Читать книгу "Ведьма ищет мужа. Драконов не предлагать!"

Глава 3. Про котов, пауков и мужиков

Дракон, который, явившись в лавку Аделины, даже не представился

– Что вам делать?!… Заселяться…?! – оторопело переспросила меня ведьмочка и покосилась в угол, где стояла её метла.

Так, понятно. Хочет скомандовать ей «фас», наподдавать мне и выставить за дверь. Какое-то странное поведение – мы же с ней обо всем договорились в нашей переписке!

Все обсудили. Цену и условия моего проживания в ее домишке досконально согласовали… И вдруг она заявляет: "Покиньте мою лавку!"

Или просто кокетничает так нелепо? Не ожидала, что достопочтенный Прудельсис Старовский окажется вовсе не сгорбленным лысым дедулей, а… мной?

Ладно, подыграю ведьмочке. Тем более, я и сам не думал, что дамочка будет вовсе не замшелым антиквариатом лет двухсот-трехсот. Совсем наоборот, окажется молоденькой смазливенькой цыпочкой с огненно-рыжими волосами. И губки у нее окажутся пухленькими, и носик миленьким. Фигурка тоже ладненькая – тонкая, но с приятными глазу округлостями в нужных местах. Да, вполне приятные и вполне округлые округлости у милашки.

Да и пахнет от нее, вроде бы, вкусно. Точнее не скажу – слишком много в ее лавке ароматов, забивших мне нос, намешано. Но не противный от ведьмочки запах, это точно.

– Куда вы меня поселите? В какую комнату? – повторил свой вопрос, добавив в голос томной игривости. Продемонстрировал свою фирменную улыбку и пояснил, раз уж мы решили поиграть в непонимание: – Я к вам по объявлению, дорогуша…

Ведьмочка от этих слов сначала побледнела, потом покраснела.

– Как?! Уже?! Да когда вы успели! – ахнула в ужасе.

Потом сердито топнула ногой и замахала на меня руками, точно ветряная мельница во время урагана:

– В объявлении допущена ошибка! Кыш отсюда, господин дракон!

Это она МНЕ говорит "кыш"?! Так, это что за шутки?!

– Никакой ошибки! – рявкнул в ответ. Не хватало еще, чтобы операция, в которую я вложил столько сил, пошла вивернам под хвост из-за капризов какой-то рыжей ведьмы!

– Я не собираюсь за вас замуж! – между тем заверещала девица и отступила от меня к своей печке. Точно, или за кочергу сейчас схватится, или метлой меня огреет. Ерунда какая-то происходит…

Память что ли ей грозой отшибло, что все договоренности наши позабыла? Еще и про какой-то замуж за меня говорит. Да нужна она мне!

Или…

Снова оглядел скромный домишко. Или я что-то перепутал? Не туда попал что ли, не к той ведьме? Всё-таки молнией меня знатно приложило как раз неподалеку отсюда. Даже ориентацию в пространстве на время потерял.

Я поморщился, вспомнив, как меня шандарахнуло. Ненавижу грозы! Ладно, сейчас разберемся, где я нахожусь.

Повернулся к окну, где на подоконнике лежала газета из тех, что выпускают местечковые издательства. Эдакие печатные сборники местных сплетен, интересных только местным же жителям. Сейчас посмотрим, на чье имя газетка пришла и на какой адрес…

Развернул прилично помятые типографские листки и прочел неряшливо напечатанное название: «Старокотлянский вестник».

Все верно, в Старый Котел я и направлялся.

Заглянул на последнюю страницу, где на полях почтальоны указывают получателя газеты.

«Ведьма Евстафия Рогальская. Ул. Лисья нора, д. 4» – было выведено синими чернильными каракулями.

Все верно, именно с дамочкой по имени Евстафия Рогальская я и договаривался о проживании в ее доме номер четыре на улице Лисья нора.

Все совпадает: и город, и адрес, и имя…

Так с чего эта дурковатая девица начала на меня метлой замахиваться?!

***

Аделина Красногорская, ведьма класса «А»

Когда дракон заявил: «Я к вам по объявлению», – мне аж поплохело.

Да когда же он успел и объявление прочитать и сюда, на окраину Разбитого Котла, на улицу Круштогорскую заявиться?! Или под дверью у меня сидел и караулил, пока газета выйдет?!

