа. Я же ни лицом, ни телом, ни душой не пришлась ему по вкусу.

– И почему Симон говорит обратное? – задаюсь вопросом, ближе подойдя к зеркалу.

Всматриваюсь в свое лицо. Рассматриваю каждый миллиметр тела и вспоминаю, как он покрывал его поцелуями, лаская мои уши красивыми словами. Он усыпал меня комплиментами и заставлял чувствовать себя самой необыкновенной девушкой на планете. Это пьянящее и чарующее чувство. Но очень опасное. Можно упустить момент, когда затянет в человека с головой так, что выбраться уже будет невозможно.

Отвожу взгляд от себя. Надеваю купальник, накидку и выхожу к девочкам, которые ждут меня, чтобы мы вместе спустились в ресторан на завтрак.

Мы берем себе еду, садимся за свободный столик у окна, откуда открывается красивый вид на океан, и начинаем завтракать. Яна увлеченно рассказывает нам про парня, с которым познакомилась вчера на пляже. В отличие от нас с Сарой у нее современный взгляд на отношения. Она свободолюбива, своенравна и этим прекрасна. Я люблю наблюдать за ее жизнью и отношениями с разными парнями. И даже завидую ей. Завидую, что она спокойно уходит от тех, кто становится ей не по душе. Она ничего не терпит, не подстраивается, не ломается. С гордо поднятой головой закрывает двери и идет вперед. Я совсем другая. Но сейчас хочется быть именно такой, как подруга.

– Ладно, теперь расскажи ты. Что там между тобой и тем жгучим красавцем? – спрашивает весело Яна, обратившись ко мне.

Внутри все начинает полыхать от воспоминаний. С той ночи прошло пару дней. Но воспоминания о ней не покидают мои мысли. У меня никогда не было такого страстного, красивого и незабываемого секса. Я поняла, что такое быть желанной. Узнала, что такое настоящий оргазм. Поняла, каково это, когда ты по-настоящему возбуждаешь и вдохновляешь мужчину. Это нереально окрыляющее состояние.

– Ничего особенного. Простое общение, – говорю, не поднимая взгляд сот омлета.

– И что, между вами не было даже ма-а-аленького поцелуя? – с прищуром смотрит на меня Яна и заставляет меня посмотреть на себя.

– Нет, – отвечаю, но улыбка предательски мелькает на губах, и девочки ловят меня на обмане.

– Ах ты маленькая врушка! – смеется подруга.

– Аврора, к чему это все ведет? – Сара не разделяет веселья подруги. – Вы продолжите общение или это просто игра?

– Сар, мне не нужно никакого продолжения. Я просто хочу отдохнуть. Мне жизненно необходимо не думать о Филиппе, и присутствие Симона в этом помогает.

Она хочет продолжить разговор, но нас прерывает сотрудник отеля. Мы оборачиваемся и видим в его руках большой букет пионов.

– Для Авроры, – сообщает и смотрит на нас в ожидании.

Я неуверенно приподнимаю руку и принимаю цветы. Благодарю парня, и он уходит. Мы переглядываемся с девочками, и они расплываются в улыбках.

– Просто общение, – ухмыляется Яна. – Нуну.

– Может, это от Филиппа. – Пожимаю плечами, пытаясь хоть как‑то отвести разговор о Симоне.

Они начинают синхронно смеяться. Да и мне самой становится одновременно смешно и грустно от понимания, что Филипп – последний человек, который совершит такой красивый поступок по отношению ко мне.

Я замечаю открытку, вложенную в цветы. Беру ее, раскрываю и не могу сдержать улыбки после прочтения:

«Аромат твоего тела не выходит у меня из головы. Ты теперь олицетворение этих цветов. Улыбайся чаще, мне нравится твоя улыбка».

По телу пробегают мурашки, я стараюсь унять томное волнение и скрыть его от глаз девочек. Но вряд ли мне это удается. Поразительно, но в тот день я и в самом деле использовала парфюм с ароматом пионов. И эта внимательность Симона кружит голову.

– Что там написано? – интересуется Сара.

– Сказал, что ему нравится моя улыбка и попросил чаще улыбаться, – поднимаю глаза на сестру и улыбаюсь ей, а саму открытку прячу в сумку

Сара расплывается в улыбке.

– Вот это мне нравится. Вот это я понимаю, – с довольным видом заявляет Яна. – Красивый, сексуальный, судя по букету – богатый, еще и романтичный. Что еще надо для счастья?

