Читать книгу "Спасти город"

Глава 2. На стороне зла

Мы добрались до станции Бабушкина, меня здесь высадили. Я попрощался с Юрчиком и Львом, мы пожали друг другу руки и я пошел дальше. Меня что-то тянуло в сон и я решил взбодриться, выпив пару стаканчиков водки. По пути я нашел кафе, в котором обитали в основном члены различных группировок, но меня это не смутило. Я зашел туда и сел за ближайший свободный столик. Ко мне подошла голографическая официантка и спросила меня готов ли я сделать заказ. Я давно определился с решением и сразу же ответил. Она сказала:

– Одну минутку.

И принесла мне маленький стаканчик водки. Ух! Лучше бы она принесла целую бутылку! Я сразу же её выпил. Взбодриться – не взбодрился, но в сон особо уже не тянуло, но однако теплее стало. Я сидел и смотрел на присутствующих: многие бухали, разговаривали, смеялись, ели что-то. Но только я сидел один, погруженный в свои мысли: думаю о будущем, которого теперь никогда не будет. Думаю о том, что можно было бы всего этого избежать, не будь политики такими дебилами, думающими, что они боги на этой планете и могут делать всё, что угодно не расплатившись за это. Кто-то построил коммунизм, считая тем самым, что он сделает людям намного лучше, сделав равноправие для всех слоев общества, убрав буржуев и других людей, которые могут быть препятствием для осуществления плана данной идеологии. Кто-то ссорится из-за того, что кому-то досталось мало земли и начинает мировую войну, дабы сотворить империю и качать ресурсы с других захваченных земель, а потом понимает, что к хорошему это не приведет, так как впоследствии, когда ресурсы его армии иссякают, он понимает, что начинает проигрывать, но в тоже время не хочет этого признавать. И так каждый раз, каждый, сука, раз человек хочет встать на место бога и творить всякую хрень, безнаказанно. Промывать людям мозги, заполнять СМИ пропагандой о том, что данная война принесет гражданам этой страны огромную пользу или например, спасёт граждан другой страны от каких-нибудь внутренних врагов, которых придумал сам «вождь» страны агрессора. История коварная штука. Она беспощадна к тем людям, которые не учат её, а «вожди» тоталитарных стран охотно пользуются этим, ведь многим людям просто лень самим искать правду и поэтому они предпочитают верить телевизору, различным подконтрольным властям СМИ, ведь как же? «Вождь» же врать не будет? Или… всё-таки есть подвох? Но к сожалению таким вопросом задаются немногие. И из-за этих сранных войн погибают ни в чём не повинные люди, но какое этим придуркам до них дело? Зачем думать о поломанных судьбах чужих людей, когда ты можешь делать всё! Абсолютно всё! Когда ты устранил всех оппозиционеров, играешь на людском патриотизме и играешь роль благодетеля, хотя там за стеной тебе вовсе не рады! И не ждали никакой твоей помощи! Эх… зачем мне это всё? Зачем я заполняю свои мысли ненужным мне хламом? Я что ли хочу кому-то что-то доказать? Или что? Зачем мне это? Я не понимаю. Мои мысли заполняют меня, мне надоело бояться, я хочу быть свободным! Я сидел всё это время в одиночестве, пока не увидел одного посетителя, который вошел в это кафе, посмотрел на меня доброжелательно и решил ко мне сесть.

– Привет! А что ты тут один сидишь?

– Да так, просто, в раздумьях.

– И о чём же думаешь, если не секрет?

– О нашем мире… Как мы докатились до всего этого?

– Мда, да я вот тоже многое не понимаю, зачем продолжать воевать между собой ещё и под землей, если мы и так всё разрушили? Какие-то группировки непонятные создавать, ещё что-то… зачем?

– Да вот спроси у них. Чтоб жизнь скучной не была. – усмехнулся я.

– Ага, и не говори.

