Читать книгу "Невинная для Севера"

17 Алина

Хорошо, что я успела уже умыться и одеться. Иначе бы вышло как минимум неловко.

Демьян смотрит на меня с плохо скрываемым пренебрежением, хозяин дома, как и всегда, невозмутим и безразличен.

Наше общее молчание затягивается, и Север лишь едва поворачивается в сторону Демьяна, как тот, закатив глаза, выдаёт:

– Да понял я, понял, – делает снисходительное выражение лица и добавляет: – в общем, соррян, что хотел тебя выебать.

Парень кривовато ухмыляется и даже шутливый поклон отвешивает. Вот только следом слышится веское:

– Демьян.

Северу даже добавлять ничего не приходится – его то ли друг, то ли работник меняется в лице.

– Приношу глубочайшие извинения, что повелся на милую мордашку и предложил провести время в сексуальных утехах.

Не знаю уж, чем бы все закончилось, но я начинаю задыхаться от того, какое напряжение повисает между этими двумя, и потому тороплюсь сказать:

– Извинения приняты.

Судя по выражению лица Севера, он явно не согласен. Но… Но тему не продолжает. Впрочем, ему и без этого получается в очередной раз выбить у меня почву из-под ног.

– Ты вроде хотела отпуск, чтобы поучиться, – равнодушно произносит он, а я могу лишь удивлённо хлопать глазами.

Да ладно? Он это серьезно? Что, правда отпустит?

– Да, это было бы здорово.

Замечаю, как кривится Демьян, но мне все равно. Пусть думает, что хочет. Надеюсь, больше мы с ним не пересечемся.

– Хорошо. Сколько дней тебе надо?

– Может быть, пару недель, – неуверенно говорю, но, заметив недовольство Севера, тут же исправляюсь: – вообще я могу по выходным продолжать работать. Я не собираюсь сбегать.

Демьян на этих словах демонстративно фыркает и выразительно смотрит на дверь, но почему-то не решается уйти без одобрения Севера.

– Хорошо, – кивает тот. – Сегодня как раз понедельник. В пятницу вечером вернешься. Демьян тебя отвезёт и присмотрит.

Чего?

– Ээээ… Чего?! – вторит тот моим же мыслям. – Север, ты вообще, что ли?

Наверное, я впервые вижу кого-то, кто вот так дерзко разговаривает с этим мужчиной.

– А что такое? – насмешливо спрашивает тот. И это странно – видеть хоть какие-то эмоции на его лице. – Боишься, не потянешь такое простое задание?

– Да, блядь, я же просил нормальную работу! – продолжает возмущаться парень. – Мне что, за этой девкой по пятам ходить? Я, по-твоему, старик без мозгов, что ли?

Север ухмыляется ещё шире. А я опять решаю вмешаться:

– Да не надо за мной присматривать.

Он не злится на мое заявление, снова смотрит на Демьяна и вдруг говорит:

– Поверь, скучно тебе точно не будет.

– Север, у меня вообще-то…

– Я все сказал, – пресекает он возмущения парня. – Головой за неё отвечаешь. Это ясно?

Демьян стискивает зубы, но все же кивает. Затем злобно зыркает в мою сторону.

– У вас полчаса. Машина ждать не будет. Не успеете – пешком пойдёте .

– Бля, ты серьезно? Да я-то при чем? А если эта… – ещё один взгляд на меня, – долго будет собираться? Бабы же вечно толкутся безрезультатно.

– Ну, ты взрослый мальчик, – ухмыляется Север. – Придумай, как решить этот вопрос цивилизованно.

На последнем слове он делает упор.

– Отвечаешь головой.

Бросив это, Север уходит.

Просто уходит, оставляя меня наедине с парнем, который сначала пытался меня соблазнить и поиметь, а теперь ненавидит.

Демьян матерится, не стесняясь. А затем поворачивается ко мне.

– Что застыла? Ты слышала – у тебя полчаса, – заявляет этот хам, а затем тоже выходит из комнаты.

А я… Я в шоке. Конечно, воспользуюсь шансом. Пусть Север и приставил ко мне пугающего Демьяна, лучше уж так, чем вылететь из института.

