Текст книги "Сестры"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sestry-85373.jpg)
Автор книги: Даниэла Стил
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 6
Около половины первого двое полицейских из дорожной патрульной службы позвонили в дверь дома Адамсов. Они покинули место происшествия сразу же после того, как Энни увезли на «Скорой». В сумочке Джейн, оставшейся в машине, они нашли ее водительские права, а заглянув в водительское удостоверение Энни, поняли, что она приходится дочерью Джейн. На американских водительских правах у нее все еще сохранился родительский адрес в Коннектикуте. В сумочке находились также права, выданные в Италии. В случае необходимости дорожным патрульным разрешалось извещать ближайшего родственника о происшедшем по телефону. Но Чак Петри, офицер, прибывший на место дорожно-транспортного происшествия, считал, что извещать по телефону бесчеловечно. Если бы что-нибудь произошло с его женой или дочерью, он предпочел бы, чтобы ему сообщил об этом человек, а не телефонный аппарат. Поэтому он отправил двоих патрульных по адресу Адамсов, а сам остался ликвидировать транспортный затор, заставляя машины объезжать место аварии и накрытые брезентом тела со скоростью пять миль в час. Пробку на автостраде удалось ликвидировать только через несколько часов.
Позвонившие в дверь патрульные выглядели явно смущенно. Один из них был новобранцем и ни с чем подобным не сталкивался. Старший офицер, его напарник, обещал сам поговорить с хозяевами.
Прошло несколько минут, пока кто-то подошел к двери, потому что от бассейна звонок был едва слышен. Сабрина только удивилась, что мама с Энни так долго не возвращаются. Магазин находился совсем близко, и им давно бы пора было вернуться. Возможно, им пришлось отправиться за покупками в какой-нибудь другой супермаркет. Когда они услышали звонок, дверь пошла открывать Тэмми. Она все равно направлялась на кухню, чтобы попить. Она распахнула входную дверь, и при виде полицейских сердце ее тревожно забилось, но она отказывалась верить дурному предчувствию. Наверное, их привел сюда какой-нибудь пустяк: дождевальная установка оставляет брызги на соседском окне или слишком шумно ведут себя собаки. Должно быть, так оно и было. Младший офицер нервно улыбнулся ей, а старший смотрел на нее, мрачно нахмурив лоб.
– Чем могу помочь, офицер? – спросила Тэмми, глядя ему прямо в глаза и вновь пытаясь убедить себя, что все в порядке.
– Мистер Джеймс Адамс проживает здесь? – спросил старший. Он был указан в водительском удостоверении Джейн как ближайший родственник.
– Конечно, – вежливо ответила Тэмми и отступила в сторону, чтобы они не стояли на жаре. Внутри дома было не только прохладно, но даже холодно. Мать любила включать кондиционер на полную мощность. – Я позову. Что ему передать? – Ей и самой хотелось узнать, в чем дело.
Но тут за ее спиной возник отец, который словно почувствовал всю важность этого звонка в дверь. Он встревоженно взглянул на офицеров в форме дорожного патруля.
– Мистер Адамс?
– Да. Что-нибудь случилось?
Тэмми увидела, как побледнел отец. В этот момент подошли Сабрина и Кэнди.
– Позвольте поговорить с вами наедине, сэр, – сказал старший офицер, который, войдя в дом, снял фуражку.
Тэмми заметила, что, несмотря на облысевшую голову, это был привлекательный мужчина примерно одного с отцом возраста. Второй офицер выглядел как четырнадцатилетний парнишка.
Не сказав ни слова, отец провел их в библиотеку, которую они с матерью использовали зимой как рабочий кабинет. Это была уютная, обшитая деревянными панелями комната с камином. Здесь на книжных полках хранилось множество старинных книг, которые они коллекционировали долгие годы. Две удобные кушетки и несколько больших кожаных кресел дополняли меблировку. Джим уселся в кресло и жестом предложил офицерам присесть на кушетке. Он понятия не имел, зачем они пришли. У него мелькнула безумная мысль, что кого-то из них собираются арестовать, хотя он не мог представить себе, за что именно. Он лишь надеялся, что одна из девочек не наделала каких-нибудь глупостей. Кэнди была все еще совсем юной, и только она могла по глупости что-нибудь натворить. Например, пронести контрабандой через таможенный досмотр наркотики, когда ехала из Парижа. Или, может быть, что-нибудь подобное сделала Энни, что было бы в духе ее богемной жизни. Он надеялся, что это не так, но ничего другого ему не приходило в голову. Дочери с тревогой ждали в коридоре. Старший офицер, державший в руках фуражку, глубоко вздохнул. Давненько ему не приходилось выполнять такую тяжелую обязанность.