Я даже на секундочку глаза от ужаса закрыла. Потом, правда, ногами затопала, руками замахала. Указала дракону на дверь – нечего, нечего ему в моих фиктивных мужьях делать. Знаем мы ваше племя чешуйчатое, беспардонное!

Не успеешь чихнуть, как объявят тебя истинной и все, прощай вольная ведьма класса "А". Впереди только замок неприступный драконий и никаких зелий. Как с маменькой моей случилось, хотя у нее и любовь с господином Франциском Драгоранским.

Но нет, мне такого счастья не надо!

– Я не собираюсь за вас замуж! – объявила дракону со всей убедительностью, на какую была способна. Только он, кажется, нисколько не убедился.

Нахмурился, желваками поиграл и схватил валяющуюся на подоконнике газету. Тот самый «Старокотлянский вестник». Я вчера ее у бабушки Евстафьи прихватила, когда отвозила ей пластыри с черемычьей водорослью.

Сама-то бабуся уже давно от дел отошла, зелья почти не варит, у других ведьм брать готовое предпочитает. Да и редко куда из дома выбирается, все с доставкой покупает. Вот и езжу к ней время от времени, отвожу у меня заказанное.

Заодно, бывает, новости интересные услышу, которые до нашего Разбитого Котла еще не долетели. Все-таки мы подальше от столицы расположены, чем Старый Котел. До нас все намного позже доходит…

Вчера, например, узнала, что сынок нашего короля жениться надумал. Не помню только, который из трех, то ли средний, то ли младший. А может, и сам наследник престола сподобился.

Ай, неважно который. Главное, что невесту ему уже подобрали, и Евстафья утверждала, что девица очень хороша – крутобедрая, полногрудая, рослая. Самое то, чтобы наследника дракону выносить и выкормить достойно. В общем, выполнить главную жизненную задачу драконьей жены.

Бр-р-р, вот радость-то на такое жизнь свою потратить!

Дракон в моей лавке, между тем, повертел газету в руках. Почитал заголовок, на последней страничке что-то внимательно изучил. Заодно бровками красивыми грозно пошевелил, да глазками на меня сердито посверкал.

Ох, чувствую, он уже мысленно меня в жены свои определил и вовсю пользуется моим замужним положением, хоть и фиктивным!

– Немедленно освободите мою лавку от вашего присутствия! – решила еще раз указать дракону верную дорогу.

Только он и не подумал меня послушаться. Швырнул ни в чем не повинную газету обратно на подоконник и направился ко мне. И такое лицо при этом сделал, что я на всякий случай взяла в руки кочергу.

Отступила к печке и приготовилась за свободу свою биться до последнего.

– Я по объявлению! – снова прорычал этот чешуйчатый упертый осел, подойдя на неприлично близкое расстояние. И, кажется, огоньком из ноздрей пыхнул от злости.

– Но-но, гражданин. Вы еще пожар мне тут устройте! – я подняла кочергу повыше.

Мы с драконом замерли, ощетинившись друг на друга. Я уже примерилась, как сейчас врежу ему промеж глаз. Затем, пока ящер двуногий будет лоб тереть, Панкратия на него натравлю. Потом метлу напущу. Следом…

– Что-то ты совсем тупишь сегодня, Аделина, – влез в мои кровожадные мысли голос Феофана. – Объявление! Забыла, что подавала объявление о поиске помощника по дому?

О-о, я еще какое-то объявление подавала?!

Кот фыркнул презрительно и процитировал из-под стола: «Одинокой ведьме требуется мужчина с руками, растущими не из филея, и умеющий делать хоть что-то, кроме как в носу пальцем ковырять. Жилье предоставляется».

– Ну, вспомнила?! – прошипел, видя, что я никак не соображу, о чем он толкует. – Дракон этот никакой не муж, а твой долгожданный помощник по дому.

Тут я себя по лбу мысленно хлопнула – ведь и правда, подавала я такое объявление!

Потому как дом, где я проживала с котом, метлой и Панкратием, был еще моим дедушкой построен почти двести лет назад. Мне он достался по наследству три года назад в не очень хорошем состоянии.