Одежду мою и вещи из клуба привезли и оставили в шкафу. Это оказалось приятным сюрпризом.

Демьяна я вижу, едва выхожу из дома – стоит возле одной из машин, курит и нервно пинает ботинком колесо. Рядом с ним Кирилл. Надо же, по нему даже не скажешь, что еще вчера истекал кровью.

Стоит вспомнить этот опыт, как меня передергивает. Начальник охраны что-то выговаривает Демьяну, а тот как будто слушает, но постоянно то ли огрызается, то ли спорит. Я замираю в нерешительности – нарываться на очередные едкие замечания нет никакого желания. Но Демьян замечает меня, выпрямляется. И тут же в мою сторону поворачивается и Кирилл.

Неуверенно подхожу к ним.

– Я готова.

– Привет, медсестричка, – подмигивает мне начальник охраны.

– Здрасте, – теряюсь я от его приветствия. А Демьян тут же странно ухмыляется.

– А Север знает, что ты ее пялишь?

– Язык бы тебе укоротить, – вздыхает Кирилл. – Садитесь. Водитель заждался уже.

Я выбираю заднее пассажирское сиденье. Демьян, наоборот, переднее. Но оно и к лучшему. Лучше так, на расстоянии.

Водитель у нас – один из угрюмых охранников. Тот самый Анатолий, что привез меня сюда из клуба.

– В университет? – сухо уточняет он.

– Нет, мне в общежитие сначала надо, – мой сопровождающий демонстративно фыркает. – Надо конспекты взять, – зачем-то оправдываюсь перед ним.

Дорога пролетает быстро. Но вместе с тем еще и нервно. Меня не трогают, не спрашивают больше ни о чем, но я ощущаю напряжение, которое так и витает в салоне автомобиля.

Когда возле общежития Демьян выходит из машины вслед за мной, я испуганно торможу.

– Ты куда?

Он насмешливо смотрит на меня.

– За тобой, детка.

– Не надо. Я дальше сама. Спасибо, что проводил.

Его ухмылка становится еще более обидной и циничной.

– Ты плохо поняла, что сказал Север? Считай, я теперь твоя тень. Хотя поверь, мне есть чем заняться, кроме того чтобы пасти твой симпатичный зад.

– Вот и займись. Не волнуйся, я не расскажу ему ничего.

Парень пару секунд смотрит на меня, а затем начинает хохотать.

– И чем ты его зацепила?

– Кого?

– Ну точно, отмороженная, – фыркает он. – Веди, давай, в этот твой клоповник.

Недовольно поджимаю губы. Конечно, общежитие оставляет желать лучшего. Но все равно неприятно слышать подобное о месте, где я живу. Особенно, учитывая, что ничего лучше мне в ближайшее время не светит.

Вахтерша – тетя Клава – на входе тормозит Демьяна и пытается его не пустить, я же даже не останавливаюсь. Если что – не мои проблемы. Этот Демьян меня и так пугает, а тут еще заступаться за него?

Правда, уже на втором этаже он меня догоняет.

– Здесь могут находиться только студенты.

Демьян ожидаемо полностью игнорирует мой выпад. Он вообще ведет себя так, будто ему плевать на правила. Потому что, идя прямо по коридору, закуривает едва ли не под вывеской о запрете курения.

– В комнату не пущу, – предупреждаю, когда поднимаемся на мой этаж.

– Больно надо, – фыркает он.

Мне везет – Лада уже ушла, так что не приходится объясняться, где я пропадала. Наскоро переодеваюсь, собираю сумку – до начала пары совсем немного времени. Придется бежать.Так сосредотачиваюсь на том, что надо успеть повторить и к кому из преподавателей подойти, чтобы совмещать учебу с работой у Севера, что напрочь забываю про Демьяна.

Он догоняет меня уже на лестнице. Хватает за руку, и только тогда я вообще про него вспоминаю.

– Ты чего?!

– Куда торопишься? – ухмыляется он, выбрасывая окурок в ближайшую мусорку. – Так тянет к знаниям?

Меньше всего хочется вести с ним разговор про пользу образования. Поэтому просто игнорирую парня и спускаюсь вниз.