Незнакомец наклонился под стол и достал оттуда бутылку виски. Я очень удивился этому, ведь откуда у этого человека может быть импортный алкоголь? Кто он такой?! Шпион?! Контрабандист?! Или кто?!

– Будешь?

Я слегка помялся, ведь, как мне показалось какой-то он подозрительный тип. Пришел в кафе, где обитают в основном только группировки, здесь обычно нет гражданских, хотя иногда появляются, но очень редко. Так ещё и сел именно ко мне, что он во мне такого заметил? Может этим вискарём травануть меня решил? Или что? Немного подумав, я всё-таки решил с ним выпить. Он налил мне и себе. Я сделал глоток и меня унесло. Я давно не ощущал этот сладкий вкус во рту с тех пор, как в нашу страну запретили ввозить импортный алкоголь. Какой же это был вкус! Это какое-то блаженство, словно ты на небесах! Это даже покруче водки! Той самой водки, с чем иностранцы ассоциируют нашу страну. Я уже перестал контролировать себя и уже мне было всё равно, что можно было говорить, а что нельзя.

– А я тебе говорю, что Зарьянов – хуйло! – с иканием проговорил я.

– Да чё ты знаешь про него, олень?! – тут же встрепенулся незнакомец.

– Да всё про него знаю!! Всё!! Вот, что он хорошего для всех нас сделал?! Организовал свою блядскую нацистскую секту. Убивает ни в чём невинных людей!! Причём бывает, сука, даже при всех!!

– А ты чё, завидуешь ему? Да?! Что он может это себе позволить, а ты – нет! Что у него есть власть, а у тебя – нет! Завидуешь, чмо, а?! Ну признайся!

– Ты хоть думаешь, чё вообще говоришь свинота?! Какая нахер зависть?! Чему тут завидовать?! Людоедству?!

Весь наш разговор, на нас с соседнего столика смотрел какой-то мужик в военной форме. Я не заметил как он подошел к нам.

– Добрый вечер, господа! Что у вас случилось? Может помочь чем? Я слышал у вас тут дискуссия насчет нашего лидера?

Я взглянул на него, но мои глаза переставали меня слушаться и я что-то вякнул ему.

– Да! И что? – я начал жестикулировать руками.

– Вас, молодой человек, что-то не устраивает?

– Да!

– И что же именно?

– То, что вы плохо отзываетесь о нашем вожде!

– Ну так это наше мнение! У нас вроде как демократия? – я только потом понял, какой я сказал бред.

– Какая к чёрту демократия?! Что это вообще за слово?! У пендосов подсмотрели?!

– Уважаемый! Прошу при мне такими словами не выражаться! – и снова я икаю.

– Так! А это что у нас?!

Он взял бутылку и покрутил ею вокруг, и увидел надпись «Виски» на английском.

– А что у вас на столе делает американская продукция?!

– А что? Нельзя?

– Как вы наверное догадались – нет!

– А что нам вашу вонючую водку сосать?!

– Не вонючую, а нашу отечественную!

– Да нам насрать на вашу «отечественную»! Когда нормальную продукцию производить будете, тогда и посмотрим!

Военный достал рацию, которая у него находилась на поясном ремешке. Он нажал на соответствующую кнопку сбоку и проговорил:

– Андрей, приём! Это Иван. У нас тут подозрительный гражданин попался. Пришли мне бригаду в кафе на Бабушкина. Приём!

– Так точно! Сейчас прибудут. Приём!