Я смущаюсь от ее слов и ничего не отвечаю. Вновь разглядываю пионы с восторгом и не могу осознать, что они принадлежат мне. Мне никогда не дарили таких букетов без повода, просто ради моей улыбки. Это вызывает во мне смешанные чувства.

– Что сделал Филипп? Что‑то очень плохое? – спрашивает Сара, когда Яна уходит в уборную, и мы остаемся одни. – Я спрашиваю, потому что знаю тебя, как никто другой. И твое поведение говорит лишь о том, что он причинил тебе сильную боль! Иначе ты бы никогда не вела себя так!

– Сара, умоляю тебя, – с мольбой смотрю на нее. – Не лезь мне так глубоко в душу. Мне стыдно обо всем этом говорить. И очень больно.

– Он ударил тебя? – Ее дыхание учащается.

Какая наивная… Не догадывается, что ее младшая сестра уже давно ходит побитая, но продолжает это терпеть.

– Или у него кто‑то появился?

Я начинаю задыхаться. Словно кто‑то резко перекрыл кислород, и перестало хватать воздуха. Я не хочу реагировать на ее слова и обсуждать это, но глаза наполняются слезами.

– Девочка моя! – Она тут же встает с места, подходит ко мне и заключает в объятия.

Но вместо того, чтобы успокоить, ее жест заставляет меня расплакаться.

– Я не знаю, как мне пережить эту боль иначе, – утыкаюсь сестре в плечо. – Я ведь его так любила, Сара.

Мне стыдно за свои поступки и за тайные отношения с Симоном, но пока это единственный способ, доступный мне, который помогает притупить боль. И я не хочу, чтобы сестра меня осуждала.

– Все, успокаивайся. Прости, я больше не заговорю об этом уроде, – сестра отстраняется от меня и вытирает слезы. – Наслаждайся букетом, он прекрасен.

Я вновь бросаю взгляд на цветы и начинаю улыбаться сквозь слезы. Выравниваю дыхание, делаю глоток воды, чтобы успокоиться. Обвожу глазами ресторан в надежде найти Симона и поблагодарить его за прекрасные цветы. И почти сразу нахожу его. Он наблюдает за мной и, поймав на себе мой взгляд, улыбается. Я отвечаю ему взаимностью. Пара секунд – и вот на душе снова хорошо. Его улыбка действует на меня целебно – факт.

Он жестом руки подзывает к себе.

– Я сейчас подойду, – говорю сестре. – Поблагодарю его и вернусь.

Она отпускает меня. Я встаю с места и следую за Симоном, который выходит из ресторана. Как только оказываюсь на улице, он ловит меня за запястье и ведет за здание. Оказавшись наедине, прижимает к стене и касается моего лица. У меня перехватывает дыхание от такого близкого расстояния между нами.

– Опять плакала? – Он смотрит в глаза, проникая все глубже в душу. – Так сильно не понравились цветы? – отшучивается, почувствовав, что мне становится не по себе от этого разговора.

– Что ты, они прекрасны. Я в полном восторге, – отвечаю искренне.

Благодарю его и не могу разорвать зрительный контакт. Его глаза такие красивые, глубокие, завораживающие.

– Лучше расскажи, как вчера все прошло? – перевожу тему разговора.

Он с ребятами ездил на дайвинг. И мне не терпелось встретиться с ним и узнать все в мельчайших подробностях. Он приглашал поехать вместе, но я отказалась, напомнив, что не умею плавать и не хочу, чтобы нас начали подозревать в связи.

Хотя, учитывая все, что происходит между нами, я уверена: скоро все перестанут верить в эту сказку про «просто общение».

– Потрясающе прошло. Если бы у тебя был телефон, я бы обязательно отправил фото, – ухмыляется, приподняв бровь.

Напоминает мне о дне, когда я вдребезги разбила телефон. В голову опять невольно лезут слова Филиппа, и внутри все сжимается от боли.

– Я терпеливый человек, могу и дождаться, когда покажешь на своем телефоне, – натянуто улыбаюсь.

– Я решил проблему чуть иначе. – Он тянется к заднему карману брюк и что‑то оттуда достает.

Внимательно слежу за его рукой, и когда вижу коробку от телефона, мои глаза округляются.

– Не последняя модель, но для общения со мной сойдет, – говорит так буднично, словно такие подарки для него в порядке вещей.