– Заходи еще, Янчик, – говорит вахтерша, когда мы проходим мимо, и у меня чуть глаза на лоб не лезут. Что он такое сделал, что задобрил тетю Клаву? Она же вечно всем недовольна!

Кошусь в сторону моего навязанного охранника. Но тот увлеченно что-то печатает в телефоне.

– Куда рванула? – дергает меня за рукав. – Машина там.

– Я пешком.

– Не успеешь, – лениво возражает он. – Или ты для прикрытия просилась сюда – лишь бы метелками не работать? Так я могу устроить в места поинтереснее.

И этот туда же!

– Ладно, поехали на машине, – цежу сквозь зубы. В конце концов, мне и правда надо успеть.

Если бы я только знала, чем обернется для меня подобная охрана и доставка до места, ни за что бы не стала привлекать лишнего внимания.

Но увы…

18 Алина

В обед на большой перемене Лада подсаживается ко мне за стол и смотрит на меня своим фирменным взглядом а ля “давай рассказывай, я и так все знаю”.

– Что?

– Говорят, ты сегодня приехала на какой-то крутой тачке.

– Кто говорит?

– Девчонки с курса болтали.

– Вот именно, Лад, что болтали. Чего ты их слушаешь? – бормочу, глядя в тарелку. Хотя у самой-то уши горят.

– Алиночка, а ты не хочешь мне что-то рассказать? – вкрадчиво спрашивает она. – Где ты все выходные провела?

– Давай не здесь, ага?

Она отодвигается, но все еще смотрит выжидающе.

– Потом, – добавляю еще тише.

Если кому я и могу рассказать про свои приключения, то это Ладе. Но я не уверена, что стоит втягивать ее в это. Едва вспоминаю взгляд Севера, когда он вроде как скучающим тоном поинтересовался, нужно ли мне объяснять, что язык я должна держать за зубами, так мурашки по спине бегут.

Лада в итоге после пар вынуждена задержаться, так что домой я собираюсь идти одна.

Но стоит мне выйти на улицу, как взгляд цепляется за Демьяна. Опять стоит, курит, что-то печатает в телефоне. И я надеюсь пройти незамеченной. Однако стоит мне свернуть за угол, как мой типа охранник догоняет меня.

– Ты в курсе, что это невежливо? – нагло заявляет он.

– Что именно?

– Я тебя вообще-то ждал, – с претензией заявляет он.

– Не надо. Я ведь уже сказала, что справлюсь сама.

Конечно же, он меня не слушает и не отстает ни на шаг. Замечаю, что в нашу сторону начинают коситься с любопытством. Только этого еще не хватало! Прибавляю шаг, но и Демьян тоже. В итоге до общежития мы добираемся в рекордно короткий срок.

– Дальше я сама, – делаю очередную попытку, но натыкаюсь на насмешливый взгляд. Вздыхаю и дергаю на себя дверь.

Проходную фактически пробегаю, и опять Демьян провожает меня до комнаты. Но в этот раз явно не собирается ждать меня в коридоре.

– Так, стоп. Туда – нельзя, – твердо говорю. – Даже не думай.

– И кто мне помешает? – ухмыляется этот гад. – Уверена, что потянешь?

– Я… Я Северу позвоню!

Демьян на мою угрозу лишь шире скалится.

– Звони. Будет интересно послушать.

Шумно выдохнув, признаю поражение:

– Слушай, ну, пожалуйста, не надо, а? Лада не любит посторонних. Да и мне неуютно будет. Я больше выходить никуда сегодня не планирую.

Демьян молча протягивает руку.

– Что?

– Телефон свой дай.

Вид у него довольно решительный, а в конце коридоре слышатся голоса, так что я быстро достаю телефон и протягиваю тот. Парень возвращает мне его очень быстро со словами:

– Номер записал. Тебе же лучше, если не будешь выделываться и маякнешь, когда соберешься куда-то. Нет – в следующий раз засяду на твоей постельке и никуда не уйду. Усекла?

– Вполне, – киваю. – Если что, позвоню.

Конечно, я не собираюсь перед ним отчитываться и звонить, но спорить сейчас глупо.