– Должен сообщить вам, сэр, что произошло дорожно-транспортное происшествие. Примерно двадцать минут тому назад на автостраде номер один в пяти милях отсюда.
– Несчастный случай? – тупо повторил отец, а Сабрина в коридоре, охнув, схватила за руки Тэмми и Кэнди. Мозг отца отказывался воспринимать сказанное.
– Да, сэр. Сожалею. Мы решили сообщить вам об этом лично. Рассыпались металлические трубы, которые вез на прицепе грузовик, и в результате три машины столкнулись в лоб, а несколько труб протаранили одну из машин. Водителем была Джейн Уилкинсон Адамс, тысяча девятьсот пятидесятого года рождения. Вы указаны как ближайший родственник. Наверное, она была вашей женой? – Офицер умолк.
– Почему вы говорите… «была моей женой»? Она и остается моей женой.
– Она погибла. Умерла сразу же. Трубы пробили ветровое стекло, и ее выбросило из машины, которая столкнулась в лоб с другими двумя машинами. Она умерла мгновенно. – Как-то сгладить сказанное не удалось. Все слова были безжалостными.
Когда смысл сказанного дошел до Джима, его лицо исказила гримаса боли.
– О боже… боже…
Услышав его рыдания, девочки вбежали в комнату. Они слышали лишь слова «умерла мгновенно», но пока не знали, о ком идет речь – об Энни, или о маме, или об обеих. Они безумно испугались, когда зарыдал отец.
– Кто? Что произошло? – спросила Сабрина, которая первой вошла в комнату. Тэмми и Кэнди следовали по пятам. Кэнди уже плакала.
– Мама, – сказал отец сдавленным голосом. – Случилось дорожно-транспортное происшествие… лобовое столкновение… стальные трубы упали с грузовика.
Глаза Тэмми и Сабрины сразу же наполнились слезами. Сабрина в панике повернулась к офицеру:
– Что случилось с моей сестрой? Она была в машине вместе с мамой. Ее зовут Энни. – Она не могла даже позволить себе думать, что они обе погибли. Она затаила дыхание и взяла себя в руки, ожидая его ответа.
– Девушка еще жива. Я собирался сказать об этом вашему отцу, но хотел дать ему минутку, чтобы он смог перевести дыхание. – Офицер окинул всех виноватым взглядом, а глаза у новобранца наполнились слезами. Все было еще хуже, чем он себе представлял. Это были живые люди, которые говорили о своей матери. Он, наверное, был ровесником Кэнди, хотя выглядел моложе. У него были три сестры примерно их возраста – и мама, примерно ровесница их матери. – Она сильно пострадала, и ее отвезли в Бриджпортский госпиталь. Когда ее вытащили из машины, она была без сознания. Из всех, кто находился в трех машинах, выжила только она. Это настоящее чудо. – Всего погибло восемь человек, но офицер не сказал этого Адамсам. Он приехал сначала сюда именно потому, что Энни была все еще жива. Их надо было поскорее известить, чтобы они сразу же могли поехать в больницу. В тех случаях, когда в машинах все погибли, временной фактор уже не играл решающей роли.
– Что с ней случилось? С ней будет все в порядке? – вмешалась в разговор Тэмми, а Кэнди лишь стояла и плакала навзрыд, напоминая необычайно высокую пятилетнюю девочку.
– Когда ее увозили, она была в критическом состоянии. Если хотите, я вас туда отвезу. Или, если вы хотите поехать в своей машине, я могу поехать впереди вас, включив сирену.