Честно говоря, в совсем плохом состоянии, того и гляди развалится. Давным-давно ремонта и рук мужских умелых требует. И не только дом, но и сарай, и дорожки в саду, и забор покосившийся, и лавочка у калитки. Да и сама калитка ремонта ждет не дождется

Да, умелые руки требуются. Только где их взять незамужней ведьме крайнего брачного возраста? Честно говоря, тут дело еще хуже обстоит, чем с поисками мужа.

Я даже про дракона в своей лавке забыла, так опечалилась за свой несчастный домик. Время идет, он ветшает, а местные мужички, кто с руками, идти ко мне в помощники не спешат. Хоть за деньги, хоть в обмен на зелья или настойки… Никак не спешат.

Потому как каждая местная дамочка "точно знает", что сходит ее мужичок к ведьме разок поработать, и все, пропал мужик. Заколдованный, завороженный навсегда к ведьминскому порогу прилипнет, и никакой силой его не оторвешь… Вот и не дают мудрые женушки своим благоверным даже посмотреть в сторону моего домишки. А те, которые готовы смотреть, мне самой не нужны. Потому как у них руки точно из филея растут.

Ох уж эти кумушки местные, гусыни суеверные. У них тараканы в голове, а у меня из-за этого дом того и гляди развалится!

В общем, полгода назад, отчаявшись найти работника из местных, я подала объявление в столичную газету. Не в «Королевский вестник», конечно. В газетку попроще, где как раз такое размещают.

Только и тут никто не откликнулся, так что я уже позабыла про то объявление. Я позабыла, а оно про меня нет, оказывается…

– Так вы по объявлению? – задумчиво переспросила я, глядя на дракона уже совсем другими глазами. Даже кочергу опустила, чтобы ненароком не зашибить такого ценного мужчину. – Что же вы сразу-то не сказали?

Глава 4. Я только вышел из себя, но встретил вас. Пришлось вернуться

Дракон, который пребывает в большом замешательстве

– Что же вы сразу-то не сказали? – ведьма, кажется, сменила гнев на милость.

Опустила кочергу и оглядела меня оценивающим взглядом. Словно прикидывала, как мою тушу лучше всего на части поделить и на какие зелья пустить. Стерва рыжая!

– Я сказал, но вы не слушаете, – буркнул, изо всех сил сдерживая злость. Никогда на меня женщины не смотрели, как на… ингредиент. А эта смотрит! Ведьма, одним словом.

Не люблю я это племя – все как одна наглые, непочтительные, мужчин ни во что не ставят. А эта рыжая особенно наглючая, судя по всему.

– Могли бы предупредить, что явитесь. Я бы вам свежее белье постелила, а так будете спать на том, что есть, – заявила нахалка и недовольно скривилась.

Повернулась ко мне спиной, бросила через плечо небрежно: «Идите за мной!» – и пошла по скрипучей лестнице на второй этаж.

Я смотрел на ее узкую спину и пыхтел от злости – да что она себе позволяет! Забыла про все наши договоренности, еще и ведет себя, словно одолжение мне делает. А предоплату за проживание в своей халупе с меня взяла, между прочим!

Нахалка, одним словом!

Из-под стола вылез здоровенный рыжий кот. Сел на пол и уставился на меня зелеными глазищами насмешливо и, кажется, с жалостью. Фамильяр ведьмин что ли? Только почему рыжий? Они обычно черные да облезлые, а этот вон какой раскормленный и холеный.

– Что уставился? – спросил у него с досадой. – Плохо, между прочим, хозяйку свою воспитываешь.

В ответ котяра смачно зевнул. Задрал лапу и принялся вылизывать то, что обычно коты лижут, когда им делать нечего.

Ну да, мышей ловить ему не надо – ведьма сама их вывести может, если надо. Что тогда лентяю лохматому делать остается? Только есть да спать. Да яй… под хвостом себе полировать.

– Хам! – вдруг прозвучало совершенно отчетливо. И следом, – Дракон неотесанный! Смотри, выпнет тебя хозяйка из своей лавки под дождь, я и ухом не поведу, лапой не пошевелю, чтобы помочь тебе.

– Это ты мне? – изумился я, глядя на обиженную кошачью морду.

– Тебе, хамло чешуйчатое. Не зря моя ведьма вас на дух не переносит, – презрительно фыркнул кот и собрался прятаться под стол.