Я посмотрел на своего собутыльника и на военного. У меня была только одна мысль: сбежать! Но как? Я не могу поверить в то, что какой-то хрен смог меня споить, как шлюху, чтобы потом её поиметь, но в моём случае, чтобы развязать мне рот. И этой гадине это удалось! Какой же я придурок! Повёлся на манящую этикетку с надписью «Виски», продолжил с этим пидором диалог. Но мог же я отсесть от него! Мог! Вот, что делает дефицит с человеком! Сука, вот бы вернуть время назад! И что теперь со мной сделают? Свяжут меня, поведут куда-нибудь, а дальше? Казнят? А может просто допросят и поймут, что это просто было какое-то недоразумение? Я даже и не знаю, что и предположить. Я смотрю на эту сволочь и вижу, как на его лице расползается улыбка. Он смотрит на меня взглядом победителя, словно ждал этого момента 100 лет и наконец дождался. Я сижу, а у меня потеют ладони и весь я потею. Я жду этих мразей, чтобы плюнуть им в лицо за всё, за все те преступления, которые они позволяют совершать своему «фюреру». Я решил повернуться и увидел, как из дрезины выходят подчиненные Зарьянова. Их было четыре человека, все в черных куртках, с черными перчатками и фуражками на голове голове. У каждого из них на правой стороне руки был нацистский шеврон. Они пошли в это кафе. Один из них зашёл сюда и поднял свою правую руку вверх.

– Слава России!

Военный, который стоял рядом с нами поприветствовал его тем же жестом.

– Слава Великому Вождю!

Нацист в черной куртке презрительно посмотрел на меня и указал пальцем.

– Этого берем?

Военный тоже посмотрел и сказал:

– Да, сержант!

– Отлично! Будет сделано! С иноагентами будет покончено!

Он схватил меня за руку. Я отчаянно сопротивлялся. Он свернул мне обе руки и делал мне всё больнее, и больнее. Он поволок меня к дрезине.

– Залезай, паршивая тварь! – прорезал он.

В дрезине во время пути меня стали жестоко избивать. Сломали мне нос, сломали рёбра, мои глаза заливались слезами. Я хотел им дать отпор, но к сожалению мои руки в этот момент были завязаны. Весь путь играла какая-то их музыка. Я не понял из текста ни единого слова. Я решил попытать удачу и сказать, что всё то, что я говорил – это было по пьяне, чтоб хоть они на какое-то время перестали меня бить, но всё-таки я не решился. Да и какой был в этом смысл? Всё равно бы не поверили. Мы ехали очень долго и наконец приехали на станцию. А станция это была Северная. Очень большая. Здесь висели плакаты с нацистскими символами и лозунгами. Людей было побольше, да и сама станция была побогаче. Здесь не было бедняков, каждый на своём ремесле зарабатывал приличные деньги. Мы вышли из дрезины и меня поволокли на их генеральный участок.

– Быстрее, сука! Булками шевели! – подталкивал меня один из них.

Мои ноги заплетались, но я старался хоть как-то идти. Мне вечно сзади эти командиры наступали на ноги, что меня очень бесило. Я хотел есть и спать. Меня тревожила неизвестность событий, которые меня ждут. Я встретился взглядом с одной красивой девушкой, у неё были черные волосы и карие глаза. Она с сожалением посмотрела на меня и продолжила заниматься своим делом. Тут же пробегали дети, с возгласом: «Либералов на ножи!»

Я с ужасом посмотрел на них вслед: чему их взрослые учат? Они ведь совсем ещё дети, а у них в головах уже всякая грязь! И тут я спотыкаюсь обо что-то и вижу дохлого кота, лежащего на дороге. Мои мысли снова закрутились у меня в голове. Я начал потихоньку сходить с ума. И через какое-то время мы пришли в генштаб. Дверь автоматически открылась и мы вошли туда. Все хором поприветствовали сзади меня идущих командиров. Мы пошли наверх по лестнице. Там на втором этаже сидели на скамейках военные и с недоумением смотрели на меня. Мы подошли к кабинету Зарьянова. Сзади стоящий нацист в черной куртке приложил свой указательный палец к электронному табло, чтобы позвонить в дверь. Через пару секунд дверь отворилась. Зарьянов сидел в своём шикарном кресле и распивал дорогущий коньяк. Он увидел меня и сразу спрятал бутылку.

– Здравия желаю, товарищ Главнокомандующий! – прорезал нацист.

– Вот, привели Вам непорядочного гражданина. Плохо отзывается о Вас! Видите ли недоволен Вашей политикой, мой господин!