Джим продолжал смотреть на него, все еще не веря происходящему. Тридцать пять лет он прожил с женщиной, которую горячо любил с той самой минуты, как встретил, и вдруг в мгновение ока ее не стало – погибла в каком-то дурацком ДТП. Он даже не осознал того, что они сказали об Энни. Он не мог думать ни о ком, кроме жены.
– Мы поедем за вами следом, – ответила за всех Сабрина.
Офицер кивнул, и они с Тэмми начали действовать. Сбегав наверх, взяли сумочки, Сабрина прихватила еще адресную книжку и список приглашенных гостей из маминого ящика. Придется обзвонить всех и отменить праздник. Тэмми убедилась, что все собаки находятся в доме, достала из холодильника несколько бутылок воды и положила их в пакет. Мгновение спустя они уже мчались к машине отца, большому «Мерседесу»-седану последней модели. Сев за руль, Сабрина сказала, чтобы отец садился рядом. Тэмми и Кэнди уже уселись на заднее сиденье и захлопнули дверцы. Сабрина молила Бога, чтобы Энни не умерла до их приезда.
Офицеры включили сирену еще до того, как выехали с подъездной дорожки, и помчались на бешеной скорости.
Сабрина следовала за ними. Выехав на автостраду, они набрали скорость 90 миль в час, и Сабрина всю дорогу держалась в двух футах от них. До Бриджпортского госпиталя они добрались всего за несколько минут.
С тех пор как они уехали из дома, отец не переставал плакать.
– Почему я не поехал в магазин вместо нее? Я мог бы это сделать. Но мне и в голову не пришло предложить ей это, – терзался он виной.
Сабрина припарковала машину на больничной стоянке. Она вышла из машины и, взглянув на отца, обняла его.
– Если бы это сделал ты, то сейчас здесь она оплакивала бы тебя. Так уж случилось. Мы подумаем об этом потом. Надо посмотреть, что случилось с Энни, и помочь ей выкарабкаться. – Сабрина надеялась, что сестра пострадала не так сильно, как они опасались. Если чуть-чуть повезет, Энни выживет. Хотя они только что потеряли мать, о чем было страшно подумать, она не могла позволить себе расслабиться и все мысли сосредоточила на Энни. Она подождала, когда все выйдут из машины, включила на отцовской машине сигнализацию и поблагодарила патрульных за то, что помогли им так быстро доехать. Они помчались прямо в приемный покой, откуда их отправили в травматологическое отделение, где медсестра за конторкой сказала, что Энни увезли. Сабрина бросилась бегом по коридору, Кэнди и Тэмми за ней, а отец позади всех. Сабрине хотелось его утешить, но сейчас надо было думать об Энни. Для своей матери они ничего уже не могли сделать. Когда они вбежали в травматологию, Сабрине вдруг показалось, что мать уже ждет их там и скажет, что с Энни все будет в порядке. Но все было совсем не так.
Главный врач травматологического отделения сразу же вышел к ним, как только Сабрина назвала свое имя. Он сказал, что Энни отважно цепляется за жизнь. Он сказал, что ей нужна операция на головном мозге и офтальмологическая операция, причем как можно скорее, чтобы снять давление на мозг и попытаться спасти зрение. Посмотрев на них, он заявил без обиняков, что серьезнее всего у Энни пострадал тот участок мозга, от которого зависит зрение.
– Не знаю, сможем ли мы спасти ее зрение, – грубовато сказал врач. – Сейчас меня больше интересует спасение ее жизни.
– Нас тоже, – сказала Тэмми, а Кэнди в ужасе смотрела на него.
– Она художница! Вы должны спасти ее глаза!
Врач молча кивнул, потом показал им результаты компьютерной томографии и рентгеновские снимки и сказал, что с минуты на минуту ждет прихода лучшего хирурга-невролога и хирурга-офтальмолога. Он вызвал обоих. Поскольку было Четвертое июля, ни тот, ни другой не были на дежурстве, но, к счастью, службе вызова удалось установить с ними контакт. Невролог перезвонил и сказал, что уже находится в пути, и только что удалось установить связь с офтальмологом, который был на семейном барбекю. Он обещал быть менее чем через полчаса. Дежурный врач сообщил, что Энни подключена к аппаратуре жизнеобеспечения. По пути в больницу у нее дважды останавливалось сердце, и она больше не может дышать самостоятельно. Электроэнцефалограмма в норме. Пока серьезного повреждения мозга не обнаружено. Гематома, образовавшаяся на мозге, в самое ближайшее время может вызвать серьезные проблемы, но, по словам врача, наибольшее беспокойство вызывали ее глаза. При условии, что она вообще выживет, есть хороший шанс ожидать, что деятельность ее мозга нормализуется. Но вот спасти зрение едва ли удастся.