– Симон, ты с ума сошел? Убери, я не приму! – смотрю на него ошарашенно. – Это уже слишком.

– Так, во‑первых, я уже купил его, поэтому ты вынуждена принять, – он улыбается и кладет руку мне на талию. – Во-вторых, я делаю это для себя, чтобы связываться с тобой в любое время.

– Но…

– Никаких «но», – перебивает меня и, потянувшись к моему лицу, касается губами губ.

– Симон, нас могут увидеть, – шепчу ему, оторвав его от себя и отвернув голову в сторону.

– Тогда прими телефон, иначе продолжу целовать тебя, – продолжает издеваться, ведя носом по шее.

Кусает за ухо и начинает играть языком с ним.

– Хорошо, – сбивчиво отвечаю ему, лишь бы он остановился и перестал играть со мной. – Но только одно условие: я верну тебе его обратно в конце отпуска.

– Договорились, – вновь целует в шею и вдыхает аромат кожи. – Не знаю, что за парфюм, но он сводит с ума.

– Прекрати! – отстраняю его от себя. – Мне пора возвращаться к девочкам.

Голова начинает кружиться от его присутствия и прикосновений. Еще чуть-чуть, и я окончательно потеряю рассудок.

Он отпускает меня с улыбкой на лице, вкладывает коробку в мои руки, и мы вместе направляемся обратно в ресторан.

– Как прошел твой вчерашний день? – интересуется он, пока мы идем к столу, где к девочкам присоединились ребята.

Среди них Богдан – брат Симона – и Мика с Остином – его друзья.

– Лениво. Весь день пролежала у бассейна и загорала.

– Я заметил по твоей смуглой коже, – шепчет на ухо, идя чуть позади меня. – Выглядишь так намного сексуальнее.

Его слова пускают приятные импульсы по коже. Неужели он правда так думает? Считает меня привлекательной, сексуальной? Почему тогда Филипп считает иначе?

Мы доходим до ребят, я сажусь рядом с девочками, и Сара тут же замечает коробку в моих руках. Вопросительно смотрит на меня, и я даю ей понять, что обязательно все объясню чуть позже.

– Девочки, надеюсь, у вас нет никаких планов на сегодня? – интересуется Симон.

– Пока нет, – отвечает Яна. – Есть предложения?

– Да, мы плывем на яхте к дикому пляжу. Приглашаем вас с нами. Заодно Аврору научим плавать.

Мы с девочками переглядываемся, чтобы принять решение. Я с удовольствием проведу время с Симоном, но не хочу первая озвучивать свои желания, поэтому жду мнения остальных. И пока мы думаем над предложением ребят, я замечаю, как к нашему столу подходит знакомый парень с чемоданом. Я застываю. Земля уходит из-под ног. Передо мной стоит Лев – друг Филиппа.

Парни за нашим столом начинают с ним здороваться и обниматься.

– Ну что, брат, уже улетаешь? – спрашивает у него Остин.

– Да, рейс через два часа, – отвечает Лев. – Рад был вас всех увидеть.

Я молюсь, чтобы он попрощался и ушел, не посмотрев в нашу сторону. Девочки тоже узнают его, и мы делаем все возможное, чтобы скрыть лица. Но нам это не удается.

– Ого, какие люди! – Слышу голос Льва, обращенный в нашу сторону.

Поднимаю на него глаза и встречаюсь с его удивленным взглядом.

– Аврора, и ты здесь? Ничего себе, какая встреча!

Лев игнорирует Сару с Яной, так как когда‑то давно пытался ухаживать за сестрой, но та его отшила самым грубым образом. Сара ненавидит Филиппа и все его окружение. Поэтому все его друзья автоматически в ее черном списке.

Парень подходит ко мне, я встаю к нему с трясущимися руками и ногами. Я напряжена и напугана до предела. Одно лишнее слово или действие, и я мертвец.

– Как это Филипп отпустил тебя отдыхать одну? – он обнимает меня и целует в щеку.

Я отвечаю взаимностью. Но в голове только одна мысль: «Ты лицемер или не знаешь, что твой друг ни во что меня не ставит и любит другую?».

– У него много работы, – отвечаю тихо, но боковым зрением замечаю, что внимание всех парней обращено на меня.

Понимаю, что при любом раскладе я уже не выйду сухой из этой ситуации.