Зарьянов поднял свои ноги и положил их на стол, а тем временем достал свою сигарету и закурил.

– Что нам с ним делать? О, Великий Вождь! Каковы наказания?

– Т-а-а-к… ну и дела! – протянул Зарьянов.

– И что же вам не нравится в моей политике, позвольте спросить?

– ВСЁ! – ответил я.

– Всё? Хах, ну что ж. Я так полагаю вы считаете, что мои меры по пресечению западной пропаганды столь жестоки и не гуманны?

– Ну, а вы как думаете? – мне уже было тяжело шевелить губами.

– Как я думаю? Вам действительно интересно моё мнение? Знаете ли, мистер иноагент или либерал – мне насрать. Ну так вот, если вы не глупый человек, а я надеюсь, что вы всё-таки не глупый, понимаете, насколько нужна сильная рука?

– И насколько же? – я начинаю пошатываться.

– На столько, что без этой малютки – он показал свой кулак.

– Без этой малышки мне к сожалению не удержать свою власть. Я многое сделал для русского народа. Ведь как они жили до меня? Как? Сранная демократия распустила этот народ! Все поняли, что можно ругать власть как угодно и где угодно! Все забыли, что наш главный враг – это США! Все забыли, что мы Великая нация, что мы непобедимы! Благодаря мне люди стали счастливее! Они стали богаче! Я победил бедность, я победил развращающую пендоскую демократию! Я ВЛАСТЕЛИН ЭТОЙ НАЦИИ! Я БОГ! – он встал со стула и поднял вверх правую руку.

– А те кто не верят мне, сомневаются во мне! Те неправедные мрази, которые разносят клевету обо мне! ОНИ БУДУТ НАКАЗАНЫ ПО ВСЕЙ СТРОГОСТИ МОИХ ПРАВИЛ! Они для меня никто! Они никто для моей нации! Они предатели, предатели русской нации, русского народа! – Из его рта текли слюни.

Мне даже страшно подумать, что с ним в тот момент происходило. Может он представил как он выступает на публике? Тем временем он опомнился и успокоился.

– Так, приступим к делу! – он сел в своё кресло.

– Вы, кстати, не представились! Кто вы?

– Дробышев Феликс.

– Дробышев Фелик. Угу. Так. Ну хорошо. Я принял столь гуманное по сравнению для вас решение. Вы отправитесь в СИЗО.

Фуух! Хотя бы не на казнь! Уже лучше!

– Вас там хорошенько допросят, будете сопротивляться, грубить моему товарищу – он вас будет пытать. Мы не соблюдаем никаких международных конвенций по правам человека. Они нам и нахер не нужны! У нас свои правила! – он закрыл свой журнал и вышел из-за стола.

– Я вас проведу.

Он схватил мою правую руку и поволок в СИЗО. Мы вышли в коридор. У меня уже не было сил идти. Я всё время спотыкался, а он всё время останавливался и бил меня по лицу и животу. К приходу в СИЗО на мне уже не было лица, я чувствовал, как оно распухло и болело, словно меня ужалили 100 пчёл разом. Товарищ Зарьнова отодвинул мне стул и я сел. Он открыл свою записную книжку по делам иноагентов и предателей нации в их секте.

– Рассказывайте, чего молчите! – он наступил мне на ногу.

– Ай, да что вы нахрен творите?!

– А вот будете выражаться нецензурной лексикой – будет ещё хуже!

– Ладно, ладно! Мне нечего рассказывать! Я не работаю ни на кого! Что вы ко мне привязались?! Не иноагент я никакой! Ясно вам?!

– Ну, а какой вы тогда придерживаетесь идеологии?

– Никакой!

– Ну так не бывает. Вы же верите во что-то, правильно? Верите, например, в ту же западную демократию? Разве нет?

– Нет!

– Так! Что вы мне тут лапшу на уши вешаете?! Признавайтесь, умалишенный!