– Эй, подожди! Как тебя зовут? – спохватился я. И правда, чего с котом-то себя так веду? Он же не виноват, что рыжая ведьма меня взбесила.

– Ну Феофан допустим, – кот сделал вид, что заинтересовался чем-то на полу, а под стол он чуть позже удалится, когда тут свое дело закончит.

– Слушай, извини меня, – я вздохнул. – Вообще-то я нормальный, не хамло. Просто день сегодня такой дурацкий. Гроза еще эта…

– Ладно, проехали, – кот перестал разглядывать деревянную половицу и повернулся ко мне. – А ты чего сюда пожаловал-то? Из своих столиц в нашу провинцию?

– Дела, – ответил коротко.

– Ну да, понятно, – кот тряхнул усами и все-таки полез под стол.

Оттуда посоветовал:

– Ты, главное, с хозяйкой моей веди себя не как драконье свинячество, то есть величество, я хотел сказать. Тогда она и супом тебя вкусным накормит, и чаем полезным напоит. Может, даже улыбнется разок-другой.

– Обойдусь и без ее улыбок, – поморщился я.

– Это ты зря. Аделька моя как улыбнется, так словно солнышко в дождливый день выглянуло.

– Аделька это кто?

– Как кто? Хозяйка моя, – проворчал кот из-под стола. – Аделина Красногорская. Ведьма класса «А», между прочим. Это тебе не хухры-мухры в ее годы классом «А» стать! Знаешь, какая в ней силища собралась? Из всех трех сестер Красногорских Аделинка моя самая сильная. Я потому и пошел к ней в фамильяры, – добавил кот хвастливо и снова вылез из-под стола.

– Она даже маменьку свою переплюнула, хотя Виолетка ого-го какой ведьмой была, пока замуж за дракона не вышла…

– Подожди, Феофан… – опешил я. – Какая еще Аделина Красногорская, если она Евстафия Рогальская?!

Пока я размышлял о странном превращении Евстафии Рогальской в Аделину Красногорскую, Феофан поинтересовался:

– А тебя-то как зовут, дракон?

– Прудельсис Старовский, – ответил я, думая о своем. Выходит, не та это лавка, и не та ведьма…

– Хто-хто?! Прудельсис?! – прохрипел кот и закашлялся.

– Он самый. Прудельсис. Почему бы мне не быть Прудельсисом?

– А если честно? – откашлявшись, поинтересовался Феофан. – Я никому не скажу, честное фамильярное! То есть, фамильярское. Да меня и не слышит никто из двуногих, – добавил опечаленно. – Только Аделинка со мной разговаривает, да ты вот. Но Аделька хозяйка мне, ей по статусу положено. А с чего ты меня вдруг услышал, непонятно…

Кот переступил передними лапами и уставился на меня, словно я обязан дать ему ответ. Только откуда мне знать про ведьминские дела? У нас, у драконов, фамильяров нет, мы в них не разбираемся.

– Юджин меня зовут, – все-таки признался я. Чем-то мне котяра этот понравился и доверие вызвал.

Ну а разболтает своей хозяйке наглой, что я не Прудельсис, и ладно. Все равно я тут ненадолго – не к той ведьме залетел. Ничего не понимаю, как я так промахнулся?

Да и сама Аделина (чтоб ее!) Красногорская явно меня с кем-то перепутала.

В общем, нечего мне здесь делать. Надо сваливать поскорее.

Подошел к окну и сквозь потоки на стеклах глянул на небо: может, гроза вот-вот закончится?

Ответом мне стала раскидистая молния, окрасившая алым половину неба. Следом от души громыхнуло: «Ду-дунц!».

Да, не похоже, что это безобразие скоро утихнет. И как лететь в таких условиях? Опять шандарахнет меня, и неизвестно где окажусь. Может, вообще у гномов в горах…

– Эй! Где вы там, господин дракон? – послышался недовольный голос со второго этажа. – Идите уже, заселяйтесь!

Феофан фыркнул:

– Пойдем, провожу тебя, Прудельсис. От Аделькиного гнева, если что, собственной грудью прикрою, – и первым рванул по лестнице наверх.