Наконец, Демьян уходит, а я иду в комнату, радуясь, что удалось договориться.

Не проходит и получаса, как приходит Лада, раздевается и заявляет:

– Ну, теперь не отмажешься. Где ты была?

– Да в двух словах не расскажешь, – вздыхаю. – Давай, может, хоть чаю попьем?

Свои приключения я пересказываю очень осторожно и в общих чертах.

– Так я не поняла – приехала-то ты с кем? С Севером этим?

– Нет, он… Не сам, что ты, – смущаюсь, представив подобное. – Просто его работник проводил меня. Не знаю, зачем.

Лада задумчиво кусает губу.

– Не нравится мне это. Да и в клуб этот тоже – зачем поперлась?

– Так ведь помочь…

– Помогла? Теперь сколько должна за это?

Справедливое замечание, но все равно неприятное.

– Ладно. Ты только больше никуда не вызывайся, хорошо? – просит подруга. – Ну, или хотя бы предупреждай. А то как-то многовато у тебя приключений стало.

– Это уже точно.

Следующие три дня проходят по одной и той же схеме – утром Демьян встречает меня, провожает до института. При этом полностью игнорирует мои просьбы прекратить так делать. Больше того, еще и нагло ухмыляется каждый раз, когда я прошу не подходить ко мне. И может еще и пару шуточек пошлых отпустить. Лада, когда его в первый раз увидела, решила, что он уголовник.

– Ну, ты посмотри на него – на лице же написано, – шептала она, когда мы входили в институт.

Но что я могла поделать? То ли Демьян такой ответственный, что вряд ли, то ли он так боится Севера, и потому старается выполнить его поручение.

В любом случае приходилось его терпеть.

И я уже считала, что все самое сложное позади, но увы…

Сегодня мне приходится задержаться после пар, чтобы закрыть хвосты по обществознанию. В итоге сдав все, что была должна, спускаюсь по лестнице, строя планы на вечер – раз завтра придется ехать на отработку в дом Севера, то мне нужно успеть сделать сегодня еще несколько домашних заданий.

Но за поворотом я неожиданно сталкиваюсь с кем-то.

– Ой!

– Ну, надо же, какая удача! А я тебя и ищу, – говорит Ренат.

Отступаю тут же, крепче перехватываю рюкзак, понимая, что Смоляков не просто так тут стоит.

– Уже заждался, детка. Пришло время платить по долгам.

– Отойди, – прошу Рената, но внутри все замирает. Вижу, что он настроен решительно.

– А если нет? – глумливо ухмыляется Смоляков. – Думаешь, нашла нового ебаря, и теперь не придётся расплачиваться?

– Я тебе ничего не должна.

– А вот тут ты ошибаешься, – злобно цедит Ренат, делает шаг ко мне, но когда я пытаюсь отстраниться, то упираюсь в кого-то.

– Ку-ку, – раздаётся позади голос Макса. – Попалась.

Считанные секунды проходят до того, как я испуганно шарахаюсь в сторону, но теперь уже две пары рук крепко хватают меня. Причем одна ладонь накрывает мой рот.

– Будешь орать, попорчу твоё личико, – угрожающе тихо выдаёт Макс и демонстрирует мне раскладной нож. Да так близко к глазам, что меня просто парализует.

– Ну что ты, Алиночка, умная девочка, да? – протягивает Ренат довольным тоном. – Так?

Я киваю, а перед глазами пелена слез.

– А ну пошла.

Макс подталкивает меня в другую сторону от главного выхода.

Как назло, нам никто не попадается по пути. Будто весь институт вымер. Я судорожно соображаю, как достать телефон и позвонить Демьяну. Он моя единственная надежда.

– Мне надо куртку забрать, – говорю, когда ладонь с моего лица пропадает.

– Не надо. Одежда вообще тебе не понадобится, – хохочет Ренат. – Моделям в особом кино не нужны шмотки.

Мою первую и единственную попытку достать мобильный пресекают на корню. Макс довольно неприятно сжимает шею и, наклонившись, шепчет:

– А за это я первым распечатаю твою задницу, плохая девочка.