– У тебя все хорошо? – он переводит подозрительный взгляд с меня на ребят. – Надеюсь, вы не обижаете девочек?

– Что ты, – с ухмылкой отвечает Симон, не сводя глаз с меня.

Я вся трясусь от страха. В его взгляде что‑то переменилось. Очевидно, он уже догадывается, что что‑то здесь не так.

– Мы с Остином раньше жили по соседству, – неожиданно, но очень уверенно заявляет Яна. – Так что нас не обижают, а наоборот оберегают от назойливого внимания мужчин.

Я смотрю на нее, опешив, так как понимаю, что она врет. И если сейчас Остин опровергнет ее слова, случится катастрофа.

Но парень неожиданно для меня подхватывает ее ложь:

– Именно так. Не переживай, брат.

– Уверен, Филипп будет рад, что за его невестой здесь приглядывает такая охрана, – улыбается и обнимает меня за плечи.

Но я чувствую, что он говорит это лишь для того, чтобы заявить всем присутствующим, что я занята.

– Пусть Филипп не переживает, – раздается ледяной голос Симона. – Его невеста и сама хорошо приглядывает за собой. К ней не подступиться.

Каждое слово проходится ножом по сердцу. Слышу в его голосе незнакомые раннее мне ноты разочарования. Кажется, только сейчас до него доходит, какая никчемная девушка стоит перед ним, не заслуживающая ни внимания, ни подарков…

Все внутри рушится.

Как только Лев прощается и покидает нашу компанию, я возвращаюсь на свое место. За столом воцаряется тишина и напряженность. Парни смотрят на Симона, он же нервно перебирает овощи в тарелке, сжимая челюсть.

Меня начинает тошнить от волнения. Сгораю со стыда и не могу находиться за одним столом с ними. Какой же падшей, наверное, я выгляжу в их глазах.

– Спасибо, что прикрыли. И простите, что пришлось врать, – произношу тихо, но ребята слышат.

Я встаю с места, хватаю сумку и спешно покидаю ресторан, оставив букет и телефон на месте. Понимаю, что не достойна ничего из этого.

Глава 9

Аврора

Сижу на берегу, зарывшись ногами в песок. Размышляю обо всем, что случилось за это утро. Цветы, телефон, поцелуй Симона, предвкушение прекрасного дня, а потом все в миг перечеркивает появление Льва.

Я уверена, что, как только он приземлится у нас в городе, сразу сообщит Филиппу, что видел меня в компании парней. И меня пугает реакция жениха. Он очень ревнив. Не терпит даже присутствие одногруппников рядом со мной и запрещает мне общаться с ними. Раньше это казалось очаровательным. Воспринимала как признак любви. Какой же глупой я была.

Но, если быть честной, сейчас мои мысли сильнее тревожит Симон. Его разочарованный взгляд и острая ухмылка не выходят у меня из головы. Я ловлю себя на мысли, что не хочу завершать нашу связь. Мне нравится то, что между нами происходит. Да, это несерьезный курортный роман, но от него перехватывает дыхание и оживает все внутри.

– Аврора. – Я слышу голос сестры.

Оборачиваюсь и вижу, как они с Яной направляются ко мне с цветами от Симона.

– Наконец‑то мы тебя нашли. – Они садятся рядом со мной и протягивают мне подарки.

– Зачем вы забрали это?

– Симон сказал, что это было куплено для тебя, а значит тебе и должно принадлежать. Если не примешь, он все выкинет, – объясняет Сара.

Я вновь смотрю на цветы. И если час назад они безумно радовали, то сейчас в меня впивается острое чувство, что я всего этого недостойна.

– Они что‑то говорили о сложившейся ситуации? – спрашиваю аккуратно.

Сердце замирает в ожидании ответа.

– Нет. Сделали вид, что ничего не произошло, – улыбается мягко сестра. – Мы обсуждали поездку на яхте. Они хотят потом остаться с ночевкой на том пляже. Ты ведь хочешь поехать?

– Вопрос в том, хотят ли меня видеть они? Не хотела бы никому портить настроение своим присутствием, – отвечаю скрепя сердце.

– Богдан сказал, чтобы мы пошли за тобой и были готовы через час. Так что все в порядке.

– Давай соглашайся. Твоей сестре понравился братец Симона, вот и рвется в эту поездку! – начинает смеяться Яна и получает удар по плечу от Сары.