Я еще раз глянул на мрачное небо и пошел вслед за котом. Да пропади оно все пропадом! Переночую в этой развалюхе, а завтра, как гроза уйдет, доберусь до Старого Котла. Отыщу дом номер четыре по улице Лисья нора и ведьму по имени Евстафия Рогальская.

Главное, до утра не пересекаться с наглой Аделиной Красногорской, ведьмой класса «А», и все будет отлично. А дело мое… Подождет до завтра, не такое уж оно и срочное…

– Вот ваша кровать. Вот ваш шкаф. Вот вам стол и стул, – рыжая нахалка обвела рукой комнату. – Завтрак у нас в семь. Обед в двенадцать. Ужин в семь. Семь вечера, естественно… Не опаздывайте, иначе будете есть остывшее. Работаете вы с восьми до шести, перерыв на обед и отдых один час. Платить вам буду сорок таларов в неделю, плюс еда и жилье.

Ведьма окинула меня не слишком дружелюбным взглядом:

– Надеюсь, инструменты у вас имеются? Мне бы не хотелось тратиться на их покупку.

– Э… Ну да… Все будет. Завтра, – кивнул я, покосившись на Феофана – о чем толкует его хозяйка? То она про замужество говорила, теперь про инструменты… Похоже, у дамочки семь четвергов на неделе.

– Ну тогда располагайтесь. Вещи ваши тоже завтра прибудут? Или так и будете крышу латать да забор чинить в своем бархатном камзольчике? – рыжая язва снова окинула меня оценивающим взглядом и повернулась к двери.

– Ужин в семь, не опаздывайте.

– Непременно буду, хозяюшка! Надеюсь, вы меня не лягушачьими лапками и крысиными головами накормите? – прокричал ей вслед как можно язвительнее.

Ответом послужил грохот двери об косяк и укоризненный взгляд Феофана.

– Прости, друг. Реально, бесит меня твоя хозяйка! – повинился перед котом.

– Знамо дело. Характер у нее огненный, ведьминский, не каждому залетному молодцу по зубам, – Феофан тоже направился к двери.

– Ладно, Прудельсис, пошел я. А ты устраивайся да на ужин не опаздывай – Аделинка ждать тебя не будет. Хлебай потом остывший суп.

Кот ушел, а я снял камзол, повесил его в шкаф и огляделся. Ну что, комнатка с круглым окном маленькая, но аккуратная. Стены не так давно побелены, на светлых деревянных половицах домотканые коврики. Высокая кровать застелена ярким лоскутным покрывалом.

Чисто, даже уютно, можно сказать. В детстве, когда я ездил к бабуле с дедом, всегда селился в похожей комнате в мансарде. Эх, детство беззаботное, веселое. Хорошие были времена… А сейчас еще лучше!

На руке истерично замигал артефакт связи, замаскированный под наручный браслет. Нажал на прием и чуть не оглох.

– Юджин! Ты где?! – завопил артефакт голосом моего младшего брата. – Ты где, братишка? Ты жив?!

– Здесь. Жив. Чего орешь? – я торопливо уменьшил громкость.

– Фу-ух! Я уже не знал, что и думать! Похоронил тебя почти, – с облегчением выдохнул Трэвис.

– Ты пьяный что ли?!

– Трезвее трезвого! – возмутился брат. – Ты же знаешь, когда я работаю, то ни капельки, ни граммулечки!

– Тогда что за бред несешь?

– Да не бред! Я только что прилетел в Старый Котел! Прилетел, а тут такое! Ты не поверишь…

– Не тяни, рассказывай! – рявкнул. Этого болтуна вовремя не заткнешь, так он хорошо если к утру до дела доберется. Будет охать и ахать, как нервная кумушка. Десяток сплетен расскажет, пяток анекдотов, пару случаев из личной жизни и только тогда к сути перейдет.

– Короче, дом, куда ты направлялся, сгорел дотла, до головешек. Хозяйку Евстафию Рогальскую успели вытащить. А вот мужчину, который с ней в доме был, нет. Внутри остался.

– И ты подумал, что это я? – в голове у меня зазвенели предупреждающие колокольчики – странные вещи рассказывает брат.

Чтобы ведьма, даже старая и немощная, не смогла своей ведьминской силой пожар в доме остановить, должно случиться что-то неординарное.