– Ну окей, я сказал в том кафе на Бабушкина по пьяне, что Зарьянов плохой человек.

– О! Вот, пошло дело! – его глаза заблестели.

– Ну, а дальше какой-то военный подслушал мой разговор и вызвал вашу бригаду.

– Так. Хорошо. Дело зафиксировано! – он встал и пошёл к двери, открыл её и вышел в коридор.

– Эй, стойте, вы куда!!!! Ау!!!

Я сидел в кромешной тишине, в комнате горел только свет, а сзади что-то играло. Я повернулся и увидел прозрачный телевизор нового поколения. На нём показывалось какое-то видео с говорящим диктором: «Мы – Русская Нация! В наших жилах течет истинная Славянская кровь! Мы непобедимы! Нас не сломить! Мы строили нашу империю веками! Нас пытались сломить, но мы выдержали эти испытания! Мы стали крепче! Мы сохраним и передадим наш священный дух нашим последующим поколениям! Мы – сила! Мы преданы нашему Вождю! Нашему мудрейшему из мудрейших вождей! Да здравствует Русская нация! Долой демократию! Долой либерализм!». Видео закончилось, а вместе с тем вернулась и кромешная тишина. Я был шокирован происходящим. Я теперь понимал насколько всё печально в головах у этих людей и что более печально, так это то, что эту болезнь очень тяжело вылечить! Меня потянуло в сон и я наконец мог нормально поспать.

Я сижу на лавочке в парке Галицкого и целуюсь со своей женой. Мимо нас проходят люди: кто-то катается на скейтборде, а кто-то просто гуляет и наслаждается красивым видом. Была тёплая, летняя погода. Я во всю засасывал её вкусные губы, мы не могли оторваться друг от друга. Она была просто великолепна, так ещё на ней был потрясающий наряд. Я чувствовал её язык у меня во рту и самое неприятное в таком моменте, когда мы и не собираемся ложиться в постель, а у меня уже стояк, особенно в людном месте. Поэтому я тщательно это скрывал. Меня притягивала её пышная грудь. А от запаха её духов у меня кружилась голова. Я обожаю её, я хочу её, я хочу быть с ней!

– Феликс.

Что? Кто это? Какой-то знакомый женский голос.

– Феликс, ты слышишь меня? Узнаешь? Это я, твоя мама.

Мама? Я не ожидал такого поворота. Она пришла ко мне? Она явилась? Я так давно её не видел! Я так давно не держал её рук. Моя мамочка. Моя любимая мамочка. Она жива! Я повернул голову и увидел её очертания лица. Мне не верится, что это происходит со мной. Мы с ней так и не встретились после войны. А я надеялся, надеялся на чудо! И вот оно свершилось! Я смотрю на неё и вижу как она постарела. У меня потекли слезы. Я встал с лавочки и обнял её, прижался к ней. Я так давно не обнимал тебя, мама! Я счастлив, что ты нашла меня! Спустя столько лет нашла! И тут кожа стала ощущаться по-другому. Это была уже не человеческая плоть, а какая-то… Я открыл глаза и увидел мутанта перед собой. Он всё также обнимал меня, от него веяло смертью, холодом. Но мы стояли и стояли. Он смотрел на меня своими рептильными глазами, а я на него. Мне не было страшно, даже наоборот, стало легче. Не знаю, как описать это чувство, я же боюсь мутантов, как и все! Что со мной?! Что со мной происходит?! Мама!!! Ответь!!! Я хочу услышать твой голос, мама!!! Между нами образовалась какая-то связь.