Судя по всему, зрительные нервы Энни пострадали необратимо. Но чудеса случаются. И сейчас остается надеяться только на чудо.
Вошел хирург-невролог. Он объяснил, что они намерены предпринять, какие с этим связаны риски и сколько времени может занять операция. Невролог тоже не стеснялся в выражениях и сообщил, что существует вполне реальная угроза смерти на операционном столе. Но выбора нет. Если не удалить образовавшуюся на мозге от ушиба гематому, мозг навсегда останется серьезно поврежденным, а возможно, Энни вообще умрет.
– Энни бы этого не вынесла, – прошептала Сабрине Тэмми, услышав о повреждении мозга.
Они согласились позволить ему оперировать, и Сабрина подписала необходимые документы. Отец находился в прострации. Он сидел в приемном покое и оплакивал свою жену. Дочери боялись, как бы у него не случился сердечный приступ. Кэнди тоже пришлось сесть, потому что она была близка к обмороку. Кэнди и отец сидели рядом и, обнявшись, плакали. Сабрина и Тэмми, потрясенные не меньше, держались, разговаривали и принимали решения.
Как только ушел хирург-невролог, отправившийся еще раз осмотреть Энни, появился офтальмолог, который объяснил им свою часть предстоящей операции. Взглянув на снимки, он тоже честно высказал свое мнение. Нет практически никакого шанса спасти зрение Энни, но попытаться все равно следует. По словам хирургов, обе операции вместе займут от шести до восьми часов. Существует весьма реальный шанс, что Энни не выживет. Ее жизнь и сейчас висит на волоске.
– Можно нам увидеть ее до операции? – спросила Тэмми главного врача, и он тактично поинтересовался:
– Вы уверены, что выдержите?
Сабрина и Тэмми кивнули и оглянулись на отца и Кэнди. Подойдя, задали вопрос, хотят ли они увидеть Энни перед операцией. Вполне возможно, это был последний шанс увидеть ее живой. Отец лишь покачал головой и отвернулся. На его плечи уже легла непосильная ноша: ему предстояло спуститься в морг, чтобы опознать тело жены. Кэнди в ужасе взглянула на старших сестер и разрыдалась еще громче:
– Боже мой, я не могу… Энни… и мама… – Младшая сестренка совсем утратила контроль над собой, что не удивило старших сестер. Оставив отца и Кэнди в приемном покое, они последовали за врачом в травматологическое отделение, где находилась Энни.
Она лежала в отгороженном шторами уголке, опутанная целым лесом трубочек и мониторов, и она была подключена к аппарату искусственного дыхания. Четыре медсестры и два врача внимательно следили за показателями жизненно важных функций. Неожиданно упало кровяное давление, и врачи боролись за ее жизнь. Тэмми и Сабрина старались не путаться у них под ногами, и им показали место, где стоять. К ней они могли подходить по очереди. Лицо Энни было сильно изранено, одна скуловая кость раздроблена. На обоих предплечьях были глубокие порезы, а на одном плече – зияющая рана. Сабрина осторожно прикоснулась к ее руке и поцеловала пальцы. Слезы ручьями катились из ее глаз.
– Держись, малышка Энни, ты сможешь это сделать… ты должна выжить ради всех нас. Мы любим тебя. С тобой все будет в порядке. Будь храброй девочкой. Мы все здесь, с тобой.