Глава 5. Если что-то делать нельзя, значит это нужно сделать незаметно

Дракон, который делает вид, что его зовут Прудельсис, хотя на самом деле он Юджин

– Что еще я должен был подумать? – обиженно проворчал брат. – Только это еще не все плохие новости, дружище… Дело в том, что ведьму Евстафию из дома вытащили в бессознательном состоянии.

– Дымом надышалась?

– Наверняка и это тоже. Но лекарь, которого к ней позвали, сказал, что бабка без сознания провела не меньше суток. И не от дыма, как можно предположить, а от удара по голове. Кто-то жахнул ее чем-то тяжеленьким по темечку. До смерти не прикончил, но покалечил изрядно.

Я присвистнул от удивления, а тревожный колокольчик зазвенел в голове еще громче – странные дела творятся в нашем королевстве. И, готов отдать всю чешую с хвоста, если произошедшее не связано с моим расследованием!

– Что сейчас с бабкой? Пришла в себя? – поторопил брата.

– Еще нет. Неизвестно, придет ли…

– А мужчина, что сгорел в доме? Личность не установили?

– Нет пока.

– Так, – командую после секундного размышления, – сейчас начинаешь соседей ведьмы опрашивать, может, кто видел или слышал что-то. Как закончишь или просто появится новая информация, сразу выходи на связь.

– Слушаюсь, большой брат! – хмыкнул Трэвис и осторожно поинтересовался: – А ты, вообще, где?

– Понятия не имею. В меня попала молния, и я сбился с курса. Сейчас я… в общем, не знаю где. Жду, пока гроза закончится.

Отключил артефакт и присел на кровать. Растер ладонями лицо – устал, сил нет: двое суток почти не спал.

Вчерашний вечер провел на балу в загородной резиденции родителей. После праздника была ночь с прекрасной леди Марисой, где мне совершенно не до сна было – такой жаркий и страстный прием меня ждал.

Только под утро, когда Мари сама взмолилась об отдыхе, я было задремал. Но тут неожиданно домой вернулся муженек моей любовницы. Пришлось срочно одеваться и через балкон, а затем маленькую калитку в саду исчезать из герцогского дворца.

В итоге, пока добрался до дома, пока принял ванну, позавтракал – наступило время выдвигаться в Старый Котел.

Почти на полпути, когда уже не было смысла поворачивать обратно, началась гроза. Возвращаться не стал, думал, успею долететь…

Примерно на этой мысли я прилег на пахнущее луговыми травами покрывало. Глаза сами по себе закрылись, и я благополучно заснул.

Проснулся от противного писка связного артефакта.

– Слушаю, Трэвис. Удалось что-то узнать? – прохрипел заспанным голосом.

– Ты спишь что ли?! – возмутился братец.

– На пять минут прилег, – я повернулся к окну, где дождливую хмурость сменили густые весенние сумерки. Однако не пять минут. Похоже, ужин я проспал…

– Говори, – подбодрил возмущенно сопящего брата: конечно, он там работает, а кто-то нагло спит в это время!

– Так вот, опрос соседей вскрыл интересные факты, – выдержав недовольную паузу, Трэвис все-таки перешел к рассказу.

– Евстафия эта живет на самой окраине, в последнем доме на улице. Живет довольно замкнуто. Родственников не имеет, друзей особых тоже не держит. Если к ней кто и приходит, то все по делу: продукты и товары привозят, или почтальон принесет почту. Сама бабуся из дому почти не выходит в силу возраста.

– Так вот, за сегодняшний день к Евстафии никто не приходил. Это мне соседка из дома напротив рассказала. Она целый день на кухне провела, пирогами занималась, а окно у нее как раз на крыльцо ведьминого дома выходит.

Трэвис замолчал ненадолго, чем-то у себя звякнул…

– Фух, водички попил, а то совсем горло пересохло, – сообщил после паузы. – В общем, соседка клянется своим здоровьем, что ни одного посетителя у ведьмы сегодня не было. Так что, как мужик тот к ней в дом попал, неизвестно.

– Вчера заявился? – предположил я.

– Тут тоже нет свидетелей. Зато та же самая соседка случайно увидела, как вчера из дома ведьмы уже почти по темноте вышла одна девица.

– И что?

– То, что девица вышла из дома со странным выражением лица, а на платье у нее были подозрительные красные пятна.