На улице холодно. Я в одном легком свитере и джинсах. Ёжусь, но парни тащат меня в сторону парковки, и я уже не надеюсь ни на что, как позади раздаётся:

– Пацаны, девчонку отпустите.

Ренат с другом тормозят. Разворачиваются, а я тут же дергаюсь, за что получаю ощутимый удар под рёбра. Демьян мрачнеет.

– Что, только девок можете мять?

Макс отпускает меня, оставляя на Смолякова, и двигается к моему спасителю.

– У него нож! – кричу на всякий случай. За что снова получаю ещё один удар.

– Заткнись, сучка. Визжать потом будешь, – рычит Смоляков.

В очередной раз меня пронизывает ужас. Кажется, я вот-вот просто сознание потеряю. Единственное, что помогает держаться – если я вырублюсь, вряд ли Демьян сможет меня спасти.

Парни сцепляются, и это выглядит очень страшно. Мне кажется, нож вот-вот поранит Демьяна, но тот каждый раз ловко уходит от удара, отчего Макс бесится ещё сильнее. Угрожает, ругается.

И когда в итоге проигрывает, я уже успеваю обрадоваться, пока из-за угла не появляется ещё пара ребят – тоже из друзей Смолякова.

– Демьян, сзади! – кричу, что есть сил. Ренат дёргает меня, залепляет пощечину, от которой темнеет в глазах. И последнее, что я вижу – Демьяна бьют по голове.

19 Алина

– Очухалась?

Знакомый голос вырывает меня из темноты. Застонав, разлепляю веки.

Место незнакомое. В висках ноет. Это первое, что я понимаю.

Второе – у противоположной стены сидит Демьян. У него разбита губа и, кажется, синяк на скуле.

– Да, я… А мы где?

– Какие вы все-таки бабы, – фыркает он. – Как удобно – взять и отрубиться в самый важный момент.

Морщусь от его грубостей, вспоминаю, как и что случилось. И внутри снова расцветает страх.

– Нас куда-то увезли, да?

– А нет, ты небезнадёжна, – продолжает издеваться Демьян. Но у меня нет сил особо даже злиться на него. Накатывает какая-то обречённость. В этот раз Марк не вытащит меня.

Какая же я дура. Ведь поверила, что Ренат отстанет от меня после того раза.

Я же и не видела его больше ни разу.

Оглядываюсь по сторонам – комната похожа на подсобку. Два пустых стеллажа, и все. Ни окон, ни стола хотя бы или стула.

– А почему тебя тоже забрали? – все же осмеливаюсь спросить.

– Потому что впрягся за тебя, – равнодушно отвечает он, глядя в потолок. – Что у тебя за терки с этими ебанатами? Они что-то про долг твердили и про то, что выебут тебя дружненько.

Такой неприкрытый цинизм заставляет поежиться.

– Эй, в молчанку решила играть?

– Мы встречались с Ренатом, – неохотно отвечаю. – Но, наверное, он собирался… В общем, я в нем ошиблась.

– Очень содержательно, – фыркает Демьян. – Давай поконкретнее.

– Зачем? Нужны поводы для издевательств?!

– Дура, – беззлобно ухмыляется он. – Надо же понимать, в чем замес, чтобы придумать, как выбраться.

– А мы сможем сбежать? – я тут же воодушевляюсь.

– Для начала надо понять, чего они хотят. Я уже понял, что поделить тебя. Вопрос почему?

– Они уже пытались, – сдавленно шепчу, отведя взгляд.

– А ты, оказывается, нарасхват, да? Передумала в последний момент? Испугалась, что не потянешь кучу членов?

– Да ты! Ты !

– Потише, – осаживает он меня. – Мы вообще-то в одной лодке, киса. Так что там?

– Они обманом привели меня в бар, заперли и собирались заставить… – слёзы сдержать не выходит. Мне так стыдно, что я не могу найти сил, чтобы посмотреть на Демьяна. – Меня спас Марк. Помощник Севера.

– Кораблёв? Охуеть.

Какое-то время мы молчим.

– Тогда, значит, так, – снова заговаривает Демьян. – Когда они придут…

Он замолкает – за дверью слышатся голоса. Словно там кто-то спорит или даже ругается.