Ей вдруг вспомнился случай, когда она взяла Энни на игровую площадку. Ей тогда было тринадцать лет, а Энни пять. Как только Сабрина отвернулась, Энни взобралась на качели, упала и сломала руку. Сабрина чуть с ума не сошла, но все же сообразила отвезти сестру в травмпункт, откуда позвонила матери. И мама не сердилась и не ругала ее. Наоборот, она даже похвалила Сабрину за то, что та не растерялась и отвезла Энни в больницу. По словам матери, такое могло случиться, даже если бы она сама находилась там. С ребятишками это случается. Она сказала, что впредь надо быть внимательнее, но что такое может все равно случиться. Мать похвалила Энни за то, что та вела себя храбро. Она не стала упрекать Энни за глупость и непослушание, а Сабрину за то, что сестра сломала руку. И Сабрина тогда впервые осознала, какая любящая и добрая у них мать. И сейчас Сабрина вспомнила о том случае.
– Ты должна быть храброй, Энни. Помнишь, как тогда, когда ты сломала руку? – Только сейчас все было гораздо хуже. Страшно подумать, что Энни может потерять зрение. Или даже жизнь. Только не это. Сабрина была готова смириться с чем угодно, даже с тем, что у Энни на всю жизнь останется нарушенной психика, она была готова ухаживать за ней всю оставшуюся жизнь, лишь бы она осталась жива.
Они все равно будут любить ее. Сабрина снова поцеловала пальцы Энни и уступила место Тэмми, у которой по щекам градом катились слезы.
– Ты слышала Брину, Энни… Если ты не послушаешься, она надерет нам задницы. – Это была угроза Сабрины двум младшим сестренкам. Тэмми и Энни были ближе всех по возрасту. Сабрина была на восемь лет старше Энни и на пять лет старше Тэмми. В детстве это казалось огромной разницей, но теперь не имело значения. – Будь умницей, Энни. Когда ты проснешься, мы будем здесь. Я люблю тебя, не забывай об этом, – сказала Тэмми и, с трудом подавив рыдание, отошла в сторону.
Сабрина обняла ее за талию, и они вместе вернулись в приемный покой. Отец и Кэнди, кажется, даже не пошевелились с тех пор, как они ушли, и оба выглядели еще хуже, чем прежде.
Взглянув на них, Тэмми отыскала телефон домашнего доктора в адресной книжке, которую они захватили с собой. Она заложила его в память сотового телефона и незаметно вышла. Доктор оказался дома, и она объяснила ему, что случилось. Она попросила его приехать в больницу для опознания тела матери, чтобы избавить отца от тяжелой обязанности. Не хотелось, чтобы кто-нибудь из них запомнил ее такой, потому что, по словам врача, мать сильно изуродована и зрелище ужасное. Семейный доктор пообещал немедленно приехать в госпиталь. Сабрина также сообщила, что отец и младшая сестра находятся в плохом состоянии и что, возможно, им потребуется дать успокоительное.
– Разумеется. А вы как? – озабоченно спросил доктор.
– Не знаю, – честно призналась Тэмми, взглянув на подошедшую Сабрину. – Все это страшно, и Энни в тяжелом состоянии. – Она объяснила, что предполагают делать хирурги, и он обещал прибыть не позднее чем через час, чтобы оказать хотя бы моральную поддержку.
Это было уже кое-что. Отцу по крайней мере не придется опознавать в морге изуродованные останки его возлюбленной Джейн. Тэмми объяснила отцу, что приедет семейный доктор и опознает маму. Затем тело перевезут в ритуальный салон, но об этом пока никто из них не думал. Все они были слишком ошеломлены случившимся и тревожились за Энни. Пока Тэмми разговаривала по телефону, пришел врач, чтобы сказать, что Энни уже в операционной и что через несколько минут они начинают. Он обещал сообщать им обо всем, что происходит.
– Может быть, мне следует с ней попрощаться? – сказал отец, имея в виду жену, когда Тэмми объяснила ему, что приедет их домашний доктор. Тэмми немного помедлила, не зная, как ответить на этот вопрос таким образом, чтобы он не чувствовал себя виноватым.
– Вряд ли это нужно делать, папа, – честно сказала Тэмми. – Не думаю, что маме захотелось бы, чтобы ты запомнил ее такой, как сейчас. Ты ведь знаешь, какая она красивая. Она не захотела бы огорчать тебя, – тихо добавила Тэмми, с трудом сдерживая слезы.