Я просыпаюсь со слезами на глазах. Этого не может быть! – кричу я. Как это возможно?! – я кричу во всё горло, надеясь что кто-нибудь мне ответит, хотя сам же понимал, что никого нет. И тут я начинаю ёрзать на стуле, пытаясь освободить свои затекшие руки. Они связаны крепкой верёвкой и я глазами по всей комнате искал острый предмет, но к сожалению ничего подходящего не нашёл. Я принялся тереть этими веревками об острый угол стула и узлы постепенно начали расходиться. Наконец-то произошёл момент, когда мои руки освободились и я почувствовал то самое облегчение. Я встал и осмотрелся. В кабинете было холодно и у меня заледенели руки, мне захотелось есть и пить, но я не знал к кому обратиться за помощью. Я подошел к двери, пошевелил ручку и решил потянуть дверь на себя. Она была заперта и здесь я понял, что обречен умереть от холода. Но в то же время я поразмыслил мозгами и понял, что можно как-то взломать замок, но как? Я увидел на столе какие-то приборы и пошел к ним. Здесь лежали различные инструменты в основном для пыток и все в каких-то пятнах от крови. Я побрезговал их взять…

* * *

В огромном зале стояла целая толпа и ждала выступления Зарьянова. Все с воодушевлением переговаривались между собой и гадали, что же сегодня их вождь преподнесет своему народу. На стенах висели плакаты с нацистской символикой: в центре был изображен большой круг от которого шли ветки к другим кругам (станциям), но по размеру они были поменьше. Центральный круг символизировал центр власти, а маленькие кружки до которых вели ветки – контроль над этими станциями. И тут резко наступает тишина, свет немного тускнеет и центральный фонарь наводит свой луч на выходящего на трибуну Зарьянова. Все мигом начали хлопать ему, причём минут 10. Он жестом показал, что ему достаточно, и шум прекратился. Он поправил свою форму во всех местах, поправил свою роскошную фуражку, своими чёрными перчатками прикоснулся к микрофону, поправил его, постучал по нему и принялся читать речь.

– Всех приветствую, дамы и господа! Сегодня на этом замечательном собрании в честь нашей Великой Нации я хочу всем вам растолковать и напомнить о нашей могущей задаче, о нашей миссии. Мы собрались здесь, чтобы вы увидели нашего предателя, врага Нации в лицо!

Все ахнули! Все присутствующие в зале начали выкрикивать различные слова: «На казнь эту мразь!», «Ну чего же ты ждёшь, выводи эту суку! Мы хотим увидеть его! Ну давай же!»

– Я понимаю ваши эмоции, но не всё так быстро! Я хочу вам в первую очередь напомнить в этот знаменательный день о том, как эти предатели оболгали нас! О том, как они рассказывали, распространяли о нас лживые сведения, что мы якобы людоеды, мы монстры! Но мы же не монстры?

– Нет!! – кто-то выкрикнул из зала.

– Мы поступаем с людьми по совести, по справедливости. Мы отказались от веры в бога потому, что мы нашим с вами трудом достигли тот самый рай, который был описан в библии. Я ваш творец, а вы мои дети! Я люблю вас всех! До единого! Вы – моя кровь и плоть. Моя душа связана с вами! И без меня вы не выживете здесь в нашем подземном государстве!

– Я люблю тебя!!! Мой ангел!!! Мой Бог!!! – снова кто-то выкрикнул.

– Мы любим тебя!!! Мы часть тебя!!! – закричали все хором.

– Я никогда не оставлю вас в обиду! Я всегда буду защищать вас!

– А теперь… – он махнул рукой своему напарнику.

– Теперь дорогие мои состоится торжественный суд над врагом и предателем нашей Нации!

Напарник Зарьянова вывел на трибуну голую блондинку. У неё была грудь второго размера, а промежность была выбрита до единого волоска. Она вся тряслась и кричала во всё горло: «Пожалуйста!!!! Не надо!!!! Прошу вас!!! Пожалуйста!!! Отцепись от меня!!!»