Я с любопытством смотрю на сестру и замечаю, как она старается скрыть смущение.

– Тебе нравится Богдан? – расплываюсь в улыбке. Собственные переживания тут же отходят на второй план.

Сара пытается отвертеться, но Яна не дает этого сделать.

– Еще как нравится. Только видит его на горизонте, сразу спинку ровно, волосы поправит, нервничать начинает! – смеется. – И, по-моему, это взаимно!

– Ян, не начинай, – застеснявшись, просит Сара. – Кажется, он даже не обращает на меня внимания. За весь разговор перекинулся со мной парой фраз.

– Просто ты не видишь, как он за тобой наблюдает!

Сара отказывается слушать ее и переводит внимание на меня:

– В общем, если ты не хочешь, мы останемся в отеле и никуда не поедем. Не хочу, чтобы ты насильно что‑то делала, – возвращается к изначальной теме, лишь бы закончить разговор о Богдане.

– Если тебе эта поездка принесет удовольствие и ребята не против моего присутствия, то я с радостью поеду.

– Заодно поговоришь с Симоном, – поддерживает она, догадавшись, что меня беспокоит.

– Нужно было раньше рассказать ему про Филиппа, – с досадой отмечаю я. – Теперь он решит, что я легкомысленная девчонка.

– Уверена, как только ты ему все объяснишь, он тебя поймет, – присоединяется к разговору Яна.

Девочки стараются успокоить меня, дать понять, что ничего критичного не произошло. Я решаю не портить им настроение своими мыслями. Да и самой себе тоже. Чем дольше обо всем размышляю, тем тяжелее становится на сердце, поэтому соглашаюсь на поездку и ночевку на диком пляже. Чем раньше состоится разговор с Симоном, тем меньше переживаний будет на душе.

Я принимаю букет и телефон из рук сестры и вместе с девочками поднимаюсь в номер, чтобы переодеться во что‑то более красивое и собрать сумку в поездку. Ровно через час мы спускаемся в фойе, где нас ждут ребята, и все вместе на двух машинах едем к порту. Оказавшись на месте, я сразу узнаю его. Именно сюда меня привез Симон на первое свидание – только так хочется называть ту нашу встречу. Тот ужин на закате навсегда запечатлелся в памяти как одно из самых красивых событий в моей жизни.

– Веди себя спокойно перед Микой и Остином, – вдруг обращается ко мне Симон, встав рядом.

Я вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь в его сторону. Чувствую напряжение, которое исходит от него, и мне становится не по себе.

– Они ничего не знают, поэтому твой виноватый вид выглядит подозрительно.

– Ты не планируешь им ничего рассказывать? – спрашиваю осторожно.

– Я тебе дал обещание, Аврора.

Он бросает резкий взгляд на меня, и я вся краснею от стыда.

– Но все видели цветы и телефон от тебя, – напоминаю ему.

– После чего ты отвела меня в сторону и сообщила, что без пяти минут замужем, – его голос звучит механически: ни чувств, ни эмоций. – Будем считать, что именно такой разговор у нас состоялся, когда мы остались наедине.

Его губа дергается в презрительной ухмылке. И, не дождавшись моего ответа, он разворачивается и уходит. А я стою еще с полминуты и пытаюсь усмирить бушующее сердце. Мне неприятно осознавать, какой грязной и лицемерной я выгляжу в его глазах. Хочется закричать, что я не такая, какой он видит меня. Что все происходящее вокруг для меня дико и непривычно. Но слова застревают комом в горле, и я молча направляюсь к ребятам.

Пару часов мы плывем на яхте по уже знакомому мне маршруту. Но от этого впечатлений не меньше. Я, как завороженная, разглядываю всю красоту вокруг, и девочки разделяют со мной восторг.

Благодаря парням поездка становится незабываемой. Эти ребята не похожи на тех, кого я привыкла встречать в своем окружении. Они лишены предрассудков, свободны, улыбчивы, обходительны. Рядом с ними не страшно быть собой. Я могу смеяться и шутить, когда вздумается, быть взбалмошной, ранимой, бойкой – любой. Здесь принимают тебя такой, какая ты есть. Парни просто наслаждаются жизнью, общением с людьми и заряжают тебя этой же энергией.