– И я уже никогда не смогу снова обнять ее? – Его вопрос вызвал у дочерей душевную боль. В его словах звучало глубокое страдание. Отец сломался. Еще сегодня утром это был энергичный, красивый, моложавый мужчина, которого они всегда знали. Теперь он превратился в испуганного, растерянного старика. На него было страшно смотреть.
– Сможешь, папа, – ответила Сабрина. – Конечно, сможешь, но, мне кажется, это было бы ужасно и для тебя, и для мамы. Иногда не удается попрощаться с теми, кого мы любим больше всего. Если бы она погибла в авиакатастрофе, ты тоже не смог бы ее обнять. То, что от нее осталось, – это всего лишь оболочка, это не мама, не Джейн. Ее уже нет, папа. Если ты хочешь попрощаться с ней, ты можешь это сделать. Никто тебе не запретит. Мне просто кажется, что мама не захотела бы этого. – Она посвятила всю жизнь тому, чтобы сделать его жизнь счастливой и легкой, и, уж конечно, не пожелала бы сейчас причинять ему страдания.
– Возможно, ты права, – тихо сказал отец с явным облегчением.
К ним подошел семейный доктор. Он знал, как надо себя вести с Джимом и девочками. Вручив Сабрине валиум, он сказал, чтобы она дала его каждому в случае необходимости. По ее мнению, отцу следовало принять валиум сейчас же и желательно отправиться домой. Несмотря на неплохое здоровье, у него всегда наблюдались шумы в сердце, а сегодня ему пришлось много всего перенести. Доктор заметил, что Кэнди тоже находится в плохом состоянии. С тех пор как они приехали, она уже дважды искусственно провентилировала легкие и теперь ощущала позывы к рвоте. Она чувствовала тошноту всякий раз, как только вставала с места. Сабрина дала всем по таблетке валиума с холодной водой в бумажном стаканчике и, когда доктор спустился в морг на опознание, посоветовалась с Тэмми, что делать дальше. Пока они еще не успели связаться с ритуальным салоном, поскольку из дома приехали прямо в больницу к Энни. Они никому не звонили. У родителей не было ни братьев, ни сестер, а дедушки и бабушки давно умерли. Поскольку вся семья собралась в больнице, все решения могли приниматься прямо здесь. Сабрина и Тэмми, очевидно, оставались теперь в семье за старших и, глубоко потрясенные случившимся, все же не утратили способности здраво мыслить.
Доктор подсказал, в какой ритуальный салон следует обратиться, и как только он ушел, Сабрина туда позвонила и договорилась, что они подъедут завтра обсудить детали, хотя у них тяжелые обстоятельства, так как сестра находится в критическом состоянии. Она лишь надеялась, что не придется обсуждать подробности двух похорон сразу. Хватит с них и такого страшного кошмара, как гибель матери. С ними уже случилось самое худшее. Сабрина отказывалась думать о том, что Энни тоже может умереть.
– Я думаю, следует отвезти их домой, – сказала сестре Тэмми, когда они обсуждали дальнейшие действия, стоя в коридоре, откуда было видно сидящих рядышком отца и Кэнди. Валиум начал действовать, и оба выглядели немного сонными.
– Мне не хотелось бы оставлять тебя тут одну, – с беспокойством сказала Сабрина. – И я тоже хочу быть здесь, рядом с Энни. Мы обе должны быть тут.
– Но мы не можем, – сказала Тэмми. Она оставалась прагматиком и не теряла способности здраво мыслить даже в таких ужасных обстоятельствах. Сабрина тоже не теряла головы. Внешне они были совсем разные, но отличались большим внутренним сходством, и в характерах обеих было много от матери. Джейн поступила бы в этой ситуации так же, как они. Сабрина и сама это понимала. – Ни Кэнди, ни отец не в состоянии оставаться здесь. Их надо отвезти домой и уложить спать. Мы с тобой будем по очереди дежурить у Энни. Нет смысла оставаться здесь нам обеим и оставлять папу с Кэнди одних дома. Они в ужасном состоянии. А Энни пробудет на операционном столе еще несколько часов. Думаю, она будет в хирургии часов до девяти-десяти вечера.