Вся толпа визжала от восторга, все только и ждали её казни. Его напарник уже успел ощупать все места у блондинки и изнасиловать её ещё до выхода. Её лицо было очень грязным, она отчаянно сопротивлялась, но ей ничего не помогало. Напарник остановился перед Зарьяновым, а тот дал знак крепко её держать. Он взял рядом лежащий топор, подошел к ней, посмотрел на неё жестоким взглядом, а она на него – умоляющим о пощаде. Он взял её за волосы, взмахнул своей рукой и отрубил ей голову. Кровь брызнула ему на лицо. Толпа начала аплодировать, что весь зал начал содрогаться. Зарьянов снова показал жестом – хватит! И на всю публику поднял свою левую руку вверх.

– Мы сделали это! Это наш с вами Великий подвиг! Во имя Великого Вождя! Во имя нас с вами! Мы избавились от биомусора, который мешал нам развиваться, двигаться дальше! Этот человек совершил самое тяжкое преступление – она будучи в разведке, находилась на базе либералов, у неё было очень важное задание и это ничтожество его провалило! Вот оно! – он держал её голову.

– Оно вступило в сексуальный контакт с одним из офицеров либералов. Возможно даже выдало какую-то секретную информацию о нас, но к большому сожалению мы подробностей не знаем!

– Слава Великому Вождю! – кто-то выкрикнул из зала.

– Слава Великому Вождю! – спокойным тоном произнес Зарьянов.

Он опустил свою левую руку и поднял свою правую руку вверх. Толпа ликовала и все тоже повторили жест за их вождем. Все только и повторяли одно единственное слово: «Слава!» много раз. Никто даже и не думал опускать руку. Все стояли, словно вкопанные и не шевелились. Это было какое-то «чудо», массовый гипноз, который поражал головы этих людей. Тем временем тело самой девушки лежало неподалеку от него, на это было страшно смотреть. Оно лежало без головы, просто человеческая туша с половыми органами.

* * *

Я кажется нашел что-то подходящее. И это оказалась отвертка. Я взял её и пошёл к двери, вставил инструмент в замок и начал постепенно им крутить по часовой стрелке. Было ужасно неудобно, отвертка постоянно соскальзывала, а замок упорно отказывался поддаваться, но… раздался тот самый долгожданный щелчок и дверь была отперта. Я выкинул отвертку в сторону, схватился за ручку и аккуратно открыл дверь. Коридор был пустой и я решил пока есть время прокрасться и сбежать с этой станции. Но вдруг я вспомнил, что мне нужно раздобыть специальную флешку для восстановления дамбы, а чтобы мне её достать, нужно было достать лекарства для одного старика. Я постоял в раздумьях несколько минут и построил план. Я подумал, что возможно какая-нибудь флешка у нацистов завалялась, ведь мне была нужна не одна флешка, а несколько. Я не знал, где её здесь искать, но поразмыслив мозгами понял, что смогу усыпить какого-нибудь нацика и надеть его форму, чтобы пробраться в разные кабинеты. Может, кстати, найду какую-нибудь секретную информацию об их секте. Время пришло и я аккуратно пошел по коридору и увидел стоящего спиной нацика в военной форме, держащего в руках автомат. Ничего из острых предметов у меня не было и мне пришлось как-то убить его и при этом не поднять шум. Я потихоньку, на цыпочках подошел к нему сзади, незаметно и лихо взял у него из кармана нож и вонзил ему прямо в шею. Он что-то бормотал, захлебываясь в своей крови, но благо, что никто не пришел. Я снял с него форму и надел на себя. Зеркала конечно рядом не было и поэтому к сожалению я не смог посмотреть, как я выгляжу. Форма была вроде как даже ничего, но зная, что она символизирует, то сразу же хочется снять ее и сжечь к чертям. Через какое-то время я продолжил свой путь. Я увидел какой-то кабинет и решил заглянуть туда, взялся за ручку, потянул дверь на себя и тут мне навстречу выскочил майор Зарьянова. Он встрепенулся, его щеки залились румянцем и он лихо поднял свою правую руку вверх и прорезал:

– Слава России! Слава Великому Вождю!