Мы переглядываемся. Демьян прикладывает палец к губам и поднимается на ноги. Осторожно шагает к двери, но не успевает подойти, как та резко распахивается, и к нам заходит Смоляков.

– А ну, сел, – приказывает, увидев, что Демьян стоит довольно близко к нему.

А затем вскидывает руку, в которой держит пистолет.

Ситуация становится куда более серьезной. Это не нож.

– Надо же, какую игрушку ты себе завёл, – зачем-то нарывается Демьян. – Не боишься, что выстрелит не туда?

Настороженно смотрю на Рената, и мне кажется, что у него подозрительно неадекватный взгляд. Слишком темный. Будто он пьян.

– Шаг назад! – приказывает он, дергая дулом пистолета.

Демьян, к счастью, шаг делает. Правда, маленький.

– А ты, – переводит на меня взгляд бывший парень, – встала и пошла. Поиграем.

Подчиняюсь и медленно поднимаюсь на ноги. Меня трясёт – я же понимаю, что меня ждёт дальше. Тошнота подкатывает к горлу, а в висках ломит ещё сильнее.

– Ренат, это ошибка, – делаю попытку достучаться.

– Это ты ошибка, – скалится он. – Но я все исправлю. Ну, пошла! На выход!

Каждый шаг даётся с огромным трудом.

– Быстро, я сказал! Чем медленнее будешь идти, тем дольше будет кино, – и хохочет над своей идиотской шуткой.

Я почти дохожу до двери, как Демьян преграждает мне путь, закрывая собой.

Смоляков матерится, приставляет пистолет к его лбу и орет:

– Сам напросился.

Мой крик смешивается с шумом. Ренат отвлекается, Демьян резко уходит влево, отталкивает меня к стене, а следом раздается выстрел. Все это происходит за считанные секунды. Я едва успеваю фиксировать в памяти картинки происходящего.

Чьи-то вопли, удары. А потом я вижу перед собой Севера. Всхлипываю и, подавшись вперёд, утыкаюсь ему лицом в грудь. Шепчу бессвязно снова и снова “спасибо”.

– Бля, серьезно? – возмущается где-то на фоне Демьян. – Вообще-то могла бы и меня поблагодарить.

Отстраняюсь, потому что меня скручивает в спазме, рвёт прямо на пол. Во рту – кислая горечь, в голове – непреходящий гул.

Когда становится чуть легче, Север помогает мне подняться, а меня шатает.

Чертыхнувшись, он берет меня на руки, что-то говорит Демьяну, но я не могу разобрать ни слова.

Мы выходим в коридор, проходим всего пару поворотов, как раздаётся оглушительный взрыв.

20 Алина

Моя жизнь превратилась в какой-то кошмар. Иначе и не назвать эту цепочку неприятностей, которая никак не заканчивается.

Сейчас, сидя в той самой комнате, куда меня поселили у Севера, я до сих пор чувствую запах гари, которая забивала легкие после взрыва.

Если бы не Север, вряд ли бы я смогла выбраться. В тот момент мне казалось, я не могу даже вдохнуть – организм словно отказывался слушаться.

На улице стало чуть легче. Но я по-прежнему воспринимала реальность короткими урывками.

Север посадил меня в машину, а сам отошёл к каким-то мужчинам. Я слышала лишь обрывки фраз:

…была провокация…

…девчонка засветилась…

… надо принимать меры, а то ушлепки зарвались…

Я даже не пыталась осознать, что это все значит. Перед глазами стояло искаженное злостью лицо Рената. Я не поняла, где он остался, и что с ним было после. Но самое страшное, что я даже не хотела знать.

Вообще дорогу обратно почти не запомнила. Собственно, мне даже в голову не пришло возмутиться тому, что в итоге я оказалась дома у Севера, а не у себя в общежитии.

До комнаты меня сопроводил Демьян. Уж не знаю, почему. Но опять же я не спорила.

И вот теперь, уже немного придя в себя, сижу и гадаю, как же мне быть дальше? Оставаться жить здесь? Но как же учеба?

С другой стороны – ходить в институт мне теперь банально страшно. Стоит образование таких жертв?