– Почему бы мне не позвать сюда Криса? Он мог бы остаться с ними сегодня ночью, а тебя отпустить к тому времени, как Энни вернется из операционной. У него хорошие отношения с папой. И он все равно собирался приехать сюда к праздничному ужину.
– О Господи, нам ведь надо еще всех обзвонить!..
До ужина оставалось несколько часов. Нельзя, чтобы сотня гостей собралась и звонила в дверь. Надо отменить праздничный ужин.
– Если ты отвезешь папу и Кэнди домой, то я могла бы остаться здесь и обзвонить гостей, – предложила Сабрина. – Конечно, я ничем тут помочь не смогу, но мне хочется быть здесь, если что-нибудь случится.
Тэмми тоже хотелось находиться тут, но Сабрина убедила ее в обратном.
– Ладно. Когда приедет Крис, он сможет остаться дома, а я вернусь и посижу с тобой, или ты сможешь поехать домой, если все будет в порядке и она вне опасности.
– Вряд ли мы это сразу узнаем, – печально сказала Сабрина. – Нам еще какое-то время предстоит теряться в догадках.
– Да, наверное, – согласилась Тэмми.
Обе они были совершенно опустошены. И обе, подобно их матери, находили успокоение в действии. Энни и Кэнди, подобно отцу, были натурами мечтательными и легковозбудимыми, хотя Тэмми отец таким не казался. Она всегда считала его сильным, но теперь увидела, что это вовсе не так, потому что без матери он рассыпался, словно карточный домик. Тэмми почему-то ожидала, что он крепче, чем оказалось.
Потом сестры вместе подошли к Кэнди и отцу и предложили отвезти их домой, сославшись на совет доктора отдохнуть. Вероятно, положение Энни пока не изменится.
– А как же гости? – забеспокоился отец, только сейчас вспомнивший о них.
– Я позвоню им, папа. – Ужасно сообщать такие новости друзьям, но иного выхода не было. – Я взяла с собой мамину записную книжку. – Сабрина указала ему на свою сумочку, и его глаза снова наполнились слезами. Он кивнул.
– Я не знаю, где находится список гостей, – сказал он хриплым голосом.
Кэнди в оцепенении смотрела на них, словно окаменев. Она так мало весила, что таблетка валиума подействовала на нее особенно сильно. Она приняла ту же дозу, что и отец, и была почти одного роста с ним, но весила вдвое меньше. Сабрина забыла изменить дозу, но знала, что Кэнди иногда принимала эти таблетки и раньше, когда что-нибудь расстраивало ее – мужчины или неурядицы на съемочной площадке.
– Список гостей я тоже захватила с собой, папа. – Сабрине вдруг показалось, что она говорит со стариком. – Не беспокойся ни о чем. Просто поезжай домой и отдохни. Тэмми отвезет тебя. – Сабрина велела Кэнди ехать с ним, и они с отцом следом за Тэмми отправились к машине, как послушные дети.
Сабрина и Тэмми обнялись, едва сдерживая рыдания. Сабрина обещала позвонить, чтобы проверить, все ли у них в порядке.
После того как они уехали, она прежде всего позвонила Крису. Он как раз выходил из квартиры и спросил, не забыла ли она что-нибудь, что он мог бы захватить. Он был в отличном настроении и не сразу заметил по голосу настроение Сабрины. В ответ она дрожащим голосом произнесла только «привет».
– Мне нужно, чтобы ты выехал сию же минуту, – сказала она, озадачив его.
– Я как раз выезжаю. Что за спешка? Что-нибудь случилось? – Он ни о чем не подозревал. Неужели собаки съели все продукты, приготовленные для ужина? Бьюла была вполне способна на такой подвиг.
– Я… я… – забормотала Сабрина, но слезы мешали говорить, и вдруг спокойствие покинуло ее и она разрыдалась. Она безудержно рыдала, не в силах сказать ни слова, а он слушал на другом конце провода, глубоко встревоженный происходящим. Он никогда прежде не слышал, чтобы Сабрина так рыдала. Она всегда была спокойной и уравновешенной.
– Малышка, что случилось? Скажи мне!.. Все будет в порядке, я приеду как можно скорее, – утешал он Сабрину, не представляя, что могло произойти.