Я быстро поняла: никто кроме меня и Симона не придал утреннему событию значения. Сам Симон выглядит так, будто ничего не произошло. В буквальном смысле «ничего»: ни нашего знакомства, ни наших свиданий, ни нашей незабываемой ночи. Он не ведет себя, как обиженный мальчишка, не игнорирует меня демонстративно, но больше не проявляет ко мне интереса. И это сводит с ума.

Ближе к вечеру мы приплываем на пляж. Он небольшой, кроме нас на нем никого нет. Чуть поодаль от берега стоят несколько домиков, похожих на палатки, которые ребята заранее забронировали. Остин говорит, что по ночам отсюда открывается невероятный вид на звезды и мы обязательно должны это увидеть. Нам с девочками приятно, что они решили разделить этот день с нами и показать красоту острова с разных сторон. Я знаю точно, без них мы бы не увидели многого. И это рождает внутри безграничное чувство благодарности к этим людям.

Как оказалось, Мика – он же Микаэль – тренер по плаванию, и еще вчера Симон договорился, что он научит меня плавать. Я пытаюсь отказаться и убеждаю всех, что в этом нет необходимости, но меня не слушают. Заставляют всей компанией пойти за Микой и следовать всем его рекомендациям.

В итоге больше часа все дружно стараются научить меня плавать. Не помню, когда я в последний раз смеялась так сильно, что аж сводило живот. Но эта компания заставила вспомнить прекрасное чувство безудержной радости. Удивительно, но мне удается научиться держаться на воде и плыть вдоль берега. Я выгляжу, как упавшая за борт сумасшедшая. Но для меня это все равно большая победа и безграничное счастье.

Пока мы все бесились в воде, Симон разжег костер, подготовил пледы и пиццу и ждал нашего возвращения. Выйдя из воды, я надеваю платье, укутываюсь в плед и удобно устраиваюсь рядом с Сарой и напротив Симона. Ловлю на себе его взгляд и не могу сдержать благодарной улыбки.

– Спасибо, – произношу беззвучно и прикладываю руку к левой груди.

Все происходящее может показаться ему обыденным и незначительным, но благодаря Симону и его друзьям я снова ощущаю вкус к жизни.

Богдан достает гитару и начинает играть. Замечаю, как загораются глаза Сары. Она не может от него отвести взгляд, слушает внимательно. И это заставляет меня расплыться в улыбке. Не помню, чтобы она когда‑нибудь с таким интересом смотрела на парня. Она другая, не такая глупая и влюбчивая, как я. Всегда мечтала об успешной карьере и путешествиях. Отношения ее не интересовали. Но сейчас я вижу, что что‑то в ней переменилось.

– Аврора, напой «Сансару»! – просит Яна.

Парни смотрят на меня удивленно.

– Ты умеешь петь? – спрашивает Богдан.

– Немного, – отвечаю ему.

– Тогда давай вместе.

Он начинает играть заново, и я с удовольствием подпеваю ему. Чувствую на себе взгляд Симона. Тот прежний взгляд, наполненный нежностью и заинтересованностью. Он внимательно слушает меня и не сводит глаз. И это заставляет мое сердце биться чаще.

До глубокой ночи мы с ребятами общаемся, веселимся, поем и танцуем. Звездное небо становится украшением этой ночи и создает вокруг особенную атмосферу. И я навсегда сохраню этот день в памяти как напоминание, какой должна быть жизнь, как идеал, к которому нужно стремиться. Теперь я знаю: это возможно. Такие люди возможны. И с ними может быть спокойно и хорошо.

Расходимся мы под утро. Девочки засыпают, как только их головы касаются подушки. Я же не могу уснуть. Оставшись наедине, понимаю, как весь этот день мне не хватало Симона. Его прикосновений, поцелуев, слов. Крутясь в постели около получаса, я встаю с места и выхожу на улицу, чтобы не мешать спать девочкам.

Замечаю, что у потухшего костра до сих пор сидит Симон, и сердцебиение вновь учащается. Я направляюсь к нему, желая поговорить и объясниться. Он сидит и смотрит на океан, о чем‑то задумавшись. Не сразу замечает мое присутствие. Отвлекается, только когда я сажусь неподалеку.

– Ты не против? – спрашиваю аккуратно.

– Нет. Не спится?

Отрицательно качаю головой.

– Хотя сильно устала. – Пожимаю плечами.

Он молчит, отводит взгляд обратно к океану. Ощущение, будто мне грудную клетку сдавили тисками. Тяжело дышать, думать, чувствовать.