Я жестом поприветствовал его, хотя мне хотелось его лицо распотрошить на месте. И тут он вмиг ушел, закрыв за собой дверь. Я подошел к маленьким ящикам, находящихся рядом со столом. Открыл один из них и увидел папки с надписью: «Секретно». Я открыл одну из этих папок и увидел имена и фамилии тех, кого эти пидорасы зверски мучали, к ним были приложены фотографии этих людей. Меня зацепила одна фотография, где был изображен мужик с выдавленными глазами и вытекшей кровью из того места, рот у него был закреплен какими-то нитками, голова полностью выбрита, ушей не было, похоже они вырезали их. Фотография очень жуткая! Мне сразу же захотелось блевануть, но я сдержался. Далее пошли женщины, которые стояли полностью голыми, у кого-то из них даже не было рук, а на какой-то фотографии даже был запечатлен момент, когда нацист насиловал девушку во всех местах. Когда я пролистал пару страниц, то увидел флешку с маленькой надписью: «Архив». Мне сразу же захотелось узнать, что же засняли эти мрази. Я огляделся вокруг и увидел средний по величине прозрачный телевизор, который я видел, когда был в СИЗО. Я сразу же вставил флешку в специальный разъем и тут я увидел просто кромешный пиздец. Стояли двое нацистов возле человека, который сидел на кресле в тюремной форме в полоску. Вероятно это была пыточная и они допрашивали этого человека, тот отчаянно сопротивлялся, но их этим не сломить, они кричали на него, нажимали на специальную кнопку, с помощью которой подавался ток и кресло наполняло этим, а человек испытывал сильнейшие боли. Звук был отличный и я слышал эти крики. Мне стало не по себе, когда я всё это увидел и услышал, но я продолжал внимательно смотреть на происходящее. Далее один из них взял пилу и стал угрожать, что они вырежут ему все его конечности, если он не сознается в каком-то совершенном поступке. Они много раз это повторяли, а он много раз посылал их на хуй и тем самым получал от них знатных люлей.

* * *

Речь Зарьянова подходила к концу, в своем выступлении он желал и обещал вечное процветание русской нации, а также не забыл упомянуть о планах возвращения «его» земель. Только не понятно, как он их собирается возвращать? Ведь от тех территорий уже не осталось живого места. Но никого это естественно не волновало, ведь вождь не может никогда врать, а когда он что-либо обещает, то он «непременно» это делает. В зале послышались какие-то странные звуки, словно в вентиляционной трубе что-то было. Оно шевелилось, хотело что-ли выбраться. И тут шорох прекратился. Люди в недоумении посмотрели туда и ожидали чего-то нового. Неожиданно в воздухе ни с того, ни с сего появился мутант, который мог телепортироваться в разные места. Зарьянов сразу же старался успокоить людей, но им было всё равно – они напряжены. И тут слышен хруст чьих-то конечностей и жесточайший вопль, мутант укусил женщину за шею, а та даже не поняла, как это произошло. Она в скором времени умерла, а толпа всё продолжала смотреть вокруг и не понимала что делать дальше.

– Зарьянов, сделай что-нибудь! Чё ты молчишь?! – вскрикнул кто-то

– Уважаемые, прошу вас сохранять спокойствие, всё под контролем! Наши военные уже на подходе, мы в безопасности!

– Чё ты мелишь?! Какие военные?! Никого здесь нет!!! – снова послышался крик.

И тут послышались выстрелы, военные с большим упорством убивали нечисть везде, где только оно не находилось. Вдруг отворилась дверь и в зал зашли освободители и сказали:

– Товарищ Зарьянов и уважаемые граждане! Всё чисто! Вы в полной безопасности!

Зарьянов посмотрел на них восхищающимся взглядом и сказал:

– Вот, кто наши настоящие герои! Мы должны восхищаться ими! Брать с них пример! Вот, кто никогда нас не предаст, кто будет стоять за нашу идеологию до последнего! Кто пожертвует собой ради спасения русского народа! Поаплодируем им!

Все дружно начали аплодировать, а некоторые даже обнимать и целовать их.