Вышла, дверь входную плотно притворила и камешком снаружи приперла, словно нет никого дома. Огляделась по сторонам, затем на метлу свою торопливо вскочила и унеслась, только ее и видели.

– На метлу? Что за девица, опознала ее соседка? – я сел на кровати, ощущая, как в груди начинает зарождаться странное предчувствие.

– Да, соседка ее хорошо разглядела, это ведьма из соседнего городка Аделина Красногорская.

– Аделина Красногорская, говоришь? – переспросил я хищно. Сел на кровати и спустил на пол ноги. – Ведьма из соседнего городка!

– Она самая. Из Разбитого Котла. Ты что, знаком с ней? – в голосе Трэвиса зазвучало откровенное удивление: кто-кто, а младший братец лучше всех знает, что я на дух не переношу этих наездниц на метлах. Если и общаюсь, то только по делу и как можно реже.

– Немного. Но теперь очень хочу познакомиться поближе… Прямо горю желанием!

***

Аделина Красногорская

Может, зря я согласилась этого наглого дракона на работу взять? Так обрадовалась, что нашлось кому домик мой в порядок привести, что совсем разум растеряла. Даже не подумала, что подозрительный он какой-то.

Мало того что красавчик и дракон, так еще и не похоже, что молоток хоть раз близко видел, не то что в руках держал и работал им!

Хотя руки у дракона с виду совсем не изнеженные. Крепкие такие, мужские руки. Породистые, хорошей формы, с длинными пальцами и аккуратными ногтями. Да, не холеные у дракона руки, но…

– Ну и как он тебе? – прервал мои размышления спустившийся со второго этажа Феофан.

– Кто?

– Кто-кто… Дракон в пальто! Прудельсис наш, – фыркнул кот. Прошел на середину кухни и сел в свою любимую позу копилкой.

– Кто-о-о?! – челюсть у меня отвисла, а глаза выпучились посильнее, чем у кикимор по весне, когда они женихов себе ищут. – Пру… Прудельсис?

– Да, имя зна-атное. Так и веет от него благородством высшей пробы! Не иначе кровь королевская в драконе течет, – захихикал фамильяр.

– Святая Метла! – пробормотала я. Надо было сначала документы у него спросить. На имя посмотреть, а потом уже соглашаться. Прудельсис!

Из своего угла вылез Панкратий и закачался на паутине, слушая наш разговор.

– С чего ты взял, что у него королевская кровь? – я немного пришла в себя, повернулась к печке и взялась за чайник. Еще десять минут, и любовно приготовленный напиток придется вылить – перестоится. Ни вкуса, ни запаха не останется, один цвет.

Достала любимую чашку с парой голубков, несущих в клювах незабудки. Плеснула в нее чая и сделала первый глоток.

От удовольствия даже глаза прикрыла: какое блаженство этот вкус. Тонкий, в меру сладкий, чуть терпкий, с нежной цветочной ноткой, с мягким привкусом шоколада, который как раз и придается напитку секретным ингредиентом под названием «глаз дракона». Чудо, а не вкус!

Феофан между тем отправился к окну. Запрыгнул на подоконник и оттуда продолжил меня просвещать.

– А с того королевская, что у нашего величества Рамстила Первого в предках был некий Прудельсис Киржовский, родной брат бабушки нашего величества. Ты же в курсе, что твой пылкий поклонник Дубек Киржовский – его прямой потомок?

– В курсе, – я поморщилась при имени главы Управы, противного липучки, который ждет не дождется меня в своем шестом кабинете. Ага, с документиком в руках, где будет написано, что ведьма класса «А» Аделина Красногорская теперь зовется Аделина Киржовская.

– Во-от! Ответила бы на галантные ухаживания милого Дубека, стала его женой, а заодно особой, близкой к королевской семье, – Феофан глумливо пошевелил усами, а Панкратий принялся яростно раскачиваться в своей паутине.

– Хватания меня за попу и попытки облапать при каждой встрече ты называешь ухаживаниями? – я возмущенно взглянула на рыжего. – Это я еще молчу, про его привычку словно невзначай потереться о мое бедро своим жирным брюхом! И вообще, какая связь между тем Прудельсисом и этим?!