Однако если меня отчислят, то все, что мне остается – вернуться домой, в квартиру к матери, которая в любой момент может привести домой своих собутыльников.

По всему выходит, что единственный выход – временно поработать у Севера. Вот только согласится ли он, когда долг я все же отработаю?

Собрав всю свою храбрость, что еще осталась, встаю с постели и иду к двери.

У меня коленки дрожат от мысли, что мне придется встретиться с мужчиной и, вероятно, снова выслушать от него неприличные предложения. Но если Север делал это прямо без реверансов, чем вгонял меня в краску и возмущение, то поступок Рената вызывал лишь омерзение и тошноту. И как бы странно это ни звучало, но в безопасности я себя чувствую именно здесь.

Наконец, выглянув в коридор, прислушиваюсь – и точно. Голоса мужские. Кажется, как раз Север и Демьян.

Ох, нет. Говорить с ними обоими я морально не готова. Демьян – так вообще для меня непонятен – какой ему был смысл меня закрывать в той комнате? Однако он встал передо мной, зная, что у Смолякова был пистолет. Вообще-то стоило бы поблагодарить – хотя бы сейчас, когда я, наконец, могу соображать более трезво и адекватно.

– Позже, Демьян, – слышу голос Севера. – Я спущусь чуть позже, и поедем.

Они, похоже, расходятся. Я приоткрываю дверь шире и выглядываю – хозяин дома идет к той самой комнате, которую Валентина сказала не убирать.

Мнусь в нерешительности. Как знать, будет ли у меня шанс поговорить позже? А мне хочется определенности, чтобы перестать трястись и понимать свое место.

В конце концов, работы я не боюсь. А учеба… Жизнь дороже.

Считаю до десяти и иду в ту самую комнату. Дверь закрыта, но я не слышала, чтобы щелкал замок. Значит, я смогу войти.

С каждым шагом сердце бьется все быстрее. Страшно, конечно. Все же Север абсолютно непредсказуем – то бьет словами, то предлагает переспать в счет долга, то дает в качестве охранника одного из своих подчиненных. И я не знаю, чего ждать сейчас от него. Хочется верить, что у него есть какая-то человечность, но узнать это можно, лишь рискнув.

Пару минут так и стою перед дверью. Собираюсь с мыслями, прокручиваю в голове варианты фраз, которые я произнесу. Как предложу ему работать у него, естественно, без всяких там интимных штук.

О том, что Север вполне может выставить счет за свою помощь, я даже думать боюсь. Как я буду расплачиваться? Придется все же переступить через себя и лечь с ним в постель?

Но если и придется это делать, то лучше уж с ним, чем то, что мне приготовил Ренат.

Нервно сглатываю и, наконец, берусь за ручку двери. Еще почти минуту собираюсь с духом и поворачиваю ту, чтобы приоткрыть дверь.

Ореол таинственности рассеивается сразу, как только я заглядываю внутрь.

Комната как комната. Ничего особенного – просто спальня, казалось бы. Широкая кровать, на стене несколько рамок с фото, но сложно разглядеть, кто именно там изображен. Прохожу взглядом дальше, стараясь уловить каждую деталь – любопытство включается на полную катушку. Не зря же Валентина с такой интонацией говорила про эту комнату.

Здесь царит легкий полумрак. Работают лишь пара бра. Но я остро ощущаю, что комната нежилая. Словно склеп. Вроде бы ничего такого, но почему-то мурашки по коже. Однако это меня не останавливает.

Я с интересом оглядываюсь и слегка теряюсь – хозяин дома оказывается в дальнем углу, сидящим в кресле с закрытыми глазами. Но стоит только мне сделать шаг, как он резко их открывает.

Удивительно, но при таком освещении мне удается четко уловить, как меняется выражение его лица.

Еще секунду назад на нем была написана боль, а теперь – злость. Даже ярость.

Север медленно поднимается на ноги, и мне чудится, что он стал выше и шире в плечах. Будто страшнее.

Я немею, шумно выдыхаю, а затем слышу приглушенное:

– Ты что здесь делаешь?!

И он делает в мою сторону первый шаг…