– Я хочу поговорить, Симон, – решаюсь, наконец, – о случившемся утром.

– Зачем? Я не глухой и не слепой, все и так понял.

– И резко изменился. Даже смотреть в мою сторону не хочешь.

– Ну, так ты девушка несвободная.

– Это пока…

Он переводит взгляд на меня и смотрит вопросительно.

– Ты ведь правильно сказал в ту ночь. Мне разбили сердце. Прямо за день до прилета сюда, – слова даются мне с трудом, но я хочу быть откровенной с ним. – Поэтому Лев еще думает, что я невеста его друга. По факту, как только я вернусь обратно, то планирую оборвать связь с ним.

Мне становится горько от собственных слов. До сих пор больно осознавать происходящее.

– Ты ведь предложил мне курортный роман, а не замуж выйти. Разве он не подразумевает под собой что‑то несерьезное, легкое и ни к чему не обязывающее приключение?

– Именно это и подразумевает. Но прости, роль любовника мне не подходит. Я очень негативно отношусь к изменам в серьезных отношениях. И к мужским, и к женским.

– Повторюсь, по возвращении в Ярославль я намерена оборвать все. Так в чем измена?

Он молчит. Обдумывает мои слова.

– Мне хорошо с тобой. – Я встаю с места и подхожу к нему, сажусь рядом.

Он следит за мной, ловит каждое мое движение. Тянусь к нему и замираю в нескольких сантиметрах от его губ. На его лице дергается мышца. Пытается сдерживать себя, но чувствую: на грани.

– Это не взаимно? – спрашиваю еле слышно.

Не узнаю себя. Никогда не была такой решительной и уверенной рядом с мужчиной. И мне так нравится это состояние.

Он касается моего лица, запускает руку в волосы и впивается в мои губы желанным поцелуем. Весь мир замирает вокруг, и в данную минуту мне больше ничего не надо.

– Взаимно, – шепчет сквозь поцелуй.

Не отрываясь от моих губ, Симон берет меня на руки и сажает к себе на колени. Я обвиваю его шею руками и утопаю в нашем поцелуе.

– Не знал, что ты умеешь так красиво петь, – произносит он, оторвавшись от губ и спускаясь вниз по шее к груди.

– Ты еще многого обо мне не знаешь, – останавливаю его, чтобы он не продолжил возбуждать.

Он поднимает на меня взгляд.

– Я уже это понял с утра. – Сжимает руку на моей талии. – Ты полна сюрпризов, девочка.

Я целую его в губы, чтобы не продолжать разговор, его руки начинают жадно блуждать по моему телу. И я не знаю, до чего бы все дошло, если бы не ошарашенный голос Сары:

– Аврора, что тут происходит?

Я тут же резко отрываюсь от Симона и вскакиваю на ноги. Сестра смотрит на нас округлившимися глазами, а я нервно пытаюсь привести себя в порядок. Но не могу даже нормально посмотреть на нее. Сгораю со стыда.

– Чем вы тут занимаетесь? – Она подходит ближе и смотрит озадаченно на нас.

– Твоя сестра пришла мириться. – Симон улыбается как ни в чем не бывало и тоже встает на ноги.

– Моя сестра удивляет меня с каждым днем все больше и больше. – Она переводит свой недовольный взгляд на меня.

Я поджимаю губы и опускаю глаза.

– Я не ошибся, сказав, что она полна сюрпризов, – усмехается Симон, – этакий чертенок в обличии ангела.

– Пойдем в палатку, время пять часов утра, – обращается ко мне Сара.

– Я приведу ее через пять минут, – вступается Симон. – Оставишь нас наедине?

Сара с недоверием смотрит на него.

– За пять минут мы не успеем сделать ничего неприличного, – с издевкой произносит он, уловив ход ее мыслей.

Мне становится смешно, но я стараюсь сдержать улыбку.

– Ровно пять минут, – строго проговаривает она, вытянув перед ним палец. – Если вас не будет на пороге спустя это время, я вернусь за Авророй сама.

Договорив, она тут же разворачивается и уходит. Я понимаю, что впереди нас ждет очень серьезный разговор.

– Кажется, твоя сестра тоже не в курсе, что ты считаешь себя девушкой свободной? – спрашивает подозрительно.

Кладет руку на талию и притягивает меня обратно к себе.

– Отпусти, она ведь может увидеть! – Пытаюсь вырваться из его рук, но он не позволяет этого сделать.