Феофан, проигнорировав последний вопрос, захихикал и разлегся на подоконнике:

– Ты забыла добавить, что изо рта у Дерека воняет кислой капустой, а из носа и ушей торчат пучки черных волос.

На это я даже отвечать не стала – тьфу, и вспоминать о Дереке противно! Даже вкус чая, который пила, изменился, стал казаться неприятно горьким.

Я без всякого сожаления выплеснула его остатки – настроение безнадежно испортилось. Помыла кружку и чайник, просушила заклинанием и убрала в шкаф.

Глянула на часы – успею ли сварить до ужина хоть какое-то зелье? Вроде, времени достаточно, но настроение такое, что даже начинать не стоит – только испорчу все.

Вместо работы пошла в купальню, где у меня со вчерашнего дня в тазике было замочено платье. Достала его из раствора мыльного корня и оглядела так и не сошедшие бурые пятна на лифе – печаль! Похоже, не отстираются.

Эх, платье-то как жалко! Два раза всего и надела, а заплатила за него, между прочим, немало. Да и нравилось оно мне до невозможности. Я в нём была такая нежная, воздушная. Талия казалась тоньше, а бюст, наоборот, пышнее. А уж как цвет глаз подчёркивался этим оттенком сумеречной розы!

Я ещё раз критически оглядела местоположение и размер пятен, может, удастся кружевами прикрыть или вышивкой замаскировать? Нет, похоже, ничего не выйдет. Тут как минимум половину лифа придётся перелицовывать. И не вытравишь их ничем, пятна эти мерзкие.

А всё Евстафия со своим: «Давай-ка попьём чайку с курговым вареньем. У меня где-то баночка ещё с позапрошлого года лежит». Ведь не откажешь старушке в такой малости!

Из почтения к её возрасту пришлось в полутёмном чулане банку заветную разыскивать, по занозистым полкам шариться да пыль в палец толщиной на себя собирать.

Дальше – больше! Потребовалось крышку, намертво вросшую, отковыривать да ещё слушать недовольное ворчание бабуси. И вожусь-то я слишком долго, и руки-то у меня кривые да неловкие. И вообще, в моём возрасте давно замужем пора быть: мужа обихаживать да деток растить-голубить.

Вот на «детках» крышка и рванула вверх, словно изнутри по ней кто-то долбанул хорошенько. В общем, крышка в одну сторону, варенье из банки с размаху мне на платье да в лицо. Ну прелесть! Стою, обтекаю, а бабка верещит, что не ведьма я, а коряга безрукая!

Вспомнив, что произошло после этого, я в досаде пихнула платье обратно в таз – пусть до завтра лежит. Утречком смою мыльный корень, высушу и в ратушу отдам на благотворительность – авось кому приглянется. А у меня это платье отныне сплошную тошноту вызывать будет.

Сполоснула руки от мыла и пошла обратно на кухню – к ужину пора готовиться. Под пристальным взглядом Феофана постелила свежую скатерть с вышитыми листиками дуба на уголках. Поставила две тарелки, хлеб порезала и в плетеной корзиночке на стол подала. Столовые приборы строго по этикету разложила, салфетки приготовила.

Ровно в семь наполнила тарелки своим фирменным овощным рагу, и…

Дракон на ужин не явился. Ни в семь, ни позже. Хотя обещался «непременно быть». Вот ведь… дракон! Моё и так не самое доброе настроение окончательно опустилось до уровня «ниже погреба».

Я без всякого аппетита поковырялась в тарелке. Кое-как половину овощей в себя втолкнула, киселём черничным запила. Потом посуду отодвинула и задумалась о лицензии своей да о муже, которого непременно надо за три недели сыскать.

Ещё размышляла, что делать буду, если на моё объявление никто не откликнется. Неужели придётся с места сниматься и в другое королевство переезжать? Туда, где ведьма хоть крайнего, хоть бескрайнего брачного возраста может спокойно замуж не ходить. И лицензию у неё за это никто не отнимет!

Между тем гроза за окном пошла на убыль. Пока я посуду убирала и прислушивалась, не заскрипит ли под драконьими шагами лестница на второй этаж, дождь совсем утих. Разъяснилось, и на чернильное небо толстым ноздреватым блинчиком выкатилась луна. Украсилась по бокам яркими, умытыми дождём звёздами и засияла самодовольно.