– Ох, Крис… это мама… и Энни…
У него бешено забилось сердце и появилось недоброе предчувствие. Он любил эту семью, как свою, а может быть, даже больше. Ее семья гораздо лучше относилась к нему все эти годы, что они были вместе с Сабриной.
– Что произошло? – Он боялся услышать ответ.
– Около двух часов тому назад они попали в аварию. – Сабрина глубоко вздохнула, но голос ее дрожал. – Лобовое столкновение, а с грузовика упали трубы… Маму убило на месте… а Энни… – Она с трудом заставила себя продолжать: – Энни сейчас на операционном столе, ей делают операцию на мозге, она в критическом состоянии… подключена к аппарату искусственного дыхания. Говорят, если она выживет, то может остаться слепой.
– Ох, черт возьми!.. О Господи!.. Сабрина, малышка… я так сочувствую тебе… Я приеду как можно быстрее.
– Нет! – Она почти закричала на него. – Не гони слишком быстро. Прошу тебя! – И она снова заплакала.
– Где ты сейчас находишься? – Жаль, что у него нет вертолета. Он сможет добраться до нее в лучшем случае через несколько часов. Дорожное движение на Меррит-Паркуэй в праздничные дни всегда было напряженным.
– Я в Бриджпортском госпитале, в травматологическом отделении. В приемном покое.
– Кто там с тобой? – Переживая за нее, Крис и сам был готов расплакаться. Они не были женаты, но он любил ее, как любил бы свою жену, и хотел быть рядом и держать ее в своих объятиях.
– Я только что отправила домой Тэмми. Кэнди и отец совсем расклеились. Мы дали им валиум. А Энни будет на операционном столе до позднего вечера. Так что лучше, если мы с Тэмми будем дежурить по очереди.
– Я мог бы посидеть с тобой или, если хочешь, побыл бы с отцом и Кэнди.
– Я на это рассчитывала, – со вздохом сказала Сабрина. Она всегда могла на него положиться. – Но, Крис… Не мог бы ты сначала приехать сюда? Ты мне нужен, – всхлипнула она, снова заплакав, и услышала, что он тоже плачет.
– Сабрина, я люблю тебя. И очень сожалею, что такое случилось с тобой. Я приеду. Звони мне, пока я буду в дороге. Я сейчас выезжаю. Обещаю тебе, что буду вести машину осторожно. – Потом Крис о чем-то вспомнил. – А как быть с вечеринкой? – спросил он. – Очевидно, надо как-то оповестить гостей о том, что праздничный ужин отменяется. Но как это сделать?
– Я захватила с собой мамину записную книжку. Собираюсь позвонить каждому.
– Я помогу тебе, когда приеду, если к тому времени не будет слишком поздно. – Но он подозревал, что будет поздно. Ему потребуется три часа, только чтобы добраться туда. – Я постараюсь доехать как можно скорее, – снова сказал Крис. – Я люблю тебя, Сабрина. – Он уже думал о том, что, если получится, возьмет свободные дни на работе. Это самое меньшее, что он мог сделать для нее, тем более что предстоят похороны, которые для всех будут тяжелым испытанием. Он очень надеялся, что с Энни будет все в порядке. Это было бы для них слишком. Потеря матери – страшное потрясение. Но если они потеряют еще и Энни, тут любой может не выдержать. Ему было страшно даже подумать об этом. А что, если она останется в живых, но ослепнет? Каково это, тем более для художника? Но он лишь надеялся, что она – слепая или зрячая – останется живой.
Сначала Сабрина позвонила на фирму, обслуживающую банкеты, и отменила заказ, потом позвонила всем, кто был указан в списке. Ей пришлось каждому человеку рассказывать о том, что случилось. Это было невыносимо. Многие из потрясенных горем друзей предлагали прийти навестить отца. Но она отвечала, что для этого еще слишком рано: уезжая из больницы, он был явно не в состоянии никого видеть. Она несколько раз звонила домой Тэмми, и та ответила, что отец и Кэнди, к счастью, заснули. Валиум сделал свое дело. Тэмми таблетки не принимала. Она хотела быть начеку, как и Сабрина